Метка: рассказы

Затрагивать тему социальных потрясения важно, но также нельзя забывать и про простые вещи, на которые в суете человек не обращает внимания. Источник позитивных эмоций всегда находится под рукой, стоит забыть о скоротечности городской жизни и окунуться в одурманивающий запах пробуждающейся природы на рассвете. Не все могут полностью оценить оттенки журчания ручья и дуновения ветра, а кто может, да к тому же и перенести это на бумагу, тот уже только из-за этого должен считаться счастливым человеком.

Михаил Пришвин в своих рассказах пишет, как любил пробуждаться по утрам, наблюдать за солнцем и видеть в природе кладовую всего спектра нужных ему эмоций. Приучив себя с малых лет, он так и продолжал вставать рано, слушать пение птиц и думать о нуждах предстоящего дня. Читатель также может познакомиться с Пришвиным, который вносил незаметный элемент художественности.

Пришвин не использовал природу для удовлетворения собственных потребностей. Для него живые существа становились источником вдохновения, а их судьба его очень беспокоила. При этом Пришвин понимал, что природа отличается изощрённой жестокостью. Её суровые законы не дают право жить слабым и больным. Не зря ведь природой был создан человек, впитавший в себя понимание необходимости действовать согласно внутренним убеждениям, не принимая желания других существовать вне заданных рамок. Человек также жесток, как природа, но ему присущ гуманизм, благодаря которому у природы сохраняются шансы остаться на планете хоть в каком-то виде.

Данный вариант совместного существования человека и природы воспринимается выдумкой. Отчасти так и есть. На нашей планете всё взаимосвязано, поэтому деятельность человека укладывается в осознание необходимости его существования, какие бы меры он не принимал. Тут сразу стоит провести разделительную линию между потребителями и созерцателями. Пришвин относится к созерцателям — он не склонен разрушать имеющееся, а его стремление сохранять природу в неизменном виде скорее поэтика.

Пришвин раскладывает природу на составляющие. Лес для него — не просто компактно растущая группа деревьев — это целая вселенная. Всюду Пришвин видит особенности, подмечая их и сообщая читателю: цветы просыпаются в определённое время, птицы занимают отведённые им этажи и «по-человечески» разговаривают характерным для них словом. Обитающие в лесу животные ведут себя разумно, обманывая охотников и находя развлечения для занимательного времяпровождения. Даже грозный медведь у Пришвина — мнительное создание, прячущееся в кустах, лишь бы его никто не увидел. Читатель смотрит на природу с новой стороны, подмечая вместе с автором интересные моменты.

К природе нужно относиться уважительно. Нельзя без нужды убивать животных, рвать цветы и нарушать ход естественных процессов. Человек идёт на охоту с целью получить удовольствие от процесса или просто кого-нибудь подстрелить, но редкий охотник способен обойтись без оружия. Пришвин предпочитает наблюдать, позволяя убежать хитрому зайцу, нежели метко в него выстрелить. Лучше потом рассказать другим о находчивом животном, чем аппетитно откушать или обзавестись очередной шкурой.

Любит Пришвин рассказывать о своих животных. В его рассказах встречается множество историй о собаках, начиная от их появления у него и заканчивая занятными происшествиями, связанными с особенностями того или иного питомца. Была у Пришвина и хромая уточка-приманка, прикипевшая к человеку, зазывающая сородичей и понимающая, что среди себе подобных ей места нет, а вот среди людей она всегда найдёт понимание и ласковое обращение.

Рассказы короткие. За их количеством легко забыть о ранее прочитанном. Но и по названиям удаётся восстановить в памяти основные моменты. Вот малый список работ Пришвина: Изобретатель, Ребята и утята, Лесной доктор, Ёж, Золотой луг, Журка, Говорящий грач, Предательская колбаса, Первая стойка, Ужасная встреча, Ежовые рукавицы, Лада, Зверь бурундук, Белый ожерелок, Разговор птиц и зверей, Гаечки, Птицы под снегом, Беличья память, Лягушонок, Остров спасения, Лоси, Этажи леса, Берестяная трубочка, Медведь, Таинственный ящик, Вася Весёлкин, Лесной хозяин, Сухостойное дерево, О чём шепчутся раки, Лисичкин хлеб.

Существенно отличается от рассказов сказка «Кладовая солнца». Пришвин написал жуткую историю о детях, попавших в неприятности на болоте, решив добыть на палестинке вкусной сладкой клюквы. В свойственной себе манере Михаил делится описанием леса и его особенностей, помещая в повествование людские судьбы. Человеку нет необходимости забираться в глухие места, однако он идёт, понимая, самое лучшее можно найти там, где до тебя никто не был. Вот и идут дети, не ожидая подвоха от с виду спокойного леса.

Нагнетать напряжение у Пришвина не получается. Разумеется, на болоте действующих лиц может ждать только одно, что и происходит. Остаётся добавить в повествование хищных животных, как юный читатель зарядится трепетом и начнёт мечтать повторить поход на болото. Для детей притягательных моментов в творчестве Пришвина великое множество, вот и данную сказку они проглотят с воодушевлением.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Читая рассказы Джека Лондона всегда приходишь к пониманию, что вот ты в них запутался. Их поразительное обилие требует основательной усидчивости, иначе напрочь теряешь их привязку к времени написания. При этом у Лондона сюжеты остаются неизменными. Вновь читатель сталкивается с гавайскими сказаниями, мытарствами на Соломоновых островах, с тяжёлыми условиями Клондайка. Изредка внимание привлекают редкие, но всё же встречаемые темы, вроде исследования человеческой психики, погружения в реалии первобытных людей, а также впечатления китайцев, прокажённых и сумасшедших от первого лица. Талант Джека Лондона позволял ему писать легко обо всём, чем он и занимался всё отпущенное ему время.

Доподлинно установить связь многих рассказов трудно. Обособленно можно выделить сборник «Храм гордыни», включающий в себя произведения о Гавайи «Храм гордыни», «Кулау-прокаженный», «Прощай, Джек!», «Алоха Оэ», «Чун А-чун», и «Шериф Коны». Продолжает тему Гавайи «Принцесса». «Красное божество» переносит взор читателя на острова каннибалов. Тема Клондайка поднимается в рассказах «Как аргонавты в старину», «Золотой самородок». Научные изыскания встречаются в историях «Неизменность форм», «Тень и вспышка». Самостоятельными воспринимаются «История, рассказанная в палате для слабоумных» и «Осколок третичной эпохи».

О Гавайи Лондон говорил во многих рассказах. В основном дело касалось преданий и европейских или американских первопоселенцев. Иногда встречается нечто уникальное, вроде взгляда на жизнь островов глазами китайца или прокажённых. Собственно, невероятно видеть в тексте у Лондона оды представителям китайской нации. Чаще всего под ними Лондон понимал безропотных и унижаемых абсолютно всеми кули, подавшимися на заработки и претерпевающими лишения от жадных белых людей. Справедливость оказалась восстановленной, когда главным героем одного из рассказов стал китаец Чун А-чун, разбогатевший и обросший связями со многими влиятельными людьми Америки. На его примере Лондон показал возможность невозможного и благоразумие неблагоразумных. Вне своего желания, но тем не менее, богатство пришло к китайцу само по себе, а тому осталось лишь грамотно им воспользоваться. Лондон спел красивую песню.

Жили на Гавайи и прокажённые. Для них был отведённый отдельный остров. Лондон не просто рассказывает, он раскрывает перед читателем нравственные страдания больных людей, запираемых вдали от привычного им общества. Трагизм остро раскрывается, когда оказывается, что под проказой стоит понимать далеко не то, под чем её понимали ранее. Поэтому оказавшихся здоровыми пришлось насильно выселять с острова обратно на большую землю. Читателю предстоит ещё раз столкнуться с людским горем — обретённые семейные узы разрушались и впереди у людей опять обозначилась неопределённость.

Вновь и вновь Лондон поднимает проблематику прокажённых. Вот перед читателем пролетает жизнь успешного человека, вынужденного забыть о прошлом и стать одним из тех, чьи тела теряют чувствительность и отмирают при ещё живом организме. А вот несогласный с участью бежит и вступает в перестрелку с преследователями. Трагизм за трагизмом — Лондон всё описывает очень достоверно.

«История, рассказанная в палате для слабоумных» контрастирует с остальными рассказами Лондона. Главный герой — пациент психиатрической клиники. Он старожил — на излечении находится более двадцати пяти лет. При нём сменилось множество врачей и больных, а он продолжает жить и созерцать. За это время совершались побеги, вот и ему захотелось поучаствовать в подобном безумии. И ведь действительно, чем сумасшедший хуже других, решившихся на сумасбродный поступок, ведь ему по состоянию здоровья полагается вести себя неадекватно. Однако, Лондон в неполноценную голову помещает здравые мысли, а видение мира психически нездоровым человеком показывает, что не так плохо отличаться от членов так называемого здорового общества, а скорее наоборот — размышления психов логически обоснованы и соответствуют устремлениям основной массы людей.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Когда в одном месте собираются люди, то они о чём-то говорят. Чаще всего о пустом и малозначительном, что растворится в пустоте и не будет больше никого интересовать. Данное времяпровождение непродуктивно и позволяет прожить ещё один день, не отдавая ему должного значения. Между тем, потерянных мгновений не вернуть: вместо обогащения духовного внутреннего мира, происходит засорение мыслей шлаком. Для профилактики подобного отравления продуктами умственного брожения всегда можно взять книгу, где автор в увлекательной и поучительной форме доводит до сведения читателя всё то, чего тот в обыденной жизни лишён.

Сказки Вильгельма Гауфа — это короткие истории, рассказанные разными людьми ради развлечения публики. Бывает так, что идущие караваном купцы собираются тесным кругом после очередного перехода и рассказывают друг другу истории. А бывают и действительно сказочные ситуации, когда за отличный рассказ рабу могли даровать свободу.

Редко Гауф писал в антураже европейской действительности. Внимание этого писателя привлекали восточные мотивы, в которых кого-то обязательно обижают и в конце-концов справедливость будет восстановлена. Не все сказки Гауфа достойны ранимых детских созданий, если те не привыкли на ночь слушать ещё один ужастик за авторством Эдгара По. Большое значение Гауф уделял присказкам, объём которых мог превышать предваряемую ими историю.

Так ли важны сами сказки, если они являются плодом человеческих фантазий? Краснобаи могут сочинить многое — чаще всего их рассказы наполнены магическими событиями и в реальности они происходить не могли. Это не так важно, поскольку людям приятно послушать именно историю, не придавая её содержанию значения.

Гауф ломал восприятие реальности. Предлагаемые им события основаны на невозможном взаимодействии с окружающим миром. Это касается прежде всего основных действующих лиц, чья телесная оболочка оказывается ущербной в силу разных причин, вследствие чего им приходится изыскивать возможности для преодоления своего отличия от окружающих. Чаще всего на помощь приходят волшебные предметы и заколдованные люди, пострадавшие от злых чар.

Западные мотивы в творчестве Гауфа являются противоположностью сказаний о Востоке. Налёт волшебства сохраняется, но используется в очень мрачном антураже. Если дело касается корабля-призрака, то читатель сталкивается с горой трупов, а коли дело доходит до немецких лесов, то горячее сердце действующего лица вполне может оказался холодным, вследствие закономерных требований на то автора.

При богатом воображении каждая история Гауфа будет на вес золота. Если же смысл текста является для читателя превалирующим, то его ждёт разочарование — послевкусия не возникает. Безусловно, любопытно наблюдать за похождениями обделённых чем-то героев, а также внимать счастливому их избавлению от затянувшихся мытарств, но не хватает развернутости и конкретики.

Приходится признать, слишком часто Гауф использовал схожие приёмы изложения, сводившие большую часть историй к однотипности. И давайте в этом виноватым сделаем молодой возраст писателя. Очень жаль, что Гауф покинул наш мир, не дожив до двадцатипятилетнего возраста. Мы лишись возможности узнать множество потрясающих историй — остались сиротами.

Гауфа ныне ценят за такие его произведения, как «Маленький Мук», «Карлик Нос» и «Холодное сердце», не подозревая о существовании новеллы «Молодой англичанин», заслуживающей внимания гораздо больше, чем всё остальное творчество Вильгельма вместе взятое. В ней от сказки только крупица вымысла, дабы оправдать глупость людей, не заметивших в приезжем разительных от человека отличий, но нашедших того приятным собеседником и образцом для подражания. Поэтому когда кто-то в обществе назовёт человека молодым англичанином, то тому следует возгордиться, так как, несмотря на все его недостатки, он является достойным внимания, а вот, когда человека назовут похожим на молодого англичанина, то тот должен обидеться, ведь его сравнили чуть ли не с обезьяной, копирующей чужие повадки, лишь бы не отличаться от себе подобных.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В своём развитии Таджикистан прошёл такой же путь, что и остальные страны Средней Азии, влившиеся в Советский Союз. Основной задачей людей стал переход к новому осмыслению жизни. Пришла пора лишить земель и накоплений извергов-богачей, обиравших бедняков. Другая задача заключалась в примирении мусульманства с арелигиозным социализмом. То, о чём не могли подумать ранее, наконец-то наступило. На единой волне развернулась народная борьба, в последующем нашедшая отражение в произведениях соцреалистов.

Не стоит понимать под соцреализмом обязательный гимн советскому государству. Отнюдь, писатели искренне писали о некогда происходивших событиях и о том, что происходило при них. Трактовать их слова могли только так, как это позволяла внутренняя цензура. После краха Союза понимать былое начали по-новому. И вот уже читатель не видит в противниках народившегося режима врагов народа. Скорее, он начинал понимать возможность иных взглядов и желания не терять былое. Однако, жизнь всегда находится в движении, сменяя одно понимание вещей на другое. Нужно лишь помнить о прошлом, но не пытаться его сохранить. Обидно и больно, но с этим ничего не поделаешь.

Говоря о творчестве Саттора Турсуна, стоит отметить стремление данного писателя к разнообразию сюжетов внутри одного произведения. Взгляд читателя не задерживается на чём-то конкретном, поскольку меняются декорации, а с ними и действующие лица. Представленная картина даёт полное понимание стремления автора показать процессы на разных уровнях, а не сугубо в виде оды социалистическому реализму. Трагизм нарастает постепенно, унося жизни правых и виноватых, давая в очередной раз понять, что сегодняшние каратели сами завтра будут уничтожены. В колесе истории ничего долго не задерживается, либо мгновенно тает, стоит переменам всё-таки наступить.

Нельзя назвать «Три дня одной весны» чем-то определяющим в творчестве Турсуна. Это произведение о временах становления советской власти в Таджикистане и сломе старых традиций. Многое потеряли бежавшие из страны, не меньше потеряли и оставшиеся. В мясорубке человеческих страстей страдают абсолютно все. Саттор вводит в повествование даже представителей волчьего племени, невольно ставших третьей силой в данном конфликте. Овцы есть в каждом лагере — и правда у каждой из них своя. Надо понимать, правда остаётся правдой, покуда её носитель способен дышать — иначе правда превращается в ложь.

Способность советского народа на самопожертвование во время Великой Отечественной войны показывается писателями чаще всего однообразно. Так и у Турсуна можно увидеть в «Молчании вершин» готовность думать о благе страны в тяжёлое для неё время. И при этом Саттор не забывает о сути человеческой природы, склонной создавать конфликтные ситуации. Не все хотят быть добровольцами и не каждый пойдёт с поручением в лютый мороз. Вот и получается у Турсуна произведение, взывающее к совести. Если не на производство танков отдавать накопления, то уж отстоять право на честное имя колхоза его жители должны обязательно.

Противоречивые чувства возникают при чтении. Читатель внутренне понимает жажду людей жить и не страдать от произвола других. Хоть перевыполни план, а тебя обязательно унизит лицо, само не нюхавшее пороховой дым, но что-то там от тебя, ветерана войны, требующее, сомневаясь в честности твоего желания поступать на благо нуждающейся в зерне страны. И как быть, если при этом в вину ставят знакомство с дезертиром, до того напуганным боевыми действиями, что от страха тот готов пойти на любое безумие, лишь бы не возвращаться обратно? Турсун находит нужные слова для привлечения внимания — главное достичь при чтении того самого переломного момента, когда события начинают стремительно развиваться.

Оговорив тему гражданской и Второй Мировой войны, Турсун не обошёл вниманием и положение дел в современном ему тогда Таджикистане. Не такие уж и серьёзные изменения произошли в обществе. Человек ведь остался человеком, а значит и в радости жить не получится, покуда вокруг спекулянты и нерадивые работники. Как тут быть честным, коли травят со всех сторон? Ты можешь уподобиться «Луку Рустама», направляя свои усилия на благо государства, но надо быть осмотрительным, дабы не пасть под ударами близких тебе людей.

Простого в жизни не бывает. Где не соцреализм, там голливудский триллер, латиноамериканское мыло или индийское кино. У каждого жанра свои особенности. Точно также дело обстоит и со сценарием нашей с вами реальности… Но понять её смогут только следующие поколения. Они же всё будут подвергать сомнению, трактуя прошлое в угоду той или иной необходимости.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Сборник рассказов Ивана Бунина «Тёмные аллеи» преимущественно состоит из опубликованных в газетах и журналах произведений с 1937 по 1953 годы. Некоторые из них не нашли отклика в прессе, либо не имели цели попасть в периодику, поэтому были добавлены уже непосредственно в сам сборник.

Никаких возвышенных чувств читатель в представленных работах Ивана Бунина не найдёт. Наоборот, его ждёт наитемнейшая сторона человеческой души, куда лучше не заходить, если желаешь прослыть добропорядочным и непорочным человеком. Однако, при наличии желания прикоснуться к тайному, по «Тёмным аллеям» вполне можно прогуляться. Чем же Бунин на этот раз удивит читателя? Какие мысли он вывернет наизнанку, показывая себя настоящего?

Скорее Бунин топчет любовь, чем её превозносит. Отношения для действующих лиц — незначительный эпизод в череде других аналогичных. Женские сердца оказываются разбитыми, а мужской кураж продолжает витать, приводя к краху жизни следующих жертв.

Впору создать образ бунинского героя и бунинской же девушки. Когда мужчина предстаёт без всяких обязательств с желанием лишь потешить себя одной или парой встреч интимного характера, тогда женщина всегда идёт ему навстречу, немного переживая и давая лёгкий отпор, чтобы всё равно оказаться постели, отдав самое драгоценное, что у неё есть. Может и нет такой идиллии в жизни, но на страницах «Тёмных аллей» берётся оптимальная ситуация, предусматривающая ожидание радужных перспектив, без осознания скорого наступления горьких последствий.

Раз за разом повторяется одна ситуация. Где-то она сумбурна, а где-то противна до глубины естества. Бунин был обижен на мир? Были растоптаны его ожидания? Теперь он сам с удовольствием ломает судьбы другим. Пусть не реальных людей, но персонажей на страницах собственных рассказов. Редкое действующее лицо отдаёт отчёт в своих действиях, подчиняясь воле автора и осуществляя противное их же личности. Бунин настойчиво требует развратных поступков, пренебрегая разумностью людей, должных осознавать и восставать против подобного отношения к себе со стороны совершенно посторонних людей.

Впрочем, Бунин мог быть развращён влиянием Франции, где примерно одновременно с ним пребывал Генри Миллер. Читатель, знакомый с «Тропиком Рака», легко поймёт о чём Бунин предпочёл умолчать, ограничиваясь намёками на половой акт. Но «Тропик Рака» и «Тёмные аллеи» — это суть единого мышления, только Бунин старался сохранять приличие в одном, допуская попустительство в другом.

Лёгкость отношений действующих лиц — основа каждого рассказа. Чувствуется желание автора показать геров, осознающих к чему приведут их поступки. Они, скрепя сердцем, это принимают и потворствуют страстям Ивана Бунина. Разве может горевать женщина, вынужденная с ребёнком ходить по деревням и побираться, или дитя порочной связи обивать пороги, будучи прогнан родителем, или ожидать уехавшего, некогда страстного, ухажёра, понимая бесплотность надежд? Конечно, мужчины в рассказах Бунина напыщенные и часто глупые, не придающие своим поступкам и крупицы разумности.

И вот минует десять рассказов, затем ещё десять, а разнообразия не случается. Некогда живой и яркий герой превращается в картонный шаблон, применяемый автором к точно такой же шаблонной ситуации с привлечением шаблонной героини. Меняются имена, место действия и обрамляющие текст слова, а остальное повторяется. Главное, Бунину хватало средств на существование, а всё остальное не имеет весомого значения. Потомкам отчего-то сей разврат понравился. Почему бы и нет. Это бунинский вариант классики, давший дорогу похожим на «Тёмные аллеи» произведениям.

Натурализм? Весьма сомнительно.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Случилось так, что Сергей Довлатов обнаружил старый чемодан, о существовании которого он давным-давно забыл. Стоило его открыть, как на писателя нахлынули воспоминания. Когда-то он привёз с собой из Советского Союза в США только этот чемодан, куда уместилось всё самое ценное: креповые финские носки, номенклатурные полуботинки, приличный двубортный костюм, офицерский ремень, куртка Фернана Леже, поплиновая рубашка, зимняя шапка и шофёрские перчатки. Что-то из этих вещей ему подарили, а что-то он украл, либо получил в результате самых разных злоключений.

Короткий сборник из восьми рассказов — отражение советской действительности. Со стороны Довлатова всё воспринималось именно таким образом. Он не склонен был видеть позитивное, поскольку старался оставаться на плаву, вынужденно подчиняясь обстоятельствам. Его мысли подвергались цензуре, а сам он не мог себя никак выразить, оставаясь вне системы ценностей государства, в котором жил. Сомнительно, чтобы жизнь в другой стране значительно отличалась, родись Довлатов именно там. Его взгляд также бы оставался легковесным, понимающим действительность под толстым слоем сатиры.

Безусловно, больно осознавать никчёмность, когда ты пытаешься поступать на благо общества, и вместо этого служишь ковриком при входе, позволяя вытирать ноги. Если желаешь больше денег — начинаешь заниматься спекуляцией, а коли душит жаба — тыришь чужую обувь. Главное данные обстоятельства обставить так, чтобы читатель так и не понял, насколько дурными были поступки самого писателя. Конечно, рвать на себе волосы не выход, но и поливать грязью то, что сложилось в результате долгих лет существования нескольких поколений — неправильно.

Гнилой продукт рано или поздно всё равно будет выброшен, либо заменён на новый. Советский Союз скрипел, утратив первоначальные идеалы. Была извращена сама суть его возникновения. Не все это понимали, но Довлатов прочувствовал на себе полностью. Сергей не просто ведёт повествование, он чуть ли не рассказывает анекдоты. Понятен его сарказм, выставляющий дураками действующих лиц. В смешных историях адекватным выглядит только главный герой или рассказчик — так и у Довлатова: он умнее окружающих.

Опять же, созданный писателем образ отлично вписывается в обыденность Советского Союза. Этот человек является идеальным представителем данной страны. Он не передовик и не рвётся в бой, а просто созерцает действительность, смиренно принимая происходящее за должное. Ему хочется жить лучше и он старается. Только трудно выпрыгнуть из штанов, если у тебя их нет и ты не можешь их нигде раздобыть.

Всё складывалось закономерно. Довлатову было тесно в большой стране. Он желал перемен. И вот перед ним чемодан со старыми вещами. Многое ли изменилось в его жизни и насколько это сильно теперь заметно? Основное, что понимает читатель — Довлатов наконец-то почувствовал себя свободным человеком, который может идти куда хочется, поступать — как считает нужным, и жить — вдыхая полной грудью.

Своеобразная ностальгия вышла под пером Сергея Довлатова. Он точно не желал вернуться домой, но вспомнить ему всё-таки было приятно. Замечательно, если человек способен с улыбкой говорить о прошлом, каким бы неудачным оно лично для него не было. Для каждого из нас уготована своя судьба — мало кто о ней потом расскажет потомкам. Довлатов умел находить ладные слова. Остальное же — предания старины глубокой.

Сейчас популярно говорить, что у каждого на столе или в сумке. Постарайтесь рассказать об этом в духе Довлатова, с богатым сопутствующим текстом.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Сборник рассказов «Караван в горах» подготовлен специально к десятилетию Апрельской революции. В 1978 году в Афганистане произошёл переворот, в результате которого к власти пришли социалисты. Не знавший покоя народ наконец-то обрёл надежду на наведение порядка в стране. Именно ощущением этого пропитан каждый рассказ. Население изнемогало под гнётом безнаказанности бандитов, религиозных фанатиков и коррумпированных чиновников. Труд человека ничего не стоил. Появился призрачный шанс на преодоление предрассудков и обретение спокойного существования. Афганистану предстояло забыть о феодализме и стать частью современного мира. Так было в 1978 году. Спустя годы улучшения не наступило — люди этой страны продолжают страдать от всего того, от чего надеялись избавиться.

Самые горькие моменты население Афганистана испытывает от деятельности душманов. Нет покоя в селениях, когда всем сообща приходится организовывать сопротивление. Оружие в руки берут даже девушки и старики. Каждый готов на отчаянный поступок, лишь бы защитить близких. И ведь борьба идёт не за веру, а за отстаивание права на существование. Авторы сборника наглядно изобличают душманов, не умеющих соблюдать нормы мусульманства и на свой манер трактующих текст Корана. В душманы подавались те, кого никто не уважал. Их изгоняли из деревень, а те находили себе подобных. Душманы приравниваются к бандитам — они соблюдают только им понятные нормы морали, позволяющие подрывать школы и убивать правоверных, что лично для них являются кафирами (иноверцами).

Другой горький момент, которым пропитано любое произведение автора с Востока — это отсутствие справедливости. Крестьян постоянно принижают: купцы и чиновники на них наживаются. Когда добиться правды не получается, остаётся два выхода: сойти с ума или устранить непосредственного обидчика. Оба варианта показывают способность афганцев доходить до крайних мер. Если человек может решить проблему силой — он это сделает, если не может — его мозг начнёт иначе воспринимать действительность.

Но главное заключается не в этом. Свидетелями подобного становятся дети. Эти, никем не воспринимаемые, маленькие люди пропитываются атмосферой злости и ненависти, пропуская через себя, чтобы уже во взрослом состоянии дать должную оценку прошлому. Составители сборника подобрали писателей, чьё детство омрачено осознанием социальной несправедливости. Теперь осталось в краткой форме поделиться с читателем впечатлениями.

Вот на страницах раскрывается портрет матери, учителя или соседа, пострадавших в силу разных обстоятельств, преимущественно от деятельности бандитов или близких к власти людей. Изредка охарактеризовать действующих лиц можно с помощью окружающего их мира. Сюжет нескольких рассказов происходит за пределами родной страны, и там нужно примиряться с иными обстоятельствами.

Надо бороться и не сдаваться, как бы всё не складывалось. Коли напали — борись, ежели разыгралась стихия — пытайся устоять. А если пришлось бежать — нужно преодолеть себя и смириться. Хорошей жизни никогда не будет, что-нибудь обязательно произойдёт. Остаётся причитать и сетовать на жизнь, поскольку ратующий за мир оказывается слабым и вынужденным подчиняться сильному, берущему всё силой. Обретение прав одними делает бесправными других, поэтому нет смысла говорить о справедливости — у каждого она своя.

Аналогичной болью может поделиться не только писатель со сломанной судьбой, но и душман, чьё понимание мира кардинально отличается от гуманистического. Однако, таких в сборнике нет, но надо понимать, что таковые должны быть. Впрочем, осознавая их борьбу с образованием, можно смело дать отрицательный ответ. Как знать, ознакомься местное население со сборником «Караван в горах», так может Афганистан сразу бы забыл о войнах и зажил в мире и согласии?

Запомните имена писателей из этого сборника — они достойны вашего внимания: Зарин Андзор, Бабрак Арганд, Амин Афганпур, Рахнавард Зарьяб, Спожмай Зарьяб, Хабибулла Зрысванд, Акбар Каргар, Кузагар, Сулейман Лаик, Разек Фани, Асадулла Хабиб, Кадир Хабиб, Хаус Хайбери, Катиль Хугиани, Дост Шинвари, Алем Эфтехар.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Джек Лондон писал или редактировал около пятисот слов каждое утро — так начинались все дни знаменитого американского писателя. После он был свободен и тратил жизнь на впечатления, где одна из главных ролей принадлежала алкоголю. О тяге к спиртному Лондон говорил не раз, осознавая, что до добра это его не доведёт. Именно обязанность сперва работать, а потом отдаваться страстям, позволила Лондону написать большое количество произведений, включая неисчислимое количество рассказов. После смерти Джека в его черновиках продолжали находить ранее неопубликованное или невключённое в сборники. Так, например, в 1922 году увидел свет сборник рассказов разных лет «Голландская доблесть», представляющий для читателя интерес.

Теперь доподлинно известно, что Джек Лондон начал писать в семнадцать лет. Доказательством этому служит рассказ «Тайфун у берегов Японии». Это произведение не блещет оригинальностью и не несёт в себе ничего, кроме описательного элемента. Лондон долго раскачивался именно на подобных работах. В его трудах возникали молодые люди, почти мальчишки, сетующие на судьбу, поскольку они должны были родиться на несколько веков раньше, когда приключения встречались на каждом шагу. Сейчас же им остаётся играть в пиратов, спасать неловких туристов, показывать удаль в цирковых представлениях и плавать по морям, где уже ничего нельзя открыть.

Если и появляются приключения, то невольно, да по собственному недосмотру. Джек Лондон описал занятный случай, связанный с браконьерством и русским пограничным кораблём, арестовавшим команду зашедшего в его территориальные воды судна. Лондон с полной серьёзностью рассказал о возможной дальнейшей ссылке моряков в Сибирь и их погребении заживо — правдивость этого нужно обязательно выяснить. Впрочем, слухи могли ходить среди людей разные, коли они не ведали о делах внутри континентов, проводя жизнь на водной поверхности.

Морская тематика встречается у Лондона довольно часто — это один из любимых Джеком сюжетов. Изредка можно найти рассказы о воздушной стихии и о трудностях связанных с её освоением. Другой излюбленной темой писателя были его впечатления от посещения Аляски. Не только люди становились обладателями железного характера, пожив в сём суровом краю, им же обладали населяющие Аляску звери. Например, гризли-плешак, никому не уступающий дорогу. Читатель об этом обязательно вспомнит, ежели ему доведётся встретить на пути медведя. Данное грозное животное всегда следует обходить стороной, а с плешаком так и вовсе не встречаться, так как он способен убить себе подобного — человека и подавно.

Золотом сборника является рассказ с точно таким же названием — «Голландская доблесть», который в правильно адаптированном варианте звучит более понятнее — «Для храбрости». Именно он служит наглядным доказательством осуждения Лондоном людей, делающим алкоголь важной составляющей жизни. Два героя пошли в горы, захватив с собой экипировку и, конечно же, виски. Где не хватит воли выполнить опасное действие, там всегда можно принять дозу спирта, возвысив себя выше гор приёмом подобного спасительного средства. Читатель понимает гибельность этого заблуждения. Вот и герои повествования всё взвешивают, стараясь справиться собственными силами. «Голландская доблесть» стала гимном трезвости. Читая данную историю, начинаешь прощать Лондону его пагубную привычку.

Кроме упомянутых ранее произведений, в сборник вошли рассказы: «Спасённый браконьер», «На берегах Сакраменто», «Крис Фэррингтон, матрос», «Отбитый абордаж», «Приключение в воздушном море», «Плешак», «В бухте Йеддо» и «Их дело — жить».

Совершенно иначе воспринимается сборник «Сын Солнца», изданный в 1912 году, когда Джек Лондон имел финансовые затруднения и писал о чём угодно, лишь бы получить гонорар. Однако, удовольствие от чтения всё-таки можно получить. Читателя снова ждут приключения людей, столкнувшихся с неприятностями на тихоокеанских просторах, в частности на Соломоновых островах. Знакомый с творчеством Лондона к рассказам на эту тему был подготовлен ещё за год, когда Джек написал неоднозначное и проходное произведение под незамысловатым названием «Приключение». Не обо всём смог на его страницах поведать Лондон, многое было упущено из виду. Сборник «Сын Солнца» позволил восполнить пробелы.

Как известно, в начале XX века на Соломоновых островах жили племена каннибалов. Лондон их поставил на ступень ниже населяющих Африку негров. Островитяне были падкими на безделушки, за которые батрачили на белых плантаторов, иногда устраивая кровавые бунты. Кажется, лишь безумцы будут вести тут свою деятельность, что уж говорить о торговле. И тем не менее — на Соломоновых островах самосознание местного населения менялось стремительно, а дети от смешанных браков получались коварнее, нежели таковыми могли быть их родители.

Каждый рассказ — своего рода жемчужина. А подобной драгоценностью дно вокруг островов усеяно в великом множестве. Особо примечательными являются: «Гордость Алоизия Пэвкберна», «Ночь в Гобото» и «Перья Солнца».

Джек Лондон, как социалист, всегда находил для себя возможность открыть людям глаза на так называемую рыночную экономику — один из главных инструментов манипуляции капиталистов. Утверждение, будто спрос рождает предложение — основное заблуждение. Лондон наглядно это показывает на примере населения одного острова, жителям которого демонстрируются выгодные торговцам ценности, благодаря чему иноземцы получают отличную возможность нажиться на неспособности людей понять ценности представителей чуждой им культуры. Говоря проще, островитяне становились жертвами спекулянтов.

Дополнительно эта тема рассматривается в другом рассказе, но там уже задействован ушлый представитель племени белых, строящий с согласия вождя собственную экономическую модель, основанную на варварском понимании честного ведения дел. Прибывающие торговцы сами становятся обманутыми и терпят огромные убытки, не имея возможности справиться с новоявленным представителем правительства туземной власти. Он готов снять с них последнюю рубашку и пустить чьё угодно состояние по ветру; даже вводит бумажные деньги, не забывая их обеспечить золотым эквивалентом. Читатель поставлен автором в незавидное положение, трактующим происходящее в пользу страдающих от поборов торговцев. Происходящее можно понимать по-разному, в том числе и в качестве отлично написанного рассказа. Главное не забывать делать выводы из прочитанного.

Не забывает Лондон и о другой своей страсти — азартных играх: по накалу страстей описываемый процесс не уступает боксёрским поединкам, о которых Джек также любил писать. Весьма трудно уловить суть происходящих в карточных баталиях процессов, кроме предоставляемых автором суждений. На этот раз в центре повествования не только человеческая жажда нажиться лёгким путём, но и желание писателя показать усмирение зарвавшегося человека, готового опорочить соперника, зная его поверхностно. Видимо, Лондон негативно относился к людям, не умеющим себя контролировать и исходящим пустой бравадой. Для таких игроков Джек всегда запасался нравоучительным уроком. Наказание за безрассудство обязательно настигает его достойных.

Помимо этих трёх рассказов в сборник также вошли: «Сын солнца», «Черти на Фуатино», «Шутники на Новом Гиббоне», «Небольшой счёт, предъявленный Сюизину Холлу» и «Жемчужины Парлая».

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Фрэнсис Брет Гарт был из тех писателей, которые останавливали время. Его наблюдательность и талант рассказчика сохранили для потомков воспоминания о былом, некогда являвшимся для людей настоящим. Современники Фрэнсиса могли не придавать значения происходящим вокруг них событиям, воспринимая их за естественный ход вещей. Но годы минули, поменялись взгляды и само понимание жизни. Прикоснуться к прошлому теперь можно лишь прибегая к помощи очевидцев тех дней. Знакомясь с рассказами американского прозаика, читатель сможет более детально понять быт людей, населявших Калифорнию в конце XIX века, а также устремившихся в сей край золотоискателей для разработки приисков.

Трудная жизнь закаляет людей, поэтому действующие лица рассказов Брета Гарта наполнены железной волей, их характер не поддаётся чужому влиянию. Женщины ни в чём не уступают мужчинам, испытывая иной раз гораздо больше трудностей, когда решают поступать согласного личным убеждениям. И подобное закладывается в них с самых малых лет. Читатель не раз в этом убедится, поскольку много рассказов касаются именно их: гордых, красивых, своенравных. Мужчинам остаётся стараться быть сильнее, но и они пасуют перед женщинами, готовые принять смерть во имя идеалов. В круговерти высоких моральных ценностей ковалось независимое и неуступчивое племя знающих себе цену людей. Не стоит удивляться, что дети обладали более крутым нравом, нежели родители.

Действующие лица рассказов Брета Гарта чем-то похожи друг на друга. Всем им присуще нечто бесовское. Им и снится должно что-нибудь особое, сугубо про обретение твёрдой опоры под ногами. Они могут врать, уберегая правду от посторонних глаз, однако при этом остаются честными, что обязательно становится известным, но это происходит в тот момент, когда выводы делать поздно, а обретённый смысл позволяет пересмотреть свою жизнь иначе, не более того. Они могут совершать безумные поступки, храня в тайне побуждающие мотивы, и оставаться при этом на коне, покуда над ними смеются окружающие, ещё не ведая, как уже завтра будут плакать от упущенных возможностей. Они могут слыть прагматиками, пренебрегая личной выгодой, коли того требуют обстоятельства, чему другие дивятся, внутренне не принимая истину о необходимости быть на вторых ролях, пока это уберегает человека от ничем неоправданного риска. Они могут быть чёрствыми и самовлюблёнными, даже душевными и отзывчивыми. Но им всё равно будет свойственно слыть слегка сумасшедшими.

Никто никому ничего не должен — основной вывод каждого рассказа Брета Гарта. Произойти может разное, нужно это принять и жить дальше. Людей может не устраивать американская кухня, ловкость китайцев, глупость животных, чей-то нежданный успех. В любое случае остаётся принять свершившееся и жить дальше. До конкретного человека снисходить никто не будет. Всего нужно добиваться своими силами. Надежды рухнули — значит было суждено, а если наоборот, то пользуйся моментом.

Творческих свершений у Брета Гарта не так много, как хотелось бы. Добрая часть укладывается в одну толстую книгу, либо в две поменьше. При этом, при желании, о каждом рассказе можно говорить отдельно, не пытаясь найти общие черты с другими произведениями автора. Сюжеты разнятся от мелодраматичных до юмористических, вызывая у читателя определённый образ. Фрэнсис находил о чём рассказать, благо он имел все инструменты для публикации произведений, так как сам являлся сперва редактором, а потом выпускал собственный журнал.

Золотая лихорадка покинула Калифорнию, а значит её покинули и те люди, о которых писал Брет Гарт.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Поскольку реальность одного неотличима от реальности других — следует понимание общей реальности для всех. Предлагается для рассмотрения данного утверждения сборник рассказов нобелевского лауреата по литературе за 2013 год канадской писательницы Элис Манро. За основу будет взята канва приводимых ей историй, следуя которым устанавливается реальность главных действующих лиц относительно реальности других в большем и реальности самой писательницы в малом. Проводится итоговая чарта под идентификацией личности, согласно чему любой рассказ от первого лица воспринимается рассказанным от лица Элис Манро. Следуя этим размышлениям, нужно понимать реальность в общем.

В жизни Элис происходило много интересного. И она, как талантливый рассказчик, имела огромное желание применить свой дар с малых лет. Потребовались долгие годы, пока она смогла преодолеть авторитет отца. Именно отец запрещал ей о чём-либо рассказывать матери, предлагая всё оставить в тайне. Более тридцати пяти лет Манро боролась с собой, подавляя желание к самовыражению. Надо ли говорить, что однажды берега реки сомнений были размыты, а бурный поток решительно снёс все преграды. Элис начала уверенно излагать мысли, получая одну премию за другой, покуда не добралась до одной из самых престижных. Всё это случилось благодаря отцу, что умело подавлял её стремление к самовыражению, позволив осуществиться им задуманному через заложенную в человека борьбу за право нарушать запреты.

Чем же так поразила читателя манера изложения Элис Манро? Если судить по её первому сборнику «Танец блаженных теней», то можно выделить два приёма построения историй: пересказ событий без лишней драматизации и пересказ событий с драматизацией до состояния тотальной трагедии. В обоих случаях Манро начинает издалека, оставляя читателя гадать, когда всё-таки наступит переломный момент или он так и не наступит. Шокировать читателя у Элис получается превосходно — это особенность её творчества. Однако, учитывая короткий размер произведений и их обилие, подобное однообразие начинает утомлять. Иной раз заранее знаешь, что вот этот персонаж сойдёт с ума, а вот тот неожиданно скончается. И когда так и происходит, то остаётся ударить себя в грудь и укорить ту жизнь, которая подсказывает писательнице сюжеты.

Очень часто Манро возвращается к воспоминаниям об отце. Он был для неё самым главным человеком, чьи поступки достойны многократных упоминаний. Его обаятельная харизма и уверенность в поступках вызывают трепет у юной девушки, сопровождающей отца не только на работе, когда тот наподобие торпеды рассекал по канадским дорогам, но и во время походов в лес, чтобы содрогнуться от мужественности родителя, умеющего оценить обстановку и найти правильные слова для неадекватных встречных. Она всегда была в нём уверена. И каждый раз продолжала получать от него внушения, касательно умалчивания обо всём с ними случившимся. Отсюда и стоит искать обстоятельства для идеализации, усилившиеся за давностью лет и в связи с особенностью воспринимать детство с позитивной стороны, если оно не омрачалось горестными событиями.

По рассказам Манро не сразу удаётся понять, почему такое значение придаётся трагедиям. Радужное детство резко контрастирует с вхождением во взрослую жизнь. Будто Элис пробудилась от заблуждений, увидев боль и страдания окружающих её людей, дотоле не ведая о смерти. Единожды с ней случилась неприятность, опять же связанная с отцом. Может именно в этом травмирующем психику эпизоде стоит искать причины для кровавых развязок, так необходимых для повествования, будто они являются залогом продолжения существования. Дело касалось лошадей, которых отец держал для прокорма лисиц, чьи шкуры давали средства для пропитания. Тогда сердце Манро треснуло, а разум восторжествовал. И она больше не задавалась вопросами касательно гуманности. С этой поры происходящие события начинают блекнуть по мере движения вперёд, имея изначально яркие радующие оттенки.

Манро есть о чём рассказать. Она только начала это делать. Сборник за сборником. Но косу от крови не отмыть, она нужна Элис для отражения собственных чувств. Можно бояться. Можно читать. А шок — это нормально. Организм требует встряски. Главное пригибаться, дабы коса Манро никого не задела, а чья-то смерть так и осталась запечатанной в текст.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее