Метка: драматургия

Долгий путь в качестве театрального деятеля подходил к концу. Сколько бы не трудился Островский над пьесами, когда-нибудь предстояло поставить последнюю точку. У него имелось несколько очень хороших произведений, благодаря которым его принято считать за одного из лучших драматургов в России. Так уж сложилось, что театр более ассоциируется именно с Островским. При нём он принял тот вид, к которому не смогли привести его Сумароков и Княжнин. И выше которого не смогли стать ни Чехов, ни плеяда советских авторов. Но это всё чрезмерно громко звучит. На деле творческий путь Островского нужно понимать за самобытный, исходивший из проблематики становления человеческих устремлений в жажде добиться положения в обществе, используя самые низменные способы. Не нужно забывать, из каких условий поднимались его пьесы, воспитанные на сложившихся при царе Николае порядках, пусть и мало с ним связанных, но именно тогда общество заполонили хваты всех мастей. Поэтому пьеса «Не от мира сего» стала завершением для произведений, основанных на данной проблематике.

Зритель знал, Островский писал произведение ради одного человека, которому полагалось исполнить главную роль. Почему именно так? Ведь особого значения тот человек не имел для Александра. Она исполнила главную роль в предпоследней пьесе, теперь ей же предстояло исполнить ведущую партию и сейчас. Звали её — Полина Стрепетова, и по возрасту она подходила на роль матери из «Без вины виноватые». Но как следовало принять теперь? Когда полагалось исполнить роль матроны, чьё здоровье оставляет желать лучшего, а нрав настолько тяжёл, что рядом с нею не всякий согласится находиться рядом. Казалось, такую роль нельзя была отводить под данную актрису. Но раз пьеса «Не от мира сего» задумывалась под бенефис Стрепетовой, и поскольку Островский обязался сделать для неё ещё одну роль, дописывать её Александру всё же пришлось, невзирая на обострение проблем со здоровьем.

Именно из-за плохого самочувствия у самого Островского, пьеса получилась без изысков. Зритель видел, как некая матрона, всеми уже заживо похороненная, неожиданно приехала с лечения домой. Зачем это ей понадобилось? Никто не мог того понять. Решили спросить у мужа, он в той же мере не имеет представления. Окажется, донесли до матроны неприятные известия о финансовых проблемах у мужа, чьи растраты превысили имевшийся у него капитал. Желая разобраться с этим, матрона едет домой. Далее зрителю предстояло увидеть подлинную тяжесть её взглядов, словно окостеневших на протяжении последних сорока лет. Оттого Стрепетова, будучи ещё не перешагнувшей тридцатипятилетний рубеж, не казалась за способную органично смотреться в данной роли. Впечатление усиливалось, стоило матроне со сцены проявить жестокий нрав по отношению к собственным детям, должным смотреть родителю в рот, ни в чём не думая противоречить. Прямо не современная зрителю матрона, а разудалая помещица, привыкшая изводить крепостных до полусмерти.

В качестве дополнительной проблематики Островский как раз и ввёл мнение матроны о детях. Неважно, насколько они уже взрослые, каким образом эмансипированы от материнского влияния, дочь не может распоряжаться доверенным ей имуществом, ежели против того выступит мать. На каком основании вообще дочь собралась отписать имущество мужу? Да хоть будь она смертельно больная — не должна посметь пойти против воли матери.

Может пьеса «Не от мира сего» не стала достойным трудом, завершающим литературный путь Александра Островского. Он такой цели после 1883 года мог уже не ставить, заслуживший от царя Александра Александровича солидное пенсионное обеспечение.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Источник проблем — сам человек. Сколько бы он не имел желания жить иначе, неизменно будет наступать на им же расставленные грабли. Иначе у людей не получается, пусть и стремятся они своими действиями добиться более лучшего. Увы, никуда не денешься от знаменитой на весь мир фразы — «благими намерениями вымощена дорога в ад», понимаемой под разными видами, вроде «ад полон добрыми намерениями и желаниями» и в прочих коннотациях. На этой основе можно написать огромное количество литературных произведений, создавая драматическую основу буквально из ничего. В некоторых жанрах искусства к такому ходу обращаются постоянно. Что касается Островского, несколько лет он вынашивал планы по написанию пьесы о женщине, рано потерявшей ребёнка, продолжающую жить с ощущением свершившейся утраты. Это чувство будет терзать её на протяжении последующих семнадцати лет. А раз случилось такое горе, зритель должен с первого акта догадаться, к чему именно должно подойти действие.

Сам Островский считал — им создано поистине оригинальное произведение, ничуть не хуже какого-либо прежде написанного. Драматургия повествования возведена на высший уровень. Правда, читатель пьесы стремился припомнить нечто из Карамзина, приверженца сентиментальной прозы. И современный Островскому зритель вероятно припоминал нечто схожее. Что уж говорить про зрителя из будущих веков, ставшего свидетелем самых разных мелодрам, где поиск утерянных родственников приобретал поистине эпические масштабы. Но у Александра всё гораздо проще и короче. Несчастная мать давно могла обрести счастье, открыто объявив о собственном горе. Да в силу очевидных причин она не может поступать открыто. Даже приехав в родной для неё город, она остаётся неизвестной для окружающих. В ней мало кто признает ту девушку, некогда тут проживавшую. Теперь же, спустя столько лет, не признают и даже самые близкие. Только проблему требовалось решить, для чего Островский начинал давать зрителю намёки.

Что делал зритель? Он видел суть заявленной проблемы. Видел и действующих лиц, изначально присутствующих в пьесе словно бы без полагающихся тому объяснений. Каждому из них найдётся своё место в необходимый для того момент. Даже искомого персонажа зритель обнаружит на сцене задолго до того, как на то станет намекать автор. Отчего тогда слепы окружающие его люди? Островский позволил всем забыться, потому как хронометраж пьесы не предполагал скорого завершения. Мать будет продолжать горевать по утраченному дитя, отец — валять дурака, тогда как сын — словно тургеневский Рудин — полезет на баррикады, обвиняя всех матерей мира, посмевших бросать своих детей. Происходящее настолько прозрачно, вследствие чего, по окончанию представления, зритель, вместо аплодисментов, скажет: «Наконец-то!»

Остаётся предполагать, именно по данной причине Островский писал пьесу несколько лет. Требовалось отобразить на сцене элементы поиска, словно бы мать мимоходом вспомнила о некогда случившейся трагедии. Никто не мог знать, жив ли в действительности её сын. Всё-таки семнадцать лет до того она горела жаром, не способная ни к чему, тогда как ей сообщили о смерти ребёнка. Она, не удостоверившись в действительности случившегося, предпочла уехать и более назад не возвращаться. Отчего судьба толком не сложилась — не столь важно. Пусть мать вернётся, начнёт искать, и будет раз за разом наталкиваться на противоречивую информацию. Так жив сын? Или действительно умер? Зритель уже уверился — всё вскоре станет известно.

В том и основной укор Островскому — чрезмерная явность им рассказанной истории. Однако, поступи Александр иначе, его бы укорили в размытости сюжета. То есть заявленная тема оказалась хоть и примечательной для автора, но излишне простой по своему завершению.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Красота — защитный механизм, способствующий выживанию. Но в человеческом обществе это не всегда так. Одно дело, если красотою наделена женщина, либо женщина умеет сделать так, чтобы её воспринимали наделённой красотой. Другое, когда в красивом обличье предстаёт мужчина. Тогда механизм работает в извращённом его понимании, если мужчина начинает действовать от противного. Конечно, и женщина за счёт красоты добивается нужного сугубо ей, но это не воспринимается с тем же осуждением, если на такую же роль начинает претендовать мужчина. У Островского как раз так и происходит. Александр взялся рассказать про человека, зарабатывающего на жизнь с помощью красоты, пользуясь только себе во благо, оставляя влюблённых в него женщин у разбитого корыта. И пусть читатель опять возразит: так ведь и красивые женщины поступают аналогичным образом. Что же тут сказать в ответ? Женщина в таком случае ведёт себя как женщина, и мужчина ведёт себя так же — как женщина.

Воспринимать пьесу можно с осознанием горькой иронии над обществом. В какой-то мере допускается посмеяться над человеческой наивностью. Можно укорить Островского в воссоздании картонных ситуаций, в которые невозможно поверить. Однако, понимая жизнь в её многообразии, видишь, сколь человек склонен к стремлению закрывать глаза на происходящее. Кто-то скажет, сколь глупа героиня, доверившая свои накопления и имущество мужчине, свято уверовав во взаимные любовные чувства. Как она не замечает его образа жизни? Он ведь бездарно тратит её состояние, к тому же за бесценок распродаёт её имущество. Невозможно такое в жизни — скажет зритель. Нельзя быть настолько наивной. Островский усилил эффект доверчивости, прямо сообщая героине о с ней происходящем. Верит ли женщина? Нет. Она продолжает оставаться в уверенности — муж поступает во благо. И все его оправдания она примет за чистые помыслы. У зрителя просто не остаётся сил внимать такой глупости. А где-то в кресле, среди прочих зрителей, сидела женщина, начинавшая понимать нечто сходное с тем, как с нею обращается её благоверный. Значит, Островский нашёл способ сказать именно таким зрительницам о необходимости переосмыслить понимание с ними происходящего.

Проблематика пьесы сохраняется пригодной лишь для времени её написания, если говорить о происходящем далее. Это в последующие столетия не будет затруднением связывать жизнь с женщинами официально, после добиваясь развода, чтобы продолжить искать новую жертву. Прежде приходилось идти через измену. Причём изменить должна женщина, что даст мужчине право развестись, иначе он более не сможет жениться. Но одно дело найти наивную женщину, другое — наивного мужчину, кому ничего с этого не будет. В данной части Островский предпочёл развеселить зрителя комедийными представлениями, поскольку соперник для красавца попадётся из достойных (в хорошем понимании этого слова). И все последовавшие затем события, вроде сцен ловли на живца, должны изрядно повеселить зрителя.

Что следует сказать по прочтению пьесы? Достоин ли «красавец мужчина» осуждения? В той же мере, как многие из героев иных пьес у Островского. В отличии от остальных, «красавец мужчина» не искал чужого наследства, он скорее пытался войти в доверие к располагающим оным женщинам, за счёт своей внешности и обаяния получая возможность им распоряжаться, ни в коем разе не задумываясь об укорочении чьей-то жизни. Островский так за него и сказал — не его вина, ежели он столь красив, и оттого иначе ему не суждено находить средства к существованию. Потому и приходится говорить об осознании пьесы в виде горькой иронии над обществом.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

А не рассказать ли театральному зрителю о театральной жизни? Пусть зритель почувствует полное присутствие. Перед ним не актёры на сцене, а люди, исполняющие роли актёров. Не все из них. Обыкновенных людей пусть играют актёры, тогда как актёров — обыкновенные люди. А добавь Островский иммерсивности, пьеса могла заиграть совсем уж необычными красками, когда случайные зрители поднимались на сцену, отыгрывали роль и возвращались обратно. Но такое не требовалось. Александр рассказывал в присущем ему духе, желая показать один из элементов театральной жизни, связанный с заинтересованностью меценатов. То есть перед зрителем разыгрывалось действие, когда, наделённый богатством, предприимчивый человек решает повлиять на театральное представление, полностью его выкупая, самостоятельно устанавливая цену на билеты, извлекая ту прибыль, которая ему потребуется. На фоне этого развиваются прочие страсти. Не сказать, чтобы они были способны заинтересовать зрителя, вследствие явной их незамысловатости.

Что происходит? Ведущая актриса в разладе со всеми и с собой. Её снимают с представления, которое должно было стать её бенефисом. Спасти положение сможет человек, согласный оплатить представление. Так актриса получит не только роль, но и полагающуюся по части бенефиса солидную сумму. Согласится ли она с таким предложением? Учитывая, что актёры зарабатывают на жизнь устроением представлений, актриса отказываться не станет. Всему этому должен будет внимать зритель, на собственный лад трактуя происходящее. Если всё прочее убрать из предложенной Островским истории — ничего не останется. Пьеса по внутреннему содержанию пуста. Не спасают её ни театральные обстоятельства, ни любовная составляющая.

Читатель обязательно возразит, указав на успешность пьесы. Она всегда где-то и в меру успешно ставится, поныне не сходя со сцены. Пьеса прекрасна ещё и за счёт той самой незамысловатости сюжета. Её можно видоизменять под реалии любого времени. В содержании нет тем, привязывающих к конкретным историческим реалиям. Не так сложно изобразить театральное действие, когда актриса вступает в разлад со всеми, вынужденная претерпевать лишения, и как её проблемы решается устранить почитатель творчества, через денежные вливания устраняя любые разногласия. Другое дело, насколько зритель готов ходить на такого рода постановку. Разве лишь с целью понять, чем продолжает жить театр. Особенно в свете того, когда о современном положении доносится с помощью пьесы Островского.

И всё же пьеса обязательно будет подвергаться видоизменениям. Нельзя её ставить, не внося коррективы. Что внимать про актрису прошлых веков, от которой требуют проявления внимания, угрожая в прочем случае отстранить от участия в представлении. Декорации обязаны соответствовать реалиям современного для зрителя дня. Человеческие устремления актёров остаются точно теми же. И в некоторых случаях точно такими же, как у представленной вниманию главной героини. Она не против исполнять роли, но если появится возможность обустроить жизнь гораздо лучше, то обязательно распрощается с театром. Надо ли объяснять, какой выбор сделает такая актриса, получив благосклонность от богатого человека?

Впрочем, Островский не до конца рассказал историю. Самое важное останется за занавесом. Зритель сам додумает, какой выбор сделает главная героиня. Увлечение поклонников — вещь не являющаяся постоянной, и её обязательно нужно пользовать в положенный срок. Перефразируя Островского даже можно сказать: зрителю полагается не о любви действующих лиц судачить, а рассуждать абсолютно обо всём, к чему у него появится желание. Данная пьеса к тому и должна располагать. Иначе сложно понять, к чему зритель пошёл смотреть на представление, где ему ничего толком не показали.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Есть пьесы, которые пишутся не для театра. Вполне очевидно, лучше их воспринимать за киносценарий. Собственно, когда Александр Штейн получил Сталинскую премию за «Флаг адмирала», пошли разговоры об экранизации. Как результат, через несколько лет будут выпущены на экран два дополняющих друг друга фильма — «Адмирал Ушаков» и «Корабли штурмуют бастионы». Но у зрителя возникал вопрос, поскольку вторым сценаристом был Анатолий Виноградов, трагически погибший в 1946 году. Или Виноградов был автором идеи, тогда как Штейн её довёл до реализации? Как бы оно не являлось на деле, непосредственно Александр Штейн — человек, близкий к морю, в годы войны проходил службу на Балтийском флоте. Написать пьесу об Ушакове — достойная цель любого, кто любит уделять внимание примечательным эпизодам истории. И пусть ряд сцен Штейн выдумал, «Флаг адмирала» вышел весьма духоподъёмным произведением.

Рассказываемая история начинается с назначения Ушакова на строительство кораблей в Херсоне, в совсем недавно отвоёванных у Турции землях близ Чёрного моря. В городе бушевала чума, поэтому Штейн показал первый геройский поступок флотоводца, велевшего забыть про опасность погибнуть от заболевания, приказав соблюдать строгие меры предосторожности. Второй важный поступок — наведение порядка среди местных жителей, готовых в панике бежать из заражённого города. После описывается ещё много поступков Ушакова, в результате которых по итогу ему всё равно предстоит уступить дворцовым интригам. Не один правитель сменится за время его службы, постоянно к нему будут предъявляться требования, и, лишь благодаря одерживаемым на море победам, Ушаков сможет защищать честь своего имени. Штейн даже вложил в уста Потёмкина слова, что неважно, какого мнения Ушаков о нём самом, пока он столь блестяще воюет, ему всё будет прощено.

Довольно приятно следить за действиями Ушакова. Он показан с высоты мнения, когда неважно, кто и чем занимается, тогда как для него главнее всего — величие Отечества. Ни цари его не интересуют, ни чины из адмиралтейства, Ушаков ратует за простой народ. И читатель сразу вспоминает «Бориса Годунова» за авторством Пушкина, где по мнению советских исследователей именно народу отводилась главная роль. У Штейна народ всегда присутствует на фоне развивающихся действий. Именно простые люди совершают самые геройские поступки, желая всё того же — величия Отечества. Кто бросается под пули, спасая от гибели самого Ушакова, либо отказывается от прежних идеалов, когда готов был пойти против царской власти, зато теперь готовый положить жизнь, хотя не за них, а именно как за Отечество.

Посчитал Штейн за нужное показать разность в подходе к миропониманию у России и у западных стран. Эта тема стала остро значимой сразу по окончанию войны. А тут — при Ушакове — Россия частью времени в союзе с Британией. И, как всегда происходит, Британия не исполняет союзнических обязательств, если ей это не идёт на пользу. Британия может поступить себе во вред, только бы ещё больший урон понесли её же союзники. Всё это демонстрируется в произведении, когда будто бы происходит встреча между Ушаковым и Нельсоном. Ушаков прямо обвиняет Нельсона в совершаемых злодеяниях, когда Британия подзуживала казнить людей, пошедших с нею на мирное соглашение, или когда британский флот позволял французам маневрировать, чтобы не позволить русской армии одерживать победы на севере Италии.

Получается, Александр Штейн написал пьесу, пропитанную советским взглядом на действительность, который содержал всё то, к чему русские люди стремились до и после, и отразил обстановку в западном мире такой, какая остаётся неизменной на протяжении долгих веков.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Что не скажи про Анатолия Сурова, сразу припомнят отношение к нему в Советском Союзе. Верха — относились хорошо. Низы — отказывали ему в праве на литературное признание. Есть устойчивое мнение: Суров за жизнь не написал ни строчки. Однако, как бы оно не было на деле, фактически автором пьесы «Рассвет над Москвой» является именно он. И Сталинскую премию за произведение никто у него не оспорил. А раз перед читателем не стоит задача по установлению авторства, то можно вовсе рассмотреть пьесу с нейтральных позиций.

Какая основная проблема затронута в пьесе? Массовое производство однотипных вещей. Данная проблема, несмотря на желание её изжить, сохранится до распада государства. Не было приложено всех к тому полагающихся стараний. Главное — народ обут и одет, располагает всем ему потребным для существования. Зачем тогда создавать лишние затруднения? Вполне окажется, что одного цвета товары будут пылиться, другого — наметится нехватка. Пойдёт перекос потребительского запроса. И даже возникнет конкуренция среди предприятий, направленная не на общее количество произведённого продукта, а на его разнообразие и, может быть, качество. Это всё станет ясно потом. Пока же следовало говорить о сложившейся ситуации, когда массовое производство не удовлетворяет эстетическим чувствам советского гражданина.

Для примера взята фабрика «Москвичка», лидер по производству. Партия должна быть довольна результатами её труда. Объём продукции растёт с каждым годом. Ни одно другое предприятие не способно сравниться с данной фабрикой. Но в том-то и проблема. Людям не нравятся производимые на фабрике ткани. Может когда-то нравились, теперь — приелись. Что стоит разнообразить? Например, добавить интересные рисунки. На этом в пьесе построено развитие основных драматических событий.

Сама фабрика — длительно существующее предприятие, функционирующее с царских времён. Ещё при царе ею владели три поколения одной семьи, теперь они исполняют обязанности управленцев. Перед читателем представлены последние из них: Агриппина Семёновна — уже отошедшая от дел, Капитолина Андреевна — директор, Саня Солнцева — только устроившаяся на производство сотрудница. Между ними редко возникает согласие. Вернее, старшее поколение смотрит с неодобрением на происходящее, тогда как самое молодое — горит новаторскими идеями. При этом они не могут сломить авторитет директора, не считающего нужным вносить изменения в отлаженный механизм. Это можно назвать конфликтом поколений. И будь описываемое действие в предвоенное время, никто бы слова не произнёс против. Но Сталин сказал — советские женщины должны одеваться во всё лучшее, они должны быть самими красивыми в мире. А раз так, тогда непонятно, почему Капитолина Андреевна его не услышала. Значит, не она одна. И дабы донести до населения это наглядно, была написана пьеса «Рассвет над Москвой».

Действующими лицами высказывается идея поточного производства. Каким будет продукт, должны решать не директора. То есть на конечный продукт могут влиять едва ли не все. Вполне очевидно, сами работники предприятия. Кроме них, покупатели. И не только! Поточное производство — оно же конвейер, должно включать сами производственные мощности, и в него следует включить профессии, не участвующие в создании продукции. В том числе необходимо прислушаться к мнению животноводов и аграриев, из результата чьего труда будут созданы ткани. Хорошо бы, стань частью такого конвейера учителя, обучающие тех же мастеров для производства, и всех прочих причастных. Проще говоря, это и является коммунизмом, достижения которого советские граждане так желали достичь.

К какому мнению придут действующие лица? О необходимости следовать наставлениям товарища Сталина.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Отношения России с Турцией всегда были натянутыми. Не перечислить количества русско-турецких войн, случившихся на протяжении последних веков. Очередной виток обострения пришёлся на окончание Второй Мировой войны. Но и после распада Османской империи имелись разногласия. В частности Советский Союз претендовал на обширные земли турецкого государства, некогда относившиеся к грузинским и армянским государственным образованиям, но и к части собственных российских владений по результатам послевоенных мирных соглашений. А кто о том сможет рассказать лучше других? Ило Мосашвили посчитал, что он — как грузин — может написать правдивую пьесу о положении своего народа в пределах турецкого государства, в котором, под воздействием от проводимой политики в лице США, возникли очаги разногласия.

Описываемый период — время после Гражданской войны. Стоило Грузии выразить согласие стать частью государства большевиков, как последовала реакция со стороны властей Турции. Исторически сложилось так, что грузины жили не только в приграничных областях. Да и образ существования Османской империи всегда заключался в привлечении людей из других государств. Иностранные специалисты чаще прочего служили в армии. Имелось много грузин и среди янычар. Теперь же, одномоментно, в 1921 году таких грузин перестали считать за людей. Неважно, имели ли они контакты с большевиками: все подверглись гонениям. Например, моряков могли снимать с кораблей по всему миру, ставя их на положение нуждающихся. Гораздо хуже складывалась ситуация в самой Турции.

О чём именно рассказывает Мосашвили? Об уничтожении всего, связанного с Грузией. Уничтожались храмы, камни которых вывозили в море, где топили. Турки словно хотели стереть любую память о грузинах. Неважно, кем они были прежде, насколько они достойны быть представленными среди прочих народов. Но Ило указывает, с чьей подачи это совершалось. На деле получалось так, будто Турции вовсе не было. Вместо турецкого государства — США. Американские военные находились на турецких землях, считая их за свои. Мосашвили так и говорит за американцев — нет никакой русско-турецкой границы, теперь это граница между Россией и США. Сама жизнь в Турции изменялась в угоду сугубо американцам. Товары из США вымещали местное производство. И был бы разговор о лучшем качестве. Наоборот, в американских сигаретах могла быть капуста, но никак не табак.

К тому Мосашвили и подводил свой рассказ. Неважно, как к грузинам относились в Турции. Нужно вообще забыть о турецких предпочтениях. Не турки высказывали мнение о необходимости уничтожать грузинские культурные свидетельства, и не они испытывали ненависть к грузинскому народу. Скорее нужно говорить, как их к тому побуждали американцы. А ещё лучше сказать, насколько американцам безразличны абсолютно все, кроме них самих, поскольку они не нуждаются в тех, кто не будет удовлетворять их интересам. То есть получи они контроль над Грузией, статус грузин в мире сразу изменится на положительный. Да вот грузины будут ими столь же презираемы, как в описываемой Ило ситуации — оказывались презираемы и сами турки.

Кажется, Мосашвили написал пьесу о конкретном времени. Если же задуматься, его произведение останется современным до той поры, пока будут существовать США. История презрения к грузинам в чётко обозначенный период, лишь способ отразить вариант развития событий. Читатель волен усомниться, увидев частный случай, не применимый к другим ситуациям, даже воспринимаемым за аналогичные. Вполне может быть и так. Но это ровно до той поры, пока читателю не доведётся жить в стране, с которой произойдёт нечто подобное.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Давайте пройдёмся кратко по драматургическим изысканиям Мережковского. Стоит ли некоторые из них упоминать? Например, сохранился короткий отрывок из двух актов пьесы «Мессалина» (1881), один акт пьесы «Сакунтала» (1886), короткий драматический этюд в стихах «Митридан и Натан» (начало 1880-ых), драма без названия (середина 1910-ых). О прочих нужно сказать чуть подробнее.

В 1886 году Дмитрий пишет «Осень». При жизни публикации не состоялось. Проблематика в произведении отсутствовала, разве только понимаемая в качестве любовного треугольника. Женщины говорят о любви, мужчины — о политике. Драматическая составляющая всё же имелась — молодым свойственно принимать страдания за любовь.

В 1887 году — стихотворная драма «Сильвио», позднее опубликованная в немного сокращённом варианте под названием «Возвращение к природе», основанная на одной из пьес Кальдерона. Писать подобное было довольно опасно, учитывая сюжет, согласно которому царского сына малюткой отдают на воспитание в дикие места, потом дают ему понимание возвращения к власти, её снова отбирая, после чего царский сын начинает войну против отца. То есть, по сути, революционный бунт. В итоге сын становится властителем по праву силы, а не согласно принципа наследования.

В 1892 году — драма «Гроза прошла», первоначально задуманная под названием «Писатель»: о литературном процессе. Больной чахоткой писатель, до того остававшийся невостребованным, не испытывает светлых надежд на будущее. Впереди его ждёт разве только смерть и забвение. Если бы не жена, так тому и быть. Но жена совершает поступок ради мужа, раздобыв требуемые деньги. Жизнь налаживается. Писатель основывает журнал. Теперь уже он отказывает другим в праве на публикацию. Жена не понимает мужа. Почему он не желает помогать бедствующим литераторам, придумывая для того отговорки в виде принципов? И решает ему сознаться: деньги получила за оказание интимных услуг. И далее развивается драма, как оскорблённый этим поступком жены, писатель готов от неё отказаться, а после и от некогда взятых ею денег.

Совместно с Гиппиус и Философовым в 1907 году написан «Маков цвет». Нетипичное для Мережковского произведение, оттого крайне трудно читаемое. Повествование касалось событий 1905 года, в одном из действий упоминается сражение под Мукденом. К 1913-14 относится драма «Будет радость» — столь же тяжелая для чтения. Ничуть не лучше, написанная в 1914 драма «Романтики». Современники назвали её скучной, скучнейшей и снова скучной. Может это связано с тем, как трудно было перестроиться под быстро меняющиеся реалии XX века, желая писать не о прошлом, а про настоящее.

К 1916-19 относят создание инсценировки «Юлиан-отступник», при жизни Мережковского не публиковавшейся. К 1918-19 относят инсценировку по другому произведению того же цикла — «Царевич Алексей», в 1919 году поставленную на сцене.

К 1930 году Мережковский написал по заказу киносценарий «Борис Годунов», взяв за основу сцены из произведений Пушкина и А. К. Толстого, составив по сути пьесу, следя за развитием которой читатель разве только и видел развитие событий, приведших к началу Смутного времени. В промежутке до 1935 написан ещё один киносценарий — «Данте», теперь уже имеющий сквозной сюжет, как человек пронёс любовь в сердце, сумев обрести ответное чувство только оказавшись в раю. Ни один из киносценариев экранизирован не был. Если «Борис Годунов» по неудачности составления, то для «Данте» нашли оправдание в виде начавшейся войны.

Так уж получилось, что лучше прочих у Мережковского получились пьесы «Павел I», «Возвращение к природе» и «Гроза прошла». Всему прочему суждено остаться без читательского внимания. Но если будет желание у театральных деятелей, они могут выразить несогласие с данным мнением.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Пьеса Ростана «Сирано де Бержерак» — произведение в стихах о человеческих недостатках. При её упоминании сразу вспоминается большой нос главного героя, в основном и являющийся причиной многих проблем и всех юмористических сцен. Но надо задуматься о количестве вымысла. Таким ли уж гротескно большим был нос у Сирано? Действующие лица — французы, к которым посмеем причислить и гасконцев. Какая их главная черта? Со времён римлян повелось такое мнение, что если желаешь найти характерную особенность галла, посмотри на его нос. Этот нос будет обязательно вытянут. Быть может у Сирано форма носа преобладала над другими чертами лица, отчего он и воспринимался большим. В любом случае, затруднение возникало только при общении с дамами, не желавшими видеть рядом с собою человека с таким «достатком». Касательно мужчин положение исправлял решительный нрав главного героя, отправлявшего на острова Блаженных всякого, кто смел над ним насмехаться.

Сирано де Бержерак имел реального прототипа, о котором при жизни не говорили, будто он обладает большим носом. Важно другое, обстоятельства его жизни. События в пьесе происходят во времена франко-испанской войны, длившейся уже порядка пяти лет. Тогда королём Франции был ещё Людовик XIII, а кардиналом — Ришельё. Зная об этом, читатель с ещё большим интересом будет наблюдать за происходящим. Всё-таки главный герой — Сирано — гасконец, как и другой знаменитый литературный персонаж примерно той же поры. Но по первому действию пьесы сложно понять, к чему вообще автор начал повествование.

Как ныне принято в иммерсивных театрах, зритель находился внутри, когда вокруг него развивалось действие. Сцена могла оставаться пустой, тогда как актёры заходили в зрительный зал и выходили, присаживались на свободные места, вели жаркие речи, порою доходя до запальчивых высказываний в адрес друг друга. И таким образом обставлено первое действие. Читая, можно впасть в тоску. Всё поменяется, стоит появиться на страницах главному герою — отважному гвардейцу, хоть почитай его за гусара, на усах которого покачивается большой нос. Может и не на усах, но так красочнее складывается лицо главного героя. И может никому бы и не пришла идея акцентировать внимание на выдающейся части тела, если бы не сам Сирано все разговоры сводил к обогатившему его природой «достатку».

Сложно представить, о чём можно было повествовать, не будь у главного героя такого носа. Ростан потому сплёл из сюжета любовную историю, где тайный воздыхатель терпит фиаско при общении с ему приглянувшейся девицей, не способной оценить внутренние достоинства избранника, отталкиваемая в силу неприятия физиологических особенностей. Будут возникать постоянные возможности изменить о себе мнение, каждый раз разрушаемые очередным несоответствием желаемого к осуществлению. Читатель, или зритель, до последнего верит в счастливое завершение истории. Однако, продолжение обязательно останется вне представленного. Надо считать, главный герой продолжит добиваться внимания, оставаясь всё тем же тайным воздыхателем.

«Сирано де Бержерак» — формально является пьесой, не предназначенной для театра. Какой зритель высидит более шести часов? Пусть и имея перерывы между актами. Да и внимать стихотворной форме всегда проще собственным взглядом, отмечая мастерство автора, или переводчика, красиво и ладно излагать текст. Очевидно, пьеса всё равно ставилась, и всегда сокращалась до нужного по хронометражу размера. Из повествования можно без опасений убрать начало, в остальном предложив зрителю краткое изложение. История на самом деле получилась ладная, даже пусть и не совсем соответствующая действительности.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Существенно важная проблема, возникшая не так уж и давно, возможно уже никогда не найдёт разрешения. Требуется решить, что является более важным для России: быть собой, либо подобием чего-то. И эта проблема имеет глубокие корни. Ведь о чём не подумай — ценнее кажется пришедшее извне: что дворяне свой род выводили из европейцев или татар, что после хотелось нечто заграничное. А своё родное словно и не нужно вовсе. Может потому Константин Аксаков взялся донести через театральную постановку, как следует воспринимать окружающую действительность.

Исходя из имеющегося опыта, каждый в России желает своего. Баре, изредка приезжающие навестить владения, не понимают крестьян, желая видеть их более близкими к европейским представлениям. При этом сами баре вовсе не представляют жизни подвластных им крестьян. Вроде бы пост, а баре желают кушать мясо. Вроде бы условия жизни не из лёгких, а баре желают видеть крестьян нарядными и умытыми. Не помешает сделать их ещё и грамотными. Только зачем, если ничего читать крестьянам всё равно не доведётся. К тому же баре не знают самого главного — русского языка. Что же из этого получается? Зритель внимает театральному представлению, где офранцуженный или онемеченный барин тянет в Россию нечто европейское. Какое же это преобразование жизни в России? Тут скорее следует говорить о перемене нравов — о желании сделать из русских французов или немцев. Зритель вновь задавался вопросом: зачем?

Но всё это внешняя сторона вопроса. В своё время на Руси привили христианство, Пётр I провёл преобразования — и жизнь изменилась, стала иной. Прояви настойчивость, стать тогда русским подобием чего-то европейского. Если смотреть на исторические процессы, на их стремительные изменения, видишь допустимость едва ли не всего за относительно короткие промежутки времени. Дай русским право чувствовать себя свободными от тягот крепостничества, они притянут на себя влияние извне без посторонней помощи, за последующие пятьдесят-семьдесят лет став совершенно другим народом. Поэтому, о чём не пытайся рассуждать, всё это повергается во прах, должный остаться уделом оставшегося в прошлом. Внимать описываемым Константином Аксаковым проблемам вполне допустимо, если не делать попыток соотносить их с обстоятельствами из других времён.

Внутренняя сторона вопроса — едина для всего человечества. Куда не обрати взор, везде найдёшь сходные в сущности проблемы. Предлагается ситуация, когда нужно выбрать, кого из крестьян отправить в армию. Выбор падёт на сироту. Но не справедливей ли выбрать сына старосты, чьё потомство довольно многочисленно? В какой уголок мира не загляни, ситуация выйдет аналогичной. Наделённый властью, хотя бы самой малой, оной постарается воспользоваться, уберегая прежде всего ему родное. Должна ли при этом восторжествовать справедливость? В литературном произведении обязательно так и случится. Чем в данном случае ситуация с русским народом отличается от любого прочего? Оттого и нужно считать, что внутренние различия всегда надуманны. Если же говорить о внешних проявлениях — они всегда будут видоизменяться, зависимые от множества сопутствующих факторов.

Аксаков подвёл к самому разумного осмыслению ситуации — русский народ обладает собственной мудростью. Как не смотри на других, про сохранение своих традиций забывать не следует. Можно припомнить и желание Петра, прорубившего окно в Европу с целью перенять технологии, после чего желал окно наглухо заколотить. Не успев полностью перенять, потому и не заколотив, он привнёс необходимость жить под влиянием уже европейских нравов, продолжающих влиять на умы русских и поныне.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее