Метка: рассказы

Цикл «Вторая книга джунглей»

Индийские реки полны не только святости, они преисполняются от опасностей, принимаемых самими индийцами за закономерное явление. Индиец может считать, как жизнь подчинена строгим правилам, превозмочь которые не представляется возможным. Потому отдавать дань уважения следует даже тем, от кого исходит постоянная опасность. Но британцы думали иначе, желая подчинить не только самих индийцев, сколько предпочитая заявить о праве на полное доминирование. В том числе британцы собирались доминировать и над порядками, сложившимися над индийцами на протяжении последних тысячелетий. Поведать об этом Киплинг решил с помощью рассказа «Могильщики», в духе «Книги джунглей» представив вниманию читателя обладающих разумом животных.

Публикация рассказа состоялась в ноябре 1894 года. Текст предварялся стихотворением «Песнь волны». В шести четверостишиях Редьярд создал идеалистическое представление индийцев о мире. Согласно содержания девушка без боязни подходила к водной глади, словно не ведая, какая опасность ей может грозить. Волна пыталась отговорить девушку, а девушка зашла в воду. Вода мгновенно вспенилась, окрасилась красным, и о той девушке более никто ничего не слышал.

Знакомясь с текстом «Могильщиков», читатель понимал, что именно случилось с девушкой — она стала жертвой крокодила. Может она не знала о возможности этого? Вероятно, поступала так сознательно, поскольку ранее крокодил убил её возлюбленного. Разве не должно последовать пробуждения человеческой ненависти к убийце? Не об этом ли прежде Киплинг рассказывал, когда животные боялись каким-либо образом беспокоить людей? Редьярд так и писал: селяне объединялись и начинали травлю на всех хищников, находившихся поблизости. В данном случае это оказалось невозможным. Киплинг объяснил просто — крокодил стал священным животным для жителей деревни, они его избрали подобием своего бога, которому старались угождать, считая, будто именно от крокодила зависит счастье каждого из них. Читатель всё равно не мог понять этого. Почему тогда священными не объявляли тигра или волка? Вероятно, Редьярд посчитал за допустимое сделать в данном случае послабление, дабы история звучала гораздо красочнее. А может никто из местных жителей не обожествлял крокодила, тогда как он сам себя наградил статусом истукана.

Повествование слагалось неспешно. Киплинг томил читателя описанием мыслей крокодила, компанию которому составили шакал и марабу. Этот крокодил прожил бессчётное количество лет, пожирая сперва местных жителей, потом строителей моста, однажды изрядно насытившись телами павших во время восстания сипаев. Шло обсуждение, каким образом крокодил и шакал понимали людей, их манеру поведения, особенно в случае падения в реку. На деле оказывалось, никакой существенной разницы не имелось, пусть одни были тощими, другие — упитанными, практически все цепенели от ужаса и не сопротивлялись.

Рассказывая это, Киплинг поместил в повествование историю про мальчика, склонившегося над рекой, протянув руки к воде. Крокодил выражал о том досаду, так как не сумел схватить ребёнка, чьи руки выскользнули из его пасти. Долгие годы крокодил помнил о том моменте, лишь о нём сожалея. В остальном оставаясь полностью довольным доставшейся ему судьбой.

А что же британцы? Именно они строили мост через реку, теряли оступившихся. Порядка пятнадцати из них было уготовано стать пропитанием для крокодила. Изловить убийцу не могли, причина чего крылась в занятости другими делами. И вот теперь, когда предстояло завершить повествование, Киплинг предпочёл убить крокодила. Причём это сделает тот самый мальчик, когда-то упущенный крокодилом, и именно этот подросший мальчик руководил строительством моста, и именно он шёл с вполне для него ясной целью — отомстить крокодилу за все нанесённые ему обиды.

Один аспект смущал читателя — согласно содержания трудно предположить, словно рассказ «Могильщики» может быть предназначен для детского чтения. Однако, почему нет? Дети должны с малых лет знать, как много таится опасности в местах, с виду воспринимаемых за безопасные.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Вторая книга джунглей»

Какие бы процессы не происходили в мире, сколько бы злобы не изливалось на людей, всё равно нужно верить, как среди нас можно найти человека, чьи поступки кажутся за наиболее благоразумные. Только этого человека не стоит искать среди публичных личностей. Настоящий человек не живёт напоказ, не стремится привнести улучшения в чужую жизнь, он просто существует, полностью отрекшись от мира. Можно подумать, Киплинг написал рассказ про святого затворника, для которого отречение от благ цивилизации стало за сознательно сделанный выбор. Но был ли он подлинно святым? Или всего лишь тем, кто уподобился великим мужам древности, каковые обычно особо почитаемы во всех культурах? Те мужи уходили из общества, растворяясь в природе, готовые жить по ими же установленным принципам благости, где главным считается жить в полной гармонии с окружающим, никакого воздействия на него не оказывая. А может просто о них слагают красивые жития, создавая идеализированное представление. Будем считать, Киплинг написал житие одного из жителей Индии, придав ему всё полагающееся, чтобы его можно было считать за подлинно святого человека.

Перед читателем Пурун Дасс — человек хорошей судьбы. Он добился высших чиновничьих постов, бывал в Лондоне, многое познал и обладал несокрушимым влиянием. Однажды он решил отречься от всего, став отшельником. Теперь его звали просто Пурун, никто не ведал о его прошлом. Бродил он по Индии, пока не достиг гор со снежными вершинами, где-то в пределах оных найдя себе жилище. Время проводил в медитациях, созерцая горы, долгие часы не сдвигаясь с места. Вскоре к нему стали приходить дикие животные, разделяя с ним его досуг. Он нёс им теплоту своих рук, помогая по мере возможности. Видя это, местные жители сочли такого отшельника за святого, потому прозвав его соответственно Бхагатом, несли ему дары, веря, что подношения обернутся для них удачей. Так и жил Пурун Бхагат, пока не пошли дожди, длившиеся не меньше месяца. Когда он увидел движение почвы, сообразуясь с накопленными прежде знаниями, понял, чем это грозит. Теперь он не оставался безучастным к происходящему, предупредив людей об опасности. Вложив чрезмерно сил в спасение, истощился, умерев сразу же по обретению людьми безопасного места. Где он погиб, там возвели храм в его честь, продолжая почитать и после смерти, но так и не зная ничего о прошлой жизни избранного ими за святого человека.

Знакомясь с такой историей, читатель проникался уважением к человеческому стремлению и начинал верить в существование людей, способных жить во имя других, ничего не требуя для себя лично. Оставалось понять, написал ли Киплинг о ком-то конкретно. Может ему доводилось знать индийских чиновников, отказавшихся от мирской суеты, обретших покой в отшельничестве. Или имел возможность общаться с ушедшими из общества людьми, прознав у них об обстоятельствах, побудивших отказаться от мирского. Или может Киплинг идеализировал, выдавая желаемое за действительное. Возможно ли установить, насколько содержание соотносится с имеющим возможность быть? Впрочем, разговор не о конкретном человеке, так как читатель определился — ему рассказана легенда, где правдивое смешалось с вымыслом. Читателю подлинно неизвестно, каким именно чиновником был Пурун Дасс, какие человеческие качества в нём преобладали, из каких побуждений стал отшельником, да и как он жил, будучи созерцателем горных вершин. Это просто легенда, в которую очень хочется поверить.

Рассказ был написан Киплингом в мае 1894 года, первая публикация состоялась в октябре. В журнальной версии повествование предварялось стихотворением «Песнь Кабира», в последующих изданиях перенесённое из начала в конец. В двенадцати строках сообщалось о человеке, что многим владел, но выбрал судьбу отшельника, всех людей стал считать равными себе, ко всем относился с одинаковым уважением.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Вторая книга джунглей»

«Книга джунглей» опубликована, но желание писать о Маугли у Киплинга осталось. Но о чём именно следовало рассказывать? Определённой истории, способной стать объёмным произведением, Редьярд так и не придумал. За какой бы вариант исполнения не брался, хватало для публикации в нескольких журнальных выпусках. Продолжать писать сугубо рассказы? Тогда можно остаться заложником одного образа. Киплинг понимал, его ценили преимущественно за истории об Индии, которые у него получалось писать лучше всего. Но несколько рассказов Киплинг всё-таки напишет, дополнив прочими повествованиями, опубликовав ещё одну «Книгу джунглей», теперь уже вторую.

Начало «Второй книги джунглей» относится к написанию рассказа «Как страх пришёл в джунгли». Изначально Киплинг сочинил стихотворение «Законы джунглей». Согласно ему получалось, что есть закон, отказываясь от которого всякий обитатель джунглей погибает. В остальной части законы касались волчьих порядков: охотиться ночью, днём отдыхать, не подбирать за тигром, в мире быть с пантерой и медведем, не беспокоить слона и не дразнить кабана, убивать только будучи голодным, ни при каком обстоятельстве нельзя трогать людей. Публикация состоялась в июне 1894 года вместе с рассказом. В случае «Второй книги джунглей» Киплинг изменил стихотворение на другое — «Ручей утих», без какой-либо требуемой составляющей, будто просто в джунглях творится покой, когда каждый зверь отказался от убийства.

Почему так случилось? Редьярд начал повествование с истории об иссушающей жаре. В это время слон объявляет всеобщее перемирие. Никто не имеет права охотиться около источников влаги. Если без еды звери смогут дождаться дождя, то без воды они умрут. Насколько это применимо к действительности? Вполне очевидно, Киплинг придумал легенду, которую будто бы соблюдают все звери. Другая легенда — существование одной ночи в году, когда тигру разрешено убить человека. Словно люди безропотно принимают полагающееся им убийство. И тут Киплинг создавал легенду на пустом месте. Требовалось хоть как-то это объяснить. И тогда Редьярд предложил историю, которую поведал слон.

Оказалось, некогда была другая жизнь. Людей ещё не было в джунглях. Назначили звери над собою господином тигра. А как тигр поступает в любой неясной для него ситуации? Он убивает. Так тигр убил одного из оленей, решивших схватиться по неразрешимому для них затруднению. Тогда звери сделали над собою господином обезьяну. И она не смогла блюсти справедливость. Вот тогда-то и пришёл в джунгли страх, ставший с той поры основным законом. Только не сам страх, а боязнь поступков человека. Люди никогда не думали убивать, пока одного из них не убил тигр. Так в джунгли пришёл страх, согласно которому никто и никогда не смел трогать человека. За исключением единственной ночи, когда тигр может невозбранно убивать.

Читателю оставалось только отметить несуразность ему рассказанной истории. Исследователи творчества Киплинга сделали попытки осмыслить текст, используя мотивы из других легенд, нисходя даже до ветхозаветных сказаний об изгнании человека из рая. Самое главное в рассказе — его начало. Когда Редьярд стал повествовать об иссушающей жаре, читатель не ждал перехода к древним легендам, тем более придуманным, вероятнее всего, слоном. Киплинг показал, насколько животные тяжело переносят жару, вынужденные претерпевать мучения. Травоядным не хватает еды из-за увядшей растительности, они истощены. Поэтому и плотоядным не хватает еды. Как это может быть взаимосвязано с легендой об убийстве тигром человека, совершённое в незапамятные времена?

Дописав этот рассказ, Киплинг должен был понять — написать лучше о Маугли он уже не сможет.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

К марту 1894 года относится публикация рассказа «Слуги Её Величества». Это авторская фантазия на тему, о чём могут говорить животные, находящиеся на армейской службе. Рассказ излагается посредством человека, умеющего понимать разговор животных. Тут бы подумать, словно это Маугли поступил на службу Британской империи, примерив на себя мундир Томми Аткинса. Но Маугли знал лишь языки диких животных. Потому и приходится предполагать об авторской фантазии, словно это сам Киплинг находился в лагере, где происходила встреча вице-короля Индии и эмира Афганистана, а он всего лишь подслушал, о чём беседуют между собой животные.

На деле, животные просто жевали и пили, изредка произнося какие-либо звуки. Все их мысли — повествование об испытываемых ими тяготах, либо укор со стороны автора, каким образом в британской армии используют животных. Вроде бы животным полагается быть вспомогательной силой, задействованной в переноске или перевозке. В действительности спектр применения был гораздо шире. Подслушивая их разговоры, читатель узнавал, как верблюды жаловались на использование в качестве живого щита, когда всех выстраивали квадратом, возводя подобие укрепления, подставляя их спины под пули. В схожей ситуации оказывались и лошади. Быки жаловались на слонов, вместо которых им приходится тащить орудия в моменты битвы. А слон оправдывался, ссылаясь на способность видеть происходящее наперёд. Одни мулы без возражений стойко выносили все лишения, не соглашаясь с единственным — терпеть к себе презрение от лошадей.

Несмотря на возмущения, каждое животное выполняет возлагаемые на него обязанности, никогда не оспаривая требования людей. Разве самые молодые, ещё не понимающие сути происходящего, спрашивали о необходимости им поручаемого. Если же им это говорит делать человек, кто тогда это говорит самому человеку? Кому-то ведь полагается отдавать приказы. Киплингу бы ещё стоило добавить рассуждение, почему сами животные никем не командуют, оставаясь в британской армии на положении ниже всех.

Прежде Киплинг уже писал о полковых животных, отдавая им дань уважения. Он и теперь с уважением рассказывал об их труде. В том числе дополнил рассказ «Парадной песнью лагерных животных». Читатель мог подумать, будто не может быть уважения, когда животных используют в том числе и в качестве живого щита. Тут стоит напомнить, как вообще в британской армии относились хотя бы к тем же рядовым, вовсе не думая считаться с интересами простых солдат. И дело тут вовсе не в отношении, построенном на понимании нужд или проявлении уважения. Армия должна быть сплочена в единое целое, где всё взаимосвязано и зависит от выполнения поставленных перед каждым задач.

Киплинг к тому и вёл повествование, чтобы человек, подслушивающий разговоры животных, переключился на разговоры людей. Он услышит беседу представителя британцев и подданного афганского эмира. Окажется, животные в британской армии беспрекословно подчиняются приказам, как и любой служащий исполняет на него возлагаемое с самого низа и до самого верха. Это порядок, благодаря которому Британская империя столь успешна. Подданный афганского эмира подивится такому, поскольку в их стране каждый волен сам принимать решения. Британский представитель в ответ усмехнётся, пояснив, что из-за этого афганский эмир теперь вынужден получать указания от вице-короля Индии.

Фактически Киплинг подводил читателя к свершившему в 1880 году окончанию второй англо-афганской войны, завершившейся установлением протектората, чем знаменовалась возможность остановить продвижение России на юг. И как теперь не говорить о роли тех, без чьей помощи этого не получилось бы добиться? Предлагается понимать содержание рассказа именно таким образом.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

Никто из исследователей творчества Киплинга не смог дать осмысленную оценку рассказа «Охота Каа». Из каких побуждений возникла идея описать охоту змеи на обезьян в лесах Индии? Предпринимались попытки воспринимать рассказ за аллегорию, увидев в самодовольных обезьянах нравы народов, поступающих слишком вольно, ни с кем не сообразуясь, при этом чей потенциал основан на созданном другими народами, с течением времени ослабшими под воздействием внешних или внутренних обстоятельств. Хотел ли Киплинг рассказать именно об этом? Крайне сомнительно. Но ведь Редьярд мог рассказать какую угодно другую историю из детских лет Маугли, нежели привести в пример взаимоотношение между обитателями джунглей, где обезьяны должным образом никем не воспринимались. Только всё это столь же условно, как и прочие рассказы о Маугли. Пусть это у Киплинга они представлены вороватым лесным народцем, которые никогда сами ничего не имели, постоянно перенимая от других. Обезьяны — такие же представители животного мира, как остальные, имеющие свои особенности.

Отличие представленных обезьян, или как их зовут у Киплинга — бандерлогов, они представлены единым коллективом. То есть все волки сами по себе, разделённые на стаи. Медведи, пантеры, коршуны и змеи являются одиночками. Может потому все опасаются, высказывая обезьянам презрение, чья сила — в большом количестве. Киплинг внесёт ясность. Как не объединяйся обезьяны, они слабы перед всеми обитателями леса, пусть те даже действуют самостоятельно. Как-то это объяснить невозможно, если не сослаться на многократно упоминаемую условность повествования. Более прочих слабость проявляется перед змеёй, от чьего вида бандерлоги впадают в оцепенение.

Суть рассказа сводится к единственному — ловкие обезьяньи руки подхватывают Маугли и уносят в заброшенный город. На спасение отправляются Багира и Балу, уговорив к ним присоединиться Каа, рассказав, как обезьяны называли его «дождевым червяком». Вступив в схватку с обезьянами, Багира и Балу пробивались к Маугли, тогда как Каа готовился поживиться. Всего этого не требовалось. Бандерлоги похитили Маугли с целью прознать больше о повадках людей, надеясь усвоить от него новую мудрость. Маугли мог свободно ходить по городу, занимаясь ему угодными делами. То есть Маугли был волен решать, остаться ему с обезьянами или отправиться обратно к волчьей стае. Невозможно сделать какие-либо выводы, опираясь на содержание рассказа. Пострадавшими в данной ситуации оказываются сами бандерлоги, которым теперь предстояло расплатиться за это жизнями. Да и то, больше их погибло в схватке с Багирой и Балу, нежели после окончания повествования, когда Каа приступит к трапезе.

Чем повествование интересно — описанием поведения змеи. Каа не стремился обхватывать тела жертв, постепенно удушая, он атаковал их, ударяя носом. Если же говорить об оцепенении обезьян, это происходило под воздействием страха, каким образом обычно и происходит, в том числе и с людьми. Остальное на страницах — плод авторской фантазии. Ведь вполне очевидно, змеи не охотятся вместе с пантерами и медведями, скорее они охотятся друг на друга, способные пасть жертвой третьей силы, дожидающейся окончания схватки кого-то из них между собой.

Публикация рассказа состоялась в марте и апреле 1894 года. Сам рассказ занял промежуточное положение между повествованиями «Братья Маугли» и «Тигр, тигр!». В него включены два стихотворения «Поучения Балу» и «Путевая песня бандерлогов». Сюда же можно было бы отнести стихотворение «Шива и кузнечик», входящее в рассказ «Маленький Тумаи», как раз подходящее под то, что должно полагаться каждому существу.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

Через месяц после публикации «Братьев Маугли» свет увидел рассказ «Тигр, тигр!», являющийся прямым его продолжением. А если говорить точнее, должен считаться за его вторую часть, не требовавшей выделения в отдельное повествование. Но такое разделение Киплинг сохранил и в «Книге джунглей», поместив между ними рассказ «Охота Каа». В дальнейшем Маугли встретится ещё в ряде других рассказов.

Теперь Маугли уходил из джунглей, откуда на время ушёл и Шерхан. Насколько оправданной стала социализация Маугли среди людей? И имеются ли примеры, когда воспитанный дикими животными человек так же быстро входил в социум? Опять приходится говорить об используемой Киплингом условности. Маугли без проблем адаптировался, научился человеческой речи, без возражений принял все возлагаемые на него обязанности. Киплинг пошёл дальше, одна из женщин признала в Маугли собственного сына, когда-то утащенного тигром в джунгли. Но ответных чувств для неё не было. Могло показаться, теперь Маугли станет проводником между людьми и дикими животными. Киплинг этого делать не стал, стремясь склонить читателя в противоположную сторону. Если люди были готовы принять Маугли, то никак не возможность понять ему доступные умения. Да и сам Маугли не делал попыток рассказать о полагающемся общении с животными, просто смеясь над рассказами других, видя в них элемент сампозапугивания.

Даже кажется, Киплинг не видел Маугли среди людей. Читатель знакомится с сохраняющимся суеверием. Маугли скорее сочтут за колдуна, либо за злой дух, нежели согласятся признать присущие ему способности. В этом будет главное отличие, на котором Киплинг настаивал. То есть с индийцами, проживающими в деревнях, Маугли не найдёт общего языка, тогда как после, согласно рассказа «В лесах Индии», у него получится наладить разговор с британцами, готовыми воспринимать его способности без суеверного страха.

Понимая диких животных, Маугли не умел разговаривать с домашним скотом. А может тот скот не умел мыслить. Киплинг специально допустил такую условность. Так и должно быть, когда речь касается управления стадом. Маугли поручили пасти буйволов. И если бы буйволы обдумывали каждое указание, ничем хорошим это не могло закончиться. Особенно учитывая задуманное Маугли мероприятие, он хотел загнать Шерхана в ущелье, где его растопчут отправленные следом буйволы. Таким образом должен был погибнуть соперник Маугли. Ради условности Киплинг предложил необходимость освежевать труп Шерхана, чтобы предоставить в доказательство шкуру на совете волков. Читатель ведь понимал, в каком состоянии она была, учитывая причину гибели тигра.

Сцена со шкурой понадобилась только из необходимости опорочить Маугли в глазах людей. В силу всё той же условности, требуемой для обоснования причины, чтобы Маугли отказался продолжать жить в человеческом обществе. Тогда как это могло произойти в самом начале рассказа. А может тем Киплинг показал, насколько тяжело стать кем-то среди людей, для которых искренность намерений не имеет никакого значения. Маугли должен был стать диковинкой, выставляемой на обозрение, подопытным экспонатом. Причём не когда-нибудь потом, а буквально сразу, стоило ему оказаться в деревне. Но о таком пусть расскажет кто-нибудь после. Благо найдётся писатель, посчитавший за допустимое воспитать человека обезьянами, наделив ещё и чертами благородства, которых Маугли был лишён, потому как перенял от волков привычку ни с чем не соглашаться, готовый справиться с любым препятствием на пути, хоть с тем же Шерханом.

В рассказ включено стихотворение «Песнь Маугли, которую он пел на Скале Совета, когда плясал на шкуре Шерхана».

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

Киплинг говорил, как он написал рассказ «Братья Маугли» в 1892 году. Есть ещё мнение о его знакомстве со свежим, на тот момент, романом «Нада» от Райдера Хаггарда, где главный герой повествования оказывался в окружении ведомых им волков. Вероятно, Киплинг решил написать нечто подобное, но в антураже индийских лесов. Только как быть с приданием разума животным? Можно опереться на поэтическую составляющую, в которой всякий описываемый объект наделяется какими-либо качествами, в том числе и неодушевлённая вещь вполне способна нечто сообщить. Как бы то ни было, в январе 1894 года Киплинг опубликовал рассказ «Братья Маугли», ставший для него определяющим, ведь для абсолютного большинства людей, если что и слышавших о творчестве Редьярда Киплинга, то как раз о мальчике Маугли, воспитанном волками.

Рассказ может и был написан за два года до публикации, оставаясь недоработанным. Позже написанное сказание «В лесах Индии» позволило внести требуемые изменения. Так Маугли не просто рос в окружении волков, становясь подобием вожака стаи, а обретал смертельного врага. Точно можно утверждать, рассказ потому и не складывался, так как ничего в себе не содержал. Теперь же у Маугли появился соперник — тигр Шерхан. Киплинг не пояснял причину, по которой тигра сторонились, учитывая его слабость перед другими хищными животными. Представленный вниманию тигр с рождения хромал. То есть Шерхан родился калекой, вынужденный питаться падалью, одомашненным скотом, либо оставленными без присмотра детьми. Каким авторитетом он мог обладать? Тем более иметь право на хоть какое-то слово среди волков. К тому же, о чём Киплинг сразу говорил, стоит убить человека, люди уничтожают каждого хищника в лесу, без какой-либо пощады. Они должны были истребить и волков. Все эти вопросы задаются в пустоту, так как Киплинг строил ровное повествование, должное поразить красотою показываемой истории.

Всё в «Братьях Маугли» условно. Есть подрастающий смышлёный ребёнок, протагонист. Антагонистом выступает хромой тигр. Их вражда складывается с самого начала рассказа. Привыкший питаться детьми, тигр затаит обиду на волков, укрывших от него ребёнка. Помимо волков Киплинг ввёл в повествование пантеру Багиру и медведя Балу, взявшихся дополнительно опекать Маугли. Сам по себе сюжет кажется за фантастический. Пусть имеются примеры, когда разные звери опекали человеческих младенцев, но не совершая то разномастным коллективом. Маугли постигал жизнь не столько под волчьим надзором, более беря уроки мудрости у пантеры и медведя. Потому и приходится говорить об условностях. И не пиши Киплинг в такой манере, рассказ остался бы безликим, как и множество прочих повествований за его авторством.

Чему ещё можно удивиться? Например, пантера Багира родилась и выросла в неволе. Потому она знала о людях достаточно много. Именно она подскажет Маугли о способах возможной коммуникации. Будет знать и о подлинной силе человека, сокрытой в невозможном для постижения животными. А в чём человек сильнее всего? Умеет разводить огонь. Данные знания пригодятся и Маугли, чтобы у него получилось одолеть Шерхана. Не так важно, насколько легко это могли сделать волки, всего лишь навалившись стаей на хромого тигра. Сам Маугли мог без затруднений поразить заклятого врага. Опять же скажем, повествование требовало соответствующей красоты.

Теперь читатель знал не только о Маугли в качестве повзрослевшего знатока индийского леса, но и про его становление в дикой среде. Причём, рассказ «Братья Маугли» получилось написать в более красивом духе, предвосхищая главные характерные особенности для прочих рассказов из цикла, который будет назван «Книгой джунглей».

В рассказ следует включить два стихотворения: «Вечерняя песнь в джунглях» и «Охотничья песнь Сионийской стаи».

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

Если в «Белом котике» разумно мыслить мог лишь один главный герой повествования, то в «Рикки-Тикки-Тави» такой способностью обладают все животные. Каждый из них живёт во имя определённых целей, к тому же стремится к их осуществлению. И даже есть животные, от которых исходит преднамеренное желание вредить. Это новая страница в творчестве Редьярда Киплинга, за которой откроется возможность создать одно из самых его ярких повествований — некоторое количество рассказов о Маугли. И пусть, стоит напомнить, Киплинг словно бы написал «Братьев Маугли» годом ранее, аналогичного способа повествования он более не придерживался, пока не изложил историю белого котика, а теперь вот мангуста Рикки-Тикки-Тави. В рассказ включено стихотворение «Песнь Дарзи».

Каких только смыслов не пытался найти читатель в данном произведении. Кто-то увидел вторжение человека на территорию животных. Иные увидели боязнь белых людей вступать в открытое противоборство, тогда как животные не умеют бояться. Даже улавливалась связь между мангустом и Маугли, таким же осиротевшим, спасённым благодаря стечению обстоятельств, только Рикки-Тикки-Тави попадает к людям, тогда как Маугли — к волкам, и каждый из них встречает смертельного врага, в виде ли змеи или в качестве тигра-людоеда. Кому-то из читателей стало заметно присутствие моральной составляющей в поступках мангуста, появляющаяся у него сама по себе, а не под давлением нотаций извне. И даже читатель мог заметить, насколько роль женщины, пусть и в образе змеи, способна нести потаённой злобы в гораздо большем количестве, нежели у самца, буквально подталкиваемого ею к его же скорой гибели.

Размышлять и предполагать можно разное. Если на страницах произведения животные обретают разум, совершают поступки и изрекают мысли, то это уже сродни сказочному сюжету, либо басенному, если бы Киплинг повествовал кратко и в стихах. Однако, так не должно казаться. Скорее Киплинг рассказал историю противостояния мангуста и змей, которым пришлось столкнуться в отведённой для них среде обитания. Оно так и считывается. Но вполне может быть и так, будто Киплинг вкладывал нечто сверх того. Только требовалось ли такое в нарочито поданном для детей сказании? Так или иначе, каждый читатель поймёт содержание на собственный лад.

Единственная составляющая, кажущаяся за действительную, заключается в стремлении оберегать слабых. Или нет? Киплинг сам это опровергнет. Кажется, не окажись в доме мангуст, змеи тогда обязательно убили бы всех его обитателей. А если спросить мнение змей? Не принеси люди мангуста в дом, создав угрозу для их существования, они бы не стали никого целенаправленно убивать. Получается, что змеи стремились обезопасить себя. И не придумали ничего лучше, нежели сперва убить старшего и самого сильного мужчину, после чего расправиться с его женой и ребёнком. Может такой вариант имеет больше прав на существование, учитывая отсутствие у змей желания убивать людей, чтобы когда-нибудь потом они не причинили им смертельный вред. Угрожай им человек явно и в определённый момент, змея его обязательно укусит, но не построит логическую цепочку: они возвели на нашей территории дом, поселили в нём мангуста, следовательно хотят нас извести, тогда мы обязаны их убить, не сегодня, а завтра, спрятавшись в ванной комнате.

Да как не воспринимай содержание рассказа, ядовитая змея в любом случае будет пониматься за угрозу для людей, и потому действия мангуста обязательно должны принести пользу. На деле так и окажется — мангуст принесёт пользу, убив змей. Задумываться о мотивах убиваемых при этом не требуется, хотя Киплинг их нисколько в том не обвинял, всего лишь заставив бороться за право жить на их территории.

И вот читатель снова задумался. А если белые люди, которые британцы, воплотили собой на страницах самих себя, спасающих индийцев-мангустов от внутренних змей? Такое рассуждение точно не должны иметь отношения к «Рикки-Тикки-Тави».

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Цикл «Книга джунглей»

Несмотря на разговоры о том, что ещё в 1892 году Киплинг написал рассказ про маленького Маугли, пусть нигде его тогда не опубликовав, в его прозе тяжело заметить вовлечение в повествование детского стиля, когда окружающий мир становится полностью разумным. Как нет и намёков на цикл, должный носить название «Книга джунглей». Но нечто определённое Киплинг уже для себя определил, каким образом доходчивее излагать для читателя. Особенно для читателя самого маленького возраста. Для начала, того ещё не подозревая, взялся за историю, о мотивах которой он мог где-то прознать, поскольку в пределах Берингова пролива его интересы ещё не оказывались. Даже может показаться странным, каким образом вообще Киплинг пожелал включить в «Книгу джунглей» рассказ об обитателе холодных северных морей. А дело в том, что показываемый морской котик обладал способностью размышлять, каковую имели и все прочие его собратья.

Но отчего Киплинг, воспринимаемый за отстаивающего право человека на жестокое подавление любой противной ему воли, как людей более слабых, так и особенно животных, решил озаботиться судьбой морских котиков, массово забиваемых ради добычи шкуры? Сами котики показывались за благостно воспринимающих творимое над ними насилие, не задумываясь изменить положение к лучшему. Они год от года шли на убой, практически осознанно. Понимали необходимость покориться человеку, так как это было и должно быть всегда. Один лишь котик, родившийся со шкурой белого меха, отчего и рассказ получил название «Белый котик», решил спасти сородичей, для чего побывал во всех морях и океанах, пока не нашёл скрытое от глаз место. Но и тогда он должен был через насилие над своими же собратьями доказывать им необходимость перемен. Может тем самым Киплинг начал переосмыслять понимание жизни? Отныне угнетаемые народы должны были получить право на достойное к ним отношение? Или это просто рассказ, выполненный в виде сказки? Тогда чему он мог научить подрастающих подданных Британской империи? Или всё гораздо проще — в рассказе котиков забивали люди с русскими фамилиями, значит котиков следовало от них спасти.

В рассказ «Белый котик» включено короткое стихотворение «Колыбельная котику». А годом позже Киплинг напишет песню «Луканнон», которую поют все морские котики.

«Маленький Тумаи» — другой рассказ, включённый в «Книгу джунглей», опубликован в конце 1893 года. Ещё менее подходил по смысловой нагрузке, разве только местом действия являлась Индия. Животные на этот раз лишены способности мыслить. Но нечто внутри них происходит, вполне схожее с разумом. Пиши Киплинг данный рассказ позже, повествовал бы уже от лица старого слона, пока же представив его в виде животного, понимающего необходимость выполнять возложенные на него обязанности по приручению слонов. Как знает читатель, приручить можно только индийского слона, причём посредством участия уже одомашненного слона. Вот именно таким слоном оказывается Кала Наг, продолжающий оставаться покорным одному из семейств погонщиков, теперь скорее сам обучающий данному ремеслу своего юного господина.

В одном содержание рассказа приближало его к «Книге джунглей». Пусть слоны и были одомашнены, они всё же оставались хранителями тайн, о которых не должны были знать люди. Так это или нет, но Киплинг показал, как множество слонов собираются в священном для них месте, где они всю ночь совершают подобие религиозного действия, ритмично передвигая ногами, трамбуя тем самым почву, оставляя характерное доказательство их ритуала. Вероятно, в лесах Индии периодически находили участки с утрамбованной почвой, объяснить происхождение которых люди не могли.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Как так получилось, описывая нравы англичан в пределах родного для них острова Великобритания, порою диких и необузданных в низменности присущих им человеческих чувств, в том же сборнике рассказов «Многие помыслы», был помещён рассказ «В лесах Индии»? Согласно сюжета получалось, как к служащим лесного департамента явился человек, словно бы никогда не выходивший из леса. Он имел единственную цель — поступить на службу к англичанам, обзавестись домом и семьёй, а после, в качестве достойного члена общества, отработав положенный срок, выйти на пенсию, получая соответствующие социальные гарантии. Может и были такие люди в лесах Индии, отличающиеся от прочих жителей индийских земель. Писал ли Киплинг сказочный сюжет, либо нечто подобное могло быть в действительности? В любом случае, Редьярд написал про того, о ком после расскажет ещё не одну историю. Имя тому человеку из леса — Маугли.

В оригинале леса Индии называются рухом. Надо полагать, рух — это название именно для большого леса. Там живут дикие звери, с которыми человек не всегда может совладать. Его может убить тигр, а то и затоптать слон. С приходом в Индию англичан начались преобразования. Например, лес стали прореживать, чтобы, в случае пожара, было легче спасти насаждения. Во время осуществления деятельности англичанам не раз попадались люди, в этих самых лесах выросшие, буквально воспитанные самой природой. Но требовалось показать необычность ситуации, поэтому Киплинг повёл речь от прежде с таким не сталкивавшимся, кого Киплинг назвал Гисборном. Он прибыл по требованию местных жителей, поскольку в лесу завёлся тигр-людоед. И именно тогда к Гисборну выйдет Маугли.

Считается, подобного Маугли не могло существовать. Редьярд нарисовал излишне идеализированную картину. Дикий человек, воспитанный волками, толком никогда прежде не общавшийся с людьми, сразу смог найти общий язык не просто с человеком, а с человеком вовсе другого склада, нежели он сам. Да и умения Маугли вызывали у читателя сомнения. Каким образом он мог контролировать поведение зверей? Будь такое в действительности, иначе начнёшь воспринимать бытность человечества на заре его существования. Окажется, жили в полном согласии с природой, и всякий зверь им был послушен. Но раз Киплинг представил вниманию человека, живущего в лесу будто бы в некоем подобии социума, вроде человеческого, то это следует принять за допустимое. Пусть получилось красиво. Главное во всём этом вовсе другое.

Читатель должен увидеть не способность дикого человека из леса уметь быть частью лесных обитателей, а стремление угождать англичанам. Не пошёл Маугли к индийцам, желая найти с ними такой же общий язык. А пришёл к сотруднику лесного департамента, ещё и с намерением поступить на службу. Сколько таких из дикой среды на самом деле выбрали аналогичный путь? Может такие были в действительности. Только какая часть сумела адаптироваться к непривычным для них условиям? По Киплингу получалось, словно Маугли легко может общаться с дикими животными, и столь же легко входит в доверие к англичанам. То есть для Маугли нет никаких сложностей в мире, с которыми он не сумел бы справиться.

Придумав такого персонажа, Киплинг задумался о необходимости вернуться к индийской теме, по которой его прежде всего и ценил читатель. Маугли станет центральным персонажем последовавших затем сборников. Пусть он будет уже вовсе другим, мало похожим на себя же повзрослевшего, вплоть до того, что Киплинг задумается о необходимости увязывать детство Маугли с первоначальным о нём замыслом.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее