Поэма о Начале. Глава 1. Монада

Поэму о Начале. Глава 1. Монада

Нас необъятное пространство окружает,
есть ли край у него – никто так и не знает.
Предположений много, что с того науке?
Кто даст ответ? Кто успокоит наши муки?
Скажите, откуда происходит бытиё?
Где искать Вселенной первородное яйцо?
Ответ известен. Он – плод размышлений долгих,
не перечесть количества учёных стольких,
пытавшихся понять устройство и суть мира
(имён так много, память почти всех забыла).
Есть мнение, будто вековечно всё кругом:
так было, ныне так и останется потом.
Не согласен наш ум с утверждением этим.
Подумав, смысл в вековечном всё же заметим.
Не знает пространство на своём пути преград,
двигается постоянно, порой невпопад,
растёт в длину и в ширину: во все стороны;
но представления о том перевёрнуты.
Принято думать, развитие сверху идёт,
пространство, расширяясь, всё кругом создаёт,
не учитывается роль мельчайших частиц,
не имеющих внутри видимых нами границ.
Они – окно. Они хранят сокрытые миры.
Не надо пытаться верить, просто загляни.
Знанию о бытие пора измениться,
для рассмотрения дана одна частица,
с очень давних пор частицу монадой зовут,
её развитие будет показано тут.

Полнится пространство мириадами монад,
они есть только вне системы координат.
Нельзя установить в определённый момент,
сказать с точностью – есть тут монада или нет.
Вольны такие частицы свободными быть,
нет возможности их вечный бег остановить.
Не дано сокрытое внутри уразуметь,
не дано понятие о скорости иметь.
Остаётся иначе познать монады суть,
запомнив, утраченное после не вернуть.
Две частицы сошлись, остановилось время,
хаос с космосом сочетался, бросив семя.
Их связало притяжение, они слились в ком,
объединившись на миг, оттолкнувшись потом.
Осколок связи, двух частиц порождение,
возник из ниоткуда как наваждение,
обрёл форму, восстановил равновесие,
сообщая пространству нечто зловещее.
Вихри мрачного однородного вещества
показывались наружу из его нутра:
разумно принятое за очевидное,
пожирало создание змеевидное.
Но не сможет оно себя никак превозмочь,
хоть приняв собою форму монады точь в точь.
За доступные пределы мироздания
вне разумного нашего понимания
перейти не получится, поэтому зри,
мы находимся внутри этой самой змеи.

Привычное нам звёзд на небе скопление,
породило, поверь, недоразумение.
Будучи всегда должным оставаться простым,
неизменно на века пребывая пустым,
пространство монады наполнилось существом,
ставшим для всего сущего его естеством.
И в гуще миров быть монаде затерянной,
тайного умысла жертвою затеянной,
отданной змее на её поглощение,
Вселенной отдельной её воплощение.
Рождённая для созидательного ремесла,
набирая вес, миллиард лет змея росла.
Ею предел был достигнут позволительный,
побудивший пойти на шаг отвратительный,
голова с хвоста себя поедать начала,
чему нигде и никогда не будет конца.
Беспорядок уступил место гармонии,
потому пора вспомнить о космогонии.
Справа налево змея тело поедает,
в страданиях плоть разрывает и глотает.
Двигаясь кругом, побуждает стремление,
центробежной силы во осуществление,
подобие прежней формы скорее принять:
голову один миллиард лет осталось ждать.
Неизвестно сколько обернулась змея раз,
истончилась плоть – не то она уже для нас.
Сформироваться успели звёзды, системы,
галактики, туманности: как змеи гены.

К краху приведёт возвращение головы,
увидеть это – осуществление мечты,
подтвердятся ранее сказанные слова,
пускай подольше не наступят те времена.
Вновь слилось пространство, пыли подобно оно,
вращаясь, притягивали частицы своё,
зарождалось свечение, исчезала тьма,
раскалённой казалась и планета Земля.
Потом, охладившись, миллионы лет спустя,
наконец Земля ожила, Небо обретя.
Наполнились недра планеты сомнением,
до невыносимого жара волнением,
споры и распря тревожили земной покров,
сошло с Неба от ссор множество грязных потов.
Отвердела Земля, сохранив желание,
молча приближая страшное восстание.
В тот момент осталась единственная сила,
лишившись покоя, планета Небу мстила,
светило крупное она призвала помочь,
соперника с поверхности её прогнать прочь.
Ослабло притяжение, изменилась ось,
как тут же извне пожаловал нежданный гость,
пронзив Небо, устремился он пробить гранит,
пред мощью странника сего твердь не устоит.
Удар последовал, огонь обрёл свободу,
удушающую подняв наверх породу,
таким образом планета обрела Луну,
отныне спутницу и защитницу свою.

Миллиарды лет назад родилась монада,
змее её пространство пища и отрада.
Форма бытия не раз менялась с давних пор,
расширялся для вместилища змеи простор.
Настал черёд быть заново съеденной Земле,
а угрозы на горизонте нет вообще.
Змееподобное существо задержалось.
Пресытилось и дремлет? Сказалась усталость?
Другая причина отныне – не до того,
монада и змея теперь одно естество:
хищной воли порыв неизмеримо прочен,
своим обитателем осколок проглочен.
Кажется такое развитие событий
противоречивым в виду ранних открытий.
Никто не учёл памятный природы урок:
лопнула оболочка монады-яйца в срок,
созрел организм, выросший под скорлупою,
заменив потому всё пространство собою.
Змее предстоит расти, поглощая миры,
наполняя брюхо пылью среди пустоты,
доказательство эволюций снизу – она.
Осталось важное понять, так будет всегда?
Земля нам кажется вечной, иной не знаем.
Зачем о змее тогда мы это гадаем?
Коли пожрёт её сущность монады другой,
быть Вселенной, возможно, какой-нибудь иной,
иль нет уже никакой змеи – её съели.
Оставим материи высшим. Мы у цели.

Это тоже может вас заинтересовать:
Поэма о Начале. Глава 2. Планета
Поэма о Начале. Глава 3. Жизнь

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *