Tag Archives: война

Михаил Шишкин “Письмовник” (2010)

Шишкин Письмовник

Зачем Михаилу Шишкину крупная форма? Разве он написал хотя бы один цельный роман? Не составив его из повестей или рассказов, никак друг с другом не связанных. Потому и не возникает понимания к его прозе, так как нет определённых рамок, исходя из чего будет формироваться мнение о прочитанном. Поэтому следует вывод: Шишкин – мастер рассказа. Только Михаил боится в этом признаться.

В “Письмовнике” читателю предложено две истории. Одна об участнике боевых действий на Дальнем Востоке, другая – о женщине, погружённой в проблемы бытового характера. Связывает их воедино только автор, и те, кто желает с ним в том согласиться. Сами истории наполнены переживаниями, исторгнутыми непосредственно Шишкиным из себя, никак не связанные с истинным положением дел. Но, если Шишкин воевал или некогда имел женский пол, тогда придётся признать, рассказанное им в тексте глубоко прочувствованно и имеет реальную основу.

Михаил проявил невнимательность. Он не пытается размышлять о квантовых теориях. Иначе, с разумной точки зрения, эпистолярный роман от лица людей, живших в разные отрезки времени, объяснить нельзя. Безусловно, понять они друг друга могут, ведь человеческое не может измениться за сто лет. Как и раньше мужчины не хотят воевать и умирать, а женщинам нужен семейный покой и уют в доме.

С чего же начинается повествование? Имел ли Михаил представление, о чём он будет писать? Или “Письмовник” создался сам по себе, будучи наполненным разными документами? И может в представленном на страницах действии нет никакой связи, как и твёрдой хронологии? Допустимы любые варианты, даже самые небрежные. Если писателю позволительно иметь такой подход к творчеству, значит и читатель не обязан во всех деталях разбираться с ему представленным.

Итак, повествование начинается с обмана лица без определённого места жительства, причём вероятно уже умершего. Почему бы об этом на рассказать в письме? И почему бы не дать право высказаться обездоленным? И вот Шишкин уже определился, в какую сторону он будет развивать мысль. А так как Михаил тяготеет к туалетной теме и склонен поговорить о физиологии, то яркими моментами писем становятся описания мытья сортиров, переполненных фекалиями, мокроты между ног и миазмов. Нет смысла рассуждать, насколько человек должен быть неосторожен, если не думает о возможной публикации мыслей об этом. Более того, все авторские рассуждения в итоге были удостоены широкого читательского внимания.

Когда не о чемм писать, на подмогу приходят воспоминания о детстве. Очень удобно наполнять содержание, разговаривая про далёкое от текущего момента. Всё равно Шишкин не предполагал наполнять “Письмовник” чем-то определённым. И не факт, что читателю представлено только две истории, а не множество, просто имеющие излишнее количество сходных черт. Если каждое письмо оформить отдельно – цены бы такому литературному произведению не было. Вместе же они действительно напоминают случайно оказавшиеся рядом документы, старательно собранные Шишкиным и подшитые. Разумеется, не могло обойтись без тщательной правки с заменой имён и фамилией на одинаковые, дабы придать всему цельный вид.

По прочтении “Письмовника” приходит смирение, схожее с чувствами солдата, шедшего в бой, зная, что если ему оторвёт голову, то он будет счастлив, в любом другом случае – он обречён на страдания. Так и с книгами Шишкина: кого-то накрывает с головой от впечатлений, а кто-то готов от себя оторвать часть тела, лишь бы перестать себя мучить чтением.

» Read more

Людмила Улицкая “Даниэль Штайн, переводчик” (2006)

Улицкая Даниэль Штайн переводчик

Какой лучше выбрать носитель информации? Неважное, главное, чтобы люди смогли с него читать. Какой веры следует придерживаться? Любой, главное, чтобы люди не переставали осознавать себя людьми. Как нужно жить, чтобы избежать конфликтов? Никак, поскольку человек всегда будет стремится обособиться от себе подобных по какому-либо надуманному принципу. Возможно ли достичь согласие, не находя понимания? Конечно, поскольку человек всегда об этом мечтает. Так почему не получается преодолеть разобщённость? Улицкая решила об этом рассказать на примере жизни Освальда Руфайзена: еврея, католика, переводчика.

Но как поведать о том, для чего нельзя найти собственных слов? Потребовалось прибегнуть к помощи других. Поэтому со страниц произведения звучат голоса разных персонажей, сообщаемые читателю в виде писем, аудиозаписей и прочих всевозможных документальных свидетельств. А как выстроить на этом материале хронологически последовательную историю? Улицкая решила такого не делать, разместив сообщения вразброс. Не возникнет ли повторений сюжетных линий? Обязательно возникнет. Даже допустимо сказать, что повторения встречаются в непозволительном количестве, порою заново пересказывая прежний текст, но другими словами.

Кто же представлен читателю? Человек сложной судьбы, имя которому Даниэль Штайн. Родился он незадолго до Второй Мировой войны и встретил её при не самых простых обстоятельствах, став переводчиком между поляками и немцами. Это не самый трудный период в его жизни, так как больше проблем он встретит после, когда столкнётся с нежеланием евреев признавать в нём соплеменника, а среди христиан к нему появится ряд претензий из-за своеобразного понимания догматов. Уже не переводчик между поляками и немцами, Даниэль остался переводчиком между конфессиями, а также между людьми и Богом. Понимая его, все продолжали стоять на своём, словно не желая уразуметь истину, что вера не имеет значения, когда важнее придти к согласию вообще, дабы не иметь разногласий.

Улицкой действительно требовалось найти особый подход к читателю. Всё сказанное ей на протяжении произведения – религиозный трактат с вкраплениями философии, подводящий к осознанию глупости общественных установок человека. В суете каждого дня кроется переходящее из поколения в поколение заблуждение, не дозволяющее довериться пророкам, подвергая сомнению их проповеди. Как некогда бродили евреи по пустыне сорок лет, так продолжает бродить остальное человечество, не находя покоя и умиротворения.

Писателю, решившему рассказать о людях, подобных Освальду Руфайзену, необходимо обладать аналогичным даром, поскольку иначе он не сможет доходчиво объяснить их мировоззрение. Но это не гарантирует того, что такие люди будут правильно поняты самим писателем, и не окажутся иным образом истолкованными. Для устранения возможных недоразумений требуется взять их взгляды за основу, показав читателю схожую историю, допустив в ней всё угодное личным представлениям о кажущемся правильным.

Посему откажемся от укоров в сторону Улицкой. Ею рассказана довольно правдивая версия имевших место событий, пропущенная через себя и многих других, имевших возможность лично общаться с прототипом главного героя произведения. Помимо самого жития, пришлось проанализировать ряд событий, начиная с библейских времён, понимая под ними нынешние страдания человека, не имеющего возможности вернуться к исходному состоянию райского блаженства. Ежели ранее евреи боролись с несправедливостью, вследствие неспособности сие уразуметь, так таковыми остались до наших дней, на свой лад трактуя ниспосланное им Богом, отказываясь верить в для них предустановленное.

Стена возводится в головах. Каждый народ на свой лад совершает с этой стеной ему потребное. Но стена остаётся нерушимой, возведённой ради демонстрации собственной уникальности, и даже особого указания на избранность. Важно понять, стена возводится именно человеком… не Богом. Для Высшей сущности все существа на земле равны. Главный герой произведения Улицкой это понимал, теперь это должен понять и читатель.

» Read more

Владимир Киселёв “За гранью возможного” (1985)

Киселёв За гранью возможного

Партизанской деятельности Александра Рабцевича и Карла Линке посвящается, действовавших на территории Белоруссии, уничтожавших инфраструктуру и живую силу фашистского противника. Трудились они смело, диверсии проводили успешно и по окончании войны нашли дело по душе. Владимир Киселёв в художественной форме взялся рассказать о былом, на возвышенных тонах придав повествованию позитивный настрой. Со страхом в сердце, но с твёрдой верой в победу, действовали партизаны и тем принесли пользу для общего дела.

Читатель с самого начала удивляется, поскольку не сразу способен понять, как среди партизан мог оказаться немец Линке. Почему к нему все хорошо относились и никто не думал подозревать в нём врага? Киселёв внёс требуемую ясность, напомнив о Гражданской войне, где не русский шёл на русского, а рабочий и крестьянин на помещика и буржуя. Так и в случае с Линке, он – антифашист – стремится избавить Германию от засилья фашистов.

Содержание книги Киселёва показывает важность деятельности партизан. Первой громкой внутренней операцией группы Рабцевича “Храбрецы” стала диверсия Крыловича, признаваемая одной из крупнейших. Прочие диверсии не носили столь важного значения, однако и они затрудняли передвижение противника. Важнейшим свидетельством отчаянного шага стало обнаружение вещественных доказательств намерения фашисткой Германии применять на полях сражений химическое оружие. В раскрытии этого обстоятельства лучше прочих справились бойцы группы “Храбрецы”.

Нельзя установить, насколько тяжело складывались жизненные условия партизан. Согласно приведённого текста особых бед они не знали. Противник лишь передвигался по территории, никак не проявляя себя для искоренения партизанской угрозы, изредка устраивая засады. Нехватка вооружения почти никак не отмечена. Партизаны не голодали, всегда чисто одевались и мылись в бане. Если они гибли, то по собственной глупости, не соизволив провести разведку.

Диверсия следует за диверсией. На страницах книги Киселёва немецкие поезда пускаются под откос в огромном количестве. В одну из ночей в ходе общей операции “Рельсовая война”, в которой приняла участие и группа Рабцевича, было взорвано 42 тысячи рельсов. Масштаб партизанской деятельности поражает воображение. При таком обилии событий необходимо говорить уже об открытой войне, отчего-то игнорируемой противником.

Находилось место для мирной жизни, сельскохозяйственной деятельности, шуткам, свадьбам и всему остальному, казалось бы не должному происходить в столь напряжённый исторический момент. Киселёв легко отказался от представлений о героизме, как о проявлении отчаянности. Заложить мину считалось необходимым, но и подвиг снабженца ценился выше успешных диверсий, так как поддерживать в бойцах дух, такое же важное занятие, как ослабление противника.

Важную роль в успехе группы сыграл её командир. Рабцевич старался найти общий язык с подчинёнными ему людьми, устраняя проявление противоречий. Он убеждал в необходимости делать определённую работу, не позволяя горячим головам идти на неоправданный риск. Только зная ситуацию заранее, можно провести диверсию. Лишь сытый и готовый на свершение человек не оступится в последнее мгновение и дождётся необходимого момента.

Киселёв стремился показать способного на невозможное человека. Каждый добивался поставленных целей, осознавая сопутствующий риск. Как бы не сложились судьбы партизан после, во время войны они жили отличной от привычного им образа жизнью. Действовать приходилось в том числе и мирному населению, помогавшему партизанам в их деятельности, как продовольствием, так и находя в рядах противника сомневающихся, готовых отказаться от фашизма и влиться в отряды сопротивления.

Без лишней пропаганды, просто превознося подвиги людей, Владимир Киселёв и написал книгу “За гранью возможного”.

» Read more

Эмиль Золя “Осада мельницы”, “Три войны” (1874)

Золя Осада мельницы

Не воевать человек не может. Всякий когда-нибудь берёт в руки оружие, если появляется к тому необходимость. Но почему необходимость вообще возникает? Разве нельзя мирно разрешить затруднения? К сожалению, нельзя. Но ведь можно, если приложить усилие! Только для этого придётся погибнуть во имя личных убеждений, пав от рук воинственно настроенных. Значит, провозгласить отказ от человеческой агрессии возможно, принимая факт вынужденного соглашения с трагической развязкой. Литературные персонажи тоже умирают с чувством выполненного долга – они справились с собой, а мир справился с ними.

Война вдохновляла Золя, как всё прочее – вызывающее негодование. И поскольку Франция на протяжении XIX века без устали воевала, Эмиль видел испытываемые людьми страдания. В качестве примера он решил рассказать историю молодого бельгийца, для которого нет правых участников боевых действий: внутренние дела французов и их противостояние внешнему миру никак его не затрагивало. Но обстоятельства сложились таким образом, что ему придётся воевать, чтобы защитить дом и семью.

Как об этом рассказать? Золя решил излишне драматизировать события. На героев практически рухнет небо, забрав надежду на будущее. О чём мечталось, то подвергнется забвению. Это к вопросу о смысле человеческой жизни. Получается, смысла нет. Требуется прожить определённое время и умереть. Не имеет значения, оставит ли человек потомство. Зачем плодить новых убийц или жертв во имя исполнения задуманного природой механизма? Особенно тяжело воспринимать, когда гибнут люди, не подготовившие себе замену.

Сторонние мысли возникают не из желания задуматься о жестокостях мира. Золя предваряет последствия катастрофического поражения под Седаном. “Осада мельницы” – не воплощение ждущего падения Парижа. Человек защищал дом от врага, пришедшего из-за деятельности политиков, не сумевших организовать сопротивление, вследствие чего силы Пруссии вторглись внутрь страны. Не один дом они разрушили, пока не дошли до защищаемой бельгийцем мельницы. Осталось сдаться или оказать сопротивление. Выбор был сделан заранее. И именно героям произведения погибать за интересы других, хотя война не имела к ним отношения.

Человек умеет найти применение знаниям. Была бы необходимость в их применении! Всё снова идёт к войне. Навыки охотника пригодятся для быстрого убийства солдат вражеской армии, способность ориентироваться на местности – поможет договориться обойтись без очередного кровопролития. Да нет ничего простого, так как его жена француженка. Согласишься – останешься без любимой. Откажешься – будешь расстрелян. Войне безразлично, если никто не желает воевать.

Двенадцать пуль завершат дело. И Золя закончит рассказывать историю осады мельницы. Без тонкой игры на струнах человеческих душ, но со втоптанным в прах разорванным читательским сердцем.

На схожую тематику в том же году Эмиль написал “Три войны”. Менее драматическое полотно судеб, отражающее настроение людей, не до конца понимающих смысл человеческой вражды, являющейся будто бы всего лишь игрой. Ведь увлекательно следить из средств массовой информации за передвижениями войск, устраивать словесные диванные баталии, определяя правых и виноватых, давая собственное неопровержимое объяснение происходящему. Оказывается, это так просто – знать нюансы конфликта. И не имеет значения сколько сторон в нём участвует. Каждый является воюющей стороной, покуда он позволяет допускать саму мысль о допустимости противостояния, тогда как на планете не существует двух полностью схожих мнений, тем более, если затронуты интересы множества людей одновременно.

Почему так ярко и волнующе? Всего четыре года прошло с момента битвы при Седане. Впечатления тех дней оказали сильное впечатление на Золя. Допустить повторение? Не надо.

» Read more

Леа Гроссе “Итог жизни” (1982)

Гроссе Итог жизни

К 1933 году немецкие национал-социалисты набрали необходимый вес в обществе, чтобы оказывать влияние на противостоящих им коммунистическую организацию и католические объединения. Развернулась небывалая травля, в ходе которой саботаж против собственного народа объявлялся акцией враждебного элемента. На коммунистов и католиков открылась охота. В числе сотрудников КИМа в заключение попала и Леа Лихтер, в последующем отсидевшая пять лет в застенках тюрьмы города Явор. Книга “Итог жизни” – её исповедь.

С малых лет Леа ощущала агрессию общества. Она родилась в еврейской семье, часто переезжала и всюду удостаивалась нелестных слов из-за национальной принадлежности. Она бы не переосмыслила мировоззрение, не влюбись в коммуниста Фрица Гроссе, с которым оказалось связано её дальнейшее существование. Высланная из Германии, Леа работала в Москве, неизменно возвращаясь назад с фальшивым паспортом, каждый раз выручая из затруднительного положения советских граждан.

Нужно отметить точку зрения автора. За давностью лет или по иной причине, из памяти стёрлись обстоятельства существования немецкого народа накануне прихода к власти национал-социалистов. Краеугольной проблемой стала только фигура лидера их партии Адольфа Гитлера. Жизнь людей словно не претерпела изменений за период существования Веймарской республики, в том числе и будто бы не было душившей людей гиперинфляции. Леа постоянно утверждает: “Гитлер – это война”, нужно против него бороться.

Со страниц “Итога жизни” заметно, как малы возможности коммунистов. Они прячутся от действующей власти, умея противопоставить лишь слово разума. В государстве, где всё подчинено определённой идее, нет смысла открывать глаза. Леа приводит речь Фрица Гроссе на суде, показывая обречённость противных национал-социалистам воззрений. Вся борьба свелась к сотрясению воздуха, тогда как именно коммунистов обвиняли в поджоге Рейхстага. Заранее обречённая, Леа отправилась отбывать наказание в Явор.

Будни в заточении – отдельная часть повествования. Леа стремилась показать жестокость порядков, отражая незначительное присутствие в среде нацистов добрых и отзывчивых людей, помогавших узникам. Несмотря на условия содержания, заключённые устраивали тайные собрания, не думая отказываться от убеждений.

Но боролась ли сама Леа? Она стала заложником ситуации, вынужденная подчиняться происходящим событиям. Настоящее включение в противостояние нацистской Германии для нее начнётся с прибытием в Советский Союз. После освобождения из тюрьмы, Леа вновь выслана, на этот раз в Польшу. Первого сентября 1939 года началась Вторая Мировая война, что вынудило её осуществить давно задуманный переход советской границы.

Так настал важнейший период жизни автора. Леа стала сотрудником радио, вещавшем на немецком языке. Когда силы Третьего Рейха подошли к Москве, радио эвакуировали в Уфу, откуда продолжалось вести вещание. Основной задачей стало освобождение Германии от национал-социалистических идей. Требовалось показать лживость режима Гитлера, очернявшего коммунистов, когда то не соответствовало настоящему положению.

Иначе о книге “Итог жизни” не расскажешь. Леа Гроссе показала личную точку зрения, должную быть схожей с мнением остальных коммунистически настроенных людей. Разумеется, написано слишком мало. На полторы сотни страниц не уместится ни одна человеческая жизнь, особенно столь насыщенная, каковую прожила Леа. Основное сказано, об остальном читатель узнает из других источников. Частная история имеет право на существование, посему воспоминания любого человека необходимо сохранять для будущих поколений.

Леа продолжала помогать строить государство. Нацизм – страшное напоминание о прошлом, преодолённого и не имеющего права повторяться вновь. Но человек забудет частности, помня главное. И когда где-то кто-то проводит диверсию, выставляя виновным другого, стоит вспомнить о действиях национал-социалистов. Они использовали действенный приём, добиваясь своего. Против его применения нужно продолжать бороться.

» Read more

Чан Вьет “Бархатная роза” (1975)

Чан Вьет Бархатная роза

Война во Вьетнаме просто обязана оставить огромной пласт литературного наследия. В силу ясных причин, знать о том далее Юго-Восточной Азии не представляется возможным. Мало кто знает, что XX век омрачился для региона множеством вооружённых конфликтов, один из которых, прозываемый ныне Второй Индокитайской войной, омрачился прямым вводом войск со стороны Северных Штатов Америки. О героической борьбе преданных делу Хо Ши Мина взялся рассказать Чан Вьет, поведав об отважных диверсантах, готовых расстаться с жизнью, дабы не допустить присутствия гидры на своей земле.

Чан Вьет верен идеалам социалистических представлений о мироустройстве. Ему противен капитализм и представляющие его интересы люди. Человеку не должна быть присуща вседозволенность, чем так похвалялись американцы во Вьетнаме. Они хотели бомбить и бомбили, желали вьетнамских женщин и владели ими, предпочитали казнить коммунистов и казнили. Разве такое поведение не могло возмутить население Вьетнама? Да не будь люди коммунистами, им всё равно идти по пути социалистического развития государства, ежели они не желают перенимать образ жизни американцев.

К моменту начала произведения “Бархатная роза” погибло двадцать пять тысяч американских солдат. Сокращению численности военного присутствия, помимо прямого столкновения, способствуют диверсанты, уничтожающие силы противника на занимаемой им территории. Сейчас бы таких людей назвали террористами, придавая происходившему политический подтекст. Верно ли такое переосмысление ведения войны? Не будем судить. Результат от наносимого ущерба почти равнозначен.

Чан Вьет погружает читателя внутрь группы людей, желающих убивать американцев. Они кажутся сторонниками режима правительства Южного Вьетнама, но всеми помыслами и душой принадлежат Вьетнаму Северному. Автор наглядно объясняет почему. Может он не до конца правдив, либо искренне верит своим словам, только и читатель проникнется убеждениями тех, чья жизнь подвергалась беззастенчивому влиянию издевающихся над вьетнамцами людей.

Нелегка судьба Вьетнама. Десять лет страна провела в гражданской войне, прежде введения американских войск. Стали происходить казни безвинных людей, чьё нарушение – доброе отношение к людям. Приезжие с Запада физически и морально насиловали местных женщин, которые после перенесённого позора предпочитали себя убивать. Зрел гнев внутри вьетнамцев, решительно восстававших после таких событий. Ряды диверсантов пополняют как раз те, кто видел смерти родственников, друзей и просто хороших людей. Теперь и они, не являясь коммунистами, готовы вести борьбу за очищение страны от присутствия американцев.

Произведение “Бархатная роза” допустимо назвать шпионским романом. Стороны пытаются выяснить присутствие враждебных им сил, принимая для того всевозможные попытки. Однако, деятельность сил Северного Вьетнама привлекает внимание, а вот от поступков американцев нарастает враждебность. Безусловно, убивать неготовых погибнуть во время отдыха людей – не совсем гуманно. Но и присутствие таковых людей среди враждебно к ним настроенных – не лучшее для них решение.

Всего в сюжете присутствует три силы: силы Северного Вьетнама, объединённые силы Южного Вьетнама и Северных Штатов Америки, а также французская разведка. Их взаимодействие заключается в обоюдной неприятии. Все стороны нацелены действовать для обеспечения своего доминирования в регионе, используя для того всё возможное. Вторая Индокитайская война только начинается, поэтому действующие лица стараются нанести максимальный ущерб противнику. Представленные читателю действующие лица полны светлых ожиданий, строя планы и выводя из строя объекты, вместе с обслуживающими их людьми.

Человеческие судьбы постоянно ломаются. Не раз такое происходило и с населением Вьетнама. Чан Вьет приводит в тексте имена и поступки героев древности. Как ранее находились желающие бороться, так находятся сейчас и будут находиться всегда. Люди желают счастья сейчас, а не завтра. И не имеет значения, что завтра желаемое счастье будет понимать иначе.

» Read more

Владимир Маканин “Асан” (2008)

Маканин Асан

На войнах во все века наживались. Маканин понял это слишком буквально. Для него война – это обстоятельство для ведения ещё одного удачного бизнеса. Потому представленные им действующие лица не испытывают никаких чувств, кроме желания набить карман. Продавая оружие, технику и топливо, они усиливали позиции противника, обеспечивая и собственное настоящее. Правда, такая философия не поддаётся пониманию, поскольку тот противник придёт к тебе домой, не оставив от него камня на камне. Тогда в чём смысл ведения войны ради денег? Всё-таки не участник боевых действий озабочен собственным благосостоянием, то интересно людям, обеспечивающим существование войны. Главный герой романа “Асан” из тех, кто воюет и поставляет материалы. Однако, он всё-таки воюет, и именно война является образом его жизни, тогда как вне войны он себя не мыслит.

Маканин показывает войну по типу газетных сводок, выискивая в потоке информации самые шокирующие свидетельства. С первых страниц читатель уведомляется, что воевать отправляют неподготовленных солдат, к тому же с признаками морального разложения. В редкий временной отрезок люди оказывались довольными современностью. Нет таковой и среди воющих. Для них остались в прошлом лучшие из лучших, тогда как ныне всё плохо, а завтра будет ещё хуже. Но ведь и говорящие это пришли из тех дней, когда точно так же думали о них самих. И так ли это не соответствует действительности, ежели на страницах произведения Маканина именно прежние поколения разрушают окружающую их действительность?

Молодые солдаты – пушечное мясо. Они ничего не стоят на войне. Но вместе с тем стоят много. Им нет места в настоящий момент. Но они восполнят ряды павших. Будь воля воюющих, они бы предпочли обойтись малыми силами. Зачем посторонние люди, когда конфликты разрешаются без их помощи? Но без них не потребуется оружие, техника и топливо. Всё это требуется для уничтожения молодых солдат. Иной цели ведения боевых действий со слов Маканина не было. А как же независимость от России? Этот момент не прописан в подобном его понимании, ибо в угол всего поставлены деньги.

Как добывать деньги с помощью войны? Для противной стороны есть ряд способов. Один из основных – похищение людей, как в лице молодых солдат, так и их матерей, а также журналистов, с целью получения выкупа. Различий не существует – всем отведена одинаковая доля. Ратовали ли люди за прекращение боевых действий, описывали преступления со стороны российских военных или иначе относились к происходящему, то не имело значения. Важным считалось получение выкупа, причём без различия, от кого и каким образом. Ведь главное на войне – получение денег.

Как раз в такой ситуации приходится служить и зарабатывать главному герою произведения “Асан”. Будучи аморальным, он получил от Маканина способность быть совестливым. Ведь на войне хотя бы у кого-то должна присутствовать совесть, хотя бы в самой малости. Пусть это выглядит наигранным. Впрочем, человек – жертва обстоятельств. Главный герой мог быть на самом деле честным парнем, любящим жизнь и стремящимся жить, пока не оказался в условиях, которым ему пришлось соответствовать. И вот он берёт за доставку каждую десятую бочку топлива, после продаваемую силам соперника. Полученные за это деньги он отправляет домой жене. И так изо дня в день в полном спокойствии, не мешайся под ногами молодые солдаты, за чьи жизни приходилось платить. И главный герой платил, теряя в прибыли.

Война губит людей. Погибнет и главный герой. Для читателя он мёртв с первых страниц, поскольку таким не должно быть места среди людей. Только оно часто находится, почему-то. Значит следовало самолично отказать в праве на существование, в последний раз оправдав такого человека перед читателем. И Маканин выстрелил, сам, положив конец творимым бесчинствам.

» Read more

Владислав Бахревский “Долгий путь к себе” (1980)

Бахревский Долгий путь к себе

На ратном поле они – казаки, в миру – украинцы. Слева от них Польша, справа – Русь, снизу Крым и Порта. Во главе стоят гетманы – представители вольного народа. Какой путь им выбрать? Оставаться в центре нельзя, поскольку это обещает каждодневную схватку за существование. Пойти под власть поляков, значит принять их немотивированную жестокость, к русским – воссоединиться с православием. Но на Руси случился церковный раскол, внёсший разлад во все сферы жизни. Богдан Хмельницкий оказался на распутье. В такой обстановке недалёк тот день, когда Сечь окажется под влиянием полумесяца. Каков он был – путь Украины к себе? Об этом и рассказал Владислав Бахревский.

Стиль повествования Бахревского кинематографичен. Без спешки, смакуя очередную сцену, наводя читательский взор на каждое действующее лицо, Владислав строит повествование. Его писательского внимания удостаиваются все важные для сюжета исторические личности, вплоть до безвестных персонажей, чьё назначение заключается в демонстрации страданий представителей от народа. Судьбы людей пересекаются и растворяются, продвигая сказание к следующим событиям. Представлять подобное – сравни удовольствию, но вчитываться в строчки – почти наказание.

Поселившийся в Сечи народ испытывал затруднения перед выбором ожидавшей его судьбы. Являясь потомками беглецов от общества, они стали заложниками исторических процессов. Прошлое в настоящий момент не перепишешь, посему им пришлось бороться с обстоятельствами. Польша, Россия, Порта или самостийность – всего лишь временное затруднение. Нельзя надеяться на помощь извне, так как помогать некому, а если будет кому, то какой казак согласиться на неё? Только своими силами предстоит Хмельницкому решать проблему сего выбора, и в дело он может пустить присущую ему хитрость.

Когда три волка желают съесть жертву, нужно их перессорить между собой, ибо одолеть волков своими силами не получится. И что это будет за победа? Израненные волки придут в себя и снова примутся делить жертву. В такой ситуации Сечь будет обречена. Ей или выбирать, кем быть поглощённой, либо быть разорванной на части. Проблема же в том, что Сечь никого не интересовала, просто являясь местом на карте между крупными государствами, населённой беспокойным людом, издавна совершавшим набеги на соседей, чем вносился разлад, не позволявший строить планы, предварительно не обеспечив защиту границы от Сечи.

Так против кого воевать Хмельницкому? Только против Польши, так как лишний раз Крым с Портой лучше не беспокоить, а верховенство Москвы над собой казаки признавали изначально, ничего Руси за то не давая. Почему же Польша, причём именно идти войной, а не набегом? Бахревский объясняет описаниями зверств князя Иеремии Вишневецкого, рубившего мирный люд, сжигавшего поселения и оставлявшего после себя запустение. Так он расправлялся не с одними противниками, а почти со всеми, в том числе и со своими сторонниками. У него были своеобразные представления о справедливости, чем он и настраивал людей против.

Пересказать происходящие на страницах события затруднительно. Этого и не требуется. Желающий узнать, сам ознакомится с произведением Владислава Бахревского. Лучше понимать он события середины XVII века не станет, скорее запутается. Но всё же приблизится к осознанию происходивших в Сечи событий. О том мало известно, а достоверно известно ещё меньше. Трактовать те события получается с помощью предшествовавших событий, чего Бахревский как раз делать не стал. Читателю предложено текущее настоящее, без излишнего втягивания в повествование исторических процессов. Дана ситуация тяжёлого положения, показаны столкнувшиеся с ней люди: сидеть сложа руки никто из них не мог, поэтому дружили и воевали, то есть – жили.

» Read more

Антуан де Сент-Экзюпери “Письмо заложнику” и прочее (середина XX века)

Экзюпери Письмо заложнику

Знакомясь с творчеством Экзюпери, всегда думаешь о людях. И не понимаешь, зачем в мире всё устроилось именно так. Тотальная обоюдная ненависть человека к человеку и к окружающему его миру. Ранее Экзюпери превозносил старания людей, считая выполнение обязанностей перед обществом полезным делом. Но к чему шло то общество, о благополучии которого он рассказывал? Совершая положительные действия, человек толкает себя в яму грядущих потрясений, где быть человеку раздавленным. Кто погибал на страницах произведений Экзюпери, тот становился героем в глазах окружающих: он не жалел жизни, осознавая возможную её утрату. Теперь разгорелась война, и всё прежнее утратило значение.

В 1943 году Экзюпери написал “Письмо заложнику”. Его адресатом выступил человек иудейского вероисповедания. Для Антуана это не имело значения, но он осознаёт, как важно данное обстоятельство в глазах других. Чем он – француз – отличается от еврея, родившегося и выросшего во Франции? Для них существует одна Родина, которую им вместе предстоит освобождать от влияния Третьего Рейха. Они, прежде всего, французы, поэтому не следует делать никаких различий между людьми, особенно в годы утраты Францией независимости.

Экзюпери писал про обиды. Он ещё раз рассказал о своей жизни, о Сахаре и Португалии. Антуану всегда было о чём рассказать. В другом послании – в “Письме генералу X” – Экзюпери выразил непонимание современной войны. Что теперь представляют сражения? Раньше рать шла на рать, бой был зрим, и каждый принимал в нём участие. Ныне такого нет – смерть приходит с неизвестной стороны, а солдат может погибнуть, так и не увидев врага. Теперь принято уничтожать мирное население, делая это ради самого процесса уничтожения. Никаких дум о будущем, только желание убивать. Экзюпери мог об этом написать, но не стал уделять внимание конкретике.

Экзюпери снова наводит на мысли, как эфемерен человеческий мир. Вчерашний день – прошлое, которым манипулируют политики. Никто не думает про наступление нового дня, заботясь о сиюминутных нуждах. Такова человеческая природа вообще – никто ничего не делает для следующих поколений, разрушая имеющееся. Войны оттого и случаются, что люди об этом забывают, чтобы вспомнить и осознать. Только поздно понимать прежде сделанные ошибки, если настало время за них умирать.

Иным взглядом смотрел Экзюпери на Советский Союз. Имеются у него выдержки “Из московских репортажей”. Он оправдывал расстрелы, так как считал их неизбежными. Для Антуана понимание необходимости наказывать строилось согласно всё той же неизбежности. Он почти восхищался жизнью советских граждан. Более прочего оценивая труд заключённых, воплощавших немыслимые разумом идеи. Когда Экзюпери написал эти репортажи? Во время войны его мнение поменяется на противоположное. Саму Россию Антуан представлял населённой людьми с душой кочевников, находящихся в поисках правды, впечатлений и будущего. И те из людей становились настоящими, кто пережил шестидесятиградусный сибирский мороз. Посему остаётся сделаться вывод – легко судить о том, что плохо себе представляешь.

А как же критики разных мастей? Почему они размышляют в заметках, смея высказывать личное мнение о пережитом не ими? Жизнь не даётся пониманию одним созерцанием. Точка зрения вырабатывается благодаря мнению множества людей, давая общее представление о происходящем и о том, что хотелось бы видеть на самом деле. Экзюпери поделился собственным видением жизни: оно совпадает с мнением наделённых разумом людей, но расходится с воззрениями прочих. Достаточно бегло ознакомиться с историей, как ничего кроме последствий человеческого жадности в ней не найдёшь.

» Read more

Антуан де Сент-Экзюпери “Военный лётчик” (1942)

Экзюпери Военный лётчик

Зачем камню свобода, если он будет вне сил притяжения? Зачем человеку война, если она не имеет смысла? Зачем убивать, когда ничего не мешает жить? На эти вопросы не существует ответов, поскольку человек не в состоянии себя понять. Жизнь по своей сути лишена смысла, поэтому искать нечто оправдывающее существование – бесполезно. Требуется одно – выживать и давать жизнь потомству. Ничего другого от человека не требуется. И человек выживает, уничтожая себе подобных, стремясь извести любую угрозу на планете, включая саму планету.

Франция терпела поражение во Второй Мировой войне. Страна была оккупирована Третьим Рейхом. Французам пришлось отстаивать Родину, действуя из-за границы. В числе её воинов был и Экзюпери, совершавший разведывательные полёты. Что мог противопоставить Антуан немецкой военной машине? Его утлый самолёт – потенциальная мишень для учебной стрельбы. Вылетая на очередной задание, он знал, что напрасно рискует жизнью. Ему отдавали приказы, ибо их требовалось отдавать. Он летел их выполнять, ибо не имел морального права отказаться от выполнения.

В небе Экзюпери всегда переполняется мыслями. Тягостный полёт – это время для размышлений. Антуан видит происходящее на земле, понимает ужасы войны и ничего не может этому противопоставить. Ему осталось укорять человечество, обвиняя людей в недальновидности. Он понимает – выполнит задание или нет – вернётся обратно, чтобы после снова полететь на выполнение ещё одного сомнительной полезности задания.

Экзюпери спросил – как ему определить позиции противника? Ему ответили – по тебе будут стрелять. Он задумался – кто будет стрелять: противник или свои? Свои не знают о существовании французской авиации, немцы могут не догадываться о её существовании тоже. Экзюпери спросил снова – как ему определить позиции противника, если он летит в двадцати метрах от земли? Ему не ответили, либо об ответе Антуан предпочёл умолчать.

Война лишена смысла для тех, кто находится на передовой. Победа – не является смыслом войны. Нанести поражение противнику – далёкое от смысла войны понимание. Отстоять родной дом – настоящий смысл войны. Нужно защищать Родину от агрессии. Только каким образом защищать, если для того ничего не предпринимается? Разведывательные полёты не освободят Францию. Командование слепо отправляло в измышленную им точку на карте, не понимая, что назначение разведки – подтвердить предположения, коими оно не располагало вовсе. Экзюпери летел и делал от него требуемое, дабы рассказать после о пережитых ощущениях.

Антуан в чём-то прав, но не во всём. Он смотрит на войну глазами рядового участника. Он взирает с неба на общую ситуацию, приходит в недоумение и спешит этим поделиться с читателем. Не укладывается в голове Экзюпери, насколько человек – расходный материал. Не берутся в расчёт его качества. Человек понимается в качестве единицы, чья судьба зависит от воли командования. Решит руководство за счёт его жизни осуществить задуманное, так и произойдёт. Всё усредняется, и люди уподобляются безликой массе. Когда-нибудь война будет вестись другими методами и с помощью иных ресурсов, но человек навсегда останется основным объектом для уничтожения.

Экзюпери ли управляет самолётом или иной именитый пилот – безразлично. Война – такая ситуация, когда нужно принять неизбежное. Антуан с таким утверждением согласен, поэтому садится в кресло пилота, проверяет готовность к полёту и взлетает. Он выяснит, где располагаются танки и вернётся обратно. В другой раз он не вернётся, и это было неизбежным событием. Что будет после смерти – не так важно, лишь бы был человек.

» Read more

1 2 3 11