Tag Archives: литература юго-восточной азии

Чан Вьет «Бархатная роза» (1975)

Чан Вьет Бархатная роза

Война во Вьетнаме просто обязана оставить огромной пласт литературного наследия. В силу ясных причин, знать о том далее Юго-Восточной Азии не представляется возможным. Мало кто знает, что XX век омрачился для региона множеством вооружённых конфликтов, один из которых, прозываемый ныне Второй Индокитайской войной, омрачился прямым вводом войск со стороны Северных Штатов Америки. О героической борьбе преданных делу Хо Ши Мина взялся рассказать Чан Вьет, поведав об отважных диверсантах, готовых расстаться с жизнью, дабы не допустить присутствия гидры на своей земле.

Чан Вьет верен идеалам социалистических представлений о мироустройстве. Ему противен капитализм и представляющие его интересы люди. Человеку не должна быть присуща вседозволенность, чем так похвалялись американцы во Вьетнаме. Они хотели бомбить и бомбили, желали вьетнамских женщин и владели ими, предпочитали казнить коммунистов и казнили. Разве такое поведение не могло возмутить население Вьетнама? Да не будь люди коммунистами, им всё равно идти по пути социалистического развития государства, ежели они не желают перенимать образ жизни американцев.

К моменту начала произведения «Бархатная роза» погибло двадцать пять тысяч американских солдат. Сокращению численности военного присутствия, помимо прямого столкновения, способствуют диверсанты, уничтожающие силы противника на занимаемой им территории. Сейчас бы таких людей назвали террористами, придавая происходившему политический подтекст. Верно ли такое переосмысление ведения войны? Не будем судить. Результат от наносимого ущерба почти равнозначен.

Чан Вьет погружает читателя внутрь группы людей, желающих убивать американцев. Они кажутся сторонниками режима правительства Южного Вьетнама, но всеми помыслами и душой принадлежат Вьетнаму Северному. Автор наглядно объясняет почему. Может он не до конца правдив, либо искренне верит своим словам, только и читатель проникнется убеждениями тех, чья жизнь подвергалась беззастенчивому влиянию издевающихся над вьетнамцами людей.

Нелегка судьба Вьетнама. Десять лет страна провела в гражданской войне, прежде введения американских войск. Стали происходить казни безвинных людей, чьё нарушение — доброе отношение к людям. Приезжие с Запада физически и морально насиловали местных женщин, которые после перенесённого позора предпочитали себя убивать. Зрел гнев внутри вьетнамцев, решительно восстававших после таких событий. Ряды диверсантов пополняют как раз те, кто видел смерти родственников, друзей и просто хороших людей. Теперь и они, не являясь коммунистами, готовы вести борьбу за очищение страны от присутствия американцев.

Произведение «Бархатная роза» допустимо назвать шпионским романом. Стороны пытаются выяснить присутствие враждебных им сил, принимая для того всевозможные попытки. Однако, деятельность сил Северного Вьетнама привлекает внимание, а вот от поступков американцев нарастает враждебность. Безусловно, убивать неготовых погибнуть во время отдыха людей — не совсем гуманно. Но и присутствие таковых людей среди враждебно к ним настроенных — не лучшее для них решение.

Всего в сюжете присутствует три силы: силы Северного Вьетнама, объединённые силы Южного Вьетнама и Северных Штатов Америки, а также французская разведка. Их взаимодействие заключается в обоюдной неприятии. Все стороны нацелены действовать для обеспечения своего доминирования в регионе, используя для того всё возможное. Вторая Индокитайская война только начинается, поэтому действующие лица стараются нанести максимальный ущерб противнику. Представленные читателю действующие лица полны светлых ожиданий, строя планы и выводя из строя объекты, вместе с обслуживающими их людьми.

Человеческие судьбы постоянно ломаются. Не раз такое происходило и с населением Вьетнама. Чан Вьет приводит в тексте имена и поступки героев древности. Как ранее находились желающие бороться, так находятся сейчас и будут находиться всегда. Люди желают счастья сейчас, а не завтра. И не имеет значения, что завтра желаемое счастье будет понимать иначе.

» Read more

Тин Сан «Нас не сломить» (середина XX века)

Давайте себе представим Бирму. Бирма — это государство в Юго-Восточной Азии, располагается западнее Таиланда. Современное название государства — Мьянма. Пожалуй, кроме уже упомянутого Таиланда, который так и не покорился завоевателям, на такое же достижение могла претендовать и Бирма, но конец XIX века в ходе третьей англо-бирманской войны окончательно закрепил за Бирмой статус зависимого государства. Страна мгновенно превратилась в сырьевой придаток, главной продукцией стал рис. Всё остальное производство и иные сельскохозяйственные культуры более в Бирме не производились. Местное население оказалось в затруднительном положении, когда любой урожая риса делал крестьянина ещё беднее, чем пользовались не только граждане метрополии, но и китайцы с индийцами, выжимая из населения всё до последней крохи. Как тут не вспыхнуть восстанию?

При всём терпении бирманцев, они честно старались жить мирно, не устраивая мятежей, сохраняя робость. Лишь к 30-ым годам XX века ситуация стала выходить из-под контроля, когда с крестьян стали собирать более крупные налоги и делать это не только после уборки риса, но и до уборки, когда денег у крестьян нет. Тин Сан на каждой странице делится с читателем тяготами жизни человека, вынужденного терпеть неуважительное к себе отношение, беззащитного перед полицией и ростовщиками. Даже уникальный статус женщин (в Бирме женщины всегда имели равные права с мужчинами, поэтому они никогда за них не боролись), не давал никакой возможности избежать похотливых взглядов заезжих представителей власти. Во всём бирманец терпел непотребства… и грянул взрыв.

Тин Сан не берётся описывать центральные события тех дней, его целью становится отдельная деревня, где быт ничем не отличается от всех остальных деревень. Наглядно демонстрируется желание перемен, что исходят с самого низа повсеместно, не имея конкретного очага сопротивления. На такой волне нужно вовремя брать контроль над ситуацией, чем и воспользовались повстанцы в одном из районов. И совсем не имеет значения, как конкретно протекал там бунт, важно, что происходит в рядовой деревне, когда с одной стороны нужно собирать урожай, дабы не умереть потом с голода, а с другой стороны — сопротивляться тоже необходимо. Будет в сюжете обилие смертей, несправедливости и даже любовь. Тин Сан постарался наполнить книгу всем тем, в чём нуждается читатель.

Конечно, внукам было стыдно перед дедами, помнившими своё участие в третьей англо-бирманской войне, так и не признавших власть англичан, стыдно и перед отцами, которые вернулись с фронтов первой мировой войны, вынужденные воевать по призыву на стороне всё тех же англичан, где их и за людей-то не считали, используя в качестве живого пушечного мяса и унижая в меру своего внутреннего осознания превосходства. Впрочем, Тин Сан всё-равно сильно не акцентирует на этом внимание, пытаясь показать зарождение сопротивления на осознании следующих друг за другом актов притеснения.

В заключении Тин Сан приводит несколько своих рассказов о жизни в столице Рангуне. Тут читатель увидит противоположную картину, будто и нет никакого притеснения в стране, лишь повторение индийских мотивов, когда везде встречается беднота, желающая просто жить достойно, да всеми силами старается избежать возвращения в деревню, где всё-равно будешь унижаем и при плохом урожае просто умрёшь из-за отсутствия еды. Рассказы скроены ладно, но они вызывают чувство противоречия, особенно если сравнивать с основным произведением книги.

Нельзя ставить людей в безвыходное положение, от этого легко пострадать, а то и всё потерять.

» Read more

Ли Куан Ю «Из третьего мира — в первый» (2000)

Сингапур — искусственная страна, насыпной остров, образец создания всего из ничего, пример грамотного политического управления и развития. Некогда бедная страна, в 60-ых годах XX века была поставлен перед очевидным фактом — этот остров был никому не нужен. За него никто не держался. Во многом, проблема заключалась в преобладании китайского населения, которое не хотели видеть в своих государствах соседи, боясь, в большей степени, возможной агрессии коммунистов, что стала бы прорастать изнутри.

Сингапур можно назвать аналогом Тайваня, но более раннего заселения бегущими китайцами. Сбегали не от коммунистов. Бежали от нестабильности. Китай никогда не отличался стабильностью экономических и социальных процессов. Многовековая история его всё-таки сплотила, но нет гарантий, что Китай не развалится вновь. Цикличность истории наглядно подтверждает брожение в сознании людей, усвоивших из истории непростую жизнь государства. Быть единым лучше, чем быть просто большим. К сожалению, природа человека выходит за рамки интересов других людей. Что русскому хорошо, то немцу смерть — согласно этой поговорке, множество китайцев покинуло родную страну, кто-то переехал в Сингапур, остальные рассеялись по миру. Поэтому нельзя считать сингапурских китайцев прокоммунистически настроенными. даже прокитайски настроенными. Им это несвойственно. Они давно стали самими собой. У них не было в ходу пекинского диалекта, даже кантонский диалект китайского языка в Сингапуре понимался с трудом. В этом полинациональном государстве всё было не просто.

Ли Куан Ю столкнулся в 60-ых годах с очевидной проблемой. Мир тогда делился на коммунистов и тех, кто был против коммунистов. Внутри страны велась борьба двух партий. Одна из них была коммунистической, другую возглавлял Ли Куан Ю. Изначально, Куан Ю был человеком запада. Он отлично знал местные языки и свободно владел английским языком, получив образование в престижном университете за пределами Сингапура. Лавируя между интересами соседей и крупных политических игроков, Куан Ю строил страну для народа, идя на компромиссы и делая всё для процветания.

Не так просто уговорить людей терпеть нищету или иные неудобства. Ли Куан Ю это удавалось, а его партия всегда переизбиралась. Результат всем известен. Жить в Сингапуре — дорого и престижно. Азиатский вариант Монако. Куан Ю обо всём подробно расскажет, начиная от трудностей внутренней и о проблемах внешней политики, об отсутствии инфраструктуры, свободной земли, даже о пресной воде, которой нет в стране. Из ничего — всё. Куан Ю вовремя понял ценность людей, что человеческие способности стоят дороже продуктов труда. Утечки мозгов не было — все студенты возвращались обратно поднимать экономику родной страны, при низкой зарплате в чиновничьем аппарате. Сингапур стал площадкой для мировых корпораций, создававших рабочие места для населения.

Читая книгу, видишь и понимаешь ситуацию в Юго-Восточной Азии, лучше усваиваешь важность этого региона для планеты. Ли Куан Ю расскажет о дестабилизирующих факторах, о кризисе в результате падения тайского бата, об агрессии Вьетнама, об его отставании в развитии, о нападении на Камбоджу, о войне с США, о планах Вьетнама на захват Таиланда и о китайском разрешении вопроса, когда милитаристские планы были разрушены коротким вторжением. Каждая страна региона удостоится конструктивной критики. Куан Ю расскажет о посещении Китая, США и СССР.

Сколько не говори, а лучше автора никто не скажет. Сингапур — не вкусная конфета, это котёл противоречий.

» Read more

Пин Ятай «Выживи, сынок» (1987)

Безумство. Откуда брать силы для написания добрых слов об этой книге? Она о тяжелейшем периоде в истории Камбоджи, гордо теперь именуемом автогеноцидом. В конце прошлого века безумство коммунистов китайского толка ввергло страну в хаос и пучину равноправия, верное заветам псевдосправедливости. Все слышали о красных кхмерах, о Пол Поте, но никто ничего толком не знает о событиях того времени. Не было тотальных чисток, народ зверел сам по себе. Народ изводил сам себя. Необразованные красные кхмеры крушили и громили любой намёк на буржуазность: уничтожали книги и деньги, выгоняли людей из городов в поля и леса. Вся страна превратилась в концлагерь для самих себя. Обременённые умом зачищались при первой возможности, их семьи были поставлены на край гибели. Никакой медицины, даже народной. Люди умирали от голода и болезней. Убивать при таком раскладе не приходилось. Люди сами уходили из этого мира. Кто от истощения, а кто-то самостоятельно накладывал на себя руки. Для буддистов самоубийство считается очень серьёзным грехом, ведь рождение человеком — высшая степень жизни. Правление красных кхмеров началось с необдуманных действий США, что позже лишило Никсона президентского кресла. Закончилось вторжением Вьетнама и возвращением монарха на трон. Красные кхмеры не наказаны до сих пор.

В этой обстановке более четырёх лет просуществовал Пин Ятай. Он получил престижное образование на американском континенте, работал в правительстве, отчаянно отказывался принять как факт, что красные кхмеры дорвутся до власти. Наиболее осторожные покинули страну, оставшимся пришлось непросто. Их выгнали из города. Заставили трудиться. Благополучная страна никогда не знала голода. Необдуманная политика уничтожила всю инфраструктуру. Одичала. Выживают теперь сильнейшие, предприимчивые и изворотливые. Религия запрещена. Безбожие — нереальность для буддийской страны. Здесь всегда подавали нищему. А теперь никто не подаёт. Нищей стала вся страна. Пин теряет одного родственника за другим — их не убивают, они умирают сами. Тропический климат не способствует благополучной жизни в нечистотах и изматывающем труде. Любая надежда была разрушена. Осталась надежда на побег, о котором Пин думает всю книгу. Но люди боятся. Боятся и умирают. Печаль.

Книга не оставит равнодушным читателя. Эта одна из тех книг, которые заставляют думать. В очередной раз по другому смотришь на окружающую тебя действительность. Так ли всё плохо на самом деле. Так ли уж нас притесняют и не дают спокойно жить. Наша страна пережила многое. Стоит вспомнить хотя бы гражданскую войну. Но такого как в Камбодже у нас не было. Люди не знали ничего, даже люди у власти практически ничего не знали. Страна варилась в котле, сама себя переваривала. Получилась рисовая каша. Переваренная. Без специй. Лишь один кусочек сахара для сладости.

» Read more