Category Archives: Беллетристика

Томас Бернхард «Ребёнок как ребёнок» (1982)

Бернхард Ребёнок как ребёнок

Мир не стоит на месте, постоянно развиваясь, лишь дети остаются детьми, для кого всё продолжает быть неизменным, пока не наступает определённый момент, после чего они становятся взрослыми. Так кажется, но насколько оно оправданно, если исходить из воспоминаний, которыми потом люди делятся? Для кого-то память о прошлом становится поводом заявить о себе сегодняшнем, согласного с былым, либо его ярым противником. Лишь редкие люди дозволяют говорить о воспоминаниях, ничем не приукрашивая и не очерняя. Таким образом поступил и Томас Бернхард, сообщивший о детстве ровно то, что некогда происходило. А ведь его детство прошло при фактах, какие каждый бы посчитал зазорными. Например, ребёнком Томас был членом юнгфолька, чего избежать не мог, учитывая действовавший в то время режим.

Бернхард начинает повествовать с простого — он посмел взять велосипед отчима, намереваясь прокатиться к тётке, живущей за тридцать пять километров от дома. Правда, ездить на велосипеде он не умел, зато живо представлял, как это у него получится. Вполне очевидно, поездка не задалась: порвалась цепь, пошёл проливной дождь. Пришлось возвращаться назад, прося помощи у взрослых. Томас сразу сообщал читателю, чей был велосипед. Он принадлежал отчиму. Сам отчим в этот момент участвовал во вторжении Германии в Польшу. Дома ожидалось наказание от матери, коего следовало избежать. За помощью Томас отправился к деду — человеку своеобразной логики. Тот на дух не переносил ничего, что связано с Германией, да и вообще не терпел государственных образований, всего с ними связанного. Даже учителей дед мешал с грязью, не говоря уже про полицию.

Невзирая на отвращение к Германии, семье Томаса пришлось переехать в Баварию, где имелась возможность устроиться на работу. Именно тогда пришлось вступить в юнгфольк, сделав то скорее по принуждению, так как мать отправила его на поезде не в ту сторону, вероятно, обманув. Таким образом Томас попал в детский лагерь, где к нему относились с крайним пренебрежением из-за того, что он мочился ночью в постель. Собственно, потому мать его и отдалила от себя, устав терпеть подобное от сына, как о том думал сам Томас. Приходилось выносить унижения, так как позора избежать не удавалось.

Описываемые события развивались по мере желания Бернхарда про них рассказывать. Излагал он мысль весьма трудным для усвоения способом, не разделяя текст на абзацы, и не стремясь выделять прямую речь. Не видишь, где случился аншлюс, почему автор в определённый момент делится одним воспоминанием, затем другим, где последующее может предшествовать предыдущему. Но суть рассказываемого всё равно нельзя не понять, было бы к тому у читателя стремление.

Дети обязательно вырастают. Наступит пора и для окончания повествования. Для Томаса к тому послужило за причину рассказать о том, как американская авиация стала устраивать налёты на Баварию. Он видел, как был подбит американский самолёт, потом они с бабушкой поехали посмотреть на место крушения, там увидели сгоревший свинарник, остов самолёта и изуродованные человеческие трупы. На том война для Бернхарда заканчивалась — подробнее он не стал рассказывать. Вскоре и вовсе ему предстояло уезжать — наступала пора учиться.

Вполне понятно, про такое произведение, где автор не позволил себе лишних размышлений, описал прожитое таким образом, каким оно случилось, никак не окрашивая, трудно говорить, измышляя нечто особенное. Того и не требуется, просто запомним, как оно когда-то происходило.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Фёдор Гладков «Повесть о детстве» (1949)

Гладков Повесть о детстве

Обратившись к опыту Толстого и Горького, Фёдор Гладков решил написать о собственном детстве. Но о чём он мог рассказывать, если происходил из крестьянской семьи? Как раз о крестьянском быте. Показать его таким, каким сумел запомнить. На деле вышло, воспоминания Гладкова получились отражением той среды, которая и должна была сформироваться в представлении граждан Советского Союза о прошлом. То есть крестьян обязательно следовало показать примечательными на грубость, невежество и отсутствие образованности, словно ничего не поменялось с древнейших времён. Гладков не стал делать исключения ни для деда, жившего порядками середины XIX века, ни для отца, просто обязанного иметь отличия в мировоззрении от старших поколений. Зато он, Фёдор, получил возможность переосмысления, пускай и прожив для того более пяти десятков лет.

Как сложились семейные порядки при деде? Всё держалось на строгости. Дед наводил авторитарные порядки, не допуская свободомыслия. Кто заговорит за столом — тому мог дать ложкой по лбу. И не так важно, что в таком духе детей воспитывали всегда, невзирая на политический строй и социальное положение. Вполне очевидно, дед отличался набожностью, чего требовал от других. Всему этому находится объяснение, ведь жил дед при крепостничестве. Да вот при нём ли? Если исходить от года рождения Фёдора, то его дед мог быть уже вольным крестьянином, когда вступал в сознательную жизнь, пусть и сохраняя верность прежним традициям. А вот отец Фёдора явно не знал власти помещика над собой, вполне эмансипированный и вольный хозяйственник, только решивший слыть за подобие своего же отца, ставший таким же авторитарным главой семьи, применяя ложку для наказания и требуя трепетного почтения к Богу.

Каким бы отец не являлся важным для семьи, сколько бы не указывал на важность своей личности, то он показывал, исходя из очевидного, — был скудоумным, неграмотным и не представлял собою того, о ком можно говорить с гордостью. Мать Фёдора он бил жестоко, чаще даже без причины, дозволял грубить и кричать. Однажды случилось и вовсе непонятное для понимания личности отца, он пошёл против заведённых дедом порядков. Может понял, насколько жизнь меняется? Или не понял, просто жил таким образом, каким ему казалось нужным? Всё-таки ведь должен был наступить перелом в сознании крестьян, когда годы шли, а уклад не менялся, хотя наступили другие времена, требующие находить возможности, дабы прокормить семью, так как сидеть за пазухой у помещика больше не получится.

Что до самого Фёдора, если он писал подлинно о себе, то детство его прошло в тяжёлом труде, какой знаком каждому крестьянскому сыну. К девяти годам Гладков обладал всеми знаниями, благодаря которым знал и умел практически всё, требующееся от крестьянина. Имел он представление и о народных приметах, по которым протекала крестьянская жизнь. Фёдор умел боронить, не пользуясь помощью взрослых, в нужных случаях применял травы, когда к тому появлялась необходимость, используя и другие знания, поскольку понимал, насколько необходимо это знать, ибо наступления другой жизни тогда ожидать не приходилось.

Как же быть читателю? Следует ли знакомиться с воспоминаниями Гладкова? При желании ознакомиться с тем крестьянским бытом, на благости искоренения которого настаивала впоследствии советская власть, то читать нужно. А ежели мысль не принимает допустимости подобного среди населения Российской Империи, будто и не было эмансипации крестьян, и деятельность славянофилов ни к чему не привела, то лучше к произведению Гладкова не обращаться.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Альфонс де Шатобриан «Господин де Лурдин» (1911)

Шатобриан Господин де Лурдин

Как часто родители возлагают надежды на детей! Ведь и рожают с целью продлить род, надеясь найти в ребёнке собственное продолжение. Но не всегда всё складывается удачно. Чаще получается обратное — дети разочаровывают. Бывают случаи, когда ребёнок впитывает лучшие черты отца или матери, порою перенимая только худшие, но чаще — становится не тем яблоком, которое должно падать от яблони, а чем-то другим, словно взращенный чужими руками. Почему так происходит? Всё зависит от среды, в которую попадает подрастающее чадо. Именно среда формирует в человеке привычки, к обеспечению которых он и продолжает стремиться. Например, сын не пойдёт по стопам отца-фермера, поддавшись прелести комфортной жизни в городе. Но никто и не заставляет детей делать выбор в пользу родителей, только очень трудно осознать и принять факт, когда от тебя отказывается плод твоей же любви.

У Шатобриана показана обыкновенная ситуация, которая легко раскрывается с помощью любых художественных средств. Обладай Альфонс умением рисовать, написал бы картину, где отец стоит у свежей могилы, взирая вдаль, никак не верящий, что сын не пожелал приехать на похороны матери. Будь он скульптором, тогда бы изваял фигуру непокорного в гордости человека, попирающего ногами прежнюю жизнь. Пиши стихи, Альфонс сочинил бы горькую поэму о представителях молодого поколения, ослепших от суеты красивой жизни без обязательств. Но Шатобриан написал произведение, где использовал больше средств, чем могут себе позволить художники, скульпторы и поэты. На страницах оживали образы, по которым читатель должен был судить, насколько допустимо позволять жизни стремительно меняться, если старое в ней перестаёт цениться, уступая значение совсем мимолётному, в чём для человека нет никакой нужды.

У Альфонса сын не ценит родителей. Он живёт собственными радостями, ни в чём не собираясь воздать отцу с матерью. Пагубный путь приводит его к краху, из-за чего родителям приходится переживать. Если отец находит силы крепиться, соглашается продавать имущество, лишь бы вытащить сына из ямы, то мать, не отличающаяся крепостью здоровья, подобного удара пережить не может: она умирает. И насколько должно быть горестно отцу, оказавшемуся в одиночестве перед неизбежным? Он будет стараться помогать сыну, тогда как тот продолжит проматывать финансы родителя, никак не способный отдавать отчёта действиям. Как раз к тому и будет Шатобриан подводить читателя — к осознанию необходимости задуматься над поступками: родителям стремиться поставить детей на ноги, соглашаясь терпеть их вольность, либо всё-таки держать детей в строгости. Но разве есть силы, способные помешать человеку на всё смотреть иначе, когда он окружён совсем другой средой, нежели сопутствовала жизни его отца и матери?

С другой стороны, нужно думать и над поступками сына. Может следует взывать к совести молодых людей, должных забыть о личных интересах, обязанных обеспечить спокойствие на душе у родителей? Или ничего этого не требуется? Или можно уподобиться растению, когда дерево лишь разбрасывается семенами, ни о ком не проявляя заботу? В любом случае, нужно смириться с вольностью сознания выросших детей, стараясь прилагать усилия только тогда, когда близко наступление непоправимых последствий свободолюбия.

Завершить историю Шатобриан мог двумя способами. Согласно первому: сын одумается и начнёт помогать отцу. Согласно второму: сын будет наказан обществом. Как бы не случилось, читатель сможет извлечь мораль. И это самое главное, что требуется от литературы, претендующей на большее, нежели служить чтением ради развлечения.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Луи Перго «От Гупиля до Марго» (1910)

Перго От Гупиля до Марго

Мир жесток — и не надо пытаться на это закрывать глаза. Жестоки люди друг к другу, и быть добрыми они никогда не станут, поскольку это противоестественно звериной природе человека. Но людей можно образумить, обязать соблюдать законы, пригрозить наказаниями. Тогда человек одумается, ещё и обязанный соблюдать принципы гуманности. Медленно из человека начнёт выветриваться его звериное нутро, но только до той поры, пока он находится под контролем. Позволь ему оказаться вне условий необходимости слыть человечным, над ним возобладает ярость, он примется уничтожать, словно никогда и не слыл за цивилизованного. Полностью избавиться от звериной сущности не получится, поскольку человек обязан оставаться животным, так как не является камнем или растением — всё равно будет убивать и кромсать, только бы обеспечить продолжение существования. Гораздо сложнее, вместе с тем и проще, дело обстоит в дикой природе, где действует единственный закон: убивай или беги, тогда будешь спасён, либо убит.

Луи Перго составил сборник из восьми рассказов. В каждом он рассказывал о каком-либо животном. Первым героем повествования стал лис Гупиль, последним — сорока Марго. Помимо них в рассказах действуют охотничья собака Миро, петух Шантеклер, курица Пикоре, крот Никталетта, ласка Фузелин, заяц Руссар, белка Геррио, сойка Жако, лягушка Рана, ворона Тьеслен и кошка Митис. В числе персонажей задействованы и люди.

Как Перго решил повествовать? Он не стал скрывать от читателя, каким образом устроен мир. Лис не будет добрым к тем, кого может съесть, без жалости способный расправиться с петухом, ради чего он и собирался разорять курятник. И лис привлекает внимание охотника, для которого не является средством продолжения существования, а всего лишь обладателем красивой шкуры с мехом. Каждый у Перго способен убивать, не придавая значения совершаемым поступкам. А кто из животных не имеет склонности к убийству? Таковых и не существует вовсе. Если не себе подобных, и не с целью хищничества, то убийство проявится в другой форме, о которой человек и вовсе не задумывается. В конце концов, покушение на что-либо, способное ощущать силу жизни, уже должно считаться убийством, в том числе и покушение на насекомых и на растения.

Одно отличает животных от человека — они не понимают, почему поступают жестоко. Может быть по причине отсутствия иной возможности для обеспечения способности существовать. Если лис не убьёт петуха, иным образом он не сможет найти способ пропитания. Но и давать лису право питаться по собственному усмотрению — никто не позволит. Ситуация складывается безвыходная. Тогда почему человек продолжает стремиться к жестокости, причём ничем не должной быть оправданной? Теперь человек легко добывает пропитание, не прибегая к насилию. Для наглядности Перго показал, чем человеческая жестокость отличается от звериной.

Одного не хватало Луи — ладности изложения. Читатель мог ожидать повествование в духе Джека Лондона, с тем же знанием очевидца описывавшего не только борьбу человеческих характеров, но и безжалостное отношение животных друг к другу. Но для Перго в том не было необходимости, да и талант беллетриста в нём только готовился раскрыться. Всё-таки лауреатом Гонкуровской премии он стал, будучи двадцативосьмилетним, до того сумевший издать два сборника поэзии, оставшихся незамеченными. Можно сказать, Перго получал аванс из признательности в надежде на раскрытие способностей на протяжении оставшейся жизни. К сожалению, через пять лет Луи будет убит на полях Первой Мировой войны.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Ингеборг Бахман «Реквием по Фанни Гольдман» (1972)

Бахман Реквием по Фанни Гольдман

Живя светской жизнью, будешь рассказывать про подобных тебе. Именно так желается думать, когда приступаешь к чтению произведения Ингеборг Бахман. Эта писательница, прожившая короткую жизнь, была примечательным представителем своего ремесла. Говорят, поныне её имя имеет значение для мира германоязычной литературы. В числе прочих, Бахман — одна из тех австрийских писателей, кто выдвигался на Нобелевскую премию. Во всём прочем, ежели кому и становится интересно творчество Ингеборг — люди обычно случайные, по причине довольно прозаической — мало кто выбирает для ознакомления творчество писателей из Австрии, если это не кто-то из тех, кто успел состояться ещё при Австро-Венгрии, либо тогда начинал свой творческий путь. В целом, толком не интересуясь художественными изысканиями Бахман, с той же случайностью оказываешься вынужден познакомиться с одной из её работ, ещё и имеющий подзаголовок, говорящий, что перед читателем всего лишь набросок к роману.

Ингеборг описала жизнь девушки, ярко жившей и в меру долго горевшей. Своё существование героиня повествования начала ощущать со времени аншлюса, присоединения к Третьему рейху Австрии. Её отец, замешанный в каких-то делах, сразу принял решение застрелиться. Своё желание он тогда же и реализовал. Что до девушки, чья фамилия Вишневская, она предпочла не задерживаться в бесперспективности, предпочтя удалиться как можно дальше, в какое-нибудь государство за океаном, например, в США. И ей не было важно, каким образом она это осуществит. Если потребуется выйти замуж, то не станет затруднением. Пусть муж ей будет противен, важным станет другое — удаление из Австрии. Говорить о жизненных принципах не приходилось — имелся единственный: жить ярко, гореть быстро. Да и станет ли жить главная героиня с американцем? До той поры, покуда он позволяет лёгкое существование жене. За лёгкостью последует столь же невесомое расставание. Впору даже подумать, Бахман описывала человека, должно быть близкого собственным идеалам. Хотя, почти не зная Ингеборг, таких выводов читатель делать не должен.

Кое-как состоявшаяся в высшем артистическом обществе, Фанни пожелает обрести личное счастье, коего вероятно желала. Прежние отношения более не тяготили, зато появилась возможность стать музой и покровительницей для перспективного писателя. Почему бы не сделать выбор в пользу юноши, пока не сумевшему добиться внимания? Она возьмёт над ним опеку, станет наставлять на путь истинный, и он обязательно проявит ответное почтение, готовый удовлетворять любые прихоти, только бы быть введённым в точно такой же высший круг творческих личностей. Молодой писатель стремился создавать пьесы, никак не способный прежде добиться внимания театральных деятелей. Теперь же, благодаря Фанни, он стал вхож в нужные ему двери. Вполне очевидно, встав на ноги, драматург уже не будет благодарить Фанни, станет чаще о ней забывать, вскоре и вовсе предпочтя жить угодной уже ему жизнью, променяв взрослую спутницу на девушку помоложе, для кого теперь он станет подобием ключика к высшему свету.

В конце концов всё обязано замкнуться. Круговорот безжалостно принимает новых участников, тогда как постаревшие члены мало кому продолжат оказываться интересными. Это очень бьёт по самолюбию, заставляет впадать в депрессию, после чего человек и вовсе сдаётся, утрачивая смысл существования. Вполне очевидно, Фанни сгорит на отпущенном ей пути, поскольку не умела доказывать право на должное быть её по праву. А если уж и говорить про сгоревших по дороге к славе, то приходится вспомнить и про конец жизни самой Ингеборг Бахман, столь же безвременно погибшей, виною чему считают успокоительные таблетки и непотушенную сигарету.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Валентин Костылев «Иван Грозный. Невская твердыня» (1947)

Костылев Иван Грозный Книга 3

Третья часть — завершающая — оставит читателя с неполным осознанием эпохи правления Ивана Грозного. Этот государь, правивший на протяжении пятидесяти одного года, за всё повествование оставался лицом, излишне редко представляемым читателю. Вот и теперь, вместо понимания происходившего на Руси, читатель наблюдает за процессами, довольно далёкими от его внимания, пусть и имевшими важное значение. Многое оказалось упущенным, и тут не скажешь, будто Костылев не имел о том представления. А как же тогда труд Карамзина, где про правление Грозного рассказано лучше и подробнее? Остаётся допустить, что Валентин преследовал другие цели, и название у произведения, если читать его как «Иван Грозный», скорее служит за яркую характеристику определённого исторического периода, нежели в качестве основного элемента. Вполне можно понять, поскольку не так важна роль отдельной личности, сколько роль людей, тогда населявших Русь. Приходится остановиться на мнении — Костылев показывал народ, тогда как прочее — эпоха правления одного из царей.

Валентин не стал обходить проблему наследования. Какими были дети Грозного? Мало какой читатель про то помнит, имея единственное представление — на Грозном династия Рюрика пресеклась. А как же Фёдор? Костылев предпочтёт рассказывать о других детях царя. Вот старший — Иван Иванович — тогда уже старший, учитывая смерть первенца Дмитрия, — чувствовал судьбу занять престол после отца, отчего вёл себя развязно, именно он пал от руки Грозного, как должно быть известно читателю, где под Иваном Ивановичем обычно понимается некий безликий сын. Действительно ли царь его убил? До сих пор нет единого мнения. Костылев посчитал важным указать только особое моральное страдание царя, как он не мог найти себе места.

Что до прочих детей… Они были. Был и младший Дмитрий, погибший при загадочных обстоятельствах. Оставался Фёдор, мало способный к управлению государством, при котором особенно раскроется фигура Бориса Годунова. Но это останется за страницами произведения.

Основное внимание Костылев уделил делам внешней политики. Так читатель знакомится с путешествием Шевригина, отбывшего к папе римскому для разрешения возникших осложнений между Польшей и Русью. Грозный не хотел вести войну со славянским народом, о чём и должно было быть выработано соответствующее мнение католическим первосвященником. Костылев подробно описал визит в Рим и Венецию.

Другое дело внешней политики — твёрдое желание Грозного породниться с английским дворянством, для чего он отправил в путешествие Писемского. С большим воодушевлением Костылев принялся повествовать о дороге до Англии, рассказывал о нравах и порядках жителей данного государства. Говорил и про то, каким образом королева Елизавета стремилась избежать женитьбы дальней родственницы на русском царе, для чего придумывались различные отговорки, вплоть до указания на лицо невесты, испортившееся после перенесённого заболевания.

Читатель пожелает спросить про начало завоевательных походов на Сибирь под предводительством Ермака. Но может по причине того, что сие мероприятие не входило в круг интересов Грозного, осуществлялось сугубо по воле отдельной группы казаков, Костылев не стал затрагивать данную тему. Впрочем, вне внимания пройдёт и период опричнины, если и упомянутый, то без должного внимания.

Рассматривая трилогию в совокупности, читатель придёт к ранее сделанным выводам: Костылев описывал положение народа на фоне царствования Ивана Грозного. Не так важна фигура царя, на месте которого мог быть другой правитель. И всё же не получится утверждать, будто Иван Грозный стоял в стороне. Отнюдь, как раз от его воли зависело происходящее в стране, как то не пытайся отрицать, ежели читатель склонен выражать подобного рода сомнение.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Роберт Нойман «Осеннее путешествие с любимой» (1970)

Нойман Осеннее путешествие с любимой

Жизнь должна напоминать сказку со счастливым концом. И пусть эта сказка про мужчину, достаточно пожившего, и молодую особу, прекрасную стремлением к осуществлению юношеских грёз. Они вместе недавно, буквально две недели. Между ними уже случилась интимная близость. Но насколько они согласны продолжать терпеть друг друга? Он — от одолевшей его безысходности, поскольку давно ни к чему не стремится. Она — от желания совершить путешествие на юг, где её ожидает встреча с подлинно любимым человеком. Таким образом Нойман начинал повесть, имевшую подзаглавие «Стародавний роман». Что же, сердце всегда желает видеть стремление людей к счастью. Пускай оно коснётся и представленных вниманию действующих лиц.

Роберт дал представление о сложившейся обстановке на рубеже шестидесятых и семидесятых годов — охлаждение отношений мировых держав. Главный герой у него является писателем, чьи драматургические произведения пользуются спросом у театров. Но каждый писатель в те годы должен был занимать определённую общественную позицию: прозападную или просоветскую. Главный герой сохранял интригу. С его слов получалось: для Кремля — пособник Америки, для Европы — советский агент. Для происходящего в повести то не имело никакого значения, кроме единственного эпизода, когда путешествие на юг пролегало через город, где был намечен слёт писателей, откуда главный герой поспешил сбежать.

Что до главной героини — она не являлась воплощением глупости женского пола. Отнюдь, на первый взгляд — пустышка, при пристальном рассмотрении — одарённая талантами девушка. Нойман постепенно открывал для читателя все её положительные качества, чтобы из инфантильного создания героиня доросла до женщины, уверенной в собственных силах. При этом она до последнего сохранит юношеский задор, выраженный наивным мечтанием о человеке, который будто бы её некогда любил, и теперь приглашает к себе, чтобы, кто бы мог в том сомневаться, сочетаться брачными узами.

Как же протекает путешествие? Для главного героя — посещение мест, где он некогда бывал. Правда, всё ему памятно по канувшему в Лету, поскольку прежде он в тех местах бывал до войны. Оттого и не приходится удивляться, насколько всё поменялось. Чаще это выражалось упадком былого великолепия. Ему оставалось рассказывать о том, чего уже не существует. И ему было трудно смотреть наперёд, так как ко всему теперь приходилось относиться с отстранённостью, поскольку его представления о прошлом лишь самую малость соответствовали текущему положению дел.

Для главной героини посещение тех же самых мест — незабываемые впечатления, если ей в том верить, если она ни в чём не привирает. Ей, — девушке, выросшей в Любеке, что на севере Германии, где есть такое же море, какое имеется на юге, — в новинку абсолютно всё, даже море, отличающееся насыщенностью совсем иных оттенков. И она действительно имеет склонность к лёгким отношениям, но до той поры, пока не достигнет лучшего из состояний, когда грёзы юности осуществятся.

Конец у путешествия мог быть печальным, ведь девушка найдёт своего любимого. Тогда почему печальным? Читатель ждёт иного завершения истории, вполне склонный увериться в возможности счастья между пожившим писателем и инфантильной девицей. Нужно ли разрушать представление о том, каким образом Нойман завершит повествование? В любом случае, к чему бы Роберт не вёл речь, счастье останется эфемерным понятием. Не дано знать, насколько благополучным окажется любой из предполагаемых исходов. Порою лучше жить воспоминаниями о прекрасном мгновении былого, чем видеть последствия конфронтации. Однако, кто-то находит прелесть и в боевых действиях… но тут уже начинается аллегория.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Ганс Леберехт «Свет в Коорди» (1949)

Леберехт Свет в Коорди

Каждый человек стремится к счастью для себя в отдельности, обычно объясняя это стремлением к общему счастью. И настолько сильно в этом желает убедиться, отчего становится безразлично, насколько оказываются вынужденными страдать другие. Вот возьмём в качестве примера советскую действительность. А лучше такую советскую действительность, ставшую обыденным явлением для постбуржуазных прибалтийских республик. Ведь к чему привела утрата протектората Российской Империи? Прибалтика погрузилась не в лучшие дни существования, как бы ныне то время не пытались трактовать. Между Российской Империей и Советским Союзом возникал момент самостоятельности и утраты оной под давлением Третьего рейха. И как же жил простой человек в Прибалтике? Трудно назвать его условия сносными. И вот появилась возможность строить совсем иное общество, желая добиться осуществления светлого будущего. Как раз о том и повествовал Ганс Леберехт.

Но ничего так просто не даётся. Кому кажется идеальным нечто собственное, для других таковым не является. Как же убедить людей в необходимости объединяться, чтобы вести коллективное хозяйство? Такой вопрос является трудным для разрешения, так как не существует верных путей решения. Но для всего найдётся возможность, стоит проявить усердие. Собственно, читатель должен наблюдать, как буржуазное общество теряет позиции, вынужденное отдавать всё прежде им нажитое. И тут автор даже расскажет читателю, какой бывает несправедливость, за такую представляемая. Достаточно сослаться на несправедливый раздел земли, когда у одних отнимают лучшие куски, предлагая взамен худшие, либо вовсе ничего не давая.

Всё повествование — борьба за светлое будущее Эстонии. Требовалось находить возможности для изменения ситуации к лучшему. Как поступить человеку, желавшему обрести подлинное для него счастье? Несмотря на возникновение на территории республики советской государственности, от пережитков былых дней избавиться не так легко, как того бы хотелось. Всё равно сохранялись собственники, не имевшие желания добровольно объединяться в колхозы. И пусть по данному вопросу каждый имел собственное мнение, но единый для всех курс всё-таки был намечен. Если в Латвии могли считать колхозы объединением лучших членов общества, то в Эстонии не стремились соглашаться с таким подходом к пониманию процесса коллективизации.

Из этого произрастают затруднения у главного героя повествования. Он вынужден бороться за обретение лучшей доли. Почему нельзя забрать землю у богатых и справедливо оную разделить между нуждающимися? Было трудно определить, кто чего на самом деле достоин, так как, даже желай участвовать в коллективизации, можешь оказаться на более худших условиях существования. С подобным не всякий готов согласиться. Но, нуждающихся всегда больше, нежели тех, кто доволен у него находящимся в распоряжении. Отсюда и возникает нетерпение одних к другим, вследствие чего разгорается конфликт. Учитывая общий курс политики, легко понять, в каком тоне Леберехт повествует на протяжении произведения. У Ганса не могло случиться такого, чтобы буржуазия одержала верх над стремлением к построению коммунистического общества.

Для читателя очевидно, главный герой изначально не был землевладельцем, являясь воплощением пролетария — человека без собственных орудий производства, вынужденного использовать для труда чужое имущество. Отсюда и его стремление к обретению возможности стать самостоятельным членом общества, иметь равные условия существования со всеми. Читатель понимает и то, что будь главный герой представителем буржуа, иметь ему тогда противоположное стремление. Только такой герой не мог послужить в качестве образца, чьим поведением могли восхищаться в советском государстве. Отсюда и авторская риторика, без какого-либо права на оспаривание.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Максим Горький «Яков Богомолов» (1910-е)

Горький Дети

Неизвестно, когда Горький начал работать над пьесой. Неизвестно, когда он это делать прекратил. Она обнаружена исследователями творчества среди его трудов. И впервые была опубликована только в 1941 году. Поныне непонятно, насколько к пьесе нужно относиться серьёзно, нужно ли её вообще как-то воспринимать. Горький не довёл повествование до конца, читатель вынужден сам додумывать, к чему ситуация подойдёт в итоге. Это своего рода стало вызовом для всех, кому желалось ставить пьесу на сцене. Ведь любой мог на собственный лад пересказать историю, на угодный ему вкус сплетая едва ли не заново. Зритель бы не знал, пока своими глазами не увидел, к чему всё должно было быть подведено. Может Горький и сам не ведал, каким образом завершить представленный на страницах конфликт. Зачем вообще понадобилось усложнять положение? Теперь каждое действующее лицо начинало желать осуществления неблагоприятного сценария для всех, кроме себя.

А дело касалось не социального противоречия. Горький решил позабавить писательское самолюбие, создав нечто, должное служить примером воссоздания в тексте ситуаций, в которых нет правых и виноватых, и переживать ни за кого не следует. Проще говоря, Горький пытался воплотить замысел любовного многоугольника, где невозможно достижение счастья. Зачем вообще реализовывать такой сюжет? Есть мнение, Горький начал работать над пьесой в 1916 году, после встречи с Шаляпиным, состоявшейся в Крыму. Так ли это? Существует такое мнение, ничем не подтверждаемое. Исследователи творчества только и могут твёрдо говорить про старую орфографию в рукописи, тогда как иной информацией они не располагают. И название придумано ими же, исходя из перечня действующих лиц, где имя Якова Богомолова стояло первым.

О чём повествование? Действительно, за главного героя можно принять Якова Богомолова — он является тем, вокруг которого развивается действие. Но насколько важен он сам? Читатель волен решить — второстепенный персонаж. Важнее следить за женой Якова, лёгкой на действия женщиной, готовой предаваться страстям за спиной у мужа. Отчасти её поведение читатель способен оправдать, приняв её существование за тяжёлое, поскольку она долгими месяцами может не видеть мужа, пока тот находится на работе — занимается решением проблемы с водой, пригодной для питья и ведения сельского хозяйства. Читатель не обязан оправдывать поведение жены, так как оно является аморальным, но у Горького ситуация представлена именно так.

Окажется, в Якова влюблена девушка из местных, и в его жену влюблён кто-то из местных, тогда как на него имеет виды ещё одна женщина, а самой жене Якова приглянулся кто-то другой, тогда как тому может нравится кто-то ещё, а может и кто-то из уже перечисленных. Помимо указанных, есть ещё баламут, вносящий разлад и в без того сложную систему взаимоотношений. Как во всём этом разобраться? Сам Горький решил, насколько бесполезно продолжать работу над подобным сюжетом. Пусть у него выходило нечто ладное, но не мог он — важный писатель — опускаться до совсем уж нетривиальных сюжетов, скорее годных для услады глаз женского пола, как раз и жадных до внимания за процессом разрешения или усугубления человеческих взаимоотношений среди действующих лиц.

Узнав основное про пьесу, с оной предлагается прекратить знакомство. А ежели кому нравится домысливать, тот самостоятельно прочитает неоконченное произведение, сделав собственные выводы из ему рассказанного. Но обязательно учтём момент нежелания Горького доводить пьесу до конца и не знакомить с её содержанием читателя. Значит, была причина, из-за чего к работе над пьесой писатель больше не вернулся.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Максим Горький «Старик» (1915)

Горький Дети

Одной из пьес Горького, которая может понравиться читателю, является «Старик». Несмотря на ладность содержания, публикация состоялась лишь в 1921 году, а первая постановка в театре случилась двумя годами раньше. Примечательна она авторской позицией, осуждающей людей за предпринимаемые ими действия, исходящие от прежних обид или упущенной выгоды. Но читатель волен увидеть и другой смысл, сообщающий, насколько опасно скрывать от других правду о себе, поскольку в любой момент о ней могут узнать. Исходя из двух данных пониманий и нужно судить о содержании пьесы.

Жизнь всегда преподносит сюрпризы. Казалось бы, в любой момент можно начать жить, будто прежде ничего не происходило. Просто закрыть глаза и представить, словно прошлое никогда тебя не касалось, невзирая на количество прожитых лет. Именно сейчас ты честен сам с собой, готов существовать на благо общества и умеешь походить на доброжелательного гражданина. Насколько это так? Просто человек таков, что он практически никогда не перестраивается на новый лад. Безусловно, исключения случаются. Однако, в большинстве случаев — всё возвращается на круги своя.

До какой степени вообще нужно трактовать содержание «Старика» буквально? По сюжету выходило так: человек любит девушку, они встречаются, и вот он принимает решение сознаться — является беглым каторжником. Делает это из-за опасения, он встретился с тем, кто знает о нём правду. Дабы не усугублять, человек решил рассказать девушке заранее. И тут бы читателю усомниться в содержании пьесы, особенно учитывая, насколько понимание каторжного прошлого может разниться. Даже казаться — каторжником человек был по причине политических воззрений, так как ничего в нём не выдаёт преступника. Скорее нужно говорить, насколько мягок человек, благодушен и приятен в общении. Теперь же, вынужденный говорить о прошлом, он нисколько не меняется в лице, и нельзя понять, правду он говорит или нет. Именно потому среди действующих лиц появляется старик, своим знанием прошлого решающий воздать всем за всё им перенесённое в прежние годы горе.

Да, бывают люди, желающие наслаждаться страданиями других. Им неважно, насколько в том есть надобность. Главное, приносить страдания. И если попытаться задуматься, насколько такое поведение оправдано, то получится измыслить единственное — таков характер людей, таким образом поступающих. Вот и старик, страстно желает причинять страдания. Он откажется от всего, предлагаемого ему за молчание. Да и зачем старику деньги или положение, его годы прошли, теперь остаётся упиваться могуществом, выраженном способностью заставлять страдать других.

Читатель волен на иной лад трактовать содержание пьесы. Ведь Горький сам говорил, рассуждая, насколько уверены в своих поступках некоторые люди, подлинно считая себя правыми совершать поступки, удобные сугубо им. Например, если человеку холодно, то он может предпочесть согреваться, поджигая дома. Так и старик в пьесе — разогревает собственную остывшую душу тем, что стремится погасить жар другой души, при этом нисколько не понимает, насколько это бесполезно, либо понимает, действуя так сугубо из желания уничтожать всё, его окружающее.

Горький переходил к надрыву чувств. Учитывая складывающееся положение, видя безысходность ситуации, редкий человек сохранит здравый рассудок, не задумается о противоправной деятельности. Иного и не может быть, пожар обязательно следует потушить, дабы он не перекинулся на других. Только действия пожарных всегда оправданы, а вот тех, кто аналогичным образом пытается потушить жар, исходящий от людей, стремящихся к проявлению злобы, — практически никто из них не будет оправдан обществом. Как же быть? Каждый ответит в меру собственного понимания должного.

Автор: Константин Трунин

» Read more

1 2 3 83