Tag Archives: животные

Джек Лондон “Майкл, брат Джерри” (1917)

Лондон Майкл брат Джерри

Майкл – ирландский терьер, сообразительный пёс. Ему бы радовать хозяина, а не в цирке выступать. Жизнь так просто не делится счастьем – нужно заслужить на него право. Для этого необходимо пройти ряд испытаний, начиная от морских путешествий и заканчивая осознанием творимых людьми зверств. Многое произойдёт с Майклом, покуда читатель не начнёт сомневаться в логичности описываемых злосчастий собаки. Может оказаться, будто Лондон представил в образе главного героя именно себя: сообразительного, способного и обречённого на страдания, ожидая разрешения, может быть в духе Мартина Идена.

Хотел ли Майкл оказаться за бортом привычной среды? Мог ли он полюбить похитившего его человека? Насколько он готов был терпеть пребывание на уходящих в никуда кораблях? Майкл рано научился справляться с интеллектом и удивлял окружающих умственными способностями. Доставшиеся на его долю страдания пошли ему на пользу, но он обречён остаться неприкаянным. Вера в белых богов никогда его не покинет, а поиски утраченных идеалов всегда будут ему мерещиться в каждом встречном человеке. Читатель заранее может догадаться, куда обязательно занесёт Майкла, если начал знакомство с чтения авторского предисловия. Для главного героя основным испытанием станет цирковая жизнь, сам же Лодон испытывал мучения пострашнее. Обстоятельства прошлых лет породили боль настоящих дней.

Юный читатель ничего подобного не заметит. История Майкла – это приключение, рассказанное увлекательным языком. Есть на страницах весь спектр собачьих чувств, за которые и ценятся четвероногие друзья человека. Не стоит забывать про авторскую привычку подачи материала под видом пропаганды собственных взглядов. Если читатель забыл, то среди них не только радение за право людей на достойную жизнь, но и упор на разделение мира на белых и чёрных, то есть у Лондона породистая собака ощущает моральное и умственное превосходство над неграми – именно так она понимает действительность.

Майкл показан лучшим представителем ирландских терьеров. К двум годам он полностью сформировался и обрёл требуемые навыки. Согласно сюжету, он переменил предпочтения и определился с новым личным богом, забыв прежнюю жизнь, поскольку этого захотел Джек Лондон. Отныне читатель начинает следить за ним, словно за ожившей картинкой на экране. Никаких домыслов, лишь скрупулёзная проработка описываемых сцен. Происходящее, действительно, на протяжении повествования воспринимается подобием сценария, настолько Джек был сосредоточен на деталях. Причём чаще во вред развитию событий. Когда пора ставить точку, Лондон продолжал насыщать сцену событиями, как позже оказывалось, на будущем главного героя никак не сказывавшихся.

Стоит обратить внимание на авторское взывание. Джек Лондон против цирков и насилия над животными. Он специально показал сообразительное животное, способное на многое, стоит его лишь попросить. К сожалению, человеку обыкновенному не дано понимать братьев меньших, отчего он пытается добиться требуемого силой. Лондон прямо призывает не посещать цирковые представления, либо покидать помещение на время представлений дрессировщиков. Желание Джека не осуществилось – цирки продолжают существовать, а значит животные вынуждены находиться в заточении и страдать. В части цирков точно! Но должны ведь быть и такие, где гуманное отношение к животным присутствует.

Так обстоит дело с поверхностным восприятием произведения. Более глубокое рассмотрение опять же заставляет читателя проводить параллели между Майклом и его создателем – Джеком Лондоном. Если задаться целью и заняться анализом, то такое предположение должно подтвердиться. Посему, дорогой читатель, учись хорошо обращаться с животными и вдумываться в то, что читаешь. Не всегда в тексте есть то, о чём сказано, порой присутствует и такое, до чего нужно додумываться.

» Read more

Джеральд Даррелл “Три билета до Эдвенчер” (1954)

Даррелл Три билета до Эдвенчер

Ранее дважды побывав в Африке, Даррелл в 1950 году отправился в Южную Америку. Выбор пал на Британскую Гвиану по нескольким причинам. Во-первых, на тот момент Гайана ещё не обрела независимость. Во-вторых, местное население без затруднений говорит на английском языке. В-третьих, более на континенте подобных территорий не имелось. Кроме того, Даррелл не мог отказать себе в посещении деревни Эдвенчер, что на английском языке означает Приключение.

О чём же Даррелл мог написать на этот раз? Особо читателя он не обрадовал. Слог повествования сух, события не отличаются разнообразием. Даррелл описывает будни, толком пока не представляя, как фиксировать впечатления и рассказывать о них на бумаге. Он хватается за всё и повествует о занятных случаях, причём делает это от лица знающего дело ловца зверей человека. Его продолжали преследовать однотипные проблемы, поэтому-то и не получалось у Джеральда написать о чём-то ещё, иначе ему пришлось бы повторяться.

Особенности пребывания в Южной Америке наложили отпечаток на поведение Даррелла. Он всегда надеялся на помощь со стороны. Джеральд излишне стал полагаться на магазины, где можно приобрести всё ему требуемое. По сути, Даррелл уподобился туристу, путешествующему с целью раздобыть очередных представителей животного мира, надеясь не прилагать усилий сверх желаемого. В реальности ситуация оказалась не настолько радужной, вследствие чего Джеральду приходилось проявлять смекалку и изобретать новые подходы к ремеслу.

Снова Даррелл отправляется на ловлю сам, а также просит местных жителей добывать для него требуемых ему животных. Разумеется, не обходится без недоразумений, порой со смертельным исходом для пойманных экземпляров. Этот аспект часто встречается в ранних произведениях Даррелла. Надо понимать, гуманное отношение к братьям меньшим в Южной Америке тогда тоже никем всерьёз не рассматривалось. Думается, местные жители, как и в Африке, привыкли отправляться на охоту с целью добыть пропитание, а не для получения за сей труд денег.

Особых подробностей о пребывании в Британской Гвиане Даррелл не сообщает. Читателю известна цель его поездки и соответственно получает тот материал, который Джеральдом подразумевается. На страницах путевых заметок оживают сопровождавшие его товарищи, а встречаемые ими животные показывают себя по всей красе. Есть о чём задуматься, особенно при рассмотрении со стороны человека, изучающего окружающий мир. Думать не думаешь про животных таким образом, каким это получается у Даррелла, как касательно физиологии, так и всего остального, имеющего значение для конкретных видов, чья эволюция на данный момент привела их к определённому состоянию.

В меру спокойно, без переживания критических моментов (отсутствие клеток таковым считать не будем) и угрожающих жизни ситуаций (как оказалось, кайманы, угри и анаконды практически миролюбивые создания) Даррелл встречает до того не виденных им животных, наблюдает за уникальным процессом деторождения у жаб, смеётся над самым потешным существом – древесным дикобразом, озадачивается наведённым дикими свиньями шорохом, наблюдает за стрельбой из лука по рыбам, кормит муравьеда, вспоминает об укусах ленивца и о кровожадном нраве опоссумов.

Ради интереса к живой природе, чтобы оценить её многообразие и лучше понять происходящие в ней процессы, книги Джеральда Даррелла подходят идеально. Конечно, специфика его деятельности вызывает нарекания, но, кто станет отрицать, ныне всё чаще задумываются над сохранением вымирающих видов. Безусловно, деятельность человека сказывается на существовании животных, особенно чья жизнь подстроена под определённые условия. Когда-нибудь потомки ныне живущих обязательно подвергнутся изменениям, посему, как не проявляй старание, сохранить не получится.

» Read more

Джеральд Даррелл “Под пологом пьяного леса” (1956)

Даррелл Под пологом пьяного леса

Ассоциативный ряд служит средством познавания мира. Если человек воспринимает окружающее, придавая вид знакомых ему вещей, значит у него есть для того весомые аргументы. Когда в склонившихся пальмах, пузатых деревья и колючих кактусах человек видит бар и его посетителей, то это минимум звонок о необходимости ограничить потребление алкогольных напитков. Даррелл ещё не осознаёт влияние зелёного змия, ничего о нём толком не рассказывая, лишь ранее проговорившись несколько раз. Во время посещения Парагвая и Аргентины Джеральду хватало проблем и без этого, ведь компанию ему составила жена, разбавив былое одиночество и обозначив необходимость более взвешенного отношения к жизни, в том числе и согласно основному увлечению Даррелла, выражающегося, как известно, в добывании животных для дальнейшей их переправки в зоологические сады.

Ныне Даррелл не уделяет внимание предпосылкам, сразу погружая читателя в трудовые будни зверолова. В Южной Америке извелись туземцы, поэтому ему приходится всем заниматься самостоятельно, ежели не получалось найти толковых специалистов, способных правильно выполнять поручаемые им задания. Бракоделы попадались Дарреллу и прежде, о чём он писал со скорбной весёлостью, принимая вынужденные страдания за кратковременную меру, понимая особенности работы в далёких от цивилизации местах планеты. И теперь не приходится удивляться, внимая причудам людей, пропитанных разнообразными домыслами, позволяющими им воспринимать железные и деревянные изделия за живые существа.

Кроме основного занятия Даррелл налаживает отношения с людьми и приобщается к их культурным особенностям. Например, Джеральд заново открывает для себя чаепитие, под которым в Южной Америке понимают употребление обжигающего мате, напитка из высушенных листьев и побегов одного из местных деревьев. И всё-таки читатель должен обратить взор на взаимоотношения Даррелла с женой. Джеральд в довольно едкой манере отражает случающиеся с ними неурядицы, выставляя жену в курьёзном виде, благо показывая её лишь с положительной стороны, едва ли не под видом идеальной спутницы, терпеливо принимающей чудачества мужа и выполняя его указания, пускай и предварительно высказав без утайки соответствующие моменту логически выверенные суждения.

Пьяный лес дал Дарреллу возможность показать зависимость животных от человека. Не все читатели поверят в слова Джеральда, но, не имея конкретных доказательств, приходится принять точку зрения автора, наглядно продемонстрировавшего, как дикие звери склонны принимать цивилизацию и подвергаться её воздействию. Ощутив лёгкую жизнь в четырёх стенах, подкармливаемые вкусностями, они уже не стремятся покинуть человека, прикипая к нему и вступая в единоборства с другими животными, дабы быть ближе к миске с едой. Реальность слишком жестока, чтобы угодить желающим, Даррелл будет вынужден многих бросить на произвол, когда возникнет необходимость уходить от очередной латиноамериканской революции, так и не выполнив поставленные задачи.

Даррелл даёт читателю понимание скорой смену профессии зверолова на иную деятельность. Кого ему не удалось добыть лично, тех зверей он купил в зоомагазинах Аргентины. А поскольку не имелось нужды проявлять наработанные навыки, Даррелл начал осваивать искусство записи на киноплёнку, видя в этом новомодном поветрии открытие громадных горизонтов для творческого преображения, не такого затратного и без привязки к определённым обязанностям по поддержанию жизни в питомцах.

Джеральду всегда было о чём рассказать. Стоит полагать, он найдёт о чём ему писать в будущем. Касательно пьяного леса, читатель должен запомнить занимательные случаи, вроде явления жабы-рогатки, водяной курочки, тигровой выпи, броненосцев, вискачи, жарараки, гремучей змеи и даже анаконды, чья слава грозного душителя скорее выдумка, нежели правда.

» Read more

Гавриил Троепольский “Белый Бим Чёрное ухо” (1971)

Белый Бим Чёрное ухо

Вставай и иди! Тебя бьют, держат, унижают, а ты вставай и иди! Или не иди. Ложись и лежи! Жди, ожидай, томи сердце тревогой!

Гавриил Троепольский написал повесть о собаке, чья жизнь должна была оборваться сразу после рождения. Не подходил щенок для нашего мира практически по всем параметрам. Он не удостоился родословной в силу разыгранной природой закономерности, всегда вступающей в противоречие с людскими желаниями. Бим – шотландский сеттер. Ему полагается быть чёрным. Он же белый. Но ему повезло с хозяином, решившим выкупить щенка, найдя в заботе о нём утешение собственной старости. Шаг за шагом автор произведения знакомит читателя с Бимом и собственными изысканиями, чаще от первого лица. Перелом в восприятии понимания собачьего бытия наступает тогда, когда Троепольский разлучает собаку и позволяет ей предаться отчаянным попыткам найти пропавшего хозяина. Ни о чём другом Бим не думает – его мысли только об одном.

Один вопрос постоянно беспокоит читателя – почему собака такая хлипкая? Она страдает от побоев и издевательств, вследствие её здоровье с каждой страницей ухудшается. В Биме нет жажды к жизни, его помыслы излишне односторонние и не терпят появления иных чувств. Троепольский постоянно устраивает встречи пса с плохими людьми, должными вносит разлад в повествование. Разумеется, автор играет на чувствах читателя, показывая ему склочных женщин, предприимчивых деятелей и жестоких человекоподобных существ: в обилии всех нас окружающих. Желание гневаться возникает подневольно.

Не плохим полнится мир – есть место и хорошим людям, излишне добродетельным и безрассудным, плохо отдающим отчёт своим поступкам. Они готовы превозносить Бима и проявлять о нём заботу, стараясь держать собаку при себе. Троепольский перегружает повествование крайностями. А Бим… Бим продолжает искать хозяина и обходит все места, где с ним ранее бывал.

Автор позволяет читателю увидеть мир глазами собаки. Так ли на самом деле собака понимает, что происходит вокруг? Она действительно так плоско смотрит на мир и ориентируется строго на доступные её пониманию действия других? Трудно судить. Об этом может твёрдо сказать только специалист по шотландским сеттерам, но и он не будет до конца прав, поскольку нет похожих друг на друга собак, как людей, как и любых других животных вообще. Поэтому принять Бима остаётся в описанном Троепольским виде – иного не остаётся.

Бим получился идеальным и полностью преданным созданием. Он благонравен и внутренне не приемлет насилия. Из него вышел рафинированный пёс: слишком мягкий, чтобы суметь выжить в одиночку. Кости Бима ломкие, внутренние органы легко разрываются, сам он излишне прямолинеен. Что-то не так с этой собакой. Возможно Биму не хватает ума, а может он действительно был обречён, выродившись в идеального служителя своему хозяину, и будет обязан погибнуть, как чахнет дриада без дерева.

И всё-таки Бим был способен меняться. Троепольский не объясняет, почему герой его повести давал себе право превозмогать боль и физические потребности, стараясь поддерживать в себе силы, хотя был обязан умереть от тоски и голода. Либо автор не понимал стремлений Бима, либо того требовало писательское мастерство. Единственной цели придерживался Бим, последовательно проводя поиски и выпутываясь из передряг. Он не хотел лежать и ждать – ему требовалось идти. Троепольскому оставалось подвести читателя к самому разумному исходу.

Бим познал Дао, поэтому нет причин для грусти – лучшее из возможных состояний им было достигнуто.

» Read more

Михаил Пришвин “Зелёный шум”, рассказы (1949)

Пришвин Зелёный шум

Наблюдая за природой, Михаил Пришвин оставил множество заметок, ныне разрознено встречаемых в разнообразных сборниках. “Зелёный шум” является одним из них. Его яркая особенность – он издан при жизни автора. Включает рассказы из циклов: Родная земля, Мои тетрадки, Лисичкин хлеб, Охота, Охотничьи собаки. Уникальным произведением, доступным для читателя, является переложение Пришвиным ряда художественных работ канадского писателя Серой Совы.

Пришвин смотрит на природу, излишне её не приукрашивая: дополнительных красок ей не требуется. Имеются удивительные явления, разгадать которые помогает наблюдательность. Порой не требуется прилагать умственных усилий, чтобы найти ответ для невольно возникшего вопроса. Почему у оленей пятно сзади? Обыкновенный читатель никогда не стал бы придавать значение таким особенностям, а вот Пришвин обязательно задаётся целью и находит требуемое решение.

Где бы Михаил не находился, он всегда делал заметки. Дальний Восток, Кавказские горы, Лапландия: ему есть о чём рассказать. И не всегда дело касается природы. Есть у Пришвина рассказы и про людей, чьё поведение не менее часто требует основательного рассмотрения. Любил Михаил собирать народные сказания, им тоже нашлось место среди его заметок.

К слову о заметках. Пришвин не мыслил себя без тетрадок. Он мог рискнуть жизнью, лишь бы не позволить пропасть письменно задокументированным наблюдениям. Разумеется, и об этом имеется заметка. Он не делал проблем из ничего, предпочитая размышлять о жизни самостоятельно. Он и на охоту ходил в одиночку, взяв только собак. Так и передвигался Пришвин медленным шагом, высматривая требуемую добычу. Михаил был созерцателем – это и заставляет относиться к нему с уважением.

Читатель может сравнить творчество Пришвина с байками: как на медведя ходили, каким образом собак воспитывал, отчего заяц сапоги съел, почему мужик гусей воровал. Отчасти познавательно, но чаще пришвинские заметки позволяют приятно провести время, прикоснувшись к повседневности некогда жившего человека. Иные люди могут поучиться наблюдательности, поскольку случись нечто подобное с ними – они не смогут рассказать об этом другим.

Что касается Серой Совы, то Пришвин ему симпатизировал в силу обоюдной любви к природе. За основу для одноимённого собственного произведения, он взял ряд работ канадского писателя, вольно изложив их для советского читателя. Текст читается натужно, поскольку вместо краткого повествования, Михаил пишет беллетристику, что редко у него получалось хорошо. Читатель узнает о становлении Серой Совы, его пути к индейцам, участии в качестве снайпера на европейских полях сражений и дальнейшую борьбу за достойную жизнь для собратьев. Конечно, Пришвин иначе строит сюжетную линию, поскольку вносит в повествование факты жизни англичанина Арчибальда Билэйни, кем изначально и являлся будущий канадский писатель. Данный факт его биографии, согласно свидетельствам, стал известен общественности уже после смерти. Пришвин придал произведениям Серой Совы другой оттенок. В остальном, надо полагать, Михаил уже не отходил от оригинального текста, показывая действительные похождения индейца.

Человек ныне разучился жить в гармонии с природой. А может он никогда этого и не умел. Но всегда были люди, проявлявшие к природе трепетное отношение. Они уходили от мирской суеты и предавались созерцанию. У них менялись приоритеты. И вместо ярых сторонников трансформации доступного пространства, появлялись желающие сохранить без изменений имеющееся. Такое вполне допустимо. Относить к ним Пришвина стоит с опаской, каким бы любителем природы он не являлся. Он всегда подходил разумно и брал минимум ему требуемого. Впрочем, это идеализирование.

» Read more

Джеральд Даррелл “Гончие Бафута” (1954)

Даррелл Гончие Бафута

Джеральд Даррелл невольно обозначил собственное одиночество. Вокруг него люди, животные и природа. Но сам Даррелл находится в пустоте, являясь всего лишь участником ещё одной экспедиции. Он знакомится с нравами туземцев, ловит зверей, попадает в передряги и безрассудно рискует жизнью, оставаясь при этом наедине со своими мыслями. Ему помогает способность подмечать детали, а также талант находить смешное в критических моментах, благодаря чему он сохраняет положительный настрой.

“Гончие Бафута” написаны Дарреллом спустя пять лет после экспедиции в британский Камерун. Он уже был в этих местах, поэтому знал, как избежать недоразумений и с помощью чего добиться поставленных целей. У него с собой имелись пожелания от зоологических садов, поэтому он понимал в каком направлении следует работать. Ему хотелось раздобыть волосатую лягушку, золотую кошку, галаго и летягу. Проблема усугублялась тем, что о существовании некоторых нужных видов не знали даже опытные охотники, подвергая доводы Даррелла сомнению. Вполне возможно, что в перечне у Джеральда были и другие удивительные животные, которых в ходе экспедиции найти так и не удалось.

Примечательно в рассказах Даррелла следующее: он нагнетает интерес, делает из мухи слона и устраивает читателю эмоциональные ловушки. Всё ему даётся в результате приложения огромных усилий, постоянно происходят приятные неожиданности, в том числе и неприятные ожиданности, от чего мир мог бы и не узнать о таком человека, каковым являлся Джеральд Даррелл. Может и не было никакой змеи, а может и была: читателю доступны для ознакомления яркие впечатления автора, подвергшегося укусу ядовитой змеи, когда на ближайшие километры ни у кого нет сыворотки, а то она и вовсе в Камеруне отсутствует. Читатель вне желания оказывается захваченным чувством сочувствия к попавшему в безвыходное положение человеку.

Без печали не было бы и радости. Умирать на страницах воспоминаний Даррелла могут все, кроме него самого. Беды поджидают охотников и, конечно, объектов их желания. За животными требовался особый уход, только мало кто из них мог адаптироваться к новым условиям. Вновь Даррелл перегружает ковчег, наполняя клетки разнообразными представителями фауны. Он уже не борется с муравьями, и без того рискуя потерять ценные экземпляры. Над повадками некоторых видов ему приходилось ломать голову, так как животные умирали, иногда при полном удовлетворении их нужд, а порой и в силу разных причин, вроде тех случаев, когда Даррелл не мог установить, чем питомцы питаются на воле.

Не обходит Даррелл вниманием обычаи туземцев. Он находится с ними в тесном общении. Для этого он пытается мирно жить со всеми, в том числе и с вождём, чьи помыслы иной раз ставили его в тупик. То он обязывал Джеральда пить непомерно крепкий алкоголь, то предлагал жениться на его дочери. Лишь изобретательность помогала Дарреллу избежать роста напряжения. Залихватский европейский танец можно не вспоминать, он привнёс в повествование порцию приятных авторских впечатлений и позволял разряжать обстановку, если того требовали обстоятельства.

“Гончие Бафута” лишены единой повествовательной линии. Это прежде всего набор занимательных случаев, о которых Даррелл решил вспомнить. В какой-то момент на читателя обязательно навалится ощущение скуки, ведь об особом разнообразии в приключениях Джеральда говорить не приходится. Да и чувство одиночества не позволяет понять радужность авторских похождений. Всё кажется прекрасным, но чего-то постоянно не хватает. Думается, Даррел испытывал нехватку в единомышленниках. Видно, что Джеральд любит природу. Для остальных участников повествования природа – естественная среда обитания, в которой животные добываются сугубо ради пропитания.

» Read more

Джеральд Даррелл “Перегруженный ковчег” (1953)

Даррелл Перегруженный ковчег

Должны ли люди знать больше о том мире, в котором они живут? Ответ кажется очевидным. Но никто не берёт в расчёт, что удовлетворение любопытства одних вносит разлад в существование других. В случае Джеральда Даррелла дело касается сбора коллекции из экзотических обитателей Камеруна для зоологических садов Британии. Имея за плечами твёрдый интерес и хорошую финансовую поддержку, Даррелл в декабре 1947 года отправился в шестимесячную поездку с целью привезти обратно требуемых животных. Стоит оставить в стороне любовь к природе и посмотреть на деятельность Джеральда со стороны необходимости изучения окружающей среды, к каким бы методам он для этого не прибегал. К чести Даррелла будет сказать, что он любит свою работу и ратует за сохранение здоровья всем своим питомцам, искренне переживая за каждого из них. Если и случались смерти, то не по его вине, а в силу невежества местных жителей и особенностей адаптации каждого вида.

Даррелл сразу оговаривает о чём именно будет рассказывать. Читателю предстоит ознакомиться не со всеми этапами его работы, а преимущественно с тем незначительным процентом занятости, который сводился к поиску и ловле нужных животных, тогда как львиная работа сводилась к поддержанию пойманных представителей фауны в должном состоянии, чтобы их сохранить в здоровом виде до того, как они будут переданы заказчикам. Хоть Даррелл и оговаривается предварительно, он всё-таки не может обойти вниманием важные моменты, о которых читатель должен узнать. Понаблюдать за деятельностью Даррелла следует обязательно – это позволит сформировать собственное мнение о его работе.

Джеральду хотелось погрузиться в настоящую африканскую действительность, для чего он максимально удалился от цивилизованных городов. Люди встретили его с радостью, особенно узнав какие выгоды им сулит сотрудничество с британским исследователем. За пойманных животных Даррелл исправно платил, изредка отказываясь. Иных он добывал своими руками, поскольку не желал упускать ценный экземпляр. В целом его пребывание на африканском континенте свелось именно к знакомству с местными обычаями, довольно необычными и отчасти забавными – читатель об этом, разумеется, будет уведомлен.

Не так огорчала Даррелла смертность, как поведение местных жителей. То, что для него является предметом восхищения, для них всего лишь мясо. Стоит ли говорить о гуманности, когда не выкупи Джеральд животных, как их банально бы съели, особо не задумываясь над их важностью для науки. Конечно, никто бы тогда и не стал специально охотиться, рискуя жизнью, чтобы добыть редкие виды, порой ядовитые, только это уже тема для отдельного разговора. Даррелл сокрушается, описывая гибель храбрецов и постепенное угасание добытых ими животных, доставленных ему посредством калечащих приспособлений.

Джеральду постоянно приходилось бороться с рядом особенностей африканского континента. Один раз он решается рассказать про мигрирующих муравьёв, пожирающих всё, что встречается на их пути. Надо полагать, ему часто с ними приходилось сталкиваться. Может показаться мелочью, ведь всё всегда заканчивалось благополучно. Однако, из подобных мелочей у Даррелла получился отличный рассказ о его поездке в Камерун.

Ковчег действительно оказался перегруженным. Джеральд собрал нужные образцы для британских зоологических садов. И нужно было задействовать множество дополнительных сил, чтобы доставить коллекцию по назначению. Конечно, читать о передвижении до корабля читателю будет уже не так интересно. Однако, почувствовать себя юным исследователем у него получится точно – осталось найти изображения главных героев приключений Даррелла, так как иные их представители до сих пор считаются экзотикой.

» Read more

Михаил Пришвин «Лесной шатёр», рассказы (1941)

Вокруг так много прекрасных моментов, мимо которых люди проходят, никогда о них не задумываясь. Порой достаточно ограничиться парой строк, позже собрав их в одном месте под видом сборника очерков. Особого смысла при этом не требуется. Поводов существует великое множество: пошёл снег в середине мая, планово отключили горячую воду, мёрзнут ноги и засопливил нос. Почему бы об этом не рассказать? Не имеет значения, если подобное не найдёт отклика в сердцах читателей. Разве играет существенную роль чьё-то мнение, когда желаешь оставить о себе память, поделившись позитивным восприятием реальности? Думается, у Михаила Пришвина в жизни хватало горя, но он старался во всём находить прекрасное. Именно за это ему спасибо.

Представленный для внимания сборник рассказов “Лесной шатёр” разделён на четыре части: Лисичкин хлеб, В краю дедушки Мазая, Дедушкин валенок и Золотой луг. Перечислять их содержание особой надобности нет, частично оно встречается в других сборниках, а некоторые рассказы укладываются в считанные строки. Пришвин подмечает детали, умело увязывая их в единое целое. Казалось бы, уже полюбившиеся читателю герои произведений могут являться второстепенными участниками других историй, позволяя чувствовать приятное ощущение, будто встретился со старыми знакомыми.

Более других выделяется сборник рассказов про край дедушки Мазая. Пришвин попал в такое место, где иных ассоциаций не возникает. Впору садиться на лодку и плыть спасать зайцев, чем, кстати. писателю иногда и приходилось заниматься. Пока он спасал зазевавшихся ушастых, попутно подмечал другие детали, крепко запоминания мельчайшие подробности, чтобы потом всё изложить в письменном виде, где-то приукрасив действительность. Но так ли это важно, когда он стремился видеть во всём положительные стороны?

От некоторых очерков Пришвина читатель может придти в недоумение. Да, у автора прекрасный слог. Однако, чаще в тексте им рассказывается очевидное, без дополнительного приукрашивания: растёт сосулька, бегают муравьи, стучит дятел, полетел днём филин. Читателю хочется сесть и расплакаться, если он не может выехать из города на природу. Пришвин до того любит находиться на свежем воздухе, что, созерцая лосят, может думать не о их красивом облике, а о том вкуснейшем студне, который можно из них сварить. Прекрасных моментов даже больше, нежели можно подумать. Всё создано для того, чтобы человек никогда не горевал, наслаждаясь жизнью.

Таков всё подмечающий Пришвин. Гораздо больше у него рассказов про его животных, с которыми он ходит на охоту, а также о тех, что содержатся на его подворье. Особое место в симпатиях писателя отводится собакам, но и птица пользуется у него почётом. Пришвин с одинаковым удовольствием рассказывает об особенностях и тех и других. Где не справится собака, там в дело вмешается хромая утка или грозная курица, имеющие собственные черты, позволяющие их выделить из общей массы. В их делах Пришвин видит особый смысл. Для него не существует усреднённых представителей животного мира – все они умеют размышлять, принимать решения и совершать осознанные действия, будто действительно выполняют заранее осмысленное.

Огорчает Пришвина людская склонность обо всё говорить в общем. Никогда не сходив в настоящий лес, человек предполагает наличие страшного. Он боится, заражая боязнью других. Как знать, может и среди медведей ходят подобные слухи о зверски настроенных против них людей, бродящих по лесу специально, чтобы с ними столкнуться и причинить им вред. Боится человек медведя, медведь в свою очередь боится человека. Так и разойдутся их пути на лесной тропе. Пришвину хочется верить, но почему-то не верится. Впрочем, встречаться с медведем в лесу всё равно нет никого желания. Лучше ещё раз перечитать сборник рассказов о природе, прикоснувшись к прекрасному через творчество сведущего человека, нежели рисковать здоровьем и идти туда, где тебя не ждут. Ведь есть у Пришвина предостерегающая сказка-быль “Кладовая солнца”, как раз и повествующая о добрых желаниях и печальных последствиях.

» Read more

Графиня де Сегюр “Записки осла” (1860)

Смотреть на мир глазами животных люди пытаются с глубокой древности. Получается у них это удачно или нет – понять трудно. Судить можно лишь с позиции человека, что не является гарантией верного понимания. Впрочем, правдивость и не требуется. Главное показать насколько животные зависимы от воли людей или наоборот независимы. Весьма занятно получается взглянуть от лица осла – упрямца из упрямцев: он способен молча стерпеть обиду, но в любой момент может отомстить. А если осёл ещё и здраво размышляет, то в дураках останутся многие, пока он будет с удовольствием поглощать лакомства.

Графиня де Сегюр предложила читателям историю про осла Кадишона, чья горькая доля не предвещала ему хорошей жизни. Его обижали: он прятался в лесу, голодал, мёрз и трясся от страха. Хозяев приходилось менять часто – понимающих среди них не находилось. С виду добрая бабушка оказывалась злостным эксплуататором, сдающим осла в аренду. А когда благополучие оказывалось достигнутым, тогда случалась оказия и осла изгоняли на улицу. Стал Кадишон неприкаянным, находящим приключения на свою голову, покуда не задумался обучиться грамоте, да наконец-то изложить людям историю незавидных похождений, участником которых ему довелось быть.

Говорить о богатстве содержания не приходится. Может быть причина кроется в авторе записок, ведь Графиня де Сегюр позиционирует произведение записками, написанными ослом. Скудость описываемых похождений не способствует пробуждению воображения. Главный герой, он же осёл Кадишон, постоянно сетует и горюет, пытаясь добиться справедливости. Ход его мыслей говорит о способности логически мыслить и воздавать всем по заслугам. Кадишон своеобразно понимает справедливость. Он не терпит, когда кто-то обманывает. Мстит за убийство друзей. Не делает различий между взрослыми и детьми. Трактует грубость грубостью и находит способы наказать обидчиков, Иногда осла ест совесть, отчего ему приходится исправлять результаты своих же проделок.

Постепенно осёл становится знаменитостью. Местные жители научились выделять его среди других ослов. Это помогает Кадишону справляться со сваливающимися на него напастями. Помогают ему и природные дарования, благодаря которым он обладает не только сообразительностью, но и быстрыми ногами. Графиня де Сегюр наделила главного героя произведения всем, что может помочь ему добиться обретения долгожданного счастья. Ведь должен же осёл найти того хозяина, что будет о нём заботиться и не станет эксплуатировать вне его желания.

Кадишон – особенный осёл. Графиня де Сегюр наглядно доказывает это, показывая в истории других ослов весьма глупыми и, надо полагать, не способными размышлять. Кадишон, получается, самое умное действующее лицо, лучше всех понимающее и рассуждающее. Кажется, он к тому же единственный, кто может обучиться грамоте. За взрослыми остаётся право на жестокость, как и за детьми. За ослом же сохраняется право выражать мнение, поступая всем на зло.

Не совсем понятно, когда Кадишон написал эти записки, поскольку происходящее является рассказом, направленным на конкретного слушателя. Вполне может оказаться, что данным слушателем является непосредственно читатель. Надо только представить, что после горьких метаний от хозяина к хозяину осёл попал в действительно заботливые руки. Читатель это понимает и ещё раз радуется за Кадишона, сумевшего преодолеть столько препятствий.

Позади голод, зима в лесу, жестокие мальчишки, ослиные бега и даже представления для потехи публики, не считая участия в охоте, избавления от пожара и многого чего ещё. Отныне Кадишон заслуживает того, чтобы его записки прочитали ещё раз.

» Read more

Михаил Пришвин “Кладовая солнца”, рассказы (1945)

Затрагивать тему социальных потрясения важно, но также нельзя забывать и про простые вещи, на которые в суете человек не обращает внимания. Источник позитивных эмоций всегда находится под рукой, стоит забыть о скоротечности городской жизни и окунуться в одурманивающий запах пробуждающейся природы на рассвете. Не все могут полностью оценить оттенки журчания ручья и дуновения ветра, а кто может, да к тому же и перенести это на бумагу, тот уже только из-за этого должен считаться счастливым человеком.

Михаил Пришвин в своих рассказах пишет, как любил пробуждаться по утрам, наблюдать за солнцем и видеть в природе кладовую всего спектра нужных ему эмоций. Приучив себя с малых лет, он так и продолжал вставать рано, слушать пение птиц и думать о нуждах предстоящего дня. Читатель также может познакомиться с Пришвиным, который вносил незаметный элемент художественности.

Пришвин не использовал природу для удовлетворения собственных потребностей. Для него живые существа становились источником вдохновения, а их судьба его очень беспокоила. При этом Пришвин понимал, что природа отличается изощрённой жестокостью. Её суровые законы не дают право жить слабым и больным. Не зря ведь природой был создан человек, впитавший в себя понимание необходимости действовать согласно внутренним убеждениям, не принимая желания других существовать вне заданных рамок. Человек также жесток, как природа, но ему присущ гуманизм, благодаря которому у природы сохраняются шансы остаться на планете хоть в каком-то виде.

Данный вариант совместного существования человека и природы воспринимается выдумкой. Отчасти так и есть. На нашей планете всё взаимосвязано, поэтому деятельность человека укладывается в осознание необходимости его существования, какие бы меры он не принимал. Тут сразу стоит провести разделительную линию между потребителями и созерцателями. Пришвин относится к созерцателям – он не склонен разрушать имеющееся, а его стремление сохранять природу в неизменном виде скорее поэтика.

Пришвин раскладывает природу на составляющие. Лес для него – не просто компактно растущая группа деревьев – это целая вселенная. Всюду Пришвин видит особенности, подмечая их и сообщая читателю: цветы просыпаются в определённые время, птицы занимают отведённые им этажи и “по-человечески” разговаривают характерным для них словом. Обитающие в лесу животные ведут себя разумно, обманывая охотников и находя развлечения для занимательного времяпровождения. Даже грозный медведь у Пришвина – мнительное создание, прячущееся в кустах, лишь бы его никто не увидел. Читатель смотрит на природу с новой стороны, подмечая вместе с автором интересные моменты.

К природе нужно относится уважительно. Нельзя без нужды убивать животных, рвать цветы и нарушать ход естественных процессов. Человек идёт на охоту с целью получить удовольствие от процесса или просто кого-нибудь подстрелить, но редкий охотник способен обойтись без оружия. Пришвин предпочитает наблюдать, позволяя убежать хитрому зайцу, нежели метко в него выстрелить. Лучше потом рассказать другим о находчивом животном, чем аппетитно откушать или обзавестись очередной шкурой.

Любит Пришвин рассказывать о своих животных. В его рассказах встречается множество историй о собаках, начиная от их появления у него и заканчивая занятными происшествиями, связанными с особенностями того или иного питомца. Была у Пришвина и хромая уточка-приманка, прикипевшая к человеку, зазывающая сородичей и понимающая, что среди себе подобных ей места нет, а вот среди людей она всегда найдёт понимание и ласковое обращение.

Рассказы короткие. За их количеством легко забыть о ранее прочитанном. Но и по названиям удаётся восстановить в памяти основные моменты. Вот малый список работ Пришвина: Изобретатель, Ребята и утята, Лесной доктор, Ёж, Золотой луг, Журка, Говорящий грач, Предательская колбаса, Первая стойка, Ужасная встреча, Ежовые рукавицы, Лада, Зверь бурундук, Белый ожерелок, Разговор птиц и зверей, Гаечки, Птицы под снегом, Беличья память, Лягушонок, Остров спасения, Лоси, Этажи леса, Берестяная трубочка, Медведь, Таинственный ящик, Вася Весёлкин, Лесной хозяин, Сухостойное дерево, О чём шепчутся раки, Лисичкин хлеб.

Существенно отличается от рассказов сказка “Кладовая солнца”. Пришвин написал жуткую историю о детях, попавших в неприятности на болоте, решив добыть на палестинке вкусной сладкой клюквы. В свойственной себе манере Михаил делится описанием леса и его особенностей, помещая в повествование людские судьбы. Человеку нет необходимости забираться в глухие места, однако он идёт, понимая, самое лучшее можно найти там, где до тебя никто не был. Вот и идут дети, не ожидая подвоха от с виду спокойного леса.

Нагнетать напряжение у Пришвина не получается. Разумеется, на болоте действующих лиц может ждать только одно, что и происходит. Остаётся добавить в повествование хищных животных, как юный читатель зарядится трепетом и начнёт мечтать повторить поход на болото. Для детей притягательных моментов в творчестве Пришвина великое множество, вот и данную сказку они проглотят с воодушевлением.

Дополнительные метки: пришвин рассказы критика, пришвин рассказы анализ, пришвин рассказы отзывы, пришвин рассказы рецензия, пришвин рассказы книга, пришвин рассказы сборник, Mikhail Prishvin, The Treasure Trove of the Sun

Данный сборник вы можете приобрести в следующих интернет-магазинах:

Лабиринт | ЛитРес | Ozon | My-shop

Это тоже может вас заинтересовать:
Лесной шатёр. Рассказы
Зелёный шум. Рассказы
Дорога к другу
“Встречи с природой” Николая Сысоева

1 2 3 4 5