Валерий Залотуха “Свечка. Том 2″ (2014)

Залотуха Свечка Том 2

Говоря о манере изложения Валерия Залотухи, можно посетовать на особенность русского понимания действительности. Автор погружается в мир переживаний, не претендуя на что-то определённое. Не имеет значения сюжет, тогда как важно разобраться в составляющих бытия. Ничего не происходит без обоснованных причин, кроме появления на страницах угодных писателю моментов. Под этим следует понимать не стремление видеть происходящее в истинном свете. Тут иная причина, объяснение которой кроется в неумении заинтересовать читателя действием. В потоке сознания рождаются герои и им же даруются для них поступки. Всё остальное добавляется для вкуса, тогда как оно не имело права быть заслужившим внимания.

Хорошие произведения пишутся годами, но когда количество лет переваливает за десяток-другой, трудно уловить определённую единую линию повествования. Залотуха также вымучивал “Свечку”, записывая плохо связанные друг с другом истории, подавая под видом единого художественного полотна. Когда второй том встречает уже не тюремными сказками, а даёт представление о событиях времён гражданской войны, где некий дед лечил все болезни одной мазью. От всех хворей лучше прочего помогает убеждение, либо замысел Валерия останется плохо усвоенным. За счёт лжи действующие лица избежали уничтожения, накормив сомнительными лекарствами пришедших карателей. Рассуждать далее не требуется, поскольку повествование пойдёт иным путём, словно задействованная Залотухой сцена пришлась просто для необходимости заполнить белые листы текстом.

Вполне может оказаться, что Валерий выстраивал вертикаль жизни, разрывая повседневность визитами в прошлое. Без прежних поколений не быть последующим, потому важно показать ранее происходившее. Позиция понятная и вместе с тем неприемлемая. История не знает новых поворотов, следуя изгибам случившихся событий. Дать о былом представление, пустив читателя по этим самым изгибам, не являясь тем, кто может о том говорить как о прочувствованном лично: вот как должна быть охарактеризована “Свечка”.

Устав от лекарских изысканий деда, читатель получит сказ о семье, где мальчики взрослели и становились попами, а девочки – попадьями. Залотуха получил возможность говорить на религиозную тему – самую неисчерпаемую из возможных для обсуждения тем. И неужели именно такой сюжет должен предшествовать рассказу о боксёрах? Читатель резко переходит от исторических реалий к будням спортсменов, наблюдая за стремлением автора понять, о чём думают бойцы, когда бьют друг друга по голове. И опять повествование вернётся в тюремные застенки, откуда и не требовалось уходить.

Почему бы не сравнить “Свечку” со “Смирительной рубашкой” Джека Лондона? Отчего Залотуха предпочёл использовать в произведении невразумительные уходы от реальности, тогда как у Лондона они получались гораздо осмысленнее? И это при том, что герой “Смирительной рубашки” бредил прошлым, оказываясь в незнакомых ему условиях, так как находил в том спасение от доставляемых ему страданий, а действующее лицо “Свечки”, сугубо по воле автора, ловит сообщаемую ему информацию о чём-то канувшем в Лету.

Второй том неизбежно подойдёт к завершению. Живи Залотуха дольше, быть продолжению. Нельзя остановиться в потоке сознания, ибо нет ему начала и конца. Но всё подходит к окончанию, каким бы образом то не случалось. “Свечка” завершится тем же, с чего всё началось, и чем произведение оказалось наполнено. Остаётся повторить, вместе сообщённое не может восприниматься цельным, тогда как сообщённое врозь или в форме рассказов, оно могло иметь больший вес. Но произведение должно оцениваться в полном объёме, дабы вынести о нём верное суждение.

Предлагается задуть “Свечку” – время прошлого ушло.

» Read more

Александр Сумароков “Вздорщица” (1770-75)

Сумароков Вздорщица

Сочинения Сумарокова продолжали изобиловать сумасбродством действующих лиц. Зритель должен был смеяться, не находя отражения истинного положения дел. Кто поверит, что барыня может вести себя подобно юной девушке, весьма вздорной по присущему ей нраву. С утра она желает одного, в обед требует противоположного, чтобы вечером захотеть ещё нечто прежде неведанное. Возникнет необходимость, так укажет мужу на дверь, а то и дочери откажет в праве на семейное счастье. Доходит до того, что не выдерживают слуги, без зазрения дерзя хозяйке. Осталось найти Дурака для уравновешивания, показывая от его лица вздорный нрав барыни.

Находились среди зрителей верящие Сумарокову. Может кто-то имел похожие примеры из собственной жизни. Скорее всего так и было, только на сцене была представлена ситуация с максимально возможным абсурдом. Мотивацию своих действий барыня определяла одним желанием совершения пришедшего на ум. Ей без разницы, ежели время завтрака, если она желает отведать пищу посытнее. Так же безразлично, к чему приведут любые её действия. Лишь бы огорошить окружающих людей новым требованием. Ничего более не имеет значения.

Линия поведения барыни показывает уровень умственного развития. Когда говорят, что она не в своём уме, то она ответит точно таким же образом. Сказать так она может слугам, дочери, мужу, даже Дураку. Сказала бы и лицам царских кровей, присутствуй таковые на сцене. Никому не дано найти управу. Остаётся единственное решение – пойти на хитрость. Может тогда барыня смирится с невозможность продолжать противодействовать.

Пусть вздорщица распоряжается по хотению. Она слишком наскучила окружению, готовому привести барыню в чувство осознания происходящего. Коли хозяйка рада обманываться, тогда будет подготовлен обман. Нельзя позволить вносить разлад в свадьбу дочери, а также в любовные отношения слуг. Не получится смириться с её нравом, важно действовать наперёд. Какое лучшее средство приструнить человека? Необходимо навязать ему обязательства. Допустим, заставить подписать бумагу с соответствующим содержанием. Сомнителен положительный результат такого поступка, но для комедии в одно действие долгих рассуждений не требуется.

Развязка наступает быстро. Зритель уже понял, какой разлад в жизнь вносит вздорщица. Необходимо увидеть благоприятное завершение происходящего на сцене. Это должно реализоваться с помощью потакания прихотям барыни, либо нахождением способа избавиться от бесконечных претензий. Сумароков сразу выбрал путь борьбы, настроив против хозяйки всех действующих лиц, прямо отвечающих на каждое происходящее сумасбродство. Барыню всё равно не вразумить, ежели всем она указывает их место, в том числе и мужу, с чьим авторитетом никогда не согласится считаться.

Зритель понимает. У вздорщицы особый склад ума. Предполагается, будто она – единственный ребёнок, все её прихоти удовлетворялись. Не испытывая горестей, вышла замуж и продолжает жить детским восприятием мира. Так у Сумарокова опять получился инфантильный персонаж, доставляющий множество неудобств. Остаётся думать, будто, используя таких действующих лиц, получится вызывать смех у наблюдающих за происходящим на сцене. Зритель и вправду будет смеяться, но только над взбалмошными выходками, тогда как завершение пьесы ничего не даст, кроме обозначения поставленной проблемы.

Всему наступит благоприятное завершение. На вздор управа всё-таки найдётся. Не самым правдивым окажется финал. Зато счастье придёт в дом вздорщицы. Логично предположить развитие событий в виде нежелания смириться с произошедшим. Следующий день принесёт гораздо больше недоразумений, нежели Сумароков использовал для создания комедии. Не могло так просто закончиться. Обязательно последуют козни, ведь как не унимай вздорных людей – им то не по уму.

» Read more

Саади “Бустан. Главы VIII-X” (1257)

Саади Бустан

Будь честным, человек, пороку не предавайся, свершая худое, смири гордыню и в содеянном раскайся. Ты создан из глины с чистой душой, не Богом вложен в тебя дух в помыслах злой. Не уподобляйся грязи снова, как бы не стремился вернуться назад, не сможешь быть со злокозненными поступками в ангелов объятия взят. Не зверем рождён, смотри вперёд, не ищи в земле правду глазами, ходишь не над землёю, а под небесами. Благодари за данное свыше тебе естество, принимай его за благо своё. В том радость людская, Богу подобными пришли в мир, так отчего каждый живёт, словно горький вкушал эликсир? Возрадоваться нужно, благодарить за милость провидения. Саади в этом слушателей убеждал, читая на улицах стихотворения.

Требуется помнить добро. Добром прирастает человек. Длинный путь предстоит – не короткий забег. Кто не забудет сделанных дел для него, обретёт счастье скорее всего, не станет принимать укоры других, не окажется в поступках коварен и лих. Нужно соотносить своё и чужое, усвоив понятие простое: если ты у воды – не знаешь жажды, если в пустыне живёшь – наводнения тебе не важны. Не понять тонущему гибнущего от жара песков, а тому – утопающего среди бурунов. Дабы понять это – нужно заболеть, тогда приходит осознание, как важно здоровье крепкое иметь. Если не болел, не сможешь узнать, как другие могут страдать.

Где бы не находился, всегда найдётся причина для бед. Изнывающий от поросли на теле может проклинать весь белый свет. Каторжник не поверит в проблемы человека того, пока он на свободе – нет проблем у него. Потому следует благодарить Бога, чтобы он не ниспослал, самую лучшую долю для каждого из нас он послал. Лучше не будет, но лучше так, нежели было бы хуже, коли пояс свободен, поступи просто: затяни пояс потуже. Облегчение приходит, когда не споришь, жизнь принимая, тогда дышишь свободно, от затруднений громко не стеная.

Годы пройдут, наступит старость, до смерти немного осталось – самая малость. Сколько не старайся, кому не делай одолжений, предстанешь перед Богом. Не забывай, ты из его творений. Создан из глины – в глину войдёшь, будучи пустой – ничего с собой не возьмёшь. Хвали Создателя, ибо нельзя не хвалить. Не уставай молитвы к нему возносить. Ты станешь стар или уже стар, не тебе – другие соскребут твой нагар. Забудь о мирском, суета – удел молодых. Не старику показывать удаль среди них. Пусть юные пылают любовью и сходятся в ратных боях, старик должен забыть о подобных делах. То не грех – любить или биться в пылу страстей, только зачем кичливостью смешить людей?

Кругом пустота – понял то Саади. Прежде иными мыслями он заполнял думы свои. Прав тот, кто рвётся вперёд, не оглядываясь назад, должное быть его – берёт. То порывы молодых, мечтания из самых простых. Хоть нет смысла наживаться за чужой счёт, этого юнец никогда не поймёт. Лишь став стариком он осознает, как отказывая в удали многого себя к старости лишает. Отныне приходит на ум иное, не прежнее – совершенно другое. Но ничего не поделаешь, надо жизнь прожить, дабы, ничего так и не поняв, прежние мысли забыть. Каждого возраста заботы отличаются, указывать молодым, либо старым, не надо: все от того огорчаются. Коли старик – советуй только старикам, а коли юн, то доверяй похожим на тебя юнцам. Старику и юнцу не понять жизни суть, каждый на себя одеяло будет вечно тянуть. Так чего огорчаться и желать изменить мир? Если философ – советуй, но действуй – если эмир.

Пришла старость к Саади, нет прежнего задора. Он руку за подаянием протягивает, ждёт звонкой монеты – не в напутствие слова. Он понял: лето прошло, наступила осень, утонул камень, что был в море далеко брошен. Скоро зима, за нею забвение, осталось оставить по себе память, прочитать за благополучие людей моление. Закончится созерцание, померкнет свет, закроются глаза, кто читал “Бустан”, тот прошёл путь с Саади от начала до самого конца. Теперь, усвоив сказанное мудрецом, отложим книги и заживём не прежним, уже новым днём.

» Read more

Нил Гейман “История с кладбищем” (2008)

Гейман История с кладбищем

Однажды Гейман решил рассказать детям сказку о мальчике, который вырос на кладбище. Не в джунглях и не на безлюдном острове, а среди могильных надгробий, окружённый умертвиями. Разве такого не бывает? В том и дело, что ребёнок не может расти в подобных условиях. Но у Геймана он вырос, а ежели так, то требуется придумать для него приключения. Скажите: это же сказка? Так и Гофман писал мало схожие с реальностью истории. Только в предлагаемое Гофманом можешь поверить, а в представленное Гейманом лишь при осознании, что всё им написанное – выдумка.

Развивая фантазию, Нил даёт ребёнку имя Никто, так оно звучит при адаптации на отличные от английского языки. Почему бы и нет. Если уж изгаляться над сюжетом, то с эпическим размахом. Разумеется, нельзя просто взять и поселиться на кладбище, нужно получить соответствующее гражданство. Нет, не британское, а гражданство именно данного кладбища. Может подразумевалась регистрация по месту жительства? Не стоит гадать. Сказка Гейманом писалась ради детей, требовавших рассказывать продолжение. И Нил удовлетворял их желание, зачем-то позже оформив в виде художественного произведения.

Для пущего интереса в действие добавлены упыри, являющиеся императором Китая и Виктором Гюго. Не приведи стать известным человеком, чтобы тебя впоследствии использовали писатели для своих не самых гуманных фантазий. Интересно, Геймана после тоже будут поднимать из гроба, заставляя пожирать трупы, или превратят в оборотня, предоставив право бродить среди склепов? Будет вполне заслуженно так поступить. Не всё же Нилу оскорблять чувства мёртвых. Хотя для него нет запретных тем, он и судьбами богов прежде не стеснялся руководить, взывая к жизни схожие умертвия, к действительности отношения не имевшие.

Устав излагать, Гейман перейдёт к историям других персонажей. Почему бы не рассказать о ведьме? Её жизненный путь должен быть интересен читателю. А почему бы не измыслить некое сообщество странных людей, чьему могуществу неожиданно помешает главный герой произведения? Больше диалогов, значит меньше сюжетных линий потребуется развить. В итоге окажется, что представленный читателю герой рыл сам себе могилу собственными действиями, о том не помышляя. Приходится согласиться и с тем, как Нилу было тяжело раскапывать новые сюжетные ходы, поскольку требовалось подвести “Историю с кладбищем” к логическому концу.

Осмысление данной сказки приведёт читателя к мысли, будто Гейман перевернул рассказываемое с ног на голову. Неспроста мальчик оказался на кладбище, не зря его старались скрывать от мира живых людей. А дабы не возникло вопросов, каким образом попасть на кладбище, Нил впоследствии обрубит связующие нити, так как ушедший с кладбища никогда не сможет вернуться назад. Если умершие не возвращаются к живым, то вернувшиеся к живым забывают дорогу к мёртвым. Примерно такое суждение допускает Гейман.

Категоричность недопустима. Нил возводит стены, чтобы через них можно было перелазить. Запрет требуется только для его преодоления. Вполне понятно осознавать, насколько хрупка реальность, но её всё равно нельзя разбить. Перед читателем сказка, и это многое значит. Стоит пожелать, действующие лица обретут требуемые качества и воплотят в действительность самые дерзкие мечты. Потому нет той однозначности, присутствие которой допускает Гейман. Вернётся и главный герой на кладбище, стоит ему того захотеть. И Нил не в силах будет помешать такому развитию событий. Будь у него желание, “История с кладбищем” не заканчивалась бы. Останавливает необходимость вовремя прекратить рассказ, дабы не прослыть излишне сумбурным.

» Read more

Кирилл Белозерский “Три послания и Духовная грамота” (начало XV века)

Три послания и Духовная грамота

Кирилл Белозерский составил три послания сыновьям Дмитрия Донского и одну Духовную грамоту. Не имея иного, дабы за что-то благодарить, он обязывался молиться Богу. Без собственных средств, монастыри жили на милостыню прихожан. Особой благодарности удостоился Василий Дмитриевич, которому с той поры должна сопутствовать помощь в виде божественного волеизъявления. Ежели даёт государь – дадут и его подданные. А если подданные не будут давать, государь ещё раз покажет им пример добродетели. В конечном счёте, всякое заблуждение людей должно вменяться поставленному над ними руководить. Потому следует сперва бояться Господа, потом уже всего остального. Даже если пойдёт сосед войной – лучше ему уступить, тогда никто обижен не будет.

Благодарность допустимо выражать на расстоянии. Нет нужды отрываться от дел, лично показывая почтение. Допустимо передать милостыню, что обрадует братию в той же степени. Отвечать на благодарность можно без дополнительных церемоний. Пусть всё идёт своим чередом. За хорошего человека Кирилл помолится, но и посетить его он не сможет, ибо хватает дел у него и в стенах монастыря. Об этом он сообщил в послании Юрию Дмитриевичу.

Третий сын Донского, Андрей, не отличался стремлением поддерживать братию Кирилла. Такому человеку приходится прямо указывать, чем ему следует заняться, дабы избежать вольностей народа. Самое важное – судить правильно, помня о совести. Убрать корчму требуется из каждого поселения, дабы не спивались люди. Самому не обирать население. Необходимо запрещать сквернословие. А если Андрей не желает Бога гневить, то лень ему полагается возместить отказом от алкоголя и милостыней для братии, придётся ходить на богослужения и слушать всё внимательно, ибо нельзя вести пустые разговоры в святом месте.

Отдельного рассмотрения требует Духовная грамота. Знакомому с посланием митрополита Киприана она покажет, как мыслили религиозные люди на Руси, воспитанные в местных традициях, далёкие от понимания необходимости соблюдать установленные вселенскими соборами правила. Смерть близка к Кириллу, настало время покаяться и проявить заботу о монастырском имуществе. Как бы не говорилось, будто не может игумен, либо другое духовное лицо, передавать по наследству церковные саны и владения, Кирилл считал нужным рекомендовать, кому именно следует озаботиться нуждами братии. Кто же станет противиться всему сему, вступать в распри с князем, того допустимо изгнать.

Кирилл продолжил традицию зависимости монахов от воли паствы. Не полагалось прилагать усилия для получения милостыни или другим способом намекать на необходимость подать на содержание. Прихожане должны понимать это сами, помогая монастырям всеми возможными средствами. За проявление заботы о братии, миряне получат в качестве благодарности молитву за их здравие и успех в делах. Другого и быть не может. Требуется обратить внимание Бога на определённых людей, проявляющих заботу о посвятивших себя служению. Об этом должны знать и князья, чья воля многажды важнее всех милостей, ибо они поставлены для управления Богом, замещая его.

Когда князь не одаривал монастырь милостыней, значит жил согласно запретным принципам, забыв о том, благодаря кому занимает своё место. В подобном роде легко судить, чем Кирилл пользовался. Только следовало ли кого-то благодарить за милостыню или укорять за её отсутствие? Это должно подразумеваться без явной благодарности или осуждения. Кирилл сам подталкивал людей к важности понимания монастырских нужд.

Не стоит говорить, как истинно верующие отказывались от мирской суеты, оказываясь в пустынных местах, не желая человеческого присутствия рядом. Со временем они оказывались вынуждены потесниться, так как вокруг их жилищ селились монахи или миряне, желавшие обрести благое присутствие Бога в жизни. А после обязательно возникали обиды, почему братия страдает от отсутствия внимания.

» Read more

Иван Лажечников “Внучка панцирного боярина” (1868)

Лажечников Внучка панцирного боярина

У россиян и поляков особый путь взаимного сотрудничества на уровне наций. Издревле два народа пребывают в качестве соперников, выбирая противоположные пути развития. Бывало и такое, что Россией управлял поляк. Было и нахождение Польши под властью русского управления. Лажечников для повествования выбрал как раз тот момент, когда поляки готовились к очередному восстанию, желая обретения независимости. Перед читателем история молодого человека, решившего связать жизнь с полькой.

Некогда на границе Литвы и Руси располагались панцирные бояре – своеобразный вариант казачества. Стоило отпасть в них нужде, они окончательно утратили привилегии. Зачем русским дворянам обзаводиться родственными отношениями с такими людьми? Против красоты польских женщин ничего не сделаешь. Молодость требует влюбиться и забыть обо всех возражениях. Теперь кажется неуместным идти наперекор мнению братского славянского народа, забывшего о недавно раздиравшей их страну анархии. Поляки по натуре не приемлют власти над собой, желая казаться более важными, нежели они есть. Поэтому хотят восстановления того, что обязательно снова приведёт всю нацию к развращению от обладания властью.

Восстания не случится на страницах произведения. Оно – повод для рассуждений об амбициях населения Польши. Лажечников не понимает, почему поляки жаждут развала России. Допустим, им хочется отделиться. Если допустить отделение, тогда причём тут остальные части Империи? Не стоит забывать, Россия предпочитает жить в дружеских отношениях со всеми народами, которые сочтут нужным оказаться в составе единого государства. Именно единение интересует россиян, тогда как поляки готовы делиться сами и делить других.

Новая проблема. Каково польской женщине оказать во вражеском стане? Себя не преодолеешь, ежели воспитан в определённых традициях. Может ли она желать горе полякам и радоваться процветанию русских? Чью сторону в конфликте ей требуется занять? Кажется, пусть мир разорвётся от натуги, главное – не трогали твой уютный уголок! Таким образом должна думать каждая представительница женского пола. И представленная Лажечниковым девушка старается подобное о себе суждение поддерживать, только создавая мнение, будто будет во всём солидарной с мужем. Совершенно очевидно, что человек, лишённый интереса к политике, удовольствуется любым государственным образованием и любой властью, лишь бы не мешали спокойно существовать и воспитывать детей. Лажечников мог всё именно так представить, не будь он настроен к полякам воинственно. Не желал Иван думать, якобы хотя бы один поляк способен отказаться от желания видеть Польшу независимой.

Полька примет православие, станет доброй женой и не будет перечить мужу. А муж примет её фамилию, чтобы сметь надеяться на наследство, уволится со службы, перевезёт семью в Россию и устроится чиновником, после чего окажется в остроге за растрату. Тяжёлые годы ожидали Империю, потому и действующим лицам предстоит пострадать. Ситуация кажется предельно ясной. Восстанию после обязательно быть. Пока же Лажечников писал в своё удовольствие, перегружая произведение лишними сценами, дабы подвести читателя к очередной порции рассуждений об отношениях между россиянами и поляками.

Разумно заключить: мира не случится. Уже другие писатели потом станут размышлять о столь больном вопросе, не представляя возможности найти ответ. Покуда будут поляки – они продолжат мечтать нанести урон России, русские же не успокоятся, пока каждый рядом с ними не пожелает добрососедских отношений. Почему этого никто не понимает – понять трудно. То и не нужно понимать. Каждый человек желает личного счастья, представляя его достижение по-разному. Есть и в России люди, чья деятельность выдаёт в них присутствие польского духа.

» Read more

Юрий Буйда “Вор, шпион и убийца” (2013)

Буйда Вор шпион и убийца

Повествование не началось, а главный герой произведения уже помочился и облегчился. Это Буйда. Теперь он делится с читателем воспоминаниями. Вот сосёт холодные груди соседки. Вот вылизывает во всех местах девочку. Вот испражнения стекают по ляжкам. Вот убил собаку молотком. И далее в аналогичном духе. Если оставить подобные размышления Юрия, то получится книга о становлении скромного писателя, перед которым женщины ложились штабелями. Уж лучше бы Буйда с детства был развязным, нежели в зрелом возрасте начал уходить в отрыв с подростковыми фантазиями.

Тяжела оказалась жизнь Юрия. Видеть вокруг парад уродствующих – тяжёлое моральное испытание. Остаётся проявить к нему сочувствие, если столько разом навалилось на него одного. А может Буйда и не желал ничего другого замечать, либо описываемого им вовсе не было. Мало ли какие обстоятельства может воображение подкидывать разуму. Только как людям в глаза смотреть после таких откровений? Ладно бы ему довелось в двенадцать лет труп женщины увидеть, с которым он мог сделать всё, что захочет, но до окончания воспоминаний демонстрировать остановку на орально-анальной стадии развития кажется неправильным. Взрослого человека от малого ребёнка как раз то и отличает, что он должен понимать, к чему приведут его слова и действия.

Что же говорит Буйда о своём осознанном становлении? К писательству его подтолкнул гоголевский Ревизор. Он начал писать фантастические рассказы для журналов, где проводились соответствующие конкурсы. Фантастика его полностью удовлетворяла, пока не понял, что в Советском Союзе она идентична фиге в кармане, то есть ничего придумываемого никогда не произойдёт. Пробовался Юрий и на стихотворной ниве, стесняясь показывать результаты сочинений кому-либо. Опасения не были напрасными. Первая ознакомившаяся с ними женщина, к тому же учительница, сильно перевозбудилась и возжелала слиться с поэтом в единое целое. Интересно почитать бы было… Буйда честно сознался: вирши он сжёг сразу по свершении инцидента.

Юрий другого не скрывает. Он с молодых лет увлекался творчеством Кафки. Теперь можно понять, отчего такое стремление к абсурду. Остаётся сожалеть о неверном понимании трудов австро-венгерского писателя. Парадокс должен заключаться не в построении предложений, а в отказе от понимания происходящих в обществе процессов, ибо абсурд тогда принимает форму сюрреализма, который крайне трудно адаптировать к художественной литературе. Будь воля Буйды, ходить людям вывернутыми наизнанку, показывая богатство внутреннего содержимого.

После учёбы Юрий устроился в районную газету. Писать желаемое ему не давали, поскольку всё равно не будут печатать. Требовался определённый материал, показывающий рост самосознания, трудовые рекорды и страну на подходе к коммунизму. Неважно, если деревни спивались, хозяйства разваливались, а государство клонилось к закату. Буйда сразу взялся за колонку с письмами читателей, куда никто не писал, кроме него. Когда Юрию это надоело, рухнул Советский Союз, после чего началась другая жизнь, в произведении “Вор, шпион и убийца” не рассказанная.

Настала пора перевернуть последнюю страницу и закрыть книгу. Теперь понятно, как мировоззрение влияет на становление. Неважно, где ты родился и в каких условиях рос, ибо ты не мог появиться на свет в другом месте и расти при иных обстоятельствах. Быть тебе тем, кем ты в итоге станешь. В России Буйда – мастер сюрреализма и абсурда, в США он мог трудиться в жанре контркультура. Значение тут одно: сейчас у Юрия есть малые моральные препоны, будь иначе – отсутствовали бы и они.

» Read more

Александр Сумароков “Мать совместница дочери” (1770-75)

Сумароков Мать совместница дочери

Если матери за шестьдесят, можно не опасаться конкуренции с её стороны, но если возраст едва перешагнул тридцатилетний рубеж, то опасения не окажутся напрасными. Сумароков представил всё так, будто родительница всерьёз намерена отбить жениха у дочери. Более того, жених ведёт себя не самым понятным образом, уделяя будущей тёще порядочное количество внимания, порою с ней уединяясь, а то и обмениваясь довольно фривольными посланиями. Как тут не разыграться трагедии? Благо на сцене для зрителя поставлена комедия.

Отец наконец-то выбрал суженого для дочери. Им оказывается всё тот же прежний жених, за обладание которым спорят мать и дочь. Стоило ли сему отцу семейства говорить о рогах? Не о тех, в которые трубят или из которых пьют, а образно вырастающих у мужчин на голове. Не поймёт он намёков и при прямом к нему обращении. Он станет укорять слуг, застав за интересным занятием. И опять получит деликатное предложение озаботиться поведением жены, что должно ему быть более интересно.

Ситуация для зрителя ясна. Мать продолжает оставаться инфантильной. Разумом она моложе дочери. Переспорить её не получится, как и убедить отказаться от капризов. Как бы она не противилась свадьбе дочери, настаивать на своих претензиях к жениху ей не положено. Придётся дочери разбираться с ситуацией самостоятельно. Ей требуется понять, согласен жених с нею на брак или ему всё-таки милее её мать. Ситуация кажется патовой, так как жених не совсем определился с выбором. А может и определился, но по представленным в явлениях событиям то понять невозможно.

Дабы оттянуть развитие событий, Сумароков наполняет комедию отвлечёнными диалогами. Действующие лица выясняют, почему солнце светит, отчего французов в России принимаются за учёных, а во Франции – за лакеев. Не обходится без рассуждений о вере в Бога.

Заключая представление, Александр резко прекратил сумасбродства матери, показав зрителю написанное ею любовное послание для жениха дочери. Тут приходит понимание, сколько деталей замечалось в неверном свете. Странное поведение молодого человека означало не его неразборчивость или желание обладать двумя женщинами сразу, он скорее преследовал целью отбить у будущей тёщи желание продолжать противиться его стремлению обручиться не с нею, а именно с её дочерью. Ситуация оказалась разыграна превосходно, хотя и с большим риском.

Происходящее не подразумевало другого финала. Не мог Сумароков разрушить целостность одной семьи, чтобы так и не построить другие отношения. Стоит снова думать, будто имелась в виду конкретная ситуация, высмеиванием которой себя утруждал Александр. Если так, то получилось наглядно, примечательно и излишне прямолинейно сказано. Не стоит даже думать, как было в действительности. Вероятно, не так радужно.

Иначе о данном литературном творении Александра не скажешь. Происходящее читается без лишних домыслов, заканчивается ожидаемо и дарит незначительное количество эмоций. Ситуация была не такая уж необычная, особенно учитывая возраст представленной в комедии матери. Её характер позволил лучше понять присущие ей желания, выраженные через зависть к дочери, получившей возможность обручиться по любви. Думается, сама мать была многого в юности лишена, в том числе и пылкого взаимного влечения. Потому и сохранила она инфантильность, не удовлетворив прежде тяготивших её желаний.

Сумароков поставил мать перед необходимостью смириться с обстоятельствами. Она оказалась уличена в постыдных действиях, грозящих неприятностями, стоит их придать огласке. Главное, молодые добились желаемого, как бы они не жили в последующем. О том если и рассказывать, то в другом произведении.

» Read more

Владимир Торин “Тантамареска” (2017)

Торин Тантамареска

… и Торин срезался. Пошёл по проторенному пути, споткнулся и, видимо, больно ушибся, ежели ладная “Амальгама” перешла в мир сновидений с ожиданием приближающегося Апокалипсиса. Картинка подменила собой всю суть требовавшегося от сюжета отражения бытия. Уже не зеркала позволяют управлять миром, то делают человеческие души, пробуждающиеся по ночам. Те души есть гипербореи, которые есть инопланетный разум, потерпевший крушение на Земле задолго до появления на планете разумной жизни. Люди для сих созданий являются тантамаресками, позволяя им проживать за них вторую жизнь.

Путешествия во времени не исчезли, но они уже не так важны. Всё прежнее можно забыть, Торин основательно извратил прежде казавшийся идеальным мир. Если будет продолжать в том же духе, заставит отказаться от чтения его произведений вообще. Понятно, читатель желает видеть продолжение. Но читатель желает и новых интересных самобытных историй. Повергать во прах до того рассказанное было неправильным. Впрочем, сериальная литература не оглядывается назад, легко забывая, о чём говорилось в повествовании прежде.

Подумать только, с первых страниц приходится наблюдать за погоней. Убегает девушка от вооружённых монахов. Сия девушка, как потом окажется, способна остановить взвод лучших бойцов, неся всем покусившимся на неё смерть. Такую девушку никто не сможет остановить, потому как так будет требоваться. Но отчего-то она постоянно бежит, выполняя порученное задание Совета Десяти. Сперва приятно наблюдать, если не задумываться наперёд. И лучше не задумываться, Торин обязательно успеет наскучить однообразностью поступков действующих лиц.

Прежде такого не было заметно, в “Тантамареске” Владимир обратил рассказываемую историю в бульварное чтиво. Персонажи довольно грубы, высказывая крепкие выражения без особой на то надобности. Торин никак не может уравновесить сцены, растягивая их неуместными разговорами. Читателю ещё до беседы понятно, чем она завершится. Так для чего требовалась экспрессия? Если книга будет экранизирована, сценарист на свой лад всё равно переиначит диалоги.

Не стоит говорить о китайской философии, спонтанно возникшей на страницах. Как известно, данная философия ещё до рождения Иисуса Христа зашла в тупик, обратив в ничто прежние измышления, после чего необходимость мудрствовать сошла на нет, так как всему есть место во Вселенной, достаточно о том подумать. Собственно, Торин предположил возможность проникать в человеческие сны. Люди успешно работают над этим и скоро уподобятся хазарам Милорада Павича. Одно препятствие возникает на пути – гипербореи против вмешательства в занимаемое ими пространство.

Зачем-то Торин дополняет произведение идеей любви. Будто бы инопланетный разум желает оной одарить людей. Чего только не делалось. Опять же, Иисус Христос был адептом их воли. И даже Мухаммед (по уверению Владимира). Теперь всему предстоит оказаться быть уничтоженным. Сможет ли человечество предотвратить Апокалипсис? Торин даст ответ.

В “Амальгаме” было доверие к происходящему. В “Тантамареске”, увы, нет. Владимир перешёл грань, допустив излишнее количество сомнительной информации. Осуждать за то его не стоит, потому как сомнительно, чтобы он по своей воле сел за написание продолжения. Таков рынок художественной литературы, мало задумывающийся о действительной необходимости создания проходных произведений, как бы они написаны не были. Есть опасение, что Торин повторит судьбу Сидни Шелдона: приятного для первого чтения писателя, но всё более отвратительного при знакомстве с его следующими работами.

Всё оценивается в общем, без выделения конкретных эпизодов. Местами слог Владимира в прежней мере хорош. Будь почва удобрена качественным продуктом, вместо предложенного на самом деле, уже сейчас можно было бы сказать о рождении знакового для российской прозы писателя. Кажется, придётся с этим подождать.

» Read more

Яков Княжнин “Улисс и его сопутники” (1783), “Живописец в полону” (1786)

Княжнин Улисс и его сопутники

Итаки царь – Улисс (хитрейший, надо сказать, лис), скитался по морям, с богами вступая в споры, потому не мог добраться до дома, возникали пред ним непреодолимые водовороты и горы. Одним испытанием, из многих на пути, стало испитие зелья от Цирцеи руки. Обратись сопутники Улисса в разных зверей, более не походили они на людей. Лишь царь Итаки зелья пить не стал, потому человека облик он не потерял. Как дальше быть? Вернуть сопутников необходимо в прежний вид, надеясь, будто Цирцея, если её обижал, его непременно простит. И простила она, но не тут-то было, у сопутников Улисса желание людьми быть остыло.

Подходил Улисс к каждому, от всех получая отказ. Свинья человеком не станет сейчас. Не станет человеком кролик, откажется стать человеком баран. И волк откажется, и не потому, что каждый из сопутников будто бы пьян. Им нет стыда за обличье звериное, стыдиться нечего им, будь хоть волком злокозненным, хоть львом удалым. Медведь не захочет быть человеком опять, даже желание осла остаться ослом никак не понять. Все сопутники довольны, ибо избавились от человеческой шкуры, обрели желанные сызмальства для них они натуры.

Потому предпочёл остаться человеком Улисс, хитрее он самых хитрых из лис. Получается у него скрывать всякого зверя внутри, сколько снаружи на него не смотри. Есть в нём свинья, кролик в нём есть: всех зверей тут не сможем мы перечесть. Его сопутники предпочли открытой оставить им данную суть, потому Улиссу без них продолжать дальше путь. А может и с ними, ибо знает всяк Улисса суть, царь Итаки может всех без труда обмануть. Княжнин не скажет, но читатель знает, судьбою сопутников всё же сам Улисс управляет.

Не только об античности, о современниках Княжнин тоже писал. Он практически то же самое о них рассказал. Для того представленный им Живописец в полону оказался, где для повелителя басурманского расписывать стены старался. Получил он задание, отразить народы все, которые есть. Так всякой нации можно устроить бескровную месть. Пороки во всех красках отразить, дабы зрители не смогли их долго забыть.

Вот испанец-гордец, гордым изображён. Вот итальянец-смутьян, за спиною с ножом. Вот голландцы, вот англичане, вот мавры и прочие все басурмане. А вот французы, только погляди, среди прочих голые они одни. Почему? Что за бесстыдство в крови народа сего? Зачем они ходят откровенно так без всего? Не покривил живописец душой, нашёл для того он ответ простой. Кто знает, тому известна французская мода. Меняются пристрастия французов год от года. Не знаешь уже, чего ожидать. Так не проще ли в голом виде их представлять? Дабы не ошибиться, чтобы наверняка, ведь когда-нибудь обязательно, оголится их нация вся.

Только об этом и решил рассказать Яков Княжнин, дабы пороком среди россиян меньше стало одним. Сколько можно галломанией страдать? Пора бы себя начать уважать. Да не начнут, рано пока. В обществе для таких перемен судьба нелегка. Но как и с Улиссом, человек подобный людям потребен, который докажет, насколько человеческим принципам верен. Пока его не случится опять, звериную суть из люда не изгнать. Не помогут басни, и от сказок толку нет, сколько бы не минуло ещё лет. Но явится Улисс, выведет из мрака людей, более не станут они походить на зверей. И что? Уйдёт Улисс – люди снова звери. Ничего не поделаешь, сами того захотели.

» Read more

1 2 3 4 5 186