Category Archives: История

Милица Нечкина «Грибоедов и декабристы» (1947)

Нечкина Грибоедов и декабристы

Если заниматься анализом текста через определённое представление о должном быть, то получится именно так, как того будешь желать. Был ли связан Грибоедов с декабристами? В том нет сомнений. А был ли Грибоедов сам декабристом? Нельзя исключить такую вероятность. А есть доказательства подобного мнения? Точных сведений не сохранилось, но по предположениям процент допустимости велик. А можно подробнее? Для этого нужно обратиться к труду Нечкиной. Перед рассмотрением вопроса о Грибоедове, аналогичного разбора удостоился Пушкин. Теперь следовало установить, насколько высока вероятность последовавших трагических исходов жизни Грибоедова и Пушкина. Не приложил ли руку к этому царь Николай? Всё возможно. Только, опять же, в рамках предположения.

Нечкина сразу оговорилась — пишет труд на основании интереса к декабристам. Её занимали именно события, приведшие к восстанию на Сенатской площади, и происходившее после. В данном понимании можно рассматривать свидетельства о биографии любого современника тех событий. Кого не возьми, тот так или иначе был причастным к декабристам, мог разделять их мнения, либо им противиться. Даже может сложиться впечатление, будто декабристы настолько широко вели деятельность, что про них ведал каждый в Российской Империи. Так ли было на самом деле? Насколько точно можно предполагать, будто делами молодых людей всерьёз интересуются взрослые? Мало ли какая блажь приходит на ум подрастающему поколению, особенно в возрасте, когда принято идеализировать действительность, сметь ожидать свершения подвижек к мнимому лучшему. А если исследуемый человек был таким же молодым? Тогда он обязан проникнуться духом движения людей, восставших в период междуцарствия. Опять же, быть молодым и симпатизировать идеям сверстников — не связанные друг с другом понятия.

Действительно, Грибоедова рассматривали в качестве лица причастного, его заключали под стражу и опрашивали. Но никаких мер к нему не применили. Не сохранилось и свидетельств, подтверждающих причастность. Что остаётся? Нужно проанализировать тексты произведений. И там Нечкина находит всё для неё требуемое. Опять же, страстно желающий найти искомое — обязательно находит подтверждение правоте мыслей. Разве не является содержание комедии «Горе от ума» явным доказательством? Ведь едва ли не каждая строка служит отражением увлечения Грибоедова воззрениями декабристов. Именно к такому выводу стремилась Нечкина, пристально рассматривая творчество писателя, пытаясь угадать, насколько замысел произведения был подсказан участниками будущего восстания. Пусть не с точной уверенностью, зато с некоторой определённостью выработать мнение о взаимосвязанности одного с другим точно должно получиться.

Допустим, декабристы были против крепостного права. Что можно выяснить из текста «Горе от ума»? Нечкина уверена: Грибоедов стоял на позициях необходимости избавить Россию от крепостничества. Остаётся непонятным, насколько художественное произведение способно служить в качестве инструмента, из которого получается вычленить точку зрения человека, оное написавшего. Неважно, каких позиций придерживаются действующие лица, скорее должные явить для читателя разносторонность мышления, чем побуждать к принятию определённых решений. Как не суди о литературном произведении, оно подвергается трактованию с какой угодно стороны, найди для того соответствующие слова. Нечкина желала увидеть выражение схожести взглядов декабристов и Грибоедова — при её доводах получилось в том убедиться. При этом, сама же Нечкина говорила о неопределённости в суждениях. Допустить она оказывалась способна, и её нить рассуждений должна трактоваться однозначным образом.

Как не строй доказательства, нет явных свидетельств в пользу причастности Грибоедова к декабристам. Он мог находиться в среде будущих революционеров, симпатизировать идеям. Проще будет сказать, что Грибоедов жил и творил рядом с декабристами, как жил и творил тогда каждый современник тех событий.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Борис Мейлах «Ленин и проблемы русской литературы конца XIX и начала XX века» (1945)

Мейлах Ленин и проблемы русской литературы конца XIX и начала XX века

Борис Мейлах, литературовед-пушкинист, в начале публицистической деятельности решил сконцентрироваться на важном труде, за каковой считалась любая статья, касающаяся Ленина. Мейлах брался рассмотреть литературный процесс, обращая на него внимание со стороны точки зрения Ленина, так и в качестве информации, влияющей непосредственно на Ленина. Требовалось установить, как происходило развитие, с какими преградами сталкивалось, как оные преодолевало. Для этого Борис написал несколько монографий, в итоге объединив в виде единой исследовательской работы. В состав сборника вошли следующие исследования: «Ленин и литературное народничество», «Ленин и вопросы культуры и литературы в период революции 1905-1907 гг.», «Литературно-эстетические вопросы в период 1908-1910 гг. и борьба Ленина с философской реакцией», «Статьи Ленина о Льве Толстом (история создания и проблематика)».

С кем следовало сравнить подход Ленина к осмыслению действительности? Может показаться, Ленин сам по себе приходил к выводам, до него мало кому казавшиеся возможными. Это далеко не так. Мейлах посчитал допустимым наглядно доказать, каким образом Ленин находился под впечатлением от литературной деятельности Салтыкова-Щедрина. Недаром ведь этот писатель, жёстко критиковавший современную ему власть, подвергся тщательному анализу советских литературоведов. Но прибегал ли Ленин к использованию аллегории? Может и стал бы, создавай критику в форме художественных произведений. Всё же нужно указать на другую особенность творчества, считал Мейлах, показывая, как Салтыков-Щедрин использовал устоявшиеся образы из литературы прошлых десятилетий, заставляя их жить сегодняшним для писателя днём. Как всё это надо соотносить с исследовательскими работами непосредственно Мейлаха? Тут стоит учесть сложность восприятия в построении текста.

Борис пропитан научным подходом к изложению. Он строит повествование вокруг фактов, цитат и высказываний, создавая тяжёлое полотно, где всё им сообщаемое должно приниматься за подлинное положение вещей. Это будет верным, если, всё приводимое Мейлахом, должно интерпретироваться именно таким образом. Но так как в центр изложения поставлены произведения Ленина, то и выводы нужно делать с пониманием данного обстоятельства. То есть не так важно, как складывалось на самом деле, важнее проследить формирование мысли непосредственно у Ленина.

Мейлах сообщил о призыве Ленина к писателям, обязанным писать литературу для пролетариата. Пора забыть о барстве, как и похоронить прошлый век под забвением. Всё это имело важность вчера, тогда как ныне нужно идти к другому будущему. Особенно это стало ясно после событий 1905 года. Если прежде Ленин был одним из многих, кто формировал критическую массу, теперь он превращался в одно из основных лиц, способное влиять на умы и настроения. Но были и другие деятели, кто претендовал точно на такие же права. Взять хотя бы Дмитрия Мережковского — пророка революции. Однако, Мережковский утонул в символизме, тогда как Ленин призывал к конкретным действиям. Тот же Мережковский не сумеет поддаться на призыв работать во благо пролетариата, а кто сможет — тем дадут место у подножия писательского Олимпа.

Отдельно Мейлах рассмотрел взаимоотношение между Максимом Горьким и Лениным, но более основательно исследовал влияние на Ленина философии Толстого.

В качестве вывода можно вынести суждение, что Ленин постоянно находился в литературной среде. Вся его деятельность — изначально являлась литературной. И понимать Ленина нужно в качестве талантливого публициста. И исследовать его творческое наследие нужно с помощью методов, доступных литературным критикам. Только в Советском Союзе подвергать сомнению идеи Ленина не следовало, особенно рядовым лицам. Да и сможет ли кто заново осмыслить труды Ленина? Кажется, это должно стать делом жизни, иначе не стоит и браться.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Двенадцатый рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть вторая

1709 год — это Полтавская битва. Карл XII желал обрести помощь в лице Турции, может потому и продвигаясь на юг. И ему следовало так поступить, вместо чего он остановился под Полтавой, намереваясь в короткий срок овладеть укреплением. Измотанная после холодной зимы, шведская армия утратила едва ли не половину численного состава, уменьшившись до тридцатитысячного войска. Теперь повинными в бедах следовало считать прочие сопутствующие факторы, так как жители Малороссии не испытывали стремления помогать шведам. Поэтому добывать продовольствие становилось делом затруднительным. Да и десять тысяч казаков, которыми располагал Карл, поддерживать его не собирались. В результате осадных действий армия потеряла ещё порядка пяти тысяч убитыми. И это перед наступающим Петром, чья сила превышала шведскую в два раза.

Полтава сопротивлялась более двух месяцев. Население восприняло необходимость обороняться за обязательное дело, за которое не жалко умереть. Если кто и посмел бы среди них сказать слово против, того могли убить. Но желания бороться мало, нужно, чтобы соперник не смог атаковать. Пусть Полевой смотрит на ситуацию со стороны, доверяя каждому историческому источнику, не стоит исключать, будто так оно и происходило. Всё-таки население Полтавы не превышало четырёх тысяч человек, значит определённую силу они имели, особенно беря во внимание, что штурмующих должно быть всегда многократно больше. У шведов исчез дух борьбы, уставшие и голодные, находясь среди враждебно к ним настроенного населения, не видя надежды на успех, они держались до последнего. Что до Карла, он продолжал принимать участие во всём, практически готовый лично идти на штурм укрепления.

Когда русская армия подошла к Полтаве, всё чаще стали происходить стычки. Необходимость проводить разведывательную деятельность порою сталкивала соперников. В одном из таких разъездов Карл будет ранен в ногу. Полевой рассказал, насколько тяжёлым оказалось ранение. Врачи при шведской армии настаивали на ампутации, только один решил обойтись разрезом. Карл доверился противнику радикальных мер, готовый вытерпеть операцию без обезболивания. Надо принять во внимание, что Полтавская битва к тому моменту ещё не началась. Будучи раненным, Карл не сможет присутствовать рядом с армией, вынужденный принимать решения, лишённый способности быть рядом с происходящим сражением.

Полтавская битва не обошлась без попыток обмануть соперника. Как русские искали возможность отвлечь внимание от основных сил, так и шведы искали способы избегать генерального сражения. Никто из сторон не придерживался тактики внезапного нападения, всему следовало развиваться планомерно. Касательно шведов всё казалось понятным — без хитрости не обойтись. А вот Петру следовало оставаться осторожным в предпринимаемых действиях, так как ему мнилось скорое окончание войны. Ему и не нужна уже была эта война, так как важные для России земли он захватил. Оставалось разрешить польский вопрос, который не заставит себя долго ждать, причём при любом исходе сражения.

Поныне про Полтавскую битву ходят легенды, словно в Петра попало три пули: одна попала в крест на груди. Верить им или нет? Историки считают, что этот момент для внимания лишний. Ежели кому-то хочется думать, якобы подобное могло быть — не станет причиной для осуждения, ведь подлинно точным ничего быть не может, поскольку всегда сомнение торжествует над здравым смыслом.

Остаётся сказать, как покидали поле боя Мазепа и Карл XII. Мазепа, так и не принявший участия в сражении, последовал за Карлом в Турцию. Если Карл продолжит искать поддержку в лице правителя Османской империи, то Мазепа умер от яда в Бендерах.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Одиннадцатый рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть вторая

1708 год оказался богатым на события, и год этот был трудным для всех, омрачившийся последовавшей зимой, считавшейся за невероятно холодную, но это, как и принято обычно думать, помогло России. Карл XII вознамерился лишить соперника продовольственной базы. Не скажешь с точностью, насколько земли Малороссии кормили Россию в том объёме, который был потребен, если исключить иные плодородные территории государства. Но исторический факт таков, что войска Карла продвигались на юг, где на долгое время остановились под Полтавой, тогда небольшим посёлком с крепкими стенами. Карл всячески пытался брать штурмом, никак не умея реализовать замысел. Что до Петра, он шёл следом за Карлом, в пути встретив одну из частей шведской армии, нанеся поражение в столкновении при деревне Лесной. Генеральному сражению ещё предстояло случиться, пока же следовало ожидать громадных потерь, так как Карл сумел собрать войско под сто двадцать тысяч человек. Впрочем, полностью воспользоваться преимуществом не смог, вынужденный рассредоточить войска. Да и зима окажет важное значение, так как ныне считается, будто половина шведской армии погибла от воздействия холода.

Самое время вспомнить про Мазепу. Полевой предпочёл считать гетмана в качестве радетеля за интересы Малороссии, говоря об этом скорее в негативных оттенках. Складывалось так, что Мазепа вновь оказался перед выбором. Он начал сомневаться в способности Петра противостоять Карлу, опасался и разорения, ради которого Карл и шёл на юг. Предстояло делать выбор. Получалось, откажись от Петра и повернись лицом к шведам, они не станут зверствовать, задумаются о возможности предоставить право на частичное сохранение собственного волеизъявления. Иначе, воспротивься Карлу, как, в случае поражения Петра, Малороссия перейдёт под контроль Польши, более не способная вести вольную жизнь. Тех ли казаков Полевой описывал, каковыми они являлись? Или от казацкого духа почти ничего не осталось, кроме осевших на земле малороссиян? Во всяком случае, следовало каким-то образом обелить память о Мазепе, найдя его действиям благородное объяснение.

Мазепа формально перешёл на сторону Швеции. Причём, надо понимать, малороссияне его в том не поддерживали. По сути, Мазепа хотел лучшего для всех, чему остальные противились. Полевой даже фиксирует момент окончательного предательства — двадцать шестое октября. Ещё до конца года он увидит ошибочность поступка, пошлёт Петру письмо с объяснениями, готовый вернуться к прежним отношениям. Пётр ему не ответит, гетманом станет Скоропадский.

Ошибался ли Мазепа? Если верить Полевому, он считал за необходимое добиваться лучшего для Малороссии. Выступать против России не заручившись помощью более сильного государства — бесполезный замысел. Оставаться же безучастным не имелось возможности, обязательно следовало занять определённую позицию. В таком выборе Мазепа ошибся. Он справедливо опасался: победи Карл, быть Малороссии в услужении Польши, а победи Пётр, такая же судьба ждёт в качестве составляющей Российской Империи. Лучшее из допускаемого — широкие полномочия, положение союзника и самостоятельность в принятии решений. Мазепу поддержало меньшинство, поскольку большинство исторически склонялось в сторону России, где важное значение имела расположенность к православной церкви. А ещё будет лучше, если Карл упрочит положение Мазепы, позволив ему возвыситься над Польшей, вероятно даже в качестве короля. Вполне очевидно, Пётр настолько высоко возносить Мазепу не собирался.

Остаётся выработать обыденное для каждого человека заключение: стремясь к лучшему, не можешь знать, насколько правильно поступаешь, предпринимая то или иное действие, в конечном счёте добиваясь желаемого или оказываясь на позиции проигравшего.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Девятый и десятый рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть вторая

Северная война затягивалась, причём затягивалась странным образом. Соперники воевали так, словно не видели друг друга. И почему она стала северной? Тогда как на первых порах воевать приходилось на территориях, расположенных близ Польши, в том числе и внутри данного государства. Непонятным образом повествует и Николай Полевой, снова забывший, кому следует уделять основное внимание. Получалось так, что первое десятилетие войны — преимущественное описание дел Карла XII, тогда как Пётр постоянно находился где-то в стороне, ограничиваясь действиями на малом отрезке шведских владений, тогда как Карл вёл успешные действия на большом участке, смея навязывать собственную волю, нигде не встречая сопротивления. Так, например, он подумывал объявить себя польским королём. И он им почти стал, не прими решения отказаться от власти над поляками, вероятно вступив в противоречие с вольнолюбивой шляхтой. Ведь стань он королём над ними, то никуда из Польши уже не уйдёт, так как поляки вновь устроят смуту и выберут королём кого-то другого. Поэтому Карл рассудил за необходимое обязать шляхту избрать королём Станислава Лещинского, который не был замечен стремлением к политике, скорее предпочитая заниматься наукой.

Собственно, Карл XII не думал о Петре, считая за необходимость разобраться с Польшей, как раз и воспринимаемую им за самого серьёзного участника войны. Пусть Пётр пытался взять Нарву и Дерпт, наконец-то сумев это осуществить, у Карла всё равно имелись другие дела. Мало было отдать корону Лещинскому, следовало убедить поляков в необходимости принять такой выбор. Но в Польше не желали мириться с мнением шведского короля, скорее готовые поддерживать ставленника русского царя — Августа. Таким образом в Польше начиналось брожение. Лишённый королевского титула, Август не оставлял попыток возвращения на трон Польши. Получалось, Карл увязал ещё основательнее, нежели того хотел желать. Гораздо проще было, стань именно он королём Польши, тогда столкнулся бы с тем же сопротивлением шляхты, но имел более основательный подход к подавлению внутренних противоречий. Но не ведал тогда Карл, какие беды его ожидают от столкновений с Петром. Помощь поляков ему могла ещё пригодиться, к чему он продолжал оставаться равнодушным.

Сложно проследить за действиями сторон с 1706 по 1707 год. Наконец стало ясно — придётся останавливать продвижение России вглубь Польши. Войска постоянно передвигались, сталкивались, но особого успеха никому добиться не удавалось. Если кому-то интересен данный период, тот с удовольствием окунётся в приводимую Полевым хронологию. Может возникнет новая мысль, касательно русско-шведских отношений, где пока ещё было непонятно, какой у кого интерес. Да и до сих пор непонятно, к чему мог стремиться Карл XII касательно России, если его взгляд касался Дании, Польши и Саксонии, где Россия становилась нежелательным дополнительным соперником. Может потому Карл до последнего не видел необходимости сдерживать порывы Петра, хотя займись он этим на первых порах, Северная война могла прекратиться гораздо раньше, причём с печальным для России результатом.

В 1707 году Пётр женился на Марте Скавронской, теперь Екатерине. Примерно тогда же он отменил смертную казнь, заменив ссылкой в Сибирь, сделав исключение для убийства и преступления против государства — за эти деяния смертная казнь в прежней мере продолжала применяться. Староверов Пётр обязал носить на одежде цветные козыри.

Что теперь? Противостояние переходило к скоро должному последовать сражению за Полтаву. Силам России и Швеции предстояло сойтись в одном из важнейших сражений Северной войны.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Седьмой и восьмой рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть вторая

Склонялся ли вообще Пётр к войне со Швецией? Да, он желал иметь выход к морю в пределах Ингерманландии. На этом всегда основываются историки, рассказывая о причинах начала Северной войны. Так ли это? Скорее нужно говорить про общее положение, складывавшееся на севере центральной Европы и вообще в странах Скандинавского полуострова. Позиции Швеции, как государства, находившегося между извечных соперников, никогда не были особенно стабильными, постоянно видоизменяясь. Совсем недавно шведы претендовали на овладение Польшей, могли распространить влияние дальше на юг, чего не случилось. Зато теперь, при Карле XII, то казалось наиболее возможным. Влияние оказала и Дания, стремившаяся овладеть Голштинией. Пётр оказался вынужден согласиться на начало войны, к чему и сам склонялся, имея намерение вернуть исконные русские земли. Одного не учёл Пётр, он недооценил Карла XII, бывшего на десять лет его моложе.

Полевой рассказывает про Карла XII так, будто это воинственный конунг прошлого, способный мириться абсолютно со всем, готовый на любые жертвы. С юных лет Карл увлекался тем же, чем и Пётр — военной дисциплиной. Ничего другого не интересовало, кроме постижения сей науки. Карл мог обходиться долгое время без еды, про оную часто забывая, мог спать в полевых условиях (едва ли не на голой земле), отказывался от проявления праздности, пренебрегал вниманием женщин. То есть в Карле можно даже увидеть подобие князя времён зарождения Руси, охочего до военных походов, тогда как до другого не оставалось времени. Всего этого Пётр не учёл, уповая на собственные таланты. Может именно поэтому война со Швецией выйдет затяжной.

Как действовал Карл на первых этапах? Он быстро выбил из числа соперников Данию, затем перенеся взгляд на Польшу, практически спокойно продвигаясь по её пределам, не встречая сопротивления. Что до Петра, он увяз на первых же подступах к Нарве. Тут стоит сказать, что как Пётр недооценивал Карла, так и тот с тем же отношением подошёл к пониманию возможностей России. Не видел Карл за русским государством способности к великим свершениям, из-за чего долгое время не обращал внимания на дела Петра, отчасти правильно поступая, так как Пётр, несмотря на имевшиеся силы, никак не мог сладить со шведскими крепостями. Полевой это отнёс и на счёт очевидных потерь, уже умерли Гордон, Лефорт и Шеин, — толковых полководцев в России не стало. Но Петру могла сопутствовать удача, оборвись жизнь Карла от пули, поскольку шведский король всегда рвался в бой, получая серьёзные ранения.

В Польше волнения усиливались, тем сильнее, чем ближе Карл подходил к Варшаве. Августу не долго оставалось находиться у власти, его сменит Станислав Лещинский.

Пётр имел успехи, был взят и разграблен Мариенбург. Там же царю приглянулась сирота Марта из польского рода Скавронских, взятая им на попечение, именно ей предстояло стать женой Петра, а в будущем и единоличной императрицей Екатериной Первой. Полевой посчитал нужным сделать оговорку, что прежде Марта уже была замужем за шведским офицером. Оказался захваченным старинный русский город Орешек, он же Нотебург или Нётебург, теперь именуемый Шлиссельбургом. В устье Невы Пётр задумал возвести город, наподобие Амстердама, где до него шведы ещё с XIV века неоднократно возводили поселение Ландскрону, к моменту интереса Петра там стояла крепость Ниен. Так в 1703 году будет заложен город, будущая столица империи, — Санкт-Петербург. Сама Северная война будет длиться ещё восемнадцать лет.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Шестой рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть первая

Возвращение Петра в Россию из заграничного путешествия ознаменовалось началом реформ. Пётр осуществлял то, чего боялись, разрушая старый уклад, вводя небывалые порядки. Впрочем, на Руси уже должны были к этому привыкнуть, так как на всём протяжении истории не случалось такого, чтобы правитель спокойно сходил в могилу, не привнеся новшеств. Если отец Петра — Алексей Тишайший — остался в памяти более по расколу церкви, а старший брат — Фёдор — началом реформаторской деятельности, то даже сумела отличиться сестра Софья, заложившая основы того, чем в будущем будут пользоваться императрицы, особенно Екатерина Великая. Но основательнее прочих к делу преобразований подошёл сам Пётр. Уже ничего не могло остановить его порывов, он сразу принялся рубить бороды, велел одеваться на европейский манер, ввёл новое летоисчисление, при нём рылись многочисленные каналы и возвышались крепости, он же велел провести перепись помещиков. Во многом, и это так, Пётр стремился к преобразованиям, не отказывая в праве на сохранение старых традиций, для чего желающим приходилось вносить соответствующую плату.

Вернёмся ко второму стрелецкому бунту, действительно успевшему ослабнуть. Петру открылись обстоятельства, которых он устрашился. За главного бунтовщика пришлось считать Софью, за подвижников — ближний круг. Зачем это делалось? Видимо, тому быстро находится объяснение, дело в реформаторской деятельности Петра. Если русский царь поддался влиянию западных ценностей, самолично привёл европейские порядки в родной дом, такого правителя следует устранить. Таким образом не останется ничего от России, скорее скорого случится очередной раскол, теперь с уклоном в протестантизм. Никто тогда не ведал, как мыслил Пётр оборвать связи с Европой, взяв всё самое лучшее и современное, да и сам Пётр не предполагал, насколько затянутся его преобразования, которые он сам не сумеет остановить, из-за чего склонность к европейскому приобретёт вид загнивания. Опасения были не напрасными, поэтому нельзя осуждать людей, побуждавших стрельцов совершить бунт. Но история не терпит сослагательных наклонений, поэтому произошедшее следует рассматривать по факту имевшего место быть, поскольку иначе произойти всё равно не могло.

Поныне сохраняются свидетельства о жестокости Петра, будто он проявил особое зверство, когда казнил стрельцов. Убитыми оказалось множество людей, вокруг кремля установили частокол, на каждое из копий которого пригвождали по голове. Полевой не склонен поддерживать данную версию. Казнь коснулась только тысячи человек, и то самых явных бунтовщиков, не поддававшихся возможности к исправлению. Казнил ли Пётр сам… или велел дворянам освоить ремесло палачей? О таком Полевой ничего не сообщил. Но вот о казни Софьи Пётр подумывал, так как негодовал на сестру, в письмах призывавшую к его убийству. И быть Софье возведённой на плаху, не уговори Лефорт Петра остыть, принять более взвешенное решение. Именно поэтому сёстрам была уготована судьба затворниц в монастырях. Такой же участи удостоилась Евдокия Лопухина — жена Петра.

К 1699 году пришлось задуматься о необходимости заключения мира с Турцией. Военные действия тогда приняли совсем вялотекущий вид, сама война длилась с 1686 года, то есть начатая ещё при регентстве Софьи. Мир наконец-то был заключён, что позволило Петру перенести внимание на Швецию.

Из реформ Петра следует дополнительно упомянуть подход царя к ведению дел. Отныне государь самолично читал все прошения, сам их подписывал, чего до него никто из правителей государства не делал. Пётр стремился уничтожить суету вокруг себя, он соглашался принимать людей прямо с улицы, стремясь отказываться от любых форм проведения пышных торжественных мероприятий. Он же формировал рекрутские войска, ввёл единую форму, обязал всех помещиков, без исключения, нести военную службу, ограничивая срок только временем, когда будет позволительно уходить в отставку по состоянию здоровья.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Пятый рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть первая

В пятом рассказе речь пошла про путешествие Петра в Европу. Всего Пётр пробыл за границей полтора года. Главной целью была Голландия, где планировалось обучиться корабельному искусству. Передвигаться он предпочитал под покровом тайны, в редкие моменты объявляя, что именно он является русским царём. Чаще он присутствовал на встречах с монархами под видом человека, находившегося в стороне. Но к нему всегда приковывался взгляд, поскольку Пётр отличался двухметровым ростом. Выехать из России пришлось через шведские владения. Уже тогда к русским относились с подозрением, им не давали спокойно осматривать достопримечательности, поэтому Пётр мог заронить чувство обиды, пообещав себе, что когда-нибудь всё осмотрит без чужой помощи. Затем, минуя Пруссию, добрался до Голландии.

Пётр остановился в городе Саардам (у Полевого — Сардам, ныне — Зандам) в небольшом доме (сам дом и поныне сохраняется властями Нидерландов). Про его нахождение никто из голландцев не знал, кроме лиц, с кем Пётр имел знакомство в России. Но слух быстро распространился, будто русский царь обучается ремеслу плотника, вследствие чего Пётр переехал в Амстердам, опять же тайно, но долго не скрывался, встретившись с королём Англии и штатгальтером Голландии, Зеландии, Утрехта, Гелдерланда и Оверэйсела Вильгельмом Оранским. Именно в Амстердаме Пётр брал уроки у зубного лекаря, там же освоил гражданский алфавит в типографском деле, вследствие чего решил исключить некоторые буквы из славянского алфавита, там же купил арапчёнка Ганнибала (предка поэта Александра Пушкина). Вильгельм предложил Петру посетить Англию, что тот и сделал. В дальнейшем путешествие планировалось через голландские и немецкие земли в Вену, чтобы через Италию добраться до Франции. Однако, дела в России внесли коррективы, так как стрельцы взбунтовались, чему историки дадут прозвание второго стрелецкого бунта.

Ситуация усугублялась и в политическом отношении. В Польше продолжался рост противоречий из-за назначения королём Августа (ставленника Петра). Умер король Швеции Карл XI, которому наследовал пятнадцатилетний Карл XII, вследствие чего Лифляндия и Эстляндия напомнили о своих правах, а Пётр задумал вернуть Карелию и Ингерманландию, некогда утраченные. Снова возникло беспокойство на границей с Турцией. И снова Дания стремилась обернуть в свою пользу ситуацию с владением Голштинией, отделявшей её полуостровные ютландские владения от материка. Продолжать путешествие по Европе Пётр более не мог, ему понадобилось в срочном порядке возвращаться в Россию. Однако, миссия русских не остановилась — поверенные лица продолжили идти по намеченному маршруту, о чём позже донесут до царя подробные сведения.

Кто стоял за восстанием стрельцов? Полевой ссылается на Софью, будто сохранявшую мысль о возвращении к власти. Она писала письма стрельцам, побуждая тех роптать о восстановлении справедливости, поскольку чувствовали несправедливое к ним отношение. Пусть такое чувство им вменила сама Софья, будучи ещё регентом, к времени нового восстания это уже словно не имело отношения. Кроме Софьи участие в бунте приписывают родственникам Петра, в том числе и его жене Евдокии Лопухиной. По правде ли так было, или Пётр под тем подразумевал возможность произвести обновления в стране, остаётся непонятным.

О том, как подавлялось восстание, Полевой сообщает в шестом рассказе. Пока читателю становилось известно о возвращении царя через Польшу. Может и не требовалось столь скорого прибытия, так как восстание толком не смогло развернуться, оставленные для исполнения властных полномочий находили силы для сдерживания. Но возвращение Петра всё-таки требовалось, дабы прекратить слухи, в том числе и о его смерти.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Третий и четвёртый рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть первая

Оказавшись во главе государства, Пётр не ведал, к чему лучше обратить внимание. Он продолжал заниматься тем же, к чему обращался раньше. Охотничьи забавы игнорировал, считая за более важное продолжать находить себя в труде. Но преобразованиям всё равно предстояло произойти. Например, Петра не устраивало, каким образом обстоит дело с ружьями в армии. Чтобы произвести выстрел, требовалось выполнить пятнадцать команд. При такой скорости ни о каких успехах на поле боя говорить не приходится. Пётр нашёл выход, сократив количество команд до трёх, тогда как остальные продолжат подразумеваться и выполняться с полагающейся быстротой. Другое увлечение — найденный Петром английский ботик, побудивший возродиться идее о необходимости добиться выхода к морю.

Английский ботик Пётр быстро восстановил, воспользовавшись помощью человека, его же некогда построившего. Мастера звали Брандтом, был он голландцем. Получив во владение исправленное судно, Пётр успешно на нём плавал, однажды едва не утонув. Корабельное дело показалось настолько важным, что вскоре Пётр и помыслить ни о чём другом не мог, как о желании обзавестись доступом к морю. Но в России нашлось место, где получалось оттачивать навыки судовождения, не обращая внимания на затруднения. Тогда же Пётр использовал голландский флаг для нужд родившегося морского флота, лишь поменяв цвета местами.

К 1696 году Иван умер, Пётр стал единоличным правителем государства. Теперь от него одного зависело, по какому пути пойдёт Россия. Выбор оказался сделан в сторону юга. Именно там располагался Азов, к которому Пётр обратил взор. Многострадальный Азов постоянно переходил из рук в руки, порою без надобности. Достаточно вспомнить Азовское сидение, случившееся в царствование Алексея Тишайшего, когда казаки самовольно взяли крепость, а потом героически её защищали, очень малым числом отражая атаки стотысячного турецкого войска, куда входили и европейские наёмники. Тогда пришлось отказаться, Алексей не имел надобности в тот момент воевать с турками. Теперь Пётр мог жалеть о решении отца, сам при этом думая, как овладеть Азовом.

Полевой подробно расписал для читателя, как действовал Пётр, какие совершались манёвры, насколько тяжело это было делать только с суши, поскольку флотом Россия не могла воспользоваться. Любопытствующий читатель может ознакомиться с самой малой деталью, ежели то представляет для него надобность. Прочий читатель поблагодарит автора, но с сомнением отнесётся к столь подробному описанию событий, усвоить которые он всё равно не сможет.

Помимо выхода к морю, Петру следовало думать о политике. Так уж сложилось, что история государства тесно переплетается с интересами владык Польши. Поэтому Петру следовало озаботиться возможностью обеспечения спокойствия на границах. Для того ему показалось важным заставить панов склониться к выбору благонадёжного для него человека, коему и предстоит стать королём. В дальнейшем Пётр продолжит настаивать на своём праве, тогда как сами поляки не смогут определиться, чего им лучше желать. Трудно полякам поддерживать короля, настроенного симпатизировать России, но и соглашаться видеть королём того, кто окажется пешкой в руках Карла XII, поляки не желали. Впрочем, полякам к тому не привыкать. В середине XVII века они уже испытали давление шведов, едва не омрачившееся полным подчинением. Однако, теперь по их землям снова начнут ходить шведские армии, редко где встречая сопротивление.

Большой войны пока не намечалось. Пётр в течение пяти лет будет решать вопрос с Турцией, успеет он побывать за границей, совершив путешествие в Европу.

Автор: Константин Трунин

» Read more

Николай Полевой «История Петра Великого. Второй рассказ» (1842)

Полевой История Петра Великого Часть первая

Софья не была регентом, она именно правила. Об этом Полевой повёл речь во втором рассказе. И не было в мыслях у Софьи, будто она уступит это право другому. Будь такие мысли в голове, она смогла бы найти управу на Петра, поскольку с ним можно было легко справиться, учитывая юный возраст. Железный характер позволял Софье добиваться любой поставленной цели. Сумев сладить со стрелецким бунтом, она подавляла всех, кто смел противиться её воле. Например, недолго прожил после бунта Хованский, по чьему имени бунт и носит прозвание Хованщины. Хованского умертвили через усекновение головы. Сами стрельцы роптали перед Софьей, согласные отказаться от требований, более не буйствовавшие и пришедшие к смирению.

Во всём Софье следовал успех, особенно в действиях против Польши. Удачно складывались дела и на востоке, в пограничных спорах с Китаем право сильного оставалось за Россией. Единственного не получалось осуществить — не удавалось овладеть Крымом. Сам Полевой склонен считать в том виновным непосредственного руководителя на месте, на плечи которого возлагалась обязанность вести боевые действия, — Василия Голицына. Не имелось даже переменных успехов, так как любая компания под руководством Голицына омрачалась многочисленными потерями. Именно по этой причине к 1789 году Пётр выйдет из терпения, более не согласный терпеть бахвальство человека, не способного добиться самого малого результата. На фоне неудач Голицына возросла ещё одна важная историческая фигура — Иван Мазепа.

Точно неизвестно, кем Мазепа являлся. Существует версия о польском происхождении. Но точно можно говорить про его мировоззрение, Мазепа во всём старался находить выгоду, не брезгуя предательством. Так первым пришлось пасть гетману Самойловичу, несмотря на расположенность к России. Мазепа обустроил всё таким образом, вследствие чего Самойлович оказался в опале. Сам Мазепа стал гетманом, воспользовавшись соизволением Софьи. Примечательно, что в 1789 году он предаст Софью, признав право Петра на власть, как ещё позже предаст Петра, видя в Карле XII возможность сохранить положение.

До второго рассказа Пётр продолжал оставаться в стороне от истории о нём. Полевой не находил слов, чтобы сконцентрироваться на главной фигуре повествования. Но может причина в важности происходивших событий, тогда как сам Пётр занимался не настолько интересными делами. Пусть он имел примечательное действие, воевал с помощью потешных полков, но и только. Не станет ведь Полевой повествовать про особенности проведённых компаний, толком и не зная, как именно складывались дела. Информация вроде такой, будто Пётр попробовал силы на всех позициях, в том числе успел побывать барабанщиком, имеет сомнительное значение. Всё-таки Пётр ещё не раз обожжётся, не умея толком воевать, вследствие чего война со Швецией затянется на несколько десятилетий.

Что до Софьи, она поздно поняла, какую опасность представляет Пётр. Где-то ею был упущен момент, после которого нельзя восстановить утраченные позиции. Успешная игра во внешнюю политику, уверенность в собственной силе, сыграли решающее значение, когда Пётр решил заявить о праве на царство, должное ему быть предоставленным. Полевому оставалось рассказать о заговоре, который могла замыслить Софья, либо обстоятельства складывались против неё, а может то явилось в результате действий Петра. Выходило так, словно Софья собиралась низвести брата, окончательно разобраться в вопросе, кому предстоит продолжать царствовать. Разумеется, заговор будет вовремя раскрыт. Однако, Софья не успокоится, в неподходящий момент интриги вновь пойдут в ход, когда возникнет необходимость побудить стрельцов на второй бунт.

Автор: Константин Трунин

» Read more

1 2 3 44