Tag Archives: история

Стефан Новгородец «Хождение» (середина XIV века)

Хождение Стефана Новгородца

Русский человек имел достаточно свидетельств о происходящем в мире, чтобы не иметь желания познавать более ему сообщаемого. Информация присутствовала в ограниченном виде, причём довольно достоверная. Это не приукрашивание действительности измышлениями фантазии, а результат личного лицезрения. С посещением Иерусалима можно было ознакомиться в «Хождении» Даниила, о Царьграде сведения получались благодаря «Хождению» Стефана.

Издали Царьград примечателен возвышающимся на столпе изваянием Юстиниана Великого верхом на коне в саранских доспехах. Следуя по Царёву пути придёшь к статуе Константина и увидишь секиру Ноя. В монастыре святой Богородицы хранится голова Иоанна Златоуста. Ещё можно увидеть икону, писанную Лукой-евангелистом. Город выделяется готовностью отразить нападение, когда бы оно не случилось. Такова основная информация, извлекаемая из текста.

Стефан являлся паломником, прежде всего его интересовали места, пропитанные связью с Иисусом Христом и всем прочим библейским. Помогать ему в посещении святых мест никто не желал, поэтому сказание об увиденном не обросло традиционными слухами. Крайне сухо, говоря об основном, Стефан поведал обо всех посещённых им местах.

В «Хождении» нет ничего о нравах и обычаях, словно путник не смотрел по сторонам, видя лишь достопримечательности, либо он специально не распространялся далее, задавая следующим за ним паломникам цели к лицезрению. Людей интересовало не текущее положение дел, а откуда вышла их религия. Не так много имелось нужного для обозрения. Может потому игумен Даниил в своём «Хождении» почти не упомянул о Царьграде.

Дальнейшее путешествие Стефана лежало в Иерусалим. До нас не сохранилось сведений, как он дошёл до святого города и вернулся обратно. Стоит предположить, что переписчикам хватало составленных Даниилом свидетельств, чтобы оставить в забвении иные впечатления. Прочим, кто узнавал о хождениях Даниила и Стефана, информация могла подаваться в виде единого произведения.

Кто шёл со Стефаном? Сам автор говорит, что с ним шло восемь путников, он же — грешный — следовал за всеми. Датой посещения Царьграда принято считать 1348 или 1349 год. Никакой другой информации об авторе «Хождения» не сохранилось. По этой причине думать можно о разном: всякое предположение окажется похожим на правду. То всё равно не имеет существенного значения — Царьград в отличии от Иерусалима изменился разительно, лишившись большей части описанных Стефаном достопримечательностей.

Толкового представления о Византии середины XIV века составить не получится. Навсегда утраченное осталось в воспоминаниях, к которым теперь может обратиться за сведениями желающий, дабы составить общее впечатление. Задумываться о происходивших в прошлом событиях на землях Царьграда допустимо, как и предусмотреть скорый крах сей империи — Греческого царства — близкого к осуществлению события.

Другой интерес, проявляемый к Стефану, как он мыслил себя. На страницах «Хождения» путник, идущий по святым местам. Он не видит людей и не показывается сам. Он — безликая фигура, отправившаяся в путешествие. Неизвестно откуда он идёт и какова истинная цель. Нужно знать, как подходить к излагаемому материалу, чего сделать из-за обозначенных затруднений нельзя. Кем вообще был Стефан? Существовал ли он на самом деле? И было ли предпринято путешествие в Царьград и Иерусалим, или «Хождение» впитало сведения из разных источников? Всего этого не установить.

Остаётся принять сказанное Стефаном за правдивое изложение. Иная точка зрения допустима, но не имеет смысла. «Хождение» стало литературным памятником, важным за факт его существования, а не за содержание. По таковому разумению полагается с ним ознакомиться и вынести ряд полезных суждений.

» Read more

Игумен Даниил «Хождение» (начало XII века)

Хождение игумена Даниила

Как сказывали ранние христиане на Руси, так сказывал и игумен Даниил, начиная повествование о хождении в Святую землю. Он — худший из всех монахов, недостойный, отягощённый грехами и неспособный к добрым делам, — отправился в паломничество. Путь его лежал через Царьград в Иерусалим, большей частью по морю. Посетил он места значимые для веры христианской, зрел свидетельства былого и всё фиксировал, составив таким образом подобие путеводителя. Кто не мог повторить его путь, тот внимал составленному им «Хождению». Ничего не упустил Даниил, не приукрасив и не измыслив лишнего. Как шёл, так и поведал.

Не быть пути Даниила столь успешным, не царствуй над Иерусалимом король Балдуин. Освободилась Святая земля от присутствия иноверцев, позволив осуществиться важному путешествию. Всюду ждало путников гостеприимство, никто не отказывал им в ночлеге и помощи. Один раз, уже возвращаясь, Даниил был ограблен пиратами, что стало единственный отрицательным моментом, должным быть учтённым последующими паломниками.

Почти ничего не изменилось с той поры. И сейчас путник может взять в руки «Хождение» игумена Даниила, и отправиться в паломничество, руководствуясь им. Места святынь остались прежними. Исключением является смена государств, на территории которых они теперь располагаются. Но и в начале XII века хватало проблем, причём более затруднительных. Взять хотя бы тех же пиратов.

Как раньше, так и теперь, в Иерусалиме все требуемые к посещению места находятся практически на расстоянии вытянутой руки. Достаточно уверенного и сильного броска камнем, чтобы обозначить место следующего посещения. Если взять связанные с жизнью Христа поселения, они редко располагаются далее пары поприщ от города. Всё происходило на столь малом пространстве, что это всегда вызывает удивление у паломником. Впрочем, ещё больше его возникнет, когда становится ясно, что святые места в действительности были давным-давно уничтожены, оставив после себя всего лишь само место, где что-то происходило.

Игумен Даниил, ровно как и всякий прочий паломник, не смотрит на фактическую сторону. Его ведут и показывают, он внимает виденному и то запоминает. Что было сказано на экскурсии, то глубоко запало в душу, ибо было сказано так, чтобы именно глубоко запасть в душу. Прикосновение к святому вызвало трепет от прикосновения к самой святости, отчего всё прочее перестало иметь значение.

Ходил Даниил и к Мёртвому морю, а также к реке Иордан. И понял он, почему Мёртвое море убегает от места крещения Иисуса Христа, с каждым годом становясь от него всё дальше. И понял он про происхождение название Иордана, так как имеет река два источника — Иор и Дан. Ходил Даниил и по местам, связанным с Богородицей. Всему радовался он, находя соответствие библейских преданий действительности.

Не будь пиратов на пути, благом бы закончился путь Даннила. Да не должно паломничество заканчиваться приятностью одной, ибо страдал Христос на пути своём, так и паломник должен бороться с препятствиями. Специально пираты устроили нападение, так как тому необходимо было произойти. А кто с радостью возвращается, не познав огорчений, тот не паломничество совершал, а путешествие. Понял это и Даниил, ни в чём никого не укорив за окончание пути по святым местам, воздав хвалу Богу за избавление от напасти и сохранение жизни.

Потянулись ли следом по пути игумена Даниила люди русские? Они должны были ходить до, как ходили и после. Только не осталось о том воспоминаний.

» Read more

Андрей Балдин «Протяжение точки: Литературные путешествия. Карамзин и Пушкин» (2002-09)

Андрей Балдин Протяжение точки

Как гадать по лапше? Берёте лапшу, измышляете, что вам угодно, и гадаете. Результат допустимо оформить в виде эссе. Чем больше будет написано, тем лучше. Допустимо сравнить едоков лапши между собой, поскольку их объединяет употребляемый ими продукт. Но про гадание по лапше читать никто не станет, а вот про литературные путешествия Карамзина и Пушкина может быть кто и будет. Только нет существенной разницы, когда к деятелям прошлого подходят с желанием найти общее между ними, редко допуская разумное и чаще — сомнительное.

Очевидная проблема изложения Балдина — пересказ утвердившихся в обществе истин. Например, Андрей твёрдо уверен в исключительной роли влияния Карамзина и Пушкина на становление русского языка. Кто первым такое вообще предложил? На чём основываются данные утверждения? Творивший ранее Сумароков разве другим слогом писал? С той же уверенностью Балдин говорит о допетровской литературе, будто бы связанной сугубо с деятельностью церковных служителей. И это не соответствует прошлому. Достаточно взять берестяные грамоты, после вспомнить об уничтоженной культуре в результате вторжения монголо-татар, как сразу становится понятным исчезнувший пласт навсегда утраченного культурного достояния.

Изложение Андрея скорее модернистической направленности. Он опирается на точку, неизменно пребывая в поисках её протяжения. Грубо говоря, Балдин из ничего создаёт нечто. Но как не растягивай точку, она останется подобием чернильной капли. Как же тогда из точки нарисовать портрет Карамзина? А как представить его передвижения по Европе? И причём тут тогда адмирал Шишков и Толстой-Американец? Допустим, они внесли дополнительный смысл в осознание представлений об определённом человеке. Что из этого следует?

Вывод проще предполагаемого. У Андрея Балдина имелся ряд работ, которые надо было опубликовать. В 2002 году в журнале «Октябрь» он уже старался рассказать о Пушкине. Жизнь поэта оказалась наполненной мистическими совпадениями, и могла сложиться иначе, если бы императора Александра I в младенчестве держали в люльке другого устройства. Вроде непримечательная особенность, зато какое она оказала влияние на судьбы прочих людей. Внимать подобному получается, но серьёзно воспринимать способен только тот, кто верит в гадание по лапше.

Цельное зерно в «Протяжении точки» присутствует. Оно касается настоящих биографических моментов. И пусть Балдин изначально желал за счёт анализа совершённых путешествий разобраться в творчестве писателей, сделать этого ему всё равно не удалось. Безусловно, увиденное всегда сказывается на человеке, западает ему в душу и воздействует на подсознательное восприятие реальности. Учитывать тогда следует неисчислимое количество факторов, способных оказать требуемое предположениям влияние. Балдин именно таким образом подошёл к понимаю становления взглядов адмирала Шишкова. Хотелось бы видеть такой же подход к Карамзину и Пушкину. Однако, увы и ах.

Ещё один непонятный момент. К чему вёл с читателем беседу Андрей Балдин? Сообщив любопытные моменты, он так и не раскрыл представленных им исторических лиц. Понимание осталось на уровне поверхностного знакомства. Не станем думать, якобы один раз сформированное воззрение остаётся до конца жизни в неизменном виде. У Балдина каждый представленный на страницах персонаж жил неопределёнными думами, после испытал впечатление и под его воздействием занял твёрдую позицию, которой непреклонно придерживался до самой смерти.

Разумеется, есть почти умная мысль, гласящая, что убеждениям требуется всегда следовать, даже если после приходит понимание их ошибочности. В таком случае существование из разряда полезного применения знаний переходит в бессмысленное отстаивание очевидных заблуждений. Чему учат — не всегда обязательно должно быть правдой! Плох ученик, полностью согласившийся с мнением учителя. Балдин не сделал попытки переосмыслить прошлое, потворствуя общеизвестному.

» Read more

Леа Гроссе «Итог жизни» (1982)

Гроссе Итог жизни

К 1933 году немецкие национал-социалисты набрали необходимый вес в обществе, чтобы оказывать влияние на противостоящих им коммунистическую организацию и католические объединения. Развернулась небывалая травля, в ходе которой саботаж против собственного народа объявлялся акцией враждебного элемента. На коммунистов и католиков открылась охота. В числе сотрудников КИМа в заключение попала и Леа Лихтер, в последующем отсидевшая пять лет в застенках тюрьмы города Явор. Книга «Итог жизни» — её исповедь.

С малых лет Леа ощущала агрессию общества. Она родилась в еврейской семье, часто переезжала и всюду удостаивалась нелестных слов из-за национальной принадлежности. Она бы не переосмыслила мировоззрение, не влюбись в коммуниста Фрица Гроссе, с которым оказалось связано её дальнейшее существование. Высланная из Германии, Леа работала в Москве, неизменно возвращаясь назад с фальшивым паспортом, каждый раз выручая из затруднительного положения советских граждан.

Нужно отметить точку зрения автора. За давностью лет или по иной причине, из памяти стёрлись обстоятельства существования немецкого народа накануне прихода к власти национал-социалистов. Краеугольной проблемой стала только фигура лидера их партии Адольфа Гитлера. Жизнь людей словно не претерпела изменений за период существования Веймарской республики, в том числе и будто бы не было душившей людей гиперинфляции. Леа постоянно утверждает: «Гитлер — это война», нужно против него бороться.

Со страниц «Итога жизни» заметно, как малы возможности коммунистов. Они прячутся от действующей власти, умея противопоставить лишь слово разума. В государстве, где всё подчинено определённой идее, нет смысла открывать глаза. Леа приводит речь Фрица Гроссе на суде, показывая обречённость противных национал-социалистам воззрений. Вся борьба свелась к сотрясению воздуха, тогда как именно коммунистов обвиняли в поджоге Рейхстага. Заранее обречённая, Леа отправилась отбывать наказание в Явор.

Будни в заточении — отдельная часть повествования. Леа стремилась показать жестокость порядков, отражая незначительное присутствие в среде нацистов добрых и отзывчивых людей, помогавших узникам. Несмотря на условия содержания, заключённые устраивали тайные собрания, не думая отказываться от убеждений.

Но боролась ли сама Леа? Она стала заложником ситуации, вынужденная подчиняться происходящим событиям. Настоящее включение в противостояние нацистской Германии для нее начнётся с прибытием в Советский Союз. После освобождения из тюрьмы, Леа вновь выслана, на этот раз в Польшу. Первого сентября 1939 года началась Вторая Мировая война, что вынудило её осуществить давно задуманный переход советской границы.

Так настал важнейший период жизни автора. Леа стала сотрудником радио, вещавшем на немецком языке. Когда силы Третьего Рейха подошли к Москве, радио эвакуировали в Уфу, откуда продолжалось вести вещание. Основной задачей стало освобождение Германии от национал-социалистических идей. Требовалось показать лживость режима Гитлера, очернявшего коммунистов, когда то не соответствовало настоящему положению.

Иначе о книге «Итог жизни» не расскажешь. Леа Гроссе показала личную точку зрения, должную быть схожей с мнением остальных коммунистически настроенных людей. Разумеется, написано слишком мало. На полторы сотни страниц не уместится ни одна человеческая жизнь, особенно столь насыщенная, каковую прожила Леа. Основное сказано, об остальном читатель узнает из других источников. Частная история имеет право на существование, посему воспоминания любого человека необходимо сохранять для будущих поколений.

Леа продолжала помогать строить государство. Нацизм — страшное напоминание о прошлом, преодолённого и не имеющего права повторяться вновь. Но человек забудет частности, помня главное. И когда где-то кто-то проводит диверсию, выставляя виновным другого, стоит вспомнить о действиях национал-социалистов. Они использовали действенный приём, добиваясь своего. Против его применения нужно продолжать бороться.

» Read more

Серапион Владимирский «Слова и поучения» (середина XIII века)

Серапион Владимирский Слова и поучения

Что стало большей бедой для Руси: принятие христианства или нашествие монголо-татар? И то и другое не оказало положительного влияния на общество, нисколько не способствуя росту самосознания. Наоборот, крещение привело к деградации княжеских отпрысков и к излишнему стремлению простого населения к сутяжничеству. Последовавшее затем иго полностью разрушило прежний уклад, доведя Русь до последней стадии морального разложения — перестали действовать любые ограничения. Ныне принято искать позитивные черты, оправдывая свершения российского народа за счёт пережитого. Не станем на этом акцентировать внимание, сейчас важнее увидеть Русь глазами Серапиона Владимирского, рассказавшего о последствиях завоевательного похода Батыя.

Серапион видит повсеместно творимые бесчинства. В людях не осталось ничего человеческого. На дорогах грабят, в домах творят непотребное. Никто никого не уважает. Каково в такой ситуации служителям церкви? Утеряла русская земля светильников, способных образумить распоясавшийся от отчаяния народ. За какие грехи такая беда коснулась Руси? Не иначе, как за проступки перед Богом. Вместо потопа и огня с небес, Русь удостоилась пленения племенами кочевников, стремительно вторгшихся и за несколько лет уничтоживших все формы государственности, неизменно оставляя поселения разорёнными и обезлюденными.

Не будь христианства — не случилось бы божественной кары. Кощунственно? На разве такие слова лишены правды? Приняв чуждый закон, требовалось ему полностью подчиняться, не продолжая жить прежней жизнью, сформированной за счёт влияния пришельцев из Скандинавии, Византии и со стороны Хазарского каганата. Уверенные в правоте мысли, русские князья и весь народ продолжали вести неправедную жизнь, заботясь прежде о собственных интересах. Потому их коснулась означенная кара.

Случившегося не исправить. Нужно заботиться о возрождении духовных качеств. Но насколько же погнуснел русский народ, чьи лучшие представили пали. Серапион понимал, не заставишь вора перестать воровать, разбойника — разбойничать, а пьяницу — пить. Чем тогда переубеждать людей? Опять тем же. Необходимо напомнить о божественном суде, ждущем каждого человека. Кто не образумится сейчас, будет горько сожалеть потом. Однако, куда может быть горше, когда Русь испытала влияние деяния хуже самых адовых сил? Но почему не может случиться новой беды? И об этом следует думать.

В пример русским Серапион ставит неверных, якобы лишённых стремления вести братоубийственные войны. Требовалось на что-то опираться в суждениях, изыскивая нечто такое, за счёт чего жители Руси почувствуют себя опозоренными. Коли на русской земле брат шёл войной на брата, зачем такой народ нужен? Впрочем, изыскивая средства, Серапион желал видеть то, что никогда людям свойственно не было. Все религии пытаются привить определённое мировоззрение, всегда расходящееся с представлениями человека о должном быть.

Религия должна сдерживать инстинкты человека и делать его лучше, но не пытаясь претендовать на иную роль, нежели на воспитательную. Нет нужды видеть мистическое в обыденности, достаточно стараться избежать повторения негативных эпизодов из прошлого. Такая религия обязательно свяжет человечество в единое целое. Нужно искать компромисс, вместо постоянного разделения.

Пример Руси — тому подтверждение. Став объединением русских земель, она разделилась на враждующие друг с другом части. Так чем это объяснить? Разложение общества началось до нашествия монголо-татар, но не ранее пришествия христианства. Вывод тут может быть один — исповедовать следовало иные принципы, которые до сих не выработаны до состояния совершенства.

Потому Серапиону оставалось призывать образумиться. Люди должны стать честными и вести заслуживающий уважения образ жизни. Проще говоря, человек должен быть человеком, а не оставаться животным, не способным перебороть природные инстинкты.

» Read more

Александр Терехов «Каменный мост» (2009)

Терехов Каменный мост

Прошлое продаётся и покупается. Цена устанавливается по требованию. Всё зависит от способности распознать истинную ценность былого. Кто-то купит без лишних вопросов, а кто-то укажет на хронологические несоответствия, либо иные неточности. Тогда один купит, а другой откажется от покупки. Потому прошлое всегда продаётся, но не всегда покупается. Есть ли разница между торговлей фигурками из старых эпох, сделанных буквально вчера, и фигурками действительной старины, если им устанавливается одна цена? Так и с самой историей — она оценивается в настоящий момент, тогда как не имеет значения, что и как некогда происходило.

Александр Терехов поведал случай из 1943 года, случивший на московском Каменном мосту. Произошло убийство и самоубийство. Убитыми оказались подростки. В результате ли любовных переживаний или в силу политических убеждений погибших, игравших в созданную ими организацию «Четвёртый Рейх»? В этом предстоит детально разобраться. Но нужно помнить о цене прошлого. Купит ли читатель то, что ему предлагается на страницах произведения?

Действующие лица реальны — это семейство Уманских и вся элита советской власти, вплоть до товарища Сталина, именуемого автором весьма громко — Императором. Судьба каждого отличается трагизмом, пропущенным через воспоминания их детей, которых предстоит опрашивать проводящим расследование спустя много лет. Прошлое снова оживает, будто событие случилось вчера, и не минуло многих лет с момента драматических событий.

Всё рушится, стоит автору снова вспомнить о главном герое произведения. Расследование постоянно прерывается описанием половых сцен, словно нет различий между крахом человеческих надежд и чьей-то сексуальной фантазией, представляющей расположение собственного полового органа в разных частях женского тела. И ведь не скажешь Терехову, что он тем пытался заполнить объём произведения. Объяснить такие отступления никак нельзя, кроме предположения об авторском на то желании. Захотел Александр внести обязательный элемент западной литературы, без которого на Западе книгам не дают литературных премий, тем обеспечивая вес и надеясь на повсеместное признание, ибо спрос будет, стоит «Каменному мосту» быть опубликованным вне России.

И снова Александр возвращается к семейству Уманских. Помимо загадочной смерти дочери, нужно разобраться в не менее загадочной гибели отца, ставшего жертвой авиакатастрофы. Самолёты просто так не падают, даже в силу объективных причин. Кто покупает правду за бесплатную информацию, тот чаще остаётся бродить по ложным лабиринтам, возводимым обманчивым миром для личного спокойствия доверчивых граждан. Не мог самолёт с Уманским упасть из-за свойств воздушной среды, ибо должны быть иные причины того. Или мог упасть? Терехов старается разобраться со всеми возможными версиями, чтобы вернуться к официальной, дабы её признать.

Манера изложения Терехова в действительности проста. Он продаёт прошлое тем образом, каким люди хотят видеть обыденность. В пылу всевозможных страстей, обсудив абсолютно всё, читатель наконец-то обретает умиротворение, когда понимает, что всё гораздо проще, и всё именно так, как о том принято думать. Стоило ли разводить многостраничную беседу, чтобы сформировать мнение, будто официальная версия событий всё-таки самая достоверная из возможных, а значит единственно верная?

Читатель купит каждую версию, поверив всем им. Терехов мог сделать любую из них самой верной, стоило сконцентрировать внимание лишь на ней. Только зачем усложнять жизнь, итак сложную? Единственно верного ответа всё равно не будет. Как расходятся в представлениях о настоящем современники, так разойдутся и мнения о былом у потомков. Одно и тоже событие допустимо рассматривать под разными углами, каждый раз оказываясь правым. Почему? Ибо правды не существует. Правда продаётся и покупается. Если хотите купить — купите. Сомневаетесь? Тогда продавайте свою правду — и её кто-нибудь обязательно купит.

» Read more

Слово о Меркурии Смоленском (начало XVI века)

Слово о Меркурии Смоленском

Орды Батыя не коснулись стен Смоленска. Народное предание приписывает это заслугам блаженного Меркурия, избранного Богородицей для спасения города от разрушения. Согласно дошедшего сказания, Меркурий должен был идти бить монголо-татар, а после сложить голову. Так и произошло. Меркурий одолел войско чужестранцев, безропотно приняв полагающую ему следом смерть. Но как он сумел вернуться, будучи убитым?

Поздние комментаторы отмечают следующее. Батый не подходил к Смоленску. Требовалось найти объяснением этому. Народ сложил несколько версий, имевших сходные черты с другими сказаниями, где использовался схожий сюжет. Например, Демьян Куденевич, что ранее 1148 года освободил Переяславль от осаждавших, и герой былин — Сухман Домантьевич.

Личность Меркурия признаётся реально существовавшей. Слово не говорит о его прошлом. Согласно сторонним источникам, он является выходцем из княжеского моравского рода, в юности поселился в Смоленске, где вёл жизнь праведника.

Когда Батый встал в тридцати поприщах от Смоленска, людям явилась Богородица и сказала, где искать богомольца Меркурия, единственного человека, способного отвести угрозу от города. Когда привели указанного человека, Богородица поведала куда идти, что делать и чего ожидать. После случилось сражение, в котором проявился воинственный дух Меркурия, уверенного в действенности ему сказанного. Убит он мог быть не так, как то предсказала Богородица. Не обязательно, чтобы голову ему отрезал человек с красивым лицом, как и не обязательно, чтобы Меркурий принимал смерть безропотно.

Если текст Слова правдив, то сомнения возникают из-за случившихся после событий. Меркурий явился обратно без головы, лёг и более не вставал. Три дня ничего не происходило, пока Богородица не перенесла мощи куда следует. Может быть Меркурия привезли в сидячем положении или как иначе, отчего у людей сложилось впечатление, будто он оставался жив. Совсем не обязательно, чтобы голова была отрезана полностью, поэтому Меркурий смог придти самостоятельно.

Оставим домыслы. Важно прежде избавление Смоленска от угрожавшей ему беды, тогда как прочее — результат народного творчества, создавшего ещё одну удивительную легенду, над содержанием которой допустимо размышлять, но без ожидания придти к полному согласию с представленной версией. Не стоит забывать, что «Слово о Меркурии Смоленском» составлено через несколько веков от самого события, следовательно не написано очевидцем, значит допустим любой угодный составителю сказочный мотив.

Обязательно нужно уделить внимание решимости Меркурия. Он сомневался в необходимости принести себя в жертву. Почему именно ему уготована сия участь? Разве не было в Смоленске более достойных людей? Меркурий признавал силу свойственного ему духа, великого умением смирения. Возможно, вследствие этого качества выбор пал на него. Или Меркурий воплотил собой дух многих, готовых умереть вне стен города, только бы помешать продвижению врага по родной земле.

Остановимся на последнем варианте. Получается, смолянам явилась Богородица и велела им идти биться с монголо-татарами, предупредив, что каждому суждено вернуться живым, но вернувшись, все погибнут от полученным ими в бою ран. Исторически известно, Батый не тронул Смоленск. Из-за битвы ли произошедшей в тридцати поприщах от города или по другой причине? Народ предпочёл создать легенду о спасшем Смоленск Меркурии. Тот исполнил поручение Богородицы и был лишён головы, как говорилось ранее.

Оставим людям их легенды. Не имеет значения жизнь человека, важнее составленное сказание о его деяниях. Хорошо, когда о людях имеют возвышающее их мнение, чем возвышаются сами говорящие. Не князья отстаивали Русь, а сам народ заботился о благе, поэтому героев следовало искать среди простых людей. В Смоленске таковым стал Меркурий.

» Read more

Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского (конец XIII века)

Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского

Полностью доверять историческим источникам нельзя. Если поверить «Сказанию об убиении в Орде князя Михаила Черниговского», то завоевавшие Русь монголы окажутся ревностными огнепоклонниками. Потому непонятно, каким образом при столь требовательном навязывании религии Михаилу Черниговскому, не было подобного в отношении всей Руси. Приходится заключить единственное — была создана красивая легенда о гибели человека, к реальности не имевшая отношения.

Сказание начинается с описания последствий Батыева нашествия. Упоминаются князья, укрывшиеся в соседних странах, как поступил и Михаил Черниговский, избежавший участи быть убитым, бежав в Венгрию. Вскоре, после отхода монголов, князья вернулись в прежние владения, вынужденные отправляться в Орду, испросить ярлык на княжение. В числе оных поехал в ставку хана и Михаил Черниговский.

Согласно оригинальному летописному названию сказания, оно составлено отцом Андреем — «Слово о новосвятых мучениках, Михаиле, князе Русском, и Феодоре, первом воеводе в княжестве его. Сложено вкратце на похвалу этим святым отцом Андреем». Поэтому немудрено обличение ереси кочевников, вторгшихся на земли веры христовой с дальнейшим порабощение слуг божиих.

Суть гибели князя и находившихся с ним людей — их якобы упорное следование нормам христианской морали, что, однако, за десяток лет до того не смутило их отдать родную землю на разорение нехристям. Ещё вопрос, насколько монголы и им помогавшие народы чурались христианства? Есть версии, согласно которым в стане завоевателя имелось достаточное количество христиан, но не православного и католического толка.

Князь Михаил Черниговский, согласно ритуала допущения к хану, должен был высказать уважение огню и прочим идолам. Проявив неуважение к чужим традициям, князь вызвал гнев хана, повелевшего его за то убить. Составитель сказания считает, что Михаил Черниговский принял смерть мученика, за что достоин уважения. Сам князь до последнего сомневался, стоит ли нарушать волю завоевателя, но был убеждён боярином Феодором в необходимости отстаивать христианские ценности. За ослушание сперва отрезали голову Михаилу, а после Феодору.

Получается, все прочие князья, получившие ярлык, поступали аморально и правили Русью, аки нехристи. К числу оных тогда придётся отнести и Александра Невского, не раз бывавшего в ставке хана, а значит и кланявшегося идолам. Нужно следовать какой-то определённой позиции, поскольку сочувствовать смерти одного за нужное дело, и восхвалять других, не настолько упёртых, чтобы ставить население Руси перед угрозой полного уничтожения.

Не согласившись поклониться идолам, князь Михаил Черниговский тем действительно принял мученическую смерть. Либо погиб иным образом, чего теперь нельзя установить. Поехавший следом за ним прошёл все положенные ритуалы и стал управлять землями, коими должен был владеть убитый в Орде князь.

Всё-таки, как относиться к поступку князя? Прежде нужно понять, откуда столько святости возникло в правящих кругах, до того активно друг друга резавших? Летописцы лишь успевали проливать слёзы, описывая очередное братоубийственное действие. Князья вели Русь к тому, чего не ожидали, утеряв тем самым всё, к чему с такой силой стремились. Есть вопросы и к Михаилу Черниговскому, в числе прочих участвовавшего в битве на Калке, а после ходившего на братьев войной, в том числе и на особо родственных ему Ольговичей. В 1237 году он не стал объединяться с другими для отпора Батыю.

Создавать легенды нужно — это способствует прививанию требуемых качеств у подрастающих поколений. Но годы проходят, старые обстоятельства утрачивают актуальность, приходит переосмысление. Потомки начинают задумываться и анализировать. И приходят не к тем выводам, к которым приходили до них.

» Read more

Повесть о битве на Липице. Рассказ о преступлении рязанских князей (начало XIII века)

Повесть о битве на Липице

В 1216 году, незадолго до битвы на Калке, произошла битва на Липице, ставшая результатом междоусобного раздора русских княжеств. Только с одной из сторон погибших оказалось более девяти тысяч. Летописцы тех дней могли в том увидеть лишь ещё один укор братоубийственным забавам. О последствиях борьбы за власть после придётся горько пожалеть, но никто и никогда не думает о будущем, стараясь обеспечить сиюминутный интерес. В результате битвы на Липице Новгород отстоял независимость, а Владимирское княжество усилилось.

Составитель повести о битве на Липице показал непримиримый нрав соперников. Разрешать конфликт словами никто не желал. Все были готовы друг друга придать смерти. Сам по себе данный сказ более литописен. В тексте упоминаются обстоятельства, передвижения и произошедшее сражение. Рассматривать его отдельным образом не имеет смысла. Допустимо привязать к другим аналогичным эпизодам из истории Руси, вроде «Рассказа о преступлении рязанских князей».

В Рязани не было спокойствия. Сами рязанские князья в XIII веке отличались особенным отсутствием стремления к общему благу. Как резали братьев в шатрах под видом мирного пиршества, так потом водили Батыя по Руси, надеясь тем не допустить разора от завоевательного похода монголов. Сколько не бились летописцы, призывая к благоразумию, дело Святолополка Окаянного продолжалось, но в гораздо больших масштабах.

Братоубийственный порыв в Рязанских землях случился через несколько лет после битвы на Липице. Ему посвящается одна страница летописных записей. Почерпнуть из них можно детали произошедшего. Главным в помыслах враждебно настроенных князей составитель рассказа допустил влияние сатаны, по чьему наущению случилась резня в шатре. О том, насколько излишне вмешивать в отношения людей деяния потусторонних сил, стало понятно по результатам анализа «Повести временных лет». Достаточно хорошо известно, что насилие творить проще под пропагандой мира.

Эти два вышеозначенных примера — убедительное доказательство картины на всей территории Руси. Разросшийся княжеский род вступил не просто в противоречие из-за Киевского стола, доказывая право каждого княжества на статус Великого, тем самым ставя их перед угрозой полного обособления. Отсутствие единства — основной фактор, приведший к последовавшему затем игу. Русь в любом случае не смогла бы устоять перед нашествием орд Батыя, но это уже рассуждение о другом — каких потерь оно могло стоить завоевателю.

Понимание истории всегда чему-то учит. Раздор князей Руси демонстрирует, насколько опасно вести братоубийственную войну, отстаивая потребности текущего дня. Более того, монгольская тактика не строилась только на нападении большим количеством войск — перед этим велась разведывательная работа, направленная как раз на рост раздоров. Чем сильнее измотает себя будущий соперник, тем легче его будет покорить. Летописи не говорят, какую роль в междоусобицах сыграли монголы, поэтому эта важная особенность остаётся неучтённой.

Худой мир всегда лучше доброй ссоры — гласит пословица. Стараясь взять всё, рискуешь всё потерять — обратная сторона той же самой пословицы. Непоправимое некогда уже случилось, каким бы положительным оно не воспринималось теперь. Усиления противоречий могло не быть, чтобы говорить о том, что иго способствовало объединению народа перед всеобщим несчастьем. Ежели беда насаждалась специально, то о каких тогда выводах допустимо рассуждать? Желая власти, русские князья вели войны, не понимая, насколько их поведение кем-то предусмотрительно побуждалось.

Времена меняются — человек остаётся прежним. Обстоятельства не те и противники иные. Однако, успешные методы борьбы продолжают воплощаться тем же самым способом. Сперва вносится разлад, позже пожинаются плоды. Необязательно этого достигать путём расстройства внутренних дел, допустимо привнести раздор со стороны. И когда противник ослабнет — его не станет.

» Read more

Житие Авраамия Смоленского (начало XIII века)

Житие Авраамия Смоленского

О стремлении к калечению стоит говорить прежде, как о язве застаревшей нынешнего дня. Приняв смерть мученическую, подал Христос пример подвига. За других страдая, он побудил других к страданию за него. Правильно ли, страдать за страдания, выстраданные тебя ради? У христиан считалось делом богоугодным. Умирали они, ища в повторении подвига Христа личное спасение. Лютой смерти желали, дабы сильнее страдать. А кто жил, тот истязал себя, во всём ограничивая и боль телу причиняя. Истязал себя и угодник божий Авраамий, тринадцатое дитя богобоязненных родителей.

Желали сына благочестивые муж и жена. Двенадцать дочерей родилось, а сына не было. И родился сын, им на радость. И стал он, как подрос, нищенствовать, вести себя подобно юродивому, отошёл на пять поприщ от Смоленска и постригся в монахи. С той поры читал и переписывал он книги божии, постился в пример братии, телесным мукам радуясь. Боролся Авраамий и с дьявола наваждениями, червя-сердцеточца изгоняя.

По памяти Авраамий книги божьи людям читал. Понимали его люди и благодарными были. Не дремали силы адовы, в души слабых верой проникая. Возводилась хула на блаженного, видно из зависти. То принимал Авраамий должным образом — посланным свыше ему испытанием. Радость владела им, возможность имеющим страдать, как Христос страдал, хулимый завистниками. Чем более оговаривали, тем сильнее радовался он.

Не боялся Авраамий мук дарованных, одолев сатану ночью, утром был победителем. Да не имелось в Смоленске разумного, всяк глумился над юродивым. Один Ефрем, его видевший, о нём Житие после сложивший, принимал Авраамия за светильника, путь к сердцам людей через тьму пробивающим. Отворилась душа Ефрема, как отворяются окна в час просветления. Принял Ефрем старания блаженного, им потворствуя.

Что было плохо, то вело к хорошему. Заставляли умолкнуть Авраамия, он замолкал, ибо испытание. Говорили икону писать, он писал, ибо испытание. Собирались от веры отлучить, он радовался, ибо и это испытание. Всё выдерживал Авраамий, от жизни желавший трудностей.

И нам, потомкам Авраамия из града Смоленского, урок то, как думать полагается. Не искать спасение в миру, не иметь спокойствия в быту и не перекладывать на чужие плечи заботу за свою судьбу. Человеку страдать полагается, ибо живёт он испытания тела и духа ради, а не прочего, ему мнимо потребного. Но не стоит буквально принимать образ Авраамия, надо понимать — был он юродивым. И искал он спасение в крайностях. Не надо вредить себе, как Авраамий вредил, лишь принимать должное требуется под видом испытания, кое выдержать надобно.

Плохо каждому, и каждый о том думает, и каждый желает хорошего, не понимая, что хорошее на чужом горе зиждется. Так не лучше ли самому принять горе чужое, позволяя кому-то иметь то хорошее? Иначе не получается. Когда ищешь хорошего, плохое делаешь, а стараясь с плохим свыкнуться, создаёшь тем хорошее. Не для себя, но другие хорошим пользуются. И они, от хорошей жизни своей, на тебя хулу возводят и напраслину. Так зачем же среди них быть, если не самому хулу и напраслину на страдающих возводить? Тогда возопиют прочие, к хорошему стремящиеся, пожелав скинуть хулу с себя, напраслину возведя в ответ. И не будет тогда спасения, и будут страдающие, и будет Судный день, и воздастся всем, ибо все будут повинны в прегрешениях, и не обрести никому тогда рая посмертного.

» Read more

1 2 3 14