trounin.ru

Знакомясь с публицистикой Лукьяненко, насколько следует это делать с предельной степенью точности? Особенно в случаях, когда речь не касается литературы. Например, его рецензии на фильмы в 2003 году. Вот заметка «Голова в облаках» — восхищение мультипликацией Хаяо Миядзаки, где интересным кажется сравнение персонажей Миядзаки и Крапивина, если говорить о доброте детей и стариков. Или вот заметка — «Матрица, ноябрьский путч», как обзор на кинотрилогию братьев Вачовски, создавших любопытную к пониманию интерпретацию сущего, в дальнейшем всё сведя к абсурду. Но эта заметка читателю важна к пониманию, так как Сергей раскрыл один из важнейших принципов литературы — писатель не обязан объяснять разрешение запутанных моментов. На телесериал «Дети Дюны» Сергей ответил заметкой «Спайс чилдрен».

Писал Лукьяненко и заметки, вроде «Любой фантаст, рискующий писать о внеземных цивилизациях…» и «Я сам порой над этим задумывался — и даже пытался написать…» — и другие, которые могут быть неизвестными читателю. Или известными, но малоинтересными, как предисловие «Игры в классиков» к антологии «Псы любви», где рассказывалось о конкурсе рассказа за сорок восемь часов, или как предисловие «Обращение к читателям» к шестому тому «Антологии мировой фантастики».

В 2004 году Лукьяненко написал рецензию на трилогию Филипа Пулмана «Тёмные начала» — «Конструктор и его лего-бог». Критикуя за нелепо показанных ангелов, сражающихся со злом, Сергей сам начнёт писать на отдалённо похожую тему, когда будет работать над циклом «Небесное воинство». Из других рецензий можно назвать критику на выдуманные произведения для соответствующей рубрики в журнале «Если». «Новый роман «Ремарка» — о книге супругов Дяченко. Знающие творчество авторов говорят — Лукьяненко очень точно подметил особенности одной из написанных Дяченко книг. «Провернуть назад!» — рецензия на выдуманную книгу за авторством Александра Громова. Учитывая склонность исследуемого автора к написанию произведений о всевозможных катастрофах, Лукьяненко помыслил подлинно страшное — практически кинговское: о мальчике, который взглядом мгновенно разделывал мясо в фарш. Это вам не телекинезом или пироманией обладать на фоне неосведомлённости о менархе.

Упуская из внимания предисловие «От автора» к сборнику «Гаджет», предисловие «Успеть за сорок восемь часов» к антологии «Гуманный выстрел в голову», «Пожелание С. Лукьяненко участникам мастер-класса» к сборнику написанных ими произведений, и прочее неучтённое, можно перейти к более значимым статьям.

«Апостолы инструмента» — размышление о необходимости интернета в жизни писателя. Некогда не у всякого он был. Требовалось приобрести компьютер, обладать соответствующим уровнем грамотности. Имея это всё, можно было заходить на интернет-конференции, узнавая, что читатели думают о твоём творчестве. В ответ Лукьяненко осуждал читателей за наивность, если они полагали, будто писатель создаёт произведения сугубо для их удовольствия. После размышлял о том, насколько оправдано размещать тексты в интернете, когда желается видеть именно в бумажном исполнении. Единственное, чем интернет действительно важен — быстрым поиском информации. Но ведь можно найти и собственные тексты, опубликованные без получения авторского разрешения. В ту пору такой вид пиратства назывался копилефтом, порицаемый Лукьяненко.

«Периодическая тризна» — статья о время от времени случающихся похоронах научной фантастики. Сергей увидел основную проблему в завышенных ожиданиях и в неверном понимании научности. Прежде всего — это художественная литература.

«Сами мы не местные» — о философии первого контакта с внеземным разумом. Допустимо ли обесчеловечивать инопланетян? А в случае геноцида землян? Вот прилетят на Землю, почитают книги, посмотрят фильмы, где они показаны за исчадия ада, и подумают — негоже им далее оставаться добрыми. Допустить такое возможно. Однако, кто говорит, будто добрые на своей планете, они останутся такими же при освоении космоса? Допустим, полетят земляне осваивать космос, причём из самых обыденных побуждений — ради ресурсов. Как они будут поступать? В любом случае, заключал Лукьяненко, главное самому оставаться человеком.

«Хождение в Кино» — сообщение о личном опыте по экранизации книг. Как обратились с предложением экранизации «Ночного Дозора», как тяжело было утвердить сценарий, какие возникали проблемы в последующем. Как сразу начали выкупать права на киноадаптацию других произведений. Как решался вопрос со спецэффектами. Каким образом лучше отразить на экране «сумрак». Об участии русских фантастов в качестве иных. Об эпизодической роли самого Лукьяненко. Вывод был таким: писать книги гораздо легче, чем снимать фильмы.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В 2000 году Лукьяненко принял участие во французском слёте любителей фантастики, о чём он рассказал в статье «Аэлита по-французски». Ведь как это прекрасно, замечал Сергей, когда такое мероприятие названо по имени произведения советского классика — Алексея Толстого. Если задуматься, лично для русскоязычных читателей фантастическая литература чаще всегда подразделяется на американскую и русскую, тогда как ни о какой прочей практически ничего неизвестно, за очень редкими исключениями. Откуда же во Франции, где, вероятно, по такой логике должны знать только фантастику американскую и французскую, знают ещё и о русской? Оказалось, очень даже хорошо знают. Во Франции очень хорошая культура потребления. И ещё, о чём Лукьяненко сказал в статье, потом ещё не раз вспоминая, у французских читателей никогда не возникает мысли, будто кто-то имеет право использовать тексты без разрешения автора.

Тогда же Сергей написал рецензию на фильм «Стюарт Литтл» — «Маус-американус, или Видовая политкорректность», посчитав, что в России не помешало бы поучиться подобным сюжетам. Вроде бы показана добрая история о принятии в человеческую семью разумного мышонка. Ведь мышонок — это лишь намёк. Ведь всё специально обёрнуто в форму сказки. В противовес, сохранилась статья «Вечером в куплете…» — об использовании в литературе печальных сюжетов, происходящих в жизни. Причём, печальные сюжеты эти имеют резонанс в обществе. Вопрос только в том, насколько порядочно будет поступать писатель, придавая этим событиям угодный лично ему окрас.

В 2001 году в соавторстве с Константином Гришиным Сергей написал предисловие к сборнику Крапивина «Мушкетёр и Фея» — «Мушкетёр ищет фею». Другое предисловие за тот же год: «Трудно писать предисловия» — к сборнику фанфиков по «Лабиринту отражений». Годом позже: «Вместо предисловия» — к антологии «Вся неправда Вселенной», и предисловие к сборнику Леонида Каганова «Коммутация».

В 2022 году написана статья «Время движущихся картинок». Всё в человеческой жизни меняется, как меняются и оценки прошедших лет. Вот есть некоторые периоды, определённым образом именуемые. Например, девятнадцатое столетие именуется золотым. Почему? Лукьяненко это понимает из-за того, что тот век стал последним неинформационным. О нём известно не так много, вследствие чего его допустимо идеализировать. И при том известно достаточно, чтобы говорить об этом с твёрдой уверенностью. Что до будущего, Лукьяненко предсказывал изобретение виртуальности, неотличимой от реальности, в которой человечеству придётся жить.

Рецензии от Сергея кажутся за редкость. А как понимать рецензии на выдуманные произведения? В журнале «Если» несколько лет существовала рубрика, где писались рецензии именно на выдуманные произведения, будто бы выходящие в выдуманном издательстве «Новая космогония». Лукьяненко предложил свою версию восприятия книжки алма-атинского фантаста Зарова — «Выпаренные сюжеты». Но уже по фамилии данного фантаста читатель должен был понять, Лукьяненко переосмыслил сюжеты, какие у него когда-то самого имелись, частью реализованные.

Говорят, в девяностых в Казахстане существовала мистификация, руку к которой приложил Сергей. Об этом рассказано в статье «Кобланды-батыр и Барса-Кельмес». Если читателю интересны её обстоятельства, он всегда может ознакомиться с данной заметкой от Лукьяненко. Если не интересны, ему можно посоветовать к ознакомлению «Кара-Бугаз» Паустовского, где грань между выдумкой и действительностью гораздо призрачней, чем может казаться за обратное.

Про ещё три заметки Лукьяненко за 2002 год читатель может не знать. Это поздравление Геворкяна с юбилеем «Его произведения известны всем…» — написанное в соавторстве с Владимиром Бакановым, Василием Головачёвым и Николаем Науменко. «Первые впечатления от «Атаки клонов» и «Визит на «Форкон». Последняя заметка касалась посещения конвента любителей творчества Буджолд. Из всех впечатлений, более прочих запомнившихся — ходили по магазинам, закупились мясом для шашлыка, готовили его, ели, а потом разъехались.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

С 1997 года Лукьяненко начал сотрудничество с журналом «Если» в качестве публициста, написав рецензию на произведение «Великий Сатанг» за авторством Льва Вершинина. Годом позже написал статью «История болезни, или Игры, которые играют в людей», рассказав о пристрастии к компьютерным играм, временами становившемся для него пагубным.

Была, есть и будет такая игра, имя которой «Герои меча и магии». Она из тех, что оставляют неизгладимое впечатление, побуждая к приятным воспоминаниям. Дело другое, насколько требуется проводить время за данной игрой, да и любой иной. Но Лукьяненко пожелал рассказать о феномене человеческого пристрастия к компьютерным играм, сделав это по просьбе редакции журнала «Если». Сам Лукьяненко об этом сообщил, как ему предложили написать в течение двух недель, а он — увлечённый игрой — сразу же о том забыл, пока ему через две недели не напомнили, вследствие чего и была написана статья. Сергей справедливо заметил тягу человека к развлечениям, даже примитивным. Что приковывало внимание к монитору на заре создания компьютеров, доступных нашему о них пониманию… Точки, палочки и больше ничего. Тут читателю надо взять паузу, подумав, как не хватает романа вроде «Игрока» Фёдора Достоевского, только в виде «Компьютерного игрока». Если оный сюжет как-то и использовался, то никем ещё не написан такой, способный стать в один ряд с произведением классика.

Лукьяненко рассказал, как вновь и вновь он уходил в мир компьютерных игр, совершенно потерянный для реальности. Мог забыть о делах на полгода, вовсе не написав ни строчки. Всё это обязательно должно было отложить отпечаток на творчестве, к чему Сергей и подвёл свой рассказ. Каким бы пагубным не являлось увлечение, оно обязательно должно принести пользу. Если не для всех, то хоть для кого-то. Например, Лукьяненко — одолел и превозмог, став выше. Одно его смущало — другие фантасты стали всё чаще писать сюжеты по мотивам компьютерных игр. Как бы оно не обстояло, зависимость от игр нужно просто пережить, выработав к ним иммунитет. Другого способа не существует.

В 1999 году Лукьяненко стал кинокритиком. Он честно купил новинку российской мультипликации «Незнайка на Луне», написав после просмотра «Впечатления дилетанта». Не понравилось ему абсолютно всё. Оригинальное произведение Носова было подано в извращённом виде, изменены сюжетные детали, звучал призыв к пониманию совсем других ценностей. И ежели борьбу с капитализмом заменили на страсти по экологии, то для чего друга главного героя — козлика — заменили на девицу Звёздочку?

В этом же году Сергей вступил в полемику с Сергеем Уткиным, выступив против его высказываний статьёй «Об одиночестве и глупости, о чести и доброте». Лукьяненко не понравилось, как Уткин откликнулся на создание фан-клуба Крапивина в Новосибирске с претензией непосредственно к Лукьяненко, сославшись на его раннюю статью. Стоит ли разбираться в деталях? Сергей в заключении скажет, почему он считает поведение Уткина неэтичным. Окажется, Уткин, незадолго до того, предлагал, чтобы Лукьяненко взял его в качестве литагента. И это при том, как говорит Сергей, Уткин не обладал соответствующими навыками. Он не был вхож ни в среду литераторов, к тому же не имел представления о работе с издательствами.

Ещё одна короткая заметка — «Чужие и я». Потребовалось ответить за слова, когда в статье «Чужие и мы» призывал человечество адекватно воспринимать должное произойти в случае контакта с внеземной цивилизацией. Лукьяненко сказал, если задуматься, то главным врагом человека был, есть и, скорее всего всегда будет, сам человек.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Разговор о публицистике за авторством Лукьяненко стоит начать с одной из первых его статей «Путь по лезвию бритвы», опубликованной в 1992 году на страницах первого выпуска журнала «Чудеса и диковины», одним из редакторов Лукьяненко на тот момент и являлся. В рубрике об алма-атинском клубе любителей фантастики «Альфа Пегаса» под псевдонимом С. Заров рассказывалось о зарождении данного клуба.

В 1993 году Лукьяненко опубликовал автоинтервью «Сложно наведённая галлюцинация», как предисловие ко второму выпуску журнала «Миры/Worlds». В том же выпуске, опять под псевдонимом С. Заров, статья — «Спасибо, мистер Спинрад, за то, что прожевали нашу кашу», как эмоциональные заметки о романе Спинрада «Русская весна». Вообще, ранняя публицистика от Лукьяненко может быть местами безвозвратно потеряна, потому как ныне её принято считать за библиографическую редкость.

В 1994 году в соавторстве с Павлом Вязниковым под псевдонимами Я. Скицын и С. Скицын написана статья в качестве опыта краткого обзора и вступления в исследование «Как умирают Ёжики, или Смерть как животворное начало в идеологии некроромантизма». Ставилась на вид особенность творчества Крапивина, писавшего о детях, но не для детей, потому как его юные герои практически всегда погибают. При этом дети у Крапивина идеализируют смерть, совершая добрые деяния, не боясь последствий, принимая за должное. Тема, взятая для рассмотрения Скицынами, кажется за серьёзную, но они сами просили серьёзно не воспринимать ими написанное. Продолжая тему, Лукьяненко написал статью «Ушибленные одиночеством». Сколь не были бы жестокими реалии в книгах Крапивина, его произведения всё равно преисполняются от жизнерадостности, а дружба книжных мальчишек всегда подлинная и искренняя — идеальная. Что до читателей, чаще всего они не имели столь же верных друзей. Некоторые из них даже насмехались над крапивинскими героями. Продолжая разговор, Лукьяненко рассказал о себе, как о продолжателе творчества Крапивина, ведь и у него в произведении «Рыцари сорока островов» дети массово гибнут.

В 1995 году продолжение статей под псевдонимами. Вновь в соавторстве с Павлом Вязниковым написана статья «Семья в творчестве Крапивина, или Анатомия маленького Героя». Разбивались тезисы об однотипности крапивинских персонажей. Тут же разъяснялось, почему книги Крапивина не стоит считать детскими, для чего приводился в пример «Повелитель мух» Голдинга. А вот девчонок авторы представили так, словно это юные героини, которые в более взрослом возрасте вполне могут быть тургеневскими женщинами. Ещё одна статья от Лукьяненко под псевдонимом Я. Скицына — «Человек с Мечом», касательно движения ролевиков.

Особенно важной для понимания читателя должна быть статья «Фантастика пути, или Куда идти?» — рассуждения о том, какую фантастику следует писать. Лукьяненко определял лично для себя, какого рода литература должна быть более востребована. Взяв за основу опросник «Локуса» Сергей делал выводы, к чему читатель обязательно потянется, если ему будет предоставлен такой выбор. К сожалению, или к счастью, шла речь об американском или каком другом читателе, но Лукьяненко посчитал, что читатель нуждается в таких произведениях, продолжения которых он будет ждать с нетерпением. То есть фантастическая литература должна стремиться к сериальности, выходить по частям. Этот принцип, к слову, нравится именно американским читателям, для которых одно произведение разбивается на три части, выходящие друг за другом через какое-либо определённое время. Но американский читатель к этому привык ещё со времён пульп-литературы. Да и Лукьяненко в разные периоды творчества всё равно будет тяготеть к тому же. Однако, статья важна другим — определением наполнения для произведений. Лукьяненко определил за необходимое следовать «пути». А что есть «путь»? «Путь» — это направление, цель которого всегда находится за гранью достижения.

В статье «Чужие и мы» Лукьяненко назвал себя шовинистом человеческой расы. Сергей отверг идею, согласно которой человечество, да и кто угодно другой во Вселенной, будет склонен к проявлениям гуманизма, когда речь будет касаться освоения космического пространства. Надо готовиться к худшему сценарию. И потому лучше сразу ратовать за людей, не имея «влажных» фантазий.

Сохранилась рецензия «Исторические игры Юрия Щербатых». Лукьяненко высказал крайне негативное мнение, выразившись словом «смехота». Вместе с тем признал, наступило столь тяжёлое время для литературы, отчего появляются подобного рода сюжеты с мутным политическим подтекстом. Досаду выразил Лукьяненко и в заметке «Фанкон» как он был, или Почему я больше туда не приеду». Прежде всего Сергею не понравился плохой уровень организации.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В 2021 году ковидная эпидемия продолжала бушевать. Лукьяненко принял участие в ещё одном проекте с незамысловатым названием «Новая реальность». От писателей требовалось представить, каким мир будет через пять и более лет. Сергей сразу сделал шаг на полвека вперёд. В рассказе «Крыса и пёс» описывался мир, успевший после ковида-19 пережить ещё ряд эпидемий, пока не наступил черёд ковида-70. В чём особенность этих эпидемий? Они случались всякий раз, когда общество перегревалось от социальных и политических потрясений, словно кто-то и правда мог быть их архитектором.

В том же 2021 году Лукьяненко написал первый рассказ для межавторского цикла «Метрономикон», суть которого в ином восприятии реальности. Проект видится читателю в духе ужасов Лавкрафта, когда привычное выдаётся с налётом мистики. То есть должно пробуждаться ощущение животного страха. На здоровую голову к содержанию таких произведений лучше не подходить. Обязательно надо представить, словно перед тобою виртуальная реальность в мрачных тонах, лишённая всего, должного казаться за человеческое. Приступая к написанию рассказа «В круге света», Сергей дал понимание моста для свиданий, целуясь на котором, можно понять, сколько времени вам предстоит прожить вместе. Это похоже на примету влюблённых оставлять замки на мостах, думая, словно это символизирует нерушимость любви. Как и в действительности, такие замки срезают, вот и у Лукьяненко влюблённых будут прогонять с моста. Что было по сюжету дальше? Фантасмагория, лишённая разумного осмысления. Разве только Лукьяненко подметил, мужчины ради женщины готовы претерпевать лишения десятилетиями, тогда как сами женщины — не осилят и пары дней. Но читатель из этого не должен делать выводов. Вселенная «Метрономикона» более походит на сюрреализм.

В 2022 году для того же цикла Лукьяненко написал ещё один рассказ — «Визит». Начиная издалека, Сергей сплетал историю молодого человека, вспоминающего о детстве и о розни между отцом и бабушкой. Его отец — моряк-подводник — однажды спасся, тогда как брат погиб. Мать не смогла ему этого простить. Ведь если бы хотел, тогда бы обязательно спас брата. Лучше бы не возвращался. Повествуя далее, Лукьяненко упоминал летающие острова. Их нет только в месте, где живёт бабушка — в Северодвинске. Зато там присутствует Левиафан. У героя повествования есть крылья, надев которые он может летать. Не обнаружив бабушку дома, отправился к морю. Там увидел бабушку, рядом с нею из морских глубин возвышался Левиафан. Страшное видение и не до конца понимаемое должное последовать осмысление содержания. Очередная порция сюрреализма, обязанная быть присущей рассказам цикла «Метрономикон».

В 2024 году Лукьяненко написал рассказ «Комендант Голливуда», вошедший в антологию «Испытательный срок». Героям повествования следовало справиться с впервые им поручаемыми заданиями. Сергей представил мир, который прошёл через ядерную войну. Читатель может проявить интерес, какую именно цель преследовал писатель. И имелась ли какая-то определённая цель? Желая написать про наших людей в Голливуде, Сергей на волнах фантазии дополнил действие приходящими ему на ум представлениями. Побуждением должны были стать действия Израиля, упоминаемые на страницах. Но мир уже которое десятилетие живёт в предсказаниях о начале новой мировой войны именно из-за событий на Ближнем Востоке. Требовался иной вариант. Лукьяненко предложил ответ на сошествие инопланетян. Пусть у США не выдержат нервы, они нанесут удар по внеземному кораблю, желательно над территорией России. Это породит ответные действия, результатом чего и станет ядерная война. Как теперь быть? Управлять уцелевшими землями. Так в Голливуд будет назначен наш человек. Он пожелает устранить всю грязь, размножившуюся там в междутрампие при правлении президента от демократов.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Как читатель уже убедился по рассказам Лукьяненко, писателю проще творить в условиях заданных ему рамок. Особенно это хорошо понятно, если смотреть на рассказы, написанные в 2019 году и после. Вот был задуман роман-буриме «Война и мир в отдельно взятой школе», должный вместить повествования от именитых авторов. Лукьяненко написал одиннадцатый эпизод — «Плоды просвещения». Не вникая в содержание всего произведения, читатель вовсе не поймёт и происходящего в самом рассказе. Лукьяненко выступил в том же году за зачинателя антологии «Город 2100» с рассказом «Электорат». Какими могут быть выборы управителя Москвы в начале двадцать второго века? Скорее всего значительная часть жителей будет погружена в виртуальность, у них будут специфические проблемы, требующие разрешения. Что до управителя, ему полагается соответствовать определённым критериям. Но у Лукьяненко всё пойдёт не по плану, да и люди не хотели видеть во главе города человека с идеальной предвыборной программой. Им требовался человек действия.

В 2020 году Сергей принял участие в чуть большем количестве проектов. Для сборника «Живи, Донбасс!» в соавторстве с Дмитрием Байкаловым написано повествование «Времён двух между». Рассказ по внутреннему наполнению имеет сходство с другим рассказом от Лукьяненко — «Витя Солнышкин и Иосиф Сталин», только показываемый наоборот. По сюжету человек переносится из 1979 года в современные авторам дни. Живя в Советском Союзе, тот человек огорчался спокойному существованию, тогда как его предки хранили воспоминания о войне с фашистами. Он бы сам не отказался жить в столь бурном на события времени. Но не зря говорят — история имеет свойство повторяться.

С рассказом «Двести первый шаг» Лукьяненко принял участие в проекте «Постэпидемия». В виду роста ковидной инфекции, почему бы не представить, будто всё нормализовалось, но человечество ещё не раз столкнётся с подобного рода угрозой своему существованию. По Лукьяненко выходило, эпидемия как четыре года закончилась, но семья главного героя продолжает держать оборону. Они соблюдают все меры предосторожности, изолировавшись от общения с людьми слишком буквально, готовые взорвать дом, если кто к ним приблизится.

Для проекта «Трасса 2050» написан рассказ «Дураки и дороги». Фантазия на тему дорог, способных самостоятельно себя прокладывать. То есть существуют наноботы, обладающие искусственным интеллектом. Поставлена задача проложить дорогу от Москвы до Калуги. По непонятной причине дорога пошла вглубь на восемь километров. Почему? С этим предстояло разобраться. Может по причине располагающегося на пути заброшенного поселения. Или дорога приняла решение уберечь кладбище от уничтожения.

Лукьяненко вновь сотрудничал с журналом «Сноб», написав три рассказа не тему мутаций и генетических конфигураций. В рассказе «Неисправимый» предлагалась ситуация, когда общество откажется от принудительного заключения людей в тюрьмы. Так как человек всё равно должен понять непозволительность им совершаемых проступков, место исправительной системы займёт «карательная» медицина. Если кто совершает экономические преступления, тот подвергнется обязательному лечению от клептомании. Ближе к заданной теме — рассказ «Обычный». О подобном Сергей прежде писал, что для общества будущего потребуются люди с заранее вложенными в них способностями. Так и в данном рассказе вниманию представлен пожарный, способный на пять минут задерживать дыхание, его глаза покрывают дополнительные веки. Внешне такой пожарный способен походить в моменты нахождения в огне на подобие нечистой силы. Сергей при этом предложил обсудить парадокс — обладая такими способностями, люди начинали ощущать некоторую степень собственной ущербности. А вот рассказ «Подарок» напомнил читателю святочный. У героя повествования был сын, которого он никогда не видел, и на содержание которого исправно платил алименты. Теперь же к нему пришли, желая иметь с ним разговор. Герой подумал — хотят ещё денег. Оказалось, у его сына редкое генетическое заболевание. Но зачем пересказывать сюжет? В данном случае — пусть читатель сам узнает, о какой боли Лукьяненко пожелал сообщить.

Для артбука «Движение миров» написан рассказ-катастрофа «Отпусти меня». Мама не хотела отпускать ребёнка в школу, он же проявил сознательность. Как итог — человеческая жизнь.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Шёл апрель 2017 года. Олег Дивов, один из авторов издания «Совершенно секретно», задумал рубрику для современных фантастических произведений, которые будут написаны по его просьбе. Право первого автора удостоился Сергей Лукьяненко. Результатом стал рассказ «Нечто неизменное». Сооружая из наработок, либо, по традиции «Рваной грелки», выпекая горячий пирожок, заодно сообразуясь с тематически должным казаться за открытие никем не разглашаемых истин, Лукьяненко повёл рассказ о прибывшем на Землю инопланетянине, пленившем человечество добротой. Этакий прот, только гораздо более общительный и без склонности к замкнутости. Инопланетянин у Лукьяненко всячески мирил землян, делая то с ощутимым успехом. А когда пришло время улетать, его никак не хотели отпустить.

Казалось, Сергей не вернётся к теме горе-строителей, но в 2018 году вышел новый рассказ «Всему своё время», как ещё одно стремление понять причудливость темпоральной фантастики. Поступил заказ от очередного невнятного заказчика, желавшего создать огромный развлекательный парк, там будут все чудеса света. Где предстояло на этот раз строить? О том заказчик предложил не беспокоиться. Это точно будет не в пределах знакомой строителям Солнечной системы. Одно смущало читателя, привыкшего видеть горе-строителей за пакостников галактического масштаба, теперь они работали на совесть. Сперва возвели пирамиды, должные простоять тысячелетия, потом китайскую стену, дошли даже до Колосса Родосского, на котором они и погорели, допустив ошибку в расчётах. Что окажется по итогу? Заказчик в будущем похитил машину времени. Об остальном по намёку от Лукьяненко читатель сможет догадаться самостоятельно.

А как понять сетевую публикацию «Дурной договор»? О том Сергей сказал, ему было предложено создать сюжет, чтобы его прогнали через нейросеть, должную сформировать повествование в стиле Гоголя. По итогу путного результата не вышло. Может потому Лукьяненко получившийся текст нигде более не публиковал.

Ещё одно творчество для кого-то — это рассказ «На дальней станции», результат сотрудничества с журналом «Сноб» и РЖД. Воссоздавалась фантастическая ситуация в социальном её представлении. Семейная пара решила развестись. Их документы судом по ошибке были отправлены в другой город. Судья им предложил за счёт государства съездить в тот город, там же их в тот же день и разведут. Надо ли говорить, что документы постоянно отправлялись судами куда-то ещё, отчего семейная пара могла колесить по стране неделями. Авторская мысль понятна — если позволить людям вновь быть вместе, возможно они передумают разводиться. Не слишком ли Лукьяненко идеализировал ситуацию?

В качестве сетевой публикации первоначально состоялась и заметка с длинным названием «Подлинная история путешествия Незнайки на Луну, рассказанная профессором Знайкой, инженерами Винтиком и Шпунтиком, доктором Пилюлькиным, астрономом Стекляшкиным, обывателем Пончиком, гражданином Незнайкой и Кнопочкой, просто Кнопочкой». Это цикл из семи коротких историй, рассказанных заявленными в названии персонажами Николая Носова. В качестве фанфика — почему бы и нет. Писателю всегда полезно тренироваться в мастерстве, особенно если к тому у него появляется желание. Воспринимать сам текст при этом для каких-либо выводов не требуется. Да и Лукьяненко к тому в такие моменты никого не побуждает.

Есть у Сергея за 2018 год рассказ «Такая работа». Сам он говорил об этом следующее. Ему приснился сон с ерундовым содержанием. Но, опять же, появилось желание его записать. Так и был написан данный рассказ. А раз сам писатель воспринял его за ерунду, то и читателю не нужно думать о нём лучше.

И как не сказать о коротком рассказе «Экскурсия»? Каждый читатель хотя бы однажды представлял, как может быть, окажись написанное правдой. Например, всё описанное Толкиным имело место быть. Прошли годы, проводятся экскурсии от Шира до Ородруина. Просто любопытная зарисовка.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Пока Лукьяненко писал об умертвиях, в издательстве «Альпина» задумали к выпуску цикл «Занимательная зоология». Основная идея которого заключалась в рассказе для юного читателя о разнообразии животного мира. При этом в качестве рассказчиков выступали знаменитые люди. Сергей Лукьяненко взялся поведать о мышах. Но нужно сразу оговориться — текст написан в типичном журнально-познавательном стиле, когда автор создаёт определённый образ, панибратски общаясь с читателем. Поэтому и рассматривать данное произведение следует в примерно схожем стиле.

Вот перед читателем книжка, украшенная иллюстрациями. Текст сочинял Сергей Лукьяненко. Картинки создавались Елизаветой Третьяковой. И что видит читатель, открывая книжку? А видит он текст, написанный большими буквами, пригодный для всякого читателя, решившего приобщиться к чтению с самых юных лет. Кому текст излишне большой, для того он дублировался прямо на иллюстрациях. Зачем? Можно было картинки сделать покрупнее, даже во всю страницу, или на полный разворот. Пусть тогда читатель рассматривает и заодно читает. Что же поделаешь, желание создать книжку имелось, но над реализацией идеи в полной мере не задумались. Ну да ладно — упрёк тут не писателю и не художнику, а тому, кто верстал или утверждал концепцию всего цикла в целом. Может в будущих переизданиях об этом задумаются, создав более красочную и приятную глазу книжку.

Читателю, кому важен именно Лукьяненко, должен простить отсутствие внимания к иллюстрациям. Особого интереса к ним нет, инфографика в аналогично неудобоваримом виде. Вот были бы иллюстрации в духе Верещагина! Читатель себе такое способен вообразить? Пожалуй, книжка бы несла тогда иной смысл, не заключающийся в прививании любви к братьям меньшим. Как бы обидно не звучало, лучшая часть книги в плане оформления, где больших картинок вовсе нет. Это раздел о дополнительных любопытных фактах. Правда, читатель там как раз и думает: «Ага! Художник устал, видимо, раз тут его иллюстраций нет». Или причины могут быть другими. Имело бы то значение…

Сам читатель не устал? Давайте тогда посмотрим на содержание внимательнее. Сразу в глаза бросается манера вредных советов. Мышки — они маленькие: говорит Лукьяненко. Весит мышка пару грамм, словно пакетик чая. Только не вздумайте мышь принимать за чайный пакетик! Ещё решите из них заварить крепко настоянный мышай. И весят мышки действительно мало! Как пустой конверт. Нет! Разглаживать мышей не надо! И делать из них самолётик нельзя! Надо запомнить — мыши являются близкими родственниками человека. Ты же, читатель, не позволишь себя настаивать в стакане с водой? И, уж тем более, складывать тебя в самолётик. То-то и оно!

Продолжая повествовать в отдалённо схожем духе, читатель встречал новую информацию о мышах. Узнавал, где они живут, какая у них шёрстка, особенности физиологии, почему всё пробуют на зуб, как видят, слышат и нюхают, насколько умны и сообразительны, какие из них замечательные спортсмены, чем они питаются, какие у них детки, кого мыши опасаются, и кто опасается уже их. Читатель должен понять, что благодаря мышам человек когда-то вообще завёл домашних животных. Вот не было бы мышей, не появилась бы в качестве питомца кошка.

Так кому будет полезно познакомиться с книжкой «Я мышь»? Во-первых, всякому любознательному ребёнку. Во-вторых, всяким боящимся мышей тётенькам. В-третьих, просто для общего сведения. А если решиться, и не читать данную книжку, какими это грозит последствиями? Совершенно никакими. Мышам до того дела вовсе нет, им разве лишь будет грустно, если они не смогут погрызть корешки у таких замечательных книжек.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

К 2014 году относится рассказ «Контакт», написанный в рамках проекта «Свобода мечтать» одного из российских мобильных операторов. Лукьяненко решил придерживаться доступных смартфонам возможностей, в которых всегда не хватает функции персонального секретаря. То есть многие люди желают избавиться от досаждающих им звонков организаций. Почему бы не сделать так, чтобы этим занималось подобие искусственного интеллекта? Дабы добавить на тот момент фантастичности — этот секретарь будет сходен внешне с хозяином номера, отвечать сможет по видеосвязи. Задумав такое, следовало придать вид истории. И читатель узнавал, как парень думал таким образом общаться с понравившейся ему девушкой, предоставив это программе-секретарю, а когда влюбился и пожелал общаться лично, с сожалением узнал — такой программой пользовался не только он.

Возвращаясь к теме полёта на Марс, в 2015 году Лукьяненко написал рассказ «Маленькое космическое путешествие». Теперь стало ясно — при составлении романа-буриме «Дорога к Марсу» не учли главного. А именно — реалистичности. Ведь почему читатель подумал, будто экспедиция так и не улетела с Земли? Сергей должен был задуматься о том же, результатом чего стало повествование, когда участники — теперь уже этой — экспедиции во время полёта на Марс разбирались с личными жизненными неурядицами. При этом за космонавтами был налажен постоянный видео-контроль, зритель мог наблюдать за ними в любой момент времени. И оказалось — пик интереса возрастал в моменты бесед космонавтов, тогда как мало кому казалась за важную конечная цель экспедиции.

Весной 2016 года Лукьяненко снова принял участие в «Рваной грелке». Требовалось написать рассказ на тему «Машина неопределённого времени». Сергей подошёл к реализации с помощью повествования о попаданцах — «Витя Солнышкин и Иосиф Сталин». Только вот читатель, успевший за несколько лет до того познакомиться с содержанием романа «Время и снова время» за авторством Бена Элтона, оставался с досадным привкусом повторения уже известного ему принципа исторических коллизий. Но у Бена Элтона события происходят уже в изменившихся реалиях, тогда как у Лукьяненко пенсионер из современного писателю времени оказывается в теле пионера Вити Солнышкина. Обладая знаниями о должных случиться событиях, вроде Второй Мировой войны, деятельности партийных лидеров, развале Советского Союза, Витя начнёт просить Сталина повлиять на события заранее, тем уберегая страну от должных случиться катастроф. Окажется, Сталин уже не раз слушал таких мальчиков, подстраиваясь под их советы, отчего каждый новый попаданец приходил с ещё более худшей версией будущего, требуя вносить изменения, порою противоречащие прежде исправленному. Читатель может подумать — сколь же занимательное наблюдение. Однако, исправить прошлое невозможно, а рассуждения о том — удел писателей в жанре альтернативной истории.

Дополняя вселенную Дозоров, Лукьяненко в 2016 году написал рассказ «Снежный король». Мнение читателя оставалось твёрдым — вселенная Дозоров должна восприниматься за монолитную, не допуская лишних отклонений. Но ничего не поделаешь со стремлением писателя на собственный лад трактовать им написанное. При желании, любое событие можно воспринять в требуемом виде. А так как дозорный цикл отличается допустимо близким к возможно имеющему место быть, то всякое явление подвергается переосмыслению. Например, сюжет о снежной королеве. Дело читателя, насколько он согласится с трактовкой от Сергея Лукьяненко. Как и с мысленным утверждением, будто сказки не учат доброму. Зачем Герда пошла искать пропавшего соседского мальчика? А если не Герда, то можно поговорить о герое другой сказки — порассуждать о коте в сапогах. Чему доброму научит такого рода сюжет? Или сюжет про шагреневую кожу. Поучительный ли он?

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

По весне 2013 года в «Рваной грелке» было предложено написать на тему «Предательство». Сергей не просто принял участие, ограничившись одним рассказом. Им было написано продолжительное повествование, где главный интерес представляли вставки о боге предательства, по имени которого рассказ и был назван — «Бхеда». Если Лукьяненко придумал такого бога со всеми его характеристиками, это уникальный результат человеческой мысли, способной преподнести явное, догадаться до чего не так-то просто. Ведь так и есть — кто поклоняется богу предательства, обязательно будет предан. Сообразуясь с этим, Сергей повёл повествование, единственным минусом которого является чрезмерное желание показать ситуацию, где все друг друга предают. У такого повествования не могло быть адекватно понимаемого окончания. В череде постоянных предательств невозможно поставить точку. Да и антураж Сергей выбрал в качестве фэнтези, описывая группу приключенцев, задумавших убить местного правителя. Сам замысел был основан на предательстве предателей, чтобы после предать его замысливших тем, кто замыслил изначально предать во имя предательства, и кто сам должен пасть от руки предателя. Получилось своеобразное представление, вполне пригодное к использованию мастерами ролевых игр, желающих внести свежее развитие в устоявшееся болото опостылевших отыгрышей.

В том же 2013 году Лукьяненко принял участие в создании ещё одного романа-буриме, написав четыре эпизода. Название романа — «Дорога к Марсу». Название эпизодов: «Слишком много неожиданностей», «Немного правды в холодном космосе», «Все реки текут…» и «Общий сбор». Если не брать во внимание остальные эпизоды романа, обратив внимание только на написанное Сергеем, читатель ощутит влияние Рэя Брэдбери с его «Марсианскими хрониками». Разве читатель не замечает такого же роста напряжения при желании людей начать колонизацию? Так в первом эпизоде несогласие проистекает от человеческого стремления опередить других. В данном плане Брэдбери склонен был бы согласиться, тогда как он всё-таки надеялся на первоначальное благоразумие землян. Пока же, читателя ждала цепочка необъяснимых событий, вроде того, как экспедиция начала движение к Марсу, а на корабле уже происходят загадочные события, даже — загадочно-сказочные. По оставленным следам стало ясно — кто-то спал на кровати космонавта и успел поесть от его припасов.

Даром для экспедиции это не прошло, о чём читатель узнавал из следующего эпизода от Лукьяненко. Кто и зачем устранил тех космонавтов? Об этом должен был рассказать один из авторов промежуточных эпизодов. Это Ярослав Веров, Сергей Слюсаренко, Николай Романецкий, Павел Амнуэль, Алексей Калугин, Игорь Минаков, Евгений Гаркушев, Александр Громов, Дмитрий Колодан или Антон Первушин. Вероятно, погибнуть пришлось не одной экспедиции, из-за чего возникла необходимость формировать интернациональные составы. У Лукьяненко кто только не собрался на борту, только оказалось — все являются представителями разведок своих стран. Годится ли это куда-нибудь? И к чему такая колонизация Марса? Именно об этом в первую очередь задумывался читатель.

Минуя ряд эпизодов, написанных всё теми же писателями, к числу которых добавился Александр Зорич, очередь дополнить сюжет вновь дошла до Лукьяненко. До Марса ещё лететь и лететь, на пути сближение с кометой. Сергей добавил в сюжет солярианской лемовщины. Не должно быть до конца понятно, что происходит с действующими лицами, внутри корабля и за бортом. Пусть будет рядом корабль-призрак, а думы действующих лиц тяготят неподъёмные размышления. Читателю начинало казаться — роман-буриме превратился в затянувшееся сказание, которому следовало принять вид космической станции, где разыгрываются политические трагедии сошедшихся в одном месте космических держав. Только и такой сюжет до того уже был реализован.

Когда же высадка на Марс? Вот Лукьяненко снова взялся дополнить повествование. Пора выходить на красную планету. И что же они там увидят? Лукьяненко не дал твёрдого ответа, зато у читателя сформировалось чёткое убеждение — никто с Земли так и не улетел, участников экспедиции ввели в обман.

Ещё один рассказ за 2013 год — рождественский. Он так и называется «Новогодний Дозор» (или иначе — «Борода из ваты»). Только его написание задержалось. Описываемые события происходили при перемене тысячелетий, когда Антон Городецкий должен был обезвредить опасного иного, возомнившего себя Дедом Морозом. К чему и зачем была эта борьба? Если по итогу Дед Мороз остался сам собой.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее