Category Archives: Мои книги

Отрицательная субстанция | 10:30

Кислое настроение заел кислым яблоком. Осталась всего одна четвертинка, позже придётся слушать урчание, ежели не доведётся доехать до подстанции. Ощущение холода вернулось, как и осознание произошедших событий. За всей их скоротечностью совершенно утратил ощущение реальности. Надо собираться с мыслями. После такого вызова, где происходит эмоциональная встряска, организм требует спокойствия хотя бы на час. Моя работа не предполагает какого-либо разгрузочного момента. Ты должен быть стойким, ко всему приспособленным, и желательно, чтобы у тебя отсутствовало чувство самосохранения. Иной раз после реанимации возникает такое же желание побыть в покое. И этого не дают. Чемодан от крови вымыть не успеваешь – кому-то вновь нужна срочная помощь.

Задумываются ли люди, когда доверяют своё здоровье медикам, работающим в уличных условиях, что когда они заходят к вам, то вымыть руки или обработать их антисептиком – это не гарантия чистого подхода. Человек пришёл извне, он может с собой принести не только улыбку до ушей, но и сотни тысяч микробов от других пациентов. Задумываются ли люди, когда садятся в автомобиль таких медиков, что там ведь тоже нет стерильных условий. Где-нибудь на западе принято тщательно обрабатывать салон машины после каждого пациента. У нас такого нет. Не каждая организация предоставляет своим сотрудникам униформу, благо у нас с этим проблем нет, пускай не дают обувь, но лучше придти в своей, нежели надеть обязательную и неудобную. Что же говорить о машинах, да с такой нагрузкой. Не успеваешь до подстанции доехать, поэтому разговор о санитарной обработке салона тем более остается в стороне. Летом ещё можно это сделать в пути, но зимой… зимой это нереально.

Стоило доесть яблоко, как диспетчер по рации дал новый вызов. Ехать в сторону того же села, откуда забрали беременную, только ехать дальше, а значит, предстоит пытка в виде прыжков по мелким частым смёрзшимся кочкам льда и снега. Повод, казалось бы, понятный – обычные жалобы онкобольного. Только вот таким людям мы помочь ничем не можем, разве только оказать моральную поддержку да устранить кое-какие симптомы. Ничего больше.
» Read more

Отрицательная субстанция | 9:25

В салоне слегка прохладно. Как прохладно… дубак там. Дубак – такое яркое, звучное слово, точно характеризующее температурные особенности. Печка не справляется. Отчасти тепло только рядом с ней, когда машина стоит. Если машина в движении, тепло с места не сдвигается. Какую бы теорию относительности вы ни пытались применить, говоря об отношении одного тела к другому в пространстве, о скорости движения человека со скоростью автомобиля, находясь внутри, – всё это к теплу не относится. Оно остаётся там, где секунду назад стоял автомобиль. А ещё спустя секунду можно смело сомневаться в существовании тепла. Кажется, его никогда не существовало. Есть только холод. Не думайте, что в кабине теплее, – там ситуация немногим лучше при наличии других отягощающих обстоятельств. Я немного приукрасил действительность. Печка справлялась бы, будь на улице потеплее, но сейчас слишком холодно. Сил у печки не хватает, щели в кузове пропускают холод.

Для таких случаев у нас есть одеяло. Бережно укутываю в него девушку. Она не такая стойкая, как предыдущая бабушка с циститом. Возможно, тогда тепло ещё присутствовало. Теперь же даже я стал ощущать подбирающийся к ногам холод. Возможно, на улице стал усиливаться мороз, снег уже не идёт, появилось солнце, темнота отступила.

Чудотехники, что конструировали автомобиль, не задумывались над особенностями отечественной промышленности, когда однажды созданная модель будет эксплуатироваться без изменений не одно десятилетие, а буквально половину века, без модификаций и любых улучшений. Не считая разве только электронной начинки, от которой едет голова у наших водителей. Ежели раньше всё казалось простым и ремонт не вызывал затруднений, то теперь машиной управляет компьютер, как бы дико это ни звучало, на нашем-то автопроме. Танки и самолёты делать умеем, а автомобили нет. Впрочем, усложнённый конструктор теперь приносит больше мороки, да ещё при быстро ржавеющем кузове.

Электропривод стёкол – это не про нас. Тут рычагов-то нет, давно сломались, стёкла открываются и закрываются посредством самодельного устройства, управляемого натягиванием и ослаблением с фиксацией узлом на дверной ручке. Треугольное окошко закрывается наглухо или будет постоянно нараспашку. Водителя радует гидроусилитель руля, ему не надо прилагать дюжей силы, чтобы поворачивать, хотя есть в арсенале скорой помощи машины без усилителей. Печка имеет только три режима: дует слабо, дует сильно, не дует. Никаких других градаций не предусмотрено. Нет толкового распределения воздуха по салону, как направишь самодельными приспособлениями, так там и будешь себя обогревать.

Мотор под боком, от него в основном и начинает болеть голова ближе к обеду. Если же начинает глючить электроника, то двигатель исходит диким криком, а там уже хоть сам вой. Как бороться и как исправлять – никто не знает. Недаром про наш автопром говорят, что разбери и собери заново самостоятельно, всё равно всё будет сыпаться, хоть качественными деталями заменяй, хоть воссоздай под старым кузовом новую иномарку – и это не поможет. Хорошо быть патриотом, но плохо поощрять раздолбайство.
» Read more

Отрицательная субстанция | 9:00

Квартиры бывают разные: от красивых широких до захламлённых узких. Передо мной был средний вариант. Дом не старый, значит, не надо пригибаться до пола, чтобы пройти остерегаясь люстр, свисающих до уровня плеч. В этом доме порядок: коврики поверх покрашенных досок, задорно щёлкают дрова в печке, много света.

Встречает девушка крупной комплекции. По таким всегда трудно что-то понять. Не скажешь ни о возможных заболеваниях, не сможешь угадать даже возраст. Нет, она не выше меня. Такой же рост. Плечи опущены, взгляд слегка угрюмый. Внешне не замечаешь каких-либо изменений в её самочувствии.

Стояние в коридоре затягивалось. Услышав мою просьбу пройти в более удобное помещение, девушка мечется из стороны в сторону. Предлагает в одну комнату пройти, потом в другую. Наконец-то она определяется, выбирая самую маленькую, где трудно повернуться. Я сажусь на стул, она продолжает стоять. Прошу присесть на кровать. Девушка в лёгкой панике. С трудом усаживаю. Прошу документы, начиная расспрашивать о жалобах.

– Как вам сказать… – короткая фраза, один из самых частых ответов на первый вопрос о причинах вызова.
» Read more

Отрицательная субстанция | 8:20

Удалённость подстанции от города имеет свои ощутимые плюсы для медика и относительные плюсы для водителя. Медик получает отдых в двадцать-тридцать минут во время дороги, в течение которых он может полностью сконцентрироваться на себе, полностью отвлечься от работы, взирать на обстановку вокруг, наблюдать за потоком машин, за людьми на остановках, замечать то, что в иной ситуации не успеваешь увидеть. Где-то изменился ландшафт, где-то началась стройка, смешной рекламный баннер, лихачество водителей на дорогах, один подрезает другого, третий наплевательски относится к знаку «Стоп» перед светофором.

Зимой дороги сужаются. Там, где раньше было три полосы, теперь две полосы. Эта зима характерна не только сильными снегопадами, но и неповоротливостью коммунальных служб. Когда на магистрали на полосах движения глубокие колеи, то это непорядок. Если эта проблема не решается вовремя, это приводит к странной ситуации, когда на дороге вместо двух полос движения появляется второй и третий ряд трамвайных путей. Не хватает равномерного стучания колёс о сочленения рельс да рогов, питающих автомобиль. Впрочем, раньше конки тоже возили по рельсам, и было свое удобство в таком виде транспорта, когда лошади тянули за собой карету по рельсам. Позже необходимость в лошадях отпала, карета смогла самостоятельно двигаться. В будущем машины так же будут привязаны к земле. Будут двигаться строгими рядами. Свобода передвижения по мостовым встала на рельсы. Свободный автомобильный поток обязан будет встать на рельсы. Только рельсы будут другими, а при движении человек не сможет прикасаться к панели приборов.

Сегодня такое невозможно. Будет ли возможно в будущем – тоже вопрос. Летать в такую погоду сродни самоубийству. Передвижение по земле настолько же затруднительное. Каждый поворот во двор занят. Вот застрял легковой автомобиль, а вот буксует грузовой, вокруг каждого бегают люди, кто-то помогает, толкая, кто-то усиленно прорывает лопатой путь к дороге. Техника не справляется. Коммунальщики откладывали чистку дороги до того момента, когда снег закончится. При ясном небе они уж точно наведут порядок в городе, и не надо будет повторно заходить на места былой расчистки. Дорожная ситуация оказалась непредсказуемой, небо не желало останавливать снежный поток. Спокойно себя чувствуют только водители внедорожников да счастливые обладатели машин, чьи четыре колеса могут быть ведущими. Пока не посадишь машину на брюхо, всегда есть возможность проехать.
» Read more

Отрицательная субстанция | 7:50

Суровая зима ныне напоминает ту самую зиму, о которой так любит вспоминать старшее поколение. Сугробы по шею да трескучий мороз. Пока одни умные люди спорят о глобальном потеплении, другие умные люди склоняются к теории наступления очередного ледникового периода. Занять чью-то позицию трудно. Одно можно сказать точно – летом приходит потепление, зимой – похолодание. Температура скачет от плюс сорока до минус сорока градусов по Цельсию. Славится наша страна экстремальными температурами. Пускай Канары хвалятся разнообразием климатических зон на небольшом пространстве. Мы же привыкли наблюдать причуды природы на одном месте, хоть и с определённым временным промежутком. Сегодня валит снег, при этом стоит мороз. При продолжении буйства стихии это всё выльется в довольно неприятную ситуацию. Уже с неделю забита и не прочищается одна из центральных улиц посёлка. Туда рискуют проезжать только внедорожники, ну и наши машины. Правда, не все, а имеющие четыре ведущих колеса. Только тому автомобилю, что способен ехать по полю без дорог, эта погода не будет доставлять неудобств.

Бабушка сидит спокойно, ничего её не тревожит, осталось спокойно доехать. Предлагаю водителю начать движение в сторону больницы. Какой выбирать маршрут – это уже его задача. Он сам с ней справится. На мне наблюдение за пациентом во время транспортировки и оценка окружающей обстановки.

Рука тянется к рации. Отзваниваюсь. Мы двигаемся в урологию. Диспетчер будет в курсе.

Заурчал желудок. Вспоминаю о яблоке в тесном кармане халата. Достаю четвертинку и ем. Кислое. Очень кислое. Зелёное яблоко должно быть кислым. Такой сорт. Водителю не предлагаю. Стыдно предлагать яблоко, покрывшееся коричневым налётом. Вот было бы оно целое, с белой мякотью – тогда не стыдно предложить. С другой стороны, яблоко полезнее, когда уже разрезано, да немного полежавшее. В первую очередь съедаю семечки, дарующие мне долголетие. Проглатываю хвостик и выедаю середину. Остальную сочную мякоть растягиваю на десять минут.

Наш автомобиль тем временем встал в хвост ряда машин. Медленное движение. Включать сирену да объезжать нет смысла. Дорога скользкая, люди во встречных автомобилях злые, наш пациент не требует срочной доставки в больницу. Торопиться не следует. Наш автомобиль нам ещё пригодится. От быстрой езды он точно развалится раньше срока, разойдётся сомкнутый металл, ржавчина кое-где уже вступила в свои права. Кое-как работает печка, что должно радовать всех.

Какой-то шум за переборкой.

– Всё в порядке? – спрашиваю бабушку.
» Read more

Отрицательная субстанция | 7:10

Каждый раз, когда приходишь на работу, мечтаешь о спокойной смене. Такие мысли не покидают даже ночью. Вот вытянешь ноги на кушетке, провалишься в сон и под громкий крик диспетчера через селектор проснёшься, но не на вызов, а чтобы заносить оборудование и готовиться к пересмене. Такое бывает редко, но все-таки случается. У нас нет права на сон, но никто не запрещает отдыхать. Ведь не будешь вставлять спички в глаза. Попробуй провести двадцать четыре часа только рабочего времени, не смыкая глаз. Человек не может функционировать без кратковременного отдыха. Мозг требует отключения. Под припекающим солнышком в машине, под навевающей тоску луной, при виде разнеженного пациента, так уютно лежащего в постели перед тобой.

Другое желание – сесть и спокойно позавтракать. Не все люди едят с утра. Я по утрам ем. И очень неспокойно на душе, если остаюсь голодным. Бывает разогреешь еду, садишься довольный. Вызов! Вот примерно как сейчас. Машина и ящик с медикаментами проверены, везде подписи проставлены, папка с документами приготовлена. Самое главное – желудок не набит. Из-за дальней дороги дома поесть не успеваешь. Кому так неймётся в семь утра? Спать в такое время надо. Закидываю еду обратно в холодильник. Надо отзвониться и спешить на вызов, вдруг там действительно что-то серьёзное. В карман кладу мешок с заранее нарезанным яблоком. Будет чем перекусить. Его на четыре часа мне хватит.

Здороваюсь с сотрудниками, которых не видел. Кто-то пришёл, кто-то уходит. Скорая помощь работает круглосуточно в напряжённом режиме. Кони бы давно сдохли. А наши машины держатся – наматывать в среднем по двести пятьдесят километров каждые сутки задача не из простых. Люди меняются каждый день, но машины работают по пять-семь лет и не жалуются. Новые машины быстро приходят в негодность. При таком режиме ресурс вырабатывается через три-пять лет, потом машину нужно менять. Иначе возникает дискомфорт у медиков, да и пациенты начинают жаловаться на щели с палец, пробирающий холод и слабую печку.
» Read more

Отрицательная субстанция | 6:55

Разбираться с приёмом медикаментов, осмотром машины – всем этим можно заниматься только на работе. Описывать процесс не стоит, можно задеть чью-то тонкую душу. Стоит сконцентрировать своё внимание на действительности. Отдать себя в аренду работе. Теперь я не буду принадлежать себе. Моё естество поглощается. Был человек – нет человека. Есть сотрудник скорой помощи – бесправное создание, прав не имеющее. Хотите почувствовать себя нужным обществу изгоем? Пожалуйста – попробуйте стать медиком. Вы будете поднимать других, другие будут вас ронять. Вы будете недоумевать от наплевательского отношения людей к собственному здоровью, другие будут вас оскорблять за безразличие к чужому здоровью. Вы постараетесь спрятаться за маской цинизма – вам укажут ваше место. Вам скажут, как вести себя, вам скажут диагноз, вам скажут, как лечить, – вам скажут всё. Вас выжмут и выставят за дверь. Кто ты, в конце концов? Арендованный человек. Ты вынужден заботиться о других, пока другим наплевать на самих себя. Кто плоть от плоти? Зачем чужая кровь на рукаве халата… Целых двадцать четыре часа, не меньше, возможно, больше. Оперативная бесплатная аптека, бесплатная консультация на дому, бесплатная диагностика, бесплатное такси, бесплатный аттракцион, бесплатный театр, плевать на чужую жизнь. Здесь правит балом пациент. И пока правит один, другой умирает – ему не позволяет совесть побеспокоить людей. Таких носишь на руках с удовольствием. Ради таких работаешь. Таких ждёшь с раболепием. Тёплое слово согреет даже ночью, после трудной светлой части дня. Нет жалости за отрыв от приёма пищи, лёгкий взлёт на пятый этаж. Всегда вам рады.

Другая трудность – люди. Не пациенты. Другие работники скорой помощи. Твои коллеги. Им тоже свойственно болеть. Они стойко переносят всё на ногах, пока окончательно не слягут в постель. Иной раз хочется сесть рядом с бабушкой да попросить померить не её, а твоё давление. Пусть удивляется, что к ней приехал человек, которому в данный момент хуже. У которого давление выше. Хочется сесть рядом с молодой мамой, попросить у неё градусник – пусть удивится, что к её чаду приехал медик, чья температура выше температуры её крошки на несколько десятых градуса. Хочется присесть рядом с молодым парнем, мучающимся животом и жидким стулом. Он не знает, куда деться от съеденных запасов, а мы попросим нас накормить, ведь живот сводит голодной судорогой, а стула вообще быть не может, ему неоткуда взяться. Хочется схватиться за спину, так же, как мужчина средних лет, что мучим хондрозом первый раз в жизни, хочется откровенно ему позавидовать и сослаться на свою больную спину, больные колени, уничтоженные и искрошенные жёсткой подвеской машины об дырявый и кривой асфальт. Нам говорят – лечите так, как хотите, чтобы лечили вас. Но почему же люди не лечатся сами так, как хотели бы, чтобы их лечили. По той же причине нам делают дороги так, как хотели бы на них ездить. Делают машины так, как делают дороги. Пресловутое «бы» в абсолюте. А бы да кабы.
» Read more

Отрицательная субстанция | 4:00

Что-то неладное происходит вокруг. Мир меняется. Одолевает чернота. Уходят белые оттенки. Погружение вниз. Нет взлёта. Пытаешься найти свои руки. Но рук не видишь. Их чувствуешь под собой. Хочется увидеть руки. Почему-то мелькают мысли об осознанном сновидении. Неужели получилось. И толк от такого знания? Вокруг чернота. Ничего не видно. Может, лежу в постели с закрытыми глазами? Откуда же тогда ощущение провала в пустоту?

Невозможно лежать и проваливаться вниз одновременно. Где же руки. Почему они не поднимаются. Почему не могу пошевелить головой. Откуда наваливается чувство безысходности. Что может значит такой сон. И почему в голове мысль о сне. Невозможно спать и думать о сне. Это неправильно. Если чувствуешь себя во сне, то должен совершать активные действия. Но не получается. Проснуться не получается. А может, это не сон? Летаргический спросонок или что такое, как бы понять. Открыть глаза не получается. Руки, где же руки. И где ноги. Вижу пустоту. Вокруг всё чёрное. Ощущение провала. Падаю. Ветер не обдувает тело. Нет никакого чувства, кроме падения. Кровь скопилась в затылке. Голова куда-то едет. Голова не проваливается. Чувство онемения разливается от правого виска к левому и обратно. Будто кровь живая. Она ищет выход из тела. Я ведь не могу быть парализованным. Мне всего двадцать девять лет. Я бы слышал, я хотя бы понимал. Но нет и этого. Значит, я сплю.

Говорят, сон снится в быструю фазу и длится всего пять минут – остальное растягивается за счёт нашего подсознания. Как бы не так. Наверное, минут десять я пребываю в таком состоянии и не вижу просвета. Всё-таки невозможно спать и ощущать. Я не владею такими техниками. Пробовал – не получалось. Да мне и сны ведь не снятся никогда. Им просто некогда сниться. Ведь сон человек видит перед пробуждением, а я встаю по будильнику. Организм не расслабляется до конца, он не может получить возможность для анализа прожитого дня. Мозг выкидывает лишнюю информацию по одному ему известному принципу. Что бы сказал Фрейд, вот это мне больше интересно, я уже забыл про свои руки, я вижу черноту. Фрейд в таком случае потреплет меня по голове и скажет: “Сия проблема мною не изучена, решать, сынок, её тебе предстоит самому, я старый швейцарский психиатр, не в то время ты видишь этот сон, надо было видеть его сто пятьдесят лет назад, тогда бы и обсудили”. Что за чепуха в голову лезет. Хотя бы лезет. Пребывание в таком подвешенном состоянии угнетает. Проклятье.

Это был сон. Всего лишь сон. Вот зазвонил будильник. Пора вставать. Моя рука резко дотягивается до будильника и отключает его. Жена спит, и её пока будить не надо. Глаза смыкаются. Вставать нет желания. На часах четыре часа утра. Очень тяжело в это время вставать. Никогда не могу себя приучить. Тут трудно обосновать причину. Она понятна и без этого. Нет, дело не в совах-жаворонках-голубях. Человеческий организм требует сон. Ему надо отдыхать. Мозг должен восстанавливаться. Жаль, что человек – не дельфин. Пока работает половина мозга, другая функционирует. Люди при таком режиме либо с ума сошли бы, либо умерли от работы, либо от скуки, либо творили без конца. Если организм не требует сна, значит, общество имеет другой порядок. Мир мог выглядеть иначе. Давай вставай. Развёл тут философию. Надо собираться на работу, а не глобальные вопросы поднимать. Мне, кажется, что-то снилось. Не помню. В детстве мечтал свои сны записывать и писать на их основе фантастические книги. Прекрасная была задумка, только сны мне снились редко и всё не те, в них сюжета не было, а если и был, то забывался при пробуждении.
» Read more

Организационное письмо

В 2014 году я написал книгу. Издательства ей не заинтересовались. Поэтому было принято решение выложить в интернет для свободного доступа. Каждый четверг, либо пятницу, начиная с 22 октября 2015 года на сайте trounin.ru будет выкладываться очередная глава. Текст был откорректирован Еленой Хуторной, озвучен Олегом Булдаковым, поэтому количество грамматических и стилистических ошибок доведено до минимума, а сопутствующий аудио-вариант будет служить очень приятным бонусом.

Автор – Константин Трунин
Название книги – Отрицательная субстанция
Жанр – Производственный роман, натурализм, фатализм
Содержание – Читателю предстоит в течение суток наблюдать за работой фельдшера скорой медицинской помощи в одном из городов России, слушать его рассуждения и соотносить их с ситуацией в стране.
Особенности повествования – От первого лица. Нет имён. Вместо названий глав используется время начала описываемых действий.
Обложка – Елена Хуторная

Разделы книги:
Оглавление

Сонное братство первого пробуждения

Барнаульский книжный клуб “Сонное братство” впервые собрался 8 августа 2015 года. Предлагаю вашему вниманию отчёт о данной встрече.

 

Волнение

Волнение беспокоило людей с самого утра. И среди волнующихся было одиннадцать человек. Они заранее договорились встретиться в одном из парков города. Волнение их беспокоило не только из-за ожидания неизвестного – их пугал сам парк. В том парке некогда хоронили японских военнопленных, а после он был заброшен на долгие десятилетия. Там и сейчас регулярно находят трупы пропавших людей. Поэтому данный парк сам по себе устрашал.

Выбор парка не был случайным. Эти одиннадцать людей специально искали подобное место, где можно уединиться. Этих безумцев могли в любой момент изловить и доставить в подвальное помещение до выяснения всех обстоятельств их мотивов. Можно считать данную историю, как раз таким свидетельством, добытым опытным следователем.

Сейчас светит лампа в глаза автору этих строк. У него текут слёзы от подобной неожиданности.

Я – спящий вулкан. Я спал долго, пока меня не разбудил Джони Мур. Им была проведена большая работа, ведь разбудил он не только меня. Очнувшиеся люди ясно понимали своё состояние, поэтому Джони Мур предложил организовать книжный клуб и назвать его Сонным братством, планируя в дальнейшем отойти от этого словосочетания, назвав клуб иначе.

Джони был той искрой, от которой вспыхнул не только я – спящий вулкан, но и ещё девять человек. Каждый из них подогревался благодаря собственному внутреннему пламени, сжигавшему их естество изнутри.

Выбор книги для встречи также остался за Джони. Предложенное им произведение братьев Стругацких “Пикник на обочине” было одобрено большинством из одиннадцати. Именно поэтому решили выбрать для встречи в меру заброшенное место, куда можно было зайти, не боясь расстаться с жизнью.

Вас интересует Джони Мур и его роль в клубе? Я вам всё расскажу. Не светите мне в глаза, пожалуйста.

О Джони мне известно мало. Мне привычнее называть его Капитаном, но вообще-то Джони зовут Евгенией, и он – это она. В этот день, восьмого августа, Джони должен был встретиться с группой людей в центре города и проводить их до парка. Его сопровождал Джон. Нет, Джон – тоже Евгения. Да, они родственники. Откуда мне знать о подобных странностях их семьи? Пускай – вам они сами подробно обо всём рассказывают. Я могу сказать только то, что Джони и Джон весьма активные улыбчивые люди, главное различие между ними заключается только в словоохотливости Джони и некоторой замкнутости Джона, отличающегося своим несколько малым ростом.

Я не присутствовал среди них, когда они собрались. Поэтому могу пояснить только в общих чертах. Кроме Джони и Джона в центре города встретились Катя, Алина, Дмитрий и Ксения. Да, я уверенно заявляю, что эти люди видели друг друга впервые. Опознавательным знаком для них, по общей договорённости, стал шоколадный батончик Пикник. Согласитесь, довольно забавно иметь в виде подобного знака именно батончик Пикник, учитывая выбранную книгу для встречи.

Что вы, инспектор, какая ещё бумажная книга? Её в городе нигде не продают. Нет – она не является запрещённой.

Как мы её прочитали? Инспектор, вам надо меньше по паркам порядочных людей отлавливать. Поверьте, существуют в нашей стране законопослушные граждане.

Как вас понять – просто я не попадался? Значит умею договариваться? Давайте тогда с вами договоримся. Хорошо-хорошо, не буду заговаривать вам зубы.

Группа добралась до места встречи на троллейбусе. О чём они разговаривали и как себя вели – этого я не знаю. Могу пояснить касательно себя и других участников встречи.

С утра я волновался. Все планы были нарушены. Я должен был встретиться с одним человеком, но у него случились неприятности. Нет, он не связан с нашим книжным клубом. Инспектор, вы хотите меня уверить, что о встрече клуба знали заранее, и этот человек является вашим сотрудником? Но он же один из организаторов? Куда катится мир, честное слово. Тогда, получается, среди нас были и другие ваши работники, ловко подосланные вами вместо выбывшего человека. Как жаль, что я не знал этого заранее.

Я подъехал к месту встречи в точно указанное время. Сразу заметил наряд ППС, двинувшийся вглубь парка. Там же на входе стояли два человека, чуть погодя отправившиеся за ним следом. Я загодя купил репеллент, зная, что за территорией парка не следят, и там могут быть клещи. Поэтому я вышел на хорошо проветриваемое место и обработал свою одежду. Когда осмотрелся, то заметил тех самых двух людей, которых недавно видел исследующими парк. Я направился к ним. К счастью, они действительно оказались одними из тех, кто обещал подъехать непосредственно сюда.

Около семи минут пришлось ждать основную группу. Она задерживалась. Как позже стало известно – их троллейбус несколько раз ломался.

Они надвигались на нас по тротуару широким фронтом. Кто-то из них улыбался: да-да – Джони и Джон; остальные недоверчиво смотрели в нашу сторону. Я не стал скрывать своё имя, сразу представившись Константином. Евгений и Анна также поздоровались.

Джони предложил подождать задерживающихся. Должны были подойти ещё двое. Спустя десять минут никто так и не подошёл. Нас было на тот момент девять человек, и мы пошли к центральному входу парка.

Вы знаете, инспектор, что парк заброшенный. На его территории есть асфальтированные дороги, по которым может проехать легковой автомобиль, а пешеходам при этом придётся переместиться на обочину, иначе разойтись не получится. Евгений предложил идти именно к центральному входу, не придерживаясь дорог. Так мы, очень уверенно, прошли сквозь заросли деревьев, найдя уютную поляну и остаток былого великолепия в виде монолитной конструкции.

Пока все обрабатывали себя репеллентами, из глубины парка к нам неуверенной походкой двигалась девушка. Слишком медленно она шла, будто замышляла недоброе дело. Не хотелось так быстро стать жертвой местных маньяков. Она вполне им могла оказаться.

Зажатый девушкой в руке Пикник моментально развеял наши опасения. И все, за исключение Джони и Джона, немного улыбнулись. Джони и Джон улыбки с лица не снимали до, не снимут и на протяжении всей встречи. Опоздавшей девушкой оказалась Евгения, став четвёртым человеком с подобным именем. Евгения держалась неуверенно. Её можно понять. Мы хоть и знаем друг друга уже более десяти минут, однако всё-таки знаем. Ей же было очень трудно адаптироваться к незнакомым людям, учитывая тяжёлую атмосферу парка и мрачно нависающую глыбу входного монумента. Гораздо проще новую Евгению называть Евой. Она сама не против такой краткой формы своего имени.

Ева скромно улыбалась, больше изучая особенности почвы, чем заглядывая в глаза собравшимся. Это вам, инспектор, легко людей допрашивать, прожигая глаза ярким светом лампы, а будь вы хоть чуточку социофобом, то смогли бы меня лучше понять. Каждый из собравшихся не мог назвать себя душой компании, привыкнув больше к размеренному и спокойному образу жизни, где нет места взрывным эмоциям и активным телодвижениям. Исключением опять же являются Джони и Джон – без их активности никто бы на данную встречу не пришёл. Даже подобного рода встреча – ненастоящее везение.

Сонное братство первого пробуждения
На фотографии: Константин -> Катя -> Анна -> Евгений -> Ева -> Джон -> Джони Мур -> Алина -> Дмитрий. За кадром: Ксения и Анастасия

» Read more

1 2 3 4