Tag Archives: снегирёв

Александр Снегирёв “Как же её звали?..” (2013-15)

Снегирёв Как же её звали

Знакомясь с рассказами Снегирёва, читатель задаётся желанием осознать величие эдипова комплекса в быту обыкновенного человека. Александр бессознательно использует образ матери, являющийся обязательным элементом представленных в сборнике произведений. Мать во главе всего, либо вместо неё используется зрелая женщина. И если мать возведена в статус безгрешного существа, то женщина подспудно приравнена к блуднице. Противоположного в тексте не встречается. Читатель должен принять именно такую трактовку толкования, иначе от рассказов останется пыль: смёл и вынес.

В основу сборника положено восемнадцать рассказов, изначально опубликованных в литературных журналах. Они разнятся между собой, но позиция автора чётко прослеживается. Единому восприятию происходящего мешают отличающиеся друг от друга герои. Чаще всего повествование идёт от первого лица. Очень затруднительно разобрать в рассказчиках стоящего за ними Снегирёва. Читатель склонен видеть альтер эго Александра в каждом из них. Может быть частично так и есть на самом деле. Разрыв соотношения наступает спустя несколько рассказов, в силу обилия персонажей.

Структура построения истории из раза в раз повторяется. Снегирёв кратко обрисовывает главного героя, показывает его становление и далее начинается тёмный лес из хаотического нагромождения стремительно разворачивающегося действия. Начало и конец рассказов не взаимосвязаны. Читатель может перемешать их все, предварительно поделив каждую историю на три части, чтобы не увидеть в качестве готового образца строенный зачин, середину или окончание. Впрочем, опыт может получиться занимательным. Вполне вероятна передозировка материнства, блуда или беспрестанных мытарств.

Мораль в рассказах не предусматривается. Герои историй принимают себя в стремительном потоке жизни, делая упор на настоящем, иногда вспоминая о былом. Их взоры обращены в будущее, только там стоит искать благополучие. При этом читатель не скажет, будто Снегирёв кому-то даёт больше шансов, нежели он дал бы лично себе. Нужно быть фанатиком дела, лишь в нём находя упоение, чтобы никто не посмел усомниться в правильности совершаемых действий: ловить рыбу в аквариуме и опрокинуть его на себя, мыть стульчак в больнице и познать прелесть единственной на нём сидевшей, учиться в техникуме и быть благодарным за это маме, писать про русскую женщину и хранить веру в успешную реализацию задуманного, слыть фотографом-ломографом и быть консультантом в популярном гламурном журнале, ничего не уметь делать руками и создавать востребованные обществом художественные произведения.

Про не к месту упоминаемые развязные мысли действующих лиц говорить не приходится. Это дань нашему времени. Спокойно воспринимается фривольное отношение людей к жизни, вплоть до постоянных дум о сексе, пошлостях и половых органах. Без гомосексуалистов тоже ныне не обойтись – они стойкий гарант признания художественного произведения обществом. Как бы это не казалось странным, нынешние деятели от культуры склонны понимать под использованием подобных мотивов ключ к осознанию грамотного подхода для осознания реальности.

Любопытно узнать мнение следующих поколений о творчестве Александра Снегирёва. Автор больно молод, находится в начале творческих свершений и ему под силу создать нечто идеально прекрасное. Не зная ничего о дальнейшем пути, воспринимаешь его слова, как современника, говорящего с тобой на одном языке и понимающего действительность в той же мере. Пусть слог Снегирёва затейливо мрачен и не предполагает радужных оттенков в происходящем, возможно Александру приятнее понимать мир в качестве фильтра, задерживая негатив и давая читателю надежду на существование положительных моментов. На самом деле всё хорошо – оставим мрачный реализм в работах Снегирёва и взглянем на происходящее очищенным взглядом. Светит солнце… её зовут Солнцем… она прекрасна!..

» Read more

Александр Снегирёв “Вера” (2015)

Разве женщина может быть тряпкой? Александр Снегирёв считает именно так. Главная героиня его произведения “Вера” постоянно унижается окружением и особого дискомфорта от этого не испытывает. Ей необходимо как-то жить, отчего она готова терпеть любые издевательства, сама же им потворствуя. Читателя обязательно должно подташнивать во время ознакомления с данной книгой, поскольку рвотный рефлекс всегда возникает, если человеку предлагается нечто тошнотворное. И мутить может много от чего. Хорошо то, что автор не сильно старался перегибать палку с извращениями.

Повёрнутых на чём-то людей полно – так думаешь, когда в твои руки попадает современная беллетристика или ты смотришь телевизор. Удивительно, ничего подобного в жизни человека при этом не происходит. Откуда тогда такое засилье замороченных? Может писателю хочется отразить на страницах произведения сразу всё, дабы читатель в очередной раз убедился в беспросветности жизни? Коли другим плохо, а мне хорошо, то отчего не порадоваться за себя, взгрустнув печальной участи выдуманных персонажей?

Проблема в том и заключается – человека окружает кем-то выдуманный мир. Реальность в нём очевидна, но при этом она настолько скучна, что требуется наличие экстраординарного. Вот и главная героиня “Веры” рождена при неблагоприятных обстоятельствах, при них же выросла и с ними продолжает жить дальше. Она уж точно ничего не придумала – для неё реальность такова, какой её принято воспринимать искателями редких проявлений продуктивности воспалённого ума.

Снегирёв потворствует желаниям читателя, вследствие чего у него получился продукт потребного массам качества. А массы любят сходить с ума от лишённой моральных предрассудков продукции. Будут в сюжете фетишисты всех мастей – значит автор в тренде. Ныне принято унижать женщин в культуре, да и сами женщины рады унижаться, хотя это не является реальным отражением действительности. Однако для середины первого десятилетия XXI века данное явление является трендом. Главной героине остаётся это принимать без возражений – не ей спорить с точкой зрения писателя, давшего ей возможность существовать хотя бы на страницах его произведения.

Впрочем, повествование начинается задолго до рождения главной героини. Снегирёв умеет интриговать, строя предпосылки для развития сюжета издалека. Читатель подробно узнает о родителях Веры, особенностях её появления на свет и тяжёлого детства. Далее всё только усугубляется. Тут большая часть зависела уже от желания автора направить её жизнь по пути прозябания в пустоте. Это и жизнью-то не назовёшь – главная героиня лишь существует. И хорошо, что существует она только на бумаге.

Каждый шаг на страницах книги – это насилие над понимаем значения индивидуума для общества. Психически здоровых в сюжете читатель на найдёт. Все действующие лица имеют отклонения. Причём отклонения касаются сугубо психических расстройств. Снегирёв это обставляет пониманием нормального хода вещей. Ведь не может начальник быть самым обыкновенным человеком, дожидающимся конца рабочего дня и отправляющимся домой к жене и детям – он обязан быть извращенцем. Не может любовник банально любить – у него должно быть с головой не в порядке.

Всю книгу читателя не покидает ощущение, будто главная героиня самостоятельно анализирует прожитые годы, применяя для этого изрядную долю фантазии. А может и не было ничего, она всего лишь фантазирует в настоящий момент. Читатель сам решит – верить ему или наконец-то пойти дать волю разбушевавшимся стенкам желудка.

Удручает другое – литература сама себя уничтожает, всё более погружаясь в художественность вымысла ради вымысла.

» Read more