Tag Archives: аксёнов

Василий Аксёнов «Вольтерьянцы и вольтерьянки» (2004)

Аксёнов Вольтерьянцы и вольтерьянки

Одно плохо в известности, после смерти о твоей жизни могут писать такое, за что тебе обязательно было бы стыдно. И самое печальное, потомки будут верить, что ты именно так говорил и думал, как то представил некий писатель. Каким же образом автор отразит твои будни? Он не станет сильно озадачиваться, обставив прошлое через восприятие в его настоящем. Чем же таким озадачивались писатели конца XX и начала XXI века? Они плыли по волнам сексуальном реализма, пытаясь собственные представления навязать людям предыдущих веков. Что тогда ждать от прошлого, как не хождений вокруг откровенной порнографии, скабрезных разговоров и поисков оправдания гомосексуализма? Собственно, о женских и мужских половых органах, воздействии на них и всего с этим процессом связанного — есть главная мысль писателей конца XX и начала XXI века. Прочее — декорации! Не более! Всего лишь декорации!

Скажем так, Аксёнов в тренде. Он на волне — ему понятны ожидания читательской публики. Только не всякий читатель согласится читать на уровне чаяний эротоманов. Но как же литературу подобного типа любят западные премии! Какое не возьми произведение, всюду встретишь откровенную порнографию. Не может постельная сцена произойти за закрытыми дверями, оставшись вне описания процесса в деталях, ибо всё должно быть выставлено на обозрение. Не станешь после такой массированной информационной атаки задумываться, будто некогда люди жили какими-то другими мыслями, а не пребывали в постоянной похоти. Если задумаешь откладывать каждую книгу писателя выше обозначенного периода, встретив на её страницах выше обозначенные сцены, то почти ничего и не прочтёшь, поскольку это есть в абсолютном большинстве произведений. Таковы требования сексуального реализма, ставшего особенностью литературы на границе второго и третьего тысячелетий.

Казалось бы, Аксёнов предлагает эпоху Вольтера. Василий рассказывает читателю о новых взглядах на действительность, якобы наступили времена, достойные остаться в памяти потомков. Желание Аксёнова похвально — соответствовало бы содержание замыслу. Читателю приходится внимать приключениям ветрогонов, поступающих согласно присущим им прихотям, не подразумевающих определённой конечной цели. Сугубо из желания выделиться, встать над докучающей им серой массой людей. Нет ничего для того лучше, нежели объявить подобие мелкого пакостного бунта. Вроде бы и не нарушили ничего, зато как громко о себе заявили.

Одно дело, будучи молодым хотеть перемен. Другое, хотеть перемен, осознавая их необходимость после многолетних размышлений. Молодые активно восстают против, пытаются грубо ломать систему, не задумываясь о последствиях. Люди постарше предпочитают плавный переход, стараясь избежать социальных потрясений. Причём же тут Аксёнов, спросит читатель. Действительно, Аксёнов тут ни при чём. Приключения ветрогонов не подразумевают под собой стремления к чему-либо, кроме самих приключений. Потому и приходится говорить о пустоте содержания. Василий опять представил для внимания набор баек, но не из советских времён, а откуда-то издалека, будто бы взяв их прямо из будней населения Российской империи.

Нельзя с одинаковой степенью отягощённости знаниями на равных рассуждать об исторических процессах и актах самоудовлетворения. Не могут два данных момента оказываться одинаково необходимыми в художественном произведении. Либо говори серьёзно о серьёзном, либо не выдавай разговоры о серьёзном за разговоры о серьёзном, когда тебя беспокоит зов плоти. Разумно предположить, что сфера сексуальной жизни людей имеет важное отношение к политике. Однако, всё-таки у Аксёнова речь преимущественно о ветрогонах. Им же неважно куда идти, за них их направление определяет ветер. А коли так, то ветер может быть и ураганным. И не ветрогонам после разбираться со сломанными человеческими судьбами.

» Read more

Василий Аксёнов «Таинственная страсть» (2007)

О, дайте мне, пожалуйста, сил,
всё описать, покуда не забыл.

Жизнь — кладезь информации. Зачем читать выдуманные истории, когда всегда можно ознакомиться с воспоминаниями людей? Каждый выбирает на своё усмотрение. Писателям порой нечего о себе рассказать, тогда их фантазия изыскивает образы из неуловимых пределов собственного естества, либо обращается к человеческой культуре вообще, на новый лад позволяя пересказывать плоды чужих творческих мук. Василий Аксёнов был из тех, кто предпочитал говорить о собственной жизни, подвергнув прошлое соответствующим изменениям, чтобы читатель самостоятельно догадывался о моментах биографии автора. Роман «Таинственная страсть» стал чертой, которую Аксёнов подвёл под своей жизнью. На страницах книги его друзья, реалии действительности и уходящий в минус позитивный заряд настроения.

Нужно с юмором относится к прошлому. Каким бы оно не выглядело сейчас, нагружать себе депрессией всё равно не следует. Разве может молодость восприниматься негативно? Отчего, некогда лёгкому на подъём, ныне впадать в уныние? Аксёнова окружали замечательные люди, о которых будут помнить и без лишний напоминаний. Василию осталось оговорить игнорируемые обществом обстоятельства их жизни, наложив на советские годы при Хрущёве и Брежневе.

Аксёнов легко играет со словами, продолжая создавать произведения в излюбленной манере. Уже не первый раз этого удостаиваются фамилии действующих лиц, чтобы позже не один раз подвергнуться критическому разбору. Также легко Аксёнов обходится с речью, помещая в текст бранные выражения и не стесняясь выражать эмоции красным словцом, даря читателю возможность ещё раз улыбнуться. Впрочем, наблюдая в «Таинственной страсти» за экспрессией Хрущёва в отношении к современному искусству, получаешь дополнительный толчок к восприятию романа Аксёнова.

Именно на лёгкости строится роман. И когда слог автора становился легче воздуха, текст мгновенно нагружался серьёзным разбором происходящего вокруг. Поступь действующих лиц стремительно возносит их на Олимп всеобщего внимания, сталкивая в противоречиях с властью, не желающей видеть в числе граждан страны им подобных. Всё должно быть чётко и лаконично, а в творчестве преобладать соцреализм. До того ли крылатым талантам, жадно выискивающим рифмы для создания ещё одного нетленного стихотворения?

Аксёнов негативно относится к происходящему в Советском Союзе. Он это видит и открыто об этом говорит, раскладывая по пунктам, что его конкретно не устраивает. Только это совершенно не чувствуется в сюжете, покуда действующие лица переполняются от энергии и совершают безумства, не боясь пострадать. Их время было прекрасно той атмосферой, в которой они жили, какой бы она не была на самом деле. Человек может найти отрицательное и даже будет склонен с ним бороться, но смириться никогда не согласится. Главное не капать желчью и не делиться болью, ведь лучше быть не могло. Значит, нужно осознать прошлое и принять его. У будущих поколений будут другие проблемы.

«Наша цепь — коммунизм» гласит одна из страниц. Есть в таком понимании ощутимая доля сатиры. Ею пронизана вся книга. Грусть приходит лишь когда настаёт пора прощаться с действующими лицами: люди смертны и этого у них не отнять. Аксёнов оставался последним, кто обязан был рассказать о их совместном прошлом. Его сразила смерть «Вертикалова» в 42 года, также тяжело он перенёс смерть «Роберта Эра». Былое минуло вместе со страной, настало время иной действительности, о которой теперь рассказывают следующие поколения писателей. Для шестидесятников мир казался не таким, каким его воспринимают люди, чья молодость пришлась на девяностые.

Светлое постоянно маячит где-то впереди. Нужно стремиться к стабильности. К сожалению, человека всегда всё не устраивает, включая стабильность.

» Read more

Василий Аксёнов «Скажи изюм» (1983)

Не каждый умеет «травить байки», а вот у Василия Аксёнова это получается превосходно. Только вместо лёгких тем для художественных произведений он выбрал описание социальных проблем Советского Союза. Хотелось Аксёнову обнажить действительность, поделившись с читателем собственными наблюдениями, вот и пригодилось ему умение излагать мысли. Но! Одно дело говорить. И совсем другое — писать. Для Аксёнова это не ставится затруднением. От него требовалось делиться мыслями, чем он и занимался. Как итог — книга для полки авторов-модернистов.

Главным в формировании мысли у Аксёнова является слово. Именно оно становится исходным материалом. Иногда складывается впечатление, будто Аксёнов сам не знал, чем он закончит предложение. Именно на разборе понимания слова и его возможных значений происходит движение сюжета вперёд. Нет для Аксёнова ничего лучше, чем играть словами ради слов. Ничего не ускользает от внимания автора, начиная с названия произведения и фамилий действующих лиц. Аксёнов будет смаковать слова и те буквы, из которых они состоят. Не так важны описываемые события, как слова, думая о которых страницы сами собой заполняются текстом.

Наигравшись со словами, Аксёнов переходит к другой интересующей его теме — к женщинам. Снова читатель знакомится с обворожительными героинями, на которых капают слюной все вокруг, включая автора. Женщина для Аксёнова — эскимо. А если не эскимо, то другая сладость. И пошлость погоняет пошлостью, пока Аксёнов не вспоминает о необходимости отойти от интимности, чтобы ещё раз поиграть со словами. И вот играет автор, а читатель делает губы бантиком, ибо следует сказать Изюм.

На фоне стиля автора смысл истории постоянно улетучивается. Остаётся понятным, что в центре повествования фотографы, делающие совместную работу, за которую до них в Советском Союзе никто не брался. И вроде бы они мастера своего дела, да имеет ли это значение? Посредством объектива Аксёнов объективно показывает читателю объективность разных объектов, за которыми наблюдают ответственные за наблюдение наблюдатели, делая это очень наблюдательно. Могла получиться лаконичная история, если убрать из текста все авторские отступления, но именно за их счёт она была растянута сверх всякой меры.

События книги «Скажи изюм» можно привязать к реальному факту биографии Аксёнова. В 1979 году он в составе группы писателей создавал альманах «Метрополь», вследствие чего в 1980 году покинул СССР, тогда же был лишён гражданства. Аксёнову осталось поменять только детали, чтобы под видом фотографов представить эпизод собственной жизни, где среди аллюзий знающие люди найдут сходство с реально произошедшей историей. Однако, большинство читателей уже не помнит событий того времени, поэтому книгу «Скажи изюм» воспринимают за циничное отношение к той действительности, в которой жил и творил автор.

Аксёнов сумел рассказать так, как умеет. Ему хотелось это сделать. Действительность не стала ужаснее — она укладывается в рамки понимания того, что происходило в последние десятилетия существования Советского Союза. Аксёнов ещё не знал о скором развале страны, поэтому выразил свою боль посредством написания книги. Получилась она у него хулиганской. Надо полагать, так действия группы писателей воспринимало и руководство страны. Аксёнов и сам это понимал. Ведут же его герои себя вызывающе, не придавая значения государственным интересам. Они поступают согласно собственным убеждениям. И за них же должны пострадать.

Конфликт интересов будет всегда. Пока же конфликт у читателя только со слогом Василия Аксёнова.

» Read more

Василий Аксёнов «Ожог» (1975)

Ко всему можно быть готовым, кроме советского потока сознания. Нет, это невозможно. Поток сознания не мог существовать в советской литературе. Однако, существовал. Он возник одномоментно и сразу всей своей тяжестью закрыл образовавшуюся брешь. Пришёл для того, чтобы занять своё место. И ведь занял. Да как занял! Не какой-нибудь поход по ирландским пабам и не какое-нибудь взирание на мир через гранённый стакан с алкоголем. Нет и нет. Всё гораздо хуже. Неподготовленный мозг советских людей был раздавлен культурными ценностями Запада, вследствие чего размяк и стал выдавать за героизм типичную пустословную браваду. Вот и затеял Василий Аксёнов написать «Ожог» в странном для советского времени стиле, устроив Африку в почти родном Магадане.

Невозможно определить, когда Аксёнов делится с читателем реальными воспоминаниями юности, а где наполняет страницы продуктами лихорадящей фантазии. Возможно, что границы не существует. Отнесение «Ожога» к потоку сознания уже многое говорит, не требуя излишней трактовки описываемых автором событий: с ума на язык, да на страницы и в печать, минуя редактуру. Именно минуя редактуру, которая может испортить первоначальный текст, когда у читающего возникает ряд вопросов, не предполагающих ответов. Не сможет писатель вразумительно объяснить, почему всё написано таким образом и лишено мало-мальской структуры. Радужные перспективы разумности могут иметь место при наличии адекватности, но «Ожог» наполнен абсурдом, усугубляющим его понимание.

Аксёнов в порыве откровенности позволяет себе переходить на интимные сцены. Действующие лица сперва совокупляются, а только после знакомятся друг с другом. Причём, надо учесть, что соитие происходит в думах о человеке, с которым они ещё никогда не виделись, ожидая его с минуты на минуту. Этакие герои-удальцы, способные управиться со всем, кроме собственных фантазий, оставляя их глубоко внутри себя. Копил их и Аксёнов, решив выплеснуть накопленные эмоции в «Ожоге». Где обычный интим опостылел, там писатель может предаться теме гомосексуализма, допустив грабителей до чьей-то пятой точки. Лихо Аксёнов может обустроить дело хоть в Африке, будто не простые люди перед читателем, а герои голливудских кинолент. Подобная удаль не раз трансформируется, принимая разные формы.

Если и есть в «Ожоге» действительно важные события, то их невозможно обнаружить. Приходится копаться в грязном белье. Учитывая же профессию самого писателя, лишь удивляешься. Казалось бы, врач, а ни асептики, ни антисептики. Никаких санитарных норм на уровне соблюдения приличий. Только мысли-вши, требующие проведения дезинсекции. Обо всём этом Аксёнов не задумывается, предпочитая наполнять «Ожог» тем, что его больше всего беспокоит. И если его беспокоит действительно это, то Это следует читать с большой буквы. Порыв откровений скорее отпугивает, поскольку содержит подростковые комплексы, переосмысленные в зрелом возрасте.

Существует ёмкое слово Ерунда. Под ним принято понимать вздор и чепуху. «Ожог» Василия Аксёнова — это ерунда. Читатель скажет — игра со словами. И будет полностью прав. Аксёнов действительно играет словами. Каждое событие в книге — вздор, каждое происшествие — чепуха. Почему Аксёнов предпочёл привычной форме изложения поток сознания? Ведь хвалят другие его произведения. Значит, там он был последовательным. В «Ожоге» же хаос. Текст от Аксёнова действительно уподобился вшам, вызывая зуд в глазах читателя. Бесспорно, новаторство необходимо. Кто-то должен нисходить до примитивизма, взывая к животному естеству. Аксёнов так и поступил. Читатель обжёгся.

Был ли Магадан? Была ли юность у Аксёнова? Было ли хоть что-нибудь?

» Read more