Tag Archives: стивен кинг

Стивен Кинг “Зелёная миля” (1996)

Кинг Зелёная миля

Стивен Кинг – мрачный романтик наших дней. Пишет он о том, что встречается только в книгах. Повторение рассказанных им историй в настоящей жизни невозможно. И не по части мистической составляющей его произведений, а практически во всём, в том числе и по части представленных на страницах действующих лиц. Читатель, падкий на лёгкую беллетристику, готовый из раза в раз читать однотипные истории под соусом из сопереживания страданиям других, будет рад прикоснуться к творчеству Стивена Кинга, не отдавая себе отчёт, что быть ему всегда таким, если он не пожелает вырасти до серьёзной литературы, что чаще ему без надобности.

О чём хотел Стивен Кинг рассказать читателю в “Зелёной миле”? О приговорённом к смертной казни? О приводящих приговор в исполнение? А может о мочеполовой инфекции нарратора или о тюремной мыши? Обо всём перечисленном. И поскольку Стивен Кинг ставил эксперимент, публикуя произведение в виде отдельно издаваемых брошюр, то для каждой части ему понадобился определённый сюжет, должный быть подробно описан, словно не американский прозаик работал над текстом, а викторианский литератор. Оттого и упоминается имя Чарльза Диккенса в предисловии, само по себе отпугивающее ценителей лаконичного слога и быстрого развития сюжета.

Нет в “Зелёной миле” правдивости. Читателю показаны люди, непривычно для тридцатых годов двадцатого века относящиеся к представителям негроидной расы. Они жалеют приговорённого, проводят собственное расследование, проникаются к нему уважением, готовы поставить с собой на один уровень. Безусловно, расовая нетерпимость не должна присутствовать в человеческом обществе. Это порицается, поэтому нельзя допускать никаких расистских выходок. Не оговаривай Стивен Кинг время происходящих событий, то не было бы подобной претензии. Но он снова заигрался с беллетристикой, забыл о чём пишет и не имел возможности исправить упущения.

Впрочем, Стивен Кинг ориентирован на массового читателя. Он имеют армию поклонников. Те довольны манерой изложения. Так пусть он пишет для их удовольствия. Не культурной ценности ради, а сугубо удовлетворяя желаниям ныне живущей публики. Пусть после забудут о таком писателе, как то случилось с многими литераторами, некогда пользовавшимися спросом, также поставлявших на книжный рынок тысячи с лёгкостью исписанных страниц.

Продолжая говорить о “Зелёной миле”, стоит упомянуть излишнюю физиологичность Стивена Кинга. Понятно, это требовалось для сюжета, чтобы показать дар приговорённого. Но это требовалось и в силу необходимости о чём-то писать, ведь издаваемые брошюры имели объём в девяносто шесть страниц (кроме первой и последней). Нет ничего хуже для писателя, нежели пытаться подогнать содержание под определённое количество знаков. Может беллетристу оно не составляет труда, зато наполняет произведение бесполезным набором символов без смысловой нагрузки. Вот потому придаются действующие лица разговорам о пустом: в доме престарелых, вокруг мыши, у начальника в гостях.

Легко Стивену Кингу слагать истории, легко и критику извлекать слова, дабы уложиться в требуемый объём. Осталось написать порядка восьмидесяти слов. Считать данную критику отрицательной реакций на произведение “Зелёная миля”? Да, так и следует считать. Эта критика субъективна? Да, как любое мнение, она субъективна. Критик не разобрался в философии автора? Критик считает, что он имеет право на собственное понимание действительности. Стоит ожидать заметок о других произведениях Стивена Кинга? Да, если критику захочется разгрузить мозг и прикоснуться к массовой литературе. Может критик одумается и переменит мнение о творчестве автора? Такое вполне вероятно – отношение к определённому произведению зависит от многих факторов. Как знать, может жизненные приоритеты изменятся, тогда Стивен Кинг удостоится самого лестного внимания.

» Read more

Стивен Кинг «11/22/63» (2011)

Однажды из творчества Стивена Кинга исчезли божественное провидение, тёмные материи и всесильное зло, уступив своё место вольным фантазиям на тему неограниченной власти отдельного человека, способного своим влиянием сломить ход событий, внеся в них собственные коррективы. Совершенно неважно, если для этого приходится убивать людей и совершать другие преступления, когда перед ним стоит, затуманившая мозг, идея. Любые изменения в структуре Вселенной так или иначе порождают альтернативные миры, с каждой секундой создавая множественные ответвления в безумно сложном устройстве окружающего. Не стоит удивляться, когда кого-то начинают беспокоить мистические проявления, прорывающиеся из запредельного пространства. Стивен Кинг изначально специализируется на исключительных возможностях, иногда проскакивающих в человеческое тело, вознося его над всем миром. Американский культ сверхлюдей больше века набирает силу, не сдавая позиций. В числе его адептов находится и Стивен Кинг, создающий истории о сказочных событиях, не имеющих к реальности никакого отношения. Вот он взялся за путешествия во времени, внеся ряд своих поправок в устоявшийся жанр темпоральной фантастики, пользующийся небывалым спросом у писателей начала XXI века. Нет ничего проще, чем в определённое время послать человека, внеся коррективы, но оставив читателя с чувством пустоты в душе, поскольку кроме знакомства с отдалёнными событиями, больше ничего не происходит. Почему бы не спасти Кеннеди, как-то подумал Стивен Кинг, и в своём стиле реализовал первую серию пятого сезона сериала “Квантовый скачок”, использовав для этого приёмы Шарлотты Бронте, по сути став компилятором чужих идей.

Главным героем «11/22/63» становится учитель литературы. На фоне его профессии Стивен Кинг получает отличную возможность донести до читателя частицу своих мыслей, отчасти наполняя содержание книги критическим анализом художественной литературы. Трудно вникнуть в содержание, когда автор водит читателя по задворкам мыслей персонажей. Казалось бы, какое отношение к темпоральной фантастике имеет подход главного героя к сочинениям учеников на тему о прочитанных книгах? Собственно, такое же чувство будет постоянно посещать читателя, когда главный герой в силу необходимости начнёт убивать время, устраивая школьные спектакли, пропесочивая образовательную систему США и укоряя непомерное влияние спорта на процесс обучения. Если задуматься, то грамотный специалист просто обязан думать о работе, анализируя свои поступки и соотнося их с окружающими его обстоятельствами. Однако, возникает диссонанс, когда главный герой начинается вести себя максимально асоциально.

Для достижения нужного результата все средства хороши – под таким девизом протекает повествование. Кажущаяся гениальной идея “сброса на ноль” при возвращении в определённую точку – это всего лишь давно ушедшая в массы мечта геймеров всего мира получить возможность “сохраняться” в реальной жизни, что может позволить избежать необдуманных поступков. Совершенно непонятно, почему Стивен Кинг предпочёл обойти стороной секретные ключи, позволяющие главному герою получать неуязвимость, неограниченный запас чего-либо или, допустим, ходить через стены. Всё просто – это внесло бы в повествование чрезмерный фантастический элемент, убрав из книги ощущение погружения в прошлое, когда трава была зеленее, а небо более голубым. Но и это не помешает Стивену Кингу истребить растительность и окрасить небосвод в едва ли не фиолетовый цвет, отразив самую основную проблему темпоральной фантастики, когда писатель должен рассказать читателю, к чему это приведёт.

Происходящее с главным героем может быть принято за продолжительный сон, грозящий обернуться пробуждением в самый интересный момент. Прожить долгое время в другом месте и при неизвестных обстоятельствах – это трудно совместить с обыденностью, не дающей должной разрядки. Частые дежавю также наводят на мысли, что происходящее не может быть реальным. Если Земля может сделать соответствующее число оборотов назад для перемещения главного героя в определённую точку, то этого не могут сделать остальные части космического пространства, не являющиеся зависимыми элементами для деятельности некого портала, удивительным образом способствующего изменению пространства времени. «11/22/63» – это не “Машина времени” Герберта Уэллса, поскольку не даёт читателю ощущения деградации человечества в отдалённом будущем, как бы Стивен Кинг не пытался показывать именно такой вариант; это не “Убик” Филипа Дика, ибо происходящие события очень сильно напоминают искривления пространства данного американского фантаста, но всё-таки не дотягивают до полной оригинальности, совместив в одном месте много посторонних элементов.

Индийцы могут смело похлопать в ладоши, поблагодарив Стивена Кинга за отличный сюжет для их фильма, ведь добрая часть подойдёт под определение “масала” – сборной солянки из всего, что вызовет у зрителя полный спектр всех эмоций от смеха до слёз. Обычно путешествующим во времени не хватает любви, но добротная литера просто должно содержать такую сюжетную линию, и Стивен Кинг не стал её избегать, благо места на страницах для этого у него было предостаточно. Главный герой будет любить, будет любим, он обязательно будет страдать от своих чувств, и, кажется, даже именно любовь внесёт коррективы в его первоначальные планы. Чем не индийское кино? Не хватает задорных танцев под музыку и красивых пасов конечностями в воздухе, чтобы читатель обрёл полное чувство удовлетворения. Только Стивен Кинг – это Стивен Кинг, и горя хлебнуть всё-равно придётся, да не простого горя, а вновь придти в ужас от садистских наклонностей автора, едва не наполнившего повествование парадом калек, да он вовремя спохватился и вспомнил про основную линию повествования.

Имел ли представление Стивен Кинг, к чему он подведёт действующих лиц в финале? Возможно имел, и сделать это планировал наиболее драматическим способом. Когда читатель после последней страницы остаётся с чувством опустошённости, то это лучшая награда для автора. Нет нужды строить повествование ради обязательного хэппи-энда, ведь такое развитие событий самое ожидаемое. Не может книга закончиться на крахе надежд, тогда получается, что все действия героев напрасны, а старания автора бессмысленны. Для Стивена Кинга всегда есть оправдание – это лёгкий сброс всего произошедшего “на ноль”, чем он и будет часто пользоваться, предоставляя события каждый раз в новых красках. И если главный герой изначально воспринимается типичным американским лузером, но постепенно он становится более наглым и беспринципным, не жалеющим ничего, пока цепочка событий не приведёт его к нужному результату. И вот тут-то Стивен Кинг постарается открыть читателю глаза на тщетность бытия.

Поведение главного героя вызывает больше всего нареканий. Стивен Кинг старался показать целеустремлённого человека, решившего изменить ход истории, для чего у него есть шанс спасти жизнь Джону Кеннеди, помешав Ли Харви Освальду совершить преступление. Но вот какими методами он этого достигает? Кажется, Освальд на его пути – лишь очередная жертва, не имеющая шансов вернуться в определённый момент, чтобы попробовать снова. Известно, что если изъять из прошлого одну пылинку, то время уже пойдёт по иному пути. Со стороны кажется – жизнь человека ничего не стоит, но при любом изменении запускается цепочка новых событий, которую невозможно просчитать, какие бы силы для этого не прилагались. Можно судить по общим тенденциям, предполагая большие события, но на уровне конкретных обстоятельств этого сделать никогда не получится. Конечно, Стивен Кинг честно пытался отразить возможные изменения, но это лишь авторское сочинение на тему, если бы небо Земли изменило цвет, то как это повлияет на жизнь марсиан, воспринимающих окружающих мир в других оттенках.

Книга «11/22/63» полезна читателю, как отражение жизни США при Джоне Кеннеди: расовые предрассудки ещё не утратили своих позиций, массовая истерия в ожидании ядерной войны и конца света, неверие в образ жизни Холдена Колфилда, замкнутость людей на внутренних проблемах при их оторванности от внешней политики государства, свободная торговля оружием, вера в благоразумие каждого человека в стране, а под террористами понимали только непослушных проказничающих детей.

06/19/99, кто желает спасти писателя?

» Read more

Стивен Кинг “Страна радости” (2013)

“Я люблю делать десять страниц в день, что составляет 2000 слов. Это 180 000 слов за три месяца, вполне приемлемый объем книги”
(с) Стивен Кинг “Как писать книги”

Хорошо проштампованная книга никогда не пропадёт, а будет вполне по вкусу доброй части людей, привыкших к знакомым сюжетам и ожидаемым финалам. Стивен Кинг создавал “Страну радости” согласно своему золотому правилу десяти страниц в день, изливая на бумагу безудержным потоком собственные мысли. Если в итоге получится дельный продукт, то можно опубликовать под своим именем, если проходной, то вполне подойдёт выпуск с помощью псевдонима. За долгую сорокалетнюю карьеру Кинг изрядно устал, выдавая каждый год по несколько книг, да так, что давно уже забыл о должном качестве продукта, предлагая читателям скорее содержание под обложкой со своим именем, нежели действительно что-то стоящее. Читатель может традиционно ждать мистические элементы, интересные экстраординарные способности у персонажей или сюжеты из разряда городских легенд, коими молодые люди любят пугать друг друга в тёмное время суток. “Страна радости” отчасти относится к городской легенде, но скорее она больше напоминает сахарную вату в парке без фонтана, отчего руки остаются липкими, на душе дискомфорт, а ожидаемые аттракционы уже не так радуют, поскольку всё было испорчено приторностью.

Если ружьё на стене должно выстрелить – оно выстрелит; если Кинг должен напугать – он напугает. Читатель, устав ждать эдакое, просто сосредоточится на рефлексии человека в возрасте, решившего вспомнить былые дни бурной молодости, когда он юный и ранний был раз за раз продинамлен любимой девушкой, так и норовившей сделать из него импотента, либо маньяка с извращёнными желаниями. Понятно, когда подростки думают только о возможности удовлетворить половое влечение и поскорее утратить девственность, но почему столь зрелый человек решает собрать вокруг себя почитателей своего творчества, дабы им рассказать о близких контактах первого рода, сдобрив повествование религией и до крайности слезливой историей о мальчике, который должен умереть, смешав всё в одной куче с заметками о серийном маньяке, что перерезает горло девушкам на аттракционах – непонятно. Кажется, вот-вот разыграется буря, захватывая воображение читателя с головой, но вместо этого получилось стандартное американское подростковое кино, где сперва всё вроде бы хорошо, а потом внезапно плохо, и хотелось бы больше счастья, да взросление означает столкновение интересов с нуждами других людей. И при этом, также стандартно, злодей будет в финальной сцене давить на мозг своими рассуждениями, чтобы всё закончилось самым обыкновенным способом. Могло получиться что-то, а на выходе только заготовка для сценария, по которому выйдет тот самый шедевр с жанровым отношением к триллеру. Книга при этом не имеет нагнетающей обстановки, ровно плавая по поверхности находящейся внутри воды.

После “Страны радости” уже не пойдёшь с прежним удовольствием в парк, где тебя его работники называют не самым лестным словом. Можно согласиться, что редко какая профессия может похвастаться адекватной клиентурой, но так откровенно глумиться – подло и низко. Если человек несёт деньги в кассу, то это не означает его низких интеллектуальных способностей и какой-то отличительной черты; а то, что его можно обмануть – это стандартное явление для шоу-бизнеса, построенного на лжи, изменяющего под собой естественные пристрастия человека, выискивая внутри каждого из нас потайные желания, отталкиваясь от которых можно привлекать толпы на любые мероприятия. Кинг играет на буйстве гормонов, чтобы потом всё забыть и начать взывать к жалости, после чего любое негативное слово в сторону книги будет означать кощунственное отношение к предмету обсуждения по существу.

Главный герой – идеальный парень; он сам, по сути, первый из лохов (именно так в “Стране радости” называются посетители парка аттракционов). Кинг долго и сумбурно рассказывает читателю его личную жизнь, неудачные половые отношения с девушкой, трудоустройство в парк и бесконечно-нудно-длительные будни под жарким небом с буйством безбашенных детей, спокойно давящихся хот-догами и отличающихся прочими самоубийственными поступками, от которых главный герой их будет спокойно спасать. В какой-то момент Кингу это всё надоест: он даст читателю мальчика-инвалида, смешает всё со своей любимой темой греховного падения с обязательной расплатой, чтобы показать развитие слезовыжимательных повествовательных моментов, должных повлиять на читателя так, что после последней страницы в душе останется ощущение пустоты. Если бы Кинг был единственным, кто наконец-то додумался до такого сюжетного хода… но он не первый, и даже не в числе первой тысячи писателей, догадавшихся из смертельного заболевания сделать трагический поворот сюжета, смешав все представления читателя о счастье с грустью вселенского масштаба.

Рухни парк аттракционов в конце книги или покатись колесо обозрения по ближайшему населённому пункту – всяко было бы замечательно, но у Кинга в этот раз “Страна радости”. И отдельное спасибо маме мальчика-инвалида – она самоотверженно осуществила основное желание главного героя, а то ведь он мог решить данную проблему более радикально: может и с помощью пирога.

» Read more

Стивен Кинг “Глаза дракона” (1987)

Ах, если бы Стивен Кинг был Говардом Лавкрафтом… но Стивен Кинг не Говард Лавкрафт, хотя Стивен всегда восхищался творчеством Говарда, и, надо заметить, весьма преуспел в популяризации мистической составляющей художественной литературы, придясь читающим людям по вкусу, чтобы потом взорвать кинематограф бесконечными экранизациями. Суровый мир ужасов должен быть наполнен, но Кинг не забывает и о жанре фэнтези, куда изредка отправляет бродить своих персонажей, где они наиболее приближаются к тому духу, которыми их подпитывает влияние Лавкрафта. Так случилось, что один умер от голода, а другого просто переехал автомобиль. Судьба обоих писателей не может повториться, но однозначно можно раз за разом утверждать о благоприятном влиянии Лавкрафта на всю литературу, подпитывающуюся его творениями.

“Глаза дракона” – мрачное произведение о мире, где правит добрый король под небом, что в представлении читателя никогда не достигает голубого оттенка, а солнце всегда светит откуда-то издалека, не принося необходимых красок, чтобы сказочное королевство стало оплотом вечного счастья. Просто не может сложиться картинка радужности, тщательно заменяемая на антураж готического замка и мрачных толстых высоких стен, за которыми королевская семья будто закрылась навсегда, спасаясь от внешнего мира, словно там бродит смерть в красной маске, насылающая на людей чумные бубоны. Стивен Кинг даёт такое ощущение между строк, ни разу не оговариваясь о мрачности происходящего. “Глаза дракона” – это современный вариант якобы одной из сказок братьев Гримм, где Гамлет думает о побеге из Шоушенка.

Задумываться над персонажами не стоит. Они проработаны в меру нужного для этого количества слов, да представленные на суд читателя наравне с остальными персонажами книг Кинга: есть небольшая предыстория, есть острые моменты мировосприятия, которые Стивен пестует по нарастающей, выводя на каждую последующую страницу всё больший ворох сопутствующих проблем. Сюжет сказочный, что тоже является особенностью книг Стивена Кинга – игра на человеческих страхах, объединённая с надуманностью и преувеличением возможного развития событий, где обыденность превращается в источаемую ужасом действительность, от которой сперва проходит по телу дрожь, а потом организм привыкает, ловя себя на мысль: “Это же Стивен Кинг!”.

Есть в книге моменты, которые напоминают голливудские идеалы подачи материала, опуская важные аспекты, сводя повествование к нелогичности, когда ради увязки концов нужно нарушить законы физики. “Глаза дракона” – фэнтези, поэтому тут ничего не скажешь насчёт вещества, всё разъедающего, но вполне адекватно избегающего возможности повлиять на тот сосуд, в который оно погружается. С ядами у Кинга полный полёт фантазии, но и никуда не денешься, когда королей травили всеми возможными способами, а уж про способы их убийства можно писать отдельные книги. Хорошо, когда действуют ядом, а не раскалённую кочергу засовывают в задний проход, чтобы на теле не осталось следов.

Кинг по прежнему из книгу в книгу проносит Бога, чем постоянно напоминает писателя позапрошлого века, считающего необходимым вносить религию на страницы произведения. Современный мир стал более терпимым, где о Боге уже не принято писать, но на Кинга это не распространяется. Впрочем, Кинг не говорит о том, какой именно Бог присутствует в мире “Глаз дракона”, но воображение рисует именно христианского. Он где-то есть, Кинг о нём постоянно говорит, есть призывы, да частые сетования на его отстранённость.

Огорчает быстрая развязка, наполненная безудержным драйвом последних страниц, где герои в спешной погоне уходят от врага. Надежда на благополучный исход всегда присутствует в книгах Кинга. Пусть девочка в истерике разнесёт весь город, пусть неведомый дух уничтожит посёлок, пусть злой волшебник сравняет замок с землёй – всё просто обязательно должно закончиться хорошо. Всё-равно в экранизации книги любой неблагоприятный финал исправят на положительный.

» Read more

Стивен Кинг “Безнадёга”, Ричард Бахман “Регуляторы” (1996)

Книгу читал долго. Очень долго. Более полугода мусолил сей бумажный формат. Страшно… безусловно было страшно в начале. Это у меня с непривычки. Не привык я, знаете ли, к такому Кингу. В моём активе не так много книг, в основном они касались девушек с пирокинезом, да с телекинезом + несколько рассказов. Всё! И вот на меня в виде книги свалилось более массовое произведение, затрагивающее не просто судьбы отдельных городов, а затрагивающее судьбу всего мира. Устоим ли мы перед внеземной агрессией. Вот в чём вопрос. Под обложкой собраны два произведения Кинга. В обоих действуют одни и те же персонажи. Они как-то перекликаются, но не сюжетом, а скорее как события в параллельных вселенных. Что случилось в Безнадёге, не могло перейти в Регуляторы. И наоборот. Я даже могу взять на себя смелость и с твёрдой уверенностью сказать, что “Регуляторы” – фанфик на “Безнадёгу”. В конце концов, может же автор, пишущий под своим же псевдонимом, написать книгу по мотивам. Почему бы и нет. Кинг это демонстрирует. Правда крайне отвратно. В происходящее не веришь, воспринимаешь как бумагомарательство и ничего более. Потому и писал под псевдонимом, чтобы сильно не били и не ругали. Бахман по его легенде как бы уже умер… а о мёртвых либо хорошо, либо ничего. Такая логика.

Книги Кинга всегда сквозят каким-то злом, он любит мистику, пестует её. Она ему нравится. И он стал признанным авторитетом в данном жанре. Молодец! Не каждый сможет так пугать читателей. Меня тоже порой пробирала дрожь. Всё-таки не каждому дано вот так вот врываться в подсознание, менять там всё местами, а потом с чувством выполненного долга принимать похвалы. Хвалю Кинга за растягивание сюжета. Это он умеет. Правда всё кончается каким-то обломом. Хочется интриги. Ан нет… всё закончилось вместе со страхом. Бояться нечего, удовлетворения нет. Бери и читай следующую книгу. Вот такое отношение.

Идея мирового зла не нова. В мир Безнадёги зло врывается подобно Кэрри. Честное слово. Безнадёга – чуть ли не продолжение Кэрри. Вот снесла к чертям она весь город. В таком плане ей мог только Тэк руководить. С этого момента начинается сама Безнадёга. Добро пожаловать в шахтёрский город, где правит безжалостный коп. Он выбьет спесь из наркоманов, алкоголиков, зазнавшихся писателей и даже из добропорядочной американской семьи. А потом всё плавно перейдёт в один из американских городков, где тот же Тэк таки выйдет в люди. По сути – это продолжение. Смущают те же самые персонажи. Очень смущает. Не знаю мотивов Кинга, но они были. Читай “Регуляторов” отдельно, то точно бы не дочитал. Неинтересная книга, сильно уступает “Безнадёге”.

Какой же вывод можно сделать прочитав книгу… да никакой. Это Кинг. Надо читать и не делать выводы.

» Read more

Стивен Кинг “Воспламеняющая взглядом” (1980)

Пирокинез. Кинг любит наделять своих героев довольно необычными способностями. То Кэрри с телекинезом на фоне менархе, то вот Чарли МакГи со способностью накалять окружающую обстановку за 451 градус по Фаренгейту. Такие люди нужны обществу, нужны правительствам, учёным, богатым людям. Все хотят понять непознанное, разобрать его по косточкам и сухожилиям, вникнуть в суть. Да вот беда – всегда находятся люди, способные внести свои коррективы в их планы. Краткий разбор ситуации, яркая предыстория о генетических опытах, в результате практически спорадический случай появлении мутационной аномалии. Магия, волшебство. Ей бы файерболы научиться метать, но девочка почему-то не читала Толкиена. Зря. Проснулся бы в ней исток сущности валара, ну или на худой конец майар огня. И вскипело бы Средиземное море, обнажилось дно.

Не знаю в каких архивах копается Кинг, но он пожалуй со временем, если будет более осторожен на дороге, скоро переберёт все мистические моменты, переплюнет по всем параметрам “Секретные материалы”, да “Зачарованных” заткнёт за пояс. Благо Кинг – мастер слова, хитросплетений сюжета, давно набивший себе руку, пишущий своё определённое количество страниц в день, нещадно всё потом режет на части, выкидывая ненужные слова в угоду читателю, желающего следить за развитием событий, а не эволюцией словоформ из под мера мэтра. Где-то Кинг может и не прав, может слишком накручивает, слишком драматизирует событий, притягивает за уши, но никто его за это не осудит, а наоборот поставят памятник и назовут улицу в его честь. Есть за что. Мешает только наличие бранных слов, кои не позволяют заполнить все доступные читательские ниши.

Существует ли пирокинез на самом деле? Возможно. Этого никто точно не знает. Что способна дать такая возможность своему владельцу? Загорать на пляже с восхода до заката, прикуривать, делать люля-кебаб в узбечке, подогревать себе чайник, заменять плиту на кухне, выкинуть батареи из квартиры, да экономить зимой на отоплении, зажигательно танцевать, устраивать файершоу и безбоязненно входить в плотные слои атмосферы. Вот пожалуй и всё. Побольше льда, поменьше волосяного покрова – и сидеть в темноте снова и снова. Ах да… генерировать электричество пожалуй гораздо лучше.

» Read more

Стивен Кинг “Кэрри” (1974)

Всем прекрасно известно, почему у женщин не бывает гемофилии – потому как они умрут довольно быстро. Менструальный цикл, знаете ли. А вот, что бы было в мире, окажись Кинг прав, и женской формой гемофилии стал телекинез, т.е. способность управлять окружающим пространством с помощью мысли… тогда болезнь оказалась бы действительно “царской” и благоугодной феминистическому движению.

Кэрри – это первый рассказ Кинга, сделавший его сразу знаменитым. Написан в той же форме, что и последующие книги. Автор особо не стесняется в выражениях, поэтому детям до 18 лет такое творчество держать в руках не рекомендуется. Вот что-что, а такое чтение действительно может сделать надлом в психике посильнее курящего волка из “Ну, погоди!”.

Книгу читал Олег Булдаков. Читал хорошо, мастерски, полностью погружая в атмосферу. Особо удавались ему женские голоса. Талант… актёрище, что тут ещё добавить. Ну разве что могу пожелать делать отрезки менее продолжительными – не очень удобно слушать на сотовом телефоне, когда очередной звонок заставляет искать прерванное место… ну и как-то компенсировать паузы между отрезками.

» Read more