Василий Шукшин «Змеиный яд», «Стёпка» (1964)

Шукшин Змеиный яд

К сатирическому восприятию городской жизни Шукшин подвёл читателя с помощью рассказа «Змеиный яд». В деревне ходил слух о сильном лекарстве на основе змеиного яда, очень хорошо способствующим избавлению от мучений при болях в спине. Раз такое дело, мать дала поручение сыну, проживающему в городе, дабы тот нашёл и выслал. Вроде бы простое задание, если бы не советская действительность. Дефицитный товар не найти, как не пытайся. Тебе с удовольствием предложат замену, в данном случае ею окажется пчелиный яд. Что же, возможно ли его купить? Отнюдь, потребуется рецепт. В таком духе Василий и продолжал повествование.

Шукшин описал всё, в том числе и наглость сельского жителя, не склонного считаться с робостью городских. Он пойдёт на хитрость и поступит бесхитростно. Как это? В очереди не окажется очередного на приём, тогда понятно кому пожелается пройти вперёд, и никто его поступок не оспорит, ибо робость помешает. Хорошо, а как попросить у доктора рецепт, не являясь больным? Тут и поможет бесхитростность. На самом деле, в любой ситуации, всегда кажись несведущим — даёт Василий практический совет. Тебе обязательно помогут.

Как же быть с покупкой лекарства? Даже рецепт не решает проблему, ибо в советском государстве ничего из остро нужного не продавалось, следовательно и не покупалось. Благо сельский житель всегда найдёт в городе земляка, способного помочь. На этот раз ему поможет силач Игнатий, знакомый читателю по рассказу «Игнаха приехал». Похоже, «Змеиный яд» ему предшествовал. Игнатий поможет найти лекарство, даже если придётся упросить о том заклинателя змей. Он же готовится отправиться в деревню. Но как всё обернётся, о том читатель, разумеется, узнать не сумеет.

Есть за 1964 год ещё один рассказ — «Стёпка» (первоначально «Дурак»). В чём-то он схож с должным быть написанным спустя десять лет произведением «Живи и помни» за авторством Валентина Распутина. Общий лишь мотив — оказаться дома, тогда как в остальном сходство минимальное. Потому и назывался «Дураком», ибо понять логику действий главного героя трудно. Он исправно отсидел назначенный ему срок, а за три месяца до окончания сбежал. Ради чего? Несчастные три месяца, и ты свободен. Ежели бежал, тогда вернут и накинут ещё года три сверху.

Дома ничего примечательного беглеца не ждало. Распутица, непролазная грязь, визг детей и глухонемая сестра. Но душу сидельца утомило пребывание в местах отдалённых. Он для себя решил, уж лучше один день на воле среди близких, нежели ещё три месяца в заключении. Потому и бежал, не способный продолжать пребывать без так милых его сердцу пенат. Ему мнились палестины, к которым он и устремился, как бы недоумевали служители порядка впоследствии. Три месяца оставалось ждать, теперь ждать ещё три года. Зачем???

Подобный сюжет — скорее попытка Василия найти новое средство для самовыражения. Описывать не обыденное и не спор между городским и деревенским жителем, и не спор старого и юного поколения, а нечто иное, всё равно затрагивающее вечные ценности. В случае «Стёпки» — стремление в родные края, невзирая на возводимые преграды. Хотя и тут читатель разглядит отсылки к разрешению деревенскими и городскими своей участи. Но не шло речи про среду обитания, тогда как всему придавался вид отстранённого обиталища. Из места заключения человек вполне захочет вернуться в город, откуда он родом. В конечном счёте, определяющим является факт твоего рождения, ведь и в природе всяк стремится вернутся туда, где появился на свет. Только не место играет значение. Возвращаться человек желает к людям, которых он вынужденно или по своей воле покинул.

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: шукшин змеиный яд критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Vasily Shukshin, analysis, review, book, content

Данные произведения вы можете приобрести в следующих интернет-магазинах:

Ozon

Это тоже может вас заинтересовать:
Перечень критических статей на тему творчества Василия Шукшина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *