Tag Archives: паустовский

Константин Паустовский “Дым отечества” (1944)

Паустовский Дым отечества

Произведения не забываются, если им есть цена. О “Дыме отечества” Паустовский забыл на двадцать лет. Он не должен был любить собственную художественную литературу, удававшуюся ему под видом длинных пространных историй, чаще лишённых определённого смысла. Нужно ли вспоминать “Блистающие облака”, написанные под заказ? Или “Романтиков” – романе-хронике личных ощущений от происходящих событий? И всё равно Константин взялся рассказать читателю историю убывших за пределы родной страны людей, ныне озабоченных не созданием блага, а настойчивым желанием раздобыть свидетельства навсегда канувшего в прошлое, к действительности отношения уже не имеющего.

Удивительным кажется наблюдать за действующими лицами, озабоченными поиском неизвестных стихотворений Пушкина. Не даётся объяснения, какая от того возможна польза. Вполне достаточно имеющегося наследия, нежели раздобыть нечто забытое, содержащее ровно такие же свидетельства о былом, как всё известное нам творчество умершего писателя. Исходя из названия произведения, объяснение сего находится быстро: былое уподобилось дыму и не быть ему заново огнём, завтра не станет и этого.

Паустовский описывает будни находящихся в эмиграции людей. Они потеряли отечество и не планируют обретать его вновь. Их заботы эфемерны, лишённые полноты осязания. За случившимися ошибками рисуется будущее без надежд. Найденное отдохновение тает на глазах, грозя обернуться бесконечной погоней за обретением счастья. Не имея утраченного, будет возникать желание найти ему замену. Тем больнее наблюдать, как мнимое благополучие снова покрывается трещинами и грозит безвозвратным разрушением. Однажды потеряв целое, имеешь малый шанс воссоздать его подобие. В том тяжесть доли эмигранта, чьё стремление забыть отечество лишь о нём напомнит.

Возникает вопрос: зачем Паустовскому понадобилось поднимать подобную тему? По всему миру гремит война. Самое время принять участие в создании очерков о разрушении человеческих судеб и рождении надежд на обретение нового понимания счастья в проходящей самое серьёзное испытание стране. О том должен был думать и Константин, добавивший на страницы трагедию Ленинграда, обязанного выстоять блокаду. И он выстоит, к чему в итоге подойдёт действие, вновь напомнив о первом романе, для правдивости обретавшего подобие дум о происходящем здесь и сейчас, позволяя читателю стать не сторонним наблюдателем, а прикоснуться вместе с автором к теперь прошлому, но, в случае произведения, к по-прежнему настоящему дню.

Приходится создавать впечатление лучше, чем оно есть на самом деле. Говоря честно, видишь, как Паустовский сумбурно воссоздавал описываемое им действие из пустоты. Происходящее уподобилось гибкой среде, подвластной воле писателя. Может он тем заполнял свободные дни, далёкие от фронтовых будней, поскольку после краткого периода работы военным корреспондентом был обязан трудиться над написанием пьесы “Пока не остановится сердце”, поставленную впервые в Барнауле. Остаётся думать, что перо Константина обязано было быть занятым. Потому и немудрено, отчего “Дым отечества” окажется забыт. Не для того творил Паустовский, чтобы о нём говорили, вспоминая созданную им беллетристику.

И всё-таки, почему именно тема эмиграции? Как Константин воспринимал Алтай, что у него в голове рождались образы покинувших родную страну людей? Может он сам испытывал дискомфорт, каким бы позитивным образом не мыслил? Лишённый ощущения прикосновения к природе европейской части Советского Союза, отдалённый от всех морей мира, он мог понимать собственную оторванность, словно уподобился изгнаннику, без которого Отечество вполне сумеет обойтись. Иных предположений не возникает. В любом случае, “Дым отечества” оказался написан и был опубликован. Гораздо важнее, что происходило с Паустовским дальше.

» Read more

Константин Паустовский “Чёрное море” (1936)

Паустовский Чёрное море

О морях и о морях грезил Константин Паустовский. Везде его сопровождала вода. А может он предпочитал места, связанные с самой неподвластной человеку стихией. Предстоит разгадать ещё множество чудес природы, дабы научиться находить с планетой общий язык. Пока же приходится оставаться созерцателем, прилагая усилия обыкновенного человека для кажущегося действенным обуздания. Разве дело – составлять лоции для передвижения по водной глади? Или угадывать, как изменится погода в ближайшие часы и даже минуты? Не дано людям властвовать над морями, об этом остаётся мечтать.

Паустовский не ограничивается одним Чёрным морем, его взор направлен много куда. Читателю предстоит побывать на Карибах, не минует и необходимость побывать на островах Тихого океана. Когда станет ясно, как слаб человек, тогда наступит время обратиться к черноморскому побережью, пробежавшись по достопримечательностям Крыма. Особое внимание уделяется писателю Гарту (так назван на страницах Александр Грин). Дополнительно предлагается ознакомиться с бунтом на крейсере “Очаков” под руководством лейтенанта Шмидта.

Константин стремится лучше изучить водную стихию. Прежде он уже говорил, насколько ему нравится внимать составленным прежними поколениями мореплавателей лоциям. Но и он сам умел писать оные. То – предмет большого искусства, требующий внимательности к мельчайшим закономерностям. Самое основное, всегда трудно понимаемое, умение предугадывать ветер – редко возможное со стопроцентной точностью. Причина кроется не только в видимых явлениях и понимаемых умом скрытых, порою для ответа полагается спрашивать находящихся вдали от тебя людей. Ведь ветер зарождается далеко, приходит внезапно и уносится дальше. Нужно основательно задуматься, предполагая зарождение ураганов, что весьма важно для передвигающихся по морям и живущим на побережье людям.

Наблюдая за беседой Паустовского с Гартом о ветрах, читатель ещё не знает, с какими людьми вскоре решит говорить Константин. Повествование коснётся судьбы лейтенанта Шмидта, о котором на страницах “Чёрного моря” содержится важная информация. Ещё оставались очевидцы тех дней, хранящие в памяти воспоминание о случившемся в 1905 году восстании. Но кем был сам Шмидт? Паустовский показал его умным и обаятельным человеком, способным давать надежду и вести за собой. Бунт одного дня омрачился последующей казнью. Константин постарался разобраться, почему не удалось избежать высшей меры наказания. Суровая правда в том, что убийства бунтовщика желал сам Николай II, отдавший негласное распоряжение вынести Шмидту расстрельный приговор.

Истории сменяются на страницах, пока Паустовский настраивался на новый беллетристический сказ. Повествование о подводных обитателях переходит к примечательным эпизодам из жизни царских водолазов, неизменно силачей. Следом сразу о мониторах, обеспечивших северянам победу над южанами в гражданской войне Северных Американских Штатов, как таковые корабли захотели взять на вооружение в Российской Империи, не подумал, насколько важно иметь во флоте умелых моряков, а не добивавшиеся успехов суда, бесполезные без боевого духа ходивших на них отважных людей.

Осталось воспеть хвалу крымским красотам и рассказать историю про ещё одно геройство людей, случившееся в годы противостояния красных белым, когда царская армия теснила и загоняла в шахты, чтобы травить подобно крысам, не позволяя выйти на поверхность и остаться в живых. Доведённые до отчаяния теснотой, темнотой, жаждой и голодом, красные искали ходы, надеясь найти выход. И они его обнаружили, наполнили лёгкие свежим воздухом и смешали с пылью притеснителей, воздав за все накопившиеся у них обиды.

“Чёрное море” Паустовского о вышесказанном. Довольно полезный источник знаний, если читатель желает об этом знать. После прочтения лучше усвоится мысль не только о трудности умения понимать происходящие в природе перемены, но и о невозможности уразуметь побуждения самого человека, чья извечная борьба приносит разрушение и не даёт пользы человеческому роду.

» Read more

Константин Паустовский “Колхида” (1933)

Паустовский Колхида

Не успокоится человек, пока не вычерпает недра Земли, пока поверхность планеты не превратит в нечто ему потребное. И если ранее он думал о будущем, желая блага для всего человечества, то по прошествии времени вернулся к извечно одолевающей его жажде наживы. Но это в будущем, пока же Паустовский писал о современном для него дне. Некогда в Советском Союзе желали изменить русла сибирских рек, направив их в засушливые регионы страны, хотели и перекрыть поступление воды из Каспийского моря в залив Кара-Бугаз. Планы советских граждан коснулись и малярийных болот Мегрелии, где имелся чрезмерный избыток влаги. Человек посчитал необходимым осушить местность, превратив земли древней Колхиды в тропический сад. Тогда действительно думали о благе, как всегда забывая о нуждах самой природы, для чего-то создавшей данный край.

Паустовский начинает с рассказа о нутрии. Переселение этих животных стало первым шагом к освоению Мегрелии. Потом последует высадка эвкалиптов – деревьев с уникальными свойствами. Именно эвкалипт способен впитывать в себя воду из болот, к тому же он источник ценной древесины, чей запах не нравится комарам, а сам материал не гниёт, способен служить десятилетиями и длительно не подвергаться разрушению. Последним этапом назначено высаживание чайных плантаций и тропических растений. Впереди широкий фронт работы, берущий начало в тридцатых годах XX века.

Ещё не Шри-Ланка, а подобие пинских болот. И как же сей край привести к желаемому виду? Все планы терпят крушение, стоит спуститься ветру с гор, называемому фёном. Такой ветер неимоверно горяч и разом поднимает температуру воздуха на двадцать градусов. Не просто будет совладать с природой, может ничего у человека не получится. Как бы хуже не стало от совершаемых им действий. То и не имеет значения, когда желание стоит надо всем, обязывая совершать изменения в угоду представлениям о лучшем из возможных результатов.

Паустовский не смотрит на Мегрелию как на уникальное место. Он не видит в нём положительных моментов, неизменно находя причины для скорейшего изменения имеющейся природы. Никто не задумывается о необходимости прекратить вмешательство. Если такие попытки были, то о них Константин не сообщает. Есть единственное упоминание пользы болот – они способны сохранять прошлое. Так на глазах у читателя будет извлечена античная статуя, большой ценности по мнению знатоков древностей. Но это не является важным обстоятельством, чтобы отменить планируемое превращение Мегрелии в тропический сад.

Константин предпочитает рассказывать о другом. Он повествует о караванном чае, чьи свойства улучшались благодаря длительной перевозке. Снова и снова восхищается свойствами эвкалипта. Описывает людей, с жаром в глазах думающих о предстоящих изменениях местной природы. Знакомясь с подобным повествованием, читатель сам может загореться аналогичной идеей. Тут надо говорить об умелой подаче информации, тогда как деятельность человека в Колхиде легко подвергнуть сомнению в благости производимых изменений.

Достаточно вспомнить про Кара-Бугаз, о котором Паустовский рассказывал сходным образом, только имея наглядные доказательства вредности планируемого человеком, он стремился облагородить залив менее варварским способом, предлагая извлекать природные богатства за счёт понимания потенциала пустынного климата. Касательно Мегрелии подобного не происходит. Остаётся предположить, что никто всерьёз ею ещё не занимался, даже не думая высушивать болота, поскольку это длительный и трудоёмкий процесс. Время покажет, насколько оправдано человеческое стремление преобразовывать планету. И если всё окажется сделанным правильно, значит о чём-то люди всё равно не задумались и не приняли прочие негативные перемены связанными с ими проделанным.

» Read more

Константин Паустовский: критика творчества

Так как на сайте trounin.ru имеется значительное количество критических статей о творчестве Константина Паустовского, то данную страницу временно следует считать связующим звеном между ними.

Романтики
Блистающие облака
Кара-Бугаз
Судьба Шарля Лонсевиля
Озёрный фронт
Колхида
Чёрное море
Созвездие гончих псов
Орест Кипренский
Исаак Левитан
Тарас Шевченко
Северная повесть
Мещёрская сторона
Дым отечества
Далёкие годы
Повесть о лесах
Героический Юго-Восток
Разливы рек
Беспокойная юность
Золотая роза
Начало неведомого века

Константин Паустовский “Кара-Бугаз” (1931)

 Паустовский Кара-Бугаз

Не трогайте природу, пока не научитесь ею пользоваться. Но человек никогда не научится пользоваться чем-либо, постоянно внося разрушительный вклад. Ему кажется, будто действуя из лучших побуждений, он поступает на благо, тогда как приносит вред. Проще ничего не предпринимать, живя в согласии с окружающим миром, нежели думать и его благополучии и совершать непоправимые ошибки. Разве можно смотреть на высыхающее Каспийское море? Уровень этого водоёма постоянно понижается, грозя скорым исчезновением. Причину этого видели в заливе Кара-Бугаз, куда вода поступала через малый перешеек, дабы испариться без остатка. Разумным казалось перекрыть залив вообще. О таком думали раньше. И это всё-таки совершили через двенадцать лет после смерти Константина Паустовского. О чём он предупреждал – всё осуществилось. Дамбу пришлось разрушить и смириться с нанесённым ущербом.

Как рассказать о заливе? Паустовский то начал делать до знакомства с Каспийским морем. У него были сведения о Кара-Бугазе, и только. Пришлось самостоятельно знакомиться с водоёмом, о чём читатель узнает впоследствии. Роль Паустовского в судьбе залива – желание понимать его необходимость человечеством. Для этого лучше всего подойдут документы из архивов, кои удалось отыскать. Мало кому известный исследователь Жеребцов во время царской России вёл наблюдение за морем, сделав требуемые выводы, едва не ошибившись со значением Кара-Бугаза. Похоже, такую ошибку совершают все, кто старается его понять самостоятельно. Жеребцов тоже имел намерение рекомендовать перекрыть воде доступ в залив, чтобы уберечь морских обитателей от поступления излишнего количества соли.

Паустовский сразу замечает, какая именно соль образуется после испарения воды. Не поваренная, а глауберова, так называемый мирабилит. Если её принимать внутрь, последует слабительный эффект. Лучше данную соль использовать в химическом производстве, где она имеет огромное значение. Но как это сделать? Берега Кара-Бугаза представляют из себя пустыню, не знающую дождей: влага испаряется, не успев достигнуть поверхности. Крайне тяжело находиться в сих пустынных местах, поскольку не сохранилось оазисов. Некогда тут была вода под песками, о том даже имеются свидетельства, в том числе об этом говорят высохшие колодцы. У Кара-Бугаза в будущем откроются возможности принести пользу человечеству, но о том Константин расскажет в конце.

История жестоко относится к людям. Жеребцов ныне забыт, неизвестно и место его погребения. Забыт и химик Лаксман, обосновавший важность глауберовой соли залива Кара-Бугаз. Всем было понятно: перекрой залив, соль перестанет образовываться, может быть поднимется и уровень Каспийского моря. Разве природа случайно допустила появление такого места на планете? Его исчезновение обязательно опосредованно скажется на всём, о чём крайне трудно судить, если человек не умеет понять важной роли того же залива Кара-Бугаз.

Паустовский не рассказывает прямолинейно, он лишь делится с читателем сведениями, ставшими ему известными. Продолжая повествование, Константин затрагивает период гражданской войны, когда в районе Кара-Бугаза белые высадили арестантов на берег, обрекая их на гибель. Остаётся предположить, что подобным образом Паустовский в очередной раз сообщал о гибельности климата, поэтому людям не следует там находиться. Впрочем, осваивать Кара-Бугаз всё равно придётся. Но и к этому есть препятствия. Для строительства и функционирования завода требуются другие ресурсы, вроде нефти и газа, располагающиеся на удалении. Константин с удовольствием проведёт геологические изыскания, найдя лучшее для всех решение.

Как же добыть воду в столь безводной пустыне? Есть единственная возможность, заключающаяся в наблюдательности и понимании механизма образования конденсата. К утру под камнями всегда накапливается жидкость. Уже это показывает, как природа наперёд думает, создавая условия и для жизни. А как правильно использовать Кара-Бугаз в будущем? Тут не только глауберова соль, а также солнечная и ветряная энергия. Человеку нужно не так много, чтобы воспользоваться ему предлагаемыми возможностями. Нет нужды разрушать или исчерпывать без остатка, допустимо брать даваемое даром. И когда-нибудь пустыни начнут приносить настоящую пользу, обеспечив человечество требуемыми ему источниками тепла, движения и всего остального, до чего он сможет додуматься.

Главное, не разрушать имеющееся. Пусть Кара-Бугаз кажется бесполезным и даже вредным, он всё же важнее, нежели людям кажется.

» Read more

Константин Паустовский “Блистающие облака” (1928)

Паустовский Блистающие облака

Не умеешь работать в детективном жанре – не берись. Паустовский продолжал плавать среди художественной литературы, собираясь выполнить непосильные для себя задачи. Ему предложили написать авантюрное произведение со шпионами. Он не стал отказываться. Но как рассказывать о том, о чём не имеешь представления? Придётся разбавлять повествование лично виденным. Так герои произведения пройдут по местам памяти Константина, затронув ряд социальных проблем общества. Во всём остальном следует признать, что “Блистающие облака” примечательны выписанными портретами советских граждан, но никак не образами американцев и китайцев.

Зачин у истории сумбурный. Погиб лётчик, у него был дневник, на страницах которого он делился уникальными наблюдениями. Он никогда не брал его в полёты, оставляя на хранение у сестры. Теперь лётчик разбился, значит нужно добыть записи, предварительно разыскав сестру. Отчего ранее не озаботились научными изысканиями, не спрашивая установившего их владельца? Такая им была цена. Увидевшего в них ценность и решившего сделать благое дело для государства, Паустовский отправит на поиски, проведя через публичные дома, психиатрические учреждения и прочие сомнительные заведения, дабы всё-таки разыскать дневник лётчика.

Впрочем, прежде требовалось нащупать почву для сюжета. Для этого Константин повествует от лица австралийского арестанта, рассказывая о заграничных тюрьмах, где над женщинами ставят эксперименты, добиваясь осуществления безболезненных родов. Не имеет значения, как это укладывается в последующую канву с поисками записей. Паустовский ещё не имел представления, куда направит повествование дальше. Позже, когда первые главы окажутся написанными, их будет жалко оставить без внимания читателя, поскольку написаны они хорошо и достойны внимания, пусть без особого смыслового наполнения.

Но чем же примечательны наблюдения лётчика? Он тщательно изучил сопротивление воздушной среды или на основе наблюдения за птицами придумал способ быстрого передвижения человека на летательном аппарате в небесном пространстве? Или он наблюдал искусные орнаменты северных земель, несущие некое скрытое в них послание? Важного значения то для читателя не имеет. Наполнение дневника даётся для примерного представления о необходимости его поисков. Поэтому нужно отправить главного героя, пока уникальные записи не покинули страну. Стало известно, что сестра лётчика имеет связь с американским дельцом.

Решено начать с Ростова. Читатель получит исчерпывающую информацию о тамошних евреях, прочувствует перенесённые ими страдания, изрядно посочувствует ударам судьбы. Только не к одним евреям это придётся испытывать. Предстоит узнать о горькой участи женщин лёгкого поведения, чьи судьбы ломались вне зависимости от их на то желания. Им пришлось заниматься сим постыдным трудом. Если читателю кажется, что Паустовский зря использовал в повествовании столь провокационных личностей, то не следует забывать, каким порочным предстаёт разыскиваемый американец, пользовавшийся услугами именно таких советских граждан.

Поиски продолжатся. Впереди Таганрог, а затем Одесса. Ладное повествование перейдёт в сумбурное изложение. Константин потеряется, не зная куда вести историю дальше. Ему требовалось довести поиски до конца, только более не хотелось их продолжать. Придётся возвращаться назад, вносить правки в ранее рассказанные события, тем способствуя продвижению сюжета. Помогут отстранённые истории, повествующие о посторонних происшествиях.

Будет ли найден американец? Окажется ли востребованным дневник лётчика? Сомнительно, чтобы читатель продолжал искренне верить в необходимость совершаемого на страницах действия. Паустовскому требовалось выполнять обязательства, поэтому он продолжал писать историю. Этому есть ещё одно объяснение, связанное с преобладанием среди читателей людей без требований к интеллектуальной составляющей художественных произведений. Пусть будет действие, всё остальное останется наполнением.

» Read more

Константин Паустовский “Романтики” (1916-23)

Паустовский Романтики

Самый трудный шаг – первый. Сделать первый шаг неимоверно трудно. Внутренне понимая, что ты ничего из себя не представляешь, твои труды никого не могут заинтересовать, следует писать и сжигать, не раздумывая. Паустовский это осознавал, поэтому публикация романа “Романтики” задержалась до 1935 года, а могла и вовсе не состояться, так как подобным работам полагается оставаться в безвестности. Есть одно исключение, когда у писателя имеется желание показать личное становление. Именно с этой позиции стоит рассматривать “Романтиков”, не предъявляя серьёзных требований и не стараясь найти на страницах нечто прекрасное.

Герой произведения Паустовского с малых лет мечтал о музыкальном образовании. Встретив сопротивление отца, он предпочёл выбрать профессию учителя. Более об устремлениях героя можно не упоминать, поскольку следующая часть повествования переходит в длительный монолог, выдавая в Константине склонность к размышлению об окружающей его действительности. Не собираясь сдаваться, герой успеет хлебнуть морских путешествий, попутно задумываясь о ремесле художников и писателей, выбирая для себя лучший из возможных способов для работы над “Романтиками”. Рассматривается всё: от света из-под абажура до надетого на лампу чёрного колпака. Приходится согласиться, что условия для создания произведений дают настрой для формирования определённых мыслей.

Случается в жизни героя Крым, любовь, беззаботность и ощущение полёта. А после приходит весть о войне (для нас – Первой Мировой), и всё ломается из-за необходимости отстаивать интересы Отечества. Тут стоит заметить важность происходящих на страницах произведения событий. Они вторгались в произведение в той же мере, как они имели место быть на самом деле. Обыденность сама давала Константину сюжету, может и он мечтал стать музыкантом, стал учителем, плавал по морям, любил и встретил войну, вынужденный принимать происходящие перемены. А может и нет. К началу работы над романом Паустовскому было двадцать четыре года, и он уже успел побывать на фронтах в составе санитарного отряда.

Война закончится, жизнь героя произведения продолжится при других обстоятельствах. Время снова подсказывает, куда двигать сюжет. Константину осталось записывать всё без лишних выдумок. Пусть герой окажется ранен, чудом выживет и опять окажется среди вынужденных жить. Паустовскому требовалось практиковаться в писательском мастерстве, обыгрывая различные ситуации, стараясь добиться успеха в умении вызвать чувство сопереживания у читателя. Не имело значения, к чему слова складывались в предложения. Важно, что у Константина получилось. Когда-нибудь он научится писать интересно, пока же он не смел требовать скорого признания, тем более не планируя публиковать столь сырой материал.

Думается, изначально “Романтики” выглядели не столь сносно, какими их представил Паустовский позже. Текст не раз подвергался правке, а то и заново переписывался. Иначе не поверишь, чтобы роман оказался опубликован в неизменном виде, написанный рукой неопытного человека, хоть и ставшего к 1935 году заметной личностью среди советских писателей. Только это не уберегает текст от необходимости его понимания. Осознавая данное обстоятельство, приходится находить самые мягкие слова, ведь всем требуется с чего-то начинать, принимать заслуженную критику и продолжать работать на собой. Константин ещё добьётся признания, а пока он сочинял, не стараясь думать, к чему его приведёт зарождающийся литературный талант.

Почему бы каждому, кто желает писать, не сесть и не проанализировать окружающую его действительность? Просто начать рассказывать, не рассчитывая на признание. Через пять лет забыть о прежде сделанном, наконец-то принявшись за создание поистине интересных работ. А о той первой пробе пера можно и не вспоминать.

» Read more

Константин Паустовский “Золотая роза” (1955-64)

Паустовский Золотая роза

Все мы куём золотую розу, ради которой живём, а после умираем, оставляя вместо себя труд рук своих. Паустовский дал конкретный пример – он рассказал о писателях, то есть о людях, чья жизнь наполнена созданием текстов, продолжающих существовать бесконечно долго, продлевая жизнь покинувшего мир человека. Для лучшего понимания сего утверждения Константин привёл легенду о юноше и его любви к девушке, результатом чего стало изделие, созданное ради одной цели, в итоге нашедшее применение в другом. Так и писатели трудятся во имя личных представлений о должном быть, что трактуется потомками на разный лад, и редко на тот, который стремился вложить сам автор.

Слово родилось в устах человека для передачи информации. Письменному слову предназначалось оную закрепить. Художественное слово позволило иначе понимать происходящее, вплоть до отражения иных взглядов на действительность. Цивилизованный человек не должен делом демонстрировать устремления, когда достаточно об этом сказать. Побуждение к вооружённому сопротивлению всё равно пройдёт через слова. И когда потерпит крах устное слово, разгорится конфликт с применением силы, но когда и он исчерпает возможности, верх возьмёт слово письменное, преображающееся в художественное, в красках раскрывая представления, побуждая верить, сочувствовать и стремиться помочь. В идеале так, но на самом деле иначе. Покуда одни унижают других, противящиеся им стараются бороться как раз цивилизованными методами, только у Паустовского диким народом представлены европейцы, тогда как филиппинцы – нация благородных людей.

Оставим борьбу за права. Писатель, свободный от ограничивающих его творчество условий, должен стараться создавать новое. Это утверждение, отсылающее читателя к футуризму, понимается иначе, если об этом взялся судить Паустовский. Развивая мысль дальше, видя многое подобие подобий, уподобляющих литературу горе из без смысла исписанных страниц, начинаешь желать свежей порции слов, выделяющей писателей из потока графоманов. Лучше в течение десяти лет молчать, “уйдя в народ”, дабы под впечатлениями творить на протяжении оставшихся лет. Таким образом поступали, допустим, Максим Горький и непосредственно Паустовский.

А как же писать так, чтобы оказаться востребованным у читателя? Единого рецепта не существует. Константин привёл в “Золотой розе” разных авторов, чей труд имел мало сходных черт, что не влияло на производимый ими продукт. Пиши хоть по заранее составленному плану или импровизируй. Твори утром, днём, а хочешь и ночью. Выводи слова на бумаге карандашом, ручкой, любым иным образом. Погрузись в тишину, шум или гам. Это не обеспечит успеха, важно содержание создаваемых произведений.

Паустовский мыслит масштабно, забывая про иные материи, которым читатель подвержен сильнее. Писателю важнее состояться в обществе, тогда к нему скорее придёт признание. Ежели он будет творить наедине с собой, никому не показываясь и делясь написанным только с друзьями, то чаще такие писатели ничего не добиваются при жизни (не считая редких исключений). И это при том, что творчество состоявшихся чаще ничего из себя не представляет, а труд обойдённых вниманием писателей способны оценить лишь потомки, не подверженные истерическим симпатиям прежних поколений, вследствие чего некогда популярные авторы уходят в тень и растворяются в безвестности.

Представленные на страницах “Золотой розы” портреты писателей не поражают воображение. Определившийся с собственным мнением читатель, скорее всего, не согласится с выводами Паустовского. Константин поделился собственным частным мнением, симпатизировать которому нужно с осторожностью, дабы не позволить сформироваться личным стереотипам, от чего представление о ком-то создаётся со слов других. Нужно самому вырабатывать мнение!

» Read more

Константин Паустовский “Северная повесть” (1938)

Паустовский Северная повесть

Потомки ничем не обязаны предкам. Жизнь разводит людей, заставляя их искать повод для вражды. И нет лучшего аргумента к возрождению противоречий, каким является память. Именно так случается в действительности. В художественных произведениях иначе – родственная кровь требует сближения и восстановления прежде оборванных связей. На страницах создаётся идиллия, весьма редко встречающаяся в таком же виде на самом деле. Вот и у Паустовского всё начинается с восстания декабристов в суровое для России время и заканчивается в современные автору дни, когда страна оказалась окутанной человеческой дружбой (sic!).

Место действия Константин выбрал далёкое – Аландские острова (архипелаг на юге Финляндии), где располагался Камчатский полк. Через эти земли пробирались в Швецию участники восстания декабристов. В центре повествования оказались Бестужев и Тихонов, офицер и солдат. Ничем не обязанные друг другу, они приняли смерть при разных обстоятельствах, в результате чего их похоронили в одной могиле. Но гибель сих людей всё-таки имела связь, о чём предстоит узнать далёким потомкам.

Судьба складывается на пользу литературных персонажей, оказывающихся в необходимом месте в нужное время. О чём требовалось забыть, то продолжает толкать вперёд. Разросшийся род мог бы забыть предков, умерших вдали от родной земли, но такого не случается. Желание найти пропавшего родственника даёт жизни движение, заменяя собственное существование. Потому у Паустовского всё подходит к тому, что могиле быть обнаруженной, а семьям восстановленными. Но требовалось ли это действующим лицам произведения? Автор за них решил, как именно им мыслить, отложив прочие дела в долгий ящик, с коими пусть не они сами разбираются, а занимаются следующие поколения.

За бурными событиями XIX века расцветает богатый революциями XX век. Поиски приходится продолжать на фоне матросских бунтов, обеспечивающих одному из действующих лиц быстрый рост в званиях. Иначе ему не найти желаемого, покуда он не получит управление над передвижениями корабля. Остаётся сконцентрироваться на единственной задаче – необходимости распутать клубок, завязанный на мимолётной интимной связи Бестужева за два дня до смерти, а после пойти по следам Тихонова, разыскивая его родственников близ Петрограда.

Прошло порядка ста лет с восстания декабристов. Зачем семьям объединяться? Они связаны мгновением, когда более в их истории схожего нет. Разве нет более важных дел, нежели установление уже ставшей бесполезной истины? Безусловно, идея представляет интерес, она прекрасно реализована, но мысли не могут обрести покой, не видя за порывами персонажей настоящей сути, кроме притворного желания помнить о тонкой ниточке, толком ничего и не связывавшей, дабы ныне ей придать вид крепкого каната, способного удержать тех, кто и не думал вспоминать о прошлом.

Если допустить сближение родственников (давайте их называть именно так), то чем это грозит в будущем? Паустовский может считать, будто на данной почве зародится дружба, помогающая сохранять стойкость в трудную минуту. Читатель же будет думать иначе, понимая, как скоро ставшее известным обрастёт домыслами, породив множество допущений, с которыми другие члены семьи соглашаться откажутся, вследствие чего важный эпизод станет основой драмы. Забытому потому и полагается оставаться забытым, дабы не вспомнили, попутно додумав обстоятельства, к действительности не имеющие отношения.

Было ли в реальности нечто похожее, о чём рассказал Паустовский? Обязательно подобное с кем-то произошло. В это не верится, но жизнь человека подвержена парадоксальности, чему сложно поверить, но поверить всё-таки можно. А вот литературным сюжетам доверия нет.

» Read more

Константин Паустовский “Мещёрская сторона” (1939)

Паустовский Мещёрская сторона

Повесть можно написать всего лишь созерцая некий предмет. Для Паустовского таковым послужила карта Мещёрского края. Он проследил её содержание, чтобы поделиться наблюдениями с читателем. Какой видел он сей край сам, тот отличался от представленного. Причиной тому является прошествие лет – датой съёмки обозначен 1870 год. Многое минуло за столь короткий срок. Ещё больше минуло с давних пор, поскольку некогда Мещёры тянулись с севера на юг и с востока на запад, а не как сейчас – “раскинулись” на малом отрезке между Рязанью и Владимиром.

Нет в Мещёрах примечательного. Не видит в них Константин особенности. Ему они приятны воспоминаниями, по следам которых он и взялся о них судить с высоты достигнутого. Как же получилось так, что понадобилась старая карта, тогда как можно было спросить о интересующем у старожилов? Приходится махнуть рукой. Какой толк от издавна живущих в этом краю людей? Разве укажут они правильное направление, понятное им одним? Лучше вооружиться картой, самостоятельно внося в неё изменения по мере продвижения. Паустовскому лучше судить о работе на местности, нежели его читателю.

Кстати, о читателе. Внимать рассказываемому Константином трудно, если Мещёрский край не был виден лично. Что это за хвойный лес такой? Почему так уважительно к нему относятся? Ведь с первых строк заявлено – обыкновенная природа, без возможности чем-то её выделить. В условиях обыденного созерцания Паустовский плывёт по волнам памяти, нисколько не стремясь взволновать обращённое к его повествованию внимание. Захотелось высказаться, припомнить детали. Ничего не поделаешь – подобным образом Константин написал большую часть книг.

Коли рассказ про лес, тогда нужно поведать о приметах, поделиться знанием определения сторон света или ещё о чём-то, тем отвлекая внимание читателя, получающего более информации, когда действия на местности возвращают Паустовского к анализированию содержащейся на карте информации. Вот Мшары – покрытые мхом болота. Точно ли они нанесены? В чём их примечательность? Читатель, видевший оные, сверяет собственные представления с точкой зрения на них у Константина. Если сходится – отлично, а если нет – годы не щадят природу, изменяя её лик для каждого последующего поколения.

Паустовский не спешит. “Мещёрская сторона” – скорее не повесть, а несколько собранных вместе очерков, связанных одной темой. Когда карта откладывалась в сторону, перед читателем предстаёт железная дорога или снимаемый Константином дом. Появились новые объекты для выражения мыслей о них, что хорошо вписывается в общий повествовательный фон. Разбираться или укорять автора за им излагаемое никто не станет. Говоря разобравшись, Паустовский умел переносить мысли на бумагу, тогда как основная часть людей их продолжает держать в голове. Взялся бы каждый за писательское ремесло, так переполнилась бы литература от увиденных под разными углами мещёрских сторон.

Обсуждать и понимать содержание не требуется. Оно представляет авторское восприятие природы, проявляемое через рефлексию. Константин разгружался от отягощающих его дум, тем давая творческим способностям лучше раскрыться. “Мещёрскую сторону” можно принять за черновик. Паустовский продолжал развивать писательский талант, умея рассказывать о самом обычном, о чём другой не подберёт текста и на несколько страниц. Нужно только иметь представление о чём пишешь, как образы сами заполнят пустые листы. А когда образы имеют вид Мещёр, то отчего не расписать ручку?

Взять бы читателю да пройтись по краю, описанному Паустовским, после сравнивая впечатления. Но не сразу, а спустя десяток лет. Сойдутся ли во мнении человек нынешний и некогда живший?

» Read more

1 2 3