Андрей Геласимов “Степные боги” (2008)

Особенности национальной охоты возвращаются: пьяный русский народ, в своём слитом с природой состоянии, внимает мудрости восточного человека. Химера! Такое возможно. Особенно на пике увлечённости японской культурой: кругом японская анимация и японские общепиты. Почему бы не оттолкнуться от этого, взяв за основу историю рода одного японца, органически переплетя её с реалиями глухой сибирской деревни времён второй Мировой войны? Геласимов так и поступает, делая деревню сборником стереотипов. Но! Коли Геласимов писатель, а перефразируя на японский манер – писака; да не простой писатель, поскольку его стиль тяготеет к обильному использованию в тексте обширной энциклопедической информации, перемешанной с сумбурным изложением, то само собой сознание автора разливается безудержным потоком, не разбирающим важности тех или иных отклонений от сюжета, что заставляет воображение читателя изрядно напрягаться, если отсутствует желание потерять нить повествования.

Стереотипы – это не всегда хорошо. Русская деревня не обязательно должна быть наполнена вечно пьяными жителями, ведущими лёгкий образ жизни, буквально гуляющими в любом удобном для них месте. Разгуляевка – реально существующая деревня в Красноярском крае, совсем рядом с Ачинском, чуть поодаль от Красноярска, примерно располагаясь на равном удалении от Оби и Ангары. Геласимов не мог этого не знать, если, конечно, он не использовал именно эту деревню, описывая происходившие на её территории события. Для него важнее был антураж, хотя читатель никогда не заподозрит тяжёлое для местного населения время. Война гремит слишком далеко, чтобы о ней реально вспоминать. Об этом задумывается только мальчик, вокруг которого изначально развивается повествование, да японец, что основывается уже не на бурной фантазии, а на личных переживаниях.

Русская деревня – не только пьяные жители, но и мат-перемат в любое время. Геласимов активно прибегает к ненормативной лексике, превращая повествование в постоянное сквернословие, нисколько не заботясь о глазах читателя. Именно такая культура в деревнях, ничего с этим не поделаешь. Ведь тем советская деревня от российской и отличается, что наполнена тунеядцами. А может и не отличается, имея стопроцентное сходство. Может для Геласимова такое положение дел – личные детские воспоминания. Ясно одно – для подвижных ребят брань и суровые выпады взрослых не являются действительно важными. Со страниц мат не вытравишь, каким бы он не являлся средством выражения. Будем считать, что Геласимов общался с современниками тех лет, и те от него ничего не скрывали, а действительность не приукрашивали.

“Степные боги” не зря отнесены мной к потоку сознания. Разбей Геласимов повествования на несколько отдельных повестей, тогда текст мог смотреться самобытно, но под единой обложкой всё выглядит просто дико. Будни мальчика прерываются дневниковыми записями японца, желающим сохранить сведения о своей семье. Именно дневник ломает восприятие книги, становясь инородной частью. Геласимов зачем-то рассказывает читателю о быте японцев, их традициях и истории, будто кто-то другой взялся помочь автору, настолько стиль становится лаконичным и последовательным, отходя от бранной речи к высокому слогу. Напиши Геласимов так всю книгу – ему бы не было цены. Однако, такого не случилось. Геласимов писал по воле вдохновения, не возвращаясь назад. Как после такого подхода относиться к расхлябанным русским, проигрывающим перед образами морально идеальных японцев?

Геласимов-писатель становится Геласимовым-писакой каждый раз, стоит ему вернуться в реалии русской деревни. Казалось бы, писака – слово оскорбительное, но в случае Геласимова оно приобретает собственное значение, исконно русское. Откуда столько сбивчивости при возвращении на родную землю? Творческие метания или неопределённость тому могут быть виной. Не получается у Геласимова выстроить ровное повествование, когда дело касается жителей Разгуляевки. Совершенства не существует. Однако, дневник японца говорит об обратном. Вот и возникают перед читателем образы охотников, идущих по стопам за сэнсэем, засевшим в голове одного из них.

Малую форму Геласимов не смог в должном объёме снабдить логической выдержкой. Будто сошлись в Сибири в вечной борьбе казаки и японцы за право обладать читинским золотом. Порубленный на куску сумбур, пошлый антураж и похабные частушки.

Дополнительные метки: геласимов степные боги критика, геласимов степные боги анализ, геласимов степные боги отзывы, геласимов степные боги рецензия, геласимов степные боги книга

Данное произведение вы можете приобрести в следующих интернет-магазинах:

Лабиринт | ЛитРес | Эксмо | Ozon | Read | My-shop

Это тоже может вас заинтересовать:
Десять историй о любви
“Смерть Ахиллеса” Бориса Акунина
“Запрудское” Алексея Ряскина

5 comments

  • Да уж, советская деревня очень отличается от современной. Если раньше в деревнях работали, деревни крепли и развивались, то сейчас все уходит в упадок. Страшно проезжать мимо этих деревень. Вот от безысходности люди пьют и матерятся. Кто “поумнее” уезжают в города. Но не у всех есть такая возможность.
    Прочитав анонс этой книги, не возникло желание ее читать, особенно из-за мата. Но если попадется на глаза, возможно и прочитаю, просто из любопытства.

  • Впервые попала на ваш сайт, и “пролистав” несколько страниц – отправила его в закладки. Очень много информации, так, что теперь я частый гость у вас.

  • Согласен с Таисией… Если только в деревне не развивается фермерское хозяйство, то деревня пустеет…
    А вот читать книгу с описанием пьянок и матов уж точно не стану. Литература, на мой взгляд, всё-же должна оставаться литературой. Не даром-же существует понятие – литературный язык. А пошлости и без того в жизни хватает…

  • Читала другую книгу Геласимова – мне понравилось и все собираюсь почитать что-нибудь еще. Но твоя рецензия как-то не очень вдохновляет.

  • Пожалуй, читать подобное творение я не буду. Вообще, конечно, о деревне читать что-то после Белова, Абрамова, Распутина… Иногда попадается у современных авторов эдакие описания “деревенской жизни”, основанные в лучшем случае на летних визитах в детстве “к бабушке”. Извините, кроме “ржача”, подобная “литература” ничего вызвать не может.
    Ну, а мат… Если ничем автор выделиться не способен, так хоть этим старается. Это – как современные “геи”. Тех, видимо, не столько сам “процесс” увлекает, сколько то, что это модно. И очень “прогрессивно” ;-)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *