Category Archives: Фантастика/Фэнтези

Сергей Лукьяненко “Фальшивые зеркала” (1998)

Лукьяненко Фальшивые зеркала

Цикл “Лабиринт отражений” | Книга №2

Продолжать историю о Диптауне Лукьяненко решил следующим образом. Он взял фактическое осознание необходимости людей присутствовать в виртуальной реальности. Но важная особенность оказалась проигнорирована. Получилось, что нельзя насытиться виртуальными продуктами. Тогда как следовало развить мысль глубже, показав способность человечества научиться отвлекаться от реального мира, полностью вытесняя его иллюзорным. И это не фантастика. Таковой она не казалась уже в Золотой век американских классиков сего жанра, творивших в шестидесятые годы. Лукьяненко к тому не стремился, он отталкивался от текущего положения дел, формируя представление за счёт кажущегося ему наиболее похожим на правду. И так случилось, что появилось виртуальное оружие, с помощью которого можно убить настоящего человека.

Предстоит разобраться, действительно ли такое возможно. В форме традиционного квеста, главный герой отправится по локациям, будет беседовать с разными локальными персонажами и продвигаться дальше, периодически возвращаясь за дополнительными разъяснениями. Особо выделится локация Лабиринт смерти, должная быть пройдённой от начала до конца. Предположение подтвердится – убивать действительно можно. Потому читателю нужно запомнить – погружение в гипноз может привести к фатальным последствиям.

Впрочем, виртуальность реальность Диптауна – не имеет действительного отношения к виртуальности. Лукьяненко так захотел считать и в том убедил читателя. Как и измыслил для ряда избранных людей послабление, допускающее выход из виртуального пространства в любой момент. Сказка оказалась былью на страницах произведения, поэтому приходится верить написанному, не стараясь возражать. Ежели так захотел автор, так тому и быть.

Сомнительное удовольствие работать грузчиком, ещё и виртуальным. Сергей посчитал такое вполне допустимым. Добавил он в сюжет и пикантности, лишив виртуальные личины половых признаков. В той же мере сомнительна потребность заходить в виртуальный бар. Впрочем, где же ещё, как не в баре получать важную информацию? Чаще всего герои компьютерных миров останавливаются в местах, таковым подобных. Там-то и узнает главный герой о произошедшем убийстве.

Завяжется действие, станут придумываться герои. Но всё настолько сумбурно и ни к чему не обязывает, что не станешь задумываться, какой толк получится извлечь из прочитанного. Ведь речь о Сергее Лукьяненко! Писателе-философе, смевшем в прежних произведениях задаваться вопросами бытия. Только то было раньше, когда произведения не писались столь быстро. Разве дело, создать “Фальшивые зеркала” за четыре месяца? Ничего хорошего не могло получиться, поскольку мысль не успевала формироваться, заставляя автора дополнять действие за счёт умения писать беллетристику.

Тут и помог Сергею Лабиринт смерти – локация без явного назначения, прохождение которой позволило довести объём произведения до требуемого. Читатель, предпочитающий действие, всё равно не заметит, удовольствовавшись имеющимся. Главный герой выполнит поставленные цели, остальное никого не должно интересовать. Пусть финал заранее понятен, зато в актив добавлена ещё одна книга. И даже некие критики возьмутся её серьёзно разбирать, хотя то не будет интересно, как самому Лукьяненко, так и читателям. Всем хватит оригинального произведения, не прибегая к использованию трудов о поиске отсутствующего смысла.

Остаётся надеяться, что когда-нибудь виртуальность поможет человечеству забыть, какими люди изначально являлись. Получится рассчитываться виртуальными деньгами, виртуальной едой можно будет насыщать организм, даже виртуальная половая связь приведёт к рождению настоящего человека. Возможности получатся действительно неограниченными, в том числе появится шанс обрести вечную жизнь, научившись существовать в качестве сугубо виртуальной личности. Об этом ещё предстоит написать, и Лукьяненко вполне может проявить к этой идее интерес, вспомнив о необходимости понимания окружающей человека действительности.

» Read more

Лена Элтанг “Каменные клёны” (2008)

Элтанг Каменные клёны

Литература учит мыслить, если она к тому не стремится – такое не следует называть литературой. Не спасёт положение желание видеть витиеватую словесность, если демонстрируется умение строить предложение из слов. Время внесло коррективы в понимание необходимости создавать художественные произведения. Литература в редкие моменты даёт право на размышления другим, показывая стремление писателей убедить окружающих в собственной на то способности. Теперь литература учит мыслить человека, её создающего, но даруя отупение внимающим таким творческим изысканиям, поскольку важно понять мнение творца, а не соотнести текст произведения с действительностью.

Лена Элтанг взялась совместить под одной обложкой культуры разных народов. Такое трудно осуществимо в эру стремления человека к разобщённости, когда люди отвергают космополитизм и закрываются от мира в стенах определённых социумов, ограничивающих ход мысли. Нет единого человечества, если его допустимо воспринимать не целой частью, а раздробленным на множество частиц, каждая из которых заявляет о праве на самоопределение. У Лены действие наоборот скрепляет людей, того явно не желающих. Не получится совместить мифологии разных народов, поскольку это будет выглядеть мало похожим на правду. Только это не мешает авторскому праву создать личное видение настоящего, тем не дозволяя читателю логически рассуждать.

Есть существенная поправка. “Каменные клёны” не о нашем мире. Элтанг ведёт повествование от лица ведьмы и прочих связанных с нею лиц. События развиваются в окрестностях Уэльса, а содержание произведения построено в форме письменных посланий читающему. Но поправка практически незримая, учитывая полное сходство представленного мира с настоящим, за исключением вольных фантазий. Что же за ведьма – спросит читатель – которая не уверена в своём ведьмовстве и вся её сила заключается в умении избавлять от головной боли? Мифология всё равно остаётся заимствованной, как не увязывай сущее с деревом-вселенной Иггдрасиль.

Увязывать представления людей не получится. Не будут вместе существовать скандинавские и греческие боги, когда всерьёз обсуждается измышленный Данте ад. Нужно принимать определённое, проводя между мифологическими представлениями о бытии чёткие границы. Допустимо видеть преемственность, понимая заимствование верований, неизбежно проистекающих из общих древнейших представлений о сверхъестественных силах. Но нельзя согласиться на совместное существование ушедшего в прошлое и существующего теперь.

Содержание “Каменных клёнов” дополняется травником, толком ничего не объясняющим. Даётся в меру красивое описание для возбуждения воображения, резко обрываясь, дабы через некоторое время дать информацию о новом элементе. Есть в тексте и обыкновенная жизнь, никак с миром ведьм не связанная, вроде комплекса молодого человека из-за старческого возраста матери.

Не требовалось допускать рассуждений, сказанных выше. Лена Элтанг написала произведение не в духе модернизма, а сочинила ещё одно фэнтези, на тексте которого могут базироваться придумываемые писателями миры. Объяснять подобное не имеет смысла, учитывая особенности фэнтези как литературного жанра. Автор волен придумывать, лишь бы не выходил далее понимания людей, должных знакомиться с его трудом. И, судя по тексту, аудитория у произведения подростковая. Это определяется по действующим лицам и по смысловому наполнению, должному пробуждать фантазии, никак не влияя на развитие способности к мышлению. Ежели кто решится задуматься, то он взглянет на “Каменные клёны” аналогично тут сказанному, справедливо сперва возмутившись и в итоге махнув рукой: чего только не пишут, имея желание высказаться.

Литературный труд Лены Элтанг проходит перед глазами, словно его не было. Он не останется в памяти, стираясь сразу по мере чтения. Но кому-то понравится. Всё зависит от возраста и от желания воспринимать чужие фантазии.

» Read more

Владимир Торин “Тантамареска” (2017)

Торин Тантамареска

… и Торин срезался. Пошёл по проторенному пути, споткнулся и, видимо, больно ушибся, ежели ладная “Амальгама” перешла в мир сновидений с ожиданием приближающегося Апокалипсиса. Картинка подменила собой всю суть требовавшегося от сюжета отражения бытия. Уже не зеркала позволяют управлять миром, то делают человеческие души, пробуждающиеся по ночам. Те души есть гипербореи, которые есть инопланетный разум, потерпевший крушение на Земле задолго до появления на планете разумной жизни. Люди для сих созданий являются тантамаресками, позволяя им проживать за них вторую жизнь.

Путешествия во времени не исчезли, но они уже не так важны. Всё прежнее можно забыть, Торин основательно извратил прежде казавшийся идеальным мир. Если будет продолжать в том же духе, заставит отказаться от чтения его произведений вообще. Понятно, читатель желает видеть продолжение. Но читатель желает и новых интересных самобытных историй. Повергать во прах до того рассказанное было неправильным. Впрочем, сериальная литература не оглядывается назад, легко забывая, о чём говорилось в повествовании прежде.

Подумать только, с первых страниц приходится наблюдать за погоней. Убегает девушка от вооружённых монахов. Сия девушка, как потом окажется, способна остановить взвод лучших бойцов, неся всем покусившимся на неё смерть. Такую девушку никто не сможет остановить, потому как так будет требоваться. Но отчего-то она постоянно бежит, выполняя порученное задание Совета Десяти. Сперва приятно наблюдать, если не задумываться наперёд. И лучше не задумываться, Торин обязательно успеет наскучить однообразностью поступков действующих лиц.

Прежде такого не было заметно, в “Тантамареске” Владимир обратил рассказываемую историю в бульварное чтиво. Персонажи довольно грубы, высказывая крепкие выражения без особой на то надобности. Торин никак не может уравновесить сцены, растягивая их неуместными разговорами. Читателю ещё до беседы понятно, чем она завершится. Так для чего требовалась экспрессия? Если книга будет экранизирована, сценарист на свой лад всё равно переиначит диалоги.

Не стоит говорить о китайской философии, спонтанно возникшей на страницах. Как известно, данная философия ещё до рождения Иисуса Христа зашла в тупик, обратив в ничто прежние измышления, после чего необходимость мудрствовать сошла на нет, так как всему есть место во Вселенной, достаточно о том подумать. Собственно, Торин предположил возможность проникать в человеческие сны. Люди успешно работают над этим и скоро уподобятся хазарам Милорада Павича. Одно препятствие возникает на пути – гипербореи против вмешательства в занимаемое ими пространство.

Зачем-то Торин дополняет произведение идеей любви. Будто бы инопланетный разум желает оной одарить людей. Чего только не делалось. Опять же, Иисус Христос был адептом их воли. И даже Мухаммед (по уверению Владимира). Теперь всему предстоит оказаться быть уничтоженным. Сможет ли человечество предотвратить Апокалипсис? Торин даст ответ.

В “Амальгаме” было доверие к происходящему. В “Тантамареске”, увы, нет. Владимир перешёл грань, допустив излишнее количество сомнительной информации. Осуждать за то его не стоит, потому как сомнительно, чтобы он по своей воле сел за написание продолжения. Таков рынок художественной литературы, мало задумывающийся о действительной необходимости создания проходных произведений, как бы они написаны не были. Есть опасение, что Торин повторит судьбу Сидни Шелдона: приятного для первого чтения писателя, но всё более отвратительного при знакомстве с его следующими работами.

Всё оценивается в общем, без выделения конкретных эпизодов. Местами слог Владимира в прежней мере хорош. Будь почва удобрена качественным продуктом, вместо предложенного на самом деле, уже сейчас можно было бы сказать о рождении знакового для российской прозы писателя. Кажется, придётся с этим подождать.

» Read more

Сергей Лукьяненко “Тени снов” (1998)

Лукьяненко Тени снов

Цикл “Линия грёз” | Книга №3

Где искать надежду, когда ничего уже не сможет помочь? Человек обычно обращается к Богу, надеясь на сверхъестественное разрешение затруднений. Фантасты иначе смотрят на данную проблему, предлагая нестандартные решения. Более разумным оказывается вариант с привлечением до того игнорируемых сил. Достаточно вспомнить, кто позволил землянам одолеть инопланетян в “Войне миров”. Вернее, не помог, а самостоятельно озаботился спасением планеты. В аналогичной ситуации оказались герои произведения “Тени снов”, вынужденные испытать агрессию космических обитателей, чья сила способна стереть в пыль любой мешающий им объект.

Суть ситуации такова. Галактическую империю сотрясала гражданская война, в которой участвовали инопланетные силы. Сейчас боевых действий нет, все живёт в мире и покое. Остался единственный нерешённый момент, связанный с коллизией времени. Из гиперпространства вышел корабль, не знающий о текущей политической обстановке. Вскоре ожидается высадка десанта. Противостоять нападению население планеты не сможет. Его задача – задержать противника до прибытия подкрепления. Каждый понимает – в живых никто не останется. В такой ситуации допустимы разные действия. Лукьяненко проявил строгость и не позволил людям покидать планету. Они обязаны вооружиться и дать бой, иначе инопланетяне без помех возведут базу, и выбить их уже не получится. С желанием автора читатель не может спорить, посему придётся наблюдать за развитием событий.

Для живости интереса в число действующих лиц включены: местный житель, его друг, проходящий военную службу на планете, участники космической регаты, раса автохтонов и прочие люди, чьё присутствие должно веселить и печалить. Исходя из малого набора героев и короткого объёма текста, Лукьяненко избежал расползания мыслью по древу, задействовав в сюжете основные человеческие чувства, начиная от дружбы и заканчивая предательством. Если читатель не испытает спектр разнообразных эмоций, значит он поверхностно прошёлся по предложенной его вниманию истории.

Отсталая планета, гиблый мир, край Вселенной. Разве за это стоит умирать? Никаких ресурсов извлечь нельзя, кроме розовых жемчужин, рождаемых автохтонами. Человечество взялось отстаивать место, которое требуется оставить. Планета важна лишь из-за кислорода в её атмосфере. Местный патриотизм дополняется необходимостью думать о процветании империи. Позже читатель поймёт, насколько жертвы человечества окажутся напрасными, потому как нет такого мира, где человек может представлять больше, нежели он есть.

Объяснить всё нельзя. Задаваясь глобальным, Лукьяненко в прежней мере ограничивается созданием общего представления о ситуации. Погибая, люди думают, будто спасают тем мир от разрушения. Либо умирают, не дождавшись разрешения ситуации. В назидание желанию спасать, Сергей показал, какие силы задействует природа, стоит возникнуть необходимости уберечь от опасности. Может стоило взглянуть иначе? Вторжение инопланетян – попытка планеты очиститься от присутствия людей. Только обезлюдев, она запустила механизмы спасения, избавившись и от прилетевших извне разрушителей.

Обитаемый мир до той поры обитаем, покуда это не противоречит здравому смыслу. Стоит перейти грань разумности, как запускаются механизмы, грозящие прекращением существования. Давайте усвоим урок Сергея Лукьяненко! Покуда человек будет думать, что он влияет на происходящее, до той поры он не избавится от заблуждения, будто от его действий нечто может зависеть. Как создание, ищущее спасение в мольбах, смеет наделять себя способностью вершить судьбами и управлять материей? Человек нужен природе, пока в нём есть некая нужная для того необходимость. В случае произведения “Тени снов” человечество требовалось для поддержания жизни в автохтонах: для сохранения ими умения активировать способности эмпатов. Для схожей цели люди существуют на Земле, давая возможность существовать внутри себя микроорганизмам.

» Read more

Сергей Лукьяненко “Императоры иллюзий” (1995)

Лукьяненко Императоры иллюзий

Цикл “Линия грёз” | Книга №2

Поиски Бога во Вселенной продолжаются. Ясно следующее: Высшее существо является центральной точкой мироздания, окружающее пространство подвержено всевозможным искажениям, одновременно могут уживаться отличные друг от друга точки зрения на реальность, понятная человеку обыденность в действительности является кем-то ему навязанной, нет и не может быть точного толкования бытия, мнение каждого имеет право на существование. Почему бы не даровать всем людям возможность реализации личной виртуальности? Не на программном уровне, а делегируя божественные полномочия. Некогда обретшие бессмертие с помощью Линии грёз, люди близки к новому свершению – индивидуальному подходу к построению собственных миров.

Лукьяненко взялся разрушить понимание Вселенной, дабы предоставить действующим лицам шанс на лучшую жизнь. Зачем человеку бессмертие, если он не контролирует доставшуюся ему реальность? Вместо подчинения императору, он может почувствовать власть создателя всего сущего. Нечто подобное встречалось в фантастике и раньше, когда реальность подвергалась искажениям, полностью подстраиваясь под желания определённого человека. Достаточно вспомнить Корвина из “Хроник Амбера”, нашедшего ту самую Землю, знакомую каждому из нас. Теперь люди, благодаря Лукьяненко, получили право на аналогичное действие. Практически параллельная реальность, но в рамках единой Вселенной.

Сергей разложил настоящее на слои, отказавшись от плоского восприятия сущего. Он не стал уходить за пределы галактики, нисходить до монад или прорываться через осознаваемую мембрану ограничения распространения материи. Всё проще, но вместе с тем и сложнее. Пусть всякий человек творит близкое ему по духу, находя в том упоение. Плата за такое удовольствие окажется сносной. Человечество должно отказаться от прежнего, полностью уйдя в иллюзорные миры. Как же об этом рассказать?

Занимательная идея не реализуется с тем же азартом. Всему на страницах требуется пошаговость. Действующие лица погрязнут в пустословии. Внутренне понятным останется одно устремление – не допустить разрушения имеющегося варианта жизни. Но как отказаться от бессмертия ради иной уникальной возможности? Проблем излишне много, чтобы их решить с помощью представленного читателю произведения. Начнутся войны и развернутся крупномасштабные методы воздействия, заранее обречённые на поражение противящихся задуманной реформе преображения человеческого социума.

Среди героев произведения оказывается император, уже не гонитель, а гонимый. Он превратится в жертву для экспериментов над ним. Почему рухнули прежние ограничения, сделав властелина мира игрушкой? Ему окажутся навязаны развратные желания, он же вынужден будет защищаться от исходящих от врагов угроз. Только нужна ли императору такая жизнь, когда всё принадлежит ему ещё более иллюзорно, нежели он того желает? Гораздо лучше отвергнуть былое, согласившись выступить на позициях Бога. Затруднение в том, что подобием Бога сможет стать каждый, навсегда обособившись и уйдя из прежде известного мира.

Лукьяненко подводит человечество к величайшему кризису. Отныне нет нужды управлять пространством и временем, становясь властелином вне всяких ограничений. Может ли быть такое реализовано? Ответить весьма затруднительно. Сколько бы не существовало миров, все они всё равно увязаны со связывающей их воедино материей. И данная материя обязательно закончит развитие, подвергнувшись регрессу. Тогда произойдёт катастрофа невероятного масштаба, уничтожив всевозможные иллюзии. Поэтому нужно постараться найти истинного Бога, чем Лукьяненко не забыл озаботиться. Соблюдая разумное понимание бытия, обнаружить Высшее существо оказывается невозможным.

Остаётся наделить действующих лиц функциями пророков. Они знают о том, чего не дано знать большинству живущих. Их словам не получается поверить, но предсказываемое ими неизбежно наступит. Пришла пора выразить собственный интерес: лучше быть Богом или пророком Бога? Быть тем, в кого верят, или тем, кто даёт право верить?

» Read more

Сергей Лукьяненко “Линия грёз” (1995)

Лукьяненко Линия грёз

Цикл “Линия грёз” | Книга №1

Реальность может изменяться. Она должна подвергаться трансформации. Человеку будет достаточно пожелать, чтобы пространство вокруг него преобразилось. Пока такое реализуется с помощью вспомогательных приспособлений, вроде воссоздания виртуальной реальности, погружая людей в подобие иного мира, похожего на настоящий. Однажды достаточно будет пожелать, как всё будет подвластно мечтам. Как в таких обстоятельствах существовать человечеству? О том предстоит ломать голову политикам будущего. Сейчас же достаточно понимать, что появится умелец, способный даровать бессмертие. И когда он придёт, он поможет воплотить главное из человеческих желаний – даст шанс на вечную жизнь.

Не будем говорить, как Лукьяненко измыслил подобное предположение. Он уже обращался к идее способности влиять на происходящее, подстраивая его под личные нужды или создавая экспериментальные площадки для других. В “Линии грёз” все это соединилось в единое представление о действительности. Оказалось, жизнь принадлежит не нам, она плод чьего-то воображения. Таковую мысль никак грамотно не изложишь. Не получилось оговорить детали и у Лукьяненко. Того и не требовалось. Читателю предстоит следить за телохранителем, обязанным доставить на определённую планету сына хозяина технологии по оживлению умерших людей.

Речь не о клонах. Каким образом возрождаются люди – не совсем понятно. Они предварительно считываются, после чего восстанавливаются в данном облике. Предположительно стоит говорить о переносе энергии сквозь космическое пространство к ближайшей точке нового рождения. При этом не страдает память и всё продолжается в прежнем ритме, только в будто бы заново созданной телесной оболочке. Вопросов больше, нежели ответов. Но нет нужды отвечать. Следует считать, что жизнь сохраняется на определённом уровне, а после смерти позволительно вернуться назад. Тело действительно даруется новое, мозг же продолжает помнить о случившемся.

Возрождение не является бесплатным. За него требуется платить. Потому и удивляется главный герой, когда он открыл глаза и осознал своё следующее существование. Очень скоро Лукьяненко рассказывает читателю, для чего это понадобилось. Мало ли избранных приходит в некую Вселенную, дабы пройти путь и стать победителем доступной им реальности. Одним из таковых как раз и стал главный герой. Он пока не знает, как о том не предполагал и сам Лукьяненко. Вообще, чем далее продвигается сюжет, тем более сомнений в понимании авторского замысла, о котором и он сам имел смутное представление.

Сергей исходит не из абы каких побуждений. Ему важно показать понимание присутствия Бога в человеческом сознании. И кто же не Бог, как дарующий жизнь? Он нужен каждому, его требуется подчинить нуждам государства. Ему не может быть нанесён вред, но он самое разыскиваемое лицо империи. На это опирался Лукьяненко, отравляя в путешествие сына такого человека, которого и будет сопровождать главный герой. Конечная цель не представляет существенного интереса, так как она скорее окажется переполненной сумбуром, напрочь ломающим логическое осознание всего имеющего место быть.

Желал ли Лукьяненко продвигать сюжет? Он долго останавливается на сценах, словно не понимая, для чего это понадобится в дальнейшем. Вот главного героя убивает юноша, заставляя претерпевать мучения от осознания скорого наступления неизбежного конца, вот тренировочные файтинги с представителями инопланетных форм жизни, словно предстоит трудиться подобно диверсанту, вот участие в гражданской войне на случайной планете, будто бы имеющей смысл в представленном Сергеем варианте бытия. Основная идея оказалась окружена бутафорией.

Впереди фантазии иного уровня. Окажется, каждый способен воплощать в реальность мечты. Пока это доступно писателям, показывающим нам их умение оживлять, в том числе и кажущееся безнадёжно мёртвым.

» Read more

Александр Горбов “Книга пятничных рассказявок. Красный том” (2017)

Книга пятничных рассказявок Красный том

Нужно уметь себя организовывать. Почему бы не взять пример с Александра Горбова и не создавать каждую пятницу по рассказу? Не может быть такого, чтобы за неделю не возникло идеи, и она не успела дойти до требуемого для её воплощения вида. Писать можно обо всём, без привязки к чему-либо. Сугубо о беспокоящей проблеме, какого бы рода она не была. Если будет похоже на фанфик, то никто от того не пострадает. А если читатель примет рассказанное за анекдот, то тем лучше, ведь плохую историю анекдотом не назовут.

Преобладающая тематика рассказов Горбова – фэнтезийная. Александр сводит в мир драконов, эльфов и гномов проблемы современного ему мира. Как будет выглядеть ипотека на сто пятьдесят лет? Читателю предлагается наглядный пример. А как дракону организовать банк, дабы золото в его пещере прирастало само по себе? Достаточно выпустить бумажный эквивалент, пускай и без каких-либо гарантий, что он эквивалент обозначенной на нём суммы.

С сарказмом Александр смотрит на происходящие в мире события. Почему американцы снимали высадку на Луне в условиях Голливуда, на самом деле её посетив? Может они встретили инопланетян? Или то опять были происки русских? А Гэндальф точно не бывал среди кавказских народов, не ел шашлык и не пил с ними вино? И разве всем известные объекты археологического наследия не возводились в прежние времена для сборищ вроде G20? Фантазия Горбова позволяет другим взглядом оценить встречающиеся в жизни затруднения, находя для них хоть и мало похожий на правду ответ, но всё равно кажущийся близким к настоящему положению дел.

Можно представить, что к Золушке явится не фея-крёстная: её посетит крёстный отец! Умный мужчина знает, как тяжко вскоре придётся королям, ибо полетят их головы от революционных порывов подданных. Так не лучше ли вместо бала отправиться в университет, после найдя умного мужа, составив с ним пару, прославившись на весь мир? Можно представить и побег Ленина из Мавзолея. Какая может быть причина? Допустим, экскурсионная группа из Гаити умеет такое, отчего гражданам данной страны давно пора запретить въезд в Египет.

Популярные в писательской среде персонажи-попаданцы достойны правильного их осмысления. Сваливаются они в неограниченных количествах со своими уникальными способностями на головы жителей иных миров и временных отрезков, что пора бы это как-то отрегулировать. Например, предъявлять завышенные требования, дабы отвадить сразу по прибытии. Пусть в другом месте реализуют свою судьбу.

Тем, кто надеется на лёгкое решение проблем, пользуясь различным чудодейственным инструментарием, Горбов советует крайне простое средство, эффективнее любых магических заклинаний и пространственных коллизий. Желающим купить папоротниковый мёд, Александр аналогично спешит открыть глаза, без лишних объяснений доказывая необходимость думать головой, только потом доверяя чужим словам. Что уж говорить про пользующийся спросом Эскалибур, за который хватается всякий спаситель определённых обстоятельств, уповая будто бы на свыше посланную на его плечи тяжесть по решению чьих-то проблем, когда оный и стоит как-то назвать, то ломом, либо ещё проще – плацебо.

Красным томом “Книга пятничных рассказявок” не ограничивается. Будут тома и иных цветов, когда для того подойдёт срок. Александр продолжает писать рассказы по пятницам, выкладывая их в свободный доступ. Кому желается прочитать, тот легко их найдёт. Сказать же более затруднительно, поскольку автор и без того позволяет читателю проникнуться плодами его дум, для чего нет нужды прибегать к услугам посредника.

» Read more

Диана Уинн Джонс “Ходячий замок” (1986)

Джонс Ходячий замок

Вселенная изменчива: допустимы различные варианты её понимания. Человеческая фантазия стремится преобразовать окружающий мир. Сильно желание людей допустить до каждодневного быта магию. И ведь идёт человек именно к тому, когда технический прогресс отроет скрытую прежде материю, позволив тем осуществление казавшегося невозможным. Пусть произойдёт так, дабы открылись двери в недоступные ныне миры. Не страшно, если этими мирами окажутся их виртуальные имитации. Одной из них может стать вселенная “Ходячего замка”, придуманного Дианой Уинн Джонс. Здесь есть всё, начиная от несправедливо творимого зла, перерастающего в несокрушимую надежду на лучший из возможных исходов бытия.

Представителем человечества на страницах является волшебник Хоул, продолжающий оставаться инфантильным подростком, сумевший воспользоваться дарованными ему возможностями. У него есть комната, внешне принимаемая за передвигающийся замок, слуга, демон, ванная комната и краска для волос. Этого вполне достаточно, чтобы привлекать внимание девушек, поскольку более ничего его не интересует. Только юные представительницы женского пола могут воспринимать Хоула за сердцееда в прямом смысле сего слова в качестве жестоко волшебника, к которому лучше не попадать на обед, где можно оказаться частью вкушаемых им блюд. Но читателю предлагается не история Хоула, а попавшей к нему в замок старухи Софи.

Кто же такая Софи? Это заколдованная девушка, должная было стать хозяйкой шляпной мастерской. Занимаясь сим дело, она изматывала себя, ощущая нежданно нагрянувшую старость. Злясь, Софи грубила клиентам, не удержавшись и при виде статной дамы, на её беду оказавшейся ведьмой. После данной встречи на страницах произведения начинаются злоключения, ведь за грубость девушка оказалась наказанной старостью, о чём она не могла никому рассказать. Пришлось ей покинуть дом, отправившись на поиски спасения. Так она и оказывается в числе обитателей замка Хоула.

Читателю самое время подумать о сказке “Аленький цветочек”, рассказанной иначе. В качестве чудовища представлена Софи, обезображенная заклинанием, ищущая возможность быть расколдованной. Красавцем выступает Хоул, излишне заботящийся о внешнем виде. Ну а цветочком пусть будет огненный демон Кальцифер, жертва обстоятельств, являющийся основным элементом смысла существования всего имеющегося в “Ходячем замке”. Прочее – растягивание сюжета, дабы произведение казалось более объёмным, хотя, сверх ожидаемого быть увиденным, Диана проявила чудеса фантазии, добавив в повествование излишнюю детализацию, вплоть до визита в Уэльс к больной матери Хоула.

В мире магии не может существовать загадок. То, отчего стараются бежать герои произведения, является всем очевидным. Только известное должно храниться в секрете. Если это и обсуждается, то за пределами доступного читательскому вниманию. Знала ли сама Диана, к чему ведёт действующих лиц? Или она придумывала по мере работы над сюжетом? Такое логично предположить, учитывая предисловие, сообщающее читателю желание автора написать книгу о ходячем замке, более не представляя, о чём именно она будет. И причём тут тогда возводимое в абсолют почитание Хоулом регби? Дополнительное вдохновение оказало произведение Марка Твена о человеке, что очнулся в прошлом при дворе короля Артура?

Драматизация представленных Дианой событий ожидает читателя в конце. Прописанный мир создан чрезмерно хрупким, зависимым от каждого действующего лица, чья участь стать жертвой заранее предопределённых обстоятельств. Почти всех настигает кара за ошибки, прежде ими совершённые, осталось испытать оные и Хоулу, чей срок присутствия подходит к концу, ибо вот-вот упадёт последний лепесток с аленького цветочка, означающий крах имевших место надежд.

Человек жаждет многого, не желая для исполнения этого приносить жертвы. Но всем должно быть определено наказание за мечты о большем, когда они осуществляются. Нет нужды добавлять к сказанному более.

» Read more

Кристина Выборнова “Догонялки” (2010)

Выборнова Догонялки

Гимн посредственности, ибо посредственным даётся зелёный свет. Инопланетяне назначили встречу землянам. Были отобраны лучшие представители человечества, оказавшиеся худшими. Единственный человек на борту соответствует ожиданиям – это главная героиня, пятнадцатилетняя девушка. Она изначально воплощает собой среднестатистического жителя планеты. Логично предположить, что в сложивших условиях будущее Земли зависит именно от умения юной героини справляться с неприятностями.

Кто бы знал, какая горящая путёвка светит читателю. С утра он не слышал о творчестве Кристины Выборновой, к обеду познакомился с созданным ей миром, а вечером отправился на космическом корабле к созвездию Рыб. Его вниманию сперва представлена обыденность завтрашнего дня, где самым главным предметом считается история следующих лет. Как же знать о предстоящем, когда оно изменчиво от несчётного количества происшествий? Туманит мозг такая наука. Может потому человечество вскоре погрязнет в представлениях об его ожидающем, тем встав на путь деградации.

Основная часть повествования происходит во время передвижения корабля по просторам Вселенной. Необычно видеть, как капитан не решается взять управление на себя, полагаясь на автопилот, а механик разводит руками, толком не представляя устройство доверенного ему для обслуживания летательного средства. Даже медики не умеют лечить, поскольку привыкли зубрить, не понимая изучаемого ими предмета. Логично предположить, что главной героине придётся разбираться со всем этим самостоятельно, в том числе и оказывать медицинскую помощь людям. Сказка? Отнюдь. Ежели посредственности дать возможность раскрыться, не зажимая рамками системы, то будет совершено такое, отчего жизнь наконец-то примет долгожданный всеми ход.

Собравшийся было именно так и думать, читатель вскоре окажется поставленным перед иным примером. Земляне уже заселили ряд планет, одна из которых возникнет на пути. Кем же стали люди вдали от умных своих представителей? Они одичали, забыв о высоких технологиях. Об оных не знает и главная героиня, лишь воплощая собой стремление довести до нужного состояния ситуацию на отдельно взятом космическом корабле. Не надо заглядывать вперёд, чтобы понять, чем ситуация обернётся, если её не взять под контроль. Кристина это показала весьма наглядно. Но посредственность продолжает управлять, ибо другого выхода у неё нет.

И вот читатель думает об инопланетянах. Может они образумят людей? И снова нет. Экспедицию с Земли встретит раса космических крыс, воплощение посредственности в небывалых для Солнечной системы масштабах. Кристина вводит в повествование критическую точку, сводя в едином месте худших обитателей Вселенной. Крысы ведут самоубийственное существование, уничтожая всё их окружающее и загаживая планету за планетой, надеясь найти тот самый дом, где их образ жизни не станет столь разрушающим. Впрочем, крысы слишком глупы для понимания этого. Мороки с ними на страницах будет через край, отчего назначенная встреча в созвездии Рыб кажется всё менее осуществимой.

Книга Кристины называется “Догонялки”. Объясняется оно следующим образом: корабль землян летит за другим кораблём, а потом происходит обратная ситуация. Все действующие лица понимают, с кем именно они держатся на одинаковом расстоянии. Но сближения всё равно не происходит. Вполне может оказаться, что над землянами проводится эксперимент. Вспоминаются мыши Дугласа Адамса и странники братьев Стругацких. Почему бы и нет. Всему есть место во Вселенной.

Желается одного – иных акцентов. Читатель должен понимать, на какие мысли его желает навести автор. Кристина старательно наполнила повествование деталями, весьма переполнив содержание лишними элементами. Когда ситуация становится ясна, то требовалось вести повествование дальше, вместо чего читатель продолжал внимать ставшему понятным. А если серьёзно, то проблемы рассмотрены на страницах произведения весьма важные. Остаётся надеяться на правильное их понимание.

» Read more

Сергей Лукьяненко, Ник Перумов “Не время для драконов” (1997)

Не время для драконов

И снова параллельный мир. Нет: мир наш, но многоуровневый. С одной стороны живут люди без магии, с другой – с магией, с третьей – с магией и без. В такой ситуации начинаются действия, сочинённые писателями, чей профиль подразумевает задействование фантастических сюжетов. Главный герой вторгнется в иную для себя реальность, примет роль лидера и станет заявлять о праве сильного. И не будет в сей истории морали, кроме идеи, что хорошо там, где нас сейчас нет, и хорошо там, где более интима, нежели в обыденной жизни.

Ещё не настало время для драконов. Мнения разделились. Но драконам быть, как быть и тем, кто будет с ними бороться. И если настало время для пришествия в мир борцов с драконами, значит начнут возрождаться драконы. Так ли это? Как знать. Читателя ждёт больше повествования об ином. Например, основное действующее лицо будет страдать от кризиса среднего возраста, после его поманит за собой девочка-подросток и предоставит ему неведомые способности. Тогда как противные главному герою силы будут переполняться страстями клана Блудливых кошек, ибо они стараются соответствовать данному названию.

Не в том укор авторам, что они используют доступное им умение писать красивые истории. Только не надо писать ради процесса. Это не красит никого из авторов, какими бы они известными не являлись. Всегда нужна идея, желательно уникальная. Таковой Лукьяненко и Перумов читателю не предложили. Они всего лишь рассказали ещё одну историю про попавшего в иной мир человека, где тому многое становится подвластным. Это тешит самолюбие авторов, понимающих, как такой вариант развития событий почти никогда не находит отражения в реальности.

Поэтому нужно говорить о фантазии, продвигающей сюжет вперёд. Да и можно ли говорить, что сюжет продвигается? Действующие лица действительно куда-то идут, переживают происшествия, после чего продолжают движение. И во время остановок ничего толкового не происходит. А если и имеются разговоры, то чаще они об утраченной жизни, к которой возвращаться нет желания. Проще говоря, Лукьяненко и Перумов предлагают читателю искать пути в иные миры, где их возможностям будет доступно больше, нежели они могут иметь в окружающей их реальности.

Нет сомнения, когда-нибудь заготовки писателей-фантастов обретут жизнь. Виртуальная жизнь заменит собою настоящую. Тогда и понадобится всё то, что описано на страницах произведений, подобных этому. Будет и мир без магии, мир с магией и нечто промежуточное. Посему смотреть на “Не время для драконов” надо не с позиции обывателя, а как-то иначе, словно всё это предвосхищает нечто другое, только сообщаемое не в совсем правильном виде.

Мешает полному пониманию сего факта обстоятельство, обязывающее абсолютно всех, уходящих в иные миры, обладать другими способностями, причём уже лишёнными уникальности, так как они станут доступными всем. В том и есть основная претензия к Лукьяненко и Перумову, сделавших обычного человека претендентом на нечто важное. Зачем? Когда чёрно-белый телевизор стал цветным, то разве кто-то продолжил на экране оставаться серым? Получилось так, что окрасился лишь главный герой.

И последнее. Произведение “Не время для драконов” рассчитано на взрослого читателя. Излишне много в тексте сексуальных сцен, действующие лица даже склоняются к употреблению наркотических средств, есть намёки на нечто схожее с педофилией. Надо быть аккуратнее с такой информацией, когда-нибудь она окажется под полным запретом, а вместе с тем и книги, авторы которых позволяли себе вольности. Ладно бы оправдано, но оправдать наличие всего этого в труде Лукьяненко и Перумова ничем нельзя.

» Read more

1 2 3 4 24