Tag Archives: литература россии

Михаил Бутов «Свобода» (1999)

Бутов Свобода

Любите поток сознания? Тогда не проходите мимо «Свободы» Михаила Бутова. Связи в повествовании найти не получится, поскольку происходящее на страницах переливается от одного к другому. Один элемент остаётся постоянным — рассказчик. Прочее бежит с листа на лист, стремясь перед глазами разбежаться в разные стороны. Концентрация внимания не поможет: улавливать суть при её отсутствии — бесполезное занятие.

Чем занимается главное действующее лицо в произведении Бутова? Пребывает в поисках чего-то. Только цели перед ним не стоит. Если нужна работа — ищет её. А как найти то, чего искать не желаешь? Ждать, пока такая работа сама тебя найдёт. В случае Бутова — находит. Есть одно Но! Действующее лицо не желает на кого-то работать. Данное лицо ранее имело над собой начальника, более иметь дело с руководителями не желает. Оно и само способно управиться — было бы требуемое такому делу занятие.

Повезло действующему лицу — нашёлся человек, готовый дать ему работу и не будет при этом контролировать процесс. И работа занялась. Так и трудиться во славу православного книжного издательства, не одолевай лицо мания фотографировать московских львов. Откуда такая возникла? Мечтой детства оказалась. А коли обязательства для действующего лица не являются обязательными для исполнения в угоду чьего-то желания, то легко понять, отчего в его жизни случались затруднения. Свобода — она такая: хочешь — работаешь, не хочешь — ищешь способ заработать.

Лишь на первых порах повествование кажется логичным, а действующее лицо цельным. Распад сюжетных линий приводит к распылению изначальных акцентов. Или среда изменилась, переломив представления о должном, либо автор забыл сообщить об особенностях повествования, толком не выделяя текущих событий, побуждая события просто случаться, без всякой на то надобности. Назад читатель может не отлистывать — действующее лицо постоянно пребывает в промежуточном состоянии, не связанным с ранее произошедшим и с готовым случиться дальше.

Мгновенно манера изложения может быть перестроена. Мытарства действующего лица легко уступают место занимательным рассказам о травле тараканов с прочтением инструкции и логическими выводами ожидаемого эффекта от применения отравы, вплоть до наглядного наблюдения за получившимся результатом. Насладившись убийством насекомых, действующее лицо станет подслушивать матерные разговоры женщин за окном. А когда и это надоест, возьмётся рассказать историю девушки, связанной с человеком, бравшим в долг и тратившим деньги на неизвестные нужды, после долг не возвращая, чем наделил эту девушку проблемами, с которыми она будет разбираться на страницах «Свободы». Ну и напоследок Бутов расскажет про бомбу, как действующее лицо собиралось везти её в Армению.

Фантазия ли всё рассказанное или есть связь с реально происходившим? Не так важно. Михаил чрезмерно погрузился в поток сознания, выуживая из него требуемую для изложения информацию. Не стал задумываться над правильностью подачи материала, представив его таким, каким читатель может наблюдать. И ежели читателю интересно мнение о «Свободе», то оно представлено честно, сообразно представлению о литературном модернизме. Был сразу поставлен вопрос. Согласившийся читать, ознакомился и вынес собственное мнение.

Последний вопрос о том, как поток сознания соотносится с российскими реалиями. Неужели некуда идти России, если её представители пишут о бесцельном существовании? Вполне вероятно, такое время было ранее, тогда таковой вопрос снимается. А может свобода под тем и понимается, что цели у человека быть не должно — он имеет право жить согласно личным представлениям, забыв о прошлом и игнорируя будущее.

» Read more

Сказание о житии Александра Невского (конец XIII века)

Сказание о житии Александра Невского

Радел Александр Невский за землю русскую так, что его устремления нашли отражение в литературе Древней Руси. Показан оказался он таким, каким его хотелось бы представлять потомкам: сильным, несгибаемым, решительным, храбрым, громогласным и красивым внешне. Истово верил Александр Невский и в Бога, безустанно был готов ему молиться, дабы Русь освободилась от иноземных захватчиков. Для начала ему предстояло отразить нападки пришедших с запада римлян, а после уговорить татарского царя отказаться от призыва в монгольскую армию населения Руси.

Сказитель, али летописец, в форме повести, побуждающей к пробуждению самосознания, сложил повествование о житии и о храбрости благоверного и великого князя Александра. Смотрел ли сказитель на Невского лично, либо дошли до него предания о примечательных поступках, им всё же был создан более вдохновляющий труд, нежели просто рассказана история. оправдывающая княжеское правление потомков Рюрика. Так получается, что когда беда стучится в дверь, нужно забыть о пренебрежении и собственном мнении, чтобы объединить усилия и повергнуть врага силой духовного подъёма.

Трудно подобрать более вдохновляющий пример для тех времён. Пока Русь перемалывалась ордами Батыя, на севере население смогло сплотиться для борьбы с другим супостатом, пришедшим в лице подданных короля страны Римской. Сам Папа побудил того короля к нападению на Русь, ибо слаба должна она быть, не сможет оказать сопротивления. Сказитель то следование воле главы католиков уподобил безумию.

Александр Невский встретил врага открыто, лично выйдя на бой, сумев ранить копьём короля страны Римской. Так ли это? Возможно и ходил князь с дружиной бить врага, не щадя себя и готовый пасть, коли того требовали обстоятельства. Не описывает сказитель в подробностях сражения, но оно укладывается в рамки понимания ратного искусства на Руси. Для такой войны Александр был готов, она не составляла трудности, ибо в таких битвах мелкого масштаба Русь никто не смог бы победить.

Другое дело — монголо-татары. Они шли неисчислимым потоком, сметая на пути поселения и сея разор. С ними Невский предпочёл наладить мирный разговор. Многажды Александр был в Орде у Батыя — умелыми речами склонял волю завоевателя на свою сторону. Знал Невский с кем беседы вести, а кому генеральные сражения устраивать. Да вот плохо осведомлены потомки о думах князя великого, добившегося для Руси большего именно способностью наладить диалог и, находясь в невыгодных условиях, добиться желаемого, не используя для того горделивого выпячивания своего мировоззрения, из-за которого и произошло полонение Руси.

Прославился Александр одним, целью имел при жизни совершенно другое. Противостояние римлянам стало явным свидетельством полководческого таланта Невского. Он и в историю вошёл с прозвищем, образованным от Невской битвы от 1240 года. Затем он снова бился с римлянами, и сам ходил отбивать Псков, и в Ледовом побоище на Чудском озере сражался. Это явно и у всех на слуху, но о деятельности Александра Невского в Орде мало кто распространяется. Не говорит о том и сказитель, в общих чертах показывая основные заслуги князя, в числе прочих и важный для Руси момент освобождения населения от призыва.

С кем в мире жить и кому лучше служить — об этом после нашествия Батыя думать не приходилось. Ответ казался очевидным. Подпав под влияние Орды, Русь обязалась придерживаться сильного соседа. Не стоило бить себя в грудь и кричать о местных интересах, нужно было выживать. Чего не сделали раньше, тем пришлось озадачиться после наступления непоправимых последствий. Роль Александра Невского в смягчении отношений между Русью и Ордой очевидна, а прочие его успехи, особенно в ратном деле, излишне превознесены. Проще мыслить, ежели видно, а попробуйте мыслить, когда только сила ума и даёт возможность правильно понимать происходившее и происходящее.

» Read more

Михаил Булгаков «Собачье сердце» (1925)

Булгаков Собачье сердце

Почему бы не сделать из собаки человека? Когда-нибудь собака станет истинным другом человека, едва ли не равным ему по положению, а то и восстанет на человека, поменявшись с ним ролями — уже ей начнут прислуживать люди, включая все сопутствующие моменты: от узкой специализации до формирования в нечто напоминающее двортерьера. Но до того необозримо далеко, пока надо смотреть на будущее через разрез прищуренных глаз, либо читать советскую фантастику двадцатых годов в исполнении Булгакова, либо пятидесятых-шестидесятых в исполнении Саймака.

Булкаков предлагает провести эксперимент. Но, как и в «Роковых яйцах», случилось непредвиденное — вместо получения омолаживающего эффекта, подопытный пёс трансформировался в человека и, более того, осознал себя человеком. В такой ситуации возможны разные варианты. Булгаков предпочёл окунуть жертву эксперимента в жерло революционных страстей, происходивших в то время повсеместно. Будучи родом из низов собачьего общества, пёс — отныне прозываемый Полиграфом Полиграфовичем Шариковым — не становится выше, продолжая оставаться на дне социальной лестницы, только в человеческом облике.

Собака в человеческом теле — есть собака в человеческом теле. Однако, несвойственное для собаки желание почивать на лаврах хорошего к ней отношения, ярко проявилось в её человеческой сущности. Быть собаке вечно благодарной человеку за кров и еду, отвечая за то вилянием хвоста и рабской покорностью, да не свойственно то людям, чтобы за предоставление крыши над головой и сытной трапезы, они продолжали оставаться прежними, не изменяясь, как обычно, в стороны свинского отношения к благодетелям. Потому и беды случаются в человеческом обществе, что стоит пустить в свою среду сирых и убогих, как через некоторый момент сии люди тебя же выгоняют из дома на улицу, уподобляя прежнему своему состоянию.

Не будет ошибкой сказать про «Собачье сердце» Булгакова, будто это произведение о вечных проблемах человечества, а не сугубо о противостоянии пролетариата буржуазии. К сожалению, рецепт избавления от бед, предложенный Михаилом, практически неприменим в человеческом обществе, поскольку ведёт к деформации понимания действительности, что в итоге приводит к обострению противоречий и пустым войнам на истощение.

Допустить преображение людей получается в художественных произведениях, где они обыкновенно принимают вид довольных существ, наконец-то избавившихся от бед. Впрочем, человеческая культура стремится базироваться на счастье, показывая жизнь в её самых прекрасных эпизодах, опуская дальнейшее развитие событий, всегда выражающихся в обострении противоречий, зарождении личной ненависти и крайне болезненном разрыве с отторжением всего светлого, некогда созданного совместными усилиями.

На подобном эпизоде Булгаков не стал останавливаться. Для него собака перестала быть благодарной человеку в тот момент, когда перестала быть собакой. Она воплотила в себе именно то, что подразумевает человек под себе подобным, когда называет того собакой. Хоть это и не совместимо с пониманием собачьего мышления, но человека это не останавливает от награждения столь благородным эпитетом в отрицательном значении. Так на страницах «Собачьего сердца» собака трансформировалась в человека, оставшись, согласно ранее сказанному, собакой. Но как же трудно из собаки, ставшей человеком, сделать именно собаку в человечьем обличье, а не человека в собачьем. В подобных размышлениях легко запутаться. Главное понять, встав на путь человека, человек прежде теряет в себе людские качества, неизменно приобретая собачьи (в их отрицательном значении).

Как не размышляй, как не стремись добиться идеального для человека, всё равно обречён столкнуться с его истинной сущностью, присущей всем людям без исключения. Кто не согласен — пусть пребывает в счастливом неведении. Кто согласен — пусть бьёт в набат.

» Read more

Александр Морозов «Чужие письма» (1968)

Морозов Чужие письма

Если при чтении читатель раздражается, значит автор того и добивался. А если читателя трясёт от поведения главного действующего лица, то подобное произведение получает чаще прочего негативный отклик. Александр Морозов повествовал в примерно схожей манере, ближе к концу повествования раскрыв для читателя суть натуры писавшего письма человека. И дабы читатель не испытывал негатив, его следовало бы заранее предупредить о том, что автор рассказывает от лица москвича Адама Абрамовича Первомайского 1917 года рождения, инвалида войны, проживающего на восьми квадратных метрах, скупого до невозможности и занудливого до противного.

На момент повествования возраст главного героя перевалил сорокалетний рубеж, он несколько лет женат, ежедневно пишет письма жене — именно из этих писем состоит произведение «Чужие письма». Должно быть его жена была очень покладистой, если терпела бесконечные претензии от человека, навещающего её где-то в провинции один раз в год, чтобы провести время с целью продолжения рода. У читателя сперва складывается отрицательное мнение как раз о жене, представленной в письмах неумелой грязнухой, живущей не понять как, коли ей требуется указывать не необходимость хоть изредка выходить из дома, а также регулярно мыться. Кроме того, жена представлена отвратительной хозяйкой, плохой кулинаркой и обладательницей отвратительного почерка.

Чем глубже читатель вникает в письма главного героя жене, тем сильнее крен отрицательного впечатления в сторону самого главного героя. Он ранее жил на пенсию по инвалидности, коей был лишён и теперь вынужден работать. Из Москвы он уезжать не хочет, постоянно зовёт жену приехать к нему жить, тогда им выделят комнату побольше. Считаться с нуждами жены он не желает. Куда уж могло быть страннее, ежели он регулярно просит жену сходить на рынок, купить продуктов, прилагает рецепт для приготовления, чтобы это варево отправили ему по почте, ведь продукты в Москве дорогие, а у него нет желания тратить деньги, коли они у него вообще имелись.

Поэтому адекватного позитива читатель в «Чужих письмах» может не искать. Главный герой будет ему глубоко противен. Лестных эпитетов он не дождётся. Хорошо бы данное произведение воспринимать образчиком чёрного юмора — поистине английского традиционного чёрного юмора. Александр Морозов взял определённую ситуацию, довёл её до идиотизма, выставив главного героя подобием неудачника, того не осознающего, зато имеющего высокое мнение о собственной личности. Не будь описываемое близким к сердцу читателя, можно было посмеяться во весь голос. Но даже такое очернение действительности не столько показывает «Чужие письма» гротескным произведением, сколько отражает реальность некоторых людей, на самом деле так именно себя и ведущих.

Развязка у повествования кажется предсказуемой. Любвеобильный Адам Абрамович мечтает прирастать по ребёнку каждый год, при этом ничем не помогая жене, лишь осуждая её за выполнение грязной работы, вследствие чего за детьми приглядывает приходящая няня. Главный герой, прожив всю жизнь без обязательств, боится оказаться обременённым ими теперь. Он так и не решится покинуть Москву, чтобы полноценно жить с женой в браке для ведения совместного хозяйства. Все его укоры возникают от собственного бессилия. Читатель в том убедится, узнав, как радовался главный герой, впервые сварив себе кашу, да как тот кутил свалившимся на голову богатством, потратив его на личные удовольствия, не думая оправдываться перед женой за забывчивость выслать деньги семье.

Надрывно смейтесь над происходящим. Какие могут быть беды в стране, когда такие люди живут с нами рядом. Разве может идти речь о заботе обо всех, пока в соседях живут тунеядцы, подобные Адаму Абрамовичу?

» Read more

Дмитрий Мережковский «14 декабря» (1918)

Мережковский 14 декабря

Цикл «Царство Зверя» | Книга №3

У Наполеона Бонапарта был Эммануэль Груши, у декабристов — вся Россия. Как Груши не помог императору Франции в решающий момент, так сходным образом Россия не оказала поддержку восставшим против царской власти. Кто виноват в бездействии Груши? И кому ставить в вину бездействие России? Организованность дала сбой, по горячим следам не удалось наладить подтягивание резервов. Вследствие этого Наполеон окончательно растерял надежды на право далее управлять Францией, так и декабристы — частью казнены, прочие же посажены в застенки, либо сосланы в Сибирь.

Дмитрий Мережковский уверен, декабристы могли выстоять и свергнуть Николая I. Им просто не везло с самого начала, хотя всё шло по пути осуществления ими задуманного. Пусть восстание выглядит детским, лишённым благополучного завершения, а вместе с тем и перспектив, задуманное должно было свершиться, ибо пути назад не существовало. Бунтовщикам в любом случае предстояло быть осуждёнными, уже за сами мысли о бунте. Что помешало декабристам? Самое главное обстоятельство — смерть Александра I, побудившая членов тайного сообщества спешно разворачивать порядки, нарушая запланированную дату для проведения восстания, перенося её на 14 декабря 1825 года (день вступления на трон Николая I).

Задуманный императором-прапорщиком, новый властитель России получился под пером Мережковского талантливым интриганом. Вдоволь глотнувший переживаний, Николай I обязался удержать власть, и коли её удержит, то уже не выпускать из рук. Его правление — результат перенесённого в первые дни царствования стресса. Получив заряд отрицательных эмоций, Николай I не мог попустительствовать народу, подобно Александру I, чем вызывал недовольство населения. Знакомый с первыми двумя произведениями цикла, читатель понимает, как себя не веди на престоле, мил люду не окажешься: люд обязательно найдёт чем попрекнуть. Будь неудержимым активистом или пребывай в извечном пассиве, либо стремись не допускать перемен — властителем всё равно будут недовольны, его будут именовать «зверем».

Развитие конфликта Мережковский показывает с каждой из сторон: Николай I старался удержать власть, декабристы желали добиться проведения реформ. Ни одна из сторон не представляла, чего она желает в действительности. Если вдуматься, цели сторон не расходились. Только император выступал за движение вперёд без резкой смены курса, декабристам же требовалось внести изменения в государственную систему в скорейшем времени. Скорыми на решения оказались обе стороны. Николаю I пришлось оборвать жизни декабристов, ожидавших подобного исхода.

Восстание скоротечно. Оно вспыхнуло и прошло, оставив в памяти потомков яркие эпизоды несостоявшегося переворота. Мережковский предпочёл больше времени уделить переосмыслению произошедшего попавшими в застенки. Люди к тому шли, осознавали реальность получения тюремных сроков, не отказывались быть казнёнными. Их жизнь ярко прогорела и закончилась в петле, не дав им обрести необходимый опыт, чтобы придти к разумным выводам о важности давать людям счастье сейчас методом минимального сопротивления, но никак не поступая во вред населению страны, погрузив его на последующие тридцать лет в мрачные будни под пятой императора, опасавшегося повторения заговоров.

Бунтовщиков принято казнить. Это действие такое же скоротечное, как сам бунт, чаще гораздо короче. Ссылка — не тот способ, которому полагается уделять внимание. Поэтому Мережковский не стал вдаваться в подробности случившегося после эшафота, то не представляло для него интереса. Важнее оказалось отразить изменение предпочтений. Находясь после восстания в тюрьме, некогда переполняемые идеями, люди начинали задумываться над простыми человеческими радостями, далёкими от мыслей о политических режимах. Кто-то поддавался на лесть и видел в прежних идеалах собственное заблуждение, а кто-то сходил с ума и разумного более не высказывал.

Дмитрий Мережковский назвал трилогию «Царство зверя». Только зверь был не один, их было много — и декабристы в их числе. Все были зверями, исповедовавшими зверские методы ведения борьбы. Да вот забыли звери, что в цивилизованном обществе их полагается держать в клетках.

» Read more

Повесть о разорении Рязани Батыем (XIII век)

Повесть о разорении Рязани Батыем

Лихой удали удостаивал народ на Руси князей и героев. Несмотря на очевидные промахи в государственном управлении и неспособность организованно оказывать сопротивление, вера в существование верных Отчизне князей и сильных духом ратоборцев оставалась. Лишь летописи чернили действительность, показывая истинность без украшательства и излишнего принятия случившегося. Народ иначе представлял с ним происходившее — о том он сложил в числе прочих «Повесть о разорении Рязани Батыем» в 1237 году, скорее сказку, нежели исторически достоверный документ.

Рязанское княжество, находящееся на границе Руси, первым приняло удар орд Батыя. Тому предшествовали события, предвещавшие наступление тяжёлых дней для Рязани. Связно то было с иконой Николы Корсунского (он же Никола Заразский, он же Николай Чудотворец), оставленную на пребывание вечное в пределах княжества. Благодаря данной иконе была создана «Повесть о разорении Рязани Батыем», хотя из текста не следует, от чего исходил сказитель, связывая с иконой надвигающиеся беды. Однако, связано то может быть с формулировкой, явившегося во сне княжескому сыну, чудотворца Николы, обещавшего тому «венец царствия небесного».

Как обстояло дело? Не имел намерения Батый сокрушать Русь, он польстился на жён княжеских, о чьей красоте пропели ему сладкие речи. Повелел Батый привести к нему на пробу самую красивую из них — жену князя рязанского. Вместо достижения согласия, князь рязанский (именно ему приснился чудотворец Никола Корсунский) поступил тем же образом, что его княжеские братья, привыкшие дерзостью отвечать на делаемые им предложения. Умертвил Батый князя за речи вольные да двинулся на Рязань.

Возникающие осуждения, будто князь рязанский поступил правильно, не дав опозорить род княжеский, разбиваются о последующие события. Как князья ратуют за Русь, рыдают навзрыд из-за горестей и во всём полагаются на Бога, так и жёны их с детьми всегда идут на единственный шаг, когда мужья их гибнут, — они сбрасываются с башни. Близко враг или далеко, но согласно народным представлениям, благоверные жёны так поступают по личному к тому стремлению, чем убивают не столько себя, сколько пресекают наступление последующих за этим раздоров из-за права на княжение.

Убит оказался князь. Самоубилась жена его, не отданная Батыю на поругание. В жертву отказа князя в малой прихоти монгольского хана были принесены сотни тысяч человеческих жизней, обречённых претерпевать мучения в последующие века. Рязань просто не сдалась — она сопротивлялась до последнего человека, если верить сказителю. Под стенами пало множество вражеских воинов, что ещё сильнее озлобило Батыя, после пошедшего грабить другие города Руси.

Возникает новое недоразумение. Если на Руси народ был воинственным, храбро сражался и не шёл с врагом на компромисс, то где пребывали герои вроде Евпатия Коловрата? Почему они постоянно опаздывают на генеральные сражения и являются на пепелище, чтобы упасть на землю и горько зарыдать, а потом кинуться вслед уходящему противнику, внеся в его ряды смятение своей богатырской силой? «Повесть о разорении Рязани Батыем» завершается вмешательством Евпатия Коловрата, чья сила истинно богатырская, ибо рубил Евпатий татар пополам, едва ли не рассекая находящихся под ними коней. Не пожелал сильный воин найти поддержку, объединиться с кем-то и совместным ударом обратить противника в бегство, вместо того он в самоубийственном порыве бросился оправдываться перед Русью за опоздание на основной бой, чем лишь ухудшил положение, наполнив Батыя ещё более сильным желанием смыть нанесённые ему обиды.

В индивидуализме силы нет — кто одинок, тому не победить. Такой урок предлагается вынести из «Повести о разорении Рязани Батыем».

» Read more

Летописные повести о монголо-татарском нашествии (XIII век)

Изборник

К середине XIII века население Руси осознало, насколько беззаботно они относились к жизни. Их предки считали Русь сильной, вызывающей трепет у соседей. Пойти на Русь не мог ни один супостат, даже зла помыслить не имел желания, ибо слишком грозной воспринималась им вотчина наследников Рюрика: так думали предки до нашествия монголо-татар. Радовались соседи протяжённости Руси, её нахождению в стороне от их интересов. На самой Руси не ждали пришествия сильного противника, до того ей совершенно неведомого. Подобного рода информация известна по краткому фрагменту дошедшего до нас «Слова о погибели русской земли после смерти великого князя Ярослава» от 1246 года.

Более подробными сведениями располагает Тверская летопись, начиная от сражения на Калке до окончания вторжения Батыя. В ней содержится важный материал, обвиняющий князей Руси в раздорах, как основной причине поражения. Не потому напали монголо-татары на Русь, что их к тому побуждала проводимая ими завоевательная политика. Первыми агрессию проявила по отношению к Орде именно Русь. Опасаясь продвижения врага вглубь своей территории, имея мирные договора с половецкими племенами, князья вышли за пределы Руси, дошли до Калки в 1223 году, где приняли участие в сражении против монголо-татар, чем спровоцировали усугубление противоречий, первое разорение и последующее нашествие Батыя.

Тверская летопись утверждает — князья были гордыми и высокомерными. Как они решили объединиться для борьбы, Летопись не объясняет. Но в Летописи прямо говорится, что в ответ на слова послов о нежелательном присутствии представителей Руси в пограничных делах между монголо-татарами (в Летописи они прозываются таурменами и татарами) и половцами, князья их казнили. Последующий ход событий поверг Русь в ужас. Часть страны была разорена: население выходило на встречу вражьим ордам с крестами и без злого умысла, принимая тем гибель. Одних киевлян было убито порядка тридцати тысяч.

Впервые сильно обезлюдела Русь. До нашествия Батыя оставалось время, но ещё одна беда постигла страну — случилось землетрясение, став причиной очередного разора. Не смогла восстановиться Русь. Не изменились и князья. Они продолжали казнить послов, чего монголы никому не прощали. В 1239 году полчища противника дошли до Мурома. В 1240 — подступили к Киеву, покинутому великим князем Михаилом Киевским, отбывшим в Венгрию, куда следом двинулся Батый, неся разор Волынской земле.

Подробно в Тверской летописи обставлена битва на Калке, прочее лишено сходной степени информативности. Достаточно и того, что показано начало грядущего конфликта, должного обернуться для Руси проклятием и стать средством для её спасения. Делать выводы на основании одной летописи нельзя, но, рассматриваемая с другими источниками, она наглядно показывает слабые стороны Руси, требовавшие реформирования. Объединяться князья умели, когда чувствовали в том необходимость, только не умели находить общий язык с противником, не уважая его и не стремясь понять, какие беды тот мог принести на их земли.

Приняв вторжение Батыя, князья не задумались о наступившем крахе, продолжая сопротивляться. Так и не проявилось единство среди них, каждый оказывал отпор по своим силам. Кто не решался признавать ошибок, тот бежал из своих земель. А кто осознавал слабость проводимой им политики — запирался в стенах и погибал наравне с другими. Редкий город на Руси не был затронут нашествием, в числе оных стал Новгород, до которого Батый не дошёл, но и он испытал влияние вражеского оружия, подвергаемый в тот момент агрессии со стороны Тевтонского ордена.

» Read more

Анатолий Азольский «Клетка» (1996)

Азольский Клетка

Некоторые книги не предполагают, чтобы читатель раскапывал закопанное в них содержание. Коли писатель закопал глубоко, так нет нужды это что-то извлекать на поверхность. Не пожелал писатель донести текст под видом понятного содержания, то пусть смысл произведения остаётся малопонятным. Читателю от того хуже не станет. Не станет лучше и писателю. А потому нужно говорить о произведении так, как оно предоставлено для внимания.

О чём рассказывает Анатолий Азольский? Самое интригующее случается в первых главах. Озабоченный юноша, испытывающий влечение к женскому полу, возжелал осязать женскую грудь. А так как товарка Наташка позволила исполнить желание в малом объёме, игриво оттолкнув его от себя попкой, то пошёл юноша по статуям. Что взять со статуй? Они холодные и удовлетворению влечения не способствуют. Остался юноше один вариант, у него в то время мама в больнице без сознания лежала. Вот её-то грудь он и стал с вожделением осматривать. Уж было вознамерился пустить в дело руки, а то и прильнуть, только мама в себя пришла и… Интересно узнать, что написал Азольский дальше?

Дальше Анатолий часто стал вспоминать сороковые годы, Менделя и его горох, опыты немцев, побег от них, постоянно вмешивая в повествование мордобой. Если и была сюжетная нить, то не мойра Клото её плела, настолько рваным вышло повествование, заставляющее забыть о какой-либо возможности понять представленное автором. Если и разбираться с сюжетом, то анализировать нужно каждый абзац отдельно, вместе они пониманию не поддаются — слишком разрознены, будто случайно расположились под одной обложкой.

Сюжет оказался в вакууме: он сам по себе, история сама по себе. Вольная авторская фантазия наполнила страницы содержанием, не озаботившись обозначить смысл над происходящим. Поступки главного героя не вызывают отклика, поскольку лишены логического осмысления. Передвижение происходит ради самого передвижения, без конечной цели. Измыслить более не получится, словно юноша из первых глав взирает на статуи и старается разглядеть в них настоящих людей, так и читатель, знакомясь с «Клеткой», не может увидеть в произведении настоящей литературы.

Так кто пребывает в клетке? И насколько оправдано понимание клетки, как места заключения? Скорее читатель лишён свободы, внимающий рассказу Азольского о похождениях главного героя, для которого клетка, видимо, является структурной единицей организма. Понять о том получается по упоминанию генетики в произведении. Но и это не имеет существенной роли, так как главному герою постоянно приходится заниматься чем-то другим, чему, как уже стало ясно, логического объяснения дать нельзя.

Проститутки, лесопилка, дорожная авария с участием трамвая — сюжет продолжает убивать интерес к произведению. Зачем тогда требовалось читать столь непонятную книгу? Причина в «Русском Букере», слабо оправдывающим надежды на возможность прикоснуться к достойной внимания литературе. Чаще приходится спотыкаться. Вместо получения эстетического удовольствия от чтения, понимаешь, в каких закромах обитал тот субстрат, что напитал русскую литературу похожими на «Клетку» произведениями. Ежели именно так подходить к пониманию работы Азольского, то придётся признать — читать такую литературу необходимо, дабы окончательно не запутаться во всё более разрастающейся мании писать, ничего не привнося в культуру.

Не дано «Клетке» Анатолия Азольского стать структурным элементом художественной литературы. Отмеченное литературной премией, оно продолжит привлекать внимание, пока «Русский Букер» себя окончательно не дискредитирует. Сия премия идёт шаткой поступью с первых лет создания, всё более шатаясь из стороны в сторону и скорее отталкивает от чтения его лауреатов тех, кто ранее знакомился с оными.

» Read more

Юрий Бондарев «Тишина» (1962)

Бондарев Тишина

Почему у Юрия Бондарева все действующие лица, помимо главных, являются сволочами? Читателя берёт злость, настолько пропитаны персонажи отвратительными чертами. Они ведут себя так, словно одни в мире имеют значение, их правда не может быть оспорена, а поступки направлены на подавление желания адекватно воспринимать реальность. Говорить лишний раз о подверженности действующих лиц истерике, значит снова затронуть манеру изложения Юрия Бондарева. Это привлекает внимание во время первого чтения, но когда таким образом писатель повествует во всех своих произведениях — наступает отторжение и, к тому же, возникает недоверие к описываемому.

Сюжет «Тишины» основывается на судьбе двух участников Второй Мировой войны, вернувшихся к мирной жизни и теперь пытающихся оную мирную жизнь наладить. Разумеется, покоя им не будет. Бондарев всё для того сделал, чтобы испортить этим двум парням жизнь. Понятно, у них нет профессии, они не могут найти себе место, постоянно вспоминают фронтовые будни и по воле Юрия внутренне стремятся раздуть угасшие конфликты. Потому и возникают на страницах противоречия между действующими лицами, так как это требуется для наполнения повествования сменяющими друг друга истериками.

Почему же сразу «истериками»? Когда один из главных героев идёт на рынок, то все встречаемые им там продавцы лишены адекватности; идёт в общепит — сталкивается с отрешёнными от действительности посетителями; общается с сестрой, та словно с другой планеты свалилась; решил поступить в институт, у преподавательского состава явно снесло крышу; сосед оказался контрабандистом, так уже у другого главного героя сдала психика; упоминаемые Бондаревым солдаты, пришедшие забирать отца, оказались натуральными свиньями, об их оставленных всюду соплях написано на двадцать минут чтения. Всё это, стоит повториться, поражает воображение. После первого раза читатель готов упасть писателю в ноги и поблагодарить за умение так о жизни рассказать. Но если читатель приступил к седьмому произведению Бондарева, ему остаётся скрежетать зубами от идентичности сути ситуаций, уже не воспринимаемых за откровение. Скорее, речь он готов вести о псевдореалистичности.

Трудно жить главным героям «Тишины». Неуживчивые они люди. Им нужно видеть правду — ради неё они воевали. Но правды нет нигде. Нет и честных граждан: тех, которые населяли страну раньше. Наступил период безвременья, особенно вдохновляющий Бондарева на творчество. Именно в такие моменты возникает всё то, что побуждает людей сожалеть о существовании человеческого рода. Бондарев этим пользуется и создаёт картины, позволяя упомянутым ранее сволочам наполнять страницы. Истерики рождаются сами собой — только их стремится донести до читателя авторская воля.

Нет спокойствия в стране. Власти запретили носить оружие, однако его носят. Судя по тексту «Тишины», оно необходимо для самозащиты, поскольку последние годы правления Сталина — тотальный разброд в криминальных помышлениях у населения. Могли убить и скрыться, никто бы не нашёл совершивших преступление. И как бы не хотел читатель, Бондарев испишет много страниц из-за переживаний одного из героев о наличии у него трофейного пистолета. Буквально, вынет душу из читателя бесконечными размышлениями о разном, покуда не получится избавиться от оружия. И это такая же присущая Бондареву манера изложения, как наводнение произведений истерящими действующими лицами — раздувать пыльный пузырь, пока тот не лопнет, так ни к чему не приведя в итоге.

Апофеозом «Тишины» станут похороны Сталина. Ту самую давку, возникшую во время прощания с телом, Бондарев опишет так, как это умел делать только он. Правда ли всё им изложенное? Или опять придётся сомневаться?

» Read more

Повесть о взятии Царьграда крестоносцами (начало XIII века)

Повесть о взятии Царьграда крестоносцами

Падение Константинополя в 1204 году могло стать предостережением для правивших Русью князей. Отчего Византия оказалась захваченной крестоносцами? Виной тому непрекращающаяся внутренняя раздробленность и множество различных взглядов на действительность. Константинополю не суждено было оставаться независимым, а потенциал Византии окончательно иссяк. В летописях Руси о тех событиях сохранилась повесть, подробно рассказывающая о причинах зарождения событий, предшествовавших осаде Царьграда.

Династия Ангелов не поделила власть: Алекса ослепил Исаака и сел править вместо него. Не так долго наполнялось сердце Алексы злобой, вскоре он освободил Исаака из заточения. С этого момента стали разворачиваться события, приведшие к падению города. Первоучастником действия стал сын Исаака, имени в летописи не имеющий, прозываемый Исааковичем. Он подался в земли немецкие к зятю своему Филиппу, тот послал гонца Папе Римскому, который отправил в Константинополь крестоносцев, чтобы те разобрались в ситуации и, если действия Алексы противны народу греческому, усадили Исаака обратно на трон. А так как крестоносцам хотелось иметь больше, нежели о том их просил Папа Римский, они взяли город в осаду, стали жечь и грабить его окрестности. В череде последующих событий им через год удалось штурмом взять Константинополь, после чего власть византийских императоров пресеклась.

Византийский народ настолько запутался в политических предпочтениях и так устал от борьбы за власть, что, когда дело коснулось необходимости занять освободившийся после бегства Алексы трон, никто не пожелал принять управление над Византией. Возникли поползновения, возрождавшие традицию награждать императорскими регалиями представителей военной среды, быстро закончившиеся неудачей. Кратко воцарившийся Мурчуфл умертвил солдата-императора Николу и всех прочих претендентов-императоров, чем усугубил собственное положение. Крестоносцам ничего другого не оставалось, как провозгласить правителем кого-то из своей среды — так была основана Латинская империя.

Всё это рассказывается в «Повести о взятии Царьграда крестоносцами». Остаётся сожалеть, насколько недальновидными оказались правители Руси, продолжавшие участвовать в междоусобных войнах. Наглядный пример с обоснованием причин падения некогда сильной империи не оказал влияния на княжеские умы. Внутренние раздоры продолжились, политическая ситуация ничем не уступала византийскому варианту постоянной грызни за власть. Владея всей Русью сообща, князья оставались мелочными и не желали иметь что-то ещё общее. Хождения друг на друга обязаны были привести к вторжению противника извне.

Не фряги, но татаро-монголы обрушатся на Русь, только тем побудив князей задуматься. Когда большая часть Руси окажется даннницей Орды, тогда пробудится у князей желание бороться и давать отпор. Так сперва прославится Александр Невский, после другие. Поймут князья необходимость объединения. Не до конца поймут, но будут стараться. Поймёт и население Руси, насколько важно мыслить себя в масштабах государства, а не сугубо подданными непосредственно стоящего над ними правителя. А в Византии, уставшей от существования в продолжавшемся более тысячи лет шатании умов, того принять не смогли, в силу глубокого политического кризиса, через несколько веков уничтожившего не только Византию, но и ставшего крахом для всего христианского мира в Азии.

Следует учиться на примере других, анализировать и соотносить с положением в собственной стране. Уникальные ситуации возможны в мельчайших деталях, тогда как общий курс человеческой истории одинаково применяется ко всем странам. Нельзя забывать и о происходившем раньше, так как подобное, с некоторыми изменениями, может повториться. Надо помнить, вечного не существует: на смену одним государствам приходят другие. Кто об этом забывает, пусть вспомнит, что было даже не тысячу, а сто лет назад. Границы будут меняться, каким бы образом правители не старались не допускать нежелательных перемен. Но то государство, что сумеет сплотить усилия, не будет пребывать во внутренних раздорах, лишь таковому суждено пережить многих, до той поры, пока оно всё-таки не погрязнет в противоречиях.

» Read more

1 2 3 4 5 45