Tag Archives: космогония

Иммануил Кант — От принципов метафизического познания до теории движения и покоя (1755-58)

Кант Монадология

Не существует единственного правильного мнения, поскольку любое мнение рано или поздно будет опровергнуто. Об этом следует помнить, когда желаешь поделиться размышлениями с другими. Но, обязательно нужно понимать, без частично ложных промежуточных выводов никогда не получится придти к правильному пониманию определённого явления. Это же касается философии. В 1755 году Кант опубликовал труд «Новое освещение первых принципов метафизического познания», которым нивелировал споры. Стало ясно, что нет смысла доказывать правоту, поскольку её докажет время и последующие поколения, либо путём заблуждений всё равно требуемое решение будет найдено или открыто заново.

Возможно ли применение метафизики касательно философии? Разве может существовать то, что человек объяснить не в состоянии? Кант не видит причин считать не поддающееся объяснению извечно существующим негласным принципом. Как понимание бытия постоянно подвергается пересмотру, так и установленный канон может быть изменён. Иммануил не соглашается с существованием первого и всеобъемлющего правила для всех истин, однако признаёт принцип тождества, призывающий соглашаться с утвердительными и отрицательными суждениями, ибо они истинны: всё что есть, есть; всё что не есть, не есть.

Мысли Канта дают представление о позитивном мышлении, направленным на продуктивное рассмотрение всевозможных мнений. Противоречия несут вред для философии и науки. Сдерживающие факторы человеческой способности не замечать нужное и превозносить губительное, Иммануилом для рассмотрения не брались. Важен сам принцип тождества, касающийся прежде всего определяющих сущее истин, а не применение метафизики на прочих уровнях.

Кант предлагает считать в качестве основания всего существо, предшествующее ему самому и всему остальному. Таким существом Иммануил считает Бога. Такое понимание необходимо из-за того, что для истины нужно основание, а начало у основания не может заключаться в самом себе. Бога допустимо отрицать — в этом случае будет применим принцип тождества. Позже Кант будет доказать существование Бога, пока же он сам через рассуждения подводит себя к требуемым ему выводам.

Всё сущее для Иммануила исходит от божественного разума. Нынешнее их состояние связано с происходящими изменениями, вследствие взаимного влияния. Данная мысль подвела Канта к труду «Физическая монадология» (1756), основанному на рассуждениях Лейбница о простейших единицах (или основополагающих частицах) мироздания — монадах. Кант склонен предполагать существование монад. Они для него являются неделимой субстанцией, способной существовать самостоятельно, но без их участия ничто другое существовать не сможет. В размышлениях Кант опирается на геометрию. Также Иммануил уверен, что Бог не может быть монадой.

Если философы древности предполагали мельчайшей составной частью всего неделимые атомы, то философы XVIII века остановились на монадах, какими бы они не являлись на самом деле. Как есть высшее существо Бог, выше которого нет, так должны существовать единицы, противоположная Богу основа. В подобном утверждении прослеживаются выводы, сделанные ранее при рассмотрении космогонии Канта. Какими мыслями не оперируй, нельзя исключать возможность бесконечного потолка и пола, то есть нет предельной точки сверху и снизу, может существовать неизмеримое количество постоянных делений и объединений. Это согласуется с присущими живым силам способностям отталкивать и притягивать. Если для чего-то делать исключение, то модель бытия обязана рухнуть. Допущение возможности существования монады должно говорить, что она самодостаточна и имеет сходные с Богом черты.

В том же 1756 году Кант размышлял о «О причинах землетрясений» и высказывал «Новые замечания для пояснения теории ветров». К тому его подтолкнули обстоятельства. Например, случившееся годом ранее землетрясение, затронувшее ряд европейских государств от Франции до Баварии. Как итог, Иммануил предположил наличие пустого пространства под ногами и подземное горение, образующее пары, ищущие выход наружу. К тому Кант подметил, что землетрясения чаще случаются в странах близ гор и вулканов.

В теории ветров Кант мог опираться на зримые явления, нежели на смутно представляемые им подземные процессы. Иммануил заключил верно, утвердив причиной рождения ветра встречу тёплых и холодных слоёв воздуха: когда первые нагревают вторые, тогда рождается ветер. Направление же ветра Кант связывает с вращением планеты и отставанием от вращения атмосферы. Предположение Иммануила, с его же слов, подтверждается моряками — очевидцами восточного ветра на уровне тропиков и муссонов.

С 1757 года Кант более концентрировался на преподавании в университете. «План лекций по физической географии и уведомление о них» тому в подтверждение. Годом позже Иммануил кратко описал «Новую теорию движения и покоя», где высказал ряд предположений, связанных, надо полагать, с работами Ньютона. Кант пришёл к мысли, что тела постоянно находятся в движении и не сталкиваются с телами, которые всё-таки находятся в состоянии абсолютного покоя. Связано это с общим взаимодействием. Если же тела сталкиваются, то действие и противодействие всегда равны между собой, а одно тело другому телу сообщает свою силу постепенно.

» Read more

Иммануил Кант — Космогония, или Попытка осмысления мироздания (1754-55)

Кант Космогония

Для философии обязательно должен быть стимул. Что могло подтолкнуть Канта к попытке осмыслить мироздание? Ответом на это становится работа «Исследование вопроса, претерпела ли Земля в своём вращении вокруг оси, благодаря которому происходит смена дня и ночи, некоторые изменения со времени своего возникновения», написанная для получения премии от Королевской академии наук, озадачившей мыслителей в 1754 году. Лауреатом Кант не стал, но следом он опубликовал труд «Вопрос о том, стареет ли Земля с физической точки зрения». И в 1755 году он пишет письмо прусскому королю, излагая «Всеобщую естественную историю и теорию неба». Всё вышеозначенное предлагается именовать «Космогонией, или попыткой осмысления мироздания». Мог ли Кант знать о чём он размышляет? В его словах есть много такого, что трудно поддаётся объяснению. Что-то позже будет подвергнуто сомнению, но однозначно утверждать, возможно, человечеству так и не будет суждено.

Земля есть планета, находящаяся в пространстве, вращающаяся вокруг Солнца согласно действию центробежной силы, сама же вращаясь вокруг собственной оси, изначально подверженная вращению, как любое тело в трёхмерном мире. Сколько лет Земле, на излёте ли она или только родилась, Кант не сообщает. Иммануил желал найти требуемые для доказательства суждений элементы. Он опирался преимущественно на океанические приливы и отливы. Думал над возможностью влияния Луны и содержащейся внутри неё жидкости, как разгоняющего Землю фактора. Основательных примеров для должных выводов Кант найти так и не сумел. Начало же созданию космогонии было положено.

Новым шагом к осознанию мироздания стали рассуждения о старении Земли с физической точки зрения. Кант предположил, что наша планета изначально имела жидкое состояние, после начала затвердевать снаружи вовнутрь. Вольные думы о подобном будут впоследствии частично опровергнуты Иммануилом. Кант снова не добился ответа на поставленный вопрос и строил доказательства на размышлениях, подталкивая себя к новым мыслям о мироздании. Его продолжают беспокоить приливы и отливы, он каждый раз на них опирается, пытаясь их движущую силу соотнести с другими процессами на планете. Кант при этом уверен — соотносить тела по возрастному параметру бесполезно.

Космогония Канта зиждется на принципе постоянного взаимодействия живых сил. За основу им берётся Солнце, по примеру возникновения которого можно судить об остальных космических телах. Мысль Иммануила исходит от одной вращающейся точки, притягивающей к себе другие точки, покуда те способны притягиваться под действием центробежной силы. Когда же более точки притягиваться не могут, тело останавливается в росте. Вокруг Солнца вращаются планеты, возникшие благодаря таким же обстоятельствам. Благодаря той же центробежной силе они находятся на одном расстоянии и существуют на одной плоскости. Спутники планет подчинены тем же правилам, вращаясь вокруг планет аналогично в одной плоскости. Прочие космические объекты, как кометы, совершают вращение в той же плоскости, что и планеты.

Продолжая рассуждать о космогонии, Кант считает всё обязанным вокруг чего-то вращаться. Значит и Солнце имеет тело, служащее для него исходной точкой для вращения. Иммануил предполагает возможность вращение Млечного Пути вокруг Сириуса, то есть чем больше тело, тем больше вокруг него вращается других тел. И Сириус должен вокруг чего-то вращаться, вплоть до той самой точки, откуда всё приходит в движение. В таком случае не стоит исключать заключающуюся в ней божественную сущность.

Кант не стал развивать мысль, поскольку такие же принципы применимы от большого к малому и от малого к большому. Должно существовать переходное состояние в обратное, когда в природе существует множество исходных точек, вокруг которых происходит вращение. Кант лишь говорит о свойстве атомов двигаться, причём не хаотично, а исходя из его теории взаимодействия живых сил. Согласно механике всё подчинено строгой последовательности соотношения, значит не может существовать хаоса, если не рассматривать возможность дефектов и нарушения функций, что обязательно случается с любым телом, какой бы системы притяжения или отталкивания оно не придерживалось.

В космогонии Канта имеется недостаток, объясняемый излишне идеализированным представлением о мироздании. Как Иммануил относит математику к науке логических умопостроений без возможности её применения к природе, так и его мысли о мироустройстве основаны на постижении действительности с помощью логических законов, исключающих влияние множества неучтённых факторов. Проще говоря, любой механизм может сломаться, последствия чего практически предсказуемо ведут к катастрофе.

Если что-то не укладывалось в понимание Канта, то это он относил на счёт мудрости божественного проявления. Так Иммануил не может объяснить пустоты между планетами. Он также не понимает, почему все планеты находятся в одной плоскости, когда это противоречит идее о трёхмерном устройстве вселенной.

В плане космогонии на Канта влияние оказали труды Ньютона. Всё в его размышлениях основывается на силах притяжения и отталкивания. Согласно Канту, чем ближе планета к Солнцу, тем она более плотная и тем меньше у неё спутников. У Марса, по уверению Иммануила, их быть не должно: Фобос и Деймос были открыты позже, но и ныне есть подозрения в их искусственном происхождении (как и касательно Луны, удивительно статичной). Такое противоречие, опять же, может быть объяснено вмешательством высшего разума, иначе оно не укладывается в космогонию Канта, либо является, согласно ранее обозначенному тут предположению, неучтённым фактором.

В ряде предположений Кант показывает умение размышлять наперёд. Например, он размышляет о кольце Сатурна, вычисляет его размер и на этом основании исчисляет суточное вращение самого Сатурна. Зачем этим занимался Кант — трудно объяснить. Никакого значения для его космогонии это не имеет. Наоборот, вводит Иммануила в заблуждение, он предполагает такие же кольца у других космических тел, как у Солнца, так и некогда существовавшее у Земли, разрушенное кометой и ставшее причиной потопа, ибо состояло из водяных паров.

Кант уверен, в центре всякой космической системы находится пылающее тело, а в срединной точке мироздания — Бог. Иммануил не исключает наличие разумных существ на других планетах. Он даже уверен, что если сейчас это не так, то со временем они там появятся. Но Кант сомневается, что чем ближе разумные существа к срединной точке, тем они возвышеннее, скорее — медлительны и тугодумны.

Теперь Канту предстоит подойти в размышлениях к доказательству бытия Бога.

» Read more

1 2