Метка: литература латинской америки

Количество действующих лиц возрастает. У Пилар родился сын, которому не было дано знать своей матери. Его нарекут как и старшего в роду — Хосе Аркадио. А для ладности сюжета и всеобщего понимания — в дальнейшем он прозывался просто Аркадио. Он почти ровесник Амаранты. Их вместе воспитывает индианка из племени гуахиро, вследствие чего им ближе язык индейцев, предпочитаемый ими для общения. К Аркадио нужно присматриваться с первых страниц, будучи внебрачным ребёнком Пилар и Хосе Аркадио, в будущем получит бразды правления над Макондо, а после будет расстрелян. Важным действующим лицом станет Ребека, девочка лет десяти, принёсшая в мешке кости родителей, приходилась родственницей Урсуле. Примечательна тем, что оставалась нелюдимой, отказывалась от еды, но периодически питалась землёй и извёсткой. Впервые в город придёт представитель власти — коррехидор Аполинар Москоте, с ним его жена и семь дочерей, из которых самой примечательной станет девочка десяти лет — Ремедиос.

Из особых моментов, разбавляющих повествование, эпизодический случай завоза в Макондо бессонной болезни. Именно от этой напасти бежали индейцы, прибыв в том числе и в Макондо. Однажды все поймут — никто не спал на протяжении трёх дней. Каждый находил собственное оправдание. Но дни шли, а спать никто не ложился. Даже время словно застыло. Был объявлен карантин. Всякому приходящему вешался на шею колокольчик, чтобы жители не вступали с ним в контакт. Никого из гостей города не поили и не кормили. Бессонница несла проблему потери в пространстве и утрату памяти. Люди сперва забывали названия вещей, после их предназначение. Было предложено всё подписывать, в том числе характеризовать подробнее, как и чем следует пользоваться. В повествовании это становится занимательным моментом интерпретации происходящего.

Бессонница позволит посетить Макондо старику, пришедшему в город в таком же беспамятстве. Им окажется цыган Мелькиадес, считавшийся за умершего близ Сингапура. Он же принёс с собою новое чудо человеческой мысли — дагеротипию (ранний метод фотографирования). Новинка так понравится Хосе Аркадио Буэндиа, что тот пожелает с её помощью запечатлеть доказательство существования Бога. Закрыв глаза на чудачество мужа, Урсула задумает построить новый дом, ещё не подозревая о должных последовать проблемах, так как явившийся в Макондо коррехидор заставит выкрасить все дома в синий цвет, во имя некоего политического торжества.

Аурелиано начал клепать золотых рыбок. И если читатель осведомлён о подробностях его жизни, то знает, насколько «Сто лет одиночества» примечательны не чем-то вообще, сколько именно увлечением Аурелиано создавать рыбок из переплавленных золотых монет. Можно забыть обо всём, кроме данного факта. Даже не столь примечателен дождь, когда-то должный обрушиться на Макондо, как именно золотые рыбки, созданные руками полковника Аурелиано Буэндиа. Пока же Аурелиано подрастал, разделяя увлечения отца, смотря в сторону Хосе Аркадио, и продолжавший спонтанно говорить кажущееся за неважное, но имевшее впоследствии значение. Например, он скажет о некой девочке, должной до них дойти. Ею окажется Ребека, вскоре пришедшая в дом.

Из сторонних историй, воспринимаемых негативно, повествование о девушке, по неосторожности спалившей дом. Из-за чего теперь она вынуждена ездить по стране и спать с мужчинами за двадцать сентаво, принимая по семьдесят человек за ночь. Именно с нею возляжет Аурелиано. Маркес это описал чрезмерно тошнотворно. Благо никаких последствий не случилось. Разве только сам Аурелиано заимел в душе нечто терзающее, вроде страсти к юным девам. Так ему понравится Ремедиос, которую он увидит в доме коррехидора, куда отправится с Хосе Аркадио Буэндиа, дабы сказать мнение касательно нежелания видеть в Макондо любого представителя власти, потому как думали жить собственной жизнью, без связи с внешним миром.

Памятка:
— Хосе Аркадио Буэндиа, глава семейства, основал Макондо;
— Урсула Игуаран, жена Хосе Аркадио Буэндиа, мать Хосе Аркадио, Аурелиано и Амаранты;
— Хосе Аркадио, пропал без вести;
— Аурелиано, любознательный молодой человек, будущий полковник;
— Амаранта, ребёнок, о чьей судьбе пока ничего неизвестно;
— Ребека, приёмная дочь Хосе Аркадио Буэндиа и Урсулы Игуаран, принесла в Макондо бессонную болезнь;
— Пилар Тернера, гадалка на картах, от Хосе Аркадио родила Аркадио;
— Аркадио, сын Хосе Аркадио и Пилар Тернера, пока просто ребёнок;
— Мелькиадес, цыган, друг семьи Буэндиа, житель Макондо;
— Ремедиос, юная девушка, в которую влюбился Аурелиано;
— Аполинар Москоте, коррехидор, консерватор, отец Ремедиос.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Так что послужило причиной переселения и основания Макондо? Во второй главе Маркес сделал отступление в прошлое, показав развитие отношений между Хосе Аркадио Буэндиа и Урсулой Игуаран. Тогда же читателю стала известна основная проблематика их отношений, между ними была родственная связь. Это пугало Урсулу, так как в роду при прежде случавшихся аналогичных случаях всегда появлялись дети со свиными хвостиками. Поэтому Урсула всячески оберегала себя от ухаживаний, отчего у окружающих сложилось впечатление о её сохраняющейся девственности. В результате насмешек Хосе Аркадио Буэндиа проявил характер, пронзив копьём более прочих над ним насмехавшегося. А так как мертвец продолжил ему докучать, принял решение переселиться. Но как быть с опасениями Урсулы? Если принять их за неизбежные, то ей не следовало рожать детей от Хосе Аркадио Буэндиа. Под конец повествования род всё равно прервётся, причиной чему как раз и станет кровная связь.

Годы шли. С основания Макондо прошло порядка двадцати лет. Цыгане продолжали посещать городок, но уже без Мелькиадеса, будто бы умершего где-то под Сингапуром. Они показывали разное, порою за чудо выставляли лёд, однажды продемонстрировали летающий ковёр. В данной главе читатель видит подлинную магию, ведь лёд в жарком климате не тает, а ковёр способен перевозить людей по воздуху. Перед читателем подросли Хосе Аркадио и Аурелиано. В повествовании появился новый важный персонаж — местная гадалка Пилар Тернера, бывшая старше лет на десять-двенадцать сыновей семейства Буэндиа. Именно с нею будет иметь близость Хосе Аркадио, в результате чего Пилар забеременеет. Узнав про это, Хосе Аркадио покинет Макондо с цыганами. Желая вернуть сына, Урсула пропадёт на пять месяцев, вернувшись домой без него, но с очередными цыганами. Другой важный персонаж — третий ребёнок Хосе Аркадио Буэндиа и Урсулы Игуаран — Амаранта. Пока ещё о её судьбе Маркес ничего не говорил.

Кажущаяся чехарда повествования оставалась понятной для читателя. Маркес углубился в прошлое, показав предпосылки. Но особо не останавливался на настоящем, постоянно продвигая развитие событий вперёд. Если читатель этого ещё не понял, тогда ему вскоре станет ясно — таков повествовательный стиль от автора. То есть Маркес вкладывал смысл в каждое предложение, ничего не говоря понапрасну. Всё на страницах тесно взаимосвязано друг с другом. Пусть и по воле допущений, приносимых в Макондо извне.

Уже по второй главе читатель понимал, Маркес упускает слишком многое, достойное внимания. Чем занималась Урсула во время отсутствия в Макондо? В какие именно странствия отправился Хосе Аркадио? К такой манере нужно привыкнуть. Ещё не раз действующие лица будут приходить и уходить, и лишь в некоторых моментах Маркес опишет в подробностях. Но даже несмотря на это, «Сто лет одиночества» перенасыщены событийностью. Проще ещё раз перечитать, нежели пытаться об этом рассказывать.

Что до Хосе Аркадио Буэндиа, он вместе с Аурелиано проводит занятия за алхимическими экспериментами. Если сам Хосе Аркадио Буэндиа постепенно от этого сходит с ума, то Аурелиано готовит себя к кропотливому труду, должному позволить ему отстраниться от проблем мира. Однако, как не избегай происходящих в обществе процессов, всегда будешь в них вовлечён.

Памятка:
— Хосе Аркадио Буэндиа, глава семейства, основал Макондо;
— Урсула Игуаран, жена Хосе Аркадио Буэндиа, мать Хосе Аркадио и Аурелиано, родила Амаранту;
— Хосе Аркадио, возмужал, имел связь с Пилар Тернера, испугался обязательств и покинул Макондо с цыганами;
— Аурелиано, любознательный подросток, будущий полковник;
— Амаранта, новорожденная, о чьей судьбе пока ничего неизвестно;
— Пилар Тернера, гадалка на картах, имела связь с Хосе Аркадио;
— Мелькиадес, некогда приезжавший цыган, друг семьи Буэндиа, по слухам погиб где-то близ Сингапура.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

История Макондо начинается с группы переселенцев, однажды тронувшихся из города Риоача вглубь колумбийский просторов. Что их к тому побудило? Может быть политическая нестабильность. Они мало помнили о прошлом, да и себя они почти не знали. Не знали и происходившего вокруг. Ведали лишь о море где-то на севере да о горах где-то на юге. Мир их не интересовал. Но мир интересовался ими. Вернее, к ним ежегодно приезжали цыгане. Откуда только цыгане проведали про этих переселенцев, о которых никто не ведал вовсе? Только нужно признать, цыгане стали связующей нитью, позволяющей людям обращать внимание на мир извне.

Но начинается история не с основания города. Маркес поведал о некоем полковнике Аурелиано Буэндиа, которого должны были расстрелять. И он, ожидая казни, вспоминал своё прошлое. А о чём ещё вспомнить, как не о радостных моментах детства? Самым примечательным всегда было посещение Макондо цыганами. Их шумный табор приезжал в скрытое от глаз поселение, показывая чудеса и новинки человеческой мысли. Год сменялся годом, цыгане приезжали вновь. То они демонстрировали магнит, с помощью которого можно выуживать золото из земли. То — трубу с лупой, называя последним изобретением голландцев. То — утварь для алхимических экспериментов. Всем этим интересовался Хосе Аркадио Буэндиа, глава семейства.

Занятная может быть вещь, наверное решил Маркес, думая о возможном продолжении для произведения. Хороший у него получался рассказ. Да и о Макондо он давно желал рассказать подробнее, прежде не раз о нём упоминая. Правда не о цыганах он хотел рассказать. Хотя нужно признать, именно цыгане, чья жизнь подобна ветру, побудили к созданию подробной истории рода Буэндиа, всего лишь одному семейству из Макондо, но чья деятельность имела для города определяющее значение.

Кто же такой Хосе Аркадио Буэндиа? Человек без памяти. Он что-то там знал, не ведая больше ему известного. Есть Риоача. Что ещё? Горы. А есть Урсула Игуаран — жена Хосе Аркадио Буэндиа, бывшая в тот момент беременной. Вместе с другими переселенцами они отправятся осмотреть окрестности, Урсула родит первенца — Хосе Аркадио. После дойдут до моря, отойдут чуть в сторону, задумав идти дальше. Тогда Урсула скажет, что с этого места более не сойдёт. Так и был основан Макондо, вдали от прочих людей, где жизнь потекла своим чередом, лишённая любых политических потрясений. Вскоре в Макондо родился второй сын Хосе Аркадио Буэндиа и Урсулы Игуаран — Аурелиано.

Именно рождение Аурелиано даёт основание полагать о присутствии магического реализма на страницах произведения. Говоря же наперёд, читатель так до конца не определится, будет ли нечто от магического реализма. При всякой возможности будет казаться, всё описываемое в рамках допустимого к предположению. Нет никакой особенности в Аурелиано, кроме его взгляда некоторой силы, от которого вещи подвигались к краю стола и падали, либо силы слов, имевших дар предвещать нечто важное.

Первая глава не кажется чем-то за примечательное. Стоит отметить ладный рассказ автора, умело сплетающего обстоятельства. К тому же, Маркес словно куда-то спешит, отчего читатель не всегда понимает, где ему были сообщены обстоятельства будущего, прошлого или настоящего. Всё постоянно переплетается. Однако, в единственном можно быть уверенным с самого начало — в каждой главе нужно обязательно следить за всеми действующими лицами, чтобы ни в каком моменте не запутаться.

Памятка:
— Хосе Аркадио Буэндиа, глава семейства, основал Макондо;
— Урсула Игуаран, жена Хосе Аркадио Буэндиа, родила Хосе Аркадио и Аурелиано;
— Хосе Аркадио, ребёнок, о чьей судьбе пока ничего неизвестно;
— Аурелиано, любознательный ребёнок, будущий полковник;
— Мелькиадес, приезжий цыган, друг семьи Буэндиа.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В сущности, читатель может не интересоваться историей Колумбии. Тем более учитывая, что и сам Маркес не даёт твёрдых отсылок. Разве только единожды упомянув заключение Неерладского мира, имевшего место быть в 1902 году, по результату которого от Колумбии отделилась Панама. Но упоминание произошло скорее в качестве того, что данную местность когда-нибудь потом начнут считать Неерландией. Проще сказать, история Колумбии в течение последних веков складывалась из постоянных гражданских войн, практически всегда возникающих из-за противоречий между консервативной и либеральной партиями. Причём эти противоречия сохраняются с начала девятнадцатого столетия.

Но как образовалась именно Колумбия? В 1808 году Наполеон сместил королей Испании, в результате последовавших народных волнений образовались силы в виде Хунты и Регентского совета. Вследствие этого возникли противоречия и в колониальных владениях. Будучи в составе испанского вице-королевства Новая Гранада, последовали действия, приведшие к образованию Соединённых провинций Новой Гранады, просуществовавших независимо от Испании до 1816 года, уступив по итогу вернувшему себе власть испанскому королю. В том же году Симон Боливар начал поступь с Венесуэлы, добиваясь освобождения Южной Америки от испанского влияния. Он же называл освобождаемые им земли Колумбией, без привязки к какой-либо определённой стране. Так в 1819 году возникло государство, теперь в исторических документах называемое Великой Колумбией, хотя такого названия сам Боливар никогда не использовал. Боливар желал создать единое для Южной Америки государство, встретив сопротивление. После его смерти в 1830 году последовал распад федеративного государства на Венесуэлу, Эквадор и Новую Гранаду.

Так причём тут консерваторы и либералы? С самой первой гражданской войны в 1810 году, когда столкнулись силы централистов и федералистов, их противостояние не ослабевало. И в 1839 году, когда случилась очередная гражданская война, централисты считались за консерваторов, а федералисты — за либералов. Основное противоречие исходило от религиозной составляющей. Для консерваторов влияние религии на политику было обязательным, тогда как либералы отказывались признавать влияние католической церкви. На деле же, о чём Маркес не раз скажет на страницах «Ста лет одиночества», различий между ними в действительности не было, а имелось лишь желание обладать властью лично для себя. Но конфликт 1839 года проявил людей, желающих видеть возрождение Колумбии хотя бы в границах государства под властью Боливара — это выступление получило название Войны Высших. Как-то так получалось, что консерваторы, радеющие за религиозную составляющую, сами начали закрывать монастыри.

В 1849 году либералы победили на выборах, они отменили рабство и отделили церковь от государства. Последовало сопротивление консерваторов, через два года приведшее к ещё одной гражданской войне, продлившейся около трёх месяцев. А в 1854 году случился раскол среди либералов из-за отказа правительства от мер протекционизма в торговле. Происходящее в политике напоминало сумятицу. Победившая власть оказалась вынуждена уйти, передав полномочия проигравшим, чтобы следом власть перешла к консерваторам. И уже консерваторы в 1858 году разработали новую конституцию и изменили название государства на Гранадскую конфедерацию. Это привело к тому, что либеральные руководители ряда штатов посчитали за возможное выступить против правительства. Так с 1860 по 1862 продлилась следующая гражданская война, президенты от консервативной партии практически не задерживались на должности более полугода, пока власть снова не перешла к либералам, переименовавшим государство в Соединённые Штаты Колумбии.

Если какой момент и считать за важный к пониманию, то этот. За следующие годы Колумбию сотрясали гражданские войны, общим числом около сорока. То есть страна пребывала в войне порядка семнадцати лет, пока не случился правительственный кризис, обозначивший незначительный перевес в сторону консерваторов, ставший ещё одной крупной гражданской войной. По итогу страна отныне называется Колумбией, а власть консерваторов сохранится до 1930 года. Означало ли это спокойствие? Нет. Крупные гражданские войны случались в 1884 и в 1895. Особо крупная началась в 1899 году, унесшая более ста тысяч жизней. Считается, будто именно в оной мог принимать участие полковник Аурелиано Буэндиа, что скорее является заблуждением.

Так складывался политический казус в Колумбии девятнадцатого столетия. Что касается противостояния между консерваторами и либералами — оно сохраняется поныне, причём на тех же непримиримых основаниях.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

«Сто лет одиночества» писались Маркесом в состоянии острой нужды — так гласит легенда. Он заложил едва ли не всё, накопил огромные долги, посчитав за необходимое в течение восемнадцати месяцев написать небывалого масштаба произведение, затронув многие аспекты жизни в Колумбии. Результат превзошёл все ожидания — «Сто лет одиночества» признали за великое наследие испаноязычной литературы. Но читатель волен в единственном укорить Маркеса — в монолитности произведения. Всё на страницах настолько спаяно, отчего требует разделения на отдельные составляющие. «Сто лет одиночества» — как огромная вселенная, где увязаны в полотно разные события, не позволяющие судить о произведении именно как об едином целом. Нельзя выразить мнение о всём произведении, не разобрав его на части.

Важным аспектом становится вхождение не просто в жизнь Колумбии, но и всей Южной Америки. Можно точно утверждать про читателя как раз Южной Америки, знающего в общих чертах об исторических процессах, происходивших на континенте. Читатель с любого другого континента об этом вовсе ничего не знает. Он располагает кое-какими сведениями о Колумбии, ничего более не понимая. Таким образом Маркес совершил невероятное — раскрыл для мира особенности быта Колумбии. Только вот не сказать, чтобы это сделал в том виде, в каком это хотели бы увидеть сами колумбийцы. Ряд аспектов скорее вызывает смущение.

И всё же, что за государство — Колумбия? Расположено оно на северо-западе Южной Америки, включает в свой состав несколько карибских островов. Но в плане географии читателя будет интересовать ограниченная территория, заключённая на пространстве между горной грядой — Андами — и Карибским морем. Где-то там должен располагаться городок Макондо — обозначенный Маркесом за место действия. Или Макондо располагался ближе к Панаме. Существенной важности то для повествования не имеет. Главное найти на карте город Риоача, откуда переселенцы потянулись вглубь Колумбии, решив остановиться в одном из местечек.

Ещё одна особенность Колумбии — богатый на разнообразие состав населения. Стоит ли об этом говорить касательно произведения? Маркес дал представление — это не влияет на происходящие события. Наоборот, в том заключается счастье Колумбии, имеющей возможность разносторонне развиваться. Беда лишь в политических представлениях, разделённых на два враждующих лагеря, между которыми всегда вспыхивают самые настоящие войны. В том лишь проблема Колумбии — в невозможности иметь единое направление развития. И Маркес это отразит на страницах произведения, поскольку гражданская война окажет прямое воздействие на описываемое на страницах.

Имея потенциал к развитию, Маркес показал обратную сторону любого процесса. Как бы всё не шло к успеху, в определённый момент всё будет подвергнуто уничтожению через возникающее у людей сомнение в необходимости продолжения выбранного пути. А это порождает совсем другие вопросы, связанные с необходимостью уповать на достигнутое благо. В той же Колумбии всякая напряжённая ситуация приходит к разрядке, длящейся такое количество времени, пока не наступает пора подвергнуть имеющееся сомнению. Можно сказать, это отражение фаталистического восприятия бытия на государственном уровне. И ежели всё это так, то когда-нибудь действительно случится ураган, должный уничтожить не просто отдельные человеческие социумы, а полностью стереть память о них.

Потому «Сто лет одиночества» — это история о том, чего никогда не происходило, но о том, что всегда и везде имеет место быть. Не так важно, использовал ли Маркес действительные эпизоды из прошлого страны, или просто своеобразно их переосмыслил, он в мельчайших подробностях изложил жизнь одного семейства, рождённого из необходимости родиться, и умершего — в силу неизбежного конца для всего сущего.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

В жизни не бывает затруднений — действуй всегда прямо: это читается между строк. И если эти слова принять за истину, быть может жизнь преобразится. Зачем томить себя и изводить душу домыслами? Скажи о тебя беспокоящем без утайки. Отбрось сомнения, потому как ничего ты в сущности не потеряешь. Но это разговор о человеке без скелетов в шкафу. Если есть, о чём лучше промолчать, «Алхимик» не для таких людей. Он для тех, чьё сердце открыто. А так как в мире гораздо больше людей, предпочитающих хранить тайны, сложность жизни для них возрастает многократно. Не про таких повествовал Пауло Коэльо — почти все на страницах произведения являются честными людьми, за крайне редкими исключениями. Только всё обернётся во благо, если довериться воле судьбы. Хотелось бы верить именно в это. К сожалению, ощущение присутствия скелета в шкафу не позволяет жить с открытым сердцем.

Перед читателем история простого парня, ничего не знающего о мире. Ему известно только о необходимости пасти овец. Однажды ему приснился сон о египетских пирамидах, где он найдёт сокровище. Откуда он вообще про них узнал? Вольный ветер внушает людям спорадически усваиваемые знания. Осталось понять, насколько сон должен побуждать к действию. Коэльо начинал вести парня по дороге из убеждений, что всё в мире построено на обыденных закономерностях. Раз дан знак, ему надо следовать. Где искать сокровище? В Египте, близ пирамид. А как туда отправиться? Сперва нужно попасть на противоположный от Испании африканский берег. Чтобы это понять, парень потратит часть у него имевшегося и часть, которую он ещё не приобрёл. Ведь во сне не бывает тайн. Приснившиеся пирамиды обозначали сами себя, как и находящееся рядом с ними сокровище. Потому между строк читалось — не доверяйте домыслам, когда истина всегда понятна без объяснений.

Дав вводную для путешествия, Коэльо заплутал в мыслях. Куда ему следовало отправить парня? Пауло не знал. Было ясно лишь то, что путь осилит идущий. Значит, парню следовало отправиться в странствие. Но судьба не слагается из правильных поступков, обязательно следует оступиться. Разве человек не должен сомневаться? Перед ним возводятся преграды, порою заставляющие повернуть назад. Всё это будет на страницах произведения. И ограбление, и долгие попытки восстановить утерянное. Даже находясь пред ликом смерти, парень получит ответ на самый главный для него вопрос — о месте нахождения сокровища. Оно там, где его уже прежде искали, не сумев сохранить терпение для обретения. Парень обязательно доберётся до пирамид, став обладателем богатства. Правда, Коэльо продолжал плутать в мыслях, не выведя поучительного завершения рассказываемой им истории.

А кто являлся алхимиком? Не главный герой повествования. И не встреченный в оазисе человек, называвший себя алхимиком. Этим словом следует назвать автора произведения. Только не нужно за него считать Коэльо. Пауло с первых страниц повёл речь о бразильском писателе, увлекавшемся поисками философского камня. В честь него и решил назвать книгу. А уж то, какую историю сложил тот писатель, Коэльо уже будто бы не касалось. То есть «Алхимик» — это книга о писателе, написавшем книгу про парня, что отправился на поиски сокровища близ египетских пирамид, которую писатель, если как и хотел назвать, то дал бы ей имя — «Продавец хрусталя».

Не всё постигается опытом, — говорил Иммануил Кант, — есть вещи, должные существовать без попытки их осознания. Если пытаться жить сообразно даруемых жизнью моментов, всё кажется за возможное. Однако, это явно в момент чтения «Алхимика». Стоит переключить внимание на происходящее вокруг — магия книги тут же пропадает.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Как бы хотелось смотреть на происходящее одновременно со всех сторон, умея знать, какие процессы происходят на всех уровнях сразу. Но человек ограничен в представлениях, не способный смотреть дальше собственного носа. Всё, замечаемое людьми, ограничивается доступным их пониманию социумом. Всё, выходящее за его рамки, ими не усваивается. Может причина в том, что люди живут сегодняшним днём, не задумываясь о будущем, как не опираясь на прошлое, используя свои возможности сугубо в целях извлечения кратковременной выгоды. Для примера всегда можно ссылаться к «Войне миров» за авторством Герберта Уэллса. Вспомните, на человечество обрушалась опасность пасть под пятою марсиан, тогда как другое людей вовсе не беспокоило, хотя за свою жизнь начали бороться и мельчайшие частицы, вступившие в беспощадное сопротивление иноземным вирусам и бактериям. Но кто о таком станет думать? Человек этим точно заниматься не будет. А теперь давайте представим, как людям воспротивятся змеи, не согласные молча умирать в качестве подопытных животных.

В затерянных лесах, влажных тропических, куда никогда не ступала нога человека. Теперь нога, защищённая от змеиных укусов, ступила на ту землю. Здесь прежде, как и в других местах, шла война за выживание. Змеи, есть среди них констрикторы и ядовитые, жили в обоюдном презрении. Вечно не брал мир, если такое слово можно применить, змеиное сообщество. Как теперь быть? Совершенно верно, предстоит бороться. Змеям становится известно, ибо змеям всегда всё становится известно, для какой цели к ним пришли люди. Подумать только, а думать надо всегда… не только вот сейчас только, человек задумал бороться с ядом змей, задумайтесь, ядом змей. Для этого змей, ядовитых преимущественно, начнут отлавливать. Зачем же всех? Люди решили, они всегда за других любят решать, создать уникальное противоядие. Не знали лишь змеи, несмотря на приписываемую змеям мудрость, что малая часть способна обезопасить от подобной части, взятой в большем количестве. Но отстаивать своё право, так как бороться за существование необходимо, змеи могли единственным способом — кусать. Да не тут-то было…

Кирога наполнил повествование трагическими событиями. Слишком много смертей он поместил на страницах не слишком долгого повествования. Умереть предстоит едва ли не всем действующим лицам. Храбрые змеи, доведённые до отчаяния, способны умирать за правое дело, как будут они умирать и по собственной глупости, и по незнанию, в том числе напрасно, либо с пользой для общего дела. Будут умирать и люди, ибо смертен человек, не каждый раз способные хитростью превозмочь отвагу тех, кто стремится выжить любой ценой, даже посредством принесения себя в жертву. Можно на краткий миг оговориться, упомянув про особый тип змей — змееедов, тем и славных для человека, предпочитающих убивать так ему ненавистных ядовитых гадов.

Теперь нужно остановится и задуматься. Человек не способен думать о праве змей на существование. Для примера можно привести зоопарки, где интереса удостаиваются любые животные, только бы они были теплокровными, а ещё лучше — млекопитающими. Прочее людей не интересует вовсе. Почему? Человек не видит дальше собственного носа, как тут уже говорилось. Оценивать мир с позиции змеи, рыбы, насекомого или вируса, он никогда не станет. Почему бы не позволить ему это сделать хотя бы под видом литературного произведения? Безусловно, Кирога не был подлинно правдив, наделив змей тем, чего они лишены. Впрочем, это люди так думают… они ведь дальше собственного носа не видят.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Каждый рассказ из «Сказок сельвы» достоин отдельного упоминания, настолько изобилует содержание мыслями. Но сделать это не представляется возможным, слишком неоднозначной была личность Орасио Кироги. Не получится правильно рассудить, какие именно цели преследовал автор, сообщая определённую историю именно таким образом. Ведь не был Орасио детским писателем. О нём говорят, что он скорее предпочитал исследовать закоулки человеческой души, склонный к раскрытию мистических материй. Что до его склонности к написанию рассказов для детей, то нужно хорошо разобраться с самим определением этого именно под таким пониманием. Хорошо бы ещё знать историю Уругвая, особенно в начале XX века. Ничем подобным не располагая, оказываешься вынужденным поверхностно знакомиться со сказаниями Кироги о сельве.

Есть среди сказок рассказ «Война крокодилов», как отважные рептилии воспротивились пришествию прогресса в воды их реки. Не хотелось крокодилам терпеть шум цивилизации, попадать под лопасти кораблей, голодать из-за распуганной рыбы. Стали они возводить препятствия на пути, строили плотины. Ничего не спасало. Тогда мудрый крокодил посоветовал воспользоваться торпедой, то есть применить против человеческих достижений человеческое же оружие. Смотрится подобное повествование излишне аллегоричным. Однако, может ещё со времён Купера, читатель полюбил наблюдать за сопротивлением слабых народов, где имелась надежда на лучший исход. Да и у Кироги данный рассказ можно принять за иное осмысление борьбы южноафриканских индейцев за отстаивание прав на родную им землю.

Аналогичным образом получится принять «Сказку про енота». Пусть Кирога сообщал, как дикое животное становилось домашним питомцем, жило в волю и не знало бед, всё равно оставаясь уязвимым для сил природы, поскольку, сколько не приближайся к европейской цивилизации, тебя продолжат держать в клетке, не делая различия между тобой и твоими соплеменниками.

Схожую мысль можно усвоить с помощью рассказа «Переправа через Ябебири». В реке обитали скаты, которые не любили, когда к ним непочтительно относятся. Ещё бы, стали приходить рыбаки и удить рыбу динамитом. Какому скату это понравится? А тут стало известно про человека, обустроившегося близ реки и прогонявшего всякого, кто смел таким образом рыбачить. Полюбили скаты этого благодетеля, всячески проявляя ему признательность. Особенно они старались, стоило человеку вступить в сражение с тиграми. Скаты готовы были пойти на смерть, только бы защитить человека от опасности. Может Кирога хотел показать, насколько люди отличаются друг от друга, когда одни стремятся защищать мир и порядок, а другие склонны наводить разрушения и страдания?

А вот рассказ «Ленивая пчела» сходным образом понять не получится. Тут скорее Орасио говорил о стремлении части общества к социалистическим воззрениям, к важности соблюдения прав пролетариата. Стоило одному презреть заведённый в обществе порядок любви к труду, как от него тут же отказались, не согласившись принимать обратно в улей. Вдумчивый читатель скорее в подобном увидит попытку пророчества, осуществления которого Кирога мог желать, но всё-таки опасался. Рассказ получился с двойным подтекстом, одинаково применимый к любому дню, на какой не пытайся опереться. Безусловно, в обществе не должно быть дармоедов, получающих выгоду за чужой счёт. Такие обществу не нужны, согласно повествовательной линии. Чтобы это понять, нужно представить дармоеда самому себе, иначе он не сумеет сделать выводов.

Данными рассказами Кирога не ограничился. Есть другие рассказы в цикле про сказки сельвы, не менее примечательные. В каком возрасте к ним не обращайся, никогда не оценишь прежним образом, находя совсем иные мотивы.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

А не рассказать ли читателю о разрушении веры человека в святость, должно быть решил Летельер, написав подобие биографии некоего святого. Тот был малым себе на уме, и жил по принципам, суть которых мог уразуметь только он один. И вокруг него были люди, чьи жизненные принципы — есть гвоздь в голове, зачем-то вбитый им в череп по самое основание. И глумились все над святым, делая то не из злых побуждений, а так как были все такими же, каковым являлся сам святой. Он — чрезмерно набожный, ни на кого другого не похожей набожностью. Его существование — это повторение пути Христа, случившееся с заметным опозданием, поскольку становление культуры в качестве массового явления напрочь испортило людей. Да и сам Летельер, знатно взяв на себя лишнее, воссоздал историю такой, какой она не могла быть в случае Христа. Если же и могла быть похожей, то это явное богохульство. Впрочем, в Южной Америке говорить в пику Церкви — есть подобие овладения запретным плодом, к чему читатель просто не может не стремиться.

Главный герой произведения действительно воскрешал людей. Только, надо понимать, воскрешал он не умерших, а мертвецки пьяных. Дар ли то свыше? Или может от святого исходило нечто, способное прошибить даже чрезмерно выпившего человека? И вот он поднимал пьяного мертвеца на ноги, тот же дико смеялся и показывал на воскресителя пальцем. Смеялись и прочие, настолько же пьяные. И верил главный герой в свершившееся в очередной раз чудо. Он и есть святой, ежели дано ему умение воскрешать.

Чем ещё удивить читателя? Допустим, можно рассказать историю женщины, нисколько не падшей, хоть и падшей. Как может она не быть святой, занимаясь ремеслом для всех доступной женщины? Она — святая, ибо уверилась, быть путаной — значит вести богоугодный образ жизни. И она всячески будет стараться пребывать во святости, готовая обслуживать мужчин в долг, записывая оный в тетрадку. И станет она на пути главного героя, и будет с ним заниматься святым делом, причём неважно — сколько раз. Летельер в том уверен, раз так красочно повествует. А что главный герой? Он твёрдо наставляет каждого — вредно сдерживать ветры и сексуальное желание.

Как видит читатель, всякая вера находит оправдание, стоит увериться в её истинности, какой бы абсурдной она не являлась. Главного героя отправят на излечение в психиатрическую лечебницу, нисколько на него в дальнейшем не повлияв. Как он был «святым человеком», таковым и останется. Но разве был Христос юродивым, раз удостоился подобного с собою сравнения? Иначе не получится думать, серьёзно принимая точку зрения, представляемую Летельером.

Так почему вера человека в святость разрушилась? Очень просто. Умри главный герой повествования прежде, чем стало набирать популярность кино, быть ему действительно святым. А так про него напрочь забыли, поскольку смеяться приятнее стало не над убогим, считающим себя избранником божьим, а над тем же Чарли Чаплином. Но дни шли, век разменял следующий век, интерес снова вспыхнул, на этот раз в Летельере. Проснулось таковое чувство и в человеке, наконец-то заинтересовавшегося над тем, к чему целый век не проявляли должного внимания. И ведь кому-то полагалось взяться за написание Евангелия. Учеников у прототипа главного героя, похоже, не имелось. Что же, учеником пусть будет Летельер. Насколько удачным оказалось показать жизнеописание святого — время рассудит без нашего участия.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее