Tag Archives: бадигин

Константин Бадигин “Покорители студёных морей” (1957)

Бадигин Покорители студёных морей

Иногда нужно забыть о воде, чтобы вернуться на землю. Крепкие узлы приходится вязать и на суше.

Где есть моря и реки, там жизнь кипит на свой лад. Обязательно ломаются человеческие судьбы, ставшие расходным материалом в руках более сильных людей. Неважно, в жаркой то стране происходит, либо в холодной. Это на первый взгляд кажется, житель северных земель должен быть спокойным, рассудительным и избегать конфликтных ситуаций. Что же… Константин Бадигин взялся разрушить очередной миф. Берясь снова за сочинение художественного произведения, ему потребовалось провести предварительные изыскания, после чего герои зажили самостоятельно, имея для того полное право на существование.

Перед читателем Новгород времён его последних попыток утвердить ослабевающие позиции. Ещё не случилось бунтовских помышлений Марфы-посадницы, но имелись иные предпосылки к оному, только в лице посадника Исаака Борецкого. Те годы по накалу страстей ничуть не уступали нашим дням, как и любым другим, за исключением того, что ныне о них практически ничего неизвестно. Остаётся полагаться на предположения беллетристов, находивших требуемый им материал. Борьба развернётся по всем фронтам. Не хватит для выяснения отношений суши, придётся разбираться и в условиях морских просторов. В такой ситуации не стоит говорить про папу римского, полного забот об обретении права именоваться Вселенским патриархом.

Важнее прочего Новгород. В середине XV века сей русский град имел множество особенностей. Населявшие его жители могли вмиг разбогатеть и в той же мере вскоре обнищать. Причём растерять накопления случалось даже чаще. Читатель к своему удивлению узнает о такой особенности, запрещавшей человеку передвигаться по Новгороду в одиночку. Такого просто не допускалось. Обязательно следовало выходить из дома в количестве не менее двух человек. Пусть установление странное, всё же против заведённых порядков возражать бессмысленно.

Противником Новгорода выступало Московское княжество и его купцы. Сладить с последними лучше всего с помощью третьей силы. Можно обратиться за помощью к шведам, поставив их перед необходимостью нанести сокрушительный удар по противнику. Да как это сделать? Лучший выход – отправиться тайно по морю. Путь тот опасен. Русский моряк с недоверием примет плату за провоз, а католик-карел, не разбираясь, сперва ударит по голове и свяжет, лишь после прояснив обстоятельства появления перед ним неизвестного человека. Торговые войны велись именно так. Но зачем Бадигин взялся за подобный сюжет?

Читателю будет трудно разобраться в хитросплетениях представленных ему событий. Впрочем, всё в духе Дюма-отца. Приключения проистекают за счёт самих себя. Разобравшись с обстановкой, действующие лица примутся за выполнение порученных им заданий. Они будут превозмогать страх, боль и отчаяние, борясь до последнего вздоха, не собираясь ни в чём никому уступать. Остаётся с недоверием принимать поступки доведённых до отчаяния героев, способных буквально гореть от огня и совершать иные отчаянные поступки, осознавая необходимость дать продолжать выполнять поручение если не себе, то другим.

Всё смешивается, когда интересы торговли ставятся превыше всего. Русские выдают себя за шведов, а шведы – за русских. Особого противления между народами не отмечается. Основная цель новгородцев – уменьшить влияние Московского княжества. Бадигин об этом писал с особым упорством, никак не отражая в содержании название произведения. Покорять приходится не одни моря, в первую очередь требовалось разрешать конфликты интересов, где конечную выгоду извлечь ни у кого не получится. Рассказ Константина потому и упирается в итоге в глухую стену, поскольку им описанные события свершались ради сиюминутной выгоды определённых лиц, что само по себе ведёт к краху любых начинаний.

» Read more

Константин Бадигин “Путь на Грумант” (1953)

Бадигин Путь на Грумант

Быть Робинзоном не трудно, природа позволит тебе выжить. Другое дело, если окажешься на одном из северных островов, вроде Шпицбергена. Это вообще возможно? Там холодно, полгода длится ночь, бессчётное количество белых медведей и мала вероятность оказаться поблизости случайному судну. Если и сумеешь обустроить жилище, добыть пропитание, оборониться от хищников, то против цинги окажешься бессилен, если не сломишь себя и не согласишься пить кровь животных. Сочини кто подобную историю, читатель бы не поверил. Но перо взял в руки Константин Бадигин – капитан дальнего плавания и исследователь Арктики. Ему однажды довелось более двух лет дрейфовать в Гренландском море на скованном льдами корабле. И всё равно читатель сохранит недоверие. Дабы разрушить последние сомнения, достаточно сослаться на исторический факт. В середине XVIII века на одном из островов Шпицбергена вынужденно высадились четверо русских, чтобы на шесть лет оказаться в плену отдалённой от их Отечества земли.

В те времена русские промысловики называли Шпицберген Грумантом, а Баренцево море – Студёным. Занимающихся промыслом звали не так, они носили гордое имя поморов. Им всё было по плечу, ведь север – их стихия. Основным средством заработка служила водная гладь, позволявшая добывать рыбу, либо переносить в места богатые зверем. Именно с целью получения добычи русские моряки отправились на Грумант. Им было дано большое судно. Всё прочее – представление Бадигина, как оно могло происходить. Не так страшен север, там существует достаточное количество возможностей для вполне сносной жизни.

“Путь на Грумант” – произведение в духе французских писателей с XIX на XX век, когда время изучения контуров планеты подошло к концу и наступила пора углубляться внутрь континентов. Жюль Верн и Луи Буссенар – самое близкое сравнение, позволяющее представить, каким образом Бадигин строил повествование. От внимания читателя ничего не ускользнёт. Можно сказать, Константин создал подробную инструкцию, способную дать представление об ожидающих опасностях и способах их преодоления. Для этого он специально занизил возраст одного из действующих лиц, дав возможность открывать ему секреты прежних поколений. Не сложно понять, что в качестве этого персонажа читатель должен видеть в первую очередь себя. Удивиться найдётся чему.

До Груманта путь далёк. Лодья скользит по водной глади, значит нужно это подробно описать. Команда ловит акул, потрошит их и, надув желудок воздухом, выбрасывает назад. Зачем? Бадигин поясняет целесообразность подобного поступка, вследствие чего можно продолжать промысел дальше. Поморы ценили акулью печень, используя её в качестве приправы, остальное их не интересовало. Можно поймать белугу, ценимую за сало. Богатство от улова пойдёт к владельцу судна, тогда как остальным достанутся крохи. Константин из того не делал никаких выводов, но современный ему читатель понял, с какой несправедливостью приходилось мириться простому моряку. Плыть сквозь льды – опасное занятие. Но читатель знает заранее, судно затрёт, а о дальнейшем Бадигин обязательно продолжит рассказ. Приходится сожалеть, так как спастись суждено четверым, сам корабль раздавит, а люди погибнут.

Зимовка на Груманте – время ожидания. Спасшиеся ожидали прибытия других промысловиков, только их надежды не претворялись в жизнь. Как раз в то время из-за чрезмерного обилия льдин никто не решался отправиться к северному острову. Что же, помору нет беды потерпеть кораблекрушение на необитаемом острове. В крайнем случае он изыщет возможность построить судно и рискнёт на нём отправиться вплавь, не думая о ждущей его смерти. Бадигин не торопил события. Не на шесть лет он планировал оставить действующих лиц, вполне можно заставить их порядка десяти лет провести на острове. Тем сильнее читатель убедится в силе духа покорителей Студёного моря.

Требовалось отыскать нечто такое, что в духе борьбы капитализма с социализмом. Несмотря на XVIII век, ограниченные возможности для демонстрации, Константин придумал, поместив внутрь произведения ряд дополнительных историй, показывающих прочих мореходов, ходивших к берегам Груманта. Он их представил отличными от русских людьми. Во всём они похожи, кроме помыслов. Они скорее удавят друг друга, нежели протянут руку помощи. С таким подходом про север лучше вовсе забыть. Потому-то и удалось русским промысловикам выжить, потому как о них прежде позаботились. На острове прежние зимовщики оставили обустроенное жильё, в том числе и необходимые для существования в суровом климате вещи. Объясняется это просто. Поморы привыкли жить честно, на закрывая дверь и позволяя пользоваться своим имуществом всякому входящему. Так принято у них. И они знают, в сложной ситуации каждый сможет найти поддержку.

Да, для остроты впечатлений, Бадигин введёт в повествование злокозненных иностранцев, не способных найти общий язык ни с кем, в том числе и с самими собой. Как тут не упомянуть ещё одно действующее лицо – белого медведя, воспитанного потерпевшими крушение действующими лицами. Всё у них ладно складывалось, несмотря на смерть одного из них. Не всякий помор согласится пить кровь, не способный преодолеть внутренние запреты, вроде религиозных. Константин специально акцентировал внимание – среди действующих лиц имеются старообрядцы.

Не перечислить особенностей, характерных для быта северных народов, упомянутых Константином. Знает ли читатель, что неспроста ставили кресты поморы на островах? То служило им помощью для ориентирования. Впрочем, у поморов ещё с древних времён был в ходу особого устройства компас, позволявший узнавать время и стороны света. А не подскажет ли читатель, как всё-таки прежде назывался тот остров, на котором происходит действие? Бадигин даст ему имя Алексеевский, сожалея о нынешнем его наименовании – остров Эдж.

Обязательно следует упомянуть дальнейшую судьбу произведения “Путь на Грумант”. Будет снят художественный фильм “Студёное море”, в качестве сценариста выступит непосредственно Константин Бадигин. Остаётся порадоваться, что среди советских писателей нашёлся ещё одни человек, способный писать о трудностях и их преодолении. Теперь читатель точно знает, что делать, если его с головой станет засыпать снегом. Главное не забывать сохранять доступ воздуха с поверхности. И тогда всё будет хорошо.

» Read more