Николай Лесков — Статьи 1869. Часть XII
Двадцать второго декабря в рубрике «Русские общественные заметки» — о том, что одним можно, а другим то делать возбраняется. Разговор пошёл с отсылки к античному Пандару, чей поступок привёл к началу Троянской войны. И поныне пандары продолжают творить свои дела невозбранно. Например, подцензурный журнал «Дело» публикует неоднозначные суждения. На его страницах оправдывается ложь, показываемая в качестве силы, способствующей концентрации ума. Написано и о том, будто крестьяне не нуждаются в медицинской помощи, а женщинам нужно обратить внимание на поведение пчёл, потому как любовь должна быть сугубо для продолжения рода. На примере тех же пчёл на страницах «Дела» предлагалось избавить общество от бесполезных желудков. На возражения редакция «Дела» отвечала просто — они знают, какой несут вздор. То есть каждый понимает истину по-своему. И одни могут свои мысли считать безвредными, тогда как другим оные мысли следует запрещать. Допустим, произошла драка между француженками и немками в столичном ресторане. В том нет ничего особенного. А подрались бы русские: какова была бы реакция? Учитывая процентное соотношение происшествий на количество жителей Петербурга, то именно французов следует признать за первейших из безобразников. Или другой пример: полякам можно карикатурно описывать Русь, тогда как русским такого в отношении Польши не дозволяется, говори хоть чистейшую правду.
В той же рубрике двадцать восьмого декабря — имеются слухи о хождении листовок с призывом народных масс к возмущению. Оных пока ещё никто не видел. Поговаривают, крестьяне в них рыбу и прочее заворачивают. В России обычно так принято: кто к бунту призывает, того сразу сдают. Будь то хоть в военной среде, либо среди крестьян. Как однажды Шевченко начал нечто подобное внушать мужикам, так те ему тут же связали руки и отвели напрямую к генерал-губернатору. Поэтому автор статьи заключал следующим образом: «дело революционной пропаганды у нас трудное и небезопасное». Только вот случилось для общества непонятное. Любимый народом царь Александр, даровавший послабления, по мыслям питерского чиновника Буташевича-Петрашевского, должен был быть ограничен во властных полномочиях, а в России установлена республиканская форма правления. Надо обязательно отметить, это произошло в пору проведения либеральных реформ: отмена крепостничества и цензуры, гласная судебная система, свобода религиозной совести. Куда уж лучше? Но тут нужно сослаться на прежние статьи, где указывалось на различие между взглядами жителей Москвы и Петербурга. Тот же нигилизм, каким образом не воспринимай его за важное явление, был присущ сугубо столице, не оказав влияния на остальную часть государства. Так и с прочими петербургскими дурными веяниями, не находящими отклика у жителей России.
Двадцать девятого декабря опубликована заметка без подписи «Испания и испанцы». За месяц до того умер Василий Боткин, составивший в сороковых и пятидесятых годах цикл очерков «Письма из Испании». Самое время вспомнить, кто вообще такие испанцы — один из неприметных народов Европы, вроде итальянцев, шведов и южных славян. В представлении многих, в том числе европейцев, Испания — это страна самого грубого невежества, пошлого ханжества и дикого фанатизма. Но знает ли кто, насколько ныне вера в Испании мертва? Духовенство всячески презирается, из шести тысяч монастырей ни одного не уцелело. За последние сорок лет в Испании вспыхнуло пятьдесят народных и военных восстаний против влияния церкви на жизнь государства. В качестве примера приводится содержание некоторых пьес за авторством испанских драматургов.
Тридцатого декабря в рубрике «Наша провинциальная жизнь» — традиционный ворох сведений. Положительных вестей мало, чаще про воровство, разбои, убийства и несогласия в семейной жизни. Почему так? Одна из причин — падкость хроникёров в совокупности с несоответствием порядков условиям жизни и неустановившимся положением общественной среды. Автор статьи предположил — живёт в переходную эпоху. Дальнейшая тема — женский вопрос. Везде основываются женские школы, курсы и общества для распространения женского образования. Будущие поколения мужчин будут счастливее, потому как ныне женщины недоучены и невоспитанные, отчего неразборчивы в средствах к достижению целей, нередко самых недостойных и вредных. Читателю предлагалась история ушедшей от барона жены. Оказывалось, на самом деле он — граф. Задумав забрать лошадей, его арестовали за кражу оных, заключив на пятьдесят восемь дней. А жена уже успела выехать за границу. Другая история о женской неразборчивости в средствах — как был смертельно ранен крестьянин, в убийстве призналась жена. Выяснилось, муж не был способен на половую близость. Знала бы жена о законе, согласно которому могла получить развод, не отправилась бы на каторгу. Но есть ещё одна беда — в уровне образования. Даже мужчин ничему толком не могут обучить, так и женщины не смогут научиться. О чём приводилась история, как вернувшаяся с постижения знаний — не смогла пожарить картошку на масле.
Автор: Константин Трунин
Дополнительные метки: лесков испания и испанцы критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Nikolai Leskov, analysis, review, book, content
Это тоже может вас заинтересовать:
— Перечень критических статей на тему творчества Николая Лескова