Tag Archives: космос

Сергей Лукьяненко “Стеклянное море” (1996)

Лукьяненко Лорд с планеты Земля

Цикл “Лорд с планеты Земля” | Книга №3

Когда есть идея, но нет наполнения, значит нет и идеи, ибо идее полагается быть в окружении качественно поданного текста, иначе дельное размышление превращается в разговор с пустотой. Но идея должна быть сообщена читателю уже сейчас, дабы читатель уразумел суть своей природы и крепко задумался о смысле человеческого существования. Завтра может оказаться поздно. Впрочем, выбор завтрашнего дня от людей не зависит. Они обречены принять неизбежное, какие бы меры не предпринимали. Если не сейчас, то потом человечество всё равно вернётся к нежелательным темам, поставив себе подобных на грань вымирания. Только кто человек перед лицом вечности? Никто. И как может он влиять на вечность? Никак. Для фантастики это не является проблемой. Человек в своём развитии пройдёт путь до высшего разума, способного управлять вечностью. Путь в те дали начинается на страницах заключительной книги цикла “Лорд с планеты Земля” Сергея Лукьяненко.

И кто способен уразуметь особое предназначение людей? Только один человек. Им является главный герой произведения “Стеклянное море”. Прошедший через череду испытаний, он вжился в роль жителя Вселенной, которым владеет желание укрыться от будущего, забыв о прошлом, строя собственное настоящее. В космическом мире Лукьяненко нет такой возможности, поскольку всё предопределено. Как бы главный герой не действовал – его поступки будут направлены на уже состоявшуюся реализацию должного произойти в прошлом для наступления уже наступившего будущего.

В чём загвоздка? Во Вселенной существует противник людей – инопланетная раса фангов, ведущая себя странным образом. На кого возложить за то вину? С первых страниц Лукьяненко начинает отвечать именно на этот вопрос. В беспощадном желании мстить, земляне постоянно идут на конфликт, не пытаясь разобраться в случившемся. Не так важно, отчего мирные существа неожиданно развязывают кровавый террор, как то, каким образом происходящее в настоящем скажется на будущем. Там уже не будет Сеятелей – будет кто-то другой. И этот кто-то окажется настолько могущественным, что Лукьяненко ничего не останется делать, не объявив того высшим разумом, наделив всем тем, чего в том существе жаждут увидеть люди.

По Лукьяненко получается так, что все устремления человека вперёд направлены на возвращение назад, а любое повышение уровня развития ведёт к его примитивизации. Зачем о том рассказывать людям? Очень просто. Люди не понимают, зачем живут на самом деле. Хотя и не подозревают, насколько предопределена их жизнь. Из этого не следует, будто нужно перестать добиваться желаемого, положившись на судьбу. Пока человек чего-то желает, до той поры он будет стремиться действовать себе во благо, какими бы негативными последствиями оно не закончилось.

Сюжет “Стеклянного моря” содержит одну полезную идею. Её надо усвоить. О ней и велась речь с первого абзаца данного текста. Прочие приключения главного героя произведения не так существенны, как того бы хотелось автору или читателю. В череде сменяющихся декораций будут лишь сменяться декорации, а внутренняя философия останется неизменной. Автору требовалось выговориться, чем он и занимался, обрамляя идею текстом. Но так как не было проделано соответствующей реализации, подтверждающей идею чем-то большим, нежели разговорами о ней, она осталась произнесённой во имя благоразумия человека перед вечностью, и не более того.

К чему бы не вёл разговор Лукьяненко, всё происходящее потеряет всякий смысл: кто искал Бога – перестанет его искать, кто надеялся на обретение благоразумия – убедится в невозможности осуществления таких мечтаний. Смысл существования окажется единым для всех – жить и не задумываться над происходящим. Неважно, какие закономерности установлены, их постижение всего лишь приблизит человека к вечности. А что есть сама вечность? Это то, чего не существует, что никогда не существовало и чему не дано существовать. Дабы к пониманию сего определения придти, нужно стать частью вечности.

» Read more

Сергей Лукьяненко «Планета, которой нет» (1994)

Лукьяненко Лорд с планеты Земля

Цикл “Лорд с планеты Земля” | Книга №2

Всё для человека, всё ради человека. Почему такого принципа придерживаются люди? Им кажется, будто весь мир вращается вокруг них, а вокруг планеты, на которой они живут, вся Вселенная. Данное представление изначально являлось ложным отражением неправильной интерпретации происходящих событий, поскольку человек видит и ощущает не то, что есть на самом деле. Но кто его в том сможет убедить? Никто и никогда. Населяй люди хотя бы планету, существование которой сомнительно, они всё равно продолжат считать, что им абсолютно все чем-то обязаны. Лукьяненко не стал разрушать эти заблуждения, наоборот укрепив их в форме истины.

Кем стал главный герой цикла во втором произведении? Отныне он вольный путешественник, ищущий путь для возвращения домой. Да вот никто не верит в существование Земли, ведь если она и есть, то является планетой-изгоем. Казалось бы, зачем искать то, чего не существует? Но каким-то образом перед главным героем возникают напоминания о родное крае, вроде русского мальчика, неизвестным способом оказавшегося на чуждой ему планете. Истинно, Лукьяненко – фантаст. И тут уже хочется пригласить присоединиться к его творчеству Лема, предпочитавшего раскручивать сюжетные загадки с конца, создавая перед читателем результат в виде размышлений над случившимся.

Но Лема рядом нет, поэтому Лукьяненко принуждён вместо первоначального объявления сути предлагаемой истории, вести к этой сути сомнительными дорогами, описывая метания главного героя по космическому пространству и шатания по барам, пока тому не посчастливится обнаружить Землю. Безусловно, интересно внимать, когда желание быть большой фигурой во Вселенной оправдывается.

Уже не космоопера! Вторая часть трилогии предстала в виде темпоральной фантастики. Дабы понять смысл бытия, главный герой откроет основной секрет некогда существовавшей великой расы Сеятелей, поняв под ними то, чего разумом постичь невозможно, если не пожелать при этом поверить в происходящее, лаконично выстроенное в порядок, продолжающий оставаться хаосом нагромождений возможных вариантов развития истории.

Усугубляет понимание произведения “Планета, которой нет” стремление Лукьяненко привнести в повествование переворачивающие происходящее элементы. Знакомые ранее обстоятельства теперь понимаются иначе, а действующие лица оказываются не теми, кем были известны читателю прежде. Получается, никому нельзя верить: все преследуют личные цели. Один главный герой занят поиском планеты, прочие ему в том пытаются помешать, в их числе окажутся и самые близкие друзья.

Сюжет не стоит на месте – он должен развиваться. Чем неожиданнее окажется – тем приятнее будет читателю. Только всему полагается своя мера. В случае цикла “Лорд с планеты Земля” чувства меры Лукьяненко не придерживался. Он замахнулся на нечто большее, нежели сказание о человеке, отправившегося на неизвестную планету спасать принцессу и ставшего её мужем. Ему предстоит понять, куда исчезли Сеятели. Читатель понимает, они ждут своего времени. Но читатель также понимает, что Сеятели не только создали самое мощное оружие, они ещё и научились управлять временем. А если так, то итог поисков главного героя может оказаться весьма неожиданным.

Настоящее нельзя исправить – поймёт главный герой к окончанию второго из своих космических странствий. Всё им совершаемое должно было совершиться, поэтому ему нужно задуматься – оставаться в текущей реальности или уйти туда, где он будет волен творить настоящее без оглядки на будущее. Трудно понять, каким образом настоящее оказывается лишённым будущего, поскольку это противоречит логике. Об этом главному герою предстоит размышлять в третьей книге цикла, на примерное содержание которой намекнул Сергей Лукьяненко.

» Read more

Иммануил Кант – Космогония, или Попытка осмысления мироздания (1754-55)

Кант Космогония

Для философии обязательно должен быть стимул. Что могло подтолкнуть Канта к попытке осмыслить мироздание? Ответом на это становится работа “Исследование вопроса, претерпела ли Земля в своём вращении вокруг оси, благодаря которому происходит смена дня и ночи, некоторые изменения со времени своего возникновения”, написанная для получения премии от Королевской академии наук, озадачившей мыслителей в 1754 году. Лауреатом Кант не стал, но следом он опубликовал труд “Вопрос о том, стареет ли Земля с физической точки зрения”. И в 1755 году он пишет письмо прусскому королю, излагая “Всеобщую естественную историю и теорию неба”. Всё вышеозначенное предлагается именовать “Космогонией, или попыткой осмысления мироздания”. Мог ли Кант знать о чём он размышляет? В его словах есть много такого, что трудно поддаётся объяснению. Что-то позже будет подвергнуто сомнению, но однозначно утверждать, возможно, человечеству так и не будет суждено.

Земля есть планета, находящаяся в пространстве, вращающаяся вокруг Солнца согласно действию центробежной силы, сама же вращаясь вокруг собственной оси, изначально подверженная вращению, как любое тело в трёхмерном мире. Сколько лет Земле, на излёте ли она или только родилась, Кант не сообщает. Иммануил желал найти требуемые для доказательства суждений элементы. Он опирался преимущественно на океанические приливы и отливы. Думал над возможностью влияния Луны и содержащейся внутри неё жидкости, как разгоняющего Землю фактора. Основательных примеров для должных выводов Кант найти так и не сумел. Начало же созданию космогонии было положено.

Новым шагом к осознанию мироздания стали рассуждения о старении Земли с физической точки зрения. Кант предположил, что наша планета изначально имела жидкое состояние, после начала затвердевать снаружи вовнутрь. Вольные думы о подобном будут впоследствии частично опровергнуты Иммануилом. Кант снова не добился ответа на поставленный вопрос и строил доказательства на размышлениях, подталкивая себя к новым мыслям о мироздании. Его продолжают беспокоить приливы и отливы, он каждый раз на них опирается, пытаясь их движущую силу соотнести с другими процессами на планете. Кант при этом уверен – соотносить тела по возрастному параметру бесполезно.

Космогония Канта зиждется на принципе постоянного взаимодействия живых сил. За основу им берётся Солнце, по примеру возникновения которого можно судить об остальных космических телах. Мысль Иммануила исходит от одной вращающейся точки, притягивающей к себе другие точки, покуда те способны притягиваться под действием центробежной силы. Когда же более точки притягиваться не могут, тело останавливается в росте. Вокруг Солнца вращаются планеты, возникшие благодаря таким же обстоятельствам. Благодаря той же центробежной силе они находятся на одном расстоянии и существуют на одной плоскости. Спутники планет подчинены тем же правилам, вращаясь вокруг планет аналогично в одной плоскости. Прочие космические объекты, как кометы, совершают вращение в той же плоскости, что и планеты.

Продолжая рассуждать о космогонии, Кант считает всё обязанным вокруг чего-то вращаться. Значит и Солнце имеет тело, служащее для него исходной точкой для вращения. Иммануил предполагает возможность вращение Млечного Пути вокруг Сириуса, то есть чем больше тело, тем больше вокруг него вращается других тел. И Сириус должен вокруг чего-то вращаться, вплоть до той самой точки, откуда всё приходит в движение. В таком случае не стоит исключать заключающуюся в ней божественную сущность.

Кант не стал развивать мысль, поскольку такие же принципы применимы от большого к малому и от малого к большому. Должно существовать переходное состояние в обратное, когда в природе существует множество исходных точек, вокруг которых происходит вращение. Кант лишь говорит о свойстве атомов двигаться, причём не хаотично, а исходя из его теории взаимодействия живых сил. Согласно механике всё подчинено строгой последовательности соотношения, значит не может существовать хаоса, если не рассматривать возможность дефектов и нарушения функций, что обязательно случается с любым телом, какой бы системы притяжения или отталкивания оно не придерживалось.

В космогонии Канта имеется недостаток, объясняемый излишне идеализированным представлением о мироздании. Как Иммануил относит математику к науке логических умопостроений без возможности её применения к природе, так и его мысли о мироустройстве основаны на постижении действительности с помощью логических законов, исключающих влияние множества неучтённых факторов. Проще говоря, любой механизм может сломаться, последствия чего практически предсказуемо ведут к катастрофе.

Если что-то не укладывалось в понимание Канта, то это он относил на счёт мудрости божественного проявления. Так Иммануил не может объяснить пустоты между планетами. Он также не понимает, почему все планеты находятся в одной плоскости, когда это противоречит идее о трёхмерном устройстве вселенной.

В плане космогонии на Канта влияние оказали труды Ньютона. Всё в его размышлениях основывается на силах притяжения и отталкивания. Согласно Канту, чем ближе планета к Солнцу, тем она более плотная и тем меньше у неё спутников. У Марса, по уверению Иммануила, их быть не должно: Фобос и Деймос были открыты позже, но и ныне есть подозрения в их искусственном происхождении (как и касательно Луны, удивительно статичной). Такое противоречие, опять же, может быть объяснено вмешательством высшего разума, иначе оно не укладывается в космогонию Канта, либо является, согласно ранее обозначенному тут предположению, неучтённым фактором.

В ряде предположений Кант показывает умение размышлять наперёд. Например, он размышляет о кольце Сатурна, вычисляет его размер и на этом основании исчисляет суточное вращение самого Сатурна. Зачем этим занимался Кант – трудно объяснить. Никакого значения для его космогонии это не имеет. Наоборот, вводит Иммануила в заблуждение, он предполагает такие же кольца у других космических тел, как у Солнца, так и некогда существовавшее у Земли, разрушенное кометой и ставшее причиной потопа, ибо состояло из водяных паров.

Кант уверен, в центре всякой космической системы находится пылающее тело, а в срединной точке мироздания – Бог. Иммануил не исключает наличие разумных существ на других планетах. Он даже уверен, что если сейчас это не так, то со временем они там появятся. Но Кант сомневается, что чем ближе разумные существа к срединной точке, тем они возвышеннее, скорее – медлительны и тугодумны.

Теперь Канту предстоит подойти в размышлениях к доказательству бытия Бога.

» Read more

Александр Казанцев “Планета бурь”, “Сильнее времени” (1959-75)

Казанцев Сильнее времени

Парадоксы времени и пространства встречают читателя в произведениях Казанцева на каждой странице. Им поднимается проблематика физических законов и предлагаются новые рецепты для колонизации планет. Александр заглядывает на сорок тысяч лет назад и на некое количество веков вперёд, находит возможность для далёких перелётов и средства общения с инопланетянами. В рассуждениях Казанцева можно найти новизну мыслей, согласно фантастическим представлениям о реальности, но философами ранее обсуждалось многое, в том числе и предлагаемый Александром взгляд на устройство Вселенной, вплоть до выработки точки зрения на обстоятельства контактов с внеземным разумом.

Особенность прозы Казанцева заключается в постоянной переработке текстов. Написанное когда-то, произведение многократно перерабатывалось. Сама манера писать у Александра построена на интерактиве – он предпочитал публиковаться отдельными главами, вследствие чего повествование превращалось в лоскутное одеяло. Первоначальная задумка преподносилась читателю во всех красках, а далее сюжет зарывался в дебри авторской фантазии. Сказанное Казанцевым могло иметь значение для продолжения, а могло и не иметь: развитие событий неизбежно превращается в кашу.

Суть космогонии Казанцева близка к кантовским воззрениям – мир подчинён одинаковым законам и следовательно способен повторяться. В космосе может существовать Солнечная система-2, включающая Марс-2, Венеру-2 и так далее. Разумеется, Землю-2 могут населять мыслящие существа, как могут они обитать и на других планетах, на которых в нашей с вами системе могла существовать жизнь. Так обстоит дело в идеале, однако ничего не может быть полностью идентичным, отсюда и будут проистекать проблемы действующих лиц.

Герои произведений Казанцева отягощены интеллектом. Они стремятся к достижению результатов, прославлять свои имена и поступать на благо человечества: являют собой примерный образец землян будущего. Их научные открытия базируются на фантастических принципах – ими открыты нам неведомые материи. Например, топливом для межзвёздного корабля является космическое пространство. Человеку свойственно не замечать важного, после приобретающего значение насущной необходимости, без которой существование становится невозможным. Так и с человечеством у Казанцева, изначально со скепсисом воспринимавшего полёты в космосе, а спустя поколение готового вступить в эру больший открытий.

Объяснение подготовки к свершениям Казанцев описывает в произведении “Сильнее времени”. Действующие лица пытаются найти средства для отправки корабля в сторону пришедшего из космоса сигнала. Дав завязку, Александр принялся за изобретение рояля, наделив действие полезными рассуждениями в мыльном обрамлении: устремления оборачиваются трагедиями, а трагедии приводят к критически важным для развития мысли последствиям. Быстро утрачивает значение эмоциональная составляющая – её место занимает тяга к техническому прогрессу. Желание ждать возвращения любимого мужа обернулось революционным открытием, заставившим до того верную жену отодвинуть семейные ценности на второй план, самой вступив в отряд первопроходцев. Казанцев не мог быть последовательным, рою задумок требовался срочный выброс на бумагу. Как итог: много о чём, но ни о чём конкретном.

В произведении “Планета бурь” люди уже готовы осваивать планеты. Для этого требуются совместные усилия представителей социалистических стран, в числе которых Советский Союз, США и государства Европы. К сожалению, дабы не растягивать повествование, Казанцев европейских представителей уничтожил, так с ними и не познакомив читателя. Горевать не придётся, их заменит робот с американского корабля. Далее же одно сплошное действие, ничего полезного не сообщающее. Казанцев изредка сводит к нулю усилия экспедиции, находя для них странного рода открытия. Чем-то манила Венера советских фантастов, вот и Александр был среди них, правда у него людям предстоит обследовать Венеру-2.

Пока человек расширяет познания о мире и разгадывает тайны материй. Когда-нибудь он подойдёт к необходимости освоить лестницу на небо. Как знать, вдруг человек окажется способен совершить пешую прогулку до Луны. Мечты-мечты…

» Read more

Роберт Янг – Рассказы (1956-84)

Роберт Янг Рассказы

Мир устроен просто. Зачем искать новое, когда следует исходить из старого? Все преобразования в итоге выведут человека туда, откуда он начал, то есть превратят его в звёздную пыль. А пока есть время взгрустнуть над людской жадностью, свести удивительное к обыденному и предаться сентиментальности, особенно если появилась возможность ознакомиться с рассказами Роберта Янга. Мир действительно устроен просто. Янг как раз исходит из старого. Для него человек был и останется космической пылью. Всё остальное сугубо атмосферы ради, ведь Роберту удалось нащупать ту точку для читательского восприятия, должную именоваться интерактивным включением, поскольку внимающий историям Янга чувствует себя их участником: он удивляется, плачет и улыбается от переизбытка даруемых автором эмоций.

Особое место в творчестве Янга занимают фантастические сюжеты, но более других примечательны те, что задействуют в себе элемент перемещения во времени. При грамотном подходе подобные истории можно превратить в изысканное пиршество, окрыляющее разум и осветляющее ум. Показывая былое, Роберт плетёт интригу, устраивая встряску читателю по ходу всего повествования. Остаётся недоумевать – откуда он мог такое предполагать?

Можно допустить, будто темпоральная фантастика станет реальностью. Это создаст серьёзные проблемы человечеству. Жизнь изменится кардинально. Историю станут изучать наглядно. Но человек останется человеком, всегда интересовавшимся тем, мимо чего ему следует проходить, лишний раз не задевая. У Янга действующие лица склонны к решению проблем, предпочитая разбираться в их причинах на месте. Читатель будет удивлён предположениям автора касательно происхождения кроманьонцев, как и могуществу Марса порядка семидесяти миллионов лет назад. Человек обязательно со всем разберётся, чтобы позже обнаружить истину, всегда ему бывшую известной.

Янг не только перекраивает восприятие реальности, он искажает мировосприятие действующих лиц, позволяя им самостоятельно приходить к требуемым заключениям. Порой решение парадоксов времени выставляется автором в виде причуд физических законов, при умелом применении способных дать результат, над которым рядовой читатель и не стал бы задумываться. Если Янг не задавался научной проблематикой, то нисходил до обыкновенных человеческих чувств, нуждающихся в правильном последующем движении, чему на помощь приходят добрые существа, в том числе и инопланетяне, дающие право переосмыслить себя и наконец-то сделать верный шаг.

Именно умение Янга преподносить истории под видом всегда присутствующего рядом красит его рассказы. Иногда поведение действующих лиц не удостаивается положительной оценки. Читателю могут не понравиться фривольные поступки или своеобразная брутальность. Делать выводы преждевременно, если текст не дочитан до финальной точки. Тогда и измены мужа оказываются во благо, и отказ от отношений с привлекательной девушкой укладывается в рамки понимания адекватности.

Роберт Янг чаще смотрел в многообещающее будущее, в котором человек не подвергнется трансформациям, а останется таким же туповатым созданием, желающие удовлетворять в первую очередь собственные желания, а потом уже думать обо всё остальном. Это касается уничтожения природных ресурсов на планетах, погружения в мир иллюзорного восприятия действительности, отрицания высокой морали. Человечество погрязнет в тяге к получению удовольствий, начнёт ещё больше ценить низкопробное искусство, умственно помешается, озаботится надуманными проблемами, а заботу о подрастающих поколениях переложит на единый стандарт.

Людям разумным в будущем останется лишь раствориться в пространстве Вселенной, в одиночку бороздя её просторы, обязательно с томиком рассказов Роберта Янга или с птицей-куиджи, знающей их все наизусть. И сразу станет хорошо. Душа очистится от суеты и предастся размышлениям о вечном. Уже не останется места для дум о самоубийстве, не будет тянуть домой, покорятся неведомые вершины, а нужды общества (не в меру деградировавшего) наконец-то перестанут беспокоить.

В сборник “У начала времён” вошли следующие рассказы: Срубить дерево, На реке, Подглядывающий Томми, У начала времён, Происхождение видов; Девушка, заставившая время остановиться; Дополнительный стимул, Летающая сковородка, Эмили и поэтическое совершенство; Звёзды зовут, мистер Китс; Богиня в граните, Обетованная планета, Дворы Джамшида, Производственная проблема, Маленькая красная школа, В сентябре тридцать дней, Написано звёздами, Глоток темноты, И тень твоя тебя проводит, Глиняный пригород, Высшие буржуа, Впадина Минданао, Тёмный Мир, Приглашение на вальс, Странный случай с мистером Генри Диксоном, Повелитель света, Хмельная почва, Девушка-одуванчик, Механический фиговый листок, Потерянный Землянин, Ветер богов, У шатров Кидарских.

» Read more

Кир Булычёв “Лиловый шар” (1982)

Булычёв Лиловый шар

Космогония Кира Былычёва зиждется на добротной фантастике и сказочной атмосфере. Причём доступная вниманию читателя авторская смесь сюжетов серьёзно не воспринимается, если его возрастной порог шагнул дальше отметки веры в разъезжающих на печах людях и прочих созданий народного фольклора. Собственно, “Лиловый шар” – одна из повестей про Алису Селезнёву, решившую ещё раз придти на помощь и помочь решить загадку искусственной планеты, что вывернута наизнанку и не имеет собственного солнца. Совершенно неожиданно она оказывается космическим странником, несущим гибель Земле. Читатель заинтригован и готовится внимать, но у Булычёва закончилось желание говорить о насущном и он предпочёл перенести развитие событий в иную плоскость.

Параллели напрашиваются сами собой. Каждый шаг действующих лиц вызывает у читателя скепсис, если он знаком с достаточно обширным количеством фантастических произведений, где описываемое Булычёвым могло ранее встречаться. Даже Заповедник сказок заставляет содрогнуться, хотя и не является достаточно показательным. Это не важно, если читатель не будет разбираться в путях нахождения избавления Земли от опасности, а сосредоточится именно на искусственной планете.

В самой идее искусственности нет ничего особенного. Например, спутники Марса по одной из версий принимаются за специально созданные объекты. Статус Луны аналогично не до конца ясен, каким бы странным он иногда не казался. Пока человек не столкнётся непосредственно и не развеет мифы – до той пор будут возникать разнообразные теории.

Касательно же искусственной планеты в “Лиловом шаре”, то она загадочна сама по себе. Её обитатели агрессивны, разумные существа отсутствуют, хотя имеются все свидетельства их присутствия. Раскрывать сюжет произведения не следует, но очень тяжело говорить о том, из чего состоит повествование. Пусть действующие лица сумасброды со склонностью к наивному восприятию реальности – это им позволительно, учитывая направленность повести на юного читателя. Главная роль отводится девочке Алисе, самой сообразительной из всех, единственной, кто способен найти ответы на сложные вопросы.

Героиня разгадает тайну исчезновения разумных обитателей, даст возможность ознакомиться с летописью планеты, поймёт суть опасности и станет тем, кто от неё избавит землян. Именно в избавлении кроется загвоздка. Стоило Булычёву подвести действие к самому важному, как вся серьёзность улетучилась и дальнейшее произведение свелось к сказочности с участием первобытного мальчика и Бабы-яги, чьего упоминания вполне достаточно, дабы не говорить о Гималаях, куда проследует Алиса в рамках понимания парадоксов темпоральной фантастики.

Интерес к “Лиловому шару” построен именно на предположениях, которые имеют право на существование. Всё, упоминаемое Булычёвым, до боли правдиво и содержит в себе предостережение от возможных в будущем катастроф. Конечно, тогда уже никто не вспомнит советского писателя, сюжет чьих книг к тому времени сгинет в бездне тонн макулатуры. Чтобы человека услышали – он не должен распылять себя. К сожалению, писательское призвание люди склонны считать профессией, что заставляет их писать много лишнего, в том числе и разбавляя гениальность посредственностью. Это не укор в сторону Булычёва, но он ведь на самом деле не смог завершить решение заданной им проблемы, над чем стоило поломать голову, а не толочь воду в ступе, прибегая к услугам им придуманного Легендарного периода.

Унывать не требуется. Земля должна быть спасена. Её обязательно спасут. Писатели в этом убеждены, всегда показывая людей, способных своими умениями не допустить возникновения критического положения. Алиса найдёт способ, пусть и самый малоправдоподобный. Так захотел автор – читатель примет предложенный ему вариант.

» Read more

Роберт Ибатуллин “Роза и Червь” (2015)

Интерпресскон-2016 | Номинация “Дебютные книги”

Земля будет уничтожена, если не полностью, то частично. Все попытки человечества сохранить природу в неизменном виде всё равно обречены на провал. Люди продолжают заниматься самоутешением, а к ним уже летят корабли инопланетного агрессора, чья цель заключается в уничтожении планеты. Знакомый сюжет? Конечно, это примерная интерпретация “Войны миров” Герберта Уэллса. Только на этот раз Земля не смогла сама себя защитить и проиграла сражение, как проиграли его и населяющие её люди. Благо человечеством к тому моменту освоены планеты Солнечной системы, поэтому люди ещё могут успеть повлиять на развитие событий, если, как всегда, не самоуничтожатся в результате борьбы бессмысленных внутренних противоречий.

Роберт Ибатуллин рисует будущее в таком виде, в котором оно ему приятнее. Так уж получилось, что Россия стала полностью мусульманской страной. С минаретов оглашают призывами на намаз муэдзины, ополчение составляют нукеры, население вкушает пищу в чайхане, а над всем верховодит раис. Так обстоит дело на Земле. На Венере, Марсе и Луне ситуация складывается немного иначе, что существенной роли на сюжет не оказывает. Автор лишь образно показал последствия вторжения инопланетян, чтобы рассказать ещё одну истории о том, как трудно людям договориться и выступить единым фронтом против орд врага.

Нашествие инопланетян можно сравнить с татаро-монгольским игом. Они стремительно пронеслись по территории людей, нанесли критичные поражения и с той же скоростью исчезли на горизонте, оставив после себя наместников. Правда, наместники плохо прослеживаются на страницах произведения Ибатуллина, но надо полагать они имеются. Вместо очевидного контроля над ситуацией Роберт внёс в сюжет один из элементов творчества братьев Стругацких, а именно посеял среди людей семена нового человечества, похожего внешне, но при этом выделяющегося крайней обособленностью.

Биоинженерия и кибернетизация станут обязательным элементом войн будущего. Ибатуллин создал собственного уробороса, которого пестует и возлагает на него надежды. Червь должен поедать себя с хвоста – для этого можно применять разные способы воздействия для корректировки его поведения. Такое проявление в повествовании является одной из важнейших составляющих сюжета. Пока червь готовится к пиршеству, человечество будет поступать аналогично, пожирая лучших представителей.

Не так важны составляющие сюжета, как понимание неистребимой жажды человека быть независимым от обстоятельств. На протяжении всего повествования читатель будет внимать приходящим и уходящим распрям. Казалось бы, урок усвоен и пора образумиться, но понять это трудно, пока некто влиятельный, пытающийся связать людское племя воедино, решительно принялся объединять человечество с помощью огня и меча.

Безусловно, Ибатуллин опирается на историю. Вместо одного агрессора он придумал другого. Общая картина при этом не изменилась, подверглись трансформации лишь незначительные детали, да преобразован антураж. Основательно продумать положение людей в будущем довольно трудно – Роберту это помог сделать произведённый им апокалипсис. На обломках легче построить личное понимание возможного развития событий.

Что касается содержания произведения, то о нём сказать нечего. Читателю предлагается сюжет, поделённый на четыре части: предыстория нынешнего положения, начало войны за объединение, её продолжение, выявление шпиона и суд над ним. Конкретика малоинтересна, так как писателю удалось проработать ситуацию в общем, но в деталях разобраться у него не получилось. Читатель вязнет в каше событий, не видя их развития. Инопланетяне же, медленно и верно, пошли на второй заход, планируя на этот раз уничтожить человечество окончательно.

Противостояние было, но противостояние только ожидается, вот должна содрогнуться твердь и завязаться битва за право человека на существование. Хочется верить, что Роберт Ибатуллин не даст людям сгинуть, описав их мужественную борьбу и проявив их лучшие качества. Хватит заниматься самоедством.

» Read more

Александр Громов “Вычислитель”, “Язычник” (2000-15)

Интерпресскон-2016 | Номинация “Средняя форма”

Что есть русская фантастика и для чего она существует? С советской фантастикой читатель строил светлое будущее космических перелётов и колонизации ближайших планет, изредка допуская возможность контактов с инопланетными разумными существами. А с русской? Нельзя выделить очевидное направление, позволяющее читателю чувствовать себя морально возвышенным над бренностью бессмыслия. Фантасты о чём-то упорно пишут, наполняя полки литературных магазинов, не имея чёткого представления, зачем они это делают. Их жажда одарить мир своим талантом понятна, кто бы ещё задумался над содержанием.

Возьмём для примера две повести Александра Громова, увязанные единым сюжетом: “Вычислитель” (2000) и “Язычник” (2015). Читатель с первых страниц погружается в безвестность на безвестной планете, живущей по одному понятию – преступников следует изгонять из общества. Подобный сюжет (типичное явление ряда фантастических произведений) позволяет писателю сразу приступить к делу и дать читателю максимальное количество подробных описаний. Приём хороший. Однако, Громов мир не прописывает – представленная вниманию местность является болотом, на горизонте маячат некие райские острова – вот и всё описание.

Также Громов знакомит читателя с героями, для чего отводит добрую половину страниц “Вычислителя”. Только прорисовка действующих лиц сводится к общим чертам, скорее заставляя задавать дополнительные вопросы об их прошлом. Впрочем, ответов Громов не даёт. Ему важнее было наполнить повествование ни к чему не обязывающему текстом. От начала и до конца книги происходит действие, прерываемое на диалоги персонажей. Всюду кишат змеи. Герои друг за другом растворяются в пустоте. А читатель продолжает гадать – существуют ли те самые мифические острова и доберётся ли до них хоть кто-нибудь.

Канва обозначена, русло водой наполнено, происходит движение. Заканчивается “Вычислитель” в духе русской фантастики – не имея представлений о том, для чего герои скитались по болотам и отчего они погрязли в сладкой неге, так и не осознав своего социального падения.

Спустя пятнадцать лет Громов пишет повесть “Язычник”. И это благо для дилогии, поскольку Александр решил заполнить пробелы в предыстории. Читатель лучше понимает за какие преступления был осужден главный герой и каким образом он имеет право на восстановление попранной чести. Его размышлениям о прошлом сопутствует остро возникшее желание найти собеседника и наконец-то выбраться на большую землю.

В целом, продолжение могло рассказать о многом, хоть стать полноценным приквелом к “Вычислителю” без всяких поползновений сюжета далее. Такое развитие повествовательной линии безусловно могло стать благом, но блага не случилось. Громов использует для “Язычника” другой распространённый сюжет, согласно которому в душу главному герою будет лезть посторонний персонаж, строящий из себя в доску своего. Этакое воплощение макдональдского “Легионера” – только место действия перенесено куда-то в глубины космоса, чтобы сделать максимальное количество возможных допущений, развязывающих автору руки. При этом суть “Легионера” в связке с “Язычником” просматривается уже с “Вычислителя”.

Прошедшие годы не изменили творчество Александра Громова. Скорее оно стало сильнее отягощено стремлением писателя рассказать о чём-то ещё – в ущерб основным описываемым событиям. Аудитория книг Громова также осталась той же самой – подростковой, которой свойственно взахлёб читать о похождениях героев ради похождений и не задумываться над смыслом произведения. Пускай главный герой всегда просчитывает шансы и действует ради выживания – хотелось бы, чтобы и писатель занимался тем же самым, но не выживания ради, а сугубо из цели создать определяющее жанр произведение.

» Read more

Роберт Хайнлайн “Кукловоды” (1951)

Вселенная устроена таким образом, что всё в ней существует за счёт чего-то ещё. Проще говоря, есть объект – им пользуются другие объекты: прослеживается закономерность. Не будет ошибкой, если предположить, будто и Вселенная в свою очередь соотносится с чем-то гораздо большим. При рассмотрении подобного утверждения на локальном уровне нашей собственной планеты, выявляется всё тоже самое. Беря для примера человеческий организм, замечаешь, как не только он служит средой для жизни иных обитателей, так и сам является паразитом. использующим для своих нужд окружающий его мир. В идеальном понимании человек представляет из себя Вселенную для созданий его населяющих, которые также являются Вселенными. Однако, человек этого не осознаёт; также о таком не мыслит безбрежное космическое пространство.

Роберт Хайнлайн решил нарушить равновесие. Он придумал создание, выбивающееся из стройного ряда размышлений о взаимосвязанности. Эти существа также обитают в пределах Солнечной системы – они изначально населяли один из спутников Сатурна. Суть их бытия основывается на захвате других организмов, чтобы полностью получить над ними контроль. При этом отношение к новым телам сугубо потребительское: истощив одно, они жадно набрасываются на другое. Вскоре ресурс вырабатывается и им приходится искать носителей на других планетах. В последний раз они были замечены на Венере, теперь добрались и до Земли.

Разобравшись с обстоятельствами вторжения, стоит обратить внимание на понимание Робертом Хайнлайном противостояния на уровне всей планеты. Никогда человечество не станет независимым от обстоятельств. Оно при всём осознании своего могущества так и продолжит оставаться частью Земли, если не научится трансформироваться под определённые нужды. Пока люди об этом начинают задумываться, а прилетевшие инопланетяне уже сумели приспособиться и начали осуществлять план по порабощению землян. Их и убьёт то, отчего гибнут люди. Иных вариантов быть не может.

Не стоит ожидать от повествования ответов на вопросы. Совершенно неважно, каким образом устроены инопланетные паразиты и какие у них цели. Зачем автору прорабатывать эти моменты произведения? Никто ещё не доказал, что инопланетяне вообще существуют. Роберту Хайнлайну важнее было показать возможность человечества забыть о противоречиях и объединиться в борьбе за право на существование. И не только люди будут участвовать в карательном походе, к ним присоединятся другие силы.

Единственное нарекание, возникающее у читателя, это качество исполнения. При глубоком рассмотрении одного из предполагаемых инопланетных вторжений, Роберт Хайнлайн создал весьма непритязательное произведение для лёгкого чтения. Всё просто и доходчиво, некоторые сцены разжёваны едва ли не до кашеобразного состояния: заложенная в текст мысль читателем уже усвоена, но автор продолжает гнуть свою линию. Может в этом стоит винить стремление Хайнлайна писать часто и много, вследствие чего у писателей вырабатывается подобное понимание повествования: в сюжет вплетаются лишние события и диалоги.

Понять устремления инопланетных паразитов довольно просто. Исчерпав жизненные ресурсы на родной планете, они стали искать её источники в космосе. Когда-нибудь человек вычерпает планету до дна, тогда и он будет вынужден обратить свой взор на небо. И ежели нужные ему ресурсы окажутся на занятых разумными существами планетах, то повторится практически такая же история, которую рассказал Роберт Хайнлайн. Впрочем, на подобные темы писатели плодотворно фантазируют. Войны всегда случались из-за ресурсов – в будущем ничего не изменится. Может уже сейчас где-то там в чьих-то думах пришельцы-гуманоиды терпят сокрушительное поражение от доблестных местных жителей.

» Read more

Энди Вейер “Марсианин” (2011)

Тема потерпевших крушение в космосе всегда была популярной среди фантастов. Техника имеет свойство ломаться, поэтому неудивительно, если где-то там далеко-далеко произойдёт неприятность, вследствие чего люди будут обречены провести остаток жизни, будучи оторванными от себе подобных. Отдельная планета – это не остров в океане, мимо которого может проплыть корабль. Тут ситуация более серьёзная. Спастись ещё труднее. Чаще фантасты начинали развивать сюжет много позже, когда ранее оказавшиеся на дикой планете люди её освоили, а ещё чаще – являются потомками незадачливых предков. Некоторые же писатели предпочитали строить предположения и предлагать свои варианты развития человеческого общества, создавая для читателя элементы социальной фантастики. А вот Энди Вейер поступил гораздо проще – он взял Марс, придумал талантливого парня и создал для него все условия, чтобы он оказался единственным живым существом на планете. Теперь нужно сделать всё, лишь бы герой выжил. Это вполне возможно, если ты обладаешь сообразительностью и технически подкован.

Вейер излагает события крайне сухо. “Марсианин” начинается с дневника, в котором Марк Уотни отражает всё происходящее с ним. Задач перед ним стоит много, среди которых есть основная – ему нужно прожить до прибытия следующей экспедиции. Но для этого ему не хватит воды, еды и воздуха. Вот тут-то Энди Вейер и включает в повествование достижения науки, преобразовывая топливо в питьевую жидкость, выращивая картофель в непригодной для этого процесса почве и далее в том же духе. Ума на сложное Марку хватает. А вот до самых простых вещей он догадаться не может. Вейер с первых страниц создаёт для него максимально возможное количество “неразрешимых” трудностей. Человек был обязан погибнуть. Только за каждой неприятностью его поджидал успех. Почему же ему было так трудно? Он ни разу не задумался поступить проще. Когда ему понадобилась связь с Землёй, то он поехал на марсоходе в дебри, когда вместо этого мог выложить нужное ему слово на поверхности, что практически моментально могли увидеть, просмотрев очередную порцию снимков планеты.

Жизнь человека всегда находится в его собственных руках. Именно в его руках. Больше до человека никому дела нет. Жестоко? Такова реальность! Отчего-то людской гуманизм продолжает принимать самые извращённые формы. Снова перед читателем излюбленная тема спасения одного ценой жизни многих. “Марсианин” теряет притягательность, когда Вейер начинается знакомить читателя с сотрудниками НАСА и экипажем последней марсианской экспедиции. Из добротного сюжета о силе мысли и возможностях человека повествование моментально переходит в слезовыжимательную драму. Американцам готовы помочь все, включая китайцев, лишь бы спасти Марка Уотни. В одно мгновение весь мир стал следить за событиями на Марсе.

Опять же, главный герой – кто он? Вейер представляет его в виде неудачника, чьё единственное достижение – ему удалось попасть на Марс. По всем показателям он был на последних ролях. И по жизни он видимо был изгоем. Им бы и остался – не случись ему отстать от спешно покидавшей планету экспедиции. Где он изыскал скрытые резервы? Пусть это останется на совести писателя, давшего миру очередного идеального американца, что способен найти выход из любой безвыходной ситуации. Его готовили к подобному развитию событий. В остальном ему помог интеллект и запоздалое везение.

Нет в “Марсианине” настоящей американской фантастики золотого её времени, когда творили настоящие мастера, придававшие значение не столько человеку, скольку ситуациям, в которые тот способен попасть. Вейер отдал пальму первенства главному герою, представив Марс непригодной для него планетой. Не Марс действовал против, а человек искал средства, чтобы его покинуть. Для чего тогда летают люди на Марс? Получается, просто из любопытства. Ради него же они рискуют жизнью. Марс должен был пасть под мощью человеческого разума. Стать благоприятной для обитания средой. Так смотрели на красную планету фантасты пятидесятых-шестидесятых годов XX века. В XXI веке изменился подход – теперь надо привлечь внимание, поставив во главу проблемы человека. Конечно, такой подход эгоистичен. Но какой в этом эгоизм, когда люди наоборот отдают всё ради спасения другого? А ведь это самый настоящий эгоизм. Люди думают о людях, не думая ни о чём другом. Им всё безразлично: Земля, Марс, будущее, прошлое. Главное – здесь и сейчас.

Человек и конфликт – вместе и навсегда. Как бы литература не пыталась показать миролюбие людей, их готовность пойти на жертву ради ближнего, это будет оставаться противоестественным. На современность можно наложить штамп “Ненатуралистичность”. Происходит подмена понятий практически во всём. Тогда как человек продолжает конфликтовать со своим окружением. Конфликтовал и Уотни, не найдя согласия с Марсом. На Марсе же просто дует сильный ветер… очень сильный ветер. Странно, что Вейер не вспомнил один из рассказов Роберта Шекли. А может вспомнил, придав ему вид “Марсианина”.

Дополнительные метки: вейер марсианин критика, вейер марсианин анализ, вейер марсианин рецензия, вейер марсианин отзывы, вейер марсианин книга, вейр марсианин критика, уир марсианин критика, Andy Weir, The Martian

1 2 3 4 5