Tag Archives: будущее

Александр Казанцев «Планета бурь», «Сильнее времени» (1959-75)

Казанцев Сильнее времени

Парадоксы времени и пространства встречают читателя в произведениях Казанцева на каждой странице. Им поднимается проблематика физических законов и предлагаются новые рецепты для колонизации планет. Александр заглядывает на сорок тысяч лет назад и на некое количество веков вперёд, находит возможность для далёких перелётов и средства общения с инопланетянами. В рассуждениях Казанцева можно найти новизну мыслей, согласно фантастическим представлениям о реальности, но философами ранее обсуждалось многое, в том числе и предлагаемый Александром взгляд на устройство Вселенной, вплоть до выработки точки зрения на обстоятельства контактов с внеземным разумом.

Особенность прозы Казанцева заключается в постоянной переработке текстов. Написанное когда-то, произведение многократно перерабатывалось. Сама манера писать у Александра построена на интерактиве — он предпочитал публиковаться отдельными главами, вследствие чего повествование превращалось в лоскутное одеяло. Первоначальная задумка преподносилась читателю во всех красках, а далее сюжет зарывался в дебри авторской фантазии. Сказанное Казанцевым могло иметь значение для продолжения, а могло и не иметь: развитие событий неизбежно превращается в кашу.

Суть космогонии Казанцева близка к кантовским воззрениям — мир подчинён одинаковым законам и следовательно способен повторяться. В космосе может существовать Солнечная система-2, включающая Марс-2, Венеру-2 и так далее. Разумеется, Землю-2 могут населять мыслящие существа, как могут они обитать и на других планетах, на которых в нашей с вами системе могла существовать жизнь. Так обстоит дело в идеале, однако ничего не может быть полностью идентичным, отсюда и будут проистекать проблемы действующих лиц.

Герои произведений Казанцева отягощены интеллектом. Они стремятся к достижению результатов, прославлять свои имена и поступать на благо человечества: являют собой примерный образец землян будущего. Их научные открытия базируются на фантастических принципах — ими открыты нам неведомые материи. Например, топливом для межзвёздного корабля является космическое пространство. Человеку свойственно не замечать важного, после приобретающего значение насущной необходимости, без которой существование становится невозможным. Так и с человечеством у Казанцева, изначально со скепсисом воспринимавшего полёты в космосе, а спустя поколение готового вступить в эру больший открытий.

Объяснение подготовки к свершениям Казанцев описывает в произведении «Сильнее времени». Действующие лица пытаются найти средства для отправки корабля в сторону пришедшего из космоса сигнала. Дав завязку, Александр принялся за изобретение рояля, наделив действие полезными рассуждениями в мыльном обрамлении: устремления оборачиваются трагедиями, а трагедии приводят к критически важным для развития мысли последствиям. Быстро утрачивает значение эмоциональная составляющая — её место занимает тяга к техническому прогрессу. Желание ждать возвращения любимого мужа обернулось революционным открытием, заставившим до того верную жену отодвинуть семейные ценности на второй план, самой вступив в отряд первопроходцев. Казанцев не мог быть последовательным, рою задумок требовался срочный выброс на бумагу. Как итог: много о чём, но ни о чём конкретном.

В произведении «Планета бурь» люди уже готовы осваивать планеты. Для этого требуются совместные усилия представителей социалистических стран, в числе которых Советский Союз, США и государства Европы. К сожалению, дабы не растягивать повествование, Казанцев европейских представителей уничтожил, так с ними и не познакомив читателя. Горевать не придётся, их заменит робот с американского корабля. Далее же одно сплошное действие, ничего полезного не сообщающее. Казанцев изредка сводит к нулю усилия экспедиции, находя для них странного рода открытия. Чем-то манила Венера советских фантастов, вот и Александр был среди них, правда у него людям предстоит обследовать Венеру-2.

Пока человек расширяет познания о мире и разгадывает тайны материй. Когда-нибудь он подойдёт к необходимости освоить лестницу на небо. Как знать, вдруг человек окажется способен совершить пешую прогулку до Луны. Мечты-мечты…

» Read more

Роберт Янг — Рассказы (1956-84)

Роберт Янг Рассказы

Мир устроен просто. Зачем искать новое, когда следует исходить из старого? Все преобразования в итоге выведут человека туда, откуда он начал, то есть превратят его в звёздную пыль. А пока есть время взгрустнуть над людской жадностью, свести удивительное к обыденному и предаться сентиментальности, особенно если появилась возможность ознакомиться с рассказами Роберта Янга. Мир действительно устроен просто. Янг как раз исходит из старого. Для него человек был и останется космической пылью. Всё остальное сугубо атмосферы ради, ведь Роберту удалось нащупать ту точку для читательского восприятия, должную именоваться интерактивным включением, поскольку внимающий историям Янга чувствует себя их участником: он удивляется, плачет и улыбается от переизбытка даруемых автором эмоций.

Особое место в творчестве Янга занимают фантастические сюжеты, но более других примечательны те, что задействуют в себе элемент перемещения во времени. При грамотном подходе подобные истории можно превратить в изысканное пиршество, окрыляющее разум и осветляющее ум. Показывая былое, Роберт плетёт интригу, устраивая встряску читателю по ходу всего повествования. Остаётся недоумевать — откуда он мог такое предполагать?

Можно допустить, будто темпоральная фантастика станет реальностью. Это создаст серьёзные проблемы человечеству. Жизнь изменится кардинально. Историю станут изучать наглядно. Но человек останется человеком, всегда интересовавшимся тем, мимо чего ему следует проходить, лишний раз не задевая. У Янга действующие лица склонны к решению проблем, предпочитая разбираться в их причинах на месте. Читатель будет удивлён предположениям автора касательно происхождения кроманьонцев, как и могуществу Марса порядка семидесяти миллионов лет назад. Человек обязательно со всем разберётся, чтобы позже обнаружить истину, всегда ему бывшую известной.

Янг не только перекраивает восприятие реальности, он искажает мировосприятие действующих лиц, позволяя им самостоятельно приходить к требуемым заключениям. Порой решение парадоксов времени выставляется автором в виде причуд физических законов, при умелом применении способных дать результат, над которым рядовой читатель и не стал бы задумываться. Если Янг не задавался научной проблематикой, то нисходил до обыкновенных человеческих чувств, нуждающихся в правильном последующем движении, чему на помощь приходят добрые существа, в том числе и инопланетяне, дающие право переосмыслить себя и наконец-то сделать верный шаг.

Именно умение Янга преподносить истории под видом всегда присутствующего рядом красит его рассказы. Иногда поведение действующих лиц не удостаивается положительной оценки. Читателю могут не понравиться фривольные поступки или своеобразная брутальность. Делать выводы преждевременно, если текст не дочитан до финальной точки. Тогда и измены мужа оказываются во благо, и отказ от отношений с привлекательной девушкой укладывается в рамки понимания адекватности.

Роберт Янг чаще смотрел в многообещающее будущее, в котором человек не подвергнется трансформациям, а останется таким же туповатым созданием, желающие удовлетворять в первую очередь собственные желания, а потом уже думать обо всё остальном. Это касается уничтожения природных ресурсов на планетах, погружения в мир иллюзорного восприятия действительности, отрицания высокой морали. Человечество погрязнет в тяге к получению удовольствий, начнёт ещё больше ценить низкопробное искусство, умственно помешается, озаботится надуманными проблемами, а заботу о подрастающих поколениях переложит на единый стандарт.

Людям разумным в будущем останется лишь раствориться в пространстве Вселенной, в одиночку бороздя её просторы, обязательно с томиком рассказов Роберта Янга или с птицей-куиджи, знающей их все наизусть. И сразу станет хорошо. Душа очистится от суеты и предастся размышлениям о вечном. Уже не останется места для дум о самоубийстве, не будет тянуть домой, покорятся неведомые вершины, а нужды общества (не в меру деградировавшего) наконец-то перестанут беспокоить.

В сборник «У начала времён» вошли следующие рассказы: Срубить дерево, На реке, Подглядывающий Томми, У начала времён, Происхождение видов; Девушка, заставившая время остановиться; Дополнительный стимул, Летающая сковородка, Эмили и поэтическое совершенство; Звёзды зовут, мистер Китс; Богиня в граните, Обетованная планета, Дворы Джамшида, Производственная проблема, Маленькая красная школа, В сентябре тридцать дней, Написано звёздами, Глоток темноты, И тень твоя тебя проводит, Глиняный пригород, Высшие буржуа, Впадина Минданао, Тёмный Мир, Приглашение на вальс, Странный случай с мистером Генри Диксоном, Повелитель света, Хмельная почва, Девушка-одуванчик, Механический фиговый листок, Потерянный Землянин, Ветер богов, У шатров Кидарских.

» Read more

Сьюзен Коллинз «Голодные игры» (2008)

Коллинз Голодные игры

Модель для написания успешного художественного произведения довольно проста. Нет необходимости стремиться быть оригинальным и создавать уникальные предметы искусства. Достаточно опираться на ранние работы других мастеров, шлифуя их сюжеты в угоду желаниям толпы. Некогда кем-то придуманное должно быть переработано и представлено согласно требованиям извечной ценности видеть людей счастливыми. Пусть действующим лицам изначально не везёт — зато повезёт потом. Пусть их сейчас никто не любит — полюбят после. Пусть они происходят из низов — всё равно с первого взгляда заметна их естественная красота, достойные уважения амбиции и удивительная способность притягивать удачу.

Некогда Роберт Хайнлайн и Косюн Таками уже рассказывали о будущем, представляя вниманию читателя подростков, вынужденных выживать и убивать друг друга. Хайнлайн представил это в виде ошибки во время экзамена, а Таками целенаправленно стравил детей, обязав их убивать участников бойни, иначе убиты будут все. Читателю заметен жестокий подход и отсутствие надежды на благополучный исход. Сьюзен Коллинз не считает обязательным возводить жестокость в абсолют, позволяя действующим лицам чувствовать себя участниками великого мероприятия, транслируемого на всех телеканалах страны.

Главная героиня «Голодных игр» фригидна, не знает о месячных и в свободное время увлекается охотой, добывая для семьи пропитание. Она происходит из района рудокопов, постоянно чувствует голод и не стремится к лучшей жизни. Общество, окружающее главную героиню, живёт предвкушением мероприятия, периодически проводимого государством: случайным образом выбираются по два представителя от каждого района и между ними устраиваются бои без правил. Ничего другого в жизни общества не происходит, поэтому мероприятие проводится на высшем уровне. Участников приводят в должный вид, привлекая для этого соответствующих специалистов. И вот реалити-шоу начинается. Правил действительно нет. Участники могут заниматься чем угодно, если не желают убивать. Никто их не принуждает.

Коллинз строит повествование таким образом, будто перед читателем разворачивается самое настоящее телевизионное шоу, в котором значение имеют не умения и таланты участвующих в них лиц, а грамотная работа сценаристов, если не прямо заставляющих участников проявлять актёрские способности, то способствовать должному отклику поступать согласно сообщаем им сведениям. Разумеется, брифингов для главной героини «Голодных игр» никто проводить не станет — это будет сделано опосредованным путём. Провокации случаются на всех уровнях, начиная от моральных мук из-за выбора для участия в играх младшей сестры. Вызывание агрессии пассивностью, романтическая составляющая и всё прочее — всюду читатель внимает манипулированию со стороны устроителей.

У читателя может сложиться мнение, будто именно автор способствует удачному стечению обстоятельств, позволяя главной героине проходить испытания и одолевать соперников. На самом деле этому способствует сам читатель, об исполнении чьих желаний автор и заботился в первую очередь. «Голодные игры» нацелены на определённую аудиторию, к которой не относятся юноши и взрослые люди. Именно поэтому главной героиней является девушка, вполне способная стать идеалом для множества девчонок, радостных хоть за кого-то, кому так могло повезти. Собственное горе отступает на второй план и хочется сворачивать горы, когда перед глазами созданный Сьюзен Коллинз персонаж. Возможно, поэтому и нет в повествовании морализаторства и философии, дабы не побуждать читателя к осмыслению текста.

Голод, гламур и гуманизм — плохо сочетаемые понятия объединились под обложкой «Голодных игр». Будущее может быть и таким, поэтому лучше так, чем в беспричинной порыве вести информационные войны и отстаивать ничего не дающие территориальные споры. Есть соревнования — победителю вечный почёт — гражданам спокойствие до следующих игр.

» Read more

Энн Маккефри «Странствия дракона» (1971)

Маккефри Странствия дракона

Цикл «Всадники Перна» | Книга №2

Скажем прямо, «Странствия дракона» — одна из книг цикла о «Всадниках Перна», чьё число превышает двадцать крупных произведений. Энн Маккефри плодотворный автор — она работоспособна: плотно выпускает очередной набор приключений. За совмещением фэнтези и научной фантастики просто обязано скрываться нечто, должное понравиться читателю. При этом не скажешь, чтобы Маккефри создавала космооперу, хотя всё к тому и должно было свестись. За неспешными диалогами и хитросплетением мысли кроется чужая жизнь, за которой читателю и предстоит следить, пока он не повзрослеет или ему не надоест читать про драконов и космических пришельцев.

Остановив вторжение, Маккефри всё равно спровоцировала угрозу извне, самолично призванную действующими лицами из прошлого. На страницах «Странствий дракона» возникает своеобразный конфликт поколений, разница между которыми составляет четыреста оборотов, будем под ними понимать четыре земных века. И вот на основании такой вводной начинается действие второй книги цикла.

Восприятие произведения зависит от имеющегося интереса. Взрослой аудитории не понравятся пустословные диалоги, размытое повествование и суть происходящего на три абзаца в пятнадцать строк. Юношеская же аудитория «Странствия дракона» одобрит, поскольку не надо искать в повествовании какой-никакой смысл, а всего-то требуется следить за поступками действующих лиц. Поэтому если кому и доверять, то только подрастающему поколению — произведение написано специально для них и содержит всё то, что требуется именно юному читателю.

Затруднительно подбирать слова для выражения эмоций. Кажется, «Странствия дракона» не выдерживают никакой критики. Происходящее поддерживается общей повествовательной линией, но само повествование лишено всего, о чём можно было бы сказать. Маккефри продолжает раскрывать для читателя задуманные ей хитросплетения, не отличаясь при этом основательностью. Соразмерное содержанию развитие событий тормозится, якобы для раскрытия всех необходимых деталей. Только нет ничего такого, о чём стоило бы действительно говорить.

Читатель допускает разгорающийся конфликт поколений. Чем бы он не закончился, его последствия приведут к ещё одному конфликту, вплоть до бесконечности. На то фэнтези-авторы и опираются, специально создавая условия, дающие им возможность безостановочно писать. Они не только провоцируют проблемы, милостиво позволяя читателю приниматься за чтение следующей книги, но и дробят проблемы на пустом месте. Нет ничего лучше дополнительного конфликта и смерти участников повествования, коли того потребовали обстоятельства.

Существенной роли происходящее в «Странствиях дракона» на цикл не оказывает. Автор взял одну из ситуаций, проработал диалоговую составляющую и сыграл на человеческом стремлении считаться правее других. Действующие лица бьют себя в грудь, заботясь сперва о своём благе, а уж после о нуждах Перна. Надо понимать, кроме желания получить нужный кусок земли, снова будет задействована одна из составляющих повествования — космическая.

А что же будет дальше? Пусть об этом расскажут молодые читатели, чьего терпения хватит для знакомства с последующими фантазиями Энн Маккефри. Желающие вынести полезное — оного не вынесут. Допустимо приятно провести время над книгой, чтобы описанное автором полностью выветрилось из памяти. Вопрос: зачем это делать? Впрочем, это дело вкусовых пристрастий. Всё-таки у Маккефри нет жёстких элементов и содержание её произведений укладывается в рамки понимания классических сюжетов, без передёргивая приоритетов в плане описания действия дальше разумных пределов, чем стали грешить последующие фэнтези-авторы.

Почти добрая история с почти выверенным развитием событий: «Странствия дракона» станут новой отправной точкой для продолжения путешествия по Перну, при наличии соответствующего желания. Где ещё найти читателю совмещение подобного, чтобы в сюжете драконы соседствовали с негуманоидными формами «разумной» жизни?

» Read more

Энн Маккефри «Полёт дракона» (1968)

Маккефри

Цикл «Всадники Перна» | Книга №1

Энн Маккефри представила читателю выдуманную историю о будущем, сохранив в повествовании элементы фэнтези. Кажется странным, но человечество пошло по пути обратного развития, предпочтя слиться с природой и отринуть многие из достижений. Связь с Землёй давно утеряна, теперь люди обитают на Перне. Так начинается многотомное сказание о драконьих всадниках и их противостоянии инопланетному вторжению. На выходе получилась научная фантастика, слишком многовариантная чтобы остановиться на конкретном определении жанра. На деле всё проще: коли писатель фантазирует, толком ничего не объясняет, двигает сюжет вперёд и наполняет повествование замороченными поворотами, то пусть «Полёт дракона» останется в рамках понимания фэнтези. Кибернетизация, космическое пространство, путешествия во времени — суть одна: фэнтези не должно восприниматься относительно настоящего времени — оно, по умолчанию, либо о прошлом, либо о будущем, и чаще о будущем, какие бы события писатель не использовал.

Читатель ожидает схватку за власть и жаркие баталии на драконах, ежели автор изначально заманчиво предлагает историю про сильного бездетного правителя, должного держать в железной хватке подданных ещё много лет, а благодаря Энн Маккефри умирает, так и не озаботившись наследником. Вот-вот разгорится борьба за власть, польются реки крови: автор описывает подковёрную игру, поскольку родная кровь всё-таки есть, хоть о ней мало кто знает. Читатель твёрдо уверен в своих предположениях, касательно развития событий. Пусть читатель огорчиться. Маккефри претит нисходить до мелких распрей. Она скорее создаст из ничего нового человека, наделит его уникальными способностями и сведёт повествование к эпической битве.

Другое дело, как Энн Маккефри создаёт условия для грядущего сражения. Её слог водянист, что не даёт читатель возможность осознать, зачем на страницах происходят те события, которые автор описывает. Алогичность происходящего чётко прослеживается на протяжении всего повествования. Это не мешает автору, в своё удовольствие, наполнять содержание чем-то ещё дополнительным, придумывая малоправдоподобные ходы. Впрочем, Маккефри не просто так считает «Всадников Перна» научной фантастикой — она развязала себе руки. При таких условиях в сюжете может быть абсолютно всё. В том числе и элементы взаимодействия со временем и использование прочего искажения реальности.

Действие проходит мягко, без надрыва. Энн Маккефри постоянно вводит читателя в заблуждение, продолжая находить такое развитие сюжета, о котором читатель и помыслить не мог. Происходящее начинает восприниматься подобием доброй сказки: враг ясен и понятен, он должен быть наказан, всё к тому и идёт. У человечества есть лишь одна возможность противостоять — развить драконов до состояния мощных созданий и наладить с ними телепатическое общение. Примерно этим и занимается главная героиня «Полёта дракона». Если не она, то кто?

Драконы у Энн Маккефри получились без отличительных особенностей. Разве только она усмирила их гордость, позволил людям ими управлять. Учитывая, что действие происходит в будущем, то преобразование неких созданий на генном уровне в крупные огнедышащие летальные организмы смотрится довольно правдиво. Как знать, вдруг драконы такими и были изначально, много позже порвав связь с людьми и став от них независимыми?

Героями не рождаются — героями людей делают сказители… или исказители. Энн Маккефри действительно создала уникальную фэнтезийную вселенную. Пусть её слог лишён лаконичности, а содержание водянисто сверх меры; главное, что есть смысл в описываемых событиях, какими бы надуманными они не казались. «Полёт дракона» — первая книга. Дальше может оказаться лучше. Гарантий этому нет. Остаётся надеяться.

» Read more

Джон Уиндем «Кракен пробуждается», «Куколки» (1953-55)

Уиндем Кракен пробуждается

У читателя может сложиться мнение, будто Джон Уиндем красиво строит повествование, уделяя внимание важным для сюжета деталям, красочно описывая мельчайшие эпизоды. Это действительно так. Но именно в этом и заключается порочность писательского мастерства: читатель желает узнать подробности, а получает пустое пережёвывание ранее сказанного. Каждая представленная глава обозначена первыми строками, за которыми следует повторение и дополнительные объяснения итак понятного. «Кракен пробуждается» оказался до жути предсказуемым, а «Куколки» лишь на первых порах содержали не до конца ясные моменты, вылившиеся в совсем уж несуразное продолжение.

Нет сомнений, Ундем может считаться новатором в ряде поднимаемых проблем. Он смотрит в будущее трезвым взглядом, предостерегая человечество о возможных проблемах. Над решение непоправимого нужно думать уже сейчас. Разумеется, никто не верит предостережениям, даже твёрдо веря в наступление худшего из вариантов. Как зима приходит неожиданно, так и инопланетяне могут начать вторжение, подавая людям очевидные сигналы. Уиндем, безусловно, предупреждает. Только о чём именно?

Название «Кракен пробуждается» уже само по себе сообщает читателю о некоей силе, должной придти в мир и разрушить его. Уиндем не первый, кто увидел угрозу человечеству со стороны моря. Он просто расширил рамки, смешав в единое целое гостей из космоса с особенностями их физиологии, позволив им обосноваться на дне океанов, откуда они и развернут боевые порядки. Разве не писал Герберт Уэллс «Войну миров» в подобных предостерегающих тонах? Он ничего не говорил о мотивах вторгающихся, повергнул население Земли в ужас и предложил единственно верный вариант исхода. Уэллс смотрел с оптимизмом — Уиндем же пессимистичен.

По накалу интереса «Кракен пробуждается» уступает «Войне с саламандрами» Карела Чапека. Согласно произведению чешского писателя, угроза пришла со стороны моря, вследствие возродившихся созданий прошлого, чья эволюция должна была пойти по пути развития разума, да отчего-то на миллионы лет затихшая. Оба образчика фантастической литературы были написаны задолго до работы Уиндема, что не позволяет восхищаться талантом английского писателя, решившего предостеречь, популярно рассказав про ожидаемые беды.

Упрёка Уиндем заслуживает не за пустословие, а за излишнюю загадочность. «Кракен пробужадется» наполнен предположениями, не давая читателю конкретных представлений о происходящем. Никто ничего не знает. Человечество ждёт смерти от неведомых существ, пока те сокращают континенты и устраивают рейды на побережьях. Нет в произведении и очевидного финала. Уиндем даёт представление о найденном оружии для противодействия, но говорит крайне неубедительно и не делает логического заключения ошибкам человечества. Мол, кто не ошибается, тот не ошибается, а если ошибается, то ошибается.

Неоднозначное отношение у читателя возникает к ещё одному произведению Уиндема — к «Куколкам», также встречаемым в более близком для понимания текста переводе «Отклонение от нормы». Человечество пережило ядерную войну, отстояло у мутантов право на существование, ныне пребывая в разрозненном состоянии, едва ли не на уровне пещерных представлений об окружающем мире. Приводимая Уиндемом ситуация случилась на том отрезке суши, где умами людей заправляет религиозная нетерпимость к любым физическим отклонениям. Если имеется лишний палец — такого ребёнка умерщвляют. Если некое животное отличается размером от подобных ему представителей — аналогично обрывают жизнь.

И не было бы к автору претензий, продолжи он описывать беды людей, исходя только из намеченных им сюжетных рамок. Представленная им ситуация имеет множество отличных вариантов для развития событий, чем Уиндем пользуется, устраивая для читателя незабываемое погружение в постапокалиптический мир человеческой звериной натуры. Читатель может сказать много слов, находя в описываемой автором ситуации достаточное количество должных для того примеров из собственной жизни. Так бы и было, не подвергнись фантазия Уиндема потоку необоснованного желания привнести во вполне реальный мир сверхспособности, даровав избранным членам общества возможность общаться с помощью мыслей.

До того ровные рельсы, положенные на шпалы, мгновенно превратились в шпалы, положенные на рельсы, отчего читатель начал запинаться, не находя слов для оправдания вывернутому наизнанку сюжету. Блестящая задумка автора поблекла, уподобившись произведению, повторяющему рассказанную другими фантастами историю. За примерами далеко ходить не надо — ярче «Слэна» Альфреда Ван Вогта не найти: будущее, обыкновенные люди истребляют телепатов, в том числе охотятся и за главным героем. Такое же развитие событий происходит у Уиндема, почему-то позабывшего, что писал он, собственно, не про мутантов, а про изредка случающееся поветрие со стороны заражённых территорий, отчего происходил всплеск рождения людей с физическими отклонениями, против чего общество было настроено самым радикальным образом.

Единственный вывод из «Куколок», возникающий логически, это осознание трудности преодолеть барьер из твёрдых убеждений людей, вбивших себе в голову определённые принципы, не соглашаясь менять исторически сложившиеся правила поведения. Уиндем предлагает бежать. Но куда может уйти человек, если на его пути обязательно встанет другой человек, подверженный пусть не таким, но иным предубеждениям, настолько же опасным.

» Read more

Роберт Ибатуллин «Роза и Червь» (2015)

Интерпресскон-2016 | Номинация «Дебютные книги»

Земля будет уничтожена, если не полностью, то частично. Все попытки человечества сохранить природу в неизменном виде всё равно обречены на провал. Люди продолжают заниматься самоутешением, а к ним уже летят корабли инопланетного агрессора, чья цель заключается в уничтожении планеты. Знакомый сюжет? Конечно, это примерная интерпретация «Войны миров» Герберта Уэллса. Только на этот раз Земля не смогла сама себя защитить и проиграла сражение, как проиграли его и населяющие её люди. Благо человечеством к тому моменту освоены планеты Солнечной системы, поэтому люди ещё могут успеть повлиять на развитие событий, если, как всегда, не самоуничтожатся в результате борьбы бессмысленных внутренних противоречий.

Роберт Ибатуллин рисует будущее в таком виде, в котором оно ему приятнее. Так уж получилось, что Россия стала полностью мусульманской страной. С минаретов оглашают призывами на намаз муэдзины, ополчение составляют нукеры, население вкушает пищу в чайхане, а над всем верховодит раис. Так обстоит дело на Земле. На Венере, Марсе и Луне ситуация складывается немного иначе, что существенной роли на сюжет не оказывает. Автор лишь образно показал последствия вторжения инопланетян, чтобы рассказать ещё одну истории о том, как трудно людям договориться и выступить единым фронтом против орд врага.

Нашествие инопланетян можно сравнить с татаро-монгольским игом. Они стремительно пронеслись по территории людей, нанесли критичные поражения и с той же скоростью исчезли на горизонте, оставив после себя наместников. Правда, наместники плохо прослеживаются на страницах произведения Ибатуллина, но надо полагать они имеются. Вместо очевидного контроля над ситуацией Роберт внёс в сюжет один из элементов творчества братьев Стругацких, а именно посеял среди людей семена нового человечества, похожего внешне, но при этом выделяющегося крайней обособленностью.

Биоинженерия и кибернетизация станут обязательным элементом войн будущего. Ибатуллин создал собственного уробороса, которого пестует и возлагает на него надежды. Червь должен поедать себя с хвоста — для этого можно применять разные способы воздействия для корректировки его поведения. Такое проявление в повествовании является одной из важнейших составляющих сюжета. Пока червь готовится к пиршеству, человечество будет поступать аналогично, пожирая лучших представителей.

Не так важны составляющие сюжета, как понимание неистребимой жажды человека быть независимым от обстоятельств. На протяжении всего повествования читатель будет внимать приходящим и уходящим распрям. Казалось бы, урок усвоен и пора образумиться, но понять это трудно, пока некто влиятельный, пытающийся связать людское племя воедино, решительно принялся объединять человечество с помощью огня и меча.

Безусловно, Ибатуллин опирается на историю. Вместо одного агрессора он придумал другого. Общая картина при этом не изменилась, подверглись трансформации лишь незначительные детали, да преобразован антураж. Основательно продумать положение людей в будущем довольно трудно — Роберту это помог сделать произведённый им апокалипсис. На обломках легче построить личное понимание возможного развития событий.

Что касается содержания произведения, то о нём сказать нечего. Читателю предлагается сюжет, поделённый на четыре части: предыстория нынешнего положения, начало войны за объединение, её продолжение, выявление шпиона и суд над ним. Конкретика малоинтересна, так как писателю удалось проработать ситуацию в общем, но в деталях разобраться у него не получилось. Читатель вязнет в каше событий, не видя их развития. Инопланетяне же, медленно и верно, пошли на второй заход, планируя на этот раз уничтожить человечество окончательно.

Противостояние было, но противостояние только ожидается, вот должна содрогнуться твердь и завязаться битва за право человека на существование. Хочется верить, что Роберт Ибатуллин не даст людям сгинуть, описав их мужественную борьбу и проявив их лучшие качества. Хватит заниматься самоедством.

» Read more

Алексей Олейников «Левая рука Бога» (2015)

Интерпресскон-2016 | Номинация «Крупная форма»

В своём творчестве Алексей Олейников отталкивается от дня сегодняшнего. К 2035 году Россия будет полностью изолирована от внешнего мира, слова иностранного происхождения обретут русские соответствия, валютой станет алтын, детям будет запрещено передвигаться вне закрытых помещений без сопровождения взрослых. Весьма мрачная перспектива, если не воспринимать другую внутреннюю угрозу, довольно загадочного происхождения, выражающуюся в наконец-то достигнутой возможности пробить брешь в реальности и вступить в контакт с представителями неких миров, чьи обитатели скорее пожрут землян, не думая вступать в переговоры. Таким представляется будущее согласно «Левой руке Бога».

Катастрофа человеческая и катастрофа техногенная — два момента, требующие отдельного внимания. И по всем правилам построения нарастания напряжения в художественной литературе, Олейников не спешит показывать читателю ожидание грядущего краха. Представленные в сюжете действующие люди живут обычной жизнью, согласно заведённым в обществе порядкам. Им, конечно, интересно, чем именно занимаются сотрудники на рядом располагающемся секретном заводе и отчего в крупных городах страны происходят непонятные происшествия, после чего население эвакуируется и уже не спешит возвращаться обратно, но власти сохраняют молчание.

Перед читателем не взрослые люди. Всё внимание сосредоточено на подростках, чьё присутствие в сюжете сразу располагает к произведению аудиторию возраста главных героев. Школьные проблемы, впрочем, к происходящим в книге событиям имеют опосредованное отношение. Олейников скорее желал показать драму взаимоотношений, собравшихся вступить в совершеннолетнюю жизнь. У молодых людей имеются собственные проблемы, более обязывающие их к ответственному поведению, нежели участь стать свидетелями невероятных изменений на уровне осознания вступления человечества в эпоху нового понимания мироустройства.

Понятно стремление Олейникова смотреть на будущее под прицелом уже сейчас происходящих перемен. Россия действительно может перестать быть Федерацией, образовав некий Новый Союз, что бы под ним автор «Левой руки Бога» не понимал. Читатель в тексте встречает объяснение лишь стремлению россиян избавиться от иностранных слов, заменив их русскими. Подобное стремление всё громче становится обозначенным, подспудно опередив решение России отказаться от тесных связей с другими странами в угоду сохранения влияния без потери лица перед мировым сообществом. При этом Олейников не объясняет введение алтына вместо рубля, хотя это вполне вероятно, ведь новостные каналы в своё время эту новость активно сообщали населению. Также непонятно введение подобия комендантского часа, как и обрисовка будущего в виде антиутопии.

Несмотря на рост негативных настроений, описываемое Олейниковым готовит читателя к основному действию, полностью придуманному автором. Его суть сугубо фантастична, имеет вероятным происхождение вследствие научных изысканий — оно происходит стремительно, имеет сумбурную развязку и оставляет единственный жирный вопрос: И?

В части конфликтогенности подростков всё понятно. Им полагается ставить свои чувства выше мнения окружающих их людей, даже родителей. Они могут стремиться к независимости и совершать безумные поступки. В плане проработки психологической составляющей Олейников создал правдоподобную картину, а вот с домыслами о будущем, то есть прорисовкой катастрофы техногенной, у него не получилось. Ожидаемое будущее столкнулось с ирреальным, породив диссонанс восприятия.

Причина диссонанса не обязательно кроется в стремлении автора отразить фантастический элемент, внеся таким образом нечто новое и доселе невиданное. На самом деле, дыра в реальности ничем особенным не является, да и сама расстановка новых сил порождена религиозными предрассудками. Читатель снова становится свидетелем борьбы добра и зла, решивших развязать очередной виток конфликта извечного противостояния на многострадальной тверди, находящейся на перекрёстке их миров. Получается, не антиутопия, а скорее истинный апокалипсис, подготавливающий второе пришествие Иисуса Христа. Только Олейников не стал так основательно заглядывать вглубь описываемого и не дал читателю осознать причину происходящего на страницах книги. Поэтому у читателя остался всего один вопрос.

И?

» Read more

Роберт Хайнлайн «Чужак в чужой стране» (1961)

Человек не может понять человека, а сможет ли он понять марсианина? Допустим, марсианином окажется такой же человек, как и любой обитающий на Земле, сможет ли понять его тогда? Может у кого-то всё окажется проще, но Хайнлайн не ищет лёгких путей. Главный герой «Чужака в чужой стране» является человеком, воспитанным марсианами, и теперь ему предстоит адаптироваться к условиям жизни на нашей планете. Читатель ознакомиться не только с экспедициями на Марс, но и узнает о загадочных обстоятельствах гибели оных, покуда не начнёт внимать основной сюжетной линии, концентрирующей внимание сперва на гравитации, а затем на жажде журналистов добиваться справедливости. Также читатель для себя раскроет особенности специфических способностей представителей красной планеты, — ёмких представлений о праве на космические объекты, — скрытых планах вторжения, — и, довольно подробно, свободной любви.

Хайнлайн словоохотлив. Представленное читателю произведение насыщено событиями и каждая его часть контрастирует с остальными. Хайнлайн в своей типичной манере уводит внимание в сторону, стараясь раскрыть детали, даже при отрыве от реальности. Понять ход размышлений Роберта можно, а может даже и нужно, дабы убедиться в умении человека находить ответы на все возникающие вопросы. Безусловно, такой подход к описываемым событиям радует, поскольку не оставляет белых пятен, однако текст выглядит тяжёлым и не каждый читатель с одинаковым вниманием будет вникать в особенности космического права и в постулаты марсианских общин, видя на одних страницах полезную информацию и лишнюю на других.

Установление оригинальности идей Хайнлайна представляет определённые трудности. Нужно хорошо знать американскую фантастику её золотых лет, чтобы говорить с твёрдой уверенностью. Допустим, тему космического права и свободной любви Хайнлайн мог разработать самостоятельно, а вот финал он определённо позаимствовал из «Искусников планеты Ксанаду» Теодора Старджона или у кого-то другого, кто мог писать об этом ранее. Если вообще требуется проводить параллели между произведением Хайнлайна и трудами прочих писателей, то этому можно посвятить жизнь, но так и не придти к однозначным выводам.

Главный герой повествования «Чужака в чужой стране» — образец американского представления о сверхлюдях. У него есть ряд критичных для выживания затруднений, с которыми ему необходимо справиться. После чего на глазах у читателя раскрывается вся мощь потенциала, грозящая обернуться против тех, кто помог подобные способности главному герою раскрыть. И, надо заранее сказать, Хайнлайн дал главному герою непомерные умения влиять на реальность, искажая её по своему усмотрению и совершая невозможные действия, вроде телекинеза и умения уничтожать любой объект силой мысли.

Определяющей же темой является осознание человеком права владеть космическими объектами. Хайнлайн для примера предлагает взять Луну, отданную во владение тому человеку, что первым на ней оказался. Как же быть в такой ситуации с Марсом? Главный герой, согласно западной судебной системе, основанной на прецедентах, становится самым богатым человеком на Земле, да ещё и хозяином Марса. Хайнлайн лишь даёт вводную для предположений, сам же опровергая весь ход размышлений, ведь красная планета обитаема и не может принадлежать никому из людей. Острая дилемма грозит вылиться в очередной конфликт между государствами на самой Земле.

Складывается впечатление будто Хайнлайн не книгу писал, а делился с читателем собственными рассуждениями. Настолько выражен контраст в описываемом, что иначе думать невозможно. Очень скоро Роберт забывает о чём писал изначально, делая поднятые ранее проблемы отражением свойственной человеку суеты. Впереди у Хайнлайна иные задачи, требующие основательной проработки особенностей взаимоотношения непосредственно людей: не так важно какие новшества могут принести марсиане, как показать стремление человека принимать на веру всё новое.

Единственной выделяющейся сюжетной линией из множества фантастических произведений является предвидение Хайнлайном скорых перемен непосредственно в США. Читатель может быть знаком с субкультурой хиппи, прообразом которой и является главный герой, обозначивший отстранение от воззрений землян в угоду марсианского понимания должного быть. Хайнлайн так подробно и явно описывает религиозные пристрастия марсиан, что сравнивать их с чуть позже распространившейся философией представителей движения хиппи уже не требуется — они стремились воплощать ровно то, о чём говорил Хайнлайн.

Отнюдь, не вся плоть — трава и не мистер Смит разрывает реальность: это Хайнлайн предопределил заранее.

» Read more

Роберт Хайнлайн «Кукловоды» (1951)

Вселенная устроена таким образом, что всё в ней существует за счёт чего-то ещё. Проще говоря, есть объект — им пользуются другие объекты: прослеживается закономерность. Не будет ошибкой, если предположить, будто и Вселенная в свою очередь соотносится с чем-то гораздо большим. При рассмотрении подобного утверждения на локальном уровне нашей собственной планеты, выявляется всё тоже самое. Беря для примера человеческий организм, замечаешь, как не только он служит средой для жизни иных обитателей, так и сам является паразитом. использующим для своих нужд окружающий его мир. В идеальном понимании человек представляет из себя Вселенную для созданий его населяющих, которые также являются Вселенными. Однако, человек этого не осознает; также о таком не мыслит безбрежное космическое пространство.

Роберт Хайнлайн решил нарушить равновесие. Он придумал создание, выбивающееся из стройного ряда размышлений о взаимосвязанности. Эти существа также обитают в пределах Солнечной системы — они изначально населяли один из спутников Сатурна. Суть их бытия основывается на захвате других организмов, чтобы полностью получить над ними контроль. При этом отношение к новым телам сугубо потребительское: истощив одно, они жадно набрасываются на другое. Вскоре ресурс вырабатывается и им приходится искать носителей на других планетах. В последний раз они были замечены на Венере, теперь добрались и до Земли.

Разобравшись с обстоятельствами вторжения, стоит обратить внимание на понимание Робертом Хайнлайном противостояния на уровне всей планеты. Никогда человечество не станет независимым от обстоятельств. Оно при всём осознании своего могущества так и продолжит оставаться частью Земли, если не научится трансформироваться под определённые нужды. Пока люди об этом начинают задумываться, а прилетевшие инопланетяне уже сумели приспособиться и начали осуществлять план по порабощению землян. Их и убьёт то, отчего гибнут люди. Иных вариантов быть не может.

Не стоит ожидать от повествования ответы на вопросы. Совершенно неважно, каким образом устроены инопланетные паразиты и какие у них цели. Зачем автору прорабатывать эти моменты произведения? Никто ещё не доказал, что инопланетяне вообще существуют. Роберту Хайнлайну важнее было показать возможность человечества забыть о противоречиях и объединиться в борьбе за право на существование. И не только люди будут участвовать в карательном походе, к ним присоединятся другие силы.

Единственное нарекание, возникающее у читателя, это качество исполнения. При глубоком рассмотрении одного из предполагаемых инопланетных вторжений, Роберт Хайнлайн создал весьма непритязательное произведение для лёгкого чтения. Всё просто и доходчиво, некоторые сцены разжёваны едва ли не до кашеобразного состояния: заложенная в текст мысль читателем уже усвоена, но автор продолжает гнуть свою линию. Может в этом стоит винить стремление Хайнлайна писать часто и много, вследствие чего у писателей вырабатывается подобное понимание повествования: в сюжет вплетаются лишние события и диалоги.

Понять устремления инопланетных паразитов довольно просто. Исчерпав жизненные ресурсы на родной планете, они стали искать её источники в космосе. Когда-нибудь человек вычерпает планету до дна, тогда и он будет вынужден обратить свой взор на небо. И ежели нужные ему ресурсы окажутся на занятых разумными существами планетах, то повторится практически такая же история, которую рассказал Роберт Хайнлайн. Впрочем, на подобные темы писатели плодотворно фантазируют. Войны всегда случались из-за ресурсов — в будущем ничего не изменится. Может уже сейчас где-то там в чьих-то думах пришельцы-гуманоиды терпят сокрушительное поражение от доблестных местных жителей.

» Read more

1 2 3 5