Александр Грин «Золотая цепь» (1925)

Грин Собрание сочинений в шести томах

Мог ли Грин найти почитателя своего таланта в молодом советском государстве? Другие авторы создавали произведения в фантастическом жанре, делая то с успехом или без. А как быть именно с Грином? Фантастику он не писал, скорее отражая на страницах бытность миров, должных считаться за ожившие сновидения. Вот и теперь, беря за пример один из лучших образцов детской приключенческой литературы — «Остров сокровищ», Александр приступал к описанию удивительных событий, где главная роль отводилась юноше. Этот юноша отправится на остров, там вступит в пределы богатого замка, должный разрешить для себя ряд вопросов, при этом участвуя в жизни тамошних обитателей. Одно портило повествование — изложение истории самим Грином. Из-за этого читатель не в силах следить за сюжетом, сколько бы он не пытался это делать. Да и не было сюжета как такового, о чём Александр предупреждал с первых строк, уведомляя читателя, насколько «Золотая цепь» лишена цельности, более являющаяся раздробленным повествованием, до чего людям умным дела быть не должно.

На этом можно знакомство с произведением заканчивать. Лучше предоставить право совсем юным читателям внимать происходящему на страницах. Уж они-то сумеют понять авторский замысел, на том и основанный, что текст наполнен постоянными событиями, не требующими осмысления. Лишь действие стремительно продвигается вперёд, тогда как всё остальное не бралось для рассмотрения. И к чему же вообще читатель должен был склоняться, знакомясь с произведением? Следовало понять, какие мысли одолевают проживающих в замке, сколько мрачности в их душах, каким образом они желают с этим продолжать жить. Что до золотой цепи, то и она появляется на страницах. Но насколько это требовалось сюжету? Разве только обосновать, на какие средства был построен замок, где и происходят основные события.

Описываемое Грином не совсем рассчитано на детей. Всё-таки Александр рассказывал довольно тяжёлую для восприятия историю. Впрочем, так судить о литературных вкусах подрастающего поколения нельзя, готового внимать и не таким сюжетам. Сошлись хотя бы на творчество Александра Дюма, до сих пор пленяющее умы мальчишек и девчонок, готовых внимать всему тому, о чём писал классик французской литературы. Соответствовал бы тому же самому Александр Грин. Однако, если Дюма разворачивал полноценное полотно, волею творца забавляясь с созданными им жизнями, то Грин настолько широко не размахивался, ограничиваясь небольшими произведениями, пускай для него и бывшие довольно крупными.

Читатель всё же может уделить внимание описываемым событиям. Если того у него не получится, может найдёт другой способ разобраться, к чему вёл повествование писатель. Иногда случается полезным ознакомиться с кратким содержанием, любезно представленным сторонними мастерами пера, благодаря которым удаётся разобраться в упущенных моментах. Ничего тут нет зазорного, поскольку чтение оригинала хорошего не приносит, кроме неумения разобраться с авторской манерой изложения.

1925 год выходил для Александра богатым на романы, либо повести (смотря кому как нравится их называть), и совсем бедным на рассказы. Такой же ситуация будет и в последующем. Теперь Грин стремился создавать относительно крупные произведения, сугубо им уделяя внимание. Причин того может быть несколько, вроде такой, будто рассказы Грина уже не вызывали восторга у издателей, а значит и у читателей. Ещё причина: большое произведение оказывалось проще пристроить для публикации. Впрочем, Александру всегда было тягостно пристраивать литературные труды, особенно в молодом советском государстве, где иначе смотрели на художественные произведения. Только Грин не умел иным образом повествовать, и изменяться он вовсе не собирался.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Грин — Рассказы 1924

Грин Рассказы

Был ли 1924 год более выразительным на рассказы, нежели прежние? Грин продолжал писать в присущей ему манере, практически нисколько себе в том не изменяя. У него были планы крупных произведений, но и они окажутся далёкими от совершенства. Просто нужно признаться в том, насколько важно знакомиться с творчеством Александра в определённый период взросления, после которого больше никогда не возвращаться к чтению его произведений. Это суровая действительность, с которой могут поспорить только люди, кому творчество Александра подлинно нравится в силу возрастных особенностей, либо по складу ума, настроенного внимать всему, пропитанному романтикой приключений. Для прочего читателя Грин становится настоящим мучением, поскольку ни один из его рассказов не способен отложиться в памяти, за редкими исключениями. И крупной прозы Грином не написано, к которой читатель может проявить трепетное отношение. Разве только исключением становится феерия «Алые паруса», да и то до знакомства с этим произведением в зрелом возрасте.

Предлагается рассмотреть творчество Грина за 1924 год в алфавитном порядке.

Рассказ «Безногий» опубликован в седьмом выпуске «Огонька» — размышление о безногом человеке. В восьмом выпуске свердловского журнала «Товарищ Терентий» — рассказ «Белый шар», частично основанный на реальном событии, с которым Грин имел знакомство: в дом влетела шаровая молния. Александр представил эту историю в более удобном для него виде, чтобы читатель в очередной раз убедился, как в жизни много загадочного. Обстоятельства у Грина сложились так, что к кредитору пришёл должник, обязанный вернуть взятое им именно в этот день, но при этом не имевший наличности. В момент разговора в помещение влетела шаровая молния, словно насланная должником на кредитора, хотя обстоятельства в рассказе представлялись иначе. Как итог, должник выторговал себе отсрочку платежа.

В сборнике «Сердце пустыни» опубликован рассказ «Бродяга и начальник тюрьмы». В четвёртом выпуске журнала «Ленинград» — рассказ «Весёлый попутчик». В «Альманахе для детей и юношества» (приложение к третьему выпуску журнала «Красная нива») — рассказ «Гатт, Витт и Редотт». В пятом-шестом выпуске журнала «Всемирная иллюстрация» — рассказ «Голос сирены». В двадцать третьем выпуске «Рабочей газеты» (в приложении «Экран Рабочей газеты») — рассказ «Заколоченный дом».

В третьем выпуске журнала «Россия» — продолжительный рассказ «Крысолов», кажущийся примечательным для читателя, по содержанию которого приходится думать, будто Грин частично описывал самого себя. Это становится ясным хотя бы на том основании, что сам Александр не любил ни от кого ничего добиваться, согласный влачить такое существование, какое ему суждено. Это уже не тот Грин, некогда преследовавшийся за сочувствие к эсерам. Так и в рассказе главный герой выписывается из больницы, возвращается домой, находя собственную квартиру занятой. Вместо того, чтобы добиваться восстановления справедливости, главный герой решает жить тем образом, каким у него теперь будет получаться.

В двадцать восьмом выпуске «Красной Нивы» опубликован рассказ «На облачном берегу». В четвёртом выпуске «Красного журнала» — рассказ «Обезьяна-сопун» (он же «Обезьяна» в последующих публикациях). Во втором выпуске «Огонька» — рассказ «По закону». В газете «На вахте» — рассказ «Случайный доход».

Отдельной публикации удостоился стих «Не ворчи, океан, не пугай…», должный входить в рассказ «Корабли в Лиссе».

Ещё можно упомянуть заметку, опубликованную в «Литературной газете» за 1962 год — «Александр Грин о Пушкине. Заметки накануне юбилея». К юбилею Пушкина в 1924 году планировалось издать сборник, либо один выпуск газеты. Этого не произошло. Сама заметка за авторством Грина поныне не восстановлена.

Иная работа Грина — очерк «Памяти лейтенанта Шмидта», описываемый за компиляцию материалов. Сам очерк — библиографическая редкость.

Ещё одна особенность 1924 года — начало работы над романом «Король мух». Произведение осталось недописанным, нигде не публиковалось. По одной из версий часть из романа всё-таки была после представлена вниманию читателя под видом рассказа «Мотылёк медной иглы», ставшего первой главой коллективного романа «Большие пожары», но уже под названием «Странный вечер».

Автор: Константин Трунин

» Read more

Константин Седых «Даурия» (1948)

Седых Даурия

Константин Седых решил поведать о судьбе забайкальского казачества в период последних лет существования Российской Империи. Рассказ об этом не может быть наполнен положительными чертами, чего не скажешь об авторском наполнении. Следует определиться, насколько несовместимо понимание казачества в той России, ставшей частью другого государства, организованного на совсем других принципах, где защита границ перепоручалась силам сугубо Красной Армии. Казакам предстояло кануть в небытие, оставшись верными своим традициям, отныне принимая судьбу обыкновенных военных, кому предстояло пересесть с коня на другие средства передвижения, либо влиться в ряды пехоты. Но это всё идеализирование, поскольку казачество в Российской Империи следовало воспринимать как за особого рода силы, находившиеся под контролем, вместе с тем — сохранявшие определённую долю самостоятельности. И вот Константин Седых взялся за повествование, в радужных тонах рассказывая, как казачество растает прямо на глазах у читателя, при этом показывая переход в иное качество, понимаемое им за более лучшее.

Роман «Даурия» изобилен на содержание. Описание событий растягивается практически на десяток лет. Впервые читатель знакомится с забайкальским казачеством, когда оно живёт присущим ему укладом, а бывалые с благоговением вспоминают об участии в войне с японцами. Ничего не предвещает новой беды, изменений в обыденности для казаков не происходило. Они с удовольствием увлекались охотой, стреляя птиц. Причём, Седых своеобразно описывал казаков, ни в чём не показывая их умелыми воинами. Наоборот, забайкальский казак на удивление плохо владел огнестрельным оружием, с трудом попадая в намеченную цель. Может и не обязан был казак таким оружием владеть, тогда как ему потребно мастерски справляться с шашкой, либо иным холодным оружием, какое было в ходу у забайкальских казаков.

Почему не сказать, к чему могли быть причастными казаки? Например, на Дальнем Востоке они не только следили за границей, но и исполняли функцию охранения при тюрьмах и каторгах. Если кто-то будет думать, что это не так, тогда на кого возлагались подобные обязательства? Константин Седых на своё усмотрение, опять же, описал присутствие каторжан в Забайкалье, наделив их стремлением к бегству. Всё-таки не нужно забывать, каков процент был именно у каторжан, находившихся в заключении по обвинению в политических преступлениях.

Следующее осмысление произведения начинается с вестей о новой войне — Первой Мировой. Согласятся ли казаки на очередную авантюру царя Николая? Памятуя, как прежнюю — с японцами — он проиграл. Но большее осмысление начинается с ростом революционных настроений. Тут-то и должен был Константин Седых показать, насколько казачество разделилось в представлениях о должном быть. Если старшее поколение отстаивало позиции сохранения царской власти, то молодёжь видела смысл в установлении большевистских порядков. То есть не красное и белое движение сталкивалось в Забайкалье, а поколение шло на поколение. Старшее поколение не принимало революционных порывов и по той причине, что казачество сходило на нет, прежние казаки становились обыкновенными рабочими, крестьянами, либо солдатами. Вот поэтому и говорилось о том, насколько Константин Седых выражал радость за отмену казачества. Оставалось только понять, зачем он так долго развивал повествование изнутри, чтобы в конце забить гвоздь в крышку гроба.

Разумеется, читателю всё и без лишних объяснений понятно. Такой являлась историческая справедливость, безжалостная ко всему, чему суждено остаться в прошлом. Но о былом нужно помнить, потому как иначе воспоминаний вовсе не останется. Итак, по прошествии времени, региональная история практически полностью стёрлась из памяти, мало кто имеет стремление о таком знать.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Островский «Комик XVII столетия» (1872)

Островский Комик XVII столетия

Ещё одно погружение в историю от Александра Островского. Теперь следовало познакомиться с зарождением в России театральной деятельности. Случилось это за двести лет до написания пьесы, поэтому произведение планировалось поставить к определённой дате. И Островский ответственно подошёл к исполнению замысла, проведя изыскательные работы, знакомясь с «Домостроем», трудами Тихонравова и Забелина, включая прочие источники. Требовалось воссоздать былое в самом близком его подобии. Возникли трудности с подготовкой к постановке, так как содержанию не хватало требуемой от пьесы театральности. Но была ли постановка осуществлена? Безусловно. Только не там, где Островский того желал. Да и в последующем к пьесе отношение оставалось прохладным. Однако, невзирая на содержание, смысловое наполнение у текста всё-таки имелось.

Задача, которую хотел Островский отразить, — показать, как на Руси происходила перемена понимания умения увеселять людей артистической игрой. С древности по краям и весям бродили скоморохи, чьё умение — интересное представление. Скоморохи могли забавно шутить, рассказывать истории, петь, играть на музыкальных инструментах, танцевать. Но чаще скоморошество сравнивается с шутовством, кривлянием без особого смысла. Главным было именно увеселять людей. Вполне очевидно, театральная деятельность стала бы восприниматься в той же мере. Кто согласится стать актёром из высшего сословия? Прежде такого не бывало, чтобы человек от власти исполнял роль скомороха. Имелось единственное исключение, когда человек признавался за блаженного.

Проблема сводилась к тому, что театр нужен не для простых людей, а для знати, поскольку иначе он ничем не будет отличаться от простых народных забав, где увеселением занимались скоморохи. Но тогда никаких отличий не будет, разве только у скоморохов появится постоянное место для представлений. Весь этот разговор кажется сомнительным, а значение увеселений на Руси словно принижается. Хоть ссылайся на испанских хугларов, французских жонглёров, либо на тех же древних русских сказителей, чьё восприятие построено на народной мудрости, выраженной посредством хорошего рассказа и артистизма. Может где-то случилось разорваться преемственности прошлого с настоящим, под воздействием ига или в качестве последствий Смутного времени, но положение в семнадцатом веке нужно воспринимать именно в таком виде, где скоморохам отводилось наиважнейшее значение для увеселения людей.

Что показал Островский? Он взял персонажа, наделил стремлением к артистизму, решив на его основе показать, каким образом происходил слом традиций. Ведь нельзя было заявить о желании стать скоморохом. А иначе такого желания понять не могли, поскольку театральная деятельность другим образом восприниматься не могла. Ежели кто захотел веселить людей, уважаем в обществе быть не может. Да и человеком, претендующим на уважение, ему с той поры не бывать. Как не пытайся себя преподносить, исправить положение не сможешь. Разве только станешь скоморохом не на народных гуляниях, а для узкого круга избранных, куда будут входить царь и его приближённые.

Примерно так трактуется содержание пьесы. Сюжет сам по себе кажется примечательным. Мало кто задумывался о театре в Русском царстве, но он имел место быть. Существовали и проблемы, вроде отсутствия драматургии непосредственно в России, но они не заставят себя ждать, пусть и появившись относительно поздно, когда необходимость существования театра не ставилась под сомнение. Впрочем, до настоящей театральной деятельности всё равно было далеко, ситуация начнёт исправляться ближе к наступлению века уже восемнадцатого, невзирая на слабость позиций именно русской театральной школы, продолжавшей уступать актёрским труппам из Италии, Франции и Германии.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Островский «Лес» (1870), «Не всё коту масленица» (1871)

Островский Не всё коту масленица

В поисках нового сюжета Островский опирался на происходящее вокруг. Если становилось известно о каком-либо событии, его можно рассмотреть на собственный лад, представив ситуацию такой, какой кажется наиболее удобным. Например, дела дворян всё более расстраиваются, поскольку не хватает соображения, каким образом управлять поместьями. Постоянно приходят известия, как то одно семейство распродаёт имущество, то — другое. Причём это происходит не сразу, продажа совершается по частям. Сперва приходится выручать деньги за земельные наделы, потом за остальные владения, вплоть до поместий. И на этом пути расстройства финансового положения возникают моменты, благодаря которым может получиться вновь вернуть утраченное. Однако, чаще всё шло на слом, на долгое время меняя старых владельцев на новых. Продавались и леса, на которых должен был быть особенно повышенный спрос. Стоило бы увидеть в пьесе Островского предостережение, чего не случилось. Наоборот, Александра обвинили в отсутствии литературного вкуса.

Отчасти обвиняли Островского справедливо. Не столь красочно он стал писать. А может им поднималась тема, где не описывалось такого, что способно задеть чувства людей. Всего лишь продаётся лес, причём не совсем способной к таким делам хозяйкой, её легко обвести вокруг пальца, она и не станет сильно возражать. Вполне может оказаться, за проданный лес не до конца уплачено, хотя по документам получается так, словно покупатель расплатился сполна. Может следует сказать о честности, присущей дворянам? Вполне можно выработать и такой вывод. Но лучше думать, насколько помещики измельчали, ни к чему не ставшие способными, тогда как их предки отличались умом и сообразительностью. Только к чему играть со словами и определениями? Александр продемонстрировал, как деньги уходят от тех, кто не умеет ими распоряжаться. О другом читателю даже не следует думать.

Темы денежных средств коснулось и содержание следующей пьесы «Не всё коту масленица». Теперь Островский более наглядно показывал, насколько деньги бесполезны людям, желающим приобретать им потребное, но чего они сделать не в состоянии. Некогда расположение родителей девушки специально покупалось, как на уровне помещиков (за право жениться хорошо приплачивали), так и среди крестьян (буквально пропивавших дочерей, потому как существовала такая традиция). С годами пришлось переосмыслить потребность в денежных средствах, которые могут быть быстро растраченными. В чём тогда необходимость отдавать дочь за богача? Только вот Александр уже не сводил суть к расхождению во взглядах между помещиками и прочим людом. Нет, Островский выводил в качестве действующих лиц купеческие семейства. И на сцене должен был происходить выбор между богатым купцом в возрасте или более бедным молодым человеком, в чьи перспективы вполне можно поверить.

Насколько такое содержание могло заинтересовать зрителя и читателя? Смотря как его раскрыть. Чего не случилось. В том не стоит искать никакой вины. Редкий писатель способен выдавать ежегодно результат, становящийся выше других на голову. Скорее нужно говорить про проходной литературный труд, на том и основанный, что где-нибудь случилась подобная история, теперь Островским раскрывавшаяся под видом драматургического произведения. Только так и остаётся думать. Вполне может быть, Александр размышлял над другими сюжетами, должными стать подлинно интересными. Допустим, его могла заинтриговать идея создания пьесы для совсем юных зрителей, наподобие сказочного повествования. Почему бы такому не случиться? Пока таковых мыслей не появлялось в голове, приходилось работать с имеющимся материалом. Раз произошла свара между купцами из-за женитьбы, а других сюжетов нет, то следовало взяться за раскрытие именно этой темы.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Островский «Тушино» (1866), «Горячее сердце» (1868)

Островский Тушино

Островскому указывали на провальные результаты его изысканий на историческую тему, это не мешало Александру продолжать трудиться над сюжетами. Он был прав, неважно, как к твоему творчеству относятся другие, только бы у тебя имелось желание созидать нечто новое, к созданию чего ты готов приложить руку. Да, пьеса «Тушино» (ещё одна пьеса на тему Смутного времени) вышла не совсем удачной. Вернее, оказалась полностью провальной. Если на прежние постановки люди ходили с ожиданием раскрытия социальных проблем, над которыми они могут поплакать и посмеяться, то вновь наблюдать за историческим сюжетом, лишённым привязки к текущему моменту, мало кому могло захотеться. Может Островский излишне верил в свои силы, всё-таки уже не безвестный драматург, а личность, примечаемая на самом высоком уровне. Вполне можно вспомнить про Уваровскую премию, лауреатом которой Александр стал благодаря написанию «Грозы».

О чём говорится в пьесе «Тушино»? Читатель и без того может догадаться, что речь пойдёт про царя Дмитрия Ивановича, он же — Лжедмитрий Второй, он же — Тушинский вор. Несмотря на историческую объективность, так как Лжедмитрий являлся скорее бунтовщиком, не располагавшим законной властью, к тому же выдавал себя за сына Ивана Грозного, избежавшего смерти, то есть продолжающего царствовать, по причине чего его бы полагалось именовать всё тем же Лжедмитрием, без нумерации. Однако, Островский на подобном моменте не делал акцента. Для него Дмитрий — тушинский вор, и никто иной. Потому законная власть представлена на страницах в лице царя Василия Шуйского. Впрочем, об этом лучше судить историкам, учитывая сложность исторического периода, тем более такого, каким являлось Смутное время.

Пьеса у Островского не получилась, чего читателю знать достаточно. Исторических изысканий Александр не оставит. После пьесы «Тушино» он примется за переработку труда, оставленного Гедеоновым без завершения. То литературное творение касалось времени правления Ивана Грозного.

Другая пьеса, не встретившая зрительского внимания, — «Горячее сердце». Над её созданием Островский трудился по завершению пьесы «На всякого мудреца довольно простоты». Особой проработки Александр не предлагал, сообщая историю без лишнего интереса, повествуя без надрыва. Происходящее касалось любовного чувства между девушкой и её избранником. Проблематика создавалась из необходимости понять, насколько жених достоин невесты. При этом невеста не была чрезмерно взыскательной, но и не соглашалась видеть в качестве мужа человека без внутренних принципов, слишком расхлябанного, на кого не сможет положиться. Пусть девушка любила парня, и соглашалась ждать его из армии. Парень служить отказался, найдя для того причину, вместо чего предпочёл прослыть за шута. Продолжать любить такого человека девушка не пожелала, сделав выбор в пользу другого.

Читатель может принять подобное отношению к творчеству Островского за недостойное. Ничего с этим не поделаешь. Не всегда писатели способны создавать подлинно прекрасные творения, порою нисходя и до проходных работ. Часто писатель не может понять, насколько его работа окажется нужной обществу, тогда как интерес к произведению у него сугубо собственный. Так или иначе, для читателя Островский чаще заканчивается ознакомлением с одной, либо с двумя пьесами, тогда как прочее его творчество остаётся вне пределов внимания. Поэтому нет смысла придавать значение абсолютно всему, учитывая, насколько тому же читателю присущ интерес к критическим заметкам на ту самую одну пьесу, либо на две.

Невзирая на временный спад интереса к творчеству, Александр продолжит трудиться. И через десять лет он напишет своё второе знаменитое произведение.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Островский «Бешенные деньги» (1869)

Островский Бешенные деньги

Что было в прошлом, будущего касаться не может. Поэтому не сможет вчерашний день повториться в дне завтрашнем. Обязательно проявятся отличительные черты, заставляющие иначе смотреть на действительность. Неважно, как на мир смотрели предки, не им предстоит решать, чему и каким образом происходить. Но человек не способен за один миг измениться, продолжая оставаться верным собственным взглядам. И из-за этого постоянно происходят конфликты. Впрочем, всему суждено кануть в небытие, обязательно из него потом возвращаясь. Такова история человеческого рода, уходить от одного, чтобы к нему затем вновь стремиться. Пока же, раз разговор касается пьесы Островского, нужно остановить мгновение, и увидеть одно из времён, когда былое продолжало оставаться, ни в чём не собираясь сдавать позиций. Впрочем, дело касалось извечной человеческой страсти: легко наживаться, почти не прилагая к тому усилий.

Что делать в мире человеку, готовому под него подстраиваться, не прибегая к излишне бесчестным способам? Ему будет тяжело, поскольку таких людей никогда не ценили, особенно в России. За доказательство может быть приведена классическая русская литература, нисколько не способствующая благостному восприятию, когда на страницах описывается единственное желание — урвать кусок пожирнее, не взирая на способы и последствия. А ежели заводится персонаж, так и не воспользовавшийся служебным положением, — его начинают презирать. То есть живут в России порядочные люди, но они чаще становятся неугодными. Причина того очевидна! Имеющий деньги, при том лишённый возможности ими воспользоваться для решения проблем, останется недоволен, и всё-таки найдёт способ воздействия, поскольку в России гораздо больше людей беспринципных. Какой бы сия правда горькой не была, только против неё возражать бессмысленно: можно оспорить утверждение, нельзя изменить само положение.

Вновь у Островского задействован молодой человек из пьесы «На всякого мудреца довольно простоты». Потому и читатель должен надеяться на сюжет, раскрывающий малоприятные темы. С одной стороны вниманию представляется уверенность в правильности совершаемого, желание достижения лучшей доли, медленная поступь к нужному результату, твёрдый расчёт на извлечение выгоды, без какого-либо опасения. С другой стороны — такая же уверенность, такое же желание, но быстрая поступь и знание о должном последовать крахе. Вполне очевидно, молодой человек предпочтёт честные методы, ни в чём и ни кого не обманывая, либо обманывая, но только тех, кто обманываться рад. А вот другие действующие лица произведения будут стремиться к достижению результата любыми способами, пускай и бесчестными. Им оказывается угодным обрастать связями, финансами и расположением, брать деньги в долг, жить на широкую ногу, невзирая на обязательное наступление момента необходимости возвращения взятого, чего они сделать не будут способны, так как того и не планировали делать.

Отдельного разговора достойна девица, по привычке предков желающая обзавестись богатым мужем, сама не способная ничего дать, лишь имеющая намерение жить за счёт мужа. Что с такою делать? Разве перевоспитывать, причём посредством унижения. Только вот унижение происходит не на физическом уровне, просто требуется морально сломать человека, поставив его перед необходимостью иначе понимать устройство жизни. В России более не было такого, чтобы кому-то кто-то за бесплатно давал ему потребное. Отныне все, в том числе и помещики, обязаны были думать о хлебе насущном, должные едва ли не самостоятельно боронить поля и производить посевы. Вот и девица окажется поставленной перед условиями, когда ей придётся трудиться, иначе она и вовсе никому не окажется нужна.

Читателю следует усвоить из содержания следующую мораль: сколько бы общество не изменялось, сами люди не изменяются.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Александр Островский «На всякого мудреца довольно простоты» (1868)

Островский На всякого мудреца довольно простоты

Вспомнил Островский, в каком виде лучше его пьесы воспринимаются, снова приступил к описанию быта, создав произведение на злобу повседневности. Теперь Александр рассказывал, как молодые люди могут добиваться успеха в жизни, прикладывая к тому не такие уж и большие усилия. Требуется малое — постоянно и безостановочно льстить. Не имеет важности кому, главное для всех оказываться угодным. С таким подходом очень скоро обретёшь успех, будешь пользоваться уважением, к твоему мнению начнут прислушиваться. Просто каждый человек желает слышать в свой адрес одобрительные и ободрительные слова, ради чего он будет готов тебя носить на руках. Так и происходило в очередной пьесе Островского, за тем исключением, что произведение требуется подкрепить моралью. И она звучит примерно так: лги во имя лжи, оставаясь честным наедине с самим собой.

Согласно сюжета молодой человек решил добиться успеха в жизни, для чего думал устроить будущее за счёт дальнего родственника. Как к нему подойти? Явно родственник не соизволит опуститься до нужд молодого человека, к тому же для него — практически постороннего. Очень просто! Нужно явиться к нему, будто желая снять квартиру, попутно рассказав, какой ты замечательный, сколько в тебе достоинств, насколько высоко ты себя ценишь. Когда собеседник тобою заинтересуется, признаться, что наслышан в здешних местах про своего дядю, с которым знакомства прежде не имел. Вполне очевидно, дальнему родственнику придётся признать родную кровь… да ещё и такую, пришедшуюся ему по душе. Добившись желаемого, молодой человек продолжит укреплять позиции, льстя всем прочим действующим лицам. Женщин, чей порог перешагнул молодость, он будет описывать за красавиц, кого в прежней мере красит юность. И это лишь начало, так как планов у молодого человека много.

Островский специально заставил молодого человека писать дневник, где тот излагал всё таким, каким оно было. Честно описывая характер дяди, его жены, их доверчивость, не жалея на то чёрных красок. Туда же заносит сведения о прочих лицах, никому не давая лестных характеристик. И это при том, что в лицо никому из них не говорил слова правды, всегда приукрашивая действительность, неизменно выражаясь посредством лести. Вот этот дневник и мог погубить молодого человека, когда его содержание станет общеизвестным. Что останется делать молодому человеку? Наконец-то честно всем сказать, как к кому относится, и как ему было просто входить в доверие. А если его возьмутся осуждать, тогда он волен оскорбиться, поскольку на правду нельзя обижаться, за неё следует хвалить. Ведь говори людям правду изначально, так бы и продолжил бедствовать, ничего не приобретя. В любом случае, теперь каждый знал правду, вполне понимая, так думал не только молодой человек, к таким мыслям склонялись абсолютно все, о чём сохраняли молчание, даже между собою продолжая льстить в адрес третьих лиц.

Ничего с этим не поделаешь, так устроен человек, желающий слышать приятное, каким бы негодяем он не был. Да и лесть не подразумевает обман. Молодой человек мог на самом деле думать так, как относился к каждому из действующих лиц. И не будь в произведении дневника — пришлось бы говорить о том, насколько сердце молодого человека очерствело, а душа — черна. А так — вполне светлый человек, едва ли не ангел, с кем обязательно нужно водить дружбу.

Касательно содержания каждый читатель вынесет собственную правду. Была бы какая-нибудь правда настоящей. К сожалению, всё настоящее — чей-то временный вымысел. Вот и у Островского показана временность, способная для каждого оказаться настоящим.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Натан Рыбак «Переяславская рада» (1948, 1953)

Рыбак Переяславская рада

Роман «Переяславская рада» состоит из двух частей. За первую часть Натан Рыбак был удостоен Сталинской премии. В произведении раскрывается путь, пройденный казачеством во главе с Богданом Хмельницким до объединения с Русским царством. Натан Рыбак рассмотрел все аспекта, чтобы у читателя сложилось правильное понимание происходившего в прошлом. В первую очередь, тяжёлое положение по отношению к Польше, считавшей казачьи территории за свои владения. Не менее тяжёлое положение складывалось из-за соседства с Османской империей. Но самое главное для казаков, что и определяло их пристрастия, — это православная вера, из-за чего они и стремились воссоединиться с Русью. Именно таким образом Натан Рыбак брался повествовать, в чём был прав, в тот исторический период для казачества не существовало иного пути, поскольку не будь объединения с Русским царством, случилось бы поглощение Польшей, что тогда большей частью казаков воспринималось за недопустимое.

Но речь про непосредственное объединение с Русью пойдёт во второй части романа, которая не столь интересна для читателя, которому важнее понять именно мотивы вручения Натану Рыбаку Сталинской премии. Что же такого рассказал писатель, если удостоился столь важной государственной награды? «Переяславскую раду» Натан Рыбак писал на украинском языке. Соответственно должен был последовать перевод на русский язык. И без этого Сталинская премия присуждалась, достаточным считалось заслушать мнение авторитетных украинских литературных деятелей. Тема поднималась действительно важная, ещё и с аспектом изучения народной среды, восстававшей против господства королевской власти. Что же до стремления к власти царской, то это совсем другое, так как русский царь принимал в состав государства казачество на правах широкой автономии. По своей сути, казачество оставалось при своём, только теперь более спокойное за пограничные споры с поляками и турками.

Пока по сюжету объединения не случилось, следовало описывать беды казачества, вынужденного постоянно бороться за право на независимость от чужого мнения. Не проходило дня, чтобы не разгорелись жаркие споры между панами, решающими раз за разом усиливать давление на Сечь. Этот аспект становился очень важным для повествования, и читатель то обязательно понимал, наблюдая не столько за стремлением поляков обладать, сколько за хищным взглядами шляхты. Оставалось понять, насколько Польша агрессивно действовала по отношению к казачеству, поскольку нуждалась в знании, что казаки не будут совершать неожиданных нападений, чего от них всегда ожидали. И Польше было бы спокойней, определись казачество, под чьей им властью находиться. Вполне очевидно, гораздо лучше, если столь непредсказуемая человеческая стихия встанет под панские стяги, отчего будет проще строить политику по отношению к Русскому царству и Османской империи.

Как повествует Натан Рыбак? Он взялся рассказывать в хронологическом порядке. Все события, происходившие в жизни Богдана Хмельницкого, соответствующим образом зафиксированы, либо имеются свидетельства, позволявшие судить определённым образом. Ежели так, то и повествование разворачивается перед читателем как целое полотно, раскрывая не сами чувства и мысли людей, скорее отражая ход исторических процессов. Большей частью приходилось повествовать о разладах казаков с Польшей, между которыми и происходила основная борьба. Понимая же казачество в качестве свободолюбивого народа, то довольно очевидно, казаки могли сопротивляться бесконечно долго, ни на чью власть не соглашаясь, кроме как ставя над собою избранного ими же гетмана.

Сможет ли читатель лучше понять происходившее в прошлом? С помощью книги Натана Рыбака — самую малость. Затруднение возникает по причине существования разных взглядов, ведь были казаки, согласные на владычество шляхты над Сечью.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Марк Элдер «Народ моря» (1910-11)

Элдер Народ моря

Знаком ли читатель с французскими островами? Если он прежде мог иметь знакомство с островом Уэсан, на котором происходило действие произведения «Девушки дождя» за авторством Андре Савиньона, то теперь он может познакомится с бытом жителей острова Нуармутье, что расположен на том же западном побережье, но в более густо населённом районе. Если читатель имеет представление о реке Луара, то её путь заканчивается как раз там, где возвышается над водной гладью остров Нуармутье, обречённый быть под водой, обнесённый дамбами, потому продолжая существовать. На этом острове не должны были жить люди, вследствие чего каждый день они проводят в борьбе за существование, сражаясь с морем. Да и без моря они существовать не смогут, так как являются рыбаками. Именно это нужно знать, приступая к знакомству с произведением Марка Элдера, на страницах которого смерть не воспринимается чем-то особенным. Просто об умерших на том острове не принято вспоминать.

Однако, жизнь кипит на острове и в его окрестностях. Смерть моряка на промысле — обыденное явление. Вернётся человек домой или нет — не имеет никакой важности. Когда он покидает берег, ему одна дорога — утонуть. Но моряк на берегу — совсем другое. Теперь человек обретает все качества, присущие людям. Он начинает страстно желать жить, ему важно владеть чем-то, он становится озабоченным за преуспевание в завтрашнем дне. Теперь человеку мнится, будто он один имеет право решать, чему и каким образом следует происходить. А ведь на острове имелись предприятия, занятые в обработке добываемого посредством рыбного промысла. И там трудятся люди, желающие благоприятного для себя существования. Если кто кому перейдёт дорогу, то не далёк тот день, когда здание, либо корабль будет объят огнём. Остаётся думать, что не будет житья на Нуармутье и пришлому человеку, кого со света сживут гораздо раньше, чем он поймёт, какая опасность его окружает.

Так как же умирают люди на страницах произведения Марка Элдера? Никак. Об этом становится известно из сухих строк, уведомляющих читателя о произошедшем. Это как весть от пришедшего в дом путника, знающего о событиях поверхностно, но которым всегда рады. Достаточно и того, что кого-то настигла смерть на рыбном промысле, когда обстоятельства произошедшего утрачивают значение. Да и смерть при других обстоятельствах — не настолько важное событие, чтобы разбираться, особенно нисходя до мыслей людей, достойно или позорно встречавших неминуемо должное для них наступить. Тут бы впору сослаться на древнегреческих трагиков, предпочитавших присылать к действующим лицам гонцов с известями, дабы поведать, кто и какой смертью пал… Кому желалось домыслить детали события, тот это делал без чужой помощи.

Что касается манеры изложения Марка Элдера, о том нужно судить самим французам. Им же нужно озаботиться, чтобы обладатели Гонкуровской премии не становились забытыми, если они считают за важное говорить о праве французской нации на определяющее значение для всего человечества. На деле же всё складывается иначе, потому как сами французы не до конца осознают, кому и за какие заслуги Гонкуровская премия вручалась. Впрочем, говорить об этом не имеет смысла, учитывая особенности премиального процесса, не совсем справедливого к писателям. Тут уж лучше сообщить, что вручение премии — есть награда за заслуги в общем, тогда как какое-то из произведений — лишь венец творчества или лавр надежды на блестящий литературный путь. Такие мысли вполне допустимы к лауреатам на первых порах существования премии.

Автор: Константин Трунин

» Read more

1 2 3 4 353