Михаил Погодин «Психологические явления», «Дьячок-колдун» (1827-32)

Погодин Психологические явления

Если иметь привычку подмечать несущественное — получится стать замечательным писателем. Вместе с тем, замечательность пропадёт втуне, ежели её не обрамлять длиннотами. Не получается у читателя усвоить кратко поданный текст, не содержащий множественных отступлений и водянистого изложения. В том и беда большей части прозы Погодина — он старался оказываться кратким, говоря существенно важное. А раз так — всё им сообщённое приравнивалось к мудрому, но излишне краткому. Из этого выходило, что стать выше для него доступного — Михаил не мог. По идее, объедини он свои рассказы, придумай для них общий сюжет, да хоть публикуй в виде многопланового полотна, как его имя осталось бы на устах потомков. Теперь же поздно о том судить, остаётся сказывать для круга избранных ценителей литературы первой половины XIX века.

К 1832 году будут изданы «Повести» в трёх частях. В них войдут и такие произведения, имя которым «Психологические явления» и «Дьячок-колдун». По содержанию друг от друга они не отличаются — это нарратив, сообщаемый постольку-поскольку. Дело в намётанности глаза, способного видеть обыденное. О том проще станется рассуждать, если понять, о чём же Погодин писал. Как пример, первый сказ из «Психологических явлений» — «Убийца». Ставилась задача определить, почему муж, убивший жену и тёщу, не может найти себе места. Он не откажется от содеянного, только бы читатель узнал обстоятельства произошедшего. На жене вины не имелось — всему поводом оказалась безосновательная ревность, либо Михаил сообщил в тех чертах, в каких узнал сам.

Второй сказ: «Возмездие» — предупреждает о необходимости вести дела честно, не подставляя подельников, либо лиц к твоим прегрешениям вовсе не причастных. Как так? Задумал один хитрец заменить новые кружева на старые, упросив сторожей его не выдавать. В итоге, согласившиеся молчать оказались голословно обвинены. Возмездие же грянуло спустя год. Воистину, не рой другому яму…

Переполненным драмой был третий сказ — «Корыстолюбец». Некий купец спрятал солидный барыш в старый сапог и закинул его под лавку у перевозившего его ямщика. Случилось им после разминуться, отчего купец тот переживал. И когда разыскал ямщика — детально всё ему объяснил. Что же было далее? На следующий день ямщик наложил на себя руки.

В том же духе сообщён сказ «Неистовство». Дело было в Малороссии. Дядя с племянником заработали денег честным трудом и разошлись. Дядя своё быстро истратил на выпивку и пошёл просить у племянника одолжить ему хоть малую толику. Ему было отказано. Тогда и случилось неистовство. Дядя убил племянника, его жену и всех его детей удавил. Он так и скажет — мол, рука разошлась.

Ещё один сказ — «Искушение». Дабы читатель понимал, насколько случается с людьми разное, отчего самый надёжный и проверенный товарищ может подвести. Вот жил купец, перевозил в тёмную ночь да по глухим местам солидные барыши, нисколько не опасаясь, ибо верил извозчику — тот его прежде более двадцати лет возил. Но в это раз купец уже не проснётся, ибо пришёл такой момент, наступление которого всегда должно быть ожидаемо. Ведь понятно, оказавшись в нужде, извозчик отказался от прежней дружбы.

Немного иным вышел сказ «Любовь». Он про двух ссыльных, полюбивших друг друга. Им предстояло отбывать наказание в разных местах, поскольку степень вины в ими содеянном была разная. Тогда один из них совершил ещё проступок, тем усугубив свою долю, зато получив право не разлучаться с любимым. Когда же для того наказание решили смягчить, то он не воспользовался, придумав способ, чтобы отправиться туда, куда ему и следовало отбыть.

Рассказ «Дьячок-колдун» в том или ином виде встречается в русской литературе у разных авторов. Не так важны обстоятельства происходящего, как описываемая удаль падких на хитрость людей. Для своего читателя Погодин дал представление, будто действие происходит во времена начала правления Екатерины Великой, когда она будто бы отобрала земли у церкви, отчего служителям пришлось побираться, кто чем сможет. Вот герои рассказа и задумались о проказах — представ в образе сведущих в колдовском деле. И если первый их шаг — чистой воды обман, то последующие действия явились счастливым для них стечением обстоятельств. Однако, знакомясь с рассказом, читатель его принимал в качестве продолжительного анекдота.

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: погодин психологические явления критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Mikhail Pogodin, analysis, review, book, content

Данные произведения вы можете приобрести в следующих интернет-магазинах:

Ozon

Это тоже может вас заинтересовать:
Знаменские рассказы
Невеста на ярмарке
Сокольницкий сад
Суженый. Чёрная немочь
Преступница. Петрусь
Марфа, посадница Новгородская
Адель. Васильев день
Счастие в несчастии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *