Tag Archives: опера

Яков Княжнин “Мужья, женихи своих жён” (1784)

Княжнин Мужья женихи своих жён

Разлад по жизни словно трещина в стекле, не можешь видеть нюансы доступные все, иначе воспринимаешь доступное тебе, воспринимаешь происходящее всегда налегке. Задуматься стоит, это важно сейчас, и не отступать, узнав истину без присущих истине прикрас. То дело сложное, ибо об отношениях речь, не каждого дано этой темой увлечь. Остановилось мгновение, посмотреть теперь необходимо, увидев, как зря ходили вокруг данной темы мимо. О чём она? О чувстве страсти и огня, утихших давно, не упомнить того событий дня. Взбудоражить чувства пришла пора, увидеть, какими женихами для жён становятся уставшие от внимания прекрасных половин мужья.

Когда-то двое стали в обществе семьёй, заполнили социума свободную ячейку собой. И им казалось – счастье есть, в том не искали обоюдной возможности лесть. Они наслаждались и жили в ласке и неге, не разбивались в утлом судне о скалы на бреге. То длилось недолго, ибо не длится долго оно, трещина от мелкого удара поразила стекло. Шли годы, забылись лица любимых давно, казалось уже, такому случиться было неизбежно всё равно. Но вот Княжнин взял в руки перо, он иначе мыслил знакомое ему ремесло. Ожили отношения, будто не прошло десятка лет, влюбиться получилось, хотя казалось, что надежды больше нет. Секрет того чувства в безвестности о том, кто выбран оказался. Пожалуй, оперу сию скорее прочтём.

Есть истина – с древности знают о ней: почему-то к любовнику женщина относится нежней. Исчезают шипы, лишь бархат лепестков, нет яда в словах, только аромат благоухающих цветков. Кто желает проверить, проверьте, убедитесь в том сами. Так было прежде, многими быть тому до скончания времени веками. Перед зрителем муж барских кровей и муж – слугою росший с яслей. Они расстались с жёнами, прошли года, и захотелось им ощутить забытых женщин уста. Разыграли ситуацию, ролями поменявшись, слуга стал барином, а барин слугой ставшись.

Дабы создать эффект комедии, пошёл на хитрость Княжнин, дав подобное желание не сим мужьям на сцене одним. О том же задумались жёны, решившиеся на аналогичный эксперимент, и им желалось ощутить сладости запечатления поцелуев забытых момент. Ожидаемы парадоксы и оказий многия раз, ежели задумали люди стать источником проказ. Не одним шипам предстоит сойти с их натуры, об ином говорят перемен их фигуры. Социальный аспект, ибо как это так… барин к служанке пристанет, а барыня решится со слугою на брак. Не простое там дело, ведь женщине позор связи иметь с кругом выше или ниже её, учтёт Княжнин обязательно это в комедии всё.

Оставим проблемы сферы социальной, не про это вопрос, нам важнее видеть, как заново чувством любовным каждый оброс. Истинно ведь, исчезли шипы, бархатными стали и дум об ином в отношениях приятных люди не искали. Таков урок, его надо учесть, поняв, почему охладевают чувства и рождается месть. Разбить отношения просто, только зачем, похожего добьёшься и с этим благоверным и с тем. На порыве гнева, раздавливая стекло отношений в мелкую крошку, не создашь для будущих отношений чистую доску. Останешься прежним, новыми трещинами заполнишь бытие, сделав хуже, поверь, одному лишь себе. Лучше представить, словно отношения в прежней меры свежи, поступки влюблённых той же страсти полны, и нет угасания чувств, всё ярких красок полно, словно наполненное счастьем полотно.

Если где-то не так выражался Княжнин, за умные мысли его мы всё же простим.

» Read more

Яков Княжнин “Притворно сумасшедшая” (1787)

Княжнин Притворно сумасшедшая

Сложна девушек судьба, решающих бежать из-под венца. Как сбежать? Решение необходимо найти. Например, за безумную можно сойти. Пусть тогда жених с причудами попробует совладать, если сам из-под венца не решит раньше сбежать. Дабы было проще, перенести в Венецию действие стоит, такой вариант никого не расстроит. А ещё лучше на сцене не ставить, чтобы не смогли в вину схожую с чьей-то историю поставить. Увидят оперу в собрании сочинений, ранее она не нужна, значит так решил Княжнин. И у произведений судьба сложна.

Вздумал опекун на питомице жениться, стал с нею ласково он обходиться. Ладно всё было, не случись ночных у жениха бдений, ставших для будущей невесты причиной сомнений. Как бы подстроить так, дабы он под дверью не ходил? Подстроить ему оказию, пусть бы он нос себе во мраке разбил. Отчего не исполнить задуманное, так решено, но жениху желается с невестой быть всё равно. Дверь запирать он не даёт, не слушает, будто вор ночью придёт. Сам охраняет, зачем же замки? Защитить он может любви интересы свои.

Остаётся сойти за безумную, притвориться больной: нелепости нести, о стену биться головой. А то и взять в руки оружие, на войну собираться, с жизнью готовясь во имя края родного расстаться. Допустимо любое решение, лишь бы оно помогло, пусть сердце точит червя дьявола зло. Хворь потребна, она должна помочь, с её помощью опекун будет прогнан прочь. Так и случится, ибо тому бывать, влюблённые во имя любви готовы жертвой стать. Примет удар опекун и окажется у корыта, когда очнётся, то поймёт – надежда на счастье оказалась разбита.

Из лучших побуждений блага не твори, ты лучше на всякое дело смотри. Желаешь добрым стать, заботиться о ком решил? Похоже, о самом главном при этом забыл. Не нужна забота, нет нужды в опекуне, каждый человек всегда себе на уме. Не надо счастья тем, желаешь ты его кому, строй счастье лучше себе одному. Попробуй иначе на всё посмотреть, тогда не придётся горько жалеть. Имел надежду вниманием обласкать, а пришлось ушибы от шишек растирать. Зачем ещё раз говорить о наболевших проблемах, если молодые не думают о подобных дилеммах? Любовь им важнее всех добрых для них дел, каждый второй из них на том погорел. Когда поймут, тогда потянутся опекать неразумных других, но пострадают, будто сами не творили безумных поступков таких.

Чью позицию занять? Сбежавшей питомицы волю принять? Оскорбиться за оскорблённого опекуна? Или пусть все сходят с ума так, как они хотят сходить с ума? Зависит от количества прожитых читателем лет. Из этого стоит исходить, слушая ответ. Молодой поймёт молодую, укорив старика. Старшее поколение молодёжь пожурит, понимая, что мнение их ничего не решит. Сходятся точки зрения, соприкосновения не найдя, слова говорить можно, но будут сказаны они зря. И нам не стоит судить снова о том, чего подтверждение в спорах никак не найдём.

Что слова, какой от них прок? Жизнь преподнесёт каждому персональный урок. Стоило ли опекуну любить питомицу столь рьяно? Питомице такого внимания от опекуна не надо. Пусть заботится и позволит счастье обрести, не навязывая ей страсти любовные свои. Должен то понимать опекун, никак не умея понять. Потому пришлось ему жертвою обстоятельств стать. Коли ума не нажил к годам седым, лучше разойтись скорее с ним.

» Read more

Яков Княжнин “Сбитенщик” (1786)

Княжнин Сбитенщик

Доверие – основа социальных норм. В доверии друг к другу мы живём. Но стоит проявиться лживым измышленьям, к беседе лживой помышленьям, как рушится расположение к врунам, чьё мнение уже не важно нам. В доверии привыкли жить все люди на планете, им нужно видеть истину в правдивом свете. И вот мелькнут предвестники обмана, им ясное предстанет в окружении тумана, изменится былое впечатленье, пускай пройдёт одно мгновенье. Уже не то! Нельзя обратно повернуть. Такую именно из “Сбитенщика” усвоить надо суть.

Живал в столице дядя некий, Макеем звался прежде он, теперь зовётся Волдыревым и трудится купцом. Взрастил себе питомицу-молодку и думал обручиться вскоре, не ведая, какое ждёт на ниве сего брака горе. Зачем ему столь шаткая супруга? Была бы лучше у него подобная прислуга. Открой сей птице клетки дверь, и выйдет на свет божий из застенков зверь. Изменит, оскорбит, унизит предо всеми враз, если не делает того уже сейчас. И как быть, как не упасть лицом во грязь? Порвать такую лучше связь.

К девице сей попасть нельзя, посредник нужен для того, в дом вхож лишь сбитенщик, тогда начать положено с него. Купец – ценитель сбитня, пьёт без меры. Покуда пьёт, он в сбитенщика полон веры. Да и рогов не замечает он, с рогами не был прежде сей купец знаком. Его питомица желает вырваться на волю, ему же не уразуметь молодки сумрачную долю. Готов он к свадьбе, пригласил попа, не ведает, какая за воротами невестиной красы ценителей толпа. Он то проведает, и будет смеха полон зритель. Княжнин повеселит, в комедиях он знатный веселитель.

В лицо Макею будут говорить, какой купец живёт ума лишённый. Девицу он от всех таит, но то вопрос уже решённый. Нельзя упасть в глазах друзей, пусть остры на язык, и не таких людей купец встречать привык. Досадует он об одном, питомицу от соблазнений уберечь не смог, теперь же хоть узнает, кто соблазнить другим её помог. Виновный выяснится быстро, и без того то было ясно. Так получается, что доверять входящим в дом опасно. Хоть будь знаком тебе входящий, хоть доверяй ему сполна, но не води ты далее порога, не располагай у очага. Чем “Сбитенщик” тому не для примера явлен? Для вразумления другим поставлен. А коли пустишь за порог, покажешь стены и убранство, то удостоишься хлопот, поплатишься за чванство.

Но почему же сбитенщик имел дорогу в дом купца? Пьянил напитком жгучим он Макея-простака? На том и порешим, поскольку кто глаза не заливал, тот глупостей подобных не свершал. Зачем корить других, коль вся на тебе вина? Душа твоя смердит, она изъянами полна. Услышишь правду, обиду ощутишь, посетуешь, но не себя, друзей ты укоришь. Откажешь им в доверии, они – причина бед. Кому же доверять, когда правдивых рядом нет? Себя винить останется, ведь чернота внутри, в собственном нутре правду не сможешь найти.

А раз всё так, то отчего не пошалить? С друзьями если быть врагами, больше не дружить. Помочь им обокрасть свой дом, чья невеста будет после разберём. С таким сумбуром веселей на сцене действо, когда обиженный толкает сам всех на злодейство. Пришла пора разрушить, значит нужно разрушать, друзей бывших от себя отвадить и больше не встречать. Отвадить сбитенщика, и он доверие потерял. Каждый, кто участвовал в опере, последствия поступка понимал.

» Read more

Яков Княжнин “Скупой” (1782)

Княжнин Скупой

Скупого человека представляют в одних и тех же тонах. Обязательно много денег у него на руках. Он боится потратить рубль, копейку старается сберечь. Готов муки терпеть и кровью истечь. Не согласится обновить гардероб, не станет дыры зашивать. Ему о том бесполезно говорить, не сможет того он понять. Копит без цели, так как нужно копить. Может желает он нечто купить? Может лучшей жизни ищет, роскоши готовый предаться? Понять то не нужно стараться. Он – скупой, прочее значения не имеет. Пусть над златом чахнет и себя не жалеет.

Попробуй понять, как образумить скупого. Не алчного, но жадного такого. Слуги его ходят в рванье, среди них он себе на уме. Сам подобен слуге, ибо дырявый халат, чему редкий хозяин мог быть действительно рад. Дай ему право, быть всем круг него в нищенском платье. С таким вместе жить – это несчастье. Вдруг скупец способен влюбиться? Будучи влюблённым он должен измениться. Как бы не так, не питайте надежд. Невеждой он является невежд.

А если сделать так, что будет скупой ещё богаче. Станет ли он вести себя иначе? Проявит милость, окажется щедр, откроет путь на свободу сокровищам из потаённых недр? Сменит хмурый вид на ласковый взгляд, чему каждый им встречаемый будет удивительно рад? Одарит знакомых, оденет в шелка, если хвалить сильнее скупца? А ежели окажется влюблённым он, тогда преобразится весь дом? Отнюдь, не истребить скупость в скупом. Копил и будет копить ночью и днём.

Вот чудо. Свалилось счастье на скупца! Удостоился он от графини венца. Нет, свадьбы не случилось, до свадьбы далеко, но рублей пребудет от брака, сколько не сосчитает никто. Каким покажется тогда скупой со стороны? Забудет скопидомные мысли свои? Не просто богатая дама пред ним – дама дворянских кровей. С такою женой дойдёшь до царей! На такую даму траты огромные предстоят. Да у скупца иной в мыслях расклад. Не переубедить скупого, как не выводи на свет его. Он скорее сгниёт, малой толики не истратив: не истратив ничего. Не позаботится о графине, ему всё равно, и она в рванье ходить будет. Всё одно!

Стоит ли верить предположению Княжнина, неужели сущность скупца настолько строга? Скупец не купец – не отдаст сокровищ другим, он лучше будет в одиночестве со златом томим. Со златом! И кому то важно, если не будет гроша. Граф он или нет, не о том болит у скупого душа. Вдруг обманут? Такое бывает ведь. Как после в отражение себя в зеркале глядеть? Титул приходит, легко уходя. Зачем деньги вкладывать в его обладание зря?

Скупой останется скупым, он не поверит – злато останется с ним. Не пытайтесь обмануть его, не получится обмануть. Скупому известна действительности злокозненная суть. Он потому и копит, ибо знает цену деньгам. Пусть другие решают тратить, он же не тратить решил сам. В итоге оказывается так, как думал именно он, потому ещё ни разу жизнью не был обделён. Глупы те, кому мнится счастье в трате одной. Не случилось ещё счастливым кому-то оказаться с мыслью такой. И именно оный люд винит в скупости скупых, когда не у скупого чернота внутри, а у них самих.

Мнение сие оспорит драматург иной. Он посмотрит на ситуацию со стороны другой. У него скупой получит по заслугам за скупость, у Княжнина наоборот, скупость – не скудоумие и не глупость. Скупость – заслуга важная ума! Скупого не казнят, как некогда за растраты едва не казнили военным судом Княжнина.

» Read more

Яков Княжнин “Несчастье от кареты” (1779)

Княжнин Несчастье от кареты

Как низок великосветский быт, как низко падают дворяне, они не русские давно, средь русских стали басурмане. Кругом французское желают, им мнится то важней всего. О глупости такого измышления не думает из них никто. Готовы разрушать былое, и память предков не важна. Что муж семейства офранцузиться мечтает, что уподобиться француженке его жена. От сих причуд страдают люди, а кто-то обретает вес, ведь подлым проще навязать глупцам крамольный интерес.

Готово к свадьбе действие на сцене, поют любовники о счастье скором, не ведают они, каким обернётся вёдро вскоре громом. Торжеству не быть, ибо таким тратам не бывать, лучше из Парижа для барина карету заказать. Французская она – такое определение важнее прочих, на русских повозках ездить больше нет охочих. Не по рождению позор иметь подобный, нынешнему обществу теперь не очень угодный. Надо соответствовать ожиданиям соседей и поддерживать порядок, ещё подумают, будто не процветают они – будто постиг их упадок.

Так кажется. Но кто стоит за прихотью четы дворян? Кто воду мутит, кто надоумил, кто смутьян? Приказчик тем решил жениха отставить прочь, ему невеста самому мила, потому на хитрость пойти пришлось. Теперь свадьба отложена – горе молодым. Не учёл приказчик только, как после сладить с соперником своим. Хоть и нельзя жить дальше без кареты, никому всё равно не интересно, насколько чувства любовников оказались задеты. У жениха имелась возможность возразить, пусть лакей: он по-французски прежде научился говорить.

Даётся диву зритель. Как же так…в Париже французский язык распространён даже едва ли не среди собак. В России же, немного отъехав, чуть скроется из вида столица, приходится раскрывать рты от возмущения и делать недоуменные лица. Не ведают о Франции люди там, не знают о ней ничего. Необразованная Россия! Жить в такой стране нелегко. Чтобы исправить положение, нужно карету заказать, а в свадьбе молодым, хочешь или не хочешь, придётся отказать.

Прежде жили дворяне и не ведали о Париже сами. Мода на Францию снизу пошла, приказчиков заговорила устами. Разве понимают о Франции барин и барыня в опере Княжнина? Свяжут ли, если попросить, любые французские на выбор слова? А свяжет ли пару слов приказчик, кажущийся модным? Вдруг этот поступок окажется для него неизъяснимо сложным? Толк от плута, коли о Франции ему мало известно? Разве держать такого слугу дворянам уместно?

Проблема разрешится. Не бывать карете, ежели в карете нет нужды. Не французов на козлах, извините, воссядут зады. Лучше карета своя, но с лакеем, чей язык бесподобно хорош, такому человеку цена отныне больше не грош. Тогда и свадьбу допустимо сыграть, не жалея денег на торжество, на французский манер устроив её. Жениху и невесте французов речь знакома, с сего момента Парижу уподобится обстановка дома. А приказчику свет будет не мил, он французские порядки сам с прилежностью вводил.

Комедия проста и становится понятна, в русском народе страсть к иностранному сродни проявлению коварства. Стоит объявить себя знаток заграничного быта, любая провинность сразу будет забыта. И нет беды, если соврёшь, лживыми речами в России кого угодно проведёшь. Не верит русский в силы свои, опираясь на опыт чужой, делая выбор в пользу культуры от понимания далёкой, иной. И тот добьётся успеха, легко учиться кому. Успех придёт тогда к нему одному. Важно не унывать, лучше быть готовым ко всему, дабы не огорчаться и не серчать на укравшие шансы судьбу.

» Read more

Александр Сумароков “Цефал и Прокрис” (1755)

Сумароков Цефал и Прокрис

Не ждите фурий! Фурии придут! Фурии ворвутся в жизнь. И рухнет прежде созданный уют. Ворвутся фурии! И будут всё крушить, они в муках совести заставят белый свет забыть. Что фуриям страдания, от них им жизнь дана. Они не позволят испить чашу горести человеку до дна. Но почему страдать? Как одолеть фурий злость? Что надо делать, чтобы от фурий страдать не пришлось? Ответа нет, вина в том всех богов, не достойных произнесения лестных слов.

Боги вмешиваются в дела существ земных, желающих жить в устремленьях простых. Позволь любить, и будут они любить, вмешайся же в любовь, трагедий тех потомкам не забыть. Есть миф, восходит к древним грекам он, согласно ему Цефал в Прокрис был страстно влюблён. И Прокрис, Еристеева дочь, любила Цефала, царевича Фотиды, несмотря на день и несмотря на ночь. Они любили друг друга, и счастливо жить до гроба им, не будь Минос красотою Прокрисы пленим. И не будь Аврора, богиня из Олимпийцев числа, в Цефала нежно и неудержимо влюблена.

Как быть? Как брак расстроить молодых? Где найти средство, дабы разрушить счастье их? Минервы весть от Зевса оставалось небесам послать, разрушив ожидаемой неги взаимной любви сласть. Средство одно, коли так обидна судьба: наложить руки, так поступают герои трагедий всегда. Но рано тому случиться, не вдохновляет такой сюжет, нужно заставить страдать героев, если не пару мгновений, то хотя бы пару лет. Разлука ждёт, рой мыслей и драма под конец, то не брак счастливый, а несомый для фурий мучений венец.

Страданий полно – с ними бороться, себя не жалея. Вспомните, какие мучения сопровождали Прометея. Не фуриям он подвластен был, ибо муками совести он не мог быть томим. Он поступил оправданно, тем дав человеку право выйти из пещер, но вышедшие люди нашли замену им под видом опутывающих разум любви сфер. Теперь страдают люди сами, хотя могли не страдать, потому боги в том им стараются урок преподать. Но правы ли боги, когда сами желают любить? Имение такого чувства людям они не способны простить. Потому и страдает человек, так как месть то богов: то чувство словно проклятие, пусть и зовётся оно – любовь.

Ожидает разлука, уговоры и к страсти взывание, только молодым безразлично чуждое им сострадание. Они молоды, не понимают они, как однажды утопят нежные чувства в крови. Нужно стать взрослым, чтобы любить, да не может взрослый пленим таким чувством быть. Потому, непонятно совсем, Аврора мотивировала себя чем. Непонятен и лепет критского царя, Минос же правил Критом не зря. Зачем Аврора Миноса союзником в борьбе за любовь взяла, когда со смертным ей союз заключать было нельзя?

Не в том трагедия, что буря разразилась. Не в том беда, что кровь пролилась. Беда в отношении молодых к жизни, как ценят они её, не замечая вокруг себя ничего. Да, жизнь – не сахар. Да, горе случится. Любовью, как и кровью, друзьям и недругам не дано напиться. Торжествовать лишь фуриям отчего-то позволяют в веках, родившихся вместе с Афродитой, жертвенной жидкостью в море когда-то упав. Помните, Крон-сын отсек Урану-отцу мужское естество, породив власть свою и мук неисчислимое число? Тогда возникла любовь из пены морской, сёстрами её родились фурии – результат мук от страсти любой.

Сумароков о том первую русскую оперу сложил, чем читателя и зрителя ничуть не утомил.

» Read more

Александр Сумароков “Альцеста” (1759)

Сумароков Альцеста

Жена Адметова Альцеста, её поступок и деяния богов, то стало Сумарокова причиной плохих снов. Как пищу есть – вкушать амброзию стихотворений сочинителю, первому из первых русских опер родителю? Минуло время, пора настала для другой, мифологически выверенной и очень простой. О самопожертвовании тот сказ, не оригинальный теперь, но не будь удручён, читатель, поэту ты верь. Глюк позже расскажет историю схожую, а может и раньше, если в хронологии до нас дошедшей нету фальши. Посему, выпивая нектар сохранившихся строк, посмотрим, о чём Сумароков поведать смог.

Адмет, церь Феры, славный муж. В подвигах своих он доказал насколько дюж. На вепря с мужами славными ходил, с аргонавтами за руном он тоже плыл. И вот напасть случилась из-за обиды богов, умереть Адмет должен был быть готов. Или спастись, если за него умрёт кто иной. Да кто знал, что жена станет жертвою той. Она известна, имя ей Альцеста, или Алкестида, если это сильно интересно. Задача Сумарокова показать событий развитие, словно собственное то было наитие.

Вот действие первое. Горе на сцене. Адмет удручён, не готов опочить ещё в тлене. Аполлон поможет, он даст надежду избежать гнева Артемиды, взявшейся судить, кому погибать, если забыты бога силы.

Вот действие второе. Разговоры, и за ними ничего. Сумароков писал, не жалел никого. Согласно легенде: ни шагу назад. В третьем действии Геракл появится, знаком и сей шаг. Знаком путь героя, как явит Адмету жену, спасённую, живую, верную лишь ему. Всё по мифическим преданиям, вернее по трагедиям древних поэтов, ставших источниками всех античных сюжетов.

Но Сумароков достоин похвал, как спорить о том, если русскому читателю старый сюжет мог быть не знаком. Он и сейчас известен не всякому, и не нужно то никому, всегда приятно искать забытую встарь новизну. Может хворал кто, что вдохновило поэта, ведь чем-то его любопытство к прошлому было задето. Пример яркой жертвы, причём во имя супруга, читатель согласится – велика сия заслуга.

Важно и то, каким показан муж, принявший жертву жены, он ведь не стал рвать волосы и стонать: это, читатель, пойми. Адмет согласился с волей богов, он смирился и жить с печалью собрался до скончания дней, не реши ему помочь Геракл, сделав остаток жизни светлей. Ведь мог Адмет обрести жену снова, словно не было жертвы и не было верности слова. Сохранил муж лицо, сохраняя его и тогда, когда девушку привели к нему, дабы принял её, ибо будет жена. Таков урок потомкам, дабы помнили и ждали, супругов умерших своих пред вечностью не предали.

Тем опера кончится, на сцене счастье и уют. Фурии к Адмету больше не придут. Их не было, но кто сказал, что фурии – не муки? Они – есть муки, как сведение всем из древней науки. Лишились мы свидетельств о мучениях Феры царя, может лишились их мы напрасно – лишились их зря. Страдал бы Адмет, ибо жизнь не сладка, когда на жертву пошёл человек, живший достойней тебя. А может он не стал бы страдать – не будем о том дальше гадать.

Сказание на русской почве ожило и задышало с силой прежней. Надеемся, муж к жене потянулся – стал прилежней. А если нет, то вывод может быть один – история не учит, сколь не минуло с давних пор годин.

» Read more

Иван Крылов “Илья богатырь” (1806), “Лентяй” (XVIII-XIX)

Крылов Лентяй

К 1806 году Иван Крылов написал волшебную оперу “Илья богатырь”, обратившись в творчестве на этот раз не к восточным мотивам, а к истории Руси. Хронологически верного повествования у него не получилось. Он взялся отразить времена хана Узбека. Добавил похищение. Для верности использовав героические былинные сказания. В сюжете появился муромский богатырь Илья и меч-кладенец. Всё это понравилось театральной публике, видимо не ожидавшей, как среди пьес на западный манер появится нечто необычное, к тому же и хорошо забытое родное.

Действие строится вокруг любви. Имеется колдунья, путающая планы. Силы добра терпят поражение за поражением. Восстановлению равновесия должен помочь Илья, как раз вставший с печи, прежде пролежав тридцать лет. Крылов на акцентирует внимание на предыдущем состоянии богатыря. Важно, что его сила позволяет избавиться от напастей.

Волшебная опера сравни сказке. Она хорошо подойдёт и для детской аудитории тоже. Думается, так оно и было. На сцене “Илью богатыря” впервые поставили накануне нового года, чем привлекли семьи для совместного посещения постановок. Происходящему на сцене дивились дети и взрослые, но существенного влияния на творчество русских писателей это не оказало. Важен сам факт обращения к собственному прошлому, прочее не имело значения.

Среди комедий Крылова имеется незавершённое произведение “Лентяй”. Сюжет построен вокруг ленивого барина, перемещающегося с кровати на диван и с дивана на кровать, откладывающегося все дела на потом, боящегося встретиться с невестой, последний раз виденную пять лет назад. Письма за него пишет управляющий, он же беседует с гостями, с которыми барину лениво встречаться. Не на основе ли данного произведения Иван Гончаров позже напишет знаменитого “Обломова”?

Особую прелесть комедии “Лентяй” придаёт стихотворная форма. Её вполне допустимо считать длинной басней, только о ком так завуалировано хотел рассказать Крылов? Может у него имелся наглядный пример? Либо большая часть дворян мало отличалась от лежебок? Можно не пытаться размышлять. Крылов не посчитал необходимым дописывать, видимо боясь задеть чьи-то чувства.

Развивать успех драматурга Крылов не стал. Он напишет ещё одну комедию, после уйдя в искусство сочинения басен. Однако, жаль. Впрочем, потворствовать вкусам публики – утомительное занятие. Иван должен был желать развития близкого его интересам творчества. Он уже набил руку на создании арий, драматургия в стихах получалась у него не хуже. Осталось минимизировать размер подачи текстового материала, более податливого, нежели многодневные думы над пустыми диалогами действующих лиц.

В творчестве всегда так – идея изначально звучит в кратком виде. В случае прозы требуется развить её в рассказ, повесть или роман. Сама идея тонет в потоке слов, и не всегда читатель поймёт, о чём хотел ему рассказать автор. Задумал, например, Крылов идею произведения о богатыре, понадобилось продумывать прочие детали, такие же сказочные. Получилась волшебная опера. Но чего-то всё равно не хватало. Или всё оказалось на месте, но сокрытым под словами действующих лиц, заполнявших требуемое для постановки время.

Если брать в подобном рассмотрении комедию “Лентяй” – она и без завершения воспринимается полноценным произведением, показывающим идею Крылова, без дополнительной шелухи в виде обыгрывания любовного чувства, должного последовать в следующих действиях. Что тогда делать с лентяем? Ставить на путь исправления или позволить ему лениться дальше? Пусть о том лучше пишут другие, ежели Крылов того не захотел делать.

Будем считать, что именно так Крылов окончательно пришёл к пониманию необходимости следования краткости.

» Read more

Иван Крылов “Подщипа” (1798), “Сонный порошок” (1800), “Модная лавка” (1806)

Крылов Подщипа

Достаточно точно не установлено, когда Крылов перевёл с итальянского оперу “Сонный порошок, или Похищенная крестьянка”, как не установлен написавший её автор, однако именно от этой московской постановки от девятого февраля 1800 года начинается подлинная известность Крылова. Пусть сюжет отдаёт бульварщиной, высмеивается разврат общества, главное – всё происходит вне пределов России. Почему бы не посмеяться над забавами европейцев, настолько искушённых в интимных моментах, что не считают особенным похищение замужних крестьянок господами из высшего света. Конечно, тринадцать лет спустя Василий Нарежный в романе “Российский Жилблаз” осмелится показать, что всё будто бы переведённое Крыловым имело в действительности широкое хождение и среди русских дворян.

Смеясь над заграничным, население Российской Империи активно перенимало заграничные веяния. Сейчас речь не о галломании, раскрытой в “Уроке дочкам”, а об европейской моде. Где то событие, послужившее для коренного пересмотра желаний? Ещё в 1798 году Крылов склонял действующих лиц к отказу от иностранного продукта, предпочитая ему какой угодно, лишь бы отечественный. И спустя менее десяти лет в “Модной лавке” пришлось писать об обратном положении.

Не сказать, чтобы сам Крылов стремился к следованию линии порицания зарубежного. Прежде всего, известность к нему пришла с переводной литературой, для ряда произведений театральной направленности им заимствованы сюжеты у европейских авторов, а в баснях Крылов, помимо собственных изысканий, адаптировал под русские реалии басни Лафонтена и Эзопа. Хотелось бы ценить Крылова в качестве оригинального автора, была бы такая возможность. Иван не совсем соответствует ожиданиям, поскольку и ценят его творчество потомки прежде всего за умело выполненный перевод.

Шутовская трагедия “Подщипа” не понравилась современникам Крылова. Вернее, она предназначалась для узкого круга людей и при жизни Крылова не публиковалась. Стоит предположить, что отказ от иностранного жениха в пользу русского персонажа с именем Слюняй – сомнительного качества юмор. Крылов высмеивает присутствие иностранцев в России, издеваясь над их акцентом, но показал это забавным образом, поскольку трагедия написана в стихах. Лучше уж свой картавый, чем чужой косноязычный. Реабилитация трагедии произойдёт под занавес существования Российской Империи, тогда с успехом она будет собирать зрителей, только под названием “Трумф”. Кому-то мнилось, что данное произведение Крылова высмеивало режим Павла I, а значит и власть абсолютной монархии вообще.

Публика требовала близкого к собственным реалиям произведения. Снова стоит вспомнить оперу “Сонный порошок”. Может Крылов писал о России? Да стал бы крепостной крестьянин требовать с барина свою жену? Восстановлением справедливости дело не могло бы закончиться. При таком сюжете обязательно пролитие крови и бунт недовольных. Поэтому оставим додумывать то другим, а лучше просто ознакомимся с текстом произведения, придя в ужас, насколько гнилая жизнь на Западе, где такое практиковалось. Главное, людям понравилась, и творческие изыскания Крылова встали на верную почву.

Осуждающий тон Крылова никогда не ослабевал. Иван приобрёл умение говорить людям про ими желаемое, стараясь не слишком их обидеть. К примеру, комедия “Модная лавка” недобро отзывается о заведениях, якобы имеющих отношение к продаже европейских ценностей. Отнюдь, ложка дёгтя обязательно присутствует. Если и посещать модную лавку, то при заграничной поездке. В России с русским сервисом нужно ожидать русского же отношения. Хороша модная лавка, коли всё равно лавка.

Немудрено запутаться. Лучше просто не перегибать палку, везде придерживаясь разумного подхода. Осуждению следует подвергать чрезмерное следование, как любви к заграничному, так и к отечественному продукту.

» Read more

Иван Крылов “Филомела”, “Бешеная семья”, “Американцы” (1786-88)

Крылов Урок дочкам

Желание нащупать точку соприкосновения со вкусами театральной публики привело Крылова к изобилию драматических работ. Остаётся сожалеть, что качество при плодотворности чаще оставляет желать лучшего. Старания Ивана обратились против него. Публикацию произведений отложили. О постановке на сцене приходилось мечтать. Не ранее, чем через семнадцать лет от написания “Кофейницы”, в 1800 году будет поставлена переводная пьеса, и только через год найдут спрос личные труды Крылова, в числе которых окажется комическая опера “Американцы”, написанная совместно с соратником по журналисткой деятельности Александром Клушиным.

Крылов продолжал тянуться к славе литератора, не имея возможности пробиться. После Иван оставит драматургию, сосредоточившись на выпуске периодических изданий. В 1786 году он всё же имел шанс быть замеченным. Говорят, ему поступало предложение с уже написанной музыкой, для которой требовалось подходящее произведение. Крылов сочинил комическую оперу “Бешеная семья”, но поставить её не получилось.

Осталось вспомнить о “Филомеле”. Популярные в XVIII веке сюжеты на тему Древних Греции и Рима побудили Крылова попробовать силы в жанре трагедии. Если не проходят комедии, значит нужно поразить воображение серьёзным сюжетом, тем более учитывая, что “Филомелу” Крылов писал в стихах. Ему, продолжающему входить в совершеннолетие, было рано вставать на равных с классиками, вроде Сумарокова. Да и к сюжету о борьбе с тиранами обыденным образом не подступишься, не рискуя задеть чувства государственных властителей. Требовалась жестокая внутренняя цензура, которой у Крылова не имелось.

Слог у Крылова продолжал оставаться тяжёлым для восприятия. Если стихи более схожи с прозаическим текстом, то проза не даёт сконцентрироваться на описываемых событиях, запутывая множественными пустыми диалогами. Если Крылов и ставил в пьесах проблематику, она не прослеживалась. Исключением является опера “Американцы”, где ведущее место занимают разногласия между коренным населением и испанскими колонизаторами. Но могла ли такая тема заинтересовать российского зрителя?

Допустимо искать влияние на творчество Крылова иностранных авторов. В Европе имелось порядочное количество драматургов, способных вдохновить. Их произведения допускалось выпустить в переводе или переиначить на собственный лад. Впрочем, изменение деталей всё равно не сделает пьесу близкой пониманию. У Крылова лучше выходили произведения о наболевшем, поэтому “Филомела”, “Бешеная семья” и “Американцы” не могли привлечь внимание на протяжении последующих пятнадцати лет.

Слышны возмущения потомков, считающих, что Крылов им интересен сугубо в качестве создателя басен. Может оно и так, когда знакомишься с лишёнными привлекательных моментов трудами. Имелись оные и у Крылова. Но басням необходимо особое понимание, невозможное для осмысления без портрета их написавшего человека. Творческий путь Крылова от откровенного разговора к языку намёков начинается с драматургии, поэтому нельзя выпускать из внимания ранние работы, какими бы сумбурными они не казались. Подумать только, повесь нос Иван от отказов в публикации, так и не знать потомкам Крылова-баснописца. Остаётся подивиться упорству человека, изначально укорявшего государственную систему, чтобы на исходе жизни этой системой быть обласканным.

Не найдя отклика, в 1789 году Крылов полностью ушёл в журналистику. Он будет издавать литературные журналы “Почта духов”, “Зритель” и “Меркурий”, каждый раз допуская излишние мысли, омрачавшиеся закрытием очередного начинания. Не имея успеха, Крылов продолжал думать, как ему привлечь читателя. После журналистики он снова вернётся в драматургию, и наконец обретёт желаемое. До 1800 года осталось не так много – вполне достаточно для обретения необходимого литератору опыта. И когда Крылов поймёт, как обличать, не вступая ни с кем в противоречие, он прославится.

» Read more

1 2