Tag Archives: лем

Геннадий Прашкевич, Владимир Борисов «Станислав Лем» (2015)

Интерпресскон-2016 | Номинация «Критика, публицистика, литературоведение»

Станислав Лем не любил научную фантастику. Кажется, он не любил фантастику вообще. С младых лет ему нужно было заботиться о пропитании, вследствие чего им были написаны произведения, позже оказавшиеся под авторским запретом на переиздание. Мало того, Лем находился в состоянии ужаса от тонн книг, ежегодно выпускаемых издательствами. Категоричность привела Станислава к неутешительному выводу: цензура не требуется — литература сама себя изживёт. Благодаря стараниям Геннадия Прашкевича и Владимира Борисова, лично знавших писателя, читатель может по крупицам восстановить образ польского фантаста, негодовавшего от падкости людской массы на беллетристику мелкого пошиба, возносимую на литературный Олимп. Лем бушевал: его гнев отчётливо заметен.

Прашкевич и Борисов рассказывают о Леме его же словами — иной раз на многие страницы растягивается цитирование произведений и писем. Читателю, плохо знакомому с творчеством польского писателя, надо подходить к данной биографии с осторожностью, дабы не усвоить вкратце основное содержание практически всех произведений Лема. С одной стороны хорошо — всё изложено в доступной и понятной форме. С другой — излишняя откровенность в таком интимном деле, как пересказывание сюжета, практически никогда не приветствуется. Авторов биографии это не останавливает — им не претит делиться информацией из разных источников, порой создавая из ладно выстроенного понимания наполнения работ Лема — поток откровений, не самого лицеприятного вида.

Говорить о чьей-то жизни всегда следует с осторожностью. Лем сызмальства прочувствовал Вторую Мировую войну, покинув родной Львов и переехав в Краков. Он никак не воспринимался в самой Польше, имея огромные тиражи в Советском Союзе. На протяжении многих страниц Прашкевич и Борисов делятся с читателем болью писателя, не имевшем в родной стране права на внимание. Такое положение объясняется не каким-нибудь поводом к пренебрежительному отношению, а сугубо произрастает из особенностей польского менталитета. Лем для поляков был своим, и на этом всё. Позже придёт черёд для знакомства писателя с фантастами США, от чьего творчества он, говоря современным языком, выпадет в осадок. Вот как раз тогда зародится в его мыслях негодование и придёт к нему осознание духовной бедности нового поколения.

В биографии Прашкевич и Борисов приводят фотографии, опосредованно имеющие отношение к Станиславу Лему. Может за скудностью оставшихся после писателя, связанных с его жизнью, карточек, а может в силу других причин, но читатель не обрадуется снимкам мест, имеющих порой одно упоминание в тексте. Они никак не оказывают помощь в понимании самой биографии. Понятно стремление биографов нарезать цитат, не решающихся остановить поток выдержек из авторской речи, но почему они не придали такое же важное значение фотографиям?

О любом суждении Лема Прашкевич и Борисов отзываются уважительно. Может они не стали бы помещать в текст смущающие их моменты. Каждое произведение Лема — прекрасно. Его мысли — пленительны. Он — неоспоримый авторитет. С годами у Лема обострилось желание критиковать действительность, что также преподносится биографами в виде неоспоримых истин. И ведь как-то так случилось, некогда вольный в словах фантаст пришёл к осознанию, подкравшегося к человечеству, упадка моральных ценностей. Началась инфляция литературы. Так и хочется сказать — гореть ей синим пламенем, если будет продолжать отвращать от себя надуманностью описываемых ситуаций.

В целом, биография Станислава Лема достойна всяческого внимания. Биографы вдумчиво изложили немного своих слов, уступив основную часть на страницах главному герою — польскому писателю, оставившему после себя достаточное количество материала. Во многом Станислав Лем был прав.

» Read more

Станислав Лем «Рассказы о пилоте Пирксе» (1968)

«Рассказы о пилоте Пирксе» — это сборник. Профессия космопилота когда-нибудь обязательно станет востребованной. Требования к кандидатам будут более жёсткими, нежели к подготовке современных лётчиков. Будет существовать специальное учебное учреждение. Полёт по космическому пространству — это романтика. Однако, в этой романтике обязательно будет заключён большой риск. Если при полётах на планете всегда можно разобраться с ситуацией, либо быть уверенным, что тебя обнаружат, то в космосе такое невозможно. Любая неполадка просто приведёт к беззвучной катастрофе и тотальному уничтожению космолёта.

Кажется, Лем немного отошёл от психологизма. Он не концентрируется на переживаниях героя, нет и любовной линии. Вместо этого, читателю предстоит столкнуться с проблемами профессии космопилота, которые касаются различных технических неполадок. Отчасти, «Рассказы о пилоте Пирксе» имеются своего аналога в мире фантастической литература в виде сборника Айзека Азимова «Я. робот». Там, если вы помните, Азимов строил повествование вокруг трёх законов робототехники, возникающих неполадок и попыток героев понять действие искусственного интеллекта. Пилот Пиркс тоже сталкивается с техническими неполадками — об этом все рассказы. В каждом что-то новое. При всём этом, Лем пытается разубедить слепую веру читателя в непогрешимость искусственного интеллекта — ошибаться могут все. Ошибаются не только механизмы, но и люди, пытающиеся интерпретировать полученные данные. Экран не всегда адекватно отражает действительность — он способен искажать информацию.

С самого первого рассказа Лем вводит читателя в профессию пилота. Сперва предстоит долететь до Луны и не разбиться. Конечно, пилот будет пользоваться шпаргалками. Конечно, у него что-то обязательно сломается. Ломаться будет везде и всегда. Во втором рассказе читатель продолжит учёбу, проведя очень много времени с Пирксом в ванне сумасшествия — только тут Лем позволит себе расслабиться, полностью концентрируясь на чувствах Пиркса.

Помимо технических проблем, Лем старается изобразить правдивость космоса. Необычная физика Луны, где пыль может долго не оседать, где невозможно определить расстояния — 50 или 300 метров едины, где есть свои особенности для альпинизма. В одном только Лем ошибся — он собирался протянуть кабель от Земли до Луны.

Особняком стоит только рассказ «Альбатрос», где Пиркс был простым обывателем на борту престижного туристического космолайнера. Читателю предстоит понять и осознать возможную опасность космических перелётов, когда незначительная неполадка может привести к непоправимой катастрофе и гибели людей при невозможности спастись. Из космического корабля не выпрыгнешь — ты полностью зависишь от окружающих тебя стен, и эти стены могут тебя раздавать, изжарить, либо лишить воздуха.

Хорошо жить на Земле, когда мир относительно невелик. Хорошо представлять себе будущее, где человек выйдет за пределы одной планеты. Мы живём в самое лучшее время и лучше уже не будет.

» Read more

Станислав Лем «Непобедимый» (1964)

Глубокий психологизм — отличительная черта в творчестве Станислава Лема. Маститый фантаст не ограничивался в книгах развитием сюжета и описанием миров, всегда Лем был сосредоточен на внутренних переживаниях людей, отчасти отражая собственные чувства словами своих героев. Пик эмоций выплеснулся «Солярисом», заготовленный «Эдемом». «Непобедимый» отчасти подпал под охлаждение и переосмысление творчества.

В начале многих книг у Лема наблюдается одна закономерность — в начале герои полны воодушевления, думают в положительном ключе и способны принять любой исход дела при неблагоприятном развитии ситуации. Будь то крушение на красивой планете, возвращение домой после длительного космического полёта, тщательно изученный загадочный океан где-то в космосе, поиски потерянного корабля в созвездии Лиры. Герои быстро адаптируются, познают флору и фауну, и, довольно быстро, сталкиваются с таинственными неприятностями, которые им надо срочно решать, во избежании нависшей угрозы полного уничтожения. «Непобедимый» написан по точно такой схеме. Финал книг, впрочем, у Лема тоже практически идентичен. Развитие сюжета затухает само по себе и уже совсем неважно чем всё закончится, ведь главное — идея! переживания! размышления! Другое значения не имеет.

«Непобедимого» легко можно отнести к скучному чтению. Сюжет развивается вяло. Лем, как никогда, много размышляет, отдаляя читателя от происходящих событий всё дальше. И вдруг, очень неожиданно, ставит острую проблему некроэволюции, то есть развития механизмов самостоятельно. Мягко говоря, «Непобедимого» можно назвать предтечей «Трансформеров» (культового американо-японского явления в телевизионной среде), где сходятся в противостоянии силы роботизированных механизмов, выполняя различные задачи и пребывая в постоянных поисках изменить ситуацию в свою пользу. Кто знает, может именно «Непобедимый» Лема стал той самой отправной точкой, что получила промежуточную роль в виде аниме и последующих экранизаций. Только вот Лем лишь предполагал такое развитие событий на одной отдельно взятой изолированной планете и никак не планировал писать космооперу. Читатель в «Непобедимом» увидит закономерный результат некроэволюции. Однако, эволюция продолжится, она не может стоять на месте, допуская какого-либо регресса. Ведь регресс — всего лишь часть эволюции.

Когда-нибудь именем Лема назовут космический корабль. И будет он бороздить просторы Вселенной. Космолёт «Лем» — мне нравится!

» Read more

Станислав Лем «Возвращение со звёзд» (1961)

Миры Лема поражают воображение. Бесподобный «Солярис», загадочный «Эдем» — две планеты, где происходящее пугает землян. Нельзя принять и полностью осознать события, происходящие там. Другое дело — родная планета. Она кажется такой родной и знакомой, ну разве может она стать такой же загадочной и непонятной как Солярис и Эдем. Оказывается может. Лем предлагает читателю погрузиться в размышления и представить планету в недалёком будущем, всего через каких-то несколько столетий.

Перед нами пилот звездолёта, вернувшийся домой. Он, как дальнобойщик, исколесивший страну и вернувшийся домой. Затяжной полёт по внутренним мироощущениям изменил организм на 10 лет. Планета же жила без пилота дольше — 127 лет. Поменялось всё! Фонтаны без воды и пахнут мылом, цветы не ставят в вазу — их едят, люди измельчали и стали хилыми, изменился язык, деньги утратили значение, вместо фильмов — реал (точнее будет сказать — виртуальная реальность), для продолжения рода нужно сдать экзамены. Самое главное, что видит Лем в будущем — лишение человека агрессии. И не только человека, но и всех животных. Безопасность становится превыше всего. Самолёты не падают, машины не разбиваются — придумано специальное устройство. Спокойно можно пригласить незнакомого человека к себе домой, он безвреден, практически стерилен. Мир идеален — остаётся только принять и понять.

Как же пилоту выжить в новом мире, где его не понимают, где он сам ничего не понимает. Ему нужна женщина, ему нужен выход для агрессии, он — животное в глазах окружающих. Крайне опасный элемент, грозящий разрушить устои общества. У иных фантастов такие герои переворачивают мир под себя и все сразу становятся счастливыми. У Лема такого не будет. Нельзя изменить общество, дошедшее до нынешнего состояния самостоятельно без давления извне. Любая попытка что-то изменить приведёт к отторжению. Взять и улететь обратно в космос на следующие 127 лет. Но нет! Пилоты больше не нужны, вместо них всё делают роботы.

Период романтизма в творчестве Лема задел и «Возвращение со звёзд». Если в «Солярисе» на нём держится вся книга. Там читатель следит на выдохе за происходящими событиями в душе главного героя, то тут Лем внёс уже знакомый элемент отношений. Читатель вновь вдыхает и на выдохе погружается в переживания героя. Душа требует выброс адреналина, она желает опасности, но разрядка не происходит. Мир сводит с ума. Погружения в воспоминания — спасают. Спасают не только героя, но и книгу.

Желание заглянуть в будущее должно в первую очередь пугать. Пускай там живут иначе, мы лучше останемся в радостном неведении.

» Read more

Станислав Лем «Эдем» (1959)

Лем в представлении не нуждается. Философ не будущего, а настоящих проблем, окутавших человека с глубокой древности. Лем смотрит своим чистым взглядом и ведает читателям свои переживания. Что могло натолкнуть Лема на написание антиутопии, я не знаю. Кто знает — выскажитесь. Творчество Лема притягивает своей глубиной и продуманностью. Никогда ещё Лем не оставлял равнодушным. Всегда с последней страницей восприятие окружающей действительности догорало окончательно. Лем может натолкнуть на нужные мысли, если попытаться осознать его произведения. Всё гораздо глубже. Всё не так-то просто.

Перед нами любимая тема научных фантастов — необъятный космос. Где-то там живут иные существа, они там просто должны жить. Редко когда обходится в тех мирах без землян, чаще всего наши с вами собратья по планете в едином порыве погружаются в пучину событий, всегда стараясь поддержать друг друга. Хоть и не в человеческой природе быть компанейским и добрым другом. Всё-таки не каждый писатель решается описывать социальные конфликты внутри группы, отходя от самого сюжета. Такой конфликт может оттолкнуть читателя в поисках иной более увлекательной литературы, где герои делают правильное дело, забыв про свою гордость, задвинув амбиции как можно глубже. Было бы так… но так не будет никогда. Единая планета не представляется возможным при современном положении дел. Государства укрупняются, потом делятся, снова укрупняются и так постоянно. При создании единого государства на планете оно не сможет просуществовать долго. Никогда. Если, конечно, в один прекрасный день планеты не станет, либо её захватят неведомые нам существа из глубин космоса.

Действие «Эдема» происходит в недалёком будущем. Космос более-менее освоен. Команда людей летит по своим делам. Её внимание привлекает чистая голубая словно сказочная планета. Дальнейшие события напоминают Планету обезьян, где люди долго не увидят ничего хорошего и право на жизнь им придёться заслужить.

Удивительно, но в книге нет имён. Людей называют по роду деятельности: физик, химик, доктор. Имена, да и сами происходящие на Эдеме события так и останутся загадкой для читателя. Группа выживает в неизвестном мире. Что творится вокруг непонятно. Цивилизация Эдема не стремится вступить в контакт. Она скорее враждебна. Не так просто понять мир, где местное население 50 веков варилось в собственном соку по своим правилам. Их нельзя осуждать с человеческой позиции. Ведь человеческие принципы могут показаться невероятной дикостью, противной всем достижениям и устоям инопланетного образа жизни. Вступить в контакт — проблема. Лем не играет с ситуацией. Он не склонен видеть мир через розовые очки. Он не наделяет инопланетян образом мыслей человека. Даже не пытается кого-то оправдать. Он просто ставит перед фактом, что жить трудно. Там где для землян антиутопия, для эдемовцев вполне может быть утопия.

» Read more

Станислав Лем «Солярис» (1961)

Велика планета Земля, необъятна и непонятна суть бытия. Человечество не копается в себе, оно ищет что-то вне себя. Само не знает что, но ищет тщательно и как ему кажется плодотворно. Извлекая мимолётное, навсегда уничтожая хрупкое, всё во имя прогресса и блага для самого себя. Человечество не стало более развитым. Человечество продолжает сидеть в своей колыбели и изредка мечтает выбраться за пределы доступного ему пространства. Иногда это получается. Крайне медленно идёт развитие. Кажется, что прогресс остановился где-то в 20-ых годах XX века. Изредка совершаются скачки, но не чаще чем в 50 лет. Корни патентного права — тормоз эволюции. Давно пора понять и заиметь желание отойти от своих личных интересов, которые не принесут никакой пользы. Одно дело писатель, мнящий себя великим, или музыкант, считающий своё творчество нетленным. Эти творческие люди жадно пытаются наварить много-много денег, запрещая тиражирование своих излияний. Человечество от подобного рода потуг ничего не теряет. Критичнее ситуация обстоит с наукой. Медицина стоит, переваривая саму себя, не давая хода новым препаратам. Физика также не может выйти на нужный уровень. Другим отраслям науки тоже ставятся препоны, определённые промежутками в определённое количество лет или на срок жизни гениев.

Отбросим лирику. Перед нами Лем. Он необычно серьёзен. Обычно юморной, оригинальный, в чём-то по-детски наивный. Лем — парадоксов друг. Неожиданно представляет читателям нетленный Солярис. Человечество всё-таки прорвалось в космос, оставляя все свои амбиции при себе. Они никуда не исчезнут. Человечество ищет разум в космосе. Ищет созданий, подобных себе. Количество конечностей, голов не имеет значения. Неважна химическая среда обитания. Важно наличие мозга, возможность вступить в контакт, обрести взаимовыгодное сотрудничество. Ага! Какое-такое взаимовыгодное сотрудничество с представителями внеземных цивилизаций, если такое сотрудничество отсутствует среди самого человечества. Продать продам, но за сумму, что ты на этом заработаешь за 50 лет плодотворного использования. Никакого альтруизма во блага человечества. Все порывы крамольны. Нужно ли искать подобное сотрудничество с иной цивилизацией? Три варианта событий давно известны:
— Человечество покорят,
— Человечество покорит,
— Выгодно продадим залежавшиеся без дела знания.

В Солярисе Лем не радует читателя внеземной цивилизацией. Её нет или просто ещё не найдена. Космос необъятен. Найдена лишь планета, где человек может существовать, куда он может перебраться. Есть фантастические версии, что планета живая. Тот самый разум — это океан, полностью покрывающий всю поверхность планеты. С ним вступить в контакт нереально. Он живой, он разумный, но он не желает контактировать. Он не понимает, что значит контактировать. Океан Соляриса — создание вне времени и вне понимания. Человечество искало одно, а нашло в корне непонятное явление. Лем гениален. В жизни мы тоже всегда ищем что-то определённое и ничего не находим. Мы просто не видим очевидного, либо очевидное нам непонятно и мы не принимаем его всерьёз. Лем рисует картину исследования планеты, описывает различные версии обоснования существования жизни на ней. Одновременно с этим Лем выдвигает и свою теорию.

Ведь, что по сути такое океан Соляриса? Это субстанция. Она жидкая. И всё. Почему же она способна сканировать людей, почему способна создавать людей, почему так всё происходит? Это безумно интересно и фантастично. Те кто читал, те понимают, а кто не читал, тем лучше не рассказывать. Такое надо внимать самому, без постороннего подталкивания. Лично мне идея Лема симпатична. Симбиоз человечества и Соляриса доводит до безумия, бросает в волны страсти, разбивает о скалы отчаявшихся самоубийц.

Грусть вселенского масштаба в такой небольшой книге. Думать — значит жить. Жить бездумно не имеет смысла.

» Read more

Станислав Лем «Футурологический конгресс» (1971)

Такой разный Лем. Вот он безумно нравится, вот он в виде фонтана идей, вот он предстаёт перед нами порой уж слишком в фантастических рассказах о далёком будущем, а порой и о глубоком-глубоком прошлом, повествующий о галактиках и вселенных, существовавших задолго до нашего мира. Что-то сердце с радостью принимает, глаза с удовольствием скользят по строчкам, а уши воспринимают благословенное звучание. Со звучанием, кстати, не повезло! Человек читал под музыка, да в некоторых моментах была очень трудно разобраться в словах, проносившихся мимо уха быстрее скорости звука.

Основу сборника, конечно, составляет «Футурологический конгресс». Учёные собираются на конгресс о будущем, над ними проводят опыт. И вот главный герой погружается в галлюцинации, он не может отделить явь от вымысла. Дай Лем ему какое угодно имя, то сошло бы за чистую монету, но героя он назвал Ийоном Тихим… и он наверное был тёзкой-однофамильцем того создателя Вселенной, о котором Лем рассказывает в его похождениях. О создании Вселенной Лем говорит часто и под разными соусами. Была ли у него концепция для создания мира или он просто писал с юмором и более ничем примечательным для фантастики не остался? Наверное.

Важное место, по крайней мере для меня, в сборник занял рассказ «Существуете ли вы, мистер Джонс». Очень примечателен в плане роботехники и развития медицины в будущем. Этическая проблема ставится Лемом однозначно — если заметить всё содержимое человека искусственными органами, то останется ли он человеком, будет ли принят обществом, сможет ли отстоять свою честь в суде.

Более ничего не понравилось. Разочарован.

» Read more

Станислав Лем «Звёздные дневники Ийона Тихого» (1953-99)

Космос — большой. И порой до нужной точки нужно лететь десятилетиями, а то и столетиями. И за время полёта многое может произойти. А порой и не произойти ничего. Ийон Тихий — легенда человечества, находка Лема и творец Вселенной.
В этом сборнике рассказов, издававшихся разрозненно в течении 40 лет, читатель найдёт всё, что тревожит умы многих учёных — как появилась Вселенная, как зародилась жизнь на Земле, почему людей с трудом приняли в космическое сообщество, с какими аномалиями можно столкнуться во время полёта, удивительные формы жизни и точки зрения на окружающий мир на других планетах.

Ийон родился где-то в необъятном Космосе… и прожил очень много лет. Достоверно наверное никто не скажет, ведь некоторые его путешествия занимали по 60 лет в одну сторону, а некоторые отсылали его чуть ли не к моменту рождения Вселенной. Но не бойтесь, Ийон не был Адамом, он тут вообще не причём — во всём виноват космический мусор и нерадивые туристы. Однако он приложил руки к Марсу, Венере, нашей галактике и даже истории, ссылая в разные времена провинившихся подчинённых, своими трудами потом пытавшихся вернуться назад. Чего только стоят безуспешные попытки Да Винчи.

Интересен рассказ, где Ийон страдает от космических аномалий, встречаясь на корабле с сами собой из разных дней недели, а порой и из часов дня. А уж рассказ о Большом Брате, манипулирующем роботами, восхитил своей развязкой — одновременно гениальной и простой.

Как знать — может Лем предсказал появление такого человека?

» Read more