Метка: будущее

Молодые братья Стругацкие не задумывались, что их взгляд на освоение человечеством космоса трансформируется в ожидание угрозы перед лицом могущественной древней инопланетной цивилизации. Представители других планет всегда были для Стругацких жалкими существами, которых легко изучать и ещё легче покорить. «Волны гасят ветер» перевернули представление об устройстве Вселенной раз и навсегда. Где-то там в сокрытых глубинах холодного мрака обитают создания, давно подвергающие население Земли исследованию, всё более сближаясь с её обитателями. И теперь перед людьми стоит дилемма: обрести сверхспособности и перейти на новый уровень миропонимания, либо остаться самими собой — последствия чего непредсказуемы. Разумеется, люди будут сопротивляться. Об этом и пишут Стругацкие.

Научная фантастика в крайне редких случаях бывает действительно научной. Повествование излагается в понятной для читателя форме, а вся терминология остаётся в рамках понимания. Стругацкие облекли жанр в исконный вид, предоставив читателю сборник из отчётов, докладов и иной документации, написанной сугубо научным языком. Сюжет наполнен сокращениями, аббревиатурами и терминами, весьма заковыристого вида. Разбираться во всём этом трудно, и порой не имеет смысла. Читателю, встречаемые в тексте «Синдром пингвина», «Фукамифобия» и «Фукамизация», дают требуемый антураж, но данные слова лишь средство для создания псевдонаучных определений, на основании которых Стругацкие строят повествование. Взаимосвязь процессов подталкивает к последним страницам книги, где братья в излюбленной манере сообщают основные мысли.

Задача человечества заключается в выявлении представителей опасной для них цивилизации. Этим занимается лично Максим Каммерер, знакомый по другим произведениям Стругацких: «Обитаемый остров» и «Жук в муравейнике». Набравший вес космоисследователь ныне стал начальником, и его сфера интересов напрямую связана с подрывной деятельностью инопланетян. Если отойти от фантастической тематики, то Стругацкие предлагают читателю книгу о шпионах, где правительственные силы выявляют двойных агентов внутри своих структур, а те самые двойные агенты до конца не могут определиться с мотивацией собственных поступков. На повествование грубо положена инопланетная составляющая, позволившая братьям в завуалированной форме рассказать о важных для них обстоятельствах.

Кто-то похищает землян, почему-то рождаются дети с уникальными способностями — что это и откуда? Не с пустого же места. Стругацкие подстроили данные события под деятельность конкретных инопланетян. Если какой-либо сюжет увязать с плодами человеческой мнительности, то получается отличная альтернативная реальность, в которую можно без труда поверить. Стругацкие предупредили, что всё это обязательно будет в будущем, а пока можно верить газетных уткам. Благо, мнительный читатель увидит правду в чём угодно.

Герои повествования тоже готовы поверить чему угодно, лишь бы этого не допустить. Не получается поверить в более развитый разум, решивший с помощью землян пополнить свои ряды. Необходимо найти врага на своей территории, даже если этого врага на самом деле не существует. Стругацкие могут говорить правдиво, но и читатель может отказаться им верить. Нагромождение терминов только способствует именно такому мнению. Где-то братья переступили черту, дав фантазии излишний простор. Может они хотели написать книгу именно в ключе поиска внедрившихся агентов, тогда их желание понятно. Странно то, что земляне сами представляют грозную силу, а тут в один момент будто и в космос ещё не выходили. Однако, прекрасно известно каким отчаянным был Максим Каммерер, и какими делами он прославился на Саракше. Отсюда и неприятие навязываемой Стругацкимии точки зрения,

В плане понимания Вселенной Стругацких «Волны гасят ветер» вносят ряд противоречий. Но эти противоречия вполне укладываются в рамки вероятности любых происшествий.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Человечество обязано вырваться за пределы Земли. Когда-нибудь это произойдёт. И тогда будет колонизирована Луна, как ближайший космический объект. Потом — Марс, либо Венера; всё зависит от того, что будет людей больше интересовать. Они станут изучать Солнце, стремясь приспособить его под свои нужды, создав станцию на Меркурии. Они могут проявить интерес к астероидам, оседлав этих странников, облегчая таким образом передвижение по Вселенной. Только представьте, что космопорты передвигаются по космосу, располагаясь именно на астероидах. Нужно просто будет вовремя делать пересадку с одного на другой. Возможности освоения новых горизонтов безграничны. Когда-нибудь человек займёт всё, до чего дотянется, дабы погрязнуть в страшной войне будущего, тогда нажатием на одну из множества кнопок на приборной панели будут разлетаться на составляющие атомов целые галактики. Всё это будет, а пока об это остаётся только мечтать. Мечтает и Рэй Брэдбери, издавший в 1950 году «Марсианские хроники». Неведомый Марс манил писателя, и он создал цикл рассказов, повествующих о первых шагах человека на красной планете, сопряжённых с множеством опасностей.

На Марсе могут жить марсиане. Их цивилизация вполне может быть древнее земной. Именно так себе представляют это фантасты эры до полётов человечества в космос. Такой вариант не стоит исключать и сейчас. Легко скрыться от чужих глаз, обладая достаточными технологиями. И у жителей Марса они есть. Брэдбери наделил марсиан способностью к изменению реальности, более похожей на заклинания магов-иллюзионистов. Человек не сразу поймёт суть подобных фокусов, не поймёт и после, когда уподобится заразной серой крысе, распространяющей опасные для туземцев заболевания, против собственного желания. Одним росчерком пера Брэдбери вознёс возможности человека, не посчитав нужным развивать тему марсиан. Много проще начинать с чистого листа, чем разрабатывать мир неведомых существ.

Марс Брэдбери практически не отличается от Земли. Недостаток кислорода в атмосфере легко компенсируется зеленью, которую человек начнёт высаживать в почву планеты, нисколько не заботясь, что земные растения на Марсе прижиться не смогут, ведь на планете почти нет воды. Подобных мелочей в «Марсианских хрониках» полно, но на них приходится закрывать глаза, поскольку Марс выступает в роли ширмы. Его колонизация если и будет происходить, только по другому сценарию, ведь человеку потребуется потратить много сил, чтобы сделать красную планету пригодной для обитания. Ещё начиная с гибели марсиан Брэдбери пренебрегает мелкими деталями, стараясь сделать повествование более реальным. Допустим, марсиан могла сгубить не ветрянка, а иное заболевание. Допустим, марсиане действительно существуют, и именно такими, какими их видит автор. «Марсианские хроники» показывают первые шаги человечества в космосе. Подобные проблемы могут возникнуть и при освоении Луны, где землян станут истреблять луняне, либо заразят людей неведомой хворью, от который вымрет уже сама Земля.

Брэдбери не видит в людях ничего положительного. Для него они являются крайне опасными существами, способными погубить всё вокруг себя. На Земле обязательно разразится глобальная война, вызвав отток колонизаторов обратно на родную планету. Человек редко мечтает о благе для всех, предпочитая благо лично для себя. Поэтому и на Марсе никому не будет покоя. Хоть Брэдбери и слишком категоричен, предрекая гибель всему живому. Будем считать, что на него повлияла Холодная война. Тогда действительно люди боялись наступления очередной мировой войны, в результате которой человечество будет откинуто в развитии далеко назад, если оно вообще не вымрет.

Сказалось на творчестве Брэдбери и американская проблема взаимоотношения белой и чёрной частей населения. Он единожды показывает читателю, как негры получают возможность обрести свободу, улетев на Марс, но сразу об этом забывает, не развивая данную сюжетную линию дальше. На самом Марсе человек уподобляется плантатору с Юга, втаптывая в грязь не только чудом выживших марсиан, но и себе подобных, имея желанием тянуть одеяло на себя. Брэдбери не стремится рассыпать гроздья гнева, создавая в одном рассказе антиутопию, чтобы следом показать утопию, не придерживаясь единой линии. По временной хронологии всё происходит довольно быстро, поэтому нет полной веры в происходящее: вот только Марс обрёл первое дерево, а вот уже Марс опустел — мир из радужных оттенков мгновенно окрасился в тёмные цвета.

Будущее может оказаться разным. И совсем неважно, каким оно будет в итоге. Главное, чтобы будущее у человечества было.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Что есть человек для космоса? Часть ли он Вселенной? Может, в хаосе мироздания, человек — это подобие ракового заболевания, злокачественного по своей сути? Человек раскидывает свои сети везде, куда может дотянуться. И так ли человек желает понять устройство окружающего его мира, когда это беспокоит только мизерный процент от общего количества? Невозможно представить ситуацию, в которой человек будет действительным царём природы, способным влиять на естественный и противоестественный ход вещей. Действительность постепенно раскрывает свои тайны, но ещё большее количество неразгаданных загадок впереди. За открытием одной из них может крыться катастрофа крупного масштаба. Человек уже сталкивался с подобным явлением, частично обуздав себя, найдя общий язык с собственным разумом. Материя пространства будет отдавать свои секреты по чуть-чуть, вновь и вновь ставя человечество перед чертой прекращения существования. Однажды, на далёкой планете Радуга, человек будет прорабатывать новые варианты перемещения по космосу, и ситуация может выйти из-под контроля. Случится действительный конец света, изначально локально на планете, а может и в пределах галактики. Ящик Пандоры слишком хрупкая вещь, чтобы его открывать усилием одной прихоти.

Стругацкие видят в космосе критичные для человека ситуации. Не существует благоприятных условий. Куда бы человек не пошёл, всюду его подстерегают опасности: планеты агрессивны, их обитатели отчего-то желают покуситься на незваных посетителей, а физические явления вызывают больше вопросов, нежели дают ответов. Именно так видят ситуацию Стругацкие. В их словах есть логика, которая может быть легко опровергнута суждением от противного — не все видят в человеке врага. Пришельца могут просто не замечать, независимо от его деятельности в их кругу. Тонкие материи поддаются разноплановому обсуждению, и не содержат никаких окончательных решений. Космос до сих пор остаётся большой проблемой ожидаемой эры межпланетных перелётов и новых открытий. Стругацких заботит именно сторона ранней колонизации, с небольшими отклонениями от общей линии. Далёкая Радуга не из числа планет Солнечной системы, но её достижение — это уже результат того эксперимента, над которым будут биться учёные. Человеку жизненно необходимо разработать возможность быстрого, вплоть до мгновенного, перемещения в пространстве.

Создав основную концепцию, Стругацкие сразу переходят к переломному моменту, запуская негативные последствия деятельности человека по трансформации реальности под себя. «Далёкая радуга» пестрит диалогами, событиями и требующими разрешения дилеммами, погружая читателя внутрь тонкой психологической составляющей, поставленного на грань выживания, человека. Бренность бытия сталкивается с необходимостью осознать скорую гибель всего достигнутого. Уничтожению подвергнется абсолютно всё. Обвинять человека в его возможности влиять на такой неподатливый малоизученный организм, как планета — очень простое занятие. Человек всегда ищет возможность обвинить в происходящем именно себя, находя подтверждение внутренним ощущениям. Легко допустить, что тот или иной шаг запустил необратимую реакцию, породив разрушительную волну. Оставим это на совести Стругацких: в рамках космоса может произойти любая ситуация. Виноват человек — пускай. Важно другое — кого именно спасать, пока имеется шанс получить билет на ограниченное количество мест в, готовящемся к взлёту, космическом корабле.

Человек будущего никогда не будет мыслить подобно человеку XX века. В любом случае, произойдёт переворот в самосознании. Нет ничего вечного, в том числе и моральных ценностей. Для Стругацких данное рассуждение не является преобладающим. Им важнее показать чувство извращённого гуманизма, заключающегося в известной необходимости спасать женщин и детей, пока все мужчины, со слезами на глазах, готовятся пойти ко дну. Это природный инстинкт, против которого трудно пойти. Однако, самец в дикой природе не всегда любит детей, порой просто пожирая, чтобы не допустить появления конкурентов. При разумном подходе всегда необходимо спасать тех, кто может влиять на ситуацию. Дети этого сделать не могут — они залог будущего, но они будут такими в зависимости от того, в какой среде им предстоит расти. Если их корабль спасётся, однако потерпит крушение не необитаемой планете, тогда вся хвалебная ода храбрости сильной половине человечества сходит на нет. Безусловно, Стругацкие в такой ситуации позволят детям выжить и стать золотым фондом будущих поколений. Но что-то в этом есть противоестественное. Стругацкие не стараются сходить с принятой обществом позиции.

Простого рецепта не существует. Сидеть и ждать наступления смерти — не выход. Природа наделила человека способностью мыслить, и он этим активно пользуется. За остальное природа не отвечает. Вселенная всё равно когда-нибудь начнёт сжиматься, приближая себя к прекращению существования. Поэтому мыслить можно и нужно, а изрядную долю фатализма не испортят никакие временные затруднения.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Роберт Хайнлайн — Жюль Верн завтрашнего дня. Если герои французского автора приключенческих романов познавали тайны планеты, то у американского писателя они отправляются в глубины бездонного космоса. По причине ограниченного понимания развития технического прогресса, Хайнлайну чаще остаётся лишь предполагать, тогда как у Жюля Верна могла иметься худая, но всё-таки доказательная база. Обоих авторов роднит стремление открыть для читателя доселе неизвестную информацию, заслуживающую внимания. И вновь Хайнлайну приходится описывать фантастические материи, должные надоумить учёных двигаться в заданном направлении. Начало XXI века человечеством полностью провалено, по той причине, что программы по изучению космоса скорее сворачиваются, нежели набирают обороты. Нет реальной необходимости выходить за пределы планеты, пока хватает ресурсов и жизненного пространства. Когда-нибудь ситуация усугубится, и тогда предсказания Хайнлайна могут осуществиться.

В пятидесятые годы Хайнлайн не испытывал той враждебности к демократическим режимам, которую проявил позже, мечтая о милитаристском едином государстве-планете; для него не было определённого понимания, не существовало чёткой повествовательной линии в книгах: события могли крутиться вокруг ситуации после очередной глобальной войны, либо касаться взаимоотношений с инопланетянами, а то и просто он мог отправить героев выполнять смертельные задания или выдвигать гуманистические теории. События в «Астронавте Джонса» начинаются тогда, когда планета уже переселена, фермеры обязаны возделывать принадлежащие им участки, а индийская модель общества возобновила своё существование: вернулась кастовая система. На Земле стало невыносимо жить — планета уподобилась клетке, в которой всё распределяется до рождения. Есть свободные профессии, но они никого не интересуют. На беду главному герою повезло родиться в крестьянской семье, его отец умер, мачеха снова вышла замуж, после чего он остался на птичьих правах. Ситуацию мог спасти дядя, бывший астронавигатором, но он погиб и не оставил завещания.

Хайнлайн писал «Астронавта Джонса» исключительно для подростков. Во многом, от этого и надо исходить, если возникнет желание читать его книги. В них главные герои — молодые люди, наделённые какой-нибудь способностью, позволяющей им быть лучше сверстников. Касательно «Астронавта Джонса» — это парадоксальная запоминаемость. Читателю только и останется удивляться, когда главный герой наизусть помнит каждую прочитанную книгу. Такие люди бывают, а если они являются героями твоих книг, то сюжет построить проще простого. Хайнлайн не решился брать среднего юношу, чьи способности самые обыкновенные человеческие, предпочтя исходить из более лучших условий. Ему нужно было только помочь выйти главному герою за пределы кастовой системы, чтобы всё стало похожим на сказку. Разумеется, это и случилось. Благодаря чему, главный герой попал на космический корабль, зарекомендовал себя с лучшей стороны и обрёл почёт и уважение до самой старости.

Показать космос можно разным. Для Хайнлайна всегда была потребность усложнить модель до степени, выходящей за пределы понимания читателя. Разумно предположить, что все объекты во Вселенной находятся в постоянном движении, а значит чёткой системы координат существовать не может, как и навигационных карт, хотя бы приблизительных. Сложная система расчётов может создать примерный вариант расположения объектов, а в остальном необходимо самостоятельно всё просчитывать, и значение будет иметь даже пятая цифра после запятой. Основная тяжесть за передвижения корабля в космическом пространстве ложится на плечи астронавигатора, от быстроты реакций и умения резво соображать зависит то, куда в итоге судно попадёт: всегда существует риск врезаться в планету. Хайнлайн на этом сильно не акцентирует внимание, сообщая данную информацию для фона основных событий, к космосу имеющих опосредованное отношение.

Главное для читателя — увидеть духовный рост главного героя. Ведь, попав на корабль, нужно обзавестись друзьями, войти в доверие к офицерам и разобраться с нерадивыми людьми, чья гордыня будет лучшей площадкой для возможности главному герою показать всё своё мастерство. Хайнлайн наделит разумом пауков, опишет одну затерянную в космосе планету и даст читателю почувствовать всю гениальность достижения высоких позиций. Наградив главного героя феноменальной памятью, он даст ему шанс сделать карьеру, поскольку среди пассажиров окажется дочь влиятельного человека, через которого будет ещё проще объявить о своих притязаниях на право принадлежать к касте астронавигаторов.

Подростки будут довольны содержанием. Только знайте, текст быстро выветрится из головы. Если вы, конечно, не запоминаете навсегда один раз прочитанное.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

К научной фантастике можно относиться по-разному: кому-то она нравится своей правдоподобностью, иные её сторонятся, не имея желания связываться с тем, чего ещё нет. Но именно благодаря фантазиям писателей-фантастов закладывается фундамент дальнейшего развития человечества. Бурный XX век дал обильную пищу для размышлений, позволил не зацикливаться на земных делах, когда космос кажется весьма близким, хотя и по-прежнему далёким. Стоит протянуть руку, как вот она — поверхность соседней планеты, либо орбитальный госпиталь или даже разумный робот-двойник. Лишённое быстрого прогресса, человечество продолжает развиваться на родной планете, не прилагая действительных усилий к выходу за пределы Земли. Трудно сказать, когда именно наступит эра космических открытий. Может человечество вымрет раньше от внутренних проблем со взаимопониманием. Но когда-нибудь обязательно это произойдёт. А пока есть возможность читать рассуждения фантастов, рассуждающих о том, что когда-нибудь должно случиться.

В сборник «Старая добрая Сай Фай 2» вошли произведения советского, ирландского и американских писателей. Каждый из них примечателен по-своему. Валентина Журавлёва рассказывает историю советских девчонок, чьими талантами обеспечен успех страны на международной арене. Джеймс Уайт строит громадный госпиталь в космическом пространстве, предложив читателю задуматься над разными проблемами устройства инопланетян. Роберт Шекли лаконично ведёт рассказ о проблемах общения с роботами и о трудностях в колонизации астероидов. Клиффорд Саймак переместил популярную сказку о «Трёх медведях» в недалёкое будущее, а Джек Финней просто отправил героя своего рассказа в прошлое.

1. Джеймс Уайт «Космический госпиталь» (1962)

Если представить человечество интегрированным в космическое сообщество, то для писателя появляется неограниченное поле для деятельности. Вполне вероятно, что жизнь существует только на Земле, но такой вариант нельзя логично обосновать. Если живые существа есть на одной планете, почему их не может быть на другой? Совсем необязательно, чтобы инопланетяне дышали кислородом и имели форму гуманоидов. Эволюция для того и существует, чтобы помочь организму адаптироваться к окружающей среде. Поэтому, если вместо воздуха будет иное вещество, то дышать придётся им, либо усваивать его каким-то другим способом. Представить себе можно любые комбинации. Задумка Уайта стала для него откровением, позволив освоить действительно важную сторону научной фантастики, смешав человеческий гуманизм с нормами морали других существ. Получилось довольно удачно.

«Космический госпиталь» поделён на четыре рассказа. Каждый из них объединяет то, что Уайт заранее моделирует ситуацию, а потом позволяет главному герою во всём разобраться. К дополнительным проблемам основного действующего лица добавляется отсутствие медицинского опыта, благодаря чему читатель постепенно будет входить в курс происходящих событий, знакомясь с устройством госпиталя. Уайту есть о чём рассказать. Он придумал четырёхбуквенную классификацию жителей космоса, позволяющую наиболее точно отражать основные данные, нужные именно медикам, чтобы максимально точно идентифицировать пациентов. Для Уайта определяющими являются способ дыхания, количество конечностей, родная гравитация и собственный вес. Система действительно уникальна. Вполне может оказаться, что ей ещё найдётся место в будущем, а имя Уайта навсегда войдёт в учебники.

Устройство госпиталя не поддаётся описанию, ввиду наличия неограниченного количества его возможностей. Для каждой формы жизни Уайт предусмотрел свои палаты. Ведь кто-то нуждается в питании радиацией, а иным необходимы экстремально низкие температуры. Главному герою очень трудно всё усвоить. Он старается, где-то вызывая насмешки над собой, но в целом справляясь с ситуацией, а где-то выходя настоящим гением, сумевшим разобраться с неразрешимой проблемой. Медики Земли любят говорить, если путь к пациенту оказывается долгим, про точный диагноз и развивающуюся клинику. В случае госпиталя Уайта эта истина также применима, но кроме самого заболевания иногда надо установить представителем какой планеты является существо перед тобой.

Раз за разом Уайт ставит главного героя перед проблемой медицинской этики, обязывающей не вредить живым разумным существам. Если в отношении себе подобных данная истина действует уже сейчас, но как будет развиваться ситуация в будущем при контакте с инопланетянами? Извращённое понятие о гуманности XX и XXI века не обязательно будет оставаться таким вечно. Трудно исключить его существование и дальше. Всё может быть не таким благополучным. Уайт в своих рассуждениях исходит из необходимости медика помогать и никогда никого не убивать, даже не причинять вред, включая случаи, если это может стоит здоровья окружающим. Слишком глубоко старался забраться Уайт, поднимая чрезмерно идеализированный вид человеческой отрешённости, приравнивая его скорее к фанатическому варианту, нежели к поведению разумных существ. Пускай мир остаётся добрым — человеку хочется верить в спокойную обстановку, так приятнее смотреть вокруг.

Каждый рассказ Уайта в «Космическом госпитале» — это самородок для медиков будущего, в чьи обязанности войдёт необходимость быть опытным следователем. Без подобного совмещения придётся думать о другой профессии.

2. Роберт Шекли «Бремя человека» (1956) и «Мой двойник — робот» (~1973)

Сейчас модно покупать в свою собственность далёкие звёзды. Приятно иметь такой сертификат при себе, показывая друзьям и завещая его детям. Будет ли он иметь силу в будущем, когда данное небесное тело станет доступным для колонизации? Подобный вопрос отчего-то не беспокоит щедрых покупателей, а ведь такие объекты могут уже кому-то принадлежать. Роберт Шекли предлагает рассмотреть наиболее близкую к реальности ситуацию, когда космос можно свободно заселять, а космические объекты официально покупать. Так и поступает главный герой рассказа «Бремя человека», отправляясь в одиночное паломничество, прихватив с собой дешёвых роботов, которые будут для него добывать полезные ископаемые. Идиллия разрушается от того, что главный герой постепенно начинает ощущать на себе бремя человека, на которое ему намекают роботы. Казалось бы, живёт один и пилить его некому, а всё равно находятся те, кто может испортить настроение.

Для Шекли всегда было характерно проводить разбор каждой ситуации на мелкие составляющие. Как это у него получилось? Талантливый человек, чья фантазия не ограничивалась земной поверхностью, слишком ограниченной для удивительных рассуждений об устройстве Вселенной. Шекли строил фантастические миры, имевшие все права на правдоподобие, так как не имели ничего противного для возможного существования. Рассказ «Бремя человека» показывает читателю Шекли со стороны знатока психологии, которому не чужды и души роботов, тоже имеющих подобие так и не обнаруженной субстанции, позволяющей называть себя разумным существом.

Постепенно главный герой начинает чувствовать одиночество. Однако, возможности будущего не ограничены. Всегда можно заказать себе по каталогу жену, выписав посылку, а потом принять у себя на астероиде в замороженном виде. Рассказ с глубоким смыслом приобрёл новые оттенки философии. Будущее на самом деле прекрасно, жаль до него дожить не получится.

Совсем другую проблему поднимает Шекли в рассказе «Мой двойник — робот», в котором вечно занятый человек решает обрести вторую половину, но для ухаживаний времени у него нет. Достижения науки отныне позволяют заказывать робота-двойника, полностью похожего на человека. Будет ли в таком направлении двигаться наука, заранее осознавая опасность подобных разработок? Человекоподобные роботы совершенно не нужны человечеству, однако это не мешает фантастам строить свои предположения о них. Вот и Шекли показывает читателю ситуацию, которая без точных нюансов уже сейчас имеет много общего с реальностью, только вместо настоящих роботов, человек использует возможность анонимного общения в интернете, прибегая для этого к выдуманным личностям, а то и к своей собственной, но отличной от реального прототипа.

Иногда Шекли излагает свои мысли сумбурно, но это не мешает уловить общий смысл им сказанного.

3. Валентина Журавлёва «Снежный мост над пропастью» (1971)

У Журавлёвой очень ладный красивый слог. Она не просто пишет, а умело рассказывает историю, в которую хочется верить. А как не поверить, когда перед читателем две умные целеустремлённые девочки: одна — рассказывает, а вторая — имеет парадоксальное воображение. Казалось бы, математика — трудная наука; она лишает человека возможности мыслить образами. Для главной героини это не является проблемой, поскольку у неё всегда получается придти к правильному решению, хотя для этого она не прибегает к формулам и уравнениям, моделируя ситуацию силой воображения. Если ей скажут, что автобус едет из пункта А в пункт Б, по пути обогнав пешехода, двигающегося в том же направлении, то она не станет выяснять скорость транспортного средства, а просто представит этот самый автобус, едущих в нём пассажиров, остановки в пути и даже противный мелкий дождик. Если же предстоит решить задачу с бассейном и, наполняющими его водой, трубами, то, при имеющемся воображении, она зрительно проследит за его наполнением. Получается, что главная героиня — уникум.

К главным героиням проникаешься доверием и начинаешь им сочувствовать. Хотя о сочувствии речи быть не может, ведь им везде открыты дороги. Они без проблем поступят в высшие учебные учреждения Москвы, да станут делать поразительные открытия, удивляя коллег своей находчивостью. Журавлёва не старается заглядывать в далёкое будущее, просто исходит из имеющихся данных. У неё получилось создать красивую историю о гениальных людях, а всё остальное при этом не имеет значения. Вполне можно поверить в существование таких фантазёров, которые с помощью собственной головы делают нереальные открытия, не прибегая для этого к каким-либо инструментам. Всё-таки необязательно иметь дельфинов и воду, чтобы понять причину быстрого передвижения этих млекопитающих в их природной среде.

Для человека не может быть недоступного. Просто не все материи ещё открыты. Может мы ещё о чём-то не знаем, а это нас окружает. И совсем необязательно, чтобы новым источником стал окружающий мир — этим может оказаться человеческое тело.

4. Клиффорд Саймак «Дом обновлённых» (1963), Джек Финней «Повторный шанс» (1956)

Знаменитая британская сказка про «Трёх медведей», жилище которых подверглось вторжению наглого субъекта, поевшего, да поспавшего, была переложена Саймаком на новый лад. Главный герой попадает в некий благоустроенный дом, созданный будто для него: предпочитаемая им еда на столе, любимые им книги в библиотеке. Дом прямо заманивает человека к себе, а тот только и делает, что размышляет. Малая форма на этот раз не очень удалась Саймаку, для него предпочтительнее больший размах, иначе мысли не успевают принять нужный им вид, отчего буквально лбом налетаешь на описание непонятных происшествий. Пытался ли Саймак показать «умный» дом будущего или просто решил уделить пару вечеров настраиванию печатной машинки? Рассказ получился сумбурным, но не потерявшим от этого своей прелести. К творчеству Саймака нужно привыкнуть, настолько глубоко иной раз он заглядывает.

«Повторный шанс» Джека Финнея чем-то напоминает рассказ Саймака, но только в плане размышлений о происходящем. Нет в повествовании ничего, что могло бы навести на какие-либо мысли. Главный герой просто попадает в прошлое, двигаясь на своём автомобиле. Получилось путешествие по волнам своей памяти. Никаких обоснований перемещения во времени Финней не выдвинул, просто предложив читателю принять случившееся за факт. Хорошо, когда прошлое наполнено приятными воспоминаниями. Конечно, трудно назвать двадцатые годы XX века для США идеальным временем. Однако, для главного героя в этом нет ничего плохого. Вокруг красивые автомобили, а значит есть чему радоваться.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

«Стажёров» Аркадия и Бориса Стругацких следует читать вместе с другими книгами братьев, иначе обязательно возникнет ощущение недосказанности, выраженное рваным сюжетом, провалами в логике происходящих событий и бесплодными попытками определиться с началом и концом книги, равно их не имеющей, как и середины, заключив в своё нутро набор глав с различным содержанием, уловимые для возможности всё соединить вместе только на уровне интуиции. При этом, в книге нет сумбура, а есть желание авторов разобраться в устройстве Вселенной, связывая многое с влиянием инопланетного разума, пока ещё недоступного для землян. Что-то обязательно должно быть в космосе, но что именно пока для Стругацких непонятно. Читатель будет наблюдать за рассуждениями о влиянии других цивилизаций на объекты Солнечной системы, поскольку больше ничего цельного в книге нет. Лишь поиск следов внеземного происхождения будет интересовать героев книги, а всё остальное — внутренняя философия людей, служащая дополнительным привлекательным элементом.

В будущем юные школьники будут иметь специальность ещё до окончания среднего учебного учреждения, а если они при этом ещё будут владеть навыками сварщика в безвоздушной среде, то эта кладезь выше всяких похвал. Вместо ухаживания за клумбами в родном городе, им будут предлагать практику по специальности где-нибудь на спутниках Сатурна, куда активно переселяются рабочие, но ещё не имея жилых и производственных помещений. В «Стажёрах» земляне только начали осваивать ближайшие планеты. Совсем недавно человек слетал на Венеру, где группа исследователей должна была погибнуть, но отчего-то не погибла, что весьма испортило впечатление от «Страны багровых туч». Основная проблема для колонизации — недружелюбные формы жизни. Если на Венере всё было против землян, то на Марсе обитают таинственные пиявки, нападающие на одиноких людей. Вокруг всего этого Стругацкие возвели стену, предлагая читателю вместе с ними на неё взобраться и посмотреть на возможное решение проблем. Отнюдь не появление человека становится загвоздкой, и не его технологии. Всё дело в подозрительных объектах, построенных или оставленных задолго до прибытия землян.

Стругацкие не смотрят далеко вперёд, останавливая взор читателя именно на первых десятилетиях исследований космоса с помощью межпланетных перелётов. Если ранее читатель понял все трудности полёта за пределами атмосферы Земли, то теперь ему предстоит познакомиться с другими проблемами, возникающими непосредственно на местах. Пока люди на Марсе строят новые жилые помещения, испытывая в них большую нужду, кто-то в сорокаметровой пещере найдёт один единственный след от ботинка, чтобы сразу начать ломать голову над причинами его появления.

Тема взаимоотношения героев не остаётся в стороне. Книга наполнена диалогами, в которых люди стараются наладить между собой дружеские отношения или деловые контакты. Каждый понимает, что от его действий зависит общее будущее, а значит нужно быть терпимее друг к другу; нет явных отрицательных персонажей и никто не желает заявить миру о своих амбициях. Наоборот, все на общих собраниях стараются придти к единому мнению, честно сообщая о реальных препятствиях, которые нужно устранить раньше, нежели принимать решение по поводу более важного вопроса на повестке. Стругацкие показывают идеальные ситуации для эры космических исследований, где пока ещё отсутствуют отчаянные люди, готовые пойти на всё ради открытия. Героев постоянно будет тормозить чувство самосохранения, хотя некоторые всё-таки примут решение о необходимости действовать самостоятельно, но для этого сперва проведут комплекс мер, доказав читателю наличие головы на плечах.

Если всё в будущем будет настолько идеально, а люди добры по отношению к себе подобным, то можно закрывать книгу и начинать мечтать, глядя на облачное небо, представляя за ним чёрный космос с мириадами звёзд, до которых человек всё равно дотянется. А когда дотянется, то хлебнёт горя в катастрофах астрономического масштаба. Но у Стругацких в отдалённом будущем всё должно быть замечательно: люди — добрые создания, помогут сперва себе, а потом инопланетянам. Так и должно быть. Хочется в это верить.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Где-то в художественной литературе обязательно существует отправная точка, положившая начало произведениям о войне человека с человеком в замкнутом пространстве. Для Роберта Хайнлайна такой точкой становится 1955 год, когда из-под его пера вышел «Тоннель в небе», предвестник пророчеств о будущем человечества, обязанном сплотиться в единую нацию, поставив в угол правило обязательной военной подготовки. Хайнлайн ещё не раз потом будет писать о таком обществе — достаточно упомянуть его «Звёздный десант», в котором полноценным гражданином можно стать только после службы в армии. «Тоннель в небе» частично отражает такое же отношение Хайнлайна к создаваемому им фантастическому будущему. Перед читателем образ молодого человека, вынужденного пройти финальный экзамен на выживание, когда его забросят на неведомую планету и потребуют лишь сохранить свою жизнь.

Чтобы выжить — необязательно вести себя агрессивно, уничтожая врагов или друзей — можно просто затаиться. Именно так советует поступить главному герою его сестра, уже прошедшая подобное испытание и находящаяся на службе в элитном отряде амазонок. И тут Хайнлайн удивляет читателя изменением первоначальной концепции, бросая героя не выживать, а сражаться среди себе подобных, объединяясь и расставаясь, чтобы на пустом месте построить целое поселение. Может показаться, что Хайнлайн не смог развить тему борьбы, полностью перестроив повествовательную линию, уводя читателя по следам древних людей, обитавших в пещерах и на деревьях, устанавливавших первые законы и возводивших первые стены, исследуя территорию вокруг. «Тоннель в небе» с таким кардинальным поворотом уже не может быть книгой о выживании с фантастическим элементом по применению средств для быстрых перемещений в пространстве, а отчасти становится одной из робинзонад, где герои выжидают корабль на горизонте, либо иного чуда, что в развитом обществе может появиться в совершенно неожиданном виде.

Сильное общество, где нет места слабым, это лишь частица «Тоннеля в небе», от которой расходятся остальные повествовательные линии. Отказавшиеся от экзамена на выживание будут вынуждены прозябать в нищете, покуда их более сильные сверстники станут уважаемыми членами общества, получив право работать в любой организации по своему усмотрению. Главный герой не один раз будет обдумывать действительную надобность рисковать жизнью из-за возможности быть достойным человеком перед лицом родителей, но всё-таки примет нужное решение. Думал ли Хайнлайн, отправляя героя на экзамен, что всё обернётся столь неожиданным образом, когда вместо одной цели появится другая, вынуждающая участников бороться за свои права уже в других плоскостях, где им пригодятся те методы воспитания, которым их подвергали за время учёбы? Выросшие в спартанских условиях, дети быстро мужают, приобретая все навыки, которыми наделила природа человека для самозащиты. Когда дело доходит до применения умственных способностей, то и тут всё будет на высшем уровне.

Там, где современные писатели видят возможности применения виртуальной реальности в качестве превосходного тренажёра по отработке любых навыков, там Хайнлайн действует по старинке, вынуждая человека действовать в век больших возможностей с помощью рук и холодной головы, не надеясь на благополучный исход неудачных решений. Пока общество всё больше защищает слабых и старается заботиться о них по любому вопросу, принимая все претензии на свой счёт, до тех пор устремления Хайнлайна будут оставаться несбыточными. Но это лишь мысли человека в начале XXI века, а что ждёт людей впереди — никто не знает; могут проснуться новые «монголы»… и тогда уже ничего не сможет устоять, а прошлое будет стёрто раз и навсегда, заменив собой на прекрасное будущее единого могучего человечества.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Саймак предлагает читателю совершить путешествие в будущее, когда человечество научится контактировать с инопланетянами с помощью скрытого ныне потенциала разума, а пищевая промышленность наконец-то даст возможность устранить голод на планете. Может показаться, что на этот раз Саймак поднимает слишком малое количество проблем, ограничивая читателя в повествовательных линиях. Отчасти, это действительно так. Книга «Что может быть проще времени?» была написана спустя семь лет после предыдущего произведения, в виду чего автор растерял часть таланта рассказчика, концентрируясь на решении других важных дел. Слог книги до крайности сухой, сюжет развивается с помощью диалогов, наполнение весьма сумбурное, а главный смысл сводится к боязни человечества столкнуться с проявлением паранормальных способностей, что смогут поставить одних людей над другими.

Как вы будете смотреть на знакомого, если тот обладает обширными знаниями, что приходят ему в голову из космического пространства, а сам он может отматывать время назад, избегая любого неблагоприятного стечения обстоятельств? Если переносить подобный сюжет в художественную литературу, то многое будет зависеть от писателя, чей взгляд может занять сторону одобрения, либо порицания. Саймак не занимает чёткой позиции по данному вопросу, но облекает историю в чёрную материю, делая главного героя изгоем и врагом человечества, несмотря на шанс принести обществу большую пользу. Лучше быть одинаковыми во всём, нежели поступиться одной крайностью — это убережёт от злых умыслов, вполне вероятных при нестандартных способностях. Искать истоки такой фобии можно в разных источниках, начиная с художественных. Разве не ужаснулся Виктор Франкенштейн, вдохнув жизнь в собранное из частей человеческой плоти существо? Герберт Уэллс отнюдь не стал развивать тему добра для Невидимки, поставив того на путь терроризма. Примерно также поступил Алексей Толстой, чей инженер Гарин воспользовался могуществом интеллекта для захвата власти над всем миром.

У человеческого тела нет предела для совершенства; есть временные трудности, связанные с внедрением внешних элементов, способных привести к частичной кибернетизации организма. Саймак не смотрит в эту сторону, предпочитая сосредоточиться на развитии разума, способного каким-то способом выходить на связь с разумами жителей остальной Вселенной. Можно воспринять этот факт гораздо шире, поскольку происходит не просто обмен информацией, а имеется некая форма взаимообмена личностями, после чего ты уже не до конца ты, а что-то со скомбинированным сознанием, имеющим в голове паразита, для которого время ничего не значит, а его жизнь зависит от подобных переносов на расстояния, позволяя существовать скорее ментально, нежели физически. Уже сам факт подобного изменения личности никто из людей не признает за нормальное положение вещей.

Главный герой может спокойно провести остаток жизни в пансионе для миллиардеров, пребывая там в постоянной изоляции, но он решает начать бороться за свои права. Саймак не даст пищи для размышлений, но будет активно продвигать сюжет, изначально обречённый на столкновение с непониманием обыкновенных людей. Какими бы доводами главный герой не защищался, а изменить отношение общества к себе он уже не в состоянии. В более поздних произведениях Саймак глубже проработает эту тему, показав смирившееся человечество с подобными паранормальными способностями. Пока же Саймак не может увязать все концы повествовательных линий, изводя читателя размышлениями персонажей, решивших с помощью разговоров между собой найти общее решение проблемы. Однако, не всё так просто.

Весьма показательным будет тот факт, что Никола Тесла никогда не скрывал секрет своих изобретений, ссылаясь на библиотеку Вселенной, откуда он черпал информацию, генерируя не только электричество, но и ловко управляясь с поступающим к нему в голову бурным потоком новых мыслей. Возможно, в будущем к кому-нибудь из людей кто-то постучится в подсознание, сообщая важную новость о том, что люди — не единственные разумные существа во Вселенной. Главное, чтобы первого контактёра не отправили в психиатрическую клинику, как поступили с главным героем с «Планеты Ка-Пэкс».

«Что может быть проще времени?» маленькая ступень в творчестве Саймака, о которую можно больно запнуться.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Кормак Маккарти нарисовал идеальный конец света, дал читателю положительных персонажей, повёл их по дороге воспоминаний, а потом предложил людям извечную дилемму бытия, воплощённую в круговороте человеческих судеб. Прекрасен мир будущего: лишённый кислотных дождей, наполненный свежими продуктами, славный победившим гуманизмом. Кардинально ничего не поменялось, кроме оставшихся руин после спустившегося с неба огня, что в одно мгновение разрушил старый уклад жизни. На такой почве многие фантасты строили собственные миры: Уолтер Миллер дал Америке силу слова божия последователей «Святого Лейбовица», Дэвид Брин исправлял положение дел с помощью «Почтальона», а Робер Мерль в «Мальвиле» попытался воссоздать общество из горстки выживших людей. Маккарти написал свою собственную историю, оставив аспект морального воспитания и откинув в сторону всевозможные ужасы ядерной катастрофы.

События «Дороги» могли произойти в любом месте мира и без глобальных разрушений. Писатели прошлого отправляли героев своих книг на необитаемые острова или устраивали кораблекрушения таким образом, чтобы лишить действующих лиц всех прелестей цивилизации. Иные авторы при этом давали героям смекалку, отчего необитаемый остров через десяток лет мог стать новой державой; кому-то больше нравилось заставлять героев страдать и ждать годами корабль на горизонте. Писатели современности предпочитают переносить подобные события в космос или разрушать мир до основания. Принципы построения сюжета не поменялись — другой стала окружающая среда, позволяющая фантазировать в каком-угодно направлении, поскольку твои слова никто не сможет опровергнуть. Маккарти погрузил героев на вполне обитаемую дорогу, где иногда встречаются люди, идущие своим собственным путём, не обращая внимания на других: корабль на горизонте никогда не появится, а жить дальше как-то надо.

Когда с неба идёт дождь, а вокруг тебя непроглядная темень, то нужно искать убежище. Маккарти раз за разом даёт героям временную передышку, направляя их мысли на преодоление постоянно идущего по пятам голода. Катаклизм случился буквально вчера — об этом читатель сможет понять, наблюдая за метаниями молодого отца и его маленького сына, сопровождающего родителя в бесконечном движении куда-то по дороге. Остатки цивилизации продолжают попадаться героям книги, а где-то там впереди обязательно будет поселение, до которого нужно просто дойти, и там будет ждать радушный приём, да хоть какой-то новый смысл в опостылевшей беспросветной жизни. Вселенная Маккарти находится на начальных порах восстановления, поэтому нельзя однозначно говорить о каких-то процессах возвращения к исходному состоянию. Цивилизация будет обязательно восстановлена — вопрос только в требуемом для этого времени. Сейчас герои Маккарти живут своей жизнью, заполняя свободное время удовлетворением главных потребностей человека: они дышат полной грудью, пьют воду, находят еду, меняют обветшалую одежду на новую и защищают себя от всех опасностей, если не применяя физическую силу, то уходя от контактов с незнакомыми людьми.

Глубокой философии в «Дороге» нет — мир крайне прост: нужно жить и не думать о том, что будет завтра. Маккарти строит сюжет на примитивных данных, заполняя страницы пустыми диалогами, давая героям возможность совершать какие-либо поступки, направленные на удовлетворение любопытства. Стоит лишь задуматься, что в идеальном мире одиночество путников является обыденной частью существования. Мир опустел, а значит людей стало меньше. Можно представить, что жаждущий путник идёт по дороге в засушливом регионе, потерпев крах своих личных надежд, в результате чего он был оторван от привычного круга жизни. Совершенно понятно, что в такой ситуации человек будет тянуться к идущим навстречу существам, а также убегать от них, подсознательно чувствуя возможную опасность. Когда на пути встанет заброшенный корабль, то это лучший способ отправиться на разведку. Ведь всё-таки появился корабль в мире, где его быть не должно, а значит подобия обязательно могут обозначиться на горизонте снова.

Мир когда-нибудь обязательно рухнет, а до тех пор он будет разрушаться локально, заставляя страдать одних людей на фоне благополучия других. Так всегда было в истории человечества, но когда-нибудь все будут страдать в равной степени, только и тогда будут те, кому повезёт больше. И идти людям по дороге человеческих пороков, заботясь только о низменных потребностях, покуда всё остальное не будет иметь никакого значения. Маккарти поддержал жанр постапокалиптики на плаву, пользуясь страхом человечества когда-нибудь всё потерять. Стоит помнить, что объекты боязни имеют свойство воплощаться в реальность, имея для этого твёрдую основу. И тогда будет хорошо, если вода останется чистой, а еда доступной. «Дорога» — лучший из концов света, какой себе можно представить: утопичная антиутопия.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее