Метка: фэнтези

Дав эпиграфом цитату из Шекспира, дополнив цитатой из Мильтона, Кассандра Клэр принялась за стремительное написание очередного произведения. Мысли летели, словно пули из пулемёта, перебиваемые невозможностью за ними поспеть. Пальцы отбивали по клавиатуре ритм, стирая до конца и без того основательно потёртые кнопки. И вот готово произведение. Пусть будет «Городом костей». А почему? Из каких-то внутренних потайных смыслов. Скорее речь шла про город, наполненный мифологическими существами, коих на планете существует превеликое множество. Так почему бы именно об этом теперь не рассказывать много и с удовольствием? Поэтому Кассандра Клэр с ещё большим азартом принялась за написание предысторий и продолжений. Что же до читателя? Есть особого рода ценители фэнтези, готовые поглощать книги невероятной толщины, требуя всё новых продолжений. Если такой спрос существует, он обязательно будет удовлетворён. Ну а кому такого рода подход не нравится, есть другие прекрасные авторы, способные оставить гораздо более яркие впечатления от чтения.

Что происходит на страницах? Ничего. Вернее, раз за разом создаётся ситуация, требующая однотипного разрешения. Может Кассандра Клэр пропиталась просмотром «Зачарованных» или ей не давали покоя злодеи из «Сейлор Мун», потому и в собственном произведении она пользуется той же схемой. Насколько читателю будет интересно читать об ещё одном монстре, убиваемом каким-нибудь примитивным до простоты способом? И насколько такие монстры вообще требуются для содержания? Иного выбора у Кассандры Клэр всё равно не оставалось. С её подходом к творчеству можно взяться за любое время и пространство, но она предпочла самое близкое. Пусть герои произведения живут тут и сейчас, но в окружении мифических существ. Дабы было лучше, эти существа станут проявляться постепенно, причём только перед способными их за таковые видеть.

А кто за главного героя? Видимо, альтер эго писательницы, попавшее в мир присущих ей грёз. Вокруг бушует мир из злобствующих существ, выражающих к ней непочтение, отчего с ними нужно обязательно расквитаться. Задел чувства критик из интернета? Отныне он на страницах превращался в чёрта, подлежащего скорейшему уничтожению. Надо думать, использовалась именно такая мотивация. А так как у Кассандры Клэр хватает ненавистников, писать о расправах с ними она может хоть до бесконечности.

Что с окружающим миром? С исчадиями нужно бороться, прочие — чаще всего расположены к главной героине. Хорошим может быть и вампир, каковое явление стало просто повальным, и каковым Кассандра Клэр воспользовалась. Только вот почему главная героиня стала всему явлена свидетелем? Окажется, она к такому предрасположенность имела всегда, чего толком не понимала. В том-то и беда… Кассандра Клэр примется описывать прошлое главной героини, что и когда именно ей было непонятным, как она должна это понимать теперь. Быть может сюжет к чему-то подойдёт? Может быть, если у читателя хватит терпения пробираться через однотипные сцены с убийством ещё одного злобного существа.

Как тогда поступать читателю? Зависит от возраста. Ежели читатель юн, требует от действия лишь само действие, без вкладывания в ему представляемое смысла, тогда такого уровня чтение полностью удовлетворит его интерес. Если читатель понял мир чуть больше, хочет сюжетного наполнения, мыслей — «Город костей» лучше обойти стороной. Но как знать. Всему своё время и срок. Смотря на положение Кассандры Клэр с высоты прошедших лет, про её творчество узнаёшь случайно. Впрочем, это к вопросу о читательских интересах. Иногда нужно читать такого рода литературу, чтобы иметь пример её существования перед глазами.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Перед читателем не фантастика. «Опрокинутый мир» — произведение из разряда фэнтези. Все авторские утверждения верны лишь в части вольных допущений. Или, быть может, возможны в других пространствах, человечеству пока неведомых. Поэтому нет необходимости задаваться вопросами касательно логичности или абсурдности представленного вниманию. Скорее нужно исходить с позиции: а почему бы и нет? Гораздо лучше поверить автору, представив всё происходящее за действительное в рамках предлагаемого им мира. Гораздо лучше считать, будто данная книга повествует про сложность понимания жизни при одинаковых исходных данных, имеющих расхождения согласно окружающих каждого человека реалий. Прист мог рассказывать прямо, чем отличается мировоззрение жителя Западной Европы от жителя Европы Восточной или вовсе от жителя центральных областей Индокитая, но выбрал более ему близкое — фантастическую реальность, в данном случае с сильным смещением в сторону фэнтези.

А почему бы и нет? Есть планета Земля, где-то в её пределах проводится эксперимент, основанный на физико-математических измышлениях. Так начинает функционировать своеобразный город, должный постоянно передвигаться по рельсам в некую наилучшую для него точку. Из-за определённых установок, влияющих на мировосприятие жителей, в их головах происходят завихрения, из-за чего они становятся неспособными воспринимать ими видимое, трактуя всё на свой лад. Им даже мерещится, словно объекты на небе не шаровидной формы, почва перемещается с места на место, а сделай шаг в сторону от города, то время начинает идти быстрее или медленнее. Казалось бы, парадокс на парадоксе. Однако, читатель знает — перед ним фэнтези. Значит, авторская фантазия вольна на любые странности, хоть сделать обитателей города супергероями, но Прист просто изменил им мировосприятие.

Может в описываемом следовало искать подобие футуристического направления в литературе? В духе «Мы» Замятина или «1984» Оруэлла. За футуризм у Приста нет данных. Хотя Кристофер и пытался создать социальный конфликт, когда одна часть горожан воспротивилась необходимости постоянно передвигаться, отказываясь видеть в том смысл. Благо действие подводилось к неразрешимой проблеме в виде огромного вида преграды, когда окажется невозможным прокладывать рельсы дальше. Перед городом раскинется океан. Для жителей возникнет необходимость остановить движение и сжиться с принятием неизбежного — их поглотит искажающаяся реальность. Читатель в этот единственный раз и должен задуматься над описываемым, поскольку функционирование города в виде большого корабля сняло бы с жителей все беспокоившие их проблемы — всяко станет проще передвигаться в пространстве, да и почва под их ногами перестанет перемещаться.

Прист решил не идти самым простым путём, посчитав за необходимое разрушить миропонимание у жителей города. Он постарался объяснить каждому — они часть давно начатого эксперимента, результаты которого уже никому неинтересны. Если читатель начнёт понимать произведение с этой стороны, воспримет город в качестве формикария — террариума для муравьёв. Где ещё представится возможность проследить за человеческим восприятием, никогда не знавшим мир в действительном его обличье? Впрочем, читатель после ознакомления с произведением обязательно задумается, насколько правильно понимает мир он сам. Ведь действительно, если читатель является англичанином, он явно понимает происходящее вокруг него иначе, нежели житель, допустим, Лаоса, и живёт в совсем других реалиях. Но сомнительно, чтобы именно англичанин об этом задумался. Вот Кристофер Прист и сделал попытку намекнуть на это с помощью произведения об опрокинутом мире.

А может всё-таки вникнуть в описываемое Пристом, разобрав произведение на составляющие? Для этого нужно быть жителем представленного вниманию города, иначе получится как в уже обозначенных примерах — понимание будет исходить от человека с изначально иной точкой зрения на устройство обыденности. Поэтому лучше всё-таки понять — идеального восприятия бытия не существует, оно подвержено постоянному изменению, должное двигаться к некой оптимальной точке, тогда как прежние позиции воспринимаются за устаревшие. Что же тогда получается? Нельзя останавливаться — нужно продолжать прокладывать рельсы.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Изменённые» | Книга №1

Если у Лукьяненко есть желание писать, он может за два месяца написать книгу. А если будет писать в таком же темпе на протяжении года, у него выйдет произведение, ничем не уступающее по размеру «Отверженным» Виктора Гюго, «Потопу» Генрика Сенкевича или «Противостоянию» Стивена Кинга. Но Сергей предпочитает разбивать одно произведение на цикл из трёх книг, каким образом любят поступать американские фантасты. Хорошо это или плохо? Скорее, дань времени. Не говоря уже о содержании, больно американизированному. Почему так происходит? Рассуждать о том не имеет смысла. Нужно принять за данность — писатель ограничил себя определённым размером для произведений, выходить за который он не собирается. В силу ли личных предпочтений, либо по договорённости с издательством. Причины могут быть разными. Касательно «Семи дней до Мегиддо» — написание как раз заняло январь и февраль 2021 года. Однако, два месяца — слишком скорый срок для продуманного произведения. И у Лукьяненко не получилось создать оригинальное полотно, в каждом моменте читателю о чём-то да напоминающее.

Что видит читатель? Неких изменённых, подвергшихся воздействию мутагена. Далеко назад в творчество Сергея заглядывать не следует, хватит шага на несколько лет назад. Прежде были ожившие умертвия и кваzи. Вероятно, читателя ждёт аналогичная прогрессия приводимых в тексте созданий. Или методика инопланетян, предотвращающих войну на взаимное уничтожение, уже использованная в цикле «Соглашение». Далее на страницах возникает сюжетная канва из «Кайноzоя». После события расползаются в духе противостояния геймерских стратегий, когда есть ряд противоборствующих сторон, среди которых люди выделяются кажущимся низким потенциалом. Так у Сергея присутствуют сразу представители трёх инопланетных рас — давно живущие на Земле рептилоиды, прибывшие с целью наблюдения насекомоподобные инсеки, и странные личности, то и дело возникающие в книгах Лукьяненко, охраняющие точки перехода — в данном случае являясь продавцами хабара в комках.

Из других моментов, неуместно используемых Лукьяненко — половая близость действующих лиц, тот же атрибут американской фантастики. В которой книге подряд читатель видит описание постельных сцен. Зачем это сделано? Как и у американских писателей — для увеличения количества печатных знаков. Сомнительно, чтобы читатель был заинтересован в знакомстве с такого рода сценами. Наоборот, это отвращает от чтения гораздо большее количество людей. Увидев подобное в ряде книг, читатель может уже не вернуться к произведениям Сергея. Хотя в прежних произведениях такого рода откровенностей практически не встречалось. Может нет? Иные сцены выглядят столь же неуместно. Когда главный герой знакомится с девушкой, начинается хождение, поедание мороженого, беседы вокруг и около. Симпатий у читателя это не добавляет.

Так что всё-таки происходит на страницах? Люди под протекторатом инопланетян. Теперь нет ни мобильной связи, ни интернета, ни оружия массового поражения. Что остаётся делать? Искать кристаллы и выменивать их на хабар. Попутно можно знакомиться с подвергнутыми действию «хорошего» мутагена и вступать в схватку с подвергнутыми действию «плохого» мутагена. Можно это делать в одиночку или в компании вышедших на пенсию бойцов. Лукьяненко как мог, так и развивал повествование, измыслив всё ему пришедшее в голову ровно за два отведённых на создание произведения месяца.

Конец у книги оборванный. Вернее, Лукьяненко специально отделил первую часть им изложенной истории, представив в качестве самостоятельного издания. Ранее в каждой отдельной книге виделось определённое смысловое наполнение. Теперь такого нет даже близко. Что же, читатель примет это за данность. Может в будущем вся трилогия об изменённых будет подаваться в качестве единого полотна.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Гарри Поттер» | Книга №2

Писать продолжение или не писать? Считается, к моменту публикации первой книги, Роулинг уже располагала ещё двумя написанными. То есть Джоан работала над сюжетом до того, как у неё появился преданный читатель. Поэтому нет смысла рассуждать, о чём думала Роулинг после успеха истории про поиски философского камня. Нужно обратить внимание на стремление новым образом взглянуть на вроде бы устоявшиеся явления фэнтезийных миров. Джоан словно имела желание переиначить известное читателю, показать не таким, как тот мог ожидать. Хотя бы касательно присутствия на страницах эльфа. Не статного красавца, считающего людей далёким ответвлением их, может быть, некогда общего прошлого, а в виде забитого существа, находящегося в услужении у волшебников, и обладающего небывалым магическим могуществом. Это только первое, с чем сталкивается читатель.

Но как публиковать историю о похождениях Гарри Поттера и его друзей? Читатель будет иметь определённые требования, вполне способный отвергнуть трактовку последующих событий. На деле такого не было. Пусть встречаются всегда чем-то недовольные, значительная часть читающих не станет глубоко вникать в детали изложенного. Кому какая разница, чем занимается Гарри Поттер? Главное, Роулинг умело рассказывает про с ним происходящее. Тут вам и летающий автомобиль, и очередной забавный профессор, и необычный оживающий дневник, и даже некая тайная комната с её обитателями. Как во всё это не погрузиться при чтении? Не так важно, что второй год обучения Гарри Поттера напрочь выветрится из головы после прочтения.

Есть ли смысл опираться хоть на одно произошедшее на страницах событие? Роулинг умело сплела повествование. Всё кажется органично подобранным. Тот же ладный подход к рассказываемой истории, плотно набитый происходящими действиями. При этом, нельзя сказать, будто Джоан хотя бы где-то повторялась. При поверхностном ознакомлении ничего лишнего не замечается. Что касается въедливого читателя, он начнёт требовать большей логичности. Будучи твёрдо убеждённым во множестве несоответствий, такой читатель словно не понимает — удели Роулинг внимание увязыванию каждой детали, повествование утратит динамичность, погрязнув в витиеватости сюжетных хитросплетений. Тогда как книга писалась скорее для детей младшего школьного возраста. А нужна ли такому читателю сложность, усугубляющая восприятие описываемого? Ему важно, чтобы действие интересно развивалось.

Однако, юный читатель всё равно не поймёт, к чему Роулинг его желала подвести. Происходящее на страницах только разве и происходит, без взаимодействия друг с другом. Остаётся предполагать, Джоан увлеклась преобразованием фэнтезийной составляющей. Важнее оказалось продемонстрировать богатство авторской выдумки, на которое и были положены события. Хотя читатель, по мере знакомства, начинал задумываться о сходстве содержания с детективным сюжетом. Тогда как противника у Гарри Поттера на этот раз не окажется. Каждая сила действовала из личных добрых побуждений, желая чего-то определённого, чаще сугубо для себя, и изредка для пользы общего дела. В том числе и та самая тайная комната из названия, ни в коей мере не являвшаяся основным элементом для повествования.

Почему же столь много негатива в высказываемых по адресу книги слов? А что делать читателю, после прочтения, пожелавшему проанализировать содержание? Пересказывать сюжет — признак дурного тона. Никто не желает узнавать о происходящем из посторонних источников. Да ничего другого не остаётся. Иначе вовсе сложно говорить о литературном труде, столь плотном на присутствующие в нём события, при полном отсутствии какой-либо назидательности. Джоан Роулинг ни к чему не призывала читателя, просто предоставив для его внимания историю. Но ежели кому пожелается найти нечто сокрытое, то никто не запрещает этого делать.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Сам Лукьяненко сказал, к написанию книги о приключениях в мире сновидений его побудил рассказ Говарда Лавкрафта «Сомнамбулический поиск неведомого Кадата». Но читатель не захотел соглашаться с Сергеем. Пусть задумка относится к концу 2008 года, содержание напоминает вовсе не книжное творение, где можно найти отсылки к чему угодно: от представлений Зигмунда Фрейда до Карлоса Кастанеды, или от Льюиса Кэрролла до произведений самого Лукьяненко о героях, попадающих из настоящего мира в отражение разных авторских грёз. Читатель видел на страницах подобие других реалий, предполагая нечто вовсе близкое к виртуальности. И если кто снизойдёт до сравнения с кинолентами «Матрица» братьев Вачовски или «Начало» Кристофера Нолана, тот окажется гораздо ближе к истине. Как бы не хотелось думать, наблюдая в «Ловце видений» за перемещением действующих лиц между снами, по своей подлинной сути это более походит на воссоздание виртуальной реальности, причём с полным погружением.

Но Лукьяненко настаивает на идее осознанных сновидений. Он разделил действующих лиц на типы, где одни умеют создавать сны и соответствующую обстановку, другие — перемещаться по данным мирам с одной им ясной целью, а третьи — обычные люди, для кого сновидение является частью их ночного отдыха. Есть в произведении и так называемый рельеф, более близкий читателю по аббревиатуре НПС (неигровой персонаж). Сюжетная задумка на первых порах была довольно занимательной. Читатель знакомился со сном, в котором главный герой попадал в забавные ситуации. А далее Лукьяненко, по его же словам, отложил произведение, собираясь дописать потом. И это потом случилось в 2020 году, когда он взял на себя обязательство дописать книгу, должную выходить частями в озвученном виде. Это и погубило произведение, ставшее всего лишь ещё одним образчиком сетературы.

Сергей действительно не представлял, к чему поведёт повествование. Дав представление о мире сновидений, придумал цель по уничтожению неустановленного артефакта. После всё по стандартам голливудского фильма: набор людей в команду, после реализация задуманного, и должный получиться итог. Но! Ни один из этих этапов не стал интересным для читателя, потому как ни к чему это не привело. К тому же, итог пришёлся на середину повествования. Требовалось продолжать наполнять произведение новыми обстоятельствами. Проще сказать, Лукьяненко писал без души. Не хотел и не желал! Пришлось писать из необходимости выполнить взятые на себя обязательства. Да в том не было никакой беды, у Сергея и без «Ловца видений» хватает интересных сюжетов, отчего не каждый читатель найдёт время для чтения именно данного произведения.

И всё же, «Ловец видений» крепко связан по смысловому наполнению с в почти одно время написанной книгой «Не место для людей». Разговор идёт про изменяемый по воле действующих лиц мир. Не так важно, конструируется ли реальность во время сна, либо это происходит по мере продвижения вперёд в уже созданных реалиях, всё становится практически идентичным. Тогда будет понятно, каким образом происходит перемещение между сновидениями. Во всяком прочем случае, не получается поверить в переход из одного сна в следующий. Как и понять, что давало действующим лицам нахождение в снах, без влияниях оных на обыденную жизнь.

Поэтому, ознакомившись с «Ловцом видений», нужно принять за неизбежное втягивание Лукьяненко под особенности изменений в литературном процессе. Не сказать, будто создание произведений в форме интерактива способствует благостному восприятию. Однако, читатель понимает, таким образом произведения создавались за много до, и будут в определённые периоды создаваться всегда.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Вторую книгу Толкин начинал с протяжного повествования, давая действующим лицам отдельное слово. По внутреннему содержанию это повествование занимало продолжительное время. Сам Толкин остановил движение действующих лиц вперёд, восполняя так требуемые к пояснению моменты. Читатель в прежней мере оставался вне понимания, что из себя представляет придуманный автором мир. Ведь некие события происходили в нём и прежде. Окажется, противостояние с Сауроном происходит не в первый раз. Некогда он уже нёс зло миру, тогда же частично уничтоженный. И в тот раз его участь предрешила потеря Кольца. Отчего в нём столько сил? Этого Толкин не станет пояснять. Нужно принять данный факт за исходное состояние. Можно вовсе предположить, что не Кольцо для Саурона, а Саурон для Кольца. Это в самом Кольце заключено зло мира. И может это Кольцо чем-то сродни материям, из которых некогда был создан сам мир. Толкин явно знал о Средиземье больше, нежели сообщал читателю. Согласно тех сведений получалось, как некогда мир был создан с помощью песни, и далее жизнь текла, пока не появилось у живших противоположных желаний, частью воплощения чего и станет Саурон. Но это сущности, читателю ещё не должные быть известными. Следовало понять — есть Кольцо, его нужно уничтожить.

Предстояло решить проблему продолжения повествования. Рассказывать далее только о хоббитах? Тогда можно ограничиться ещё одной книгой, после чего завершить рассказ. Толкин начал вводить новых действующих лиц. У каждого из них своя история. Многие из них не способны ужиться в компании друг друга. Вероятно на этом противостоянии и будет строиться развитие событий. Какие бы разногласия не имелись, следовало объединиться перед лицом общего врага. Придут к согласию эльфы и гномы, скрепят силы претенденты на власть над людьми и оной властью обладающие. Некоторые силы всё-таки не придут к примирению, не считающие необходимым бороться со злом. Конечно, читатель скажет, насколько представленное вниманию добро неестественно. И Толкин будет стараться вносить элементы несоответствия. Своё воздействие окажет и Кольцо, побуждающее действовать во благо лишь ему одному. Так на страницах будет создано братство Кольца, будто бы с целью уничтожения. А читатель опять задумывался, видя в Кольце проявление воли. Его желали не уничтожить, а донести до Саурона.

Чем наполнить повествование дальше? Новыми местами. Отправить через снежные перевалы, погрузить в мрачные подземелья пещер, сплавить по реке. Действующим лицам предстоит куда-то идти. Не столь важно, к чему они будут двигаться. Можно отправить к очередным эльфам. Там каждый получит в дорогу нечто особенное. Можно даже сказать, Толкин использовал это место позже, когда сталкивался с необходимостью разрешения складывающихся затруднений. Как иначе дать действующим лицам вещи, которые им будут остро необходимы? Наперёд Толкин этого не мог знать. Заодно было создано представление о благости происходящего. Действующим лицам показывалось будущее в виде победившего зла.

Непонятным станет момент разделения братства. Вместе с тем и понятным, учитывая интересы каждого персонажа. В конечном итоге оказывалось, Кольцо не нуждается в посторонних. Оно побудит Фродо отправиться дальше в одиночку. На этом становилось понятно, «Властелин Колец» должен наполняться новыми событиями. Пусть эта книга о приключениях хоббитов, на них одних свет клином всё же не сошёлся. Тем более, раз уж стало ясно, что на небе светит Луна, то это определённо должно нечто означать. Историю какого мира взялся писать Толкин? Читатель приходил в недоумение. Значит, это не просто история — это ожившее мифологическое сказание.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

С какой стороны нужно смотреть на самое начало рассказываемой истории? В каком бы спокойном краю ты не жил, тебе всё равно предстоит столкнуться с бедами мира. И как бы не говорили про соотношение описываемых событий с происходившими в мире процессами, то останется сугубо домыслами. Важно для понимания другое, читателю предстоит познакомиться с ещё одной историей о похождениях хоббитов. Первая книга «Властелина Колец» располагала именно к такому мнению. Предстояло следить не за одним хоббитом, поскольку компания будет подобрана из четырёх смельчаков. Толкин в очередной раз разбивал им же созданные мифы о спокойствии жителей Шира. Это те самые домоседы, которых ничего из окружающего не беспокоит? При этом, они же, готовы жить полной жизнью, участвуя во всех её процессах. Они довольно всеведущи для должных обитать в норах. Нет, Толкин зря создал такое о них представление. Пока компания будет продвигаться всё дальше, читатель лишь сильнее уверится, насколько серьёзными являются хоббиты.

Но куда держат путь герои повествования? Об этом Толкин просто обязан был рассказать. Проводником в историю станет Гэндальф. Пока ещё это один из магов, способный за счёт волшебства оказывать влияние на происходящее. Читателю этого достаточно. Когда-нибудь потом станет известно, насколько силён Гэндальф, ни в чём не уступающий самому Саурону, равный с ним по возможностям. Но зачем читателю об этом раньше времени рассказывать? Пусть в пути хоббитов сопровождает сильный защитник, хотя бы время от времени способный дать им верное направление. Одного не понимал читатель, отставив в сторону Гэндальфа, кем всё-таки являлся Саурон, прозываемый главным врагом. Говоря наперёд, понять того и не получится: как его явление в «Хоббите» в виде бесплотного духа некоего некроманта, так и во «Властелине Колец». Под ним понимается воплощение сил зла, без какой-либо персонификации. Что касается Кольца, под ним следовало понимать инструмент влияния Саурона на того, кто им владеет. Толкин пошёл дальше, наделив волей и само Кольцо, способное побуждать его носящих совершать угодные ему действия. Оттого будут происходить события, многие из которых можно было избежать.

Повествуя, Толкин не мог пересилить себя, отчасти уподобляя повествование «Хоббиту». Иначе как создать впечатление нависшей над миром опасности? Но повторяться Толкин не стал. Может тем он показал, насколько легко пасть от прочих сил, живущих по собственному усмотрению. Выполняя великую цель по спасению мира, хоббиты могли сгинуть в самом начале возложенной на них миссии. Как пример, забрели в лес таинственных деревьев, одно из которых умело одурманивать путников, вероятно после высасывая живительные соки из их мёртвых тел. А есть у Толкина встречи с существами, словно бы ни для чего. Каким образом следует воспринимать чудака Тома Бомбадила? Том являлся неким беззаботным существом, бессмертным по своей природе, воплощающим непонятные для читателя силы. Даже могло показаться, Том играючи справится с любым затруднением. Дай ему Кольцо, и никто никогда его не сможет найти. Таких лиц, практически не являющихся важными для повествования, Толкин ещё не раз представит вниманию.

Смущают читателя и преследователи хоббитов. Что это за создания? В них вовсе не видно проявления силы. Читатель в том убедится, когда произойдёт их первое столкновение с Фродо. Смутит читателя и странник с границ, прозываемый Арагорном. Но в общих чертах читатель начинал понимать, в каком всё-таки мире происходят события. И сколько опасностей творится вокруг. Только оставалось непонятным, каким будет продолжение у истории. Действующие лица так и будут ходить с места на место, убегая от преследователей? Да и само повествование пока не сильно соответствовало возложенным на него ожиданиям. Это всё тот же «Хоббит».

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

«Властелин Колец» начинается из тех же мест, откуда некогда отправился в путешествие Бильбо. Читатель понимал, перед ним вновь развернётся полотно истории о приключениях хоббитов. Толкин так и говорил — это история о хоббитах. И по мере путешествия раскрывал детали прошлого этого народа. Рассказал о близком родстве с людьми. Где-то там в глубине веков человечество шло тем же путём развития. Это читатель ещё не знал про главную задумку Толкина — всё им рассказываемое является происходившим на Земле, только очень давно, когда материки имели другие очертания. Отчего бы не принять такую точку зрения за вполне допустимую. Читатель даже не станет спрашивать, куда тогда подевались сами хоббиты, не говоря уже об эльфах, гномах и прочих. Будем считать, за давностью лет они не пережили эволюционных процессов, либо перебрались в иные миры, о которых люди пока ещё не узнали, или про которые забыли. Всё это не суть важно. На небе в представленном мире есть привычная нам Луна, претерпевающая смену всё тех же самых фаз. А прочее лишь выдумка Толкина, призванная позабавить читателя.

Первый том «Властелина Колец» был назван «Братством Кольца». Но до сути этого ещё предстояло дойти. Сперва читатель знакомился с прологом. Толкин не скрывал — не помешало бы ознакомиться с «Хоббитом». Впрочем, он лукавил. Сам же Толкин переписывал «Хоббита» несколько раз, поскольку первоначально текст книги не содержал нужных увязок с «Властелином Колец». Но теперь, когда читатель брал ту книгу в руки, начинал удивляться прозорливости Толкина, будто писатель столь умело смотрел наперёд, отчего тексты произведений органично взаимосвязаны. Поэтому, внимая прологу, пожурив самого Толкина в лукавстве, читатель заново узнавал некоторые особенности приключений Бильбо. Вместе с тем происходило знакомство с предысторией хоббитов вообще. Лишь кажется, словно данный народ любит спокойные и тихие посиделки в норах. Отнюдь, хоббиты бывают разными. И живут они не столь уж компактно. Если разобраться, имели они излишне малое количество отличий от людей, разве только были меньше, умели бесшумно ходить, тогда как в остальном — не так уж и далеко ушли от человеческого рода в плане эволюции.

Читатель, вероятно, не знает, тогда Толкин пояснит, насколько хоббиты законопослушны. Непонятно как сейчас, а прежде у них были правители. И теперь должны сохраняться органы власти и охранения правопорядка. Но начни об этом рассказывать Толкин, никто бы вовсе не вышел из Шира. Такие сведения читатель усваивал из пролога. Когда же начнётся само приключение? И будет ли оно в духе «Хоббита»? Не совсем. Толкин более не ориентировал повествование на детскую аудиторию, теперь рассказываемой им историей должны были интересоваться подростки. Им нет дела до череды стычек с неприятностями, им желательно усвоить принципы морали. К тому же предстояло узнать — главному герою, то есть Фродо — на момент начала его похождений исполнилось пятьдесят лет. При этом он не был настолько уж взрослым по меркам хоббитов, чтобы отличаться от едва повзрослевших подростков. И на этого героя возлагалась задача по спасению мира.

В «Братство Кольца» вошли две книги. В первой Кольцо отправляется в путь, во второй — его несут в сторону юга. Такая информация совершенно ничего не говорила читателю. Как не понимал читатель и используемых Толкином описаний мест. Действующие лица упоминают названия, понимания о которых не даётся. Где-то рядом Рохан, через который идти нельзя. Ещё ближе Мория, в которую лучше не заходить. Рядом эльфийские владения, где время имеет другой ход. А есть опасные места, только и поджидающие, чтобы убить забредшего в них путника. Но всё это было неясным в начале чтения, потом читатель побывает отдельно в каждом из них.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В 2025 году Сергей Лукьяненко негативно выскажется о сетературе. А между тем, он сам в 2020 написал одно из произведений в том самом духе, против которого станет выступать. Он определит так: герой попадает в волшебный мир, там происходит «необычная фигня», далее начинаются приключения, всё прочее отходит на дальний план, как логическое наполнение, так и красота литературной речи, и чем больше всего будет помещено в повествование, тем лучше. Всё это обязательно публикуется где-нибудь на просторах интернета, чтобы читатель мог внимать и высказывать пожелания. Собственно, «Не место для людей» — есть такой проект, который Лукьяненко осуществил вместе с Перумовым. Они писали главу, затем слушали мнение читателей, каким должно быть продолжение истории. Так с апреля по август родилась книга. Надо ли говорить, заварили они знатную кашу, пересолив и переперчив, выдав продукт, который мало у кого получится переварить.

За двадцать лет до того Лукьяненко и Перумов вместе написали «Не время для драконов». Теперь будто бы ими создано продолжение. Остаётся поверить на слово, так как за количеством прошедшего времени и прочитанных книг, содержание того произведения у читателя выветрилось. У кого из читателей память оказалась крепче — те вовсе не признали сходства, настолько изменились сами действующие лица, в том числе и особенности функционирования миров. Другой же читатель — к месту и ни к месту ссылающийся на «Хроники Амбера» Роджера Желязны — скорее увидел авторскую версию для продолжения понимания приключений Корвина, согласно которым мир мог изменяться сугубо по воле способных к тому людей, что у Лукьяненко с Перумовым и происходит.

Стоит ли разбирать описываемое на ингредиенты? Есть три мира. Грядёт война на взаимоуничтожение. Это надо предотвратить. Есть семья драконов и единорогов, где драконы — мужского пола, единороги — женского. Есть парень, он же — дракон в другом мире, он же — его хранитель, он же… и так далее. В мире людей появляются способные к магии люди, одна из групп решила именовать себя орденом красных беретов. Тут же вставляется слово «попаданцы». У читателя начинает помрачаться сознание. При пробуждении видит бодрое приключение иных героев, где он — ни к чему не приспособленный юноша, а она — забывшая своё прошлое девушка. И предстоит им пройти череду испытаний, чтобы вернуться назад, будто ничего с ними не происходило. Когда сознание помрачается второй раз, читатель при пробуждении видит путешествие других героев по претерпевающему изменения миру, совмещающего реальное и нереальное, российское и советское, тленное и нетленное… и так далее. По повествованию видно, Лукьяненко и Перумов сами не знали, к чему они ведут действие. Было ясно лишь, что в конце должна случиться битва насмерть, по результату которой мир окажется спасён, или нет — как решат читатели.

Приходится думать, читателю был преподан урок — не нужно вмешиваться в ремесло писателей. Если у кого есть советы — оставьте их при себе. От ваших умных мыслей родится субпродукт, который не понравится вам самим. Разве только можно почувствовать себя демиургом, словно от тебя зависит продолжение истории. Да по итогу получается произведение, навроде так популярной в интернете забавы — пишется рассказ, где каждое следующее слово или предложение дополняется другим участником беседы. Выходит нечто забавное, и совершенно ни для чего не нужное. Так и «Не место для людей» — показательный пример бессмысленного симбиоза между писателем и читателями. Потому вывод: пусть писатель пишет, а читатель — читает. И никак иначе.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Лукьяненко сам рассказал, пояснив мотивы создания «Магов без времени». У него возникла идея написать фэнтези-произведение от лица неизвестного писателя. Он выбрал одну из соответствующих интернет-платформ, выкладывая главы по мере написания. Насколько эксперимент оказался удачным? И в какой мере следует принять за допустимое достигнутый им локальный успех? Акцентировать на этом внимание уже не требуется. Достаточно и того, что Сергей вспомнил былые годы, когда создавал произведения буквально за пару месяцев, окрылённый множеством посещавших его мыслей.

Что придумал Лукьяненко? Ещё одно свойство регуляции магической энергии. Она заключена в самом волшебнике. То есть, за каждым магическим действием следовала плата в виде отпущенной волшебнику жизни. Допустим, подогреть воду — лишиться пяти минут. Перенестись в пространстве — постареть на семь лет. Таким образом Сергей в ином свете показывал склонных к магии людей, когда седым стариком является не проживший долгую жизнь человек, а только-только окончивший магическую школу юнец.

Если задуматься, в фэнтези случается всякое. Как у Терри Пратчетта описан волшебник, едва знавший одно-единственное заклинание, но самое могущественное из всех, вследствие чего никогда не мог его применить. А если задуматься основательнее, поймёшь, Пратчетт вспоминается не зря. Хорошо бы ещё вспомнить Святослава Логинова, создавшего причудливые миры. Может даже показаться, в «Магах без времени» Пратчетт и Логинов слились воедино, избежав юмористической составляющей, доведя действие до эпического масштаба. Но автором всё-таки является Лукьяненко, в какой-то мере всё равно обращавший внимание на произведения других замечательных писателей. Как не указать на описание покупки патента на кражу? Словно Сергей просто умолчал, будто действие развивается в каком-либо из уголков Анк-Морпорка.

И всё же Лукьяненко — писатель особого рода, привносящий в литературу собственные наблюдения. Несмотря на то, что «Маги без времени» — по своей самой определяющей сути — произведение о подростке, от чьих действий зависит судьба мира. Как к тому не относись с усмешкой, а именно такого рода сюжеты крайне популярны у многих писателей и их читателей, имея даже собственное название — янг адалт. Этот подросток действительно может справиться с любыми неприятностями, в итоге добившись превосходства над всеми.

Забыв про возраст главного героя, смотришь на прочие обстоятельства произведения. Лукьяненко в 2019 году чрезмерно озаботился проблемами времени. Если в тогда же им создаваемом «Пороге» время переосмыслялось заново за счёт исчезновения чего-то в пространстве, то в «Магах без времени» оно мало того, что является мерилом количества магической энергии, дополнительно служит определяющим для ряда сюжетных особенностей. Один из действующих персонажей — посланник из будущего. Причём и в данном случае Лукьяненко представил всё в крайней степени правдиво. Мало какой читатель ожидал именно такого сюжетного поворота, хотя вынужденный согласиться — получилось хорошо. А то, что можно жить за счёт других, отбирая магическую энергию, негласно подразумевалось. Может ещё существуют заклинания, способные не отнимать, а продлять жизнь? Сергей написал и о таком.

Что остаётся думать читателю? Время — есть неустановленная для восприятия часть сущего. Время — инструмент для иллюзорного восприятия уже случившегося. Время — способ понять приближение неизбежного. Прочее — допущения. Хорошо, когда писатели задумываются о его свойствах, продумывая возможность временных парадоксов. Вот Лукьяненко вплёл время в качестве аналога шкалы магической энергии, после за три месяца написал «Магов без времени». Но читатель всё не может успокоиться, вспоминая игры со временем из других произведений Сергея. Порою кажется, нужно взяться за чтение книг Лукьяненко заново, ради цели освежить воспоминания о теперь уже забываемых сюжетах.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее