Tag Archives: любовь

Фёдор Эмин “Непостоянная фортуна, или Похождение Мирамонда” (1763)

Эмин Непостоянная фортуна

Обстоятельства жизни Фёдора Эмина до прибытия в Россию неизвестны. Кто он, представившийся русскому послу в Лондоне подданным Турции? Того нам никогда не узнать. Зато по оставленному им литературному наследию удаётся проследить высокую эрудированность, бывшую ему присущей. А ежели обратиться к произведению “Непостоянная фортуна”, так и вовсе допустимо принять описанное на его страницах за историю самого Эмина, если и не в части похождения Мирамонда, то касательно одного из действующих лиц точно. Действие начинается в Турции, дабы через европейские города и страны пришло осознание необходимости принять православную веру.

Мирамонд – сын влиятельного отца, отправился по морю в путешествие. Он желал посетить Тунис. В пути корабль попал в бурю – был разбит. Осталось взывать к небесам, дабы только в помощи Всевышнего обрести право на продолжение жизни. На беду, ибо фортуна – вещь непостоянная, Мирамонд оказался спасён мальтийцами, тут же бросившими в заточение, ожидая получения выкупа. Вроде бы повезло, однако из Турции пришло известие – всё его семейство попало в опалу, им отрубили головы. Тут бы впасть в уныние, только Эмин планировал написать три части похождения, для чего он раз за разом будет изыскивать неприятности и удачи, чередуя их так, чтобы читатель не успел заскучать.

На страницах разворачивается политическая жизнь Европы середины XVIII века. Противные христианам мальтийцы приравнены к настолько же противным магометанам алжирцам. На севере Средиземного моря процветают венецианцы, то и дело вступающие в вооружённое сопротивление туркам. Англия, несмотря на удалённость, стремится влиять на ситуацию в регионе, отчего Мирамонду придётся столкнуться с новой чередой неприятностей. Однако, из-за кого случается страдать, туда главный герой произведения и будет стремится попасть. Ему сужено оказаться не только в стане Мамлюков, пережив любовные испытания, он же обязательно доберётся на Туманного Альбиона, причём выдавая себя за англичанина.

Знакомясь с книгами Эмина, обязательно приходишь к выводу – не те произведения изучаются подрастающим поколением. Молодым людям нужно прививать интерес к знаниям с помощью приключенческой литературы. Понятно, её пик придётся на рубеж XIX и XX века. Но и XVIII век в том нисколько не уступает. Главное знать к какому тексту обращаться. К сожалению, Фёдор Эмин оказался вычеркнут из того наследия, с которым принято в обязательном порядке знакомиться. Вполне допустимо сказать, как плохо поддаётся пониманию поэзия древних греков, ничем не превосходящая труды отечественных читателю авторов. Собственно, Фёдор Эмин писал так, что разбираться в политике и географии Европы XVIII века станет чрезмерно просто.

“Непостоянная фортуна” охватывает земли мусульман и христиан. Главный герой посещает многие места, либо слушает рассказы других, бывших там, где ему бывать не приходилось. Помимо Турции и севера Африки, предстоит побывать в Испании и Португалии. Коснётся Эмин и Франции с Польшей. Даже будет упомянута Российская Империя, чей интерес к событиям на южных границах обретал до того невиданную мощь. Конфликт интересов между империями россов и османов рос, обязанный вылиться в затяжные непрекращающиеся войны. И тут Эмин оказался как нельзя кстати, способный рассказать достаточное количество полезных сведений. К тому же надо учитывать и тот факт, что он несколько лет прослужил среди янычаров.

Конечно, личность Фёдора – загадочна. В те же янычары просто так не попадали. А турков в их рядах и вовсе быть не должно. Эмин мог быть поляком, а мог быть всё-таки и турком, о чём остаётся лишь гадать. Во всяком случае, “Приключение Мирамонда” не должно оставить читатель равнодушным к судьбе этого незаурядного писателя.

» Read more

Райдер Хаггард “Айеша” (1905)

Хаггард Айеша

Если где бессмертие и существует на планете, то только в пределах полуострова Индостан. Именно там разработали веру в систему перерождений, специально для лучшего контроля за населением, тем уберегая общество от склонности к росту напряжения. Ежели человек родился определённой касты – оной он и будет придерживаться до конца жизни. Соответственно, дети власть имущих никогда не потеряют права на власть. Так или иначе, зачем-то Хаггард решил отказаться от прежде разработанной им идеи существования абсолютного бессмертия, спустя почти двадцать лет иным образом посмотрев на историю Айеши, о чьей судьбе он написал в произведении “Она”. Теперь всё укладывается в рамки сансары – колеса жизни. Айеша не умерла, она должна была переродиться, поэтому её снова предстоит найти. Для этого читателю предлагается отправиться в пределы Тибета.

Две тысячи лет Айеша ждала убитого ею возлюбленного, твёрдо уверенная в новом его рождении. Но она сама сохраняла бессмертие. Прежде у читателя не было уверенности, будто её возлюбленный действительно переродился, а не получил соответствующее знание от предков, так как в его роду из поколения в поколение по мужской линии передавалась легенда, согласно ей одному из его представителей предстоит снова встретиться с той, которая убила одного из них. Просто в Африку отправился человек, считающий себя обязанным узнать действительную правду. Так читатель впервые познакомился с Айешей и стал свидетелем её кончины.

Что же теперь? В сердце возлюбленного поселилась печаль. Он постоянно грустил и не находил себе места. Но вот ему приснился сон, будто Айеша жива и находится где-то на Тибете. Разумеется, долгих раздумий не случилось. Предстоит совершить путешествие. И оно происходит на глазах читателя. Но какими сведениями о Тибете располагает Хаггард? Примерно теми же, какими о древних цивилизациях. Ему достаточно самой идеи о возможности существования перерождений, как прочее подскажет фантазия.

Первым важным местом на пути станет монастырь. Расположенный вдали от людей, он обходится без внимания извне. Путники могли не посещать его десятилетиями. Он населён монахами, решившими провести отведённые им дни в покое от суеты. Некогда деятельные, ныне монахи стали самыми смиренными. К ним и пожалуют главные герои произведения, уставшие от дороги, проголодавшиеся, готовые съесть последнего оставшегося у них яка. Там же они узнают, насколько приблизились к Айеше – про такую женщину монахи слышали, правда не в этой жизни, о ней они знали в предыдущих рождениях.

Особенность перерождений в потере памяти о прошлых жизнях. Редкие люди способны восстановить утраченную информацию. Но всё-таки способны. Для этого требуется дать примерное представление о с ними происходившем, как события воскресают, словно случились вчера. Само собой, настоятель монастыря был свидетелем жизни Айеши, пусть и две тысячи лет назад. Главное, теперь получено доказательство – Айеша вечно перерождается, обретая новые обличья, неизменно сохраняя память. Так Хаггард уничтожил сказку о бессмертии, извратив мистическое представлении о сущем верованиями жителей Индостана.

Не важно, каким путём далее пошёл Райдер. Он пытался создать историю о вечной любви, ибо этому чувству не должно чиниться преград. Раз любили некогда люди раньше друг друга, значит полюбят снова, какими бы социальными потрясениями то не грозило. По сути, приходится говорить о любви между разными поколениями, ведь одни души рождаются раньше, другие позже, неизменно обречённые встретить неприятие большинства, не желающего видеть любовь молодых к старым, а также наоборот. Но для истинной любви не должно существовать преград, поэтому Айеша не раз ещё возродится, и не раз обретёт возлюбленного.

» Read more

Екатерина Гордиенко “Моё Золотое руно” (2017)

Гордиенко Моё Золотое руно

Афродита Понтийская принимает в жертву соитие двух влюблённых сердец, достаточно молодых, чтобы не понимать, как сложится их дальнейшая жизнь. Его звали Ясоном Нафтисом, её – Медеей Ангелиссой. Он – моряк, сбежавший сразу от ответственности, испугавшись гнева отца невесты. Она – восходящая звезда в мире виноделия, создатель купажа “Золотое руно”. Они разошлись и не имели друг о друге вестей на протяжении восьми лет, чтобы заново сойтись в буре чувств. Тот же самый Ламос распахнул перед ними двери, вновь рассеялись тучи над Херсонесом, осталось преодолеть обиды прошлого, вспомнив о некогда совершённом жертвоприношении богине любви.

Екатерина Гордиенко написала произведение в духе романтически настроенного автора, позволяя читателю увидеть гордость женщины, не готовой прощать мужчину по первому требованию. Необходимо время, дабы суметь простить. Когда за плечами самостоятельно воспитанный сын, громкий успех среди ценителей вин и твёрдая жизненная позиция, то разве допустимо принимать в объятия морского бродягу? Пусть и невероятного красавца, пропахшего солью, чьи руки украшены татуировками. Мало уметь пленять, нужно научиться принимать капризы судьбы. Некогда Нафтис предпочёл бегство, теперь он готов смириться и принять ответственность за совершённое.

Для усиления восприятия Екатерина ведёт повествование от лица двух главных героев, равномерно распределяя между ними действие. Читатель из первых рук получает представление о происходящем, словно прикасаясь к переживаниям напрямую, без участия посредника-писателя. Не получится найти укоряющих слов в чей-либо адрес, так как нет вины за прежде происходившее. То и не имеет значения, ежели предстоит задуматься о возможности стать счастливым сейчас, обеспечив будущее радужными перспективами, чего не достичь, вспоминая обиды прошлых лет.

Красота природы переливается ладно построенным слогом повествования. Будет мешать излишняя идеализация описываемого. Нрав главных героев подобен прозрачному стакану, лишённому содержимого. Преломление восприятия должно происходить, но этого не будет. Медея скорее простит, нежели продолжит сопротивляться. Ясон не переставал её любить, всегда представляя именно первую избранницу, с какой бы женщиной не разделял скуку в портах. Читателю остаётся дождаться, когда два сердца снова сольются в одно, учитывая ещё и значимое обстоятельство в виде семилетнего Тесея.

Помимо любовной линии должно быть рассказано о чём-то другом. Екатерина взялась возвеличивать Медею, делясь успехами мастерства. “Золотое руно” настолько популярно, что его подделывают. Предстоит выяснить, кому понадобилось портить престиж, подменяя элитный продукт кислым подобием. Возрождение любви подождёт, пока не будет решена проблема. Ещё лучше, если удастся купить участок соседа-винодела. Останавливает угроза лишиться всего, стоит случиться незначительной неприятности. Читатель знает, всё разрешится наилучшим образом. И всё равно нужно понять, кому Медея перешла дорогу.

Настораживают имена действующих лиц. Миф о Ясоне и Медее хорошо знаком случившейся трагедией, чтобы с осознанием достижения идиллии заканчивать чтение на последней точке. Неужели вскоре произойдёт событие, повергающее в бездну созданный двумя сердцами уют? Лучше о том не думать. Просто так сложилось, что его родители назвали Ясоном, а её – Медеей. Не бывать между ними Геллеспонту, никто не падёт в связи с вынуждающими к тому обстоятельствами, а “Золотое руно” останется лишь словосочетанием, чем-то знакомым по истории Древней Греции.

Легко и непринуждённо, в меру пленительно и немного с оскоминой, творение Екатерины Гордиенко завершится, обещаясь продолжением, поскольку подобное произведение не может быть настолько коротким. А если ничего подобного написано не будет, значит будет создано нечто другое, не хуже рассказанное.

» Read more

Михаил Загоскин “Рославлев, или Русские в 1812 году” (1831)

Загоскин Рославлев

Любимая тема для обсуждения среди населяющих Россию людей – нелюбовь к отечественному при явном возвеличивании Отечества. Таков характер русского человека, не способного поддерживать достойные условия собственного существования. Ему вторят иностранцы, считающие русских варварами. Говорить об этом можно бесконечно, но для явного примера предлагается обратиться к произведению “Рославлев, или Русские в 1812 году”, где всё расписано от и до.

Накануне Отечественной войны с Наполеоном самосознание россиян опять упало ниже некуда. Почти все готовы были поверить в величие французской армии, науки, языка и всего прочего. Верили с тем же успехом в превосходство турецкой армии, выученной французскими наставниками. Верили и слухам, будто армия Российской Империи проигрывает сражение за сражением, отдавая города и тем лишая страну принадлежащих ей территорий. Это казалось объяснимым, невзирая на то, что на самом деле русская армия никому не проигрывала, наоборот беря город за городом. Кто же знал в действительности о происходящем на театре русско-турецкой войны, толком никогда не являвшейся ведомой рядовому жителю России.

Не было веры и в способность русских людей к чему-то. Ежели требовался доктор, то лучше предпочесть выучившегося во Франции, нежели обучившегося врачеванию в Москве. Галломания продолжала процветать. Немудрено понимать, как дворянство относилось к культуре родной им страны, не умея до сознательного возраста сказать пары слов по-русски, зато с пелёнок прекрасно владея речью французов.

Ещё не случилось нападения армии Наполеона, то считалось проявлением безумства, так как такого не могло произойти. Требовалось проанализировать мотивы Императора Французов, дабы понять, зачем ему потребовалось идти на Россию, если перед этим он не сумел справиться с оказавшими ему сопротивление испанцами. Причина заключалась в Англии, значение которой Загоскин принижает. Не о том написано им произведение, оно о восприятии французской нации вообще, покорившей сердца и души россиян, дабы следом разом обрушить на них мощь армий всей Европы.

В войну не верили, но её начала ждали. Ненависть к французам росла, их несносный нрав напомнил русским польских и литовских интервентов времён Смутного времени. Некоторые граждане оказывались готовы в упор расстреливать ещё не ставшими врагами французов. И многие уже говорили, что не пожалеют сил, лишь бы оказать сопротивление захватчику, вплоть до уничтожения всего у них имевшегося – готовы были сжигать дома с имуществом.

На этом фоне требовалось показать историю похождений молодого человека, чья жизнь должна омрачиться драматическими событиями. Он благороден и верен Отечеству, в ближайших планах жениться, а после жить счастливой семейной жизнью. Надежды рухнули в мгновение, стоило невесте попросить подождать, а французам вторгнуться в пределы Империи. Молодой человек слышал известия, как армия Наполеона взяла Смоленск и направилась к Москве. Более не жених, он предпочёл встать на защиту Отечества.

Загоскин рассказал читателю о происходившем на полях сражений. Тяжело передать особенности ведения боевых действий тех дней. Солдатам требовалось держаться занимаемых позиций, невзирая на пушечные ядра, случайно обрывающие жизни. Необходимым считалось заниматься шагистикой, передвигаясь тем же образом, как при проведении парадов. Объяснение тому давалось разумное – так солдат забудет о грозящей ему опасности и сконцентрируется на других мыслях.

Когда Москва вспыхнет, главный герой повествования окажется раненным в пылающем сердце Отечества, скрываемый от французов. Дабы читатель понял картину происходящего, Загоскин отправил на его спасение человека, пошедшего на риск, облачившись во французскую военную форму. Надо ли говорить о благородстве такого поступка? Рискуя жизнью, он будет пробираться через сомнения встречаемых на пути противников, встречая ещё больше сомнения, отходя обратно в расположение русской армии, вынужденный заверять партизан в собственной благонадёжности, не считая прочих отщепенцев из пёстрого состава армии французов.

На событиях 1812 года Загоскин не остановился, дополнив повествование историями действующих лиц о заграничном походе. Вместо ладного рассказа, вышел набор зарисовок, довольно занимательных, но лишённых смысловой нагрузки. Важнее окажется внимать последним страницам, где перед читателем раскроется трагедия главного героя, едва не потерявшего голову, но лишившегося всего, о чём он смел прежде мечтать.

А русские всё равно останутся для французов варварами, ибо свою столицу они спалили, не тронув Парижа.

» Read more

Райдер Хаггард “Джесс” (1887)

Хаггард Джесс

Человек живёт ради преодоления противоречий. Он специально создаёт условия для невыносимого существования. И всегда исходит в воззрениях от занимаемой им территории. Для уходящих поколений распри потомков редко становятся понятными, поскольку молодёжь стремится обособиться, заявив о праве на самостоятельное видение происходящего: уже не радетели за наследие предков, а отдельные единицы выстроенного вокруг них социума. Примеров тому много, один из них – война буров против англичан. Не хотели жители Южной Африки находиться под пятой амбиций империи британцев, сопротивляясь распространяемому ими джингоизму. И война грянула: сперва первая, затем вторая, не считая прочих столкновений. Хаггард предложил новое понимание возникновения противоречий между бурами и англичанами, сделав любовь камнем преткновения в желании найти компромиссный вариант.

У буров была ненависть к англичанам. Разве могли они с уважением относиться к людям, убивавшим их родителей? Достаточно подозрения в воровстве, как наказание следовало незамедлительно. Всё вершилось без принятия объяснений и установления истины. А если вина оказывалась на другом, англичане разводили руками, ссылаясь на провидение. Потому и пылали буры ненавистью, пропитанные поданным им примером, отныне становясь склонными к коварству. Когда-нибудь наступит момент, тогда буры вспомнят о гордости и скинут власть империи британцев.

Уяснив изложенное, будет проще понять происходящие на страницах. На ферму прибывает отставной военный, решивший найти работу в мирной обстановке. Он там встретит двух красавиц и их строгого дядю. Все они являются англичанами, потому считают себя правыми в каждой ситуации. Им не составит затруднений свернуть голову страусу, ежели от него исходит опасность. Важнее сохранить подданного царствующего монарха, нежели кого-либо другого, будь то птица или представитель иной национальности. Логично предположить развитие страстей между красавицами и военным, чьи сердца запылают в необходимости позволить обрести счастье кому-то, лишь бы им являлся англичанин.

Вскоре Хаггард разбивает идиллию, позволяя молодому буру вмешиваться в дела англичан. Он любит одну из красавиц, которая не желает с ним иметь общих интересов. И этот бур – не простой представитель населяющих Южную Африку людей, он стал жертвой обстоятельств, так как именно его родителей убил англичанин, позволив в дальнейшем жить рядом с собой и чувствовать униженность данного ему положения. Сему буру суждено стать коварными человеком, напрочь лишённым стремления сотрудничать с убийцами родителей. Единственный момент он соглашался принять – готов простить судьбу за испытания, согласись дядя отдать за него понравившуюся ему красавицу. И если того не произойдёт, значит разразится война.

Есть причины сочувствовать бурам, как не показывай Хаггард присущие им отрицательные черты. Можно сочувствовать и англичанам, чьё стремление жить вне потрясений сталкивается с сопротивлением отказывающих им в том людей. Раньше все жили дружно, словно не замечая проблем. Но противоречия усиливались, не находя разрешения. Кому-то не хватало земли, кто-то терял родных, иным отказывали в праве на личное счастье. Начиналось брожение, превращавшее друзей во врагов. До того англичанин вершил собственный суд и не думал о последствиях, теперь он откажется понимать, почему против него ополчились. Не любовь некоего бура обострила отношения, но стала важной составляющей общего роста взаимной ненависти.

Та война длилась недолго. Буры тогда одержали победу и доказали право на независимость. Их государство называлось Трансваалем. Впереди несколько десятилетий относительного мира, пока англичане не соберутся восстановить потерянные позиции. Тому предстоит случиться, о чём Хаггард ещё не знал.

» Read more

Яков Княжнин “Несчастье от кареты” (1779)

Княжнин Несчастье от кареты

Как низок великосветский быт, как низко падают дворяне, они не русские давно, средь русских стали басурмане. Кругом французское желают, им мнится то важней всего. О глупости такого измышления не думает из них никто. Готовы разрушать былое, и память предков не важна. Что муж семейства офранцузиться мечтает, что уподобиться француженке его жена. От сих причуд страдают люди, а кто-то обретает вес, ведь подлым проще навязать глупцам крамольный интерес.

Готово к свадьбе действие на сцене, поют любовники о счастье скором, не ведают они, каким обернётся вёдро вскоре громом. Торжеству не быть, ибо таким тратам не бывать, лучше из Парижа для барина карету заказать. Французская она – такое определение важнее прочих, на русских повозках ездить больше нет охочих. Не по рождению позор иметь подобный, нынешнему обществу теперь не очень угодный. Надо соответствовать ожиданиям соседей и поддерживать порядок, ещё подумают, будто не процветают они – будто постиг их упадок.

Так кажется. Но кто стоит за прихотью четы дворян? Кто воду мутит, кто надоумил, кто смутьян? Приказчик тем решил жениха отставить прочь, ему невеста самому мила, потому на хитрость пойти пришлось. Теперь свадьба отложена – горе молодым. Не учёл приказчик только, как после сладить с соперником своим. Хоть и нельзя жить дальше без кареты, никому всё равно не интересно, насколько чувства любовников оказались задеты. У жениха имелась возможность возразить, пусть лакей: он по-французски прежде научился говорить.

Даётся диву зритель. Как же так…в Париже французский язык распространён даже едва ли не среди собак. В России же, немного отъехав, чуть скроется из вида столица, приходится раскрывать рты от возмущения и делать недоуменные лица. Не ведают о Франции люди там, не знают о ней ничего. Необразованная Россия! Жить в такой стране нелегко. Чтобы исправить положение, нужно карету заказать, а в свадьбе молодым, хочешь или не хочешь, придётся отказать.

Прежде жили дворяне и не ведали о Париже сами. Мода на Францию снизу пошла, приказчиков заговорила устами. Разве понимают о Франции барин и барыня в опере Княжнина? Свяжут ли, если попросить, любые французские на выбор слова? А свяжет ли пару слов приказчик, кажущийся модным? Вдруг этот поступок окажется для него неизъяснимо сложным? Толк от плута, коли о Франции ему мало известно? Разве держать такого слугу дворянам уместно?

Проблема разрешится. Не бывать карете, ежели в карете нет нужды. Не французов на козлах, извините, воссядут зады. Лучше карета своя, но с лакеем, чей язык бесподобно хорош, такому человеку цена отныне больше не грош. Тогда и свадьбу допустимо сыграть, не жалея денег на торжество, на французский манер устроив её. Жениху и невесте французов речь знакома, с сего момента Парижу уподобится обстановка дома. А приказчику свет будет не мил, он французские порядки сам с прилежностью вводил.

Комедия проста и становится понятна, в русском народе страсть к иностранному сродни проявлению коварства. Стоит объявить себя знатоком заграничного быта, любая провинность сразу будет забыта. И нет беды, если соврёшь, лживыми речами в России кого угодно проведёшь. Не верит русский в силы свои, опираясь на опыт чужой, делая выбор в пользу культуры от понимания далёкой, иной. И тот добьётся успеха, легко учиться кому. Успех придёт тогда к нему одному. Важно не унывать, лучше быть готовым ко всему, дабы не огорчаться и не серчать на укравшие шансы судьбу.

» Read more

Александр Пушкин “Полтава” (1828)

Пушкин Полтава

Что движет человеком? Почему переменчив он? Утром никого не любит – страстно к вечеру влюблён. Понять его мотивы невозможно, о том иное измышляют. Всякое думают, считая, будто верно понимают. Но вот случилось, вот взыграли чувства, спокойный прежде, ныне он – источник буйства. Вчера – союзник, верный сын Отчизны. Через мгновение – причина дружбы крепкой тризны. Мазепа! Чем нам не пример? Мазепа – выбравший предательства удел. К Петру спиною повернулся, под стяги шведа Карла перейдя, в том нечто важное для казачества и для себя найдя. В чём того причина? Отчего Мазепа стал такой? Разменял он к Полтавскому сражению почти десяток восьмой. Пушкин посчитал, что старый казак был влюблён, именно об этом в поэме “Полтава” прочтём.

Судьбами стран, их народов и каждого отдельного лица управляет воля храброго мужа и воля подлеца. Храбрым мужем Мазепа был? Или всё же предателем слыть заслужил? То рассудят потомки, решая о том по угодному им: в политике всякий чем-то ему важным томим. Пушкину вера – пусть споры рассудит он. Покажет, почему Мазепы бой стал предрешён. Не по решению рассудочной мысли совершил гетман поступок, не желал он от Петра для края своего уступок, ему и шведы ничего не сулили, о послаблениях Мазепа с Карлом не говорили. Дело в крестнице оказалось, любил её он, потому и предал Петра: иные мнения – лишь пустой звон.

Как взять желаемое, коли не позволяют обладать? С силой выступить и с силой отобрать? Локти кусает противник пусть твой, тешится пусть своей горькой судьбой. А если конфликт от того, что тем обидишь царя? Но ты освещал ему путь, себя не щадя. Ты достоин любви, тебя могут любить. И предать тебя могут, тебя могут казнить. Предателем станешь, никого не придав, и придав, предателем станешь, оным так и не став. Голова пойдёт кругом, была не была! Не простит тебя Пётр? Вольного казака, значит, такая судьба. Чувство взаимное, любим ты любимой своей, пусть не с русский царём, решил ты: “Со шведами язык общий найдём”.

Не стоит думать, будто одного Мазепы жизнь сложна: каждого человека жизнь затруднений избытком полна. Решение всегда найти можно, забыв о нуждах своих, ведь думать надо прежде о людей нуждах других. Как не ищи оправданий, о чём Пушкин писал, не всякий из-за любви друзей предавал. И ладно бы юнца любовь, что жизни ещё не познал, но любовь старика… Маразм, пожалуй, крепчал.

За новый стан гетман поведёт в битву войска, заполнит бреши шведов: казакам укажет в полках шведов места. И грянет залп, сойдутся армии, прольётся кровь. А всему причина, как бы не звучало странно, гетмана любовь. Любил он сильно, и ту битву за любовь он проиграл, под Полтавою сражаясь, об одном он всё же крепко знал. В том сражении пал враг его, убитый лично им, из-за кого он был со шведами разгромлен и прочь из Сечи был гоним. И успокоилась душа Мазепы разом, отец любимой не ответит более отказом. Не ответит, ибо пал в битве за Петра. И Мазепа падёт через год, не дождавшись в Бендерах утра.

Закончит сказ Пушкин. Довольно сказал он. Мазепу другим мы представим, сказанное о нём мы учтём. Любил человек, желал любимым быть, всё сделанное он посчитал нужным забыть, не для других старался, для себя одного. Если не сам, о тебе не позаботится никто.

» Read more

Райдер Хаггард “Прекрасная Маргарет” (1907)

Хаггард Прекрасная Маргарет

Девиз Хаггарда – все беды от женской красоты. Вернее, от изумительной женской красоты. Не всегда, но в произведении Райдера обязательно, находится девушка, которой никакая из барышень в подмётки не годится. Этого вполне достаточно, чтобы за сердце такой красавицы начиналась борьба на уровне государств. В представленном читателю случае сошлись интересы Англии и Испании. И всё бы ничего, да снова внешний блеск исходит от дочери еврейского семени. Кажется, достаточно иметь отца еврея, как героиню Райдера буквально с яслей начинают желать видеть в качестве невесты.

От прошлого не убежишь – ещё один девиз Хаггарда. Отец Маргарет покинул Испанию, опасаясь суда инквизиции. Ему полагалось сожжение на костре за веру предков. Он обосновался в Англии, женился, воспитал дочь, слыл за добропорядочного христианина. Теперь дочери суждено против воли вернуться в Испанию, куда её обманом вывезет испанский гранд сомнительного происхождения. Как читателю видно, все действующие лица не так просты. Сложен в понимании и жених Маргарет – сын дворянина, выбравшего не ту сторону в войне Алой и Белой розы, вследствие чего он был лишён прежних владений.

Ситуация усугубляется сложностью взаимоотношений между Англией и Шотландией, союзницей последней обычно выступает как раз Испания. Ударишь испанца на улицах Лондона, так сразу ополчится каждый шотландец поблизости. И это при том, что спровоцировать драку, по мнению Хаггарда, было легко. Достаточно задеть честь дамы, спровоцировав тем благородного англичанина вступиться за неё. Инцидент в подворотне мог привести к вооружённому противостоянию с задействованием флота и армии. До того Райдер повествование не доводил – нагнетая обстановку, он позволял разворачиваться событиям по излюбленному им плану.

Третий девиз Хаггарда – новых историй не бывает, всё повторяется по одному и тому же сценарию. Снова человек теряет любимую девушку, бросается следом, настигает похитителя, терпит поражение, снова его настигает и опять ему проигрывает, продолжая идти следом, пока не закончится терпение у писателя, и на страницах не появится уникальное разрешение представленной читателю ситуации.

Схожая канва не умаляет интерес к произведению Райдера. Конечно, иной раз возникает желание прекратить мучения, отказавшись от знакомства с историей, когда знаешь, как действие будет развиваться. Только есть существенный момент, мешающий так поступить. Это возможность познакомиться с настоящим прошлым, в которое Райдер поместил действующих лиц, и возникающая необходимость смириться с неизбежным. В очередной раз кому-то из героев предстоит совершить жертву во имя всеобщего счастья.

В случае “Прекрасной Маргарет” происходящее на страницах приятно ещё и тем, что основного злодея поджидает не смерть или увечье, а общественное осуждение, должное стать для него самым суровым наказанием. Когда твои устремления не поддерживают люди, если граждане твоей страны готовы поднимать постоянно на смех тобою совершаемое, то разве получится спокойно существовать остаток дней? Впрочем, жизнь и до того не жалела человека, тем его озлобив и отправив на поиски счастья в другую страну.

Разве нужно говорить, что Хаггард строил повествование угодным лично ему образом? События на страницах могли быть построены отличными от представленных. Но автором является Райдер, поэтому другого ожидать не следует. Всё обязано закончится благополучно, пускай не все доживут до последних страниц. Главное, никто не отказывался от убеждений, как бы к ним не относились люди. Поднятый Хаггардом вопрос веры был и останется болезненным для людей: важно его решение принимать с высоко поднятой головой.

» Read more

Фёдор Эмин “Награждённая постоянность, или приключения Лизарка и Сарманды” (1763)

Эмин Награждённая постоянность

В 1761 году Фёдор Эмин ещё не знал русского языка. Но к 1763 году он стал писателем и в последующем выпустил порядка двадцати пяти изданий. Имея восточное происхождение, для первого своего произведения он выбрал близкую ему тему, перенеся пользовавшийся тогда спросом плутовской роман на почву Египта. Согласно сюжета получилось так: бедный персидский философ Лизарк отправился в путешествие, потерпел крушение и оказался представлен высшему свету принявшей его страны, дабы любить и быть любимым, но претерпевать сопутствующие сему желанию затруднения. Основным из которых является симпатия к нему влиятельной египтянки, чьи чувства столкнулись с аналогичной симпатией простой девушки Сарманды.

Проблематику произведения Фёдор усилил за счёт должной быть непонятной тогдашнему русскоязычному читателю идеи возможности любви человека из низов к тому, кого примечают цари. Но в том то и суть плутовского романа – будучи никем, человек становится влиятельной фигурой. Касательно Лизарка так и случится, чего не скажешь о Сарманде. Об этом читатель будет задумываться с самого начала, ведь Лизарк излишне надменен для своего бедного происхождения, чтобы отказываться от проявляемых к тему тёплых чувств. Он должен понимать, как бы не любила его влиятельная египтянка, стать ей равным он никогда не сможет. В отличии от него это понимает Сарманда, готовая на любое унижение, только бы быть всегда рядом с любимым ей человеком, к тому же схожего с ней социального положения.

Счастье не будет длиться долго. Фёдор решил разлучить молодых людей, разведя их пути, продав на невольничьем рынке разным хозяевам. Для Лизарка то не станет трагедией, он привык быть носимым ветром, принимая новые условия без возражений. Сарманда же испытывала подлинное мучение, готовая к худшему из исходов, порою горько сожалея, что ей пришлось познакомиться с Лизарком, которого она так сильно любила и ей не дано переменить сего отношения к нему. Разве тут получится возразить Фёдору? Без особых затруднений. Но данное произведение не подразумевало действующих лиц, способных менять однажды принятую ими модель поведения.

Разрешается ситуация просто. Лизарк окажется благородного происхождения, как тому и следовало произойти согласно традиций плутовского романа. Его судьба резко поменяет ход, поскольку прежде невозможное окажется доступным, а благие перспективы перестанут иметь возможность к осуществлению, так как их достижение оказывается совершённым иначе. Посему Фёдор даст читателю финал со счастливым окончанием истории. И будет так по той причине, что в Египте многожёнство считается нормальным явлением, вследствие чего Лизарк может жениться на ком захочет, хоть на Сарманде, но только не на влиятельной египтянке, на её беду оказавшейся родственницей понравившегося ей когда-то бедного персидского философа.

Согласно названия произведения постоянность действительно награждается. Ни одно лицо за время совершаемых событий не изменило представлений. Не имеет существенного значения, хотел ли кто того, к чему так стремился. Всему был подведён закономерный итог. Размышлять о том, насколько плутовской роман соответствовал нравам жителей Российской Империи середины XVIII века не стоит, но нельзя исключить, что произведение Фёдора Эмина обязательно бы заинтересовало читателя, хотя бы новизной, раскрывающей не просто европейские порядки, а дающей пищу для фантазии в виде занимательных приключений из мира, ассоциации с которым должны быть неизменно связанными со сказками.

Сам Фёдор Эмин мог ещё плохо представлять, чем он может заинтересовать читателя. Традиции России только недавно начали становиться ему понятными. Поэтому он попробовал силы в писательском мастерстве, продолжив плодотворно творить на протяжении последующий семи лет, вплоть до смерти.

» Read more

Яков Княжнин “Софонисба” (1786)

Княжнин Софонисба

Правитель от народа, он правит крепкою рукой, не знает сей правитель, не он владеет собственной страной. Нет власти, если Рима воины над ним, иной властитель даёт указы им. То не беда, когда рука чужая управляет, много хуже, свободе если угрожает. Быть противоречиям, спокойствию не быть, другой власть твою может захватить. Так и случается, не изменить того, горевать предстоит: правитель раньше, а теперь никто. Не в том причина, проблема поважнее есть, драматургам её из трагедии в трагедию несть. Имя ей – любовь, и вокруг строится сюжет, прочих затруднений серьёзных будто в мире нет.

Нумидский царь Сифакс на сцене, дочь правителей Карфагена Софонисба его жена. Чета правителей зрителю представлена – царская семья. В чём затруднение? А дело в том, что прежний властитель Нумидский был в Софонисбу влюблён. И быть браку, и править совместно, было бы всё то Риму лестно. Причём же тут Рим? Без Рима никак. Он определяет, кто друг ему, а кто враг. Коли враг, то смерть ты примешь, если друг – у недруга царство отнимешь. Есть ещё народ, которому противна власть Рима, не допустит он в правители сему государству верного сына. Да, трудная вводная дана. Но такая же трудная жизнь наша всегда.

Без интриг никуда, грозит стране с Римом война. Не бывать такому, чтобы царю принимать облик раба. Куда же податься, если сильный соперник тебе противостоит, он дерзости в свой адрес не простит. Подложные свидетельства, нужно внести распри в подлежащий краху дом, от внутренней грызни пусть разваливается он. Пусть всё благородно и нет побуждений изменить стране, всё будет представлено так, что нельзя поверить не.

Как же Софонисбе поступить? Власть Рима она не может допустить. Её же в измене подозревают, в неверном свете помыслы народу представляют. Остаться правительницей может, согласись с римским наместником в союз вступить. Случись такое, каким образом продолжать в новых условиях жить? Рим не допустит противленья, он всё равно получит своё, мир для него поделён на своё и ничьё. Значит ничьё следует брать, для того источник проблем нужно просто убрать.

Трагедия право. Чей же сюжет? Вольтер написал? Или всё-таки нет? Княжнин написал? Это его? Тогда скажем: браво. Хватает в пьесе всего. Есть и затруднения, понятны они. Долгие разговоры наполняют “Софонисбы” стихи. Зритель скучает, не видит развития он. В речах запутаться он обречён. Куда происходящее движется и есть ли ему конец? Погибнет правитель, пойдёт вдова под венец? Или оставит Рим претензии свои, приняв владение Нумидским царством за мечты? Зримо всё и предрешено, но трагедии разыграться дано. Итог тяжб за власть будет таков – не избежать никому римских оков.

Сопротивление положено. Но не будет сопротивления в пьесе. Крупная держава – ей быть первой среди прочих государств в весе. Как бы Рим не казался противным, он всё-таки Рим, считаться полагается прежде прочего именно с ним. Как скажет Рим, тому так бывать, не жене правителя Нумидского сему возражать. Она может рыдать, причитать и винить несправедливый рок, только не надо оправдания искать, если сделать ничего не смог. Жизнь не простая, в ней принципам места быть не должно, время для поиска правды, если и было, навечно прошло. Главное заботиться о подданных государства, забыв о себе. Благу везде найденным быть найдётся где.

» Read more

1 2 3 18