Category Archives: Антиутопия

Курт Воннегут «Дай вам Бог здоровья, мистер Розуотер» (1965)

Казалось бы, вот она книга, вот он Воннегут, вот сюжет и вот дельные слова. Неужели дождался. Неужели прорвавшись через дебри «Бойни номер пять», да не заснув от «Колыбели для кошки», можно спокойно погрузиться и почитать что-нибудь адекватное. Радость быстро сменилась отторжением. Перед читателем вновь тот же самый Воннегут — вновь упоминание Дрездена, вновь инопланетяне с Тральфамадора, вновь восхищение выдуманным фантастом Траутом, вновь невнятная философия, снова главный герой подвержен психозам и психическим расстройствам. Зачем читателю очередной псих, так мало отличимых от всех остальных… на это Воннегут мне уже не ответит. А хотелось бы знать. В чём суть истории, где сути нет и не может быть.

Розуотер — богатый человек. Он живёт в иллюзорном мире. Он помогает людям. У него есть несколько телефонов. На телефон своего фонда помощи отвечает редко, но отвечает. Он стремится помогать всем. Он не знает цену деньгам, они для него пустое. Не такое пустое, как для окружающих. Люди видят, что нецелесообразное раскидывание деньгами — занятие плохое. Как тут не объявить Розуотера психом, тем более все предпосылки имеются. Человека, что думает о Тральфамадоре, что восхищается Траутом, что боится огня Дрездена, что мнит себя пожарником, что ставит пожарников выше всех, что готов принять апокалипсис на себя, что организует больше добровольных пожарных команд, да будет тушить мировой пожар в гордом одиночестве, призвав на помощь гениальность Траута, да жителей Тральфамадора. Этот человек не может быть адекватным, у него как минимум что-то не так с внутренним пониманием мира. Иллюзии Розуотера — иллюзии Воннегута. От стойкого убеждения в неразрывности этих двух естеств невозможно отказаться.

Воннегут категоричен. Он сравнивает США 60-ых годов с Римом времён Августа. Идёт вырождение демократии, деградирует общество и политика. Но есть одно но, в США Воннегута становится модным заканчивать жизнь самоубийством, создаются специальные заведения, помогающие людям осуществить их такое заветное желание. Прямо, как первые христиане, люди ищут спасение в смерти. Только уже не в муках за кого-то, а просто ради самих себя. За эти ли идеи так полюбился писатель советскому читателю? Розуотер даже с отцом общается только по телефону своего фонда, рассуждает о коммунизме.

Было бы до невозможного пресно, будь Воннегут последовательным и не перейдя с одной линии сюжета на другую. Отдушиной становится описание предков Розуотера, вплоть до родоначальников фамилии. Воннегут честно пытается найти корни безумия.

Плодитесь и размножайтесь Розуотеры, плодитесь и размножайтесь книги Воннегута. Вы так все похожи друг на друга.

» Read more

Станислав Лем «Эдем» (1959)

Лем в представлении не нуждается. Философ не будущего, а настоящих проблем, окутавших человека с глубокой древности. Лем смотрит своим чистым взглядом и ведает читателям свои переживания. Что могло натолкнуть Лема на написание антиутопии, я не знаю. Кто знает — выскажитесь. Творчество Лема притягивает своей глубиной и продуманностью. Никогда ещё Лем не оставлял равнодушным. Всегда с последней страницей восприятие окружающей действительности догорало окончательно. Лем может натолкнуть на нужные мысли, если попытаться осознать его произведения. Всё гораздо глубже. Всё не так-то просто.

Перед нами любимая тема научных фантастов — необъятный космос. Где-то там живут иные существа, они там просто должны жить. Редко когда обходится в тех мирах без землян, чаще всего наши с вами собратья по планете в едином порыве погружаются в пучину событий, всегда стараясь поддержать друг друга. Хоть и не в человеческой природе быть компанейским и добрым другом. Всё-таки не каждый писатель решается описывать социальные конфликты внутри группы, отходя от самого сюжета. Такой конфликт может оттолкнуть читателя в поисках иной более увлекательной литературы, где герои делают правильное дело, забыв про свою гордость, задвинув амбиции как можно глубже. Было бы так… но так не будет никогда. Единая планета не представляется возможным при современном положении дел. Государства укрупняются, потом делятся, снова укрупняются и так постоянно. При создании единого государства на планете оно не сможет просуществовать долго. Никогда. Если, конечно, в один прекрасный день планеты не станет, либо её захватят неведомые нам существа из глубин космоса.

Действие «Эдема» происходит в недалёком будущем. Космос более-менее освоен. Команда людей летит по своим делам. Её внимание привлекает чистая голубая словно сказочная планета. Дальнейшие события напоминают Планету обезьян, где люди долго не увидят ничего хорошего и право на жизнь им придёться заслужить.

Удивительно, но в книге нет имён. Людей называют по роду деятельности: физик, химик, доктор. Имена, да и сами происходящие на Эдеме события так и останутся загадкой для читателя. Группа выживает в неизвестном мире. Что творится вокруг непонятно. Цивилизация Эдема не стремится вступить в контакт. Она скорее враждебна. Не так просто понять мир, где местное население 50 веков варилось в собственном соку по своим правилам. Их нельзя осуждать с человеческой позиции. Ведь человеческие принципы могут показаться невероятной дикостью, противной всем достижениям и устоям инопланетного образа жизни. Вступить в контакт — проблема. Лем не играет с ситуацией. Он не склонен видеть мир через розовые очки. Он не наделяет инопланетян образом мыслей человека. Даже не пытается кого-то оправдать. Он просто ставит перед фактом, что жить трудно. Там где для землян антиутопия, для эдемовцев вполне может быть утопия.

» Read more

Курт Воннегут «Колыбель для кошки» (1963)

Кто-то в 3 часа ночи спит, кто-то ест, кто-то работает, а Воннегут пишет книги. Наверное страдает бессонницей, вспоминает бомбёжку Дрездена, участником которой ему довелось стать. Сильная эмоциональная травма сломала голову великого классика религиозной фантастики, придумавшего как собственную веру, собственных инопланетян, собственный мир и собственный стиль изложения. Конечно ходить вокруг да около — самое достойное занятие для писателя, только вот Воннегут не просто ходит вокруг да около, он роет окопы, укрепляет блиндаж, устанавливает пулемёт в дзоте, ждёт прилёта мощной бомбы, натянув для безопасности противогаз. Сделав всё вышеописанное вокруг да около своего стола, превратив дом в руины и уподобившись Диогену стал наконец-то вещать из бочки. При этом Воннегут обо всём этом обязательно напишет в начале книги. Должен же читатель знать о побудивших его мотивах. Может и не поймёт ничего. Всё мы прекрасно поняли и в этот раз. Мало вам было Дрездена, вы решили мир окончательно угробить своими предсказаниями конца света.

Всё бы ничего. Есть у Воннегута действительно умные мысли. Правда их надо откапывать. И не сапёрной лопаткой. Надо выходить в поле с землеройной машиной и уподобиться золотоискателю. Найдёте — почувствуете удовлетворение. Не найдёте — хоть прикоснулись к нетленному творению. Обязательно свяжите для знакомой вам кошки колыбель. Плести такие колыбели любили все создателя малых и больших бомб. Это их отвлекало и настраивало на нерабочий лад. Бомба подождёт, надо же колыбель для кошки делать. Очень полезное для общества занятие. Ещё и зарплату платят.

Ничего не буду говорить о сюжете. Для этого его наверное для начала надо было найти. Я не нашёл. Я читал и перечитывал. Все глаза проглядел. Где же та крупица смысла. Не знаю. Ласково вспоминаю «Чёрный дождь» Ибусэ Масудзи. Человек пережил не абы какую бомбардировку, а первую атомную. И не поехала ведь у него крыша.

» Read more

Курт Воннегут «Бойня номер пять» (1969)

Шляхьтхоф фюнф. Бойня пять. Скотобойня. И никакого крестового похода детей. Воннегут, конечно, прав насчёт детей, но эти дети попали туда куда шли, были захвачены в плен и чуть не погибли под налётом бомбардировщиков на Дрезден. Название к книге имеет такое же отношение, как ёлка к загадке о вечнозелёном дереве. Она как бы подразумевается, но разгадка может заключаться и в другом. Например, почему бы этим не может оказаться покрашенная скамейка в парке. Она тоже вечнозелёного цвета. А суть уже не та. Так и Воннегут. Ремарк раскрыл тему задолго до него, поэтому Курт слишком уж нафантазировал.

Книга писалась не для землях, а для жителей Тральфамадора. Именно их книги представляют собой не повествование с сюжетом, а бытие в прошлом, настоящем и будущем одновременно. «Бойня номер пять» Воннегута удовлетворяет всем этим требованиям. Нам её не понять, а вот им очень даже понять. Постоянные прыжки героя из прошлого в будущее и снова в настоящее. Он знает всю свою жизнь наперёд. Это его не тяготит. Он просто раз за разом ощущает дежавю.

» Read more

Станислав Лем «Футурологический конгресс» (1971)

Такой разный Лем. Вот он безумно нравится, вот он в виде фонтана идей, вот он предстаёт перед нами порой уж слишком в фантастических рассказах о далёком будущем, а порой и о глубоком-глубоком прошлом, повествующий о галактиках и вселенных, существовавших задолго до нашего мира. Что-то сердце с радостью принимает, глаза с удовольствием скользят по строчкам, а уши воспринимают благословенное звучание. Со звучанием, кстати, не повезло! Человек читал под музыка, да в некоторых моментах была очень трудно разобраться в словах, проносившихся мимо уха быстрее скорости звука.

Основу сборника, конечно, составляет «Футурологический конгресс». Учёные собираются на конгресс о будущем, над ними проводят опыт. И вот главный герой погружается в галлюцинации, он не может отделить явь от вымысла. Дай Лем ему какое угодно имя, то сошло бы за чистую монету, но героя он назвал Ийоном Тихим… и он наверное был тёзкой-однофамильцем того создателя Вселенной, о котором Лем рассказывает в его похождениях. О создании Вселенной Лем говорит часто и под разными соусами. Была ли у него концепция для создания мира или он просто писал с юмором и более ничем примечательным для фантастики не остался? Наверное.

Важное место, по крайней мере для меня, в сборник занял рассказ «Существуете ли вы, мистер Джонс». Очень примечателен в плане роботехники и развития медицины в будущем. Этическая проблема ставится Лемом однозначно — если заметить всё содержимое человека искусственными органами, то останется ли он человеком, будет ли принят обществом, сможет ли отстоять свою честь в суде.

Более ничего не понравилось. Разочарован.

» Read more

Джон Уиндем «День триффидов» (1951)

Кто был первым, что предрёк конец света в виде тотальной слепоты всего населения планеты? Наверное им был Уиндэм, написавший в 1951 году бесподобный «День триффидов». Безусловно он опирался на рассказ Герберта Уэллса «Страна слепых», но там не было всеобщего охвата проблемы, там как и в «Путешествиях Гулливера» была локальная страна со своими проблемами в виде, допустим, наличия бессмертных, но только слепых. Про Сарамаго и его «Слепоту» от 1995 года лучше не вспоминать. Он хорошо прошёлся по следам Уиндэма, выкинув из своей книги плотоядные растения, умолчав о причинах бедствия, оставляя на воображение читателя причины неизвестного до сей поры недуга, поражающего постепенно всех людей как вирусное заболевание. У него был только один зрячий персонаж, опять же по загадочной причине.

Вы бы удивились, узнав о существовании живых растений, имеющих ноги и способных передвигаться по поверхности Земли не хуже любого другого сухопутного существа? Выжимка из этого растения очень полезна для человеческого организма, но разведение крайне опасно. Сей цветок может смертельно вас ужалить. Их, словно индейцев, сгоняют в резервации, где обрубают жало и дают цвести дальше. В один прекрасный день люди слепнут, может это русский спутник подвергся атаке астероидов из хвоста пролетавшей мимо кометы, может просто сама комета обладала вредным излучением для глаз, но факт остаётся фактом — к утру все, кто смотрел на очередной циклический пролёт подобия Леонид с небесного объекта 55P/Темпеля-Туттля, ослепли. Пропустившим сиё событие счастливчикам теперь предстоит ставить ход жизни на новый лад, пренебрегая моралью, религией и простыми человеческими ценностями. Спасать слепых или спасать себя? Пока никто не задумывается о триффидах, вышедших из резерваций за пропитанием… но скоро задумаются.

Лично я в восторге!

» Read more

Герберт Уэллс «Война миров» (1898)

_Классика. Прообраз всех будущих войн. Уэллс как в Темзу глядел с Тауэрского моста. Допустить саму возможность вторжения на Землю в 19 веке ещё возможно, но продумать физиологию марсиан до таких тонкостей! Это надо было иметь очень большую долю фантазии. Герой книги простой парень, волей судьбы попавший в эпицентр первого отряда вторжения. На его глазах развивается будущая внеземная цивилизация на нашей планете, выползает из зоны падения и приступает к тотальному геноциду землян. Впрочем был ли геноцид, скорее и не было даже желания кого-то захватить и поработить. Нет, не исключаю возможность постройки на Земле гигантских донорских плантаций для питания инопланетян отборной кровью. Но может просто на Марсе еда закончилась, либо марсиане просто поохотиться прилетели. Или просто так на разведку. Земляне же не стали оказывать гостеприимства, а сразу жахнули из всех орудий. Увидев же тщетность своих попыток, приуныли. Эко как при монголах, вся Европа погрузилась в страх, но в такой ситуации прижухли и сами монголы, и весь остальной мир, ожидая расширения экспансии неведомых существ в другие уголки планеты. Наверное так исторически сложилось, что с 9 века все экспансии на честной мир проводят с острова Великобритания. Датчанами ли, британцами ли, подданными короны Объединённых королевств ли, инопланетянами ли, избравшими своей базой ведущее государство Земли того времени.

Сюжет книги известен многим, если уж кто не читал, то фильм Стивена Спилберга смотрел точно. Действие там происходит в наши дни, приукрашено несколько другим соусом во имя смотрибельности, но общая концепция фильма сохранена, правда без объяснений тех или иных особенностей действий марсиан. В книге это всё объясняется. Уэллс вообще не склонен что-то скрывать от читателя, коли даже физиологию марсиан описывает, а не представляет нам лишь тот обрубок щупальца, выпавший из их треножника в конце фильма.

Не зря книга названа Войной миров. Воюют не только люди с марсианами, воюют растения и даже микробы между собой. Остаётся радоваться отсутствию тараканов на кораблях марсиан, а то нам мало бы не показалось. Может у них были бы более зверские чем наши рыжие усатые товарищи, покорившие до марсиан весь мир. Уэллс ловко намекает на необходимость присутствия какого-либо зла на Земле. Свято место пусто не бывает — гласит известная поговорка. Устраняя одну проблему, мы сталкиваемся с новой, ловко втиснувшейся в это самое пустое место. Не кляните судьбу когда болеете простудным заболеванием, это ведь вам не просто так даётся сверху, это зарядка для вашего иммунитета, обязанного хотя бы раз в год сталкиваться с респираторикой для проверки своих способностей. Антибиотики, конечно, разрушают наш организм, и зря многие пичкают ими себя при любом удобном случае, даже при простом вирусном заболевании, особенно с детства, это капитально губит способности иммунитета к самостоятельности, да и привыкание никто не отменял. Может зря мы боремся с Гриппом? Аки придёт на его место болезнь пострашнее… и пока наши коррумпированные и до жути жадные фармацевтические концерны что-либо изобретут, то лечить уже станет некого. А там ещё и авторское право вмешается… и выживут только богатые. Впрочем, я ушёл в сторону.

Книга мне понравилась. Только вот также ли она бедна на литературный слог в оригинале как в доставшемся мне переводе? Словно ребёнок писал, знающий от силы 1000 слов на родном языке.

» Read more

Франц Кафка «Процесс» (1918)

После обескураживающего Замка я с опаской брался за следующую книгу Кафки. Кто знает, может он будет таким же отвратным как Сэлинджер, но оказалось, что ситуация не настолько критичная. В более ранней книге, нежели Замок, Кафка более лаконичен и не ездит по ушам читателя старым железным утюгом, нагревающего с помощью заранее закинутых в его жерло раскалённых углей. Всё гораздо лучше и ближе, что несомненно обрадовало.
В угол проблемы вновь поставлен абсурдизм, а что может быть абсурднее суда? Да пожалуй ничего. Читая Кафку, непременно убеждаешься в беспросветности этой ветви власти, где никто толком не знает всей сути происходящего и занимающиеся этим абы как лишь бы было чем заняться. Краеугольные камни системы — это судьи и адвокаты, без которых в данном деле никуда. А если без них, то дело вообще труба.

Главному герою что-то вменяют, он и сам не знает что. Но собирается до конца разобраться в этом деле. Но так ли легко это сделать, если даже здание суда располагается в чёрт-знает-где. Сам судья себе-на-уме. Нанятый адвокат себе-на-уме. И все другие действующие лица себе-на-уме. Кафка не изменяет своему стилю и рисует картины не хуже Пикассо, вычерчивая окружающий мир следуя одним ему понятным мотивам. Одним словом, Алиса-в-стране-чудес повзрослела и вместо поедания грибов теперь решила судиться не с картами, а с настоящими профи.

Читать порой смешно, а порой и грустно. И финал какой-то беспросветный, впрочем это же Кафка.

» Read more

1 2 3