Category Archives: Детектив

Себастьен Жапризо “Дама в очках и с ружьём в автомобиле” (1966)

Жапризо Дама в очках и с ружьём в автомобиле

Врёт как дышит – характеристика представленной вниманию читателя истории. Тот случай, когда из ничего рождается нечто. Вроде ничего не предвещало случиться произошедшему, однако оно свершилось. Почему? Однажды одной девушке с волосами цвета облаков захотелось прокатиться на машине Тандербёрд, она взяла отпуск и уехала на море, а после вернулась, должная хотя бы о чём-то рассказать коллегам по работе. На вопрос: ну как? Ей полагалось ответить: никак! Но не бывать такому, ведь главная героиня – умелая выдумщица. Она навешает лапши на уши всякому, кто захочет ознакомиться с её приключениями. Скорее всего ничего из описанного не происходило – всё выдумано от начала до конца. Так ведь и есть на самом деле. Только отчего читатель должен сомневаться в рассказанной ему истории? Иного не остаётся, ибо все на страницах произведения Жапризо врут как дышат.

Придётся оставить сомнения. Даже если описанного не происходило, придётся исходить из имеющегося. Ведь и придуманное требует внимания. И совсем неважно, ежели рассказываемое рождалось спонтанно, никак по ходу повествования не объясняемое. Это в конце произведения автору предстоит свести расхождения, якобы главная героиня стала жертвой коварных замыслов. То есть не она совершала чудеса отчаянного неприятия обыденности, ей кто-то постоянно желал зла. Но кто? Истинный преступник не бахвалится понапрасну, если речь не про героев художественных произведений – они чаще требуемого жаждут обрести слушателя, раскрывая перед ним детали ими провёрнутого дела. Так будет и в произведении Жапризо, причём окажется совершенно без надобности. Читателю хватило бы и версии главной героини, без дополнительного вранья со стороны.

Девушке с волосами цвета облаков не повезло, ей досталась машина Тандербёрд с трупом в багажнике. А перед этим ей не везло ещё больше – она страдала от применённого против неё насилия: ей ломали руку. И после везло на неприятности не менее – она совершенно забыла обстоятельства прежней жизни, оказавшаяся как-то знакомой с убитым. Вроде бы наваждение. Только насколько это может казаться мнимым, когда обнаруживаешь материальные свидетельства? В общем, Жапризо подобен героям собственного произведения – и он врёт как дышит.

Так кем же является главная героиня? Она действительно рано потеряла родителей и воспитывалась монахинями? Она могла быть девушкой лёгкого поведения? И вообще есть на страницах хоть слово правды? Отчего не окажется, будто главная героиня страдает постоянной потерей памяти, склонная к безудержному фантазированию? Читатель просто обязан придти к выводу, что где-то правда всё-таки должна существовать. Отчего не признать происходящее на страницах сном? Иначе придётся сослаться на самый оптимальный вариант – психиатрическую лечебницу, где находится главная героиня, того не понимая. И если сам автор подобного утверждать не стал – он просто не до конца продумал примечательность такого сюжетного поворота. Не ему, тогда кому-нибудь другому это обязательно покажется заманчивым.

Как бы не хотелось верить происходящему, прежде нужно понимать – художественная литература не является отражением действительности. Есть писатели, не умеющие придумывать истории, а есть – не способные сообщать читателю правдивые обстоятельства. В случае произведения “Дама в очках и с ружьём в автомобиле” Жапризо относится ко второму типу. Впрочем, автор – француз. И когда речь заходит о писателях французах – обязательно вспоминаешь об их умении сочинять истории, которых никогда не могло случиться. Не все они к тому расположены, но тут речь об их основной массе, особенно тех, кто брался сочинять детективы.

» Read more

Илья Рясной “Антикварщики” (1996)

Рясной Антикварщики

Замечает ли читатель, как ловко удаётся героям детективов добиваться требуемых целей? Всё будто подстроено специально так, чтобы по окончании действия справедливость восторжествовала. Исключением являются произведения с первоначальной нуарной направленностью. Для Ильи Рясного нуар не подразумевался. Он взял сотрудника милиции, устроил его работать в отдел, занимающийся преступлениями в сфере культурных ценностей, дабы оные расследовать. Разумеется, речь не пойдёт про рядовые ограбления церквей. Требовались убийства коллекционеров. А ещё лучше создать резонансное дело, где найдётся место своим и чужим. Действующими лицами станут криминальные авторитеты, иностранные послы и, само собой, милиционеры. На кону примечательное наследство недавно умершего вора в законе. Вполне очевидно, милиция берётся вернуть украденное, для чего сперва нужно выйти на преступников, их обезвредить и передать суду.

Илья старался увязывать обстоятельства, дабы всё аккуратно сходилось и позволяло продолжать повествование. Начнёт он от относительно далёких событий. Будет убит и ограблен коллекционер. Следом окажется ограблен другой коллекционер. Вроде бы, рутина. Но ничего просто так не происходит на страницах детективов. Даже случись главному герою оказаться среди торговцев сувенирами – тому обязательно требовалось быть. Все нити поведут читателя в определённом направлении, продолжая оставаться неясными. Ведь это детектив, как всегда нацеленный на возможность написания многотомного продолжения. Поэтому лучше сразу делать запас, лишая тем читателя в дальнейшем от вопросов касательно тех или иных действующих лиц.

Рясной не совсем честен. Он использует классический приём недоговорённости, ещё чаще прибегая ко лжи. То есть он продолжительное время вводит в заблуждение, оказывающееся пустым звуком. Илья может подстраивать убийства и мнимые происшествия, на поверку сказанные для отвлечения внимания. Формируется некое представление под видом американских боевиков, где действие преобладает над логикой. Понятно, лучше притвориться мёртвым, чем умереть, создав таким образом представление об относительной свободе у соперников от имевшихся перед тобой, или у тебя перед ними, обязанностей. Но ведь читатель заслуживает права всё знать сразу, становясь тем самым участником происходящего в произведении действия. Вместе этого предстоит оказываться в глупом положении, наблюдая возникновение якобы умерших, в действительности не умерших, хотя может и умерших, но ещё как бы живых.

Илья не ограничивается одним делом. Скорее нужно понимать происходящее в качестве плавно перетекающих друг в друга сюжетов. Все лица взаимосвязаны. Они являются интересными личностями, для которых Рясной не жалел слов, описывая каждого из них едва ли не с рождения. Ведь читатель останется довольным, зная наперёд, при каких обстоятельствах происходило становление персонажа, почему он стал на преступный путь, какие события повлияли на его текущее мировоззрение. При этом отчаянных преступников не наблюдается, кроме некоего числа психически неуравновешенных действующих лиц. Впрочем, к сюжету таковые суждения не относятся.

Произведение “Антикварщики” несколько раз переиздавалось, но уже под коллективным псевдонимом Кирилл Казанцев. Изменялось и его название на “Войну авторитетов”, меняя для читателя действующих лиц местами. Теперь остаётся думать, что главная роль отводится преступникам, тогда как милиционерам придавалось опосредованное значение. И читатель обязательно согласится. Уже не борьба антикварщиков с преступными элементами, а как раз борьба преступных элементов с самими собой. Особого значения это всё равно не играет. Превалирующим для читателя останется сюжет. Лишь бы он не выветрился, к чему имеется склонность.

Читать или не читать Рясного дальше? У него найдётся, чем обрадовать? Или всё о том же? А хотелось бы чего-то наподобие “Дурдома”.

» Read more

Илья Рясной “Дурдом” (1996)

Рясной Дурдом

Давайте представим, что мир окончательно сошёл с ума. Он итак близок к умопомешательству, свихнувшийся на стремлении удовлетворять низменные потребности. Но вот мир всё-таки обезумел. Руководство над обществом людей берут психи, обязавшиеся повернуть человеческие пороки вспять. Для этого им требуется золото, иначе им не создать собственного государства. Обо всём этом и взялся рассказать Илья Рясной – с одним исключением – пока ещё сохраняется возможность побороть заговор психически больных людей, для этого предстоит внедриться в их тайную организацию. Сюжет кажется фантастическим? Таковым воспринимается и указ президента, требующий заниматься людьми с неустойчивой психикой, тем способствуя предотвращению возможных преступлений с их стороны.

Главному герою произведения повезло – он становится единственным специалистом на Москву, обязывающийся вести надзор за психиатрическими лечебницами. Это ему не очень нравится. Но против воли начальства возражать бессмысленно. Впереди долгие рабочие будни, беседы с психами и установление любопытной особенности. Оказывается, с относительно недавнего времени стали пропадать психи. Помимо этого телевидение сообщает о загадочных ограблениях, совершённых без применения насилия, однако против вооружённых до зубов охранников. Есть ещё и факт появления Партии обманутых, стремящейся объединить всех пострадавших граждан. Читатель понимает – должна существовать взаимная связь. Но её отчётливость станет видна далеко не сразу.

Знает ли читатель, насколько правдоподобными бывают речи психически нездоровых людей? Если такие речи говорятся от чистого сердца, содержат радение за благополучие и отторгают противоправные действия – им поверит всякий человек, на психические расстройства прежде не жаловавшийся. В мире итак хватает сумасшедших, верящих в невозможное. Так почему не может появиться вера во всеобщую справедливость? Во многом именно на этом будет базироваться деятельность преступных элементов в повествовании. Психи верят в благость ими совершаемого, угодность каждому живущему на планете человеку. Обидно другое, они всё-таки психи, которым сегодня мнится одна светлая мысль, а завтра они могут пересмотреть свои взгляды в противоположную сторону, вместо человеколюбия устроив геноцид. Поэтому с ними нужно бороться, стремясь сохранить имеющееся, поскольку известно – чем больше стремишься к лучшему, тем быстрее приближаешь наступление худшего.

Рясному удалось создать ладно скроенное произведение. Его главный герой – действительно живой человек, окружённый настоящим миром. От Ильи требовалось придать обыденности сумасшедший вид, для чего он не брезговал помещать на страницы новости и рекламу, вполне достаточных, чтобы высмеять происходящие с человеком перемены. Дополнительно помогает посещение модернистических постановок, понимать которые ум здравого человека не в состоянии. Мир точно не сошёл с ума? Кажется, адекватно реагировать на действительность никто не желает. Что же, главный герой разберётся.

Сумасшедший ли химик, создающий нечто на благо людей? А является сумасшедшим политик, принимающий на себя роли советских партийных деятелей? И насколько сумасшедший эксгибиционист, похищающий людей, дабы показывать им своё тело? При этом, психом не считается милицейский начальник, гоняющийся за ещё не вышедшими в прокат мультиками, постоянно цитирующий мультипликационных персонажей. Не слывёт за психа и девушка, стремящаяся всевозможными способами опекать любимого от грозящих ему опасностей. То есть не получится провести грань между здравым смыслом и его отсутствием. Она слишком эфемерна.

И всё же. Противоправные действия совершаются. Похищается золото, устраиваются незаконные митинги, есть риск государственного переворота. Поэтому Рясной поведёт главного героя по пути разоблачения тайной организации. Успехов это не принесёт. Всё согласно рамок детективного жанра. Хороший детектив всегда остаётся с открытым финалом. Вдруг автор пожелает написать продолжение.

» Read more

Джеймс Хэдли Чейз “Неудачник” (1961)

Чейз Неудачник

Жизнь сложна для понимания. Ещё сложнее она становится, если пытаться понять логику писателей, переворачивающих обыденные явления с ног на голову. Вроде бы Чейз представил вниманию порядочного репортёра, некогда вступившего в противоречие с вороватой властью, из-за чего оказался в тюрьме. Теперь он вышел и не может найти работу. И оказывается, от чего он прежде воротил нос, теперь для него является лакомым куском. Даже власть изменит к нему отношение, пригласив на работу в качестве специалиста по связям с общественностью. Вот так, без объяснения причин, честный человек превращается в продажное создание, готовое за пятьдесят тысяч долларов выступить в роли похитителя дочери одного из богатейших людей планеты.

Прежде совестливый, ныне герой повествования не разбирает дороги. Если ему будут предлагать – он не станет отказываться. Предложат деньги – возьмёт, поманит малолетняя красотка – утонет в её объятиях. Без разницы, насколько пострадает честная репутация. Ему не особенно интересны чувства жены, все эти годы безропотно ждавшей его освобождения. Но солидный куш манит совершить простецкое дело, а потом укатить в сказочное место и продолжить там безбедное существование. Впору вспомнить о шалаше, где рай с любимым человеком. Однако, Чейз прагматичен. Зачем читателю показывать иллюзию счастья, если право на лучшую жизнь нужно заслужить через проступки.

Обстоятельства будут против. Герой повествования – неудачник, он в западне, его допустимо назвать простаком. И он будет обманут. Причём жестоко. Он станет причастным к убийству, весьма предсказуемому. Ведь не бывает так, чтобы готовый скончаться богатей всего лишь умер, справедливо распорядившись наследством. Отнюдь, пока онкологическое заболевание поедает ткани его организма, кто-то решится вступить в большую игру, на кон которой поставлена неимоверно большая сумма денег. Но это всё впереди, и не так отчётливо проглядывается в сюжете.

Грех мастеров детективного жанра в неправдоподобности излагаемых событий. Обычно, отчего-то, всякое преступление оказывается легко раскрываемым, дай только тому время. Факты удачно сходятся, воссоздавая картину свершившегося. На читателя оказывается давление через подавленность главного героя, на каждой странице готового оказаться раскрытым. При этом обычно заранее понятно – ничего плохого не произойдёт. А ежели всё пойдёт по плохому сценарию, то так тому и быть. Достаточно знать, что истинный преступник будет изобличён, всё остальное – домыслы.

Конечно, действующее лицо в произведении Чейза совершит немало ошибок. Мысли он здраво, не случиться практически ничему, о чём в тексте сообщается. Допустим, зачем ему понадобилось грузить тело в багажник собственного автомобиля, когда кругом хватало иных возможностей? Вполне логично со стороны автора сломать данный автомобиль впоследствии, причём на глазах у полицейского. Чехарда ничем не примечательных эпизодов разбавляет повествование, тогда как главный герой оказывается в глупом положении по личной на то неосмотрительности.

Бесполезное это занятие – разбираться с деталями детективных произведений. Главное, читатель с удовольствием провёл несколько вечеров за книгой, получив эстетическое и моральное удовлетворение. Кроме того, следить приходилось не за очередным гением мысли, а за простофилей, совершавшим одну ошибку за другой. Как ещё удалось выйти сухим из воды? Пятно себе на репутацию он всё равно заслужил. И как итог – с чем он вышел из тюрьмы, с тем и продолжил жить дальше, так и не улучшив благосостояние.

В русском переводе данное произведение имеет множество названий. Вот их перечень: Неудачник, Западня, Ещё один простак, Ещё один простофиля, Клубок, Репортёр… Пресс-секретарь… Убийца?…

» Read more

Константин Паустовский “Блистающие облака” (1928)

Паустовский Блистающие облака

Не умеешь работать в детективном жанре – не берись. Паустовский продолжал плавать среди художественной литературы, собираясь выполнить непосильные для себя задачи. Ему предложили написать авантюрное произведение со шпионами. Он не стал отказываться. Но как рассказывать о том, о чём не имеешь представления? Придётся разбавлять повествование лично виденным. Так герои произведения пройдут по местам памяти Константина, затронув ряд социальных проблем общества. Во всём остальном следует признать, что “Блистающие облака” примечательны выписанными портретами советских граждан, но никак не образами американцев и китайцев.

Зачин у истории сумбурный. Погиб лётчик, у него был дневник, на страницах которого он делился уникальными наблюдениями. Он никогда не брал его в полёты, оставляя на хранение у сестры. Теперь лётчик разбился, значит нужно добыть записи, предварительно разыскав сестру. Отчего ранее не озаботились научными изысканиями, не спрашивая установившего их владельца? Такая им была цена. Увидевшего в них ценность и решившего сделать благое дело для государства, Паустовский отправит на поиски, проведя через публичные дома, психиатрические учреждения и прочие сомнительные заведения, дабы всё-таки разыскать дневник лётчика.

Впрочем, прежде требовалось нащупать почву для сюжета. Для этого Константин повествует от лица австралийского арестанта, рассказывая о заграничных тюрьмах, где над женщинами ставят эксперименты, добиваясь осуществления безболезненных родов. Не имеет значения, как это укладывается в последующую канву с поисками записей. Паустовский ещё не имел представления, куда направит повествование дальше. Позже, когда первые главы окажутся написанными, их будет жалко оставить без внимания читателя, поскольку написаны они хорошо и достойны внимания, пусть без особого смыслового наполнения.

Но чем же примечательны наблюдения лётчика? Он тщательно изучил сопротивление воздушной среды или на основе наблюдения за птицами придумал способ быстрого передвижения человека на летательном аппарате в небесном пространстве? Или он наблюдал искусные орнаменты северных земель, несущие некое скрытое в них послание? Важного значения то для читателя не имеет. Наполнение дневника даётся для примерного представления о необходимости его поисков. Поэтому нужно отправить главного героя, пока уникальные записи не покинули страну. Стало известно, что сестра лётчика имеет связь с американским дельцом.

Решено начать с Ростова. Читатель получит исчерпывающую информацию о тамошних евреях, прочувствует перенесённые ими страдания, изрядно посочувствует ударам судьбы. Только не к одним евреям это придётся испытывать. Предстоит узнать о горькой участи женщин лёгкого поведения, чьи судьбы ломались вне зависимости от их на то желания. Им пришлось заниматься сим постыдным трудом. Если читателю кажется, что Паустовский зря использовал в повествовании столь провокационных личностей, то не следует забывать, каким порочным предстаёт разыскиваемый американец, пользовавшийся услугами именно таких советских граждан.

Поиски продолжатся. Впереди Таганрог, а затем Одесса. Ладное повествование перейдёт в сумбурное изложение. Константин потеряется, не зная куда вести историю дальше. Ему требовалось довести поиски до конца, только более не хотелось их продолжать. Придётся возвращаться назад, вносить правки в ранее рассказанные события, тем способствуя продвижению сюжета. Помогут отстранённые истории, повествующие о посторонних происшествиях.

Будет ли найден американец? Окажется ли востребованным дневник лётчика? Сомнительно, чтобы читатель продолжал искренне верить в необходимость совершаемого на страницах действия. Паустовскому требовалось выполнять обязательства, поэтому он продолжал писать историю. Этому есть ещё одно объяснение, связанное с преобладанием среди читателей людей без требований к интеллектуальной составляющей художественных произведений. Пусть будет действие, всё остальное останется наполнением.

» Read more

Бретт Холлидей “Как это случилось” (1952)

Холлидей Как это случилось

Читатели детективов любят говорить, что они думали именно на того, на кого в итоге указал автор. И не задумываются такие читатели, насколько стремился им в том потворствовать сам автор. Не скажешь, чтобы Бретт Холлидей поставил перед собой такую же задачу. Он просто дал интересную вводную, полностью провалив всё далее им описываемое. Когда пришла пора кого-то обвинить в совершённом преступлении, то был выбран случайный человек, на месте которого могло оказаться любое из действующих лиц.

Что же ждёт читателя? Майкла Шейна начали одолевать звонками. Он понимал, ничего не произошло, но готово случиться. И через короткое время он обнаруживает труп девушки, просившей его незадолго до того о встрече. Кто же убил её? Она сама неоднократно обращалась в полицию, дабы стражи порядка защитили ей жизнь. Шейну предстоит выяснить, как жила убитая и отчего она обзавелась столь огромным количеством врагов. Всякому сочувствию будет отказано, поскольку никакого сочувствия к жертве читатель более проявлять не будет. Однако, кто же убил?

Каждого подозреваемого убитая шантажировала. Кого-то провокационными снимками, а кому-то грозила раскрыть секрет прежних прегрешений. Дело осложнилось участием в событиях криминального лидера, возможно заказавшего убийство, теперь не желающего видеть дальнейшее развитие истории, опасаясь за созданную репутацию уважаемого в обществе человека. Шейн напрямую столкнётся с его противодействием, едва не оказавшись убитым. Всё это нагнетает интригу.

Никто не сидит сложа руки. Всем желается отвести от себя подозрения. Что же делает Шейн? Он, словно классический детектив, оставит решение на последний момент, сам ещё не понимая, кто окажется виновным в убийстве. Виновному самому полагается заявить об этом при стечении людей. Иного не остаётся, поэтому Холлидей задействует изобретение последних лет, тем показывая прогресс детективного дела, прибегающего для установления истины к помощи технического прогресса.

Наблюдать за самим Майклом Шейном желательно с начала его пути в литературных произведениях Бретта. Но есть ли у читателя такая возможность? Излишне много детективных серий, главные действующие лица которых оказывают одинаково сильное впечатление, заставляя пристально следить за всем, что бы с ними не происходило. Так можно говорить и о Майкле Шейне, постепенно раскрываемого автором перед читателем, заодно давая представление об окружающем его мире.

На страницах появляются прочие действующие лица, становящиеся неотъемлемой частью каждой последующей истории. Вот и в произведении “Как это случилось” читатель видит репортёра Тимоти Рурке, без чьей помощи Шейн практически никогда не обходится, заодно извещая прессу о должных ей быть любопытными случаями в Майами и окрестностях сего города. Не обходится и без шефа полиции, постоянно становящегося ведущим лицом в расследованиях, обычно резонансных, иначе зачем бы за них брался Майкл Шейн? Конечно, то происходит не специально, а согласно авторского желания.

Итак, возвращаясь к убийству всем ненавистной девушки, особенности её прежнего существования не так уж важны для сюжета. Бретт тем наполнял повествование, не давая пищи для размышлений. Может тут причина в недостаточной подкованности? Пусть “Как это случилось” двадцать первое произведение о детективе Майкле Шейне, но чего-то ему всё равно не хватает. Либо Холлидей устал, а может он продолжает нарабатывать материал, дабы после преображать описываемый им город в рамки нуара, чего было никак не избежать.

Вот имя убийцы становится известным. Читатель проявит к нему сочувствие и сделает собственный вывод: не надо доводить людей до отчаянья.

» Read more

Бретт Холлидей “Предсмертное признание” (1959)

Холлидей Предсмертное признание

Кто бы мог подумать, что тот, кого взялся отыскать Майкл Шейн, стал причиной раздора в богатом семействе, судьба членов которого теперь зависит от слов другого пропавшего человека, две недели назад потерпевшего крушение в море, а сегодня вернувшегося и сразу исчезнувшего. В каком направлении двигаться, дабы выяснить причину произошедшего? Бретт Холлидей решил помочь найти дневник, где должны быть записаны все интересующие детектива обстоятельства. Тогда станет ясно, куда делся первый искомый и в силу каких причин убит второй исчезнувший.

Майкл Шейн столкнулся со стеной молчания. Никто не желает делиться с ним деталями. Но никто и не знает точно, чем это грозит каждому из них. Имеется большая тайна, должная быть скрываемой неопределённо долго. Она является ключом к происходящему, и именно её читатель не должен знать до последних страниц, дабы не утратить интерес к чтению. Впрочем, даже знай об оной, было бы только приятнее следить за попытками детектива выяснить, о чём ему не желают рассказывать.

Тайна действительно велика. Она напрямую касается первого пропавшего человека. Когда будет казаться, якобы он постороннее лицо в происходящем, всего лишь вставшем на пути решения другой проблемы, то не надо торопить события. Бретт Холлидей обязательно увяжет сюжетные линии, подведя их к выводам, наиболее правдивым. Конечно, не так важно, каким образом поможет в расследовании дневник, поскольку он не содержит упоминания важной для всех тайны. Опять же, не будем торопить события. Сюжету предстоит пережить ещё раз смерть действующего лица, дабы усугубить понимание происходящих событий.

Пока выясняются детали, Майкл Шейн отчаянно пытается добраться до дневника, оказавшегося в распоряжении газетчиков. Ему необходимо его прочитать, дабы разрешить ряд возникших затруднений. Только как не погибнуть, ежели его обладателей убивают, либо калечат? Достанется и Майклу Шейну. Читатель после поймёт, насколько действительность излишне мало содержит удивительного, ибо всегда нужно исходить из самого банального и очевидного. Странно и то, что с такой характеристикой у Бретта Холлидея получилось написать интригующее до последнего детективное произведение.

Кому же выгодна смерть второго пропавшего? Он был человеком твёрдых убеждений, верил в Бога и никогда не обманывал. Причиной его гибели стала информация, на первый взгляд очевидная. Он точно знал дату смерти одного из выживших в крушении и умершего до прибытия на берег. Кажется, данные сведения имеют первостепенную важность. Только это не так. Не в том причина гибели сего человека. Ему была известна основная тайна, о которой он не стал писать в дневнике. Майклу Шейну предстоит понять всё, в том числе и почему некто продолжал убивать людей.

Самое поразительное, действующие лица на самом деле не знают всего происходящего. Каждый из них наделён определёнными опасениями, тем стремясь защитить прежде себя или родственника. Читатель выступает такой же заинтересованной стороной, только желающей разобраться в деталях, настолько же мало ему известных изначально, но и по окончании расследования не всё останется полностью выясненным.

Бретт Холлидей позволил оказаться на страницах ещё одной интриге. Он дал зародиться сомнениям в честности Майкла Шейна. Излишне ретиво он занимался расследованием, слишком много желая на нём заработать. Ему будет светить порядочная сумма денег, должная обязательно быть выплаченной. Напряжение спадёт с читателя, когда время нуара перейдёт в краткий момент отдыха в радужных красках. Всем воздастся по заслугам, ибо в Майами всегда хотя бы кто-то один будет воплощением справедливости – в данном конкретном случае речь о Майкле Шейне.

» Read more

Андрей Силенгинский “Сыщик галактического масштаба” (2012-15)

Силенгинский Сыщик галактического масштаба

Космос: он пугает. Пугает на величиной пространства, а трудностью осознания его существования. В таких масштабах допустимо любое развитие событий, в том числе и далёкое от логики. Почему бы не допустить таковое, представив читателю нечто в духе братьев Стругацких? Загадочность должна исходить от инопланетян, таких нам непонятных. Поэтому будет тяжело расследовать “Дело о невинном убийце”, где личность преступника известна, но он не является обвиняемым. Или не менее трудно разобраться в “Деле о единственном подозреваемом”, где вина должного оказаться преступником не столь уж очевидна.

Главный герой Адррея Силенгинского на глазах читателя осваивает профессию галактического сыщика. Сперва ему поручается задание разобраться в непостижимой умом ситуации, а после ему просто начнут доверять всё, где обнаруживаются проблемы с адекватным пониманием произошедшего. В типичной для русских писателей манере, Андрей не сразу говорит по существу, делясь изначально думами о космосе, после переживаниями главного герои и только потом подводя к должному стать занимательным.

Проблематика космического детектива, в исполнении Силенгинского, заключается в многовариантности. Не обо всех размышлениях галактического сыщика следует знать читателю, поскольку в один прекрасный момент приходит осознание, что любое из предположений вполне является верным, если бы не желание автора придумать нечто ещё эдакое, к чему якобы и вела цепочка рассуждений. В итоге происходящее запутывается, принимая излишне растянутый вид, где точка, завершающая расследование, взята с потолка, так как всё представленное на страницах ранее более походило на истину.

Что же представляют из себя преступления? Например, в “Деле о невинном убийце” надо выяснить, кто тронул за спину инопланетянина. Никакого юмора! Сей инопланетянин, согласно условиям его эволюции, мгновенно убивает всякого, оказавшегося позади него в момент прикосновения. Разумеется, убитый о том знал. Значит, он самоубийца, либо кому-то насолил. Подозревать можно ограниченный круг лиц, ибо изначально детектив казался герметичным, пока сыщику не потребовалось посетить ближайшую планету, чем испортил себе интригу “Убийства в восточном экспрессе”, либо оную усилил. Так это или нет? Так до конца ясным и не станет, ведь читатель к окончанию расследования перестаёт уставать перебирать представленные Силенгинским варианты.

Физиология инопланетян занимает особое место в фантастике. Достаточно вспомнить цикл “Космический госпиталь” Джеймса Уайта, построенный по сходному принципу, использованному Силенгинским, но с более мощной подачей, без посторонних размышлений о сути человека и поиске его места во Вселенной. Когда в “Деле о единственном подозреваемом” причиной смерти объявлено отравляющее вещество, то нужно перед этим разобраться, насколько восприимчивы к человеческим ядам инопланетяне. Главный герой в том разберётся, все ему будут помогать, но действие так и останется стоять на мёртвой точке, будто ничего в мире не происходит, пока сыщик не разберётся в ситуации.

Почему же тянет сравнивать творчество Андрея с другими писателями? Объяснений может быть несколько. Во-первых, краткость предложенных им историй. Во-вторых, главный герой успевает перебрать излишне много вариантов, отчего читателю не остаётся места для проявления собственного воображения. Поэтому приходится припоминать, где подобные сюжеты были замечены ранее. Благо, фантастика не сбавляет обороты, предоставляя для удовлетворения любопытства почти неограниченное количество продуктов человеческой фантазии. Измыслить нечто самобытное представляет всё большую сложность.

Остаётся пожелать Андрею Силенгинскому не останавливаться в творческих изысканиях. Выбранная им тема хоть и не столь уж необычна, зато достойна занять твёрдое место среди читательских ожиданий видеть детективы, где на первый взгляд очевидное обязано быть подвергнуто сомнению.

» Read more

Бретт Холлидей “Виновнее дьявола” (1967)

Холлидей Виновнее дьявола

Одинокий герой – образец американской культуры, которому никогда не утратить актуальности. Такие герои рождались на американском континенте всегда, стоило на него ступить европейцу. Немудрено, что и в середине XX века находились люди, способные взвалить на свои плечи тяжесть мира. Так ли оно было, или это отражение художественных изысканий? Разговор о том заранее бесплотен, лучше видеть наглядное представление об одиночках, боровшихся за справедливость и находивших правильное решение для разрешения самой щекотливой ситуации.

Майкл Шейн – персонаж серии детективов Бретта Холлидея. Этот рыжий обаятельный парень пленяет очарованием шевелюры, дерзкими поступками и верой в непогрешимость совершаемых им действий. Таковым его рисует непосредственно автор. На деле всё могло быть иначе. Но мир нуара, мрачного до отвращения, просто обязан порождать правильных героев, способных воздать преступникам, вне зависимости от того, насколько они будут стремиться уйти от ответственности.

Для первого рассмотрения предлагается остановиться на произведении “Виновнее дьявола”. Казалось бы, Шейна наняли, чтобы установить, кто украл секретную формулы краски, передав её фирме-конкуренту. Не самое трудное дело омрачается рядом смертей, виновника в которых установить легко. Только читателя интересует основной поставленный вопрос – кого следует винить в краже формулы.

Происходящее на страницах пропитано атмосферой лжи. Верить никому нельзя, поскольку каждое действующее лицо не желает быть в чём-то обвинённым, хотя грехов за всеми персонажами с избытком. Оными не обделён и Майкл Шейн, чья тяга к спиртным напиткам сразу бросается в глаза. Несмотря на это, он никогда не бывает пьян, всего лишь не пьёт ничего кроме алкоголя и кофе.

Продвижение по сюжету схоже с хронологией жизни главного героя. Читатель следует за ним всюду, видит все его действия и понимает происходящее так, как оно сразу же обрисовывается. Бретт Холлидей на оставляет неясных моментов – всякому предмету или персонажу он даёт полную характеристику, если не описывая лишнего, то отражая самые яркие внешние особенности.

Допустимо сказать, что происходящее в произведении – своего рода трэш. Жестокости хватает! Показываемый автором мир излишне мрачен и не кажется достоверным. Знакомясь с литературным трудом Холлидея читатель понимает, сцены создаются ради них самих, когда поступить можно было бы более логично и не подвергать ничью жизнью опасности.

Персонажи Бретта всегда яркие, пусть и мрачен доставшийся им для обитания мир. Они обладают положительными и отрицательными чертами, то есть являются обыкновенными людьми, без стремления к хорошему или плохому, ибо преследуют конкретные цели, добиваясь их честными и бесчестными способами. Тот же Майкл Шейн способен поступить с негативными последствиями, будто бы выгораживая себя перед обществом. Впрочем, оправдываться ни перед кем не требуется – он сам периодически становится жертвой обстоятельств, которые заранее прогнозировал и за счёт этого скорее добивался требуемых ему результатов расследования.

И кто же виновнее дьявола? Тот, кому это выгоднее. Читатель будет безусловно удивлён выводами Шейна, поскольку извлекать пользу можно разными способами, в том числе и кажущимися сомнительными, но вполне позволительными, если от этого всем станет лучше. Да, мрачный мир наполнен радужными красками человеческих желаний. Пусть кто-то тянется к выпивке, а другому приятнее время проводить в интимном увеселении, либо выбивать из седла находящихся на пике возможностей людей. Всему в конце концов будет обозначен должный финальный исход, ибо не может быть такого, чтобы главный герой произведения Бретта Холлидея не разобрался в ситуации.

» Read more

Генри Каттнер – Мистические рассказы (середина XX века)

Каттнер Злодей без лица

Ходячие мертвецы, кровожадные вампиры, ожившие мумии, матёрые садисты? Или может читатель желает чего-нибудь в духе “Скуби-ду”? Или вы устали от фантазий Говарда Лавкрафта? Тогда познакомьтесь с ещё одной гранью таланта Генри Каттнера. Может показаться, будто автором для чтения предлагается набор коротких детективных историй. Отчасти так и есть. На страницах оживают подлинные чудовища. Они вполне реальны и часто их существование не требует доказательств. Но есть у Каттнера и истинно мистические мотивы. Вниманию предложено девять историй: Бамбуковая смерть, Дьявольская езда, Тайна Кралица, Власть змеи, Кто приходит по ночам, Гробы для шестерых, Смех мёртвых, Злодей без лица, Ужас в доме. Кричать придётся!

Каттнер строит сюжет каждой истории с помощью необычных обстоятельств. Это может быть собака, через чьё тело прорастает бамбук, девушка с отрезанным языком и пропущенной вместо него уздечкой, закреплённой на шее, похороненная среди вурдалаков невеста очнувшегося после лихорадки молодого человека, рассылка по разным адресам частей человеческого тела, либо картина, ведущая в мир ужасов. Без крепких нервов за подобные сюжеты лучше не браться, особенно при объяснении автором сути рассказов, в основном обыденной: наследство, признание, положение в обществе.

Обилие приводимого Каттнером на страницах насилия поможет читателю понять творимые людьми жестокости. Была бы причина в психических отклонениях, но о ней нет речи. Действующие лица желают власти над другими, используя для этого шокирующие методы. Нужно быть одарённым человеком, чтобы догадаться совершить нечто сходное с тем, что предлагает Каттнер. Неужели он не прибегал к сторонним источникам и до всего догадывался сам? А может тому способствовала переписка с Лавкрафтом?

Оригинальность рассказов ограничивается компонентом первоначального мистического восприятия. Действующие лица всегда осознают нависшую над ними опасность, продолжая идти к неприятностям. Желание докопаться до истины приводит к ряду жертв, а после преступник изобличается или убивает узнавших правду. Поэтому концовки у Каттнера однотипные, кроме редких исключений. Тайное нашло объяснение, после чего следует завершение.

Можно смело утверждать, что в сходной манере писал рассказы классик американской литературы Эдгар По. В его произведениях такая же загадочность. Тёмные стороны человеческой души смело выворачивались наизнанку. Читателю предстояло к концу повествования узнать, к чему ведёт автор. Поэтому рассказы Генри Каттнера подойдут тем, кто желает пощекотать нервы или потревожить душу нотами живодёрства.

В действительно мистических рассказах прослеживается стремление Каттнера к отражению слабости человеческой природы перед силами загробного мира. Над людьми нависает рок необходимости смириться с неизбежным. Если живая плоть должна кормить мёртвую – значит будет кормить. Если предстоит обрести пагубное бессмертие – этого не дано избежать. Снова упоминать творчество Эдгара По не требуется – подобными словами можно охарактеризовать и его рассказы тоже.

И всё-таки мистика не воспринимается имеющей право на существование. Читатель уверен, Каттнер в очередной раз оборвал повествование на интригующем моменте, не открыв самой настоящей правды, не показав, кому выгодно было происходящее на страницах. Поскольку в действительности не существует созданий тьмы, созданных человеком для самозапугивания, и внимая рассказам Каттнера, где сущность мрачных материй объясняется человеческим стремлением к наживе, – не получается полностью поверить в мистическую составляющую. А вот чем Каттнер пугает, так это садизмом действующих лиц. От него не может не стыть кровь…

Об одном приходится сожалеть – трудно установить хронологию написания рассказов. Уж не в годы ли Второй Мировой войны они писались? Тогда об ужасах выдумок Каттнера не может быть и речи. Реальность была страшнее!

» Read more

1 2 3 6