Метка: малышко

Пусть Малышко писал поэзию, и был в начале своего поэтического пути, воспринимать это именно за поэзию — рука не поднимается. И не так важно, каким образом его потом начнут воспринимать. Даже вручат Сталинскую премию. Это скорее говорит о печальном распределении взявшихся за дело отбирать лучшее из бывшего доступным. Может сами переводили, о том судить нет необходимости. Творчество Андрея Малышко доступно к пониманию на языке оригинала, то есть на украинском. Это ради цели понять, насколько поэтично звучат строки, каков взятый поэтом размер и созвучие окончаний. Печаль и грусть съедают глаза читателя. Не помогает даже осознание практически первых шагов на пути поэтического самосовершенствования. Будь оное так, то более ничего путного не нашлось для Сталинской премии? Или уже одолела усталость от военных стихов?

Возьмём для внимания из сборника четырнадцать стихотворений. Например, поэтический некролог на смерть «Товарищу Серго» — был повод написать, к тому зудела рука поэта. Если вдуматься, складывать вирши можно на любое событие. Быть, так сказать, новостным рупором. Умер товарищ Серго — надо выразить о том сожаление. Да вот в Советском Союзе следовало писать осторожно. Случись кому попасть в опалу, пускай даже после смерти, то пожурят тех поэтов, кто смел сложить строки сожаления. Напиши Малышко о ком другом, не видать ему Сталинской премии. Впрочем, в 1938 году о такого рода премировании говорить не приходилось.

Или вот — «Учитель». Один из жизненных случаев. Писал Малышко старательно, выводя и плодя строчки. Результат выходил печальным. Вот обратился к образу матери с виршем «Мать». Сама страна у него является той, кто каждому во всём помогает, как хлеборобу, так и солдату. А вот — «Урожай». Знавал Малышко всяких, способных рассказывать истории. Вновь сплетал из строчек конструкцию, именованную поэзией. Попробовал бы лучше прозой сказать, раз так зудела рука складывать слова в предложения.

Туда пойду — красиво. Сюда пойду — красиво. Таково краткое содержание «Пейзажа». Гляну в реку — рыбы много. Посмотрю вокруг — девчат красивых много. Задумаюсь на краткий миг — утону в счастье. Ежели посмотреть в сторону границы, тогда это уже вирш «Нигде не меркнет наша слава». Каждому врагу — смерть, посмей пройти советский он рубеж. Продолжая, про ходит-бродит, это сказ о Корнее Николаевиче — вирш «Корнюша». Про старого и сурового лесника, на всех ругавшегося, целью имея сберечь лес от пожаров. Лих был старик. Столь же лихим был, кто панов гонял — о нём вирш именной «Афанасий Беда».

Далее Малышко к «Испанским балладам» переходил, принимаемых для рассмотрения за одно полотно. Тут «Баллада о Стоящем», «Долорес», «Баллада о сыне» и «Дума об астурийце». Как не сказать о битве испанского народа за право на лучшую жизнь? Рассказать о стойкости в предместьях Мадрида. И сказать про шахтёров, певших тогда знаменитую на весь мир песню про Трансвааль.

Есть у Малышко стихи «Пушкин» — об Александре Сергеевиче, а есть «Поэт» — памяти Коцюбинского. Образно вирши есть — «Родители», «Материнская», «Гроза прошла».

В чём читатель найдёт поэтическое совершенство? Может сумеет данное обнаружить. Но не пробуждает поэзия Андрея Малышко, поры написания сборника «Лирика», к одухотворению поэтическим слогом. Его и не найдёшь почти, сокрытым стал сборник для внимания, доступный опосредованно. Нужен ли он кому стал после написания? И будет ли нужен когда-нибудь после, затерянный в свидетельствах о некогда его существовании. Есть другое у поэта, о чём можно сказать громко и со вниманием.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

За человека пострадать желаешь? За человека смерть принять? Себя давно в тоске терзаешь! Не можешь дрожь в руках унять. Ты — должный умереть вчера. Твоя судьба — разрушенная хата. И поступь на тот свет весьма легка: то понимал, ступив на путь солдата. В бою сражался — ранен был. Теперь среди крестьян залечиваешь раны. В тебе бушует прежний пыл, кругом расставлены капканы. Что делать? Выйти биться в чисто поле? Немцу в лицо высказать гнев? Увы, не птица — солдат на воле, не с царственной поступью лев. Нужно ждать, ожидая времени нанести больший урон. Такого бы героя показать, да не показан он. О другом подвиге Малышко писал, как порыва правды не сдержал парень, как жертвой казни храбро пал, как крепок в пламени камень.

Случилось сраженье, срезало камыши, то было не ученье, вечно спали бойцы. Они лежали, заснув на долгий срок, их не искали, подумать о том никто не мог. Но найдены тела, юноша обнаружил павших в бою, в одном ещё жизнь была, не испил он чашу горя свою. Его надо лечить, пусть набирается сил, сможет врагам потом отомстить, но крестьянский быт ему не мил. Не пожелал он облаченье снять, проявил парень твёрдое решенье, не испугался снова смерть принять, раз целым вышел, не приняв забвенья. Он станет приходить в себя, читая Кобзаря стихи, за другое Украину отныне ценя, готовый пробыть тут все ниспосланные дни.

Сними же форму, парень бравый! Зачем открыто против выступаешь? Поступок твой — ни в чём не славный. Беду на село тем навлекаешь. То ясно кажется, да юный ум иное говорил. Нет, дело просто не уляжется, Малышко заклать парня решил. Геройский поступок — известно — чаще из глупости начало берёт. Скажем то, без раздумий, честно. Подтверждение тому читатель в поэме найдёт.

Немцы рядом, беги без оглядки! Парень в форме пред ними предстал. А на войне существуют порядки — бить врага, пока он убийцей не стал. Повязали парня, спросили: кто такой? И признался парень: солдат. Нисколько он в том не герой, но страхом не был объят. Его иное страшило — станут убивать крестьян. Оттого и сердце ему говорило: должен страдать, падёшь честно сам. При солдате оружие, боеприпасы, пути назад не имел… Раздались разве среди жителей деревни гласы? Никто слова молвить против не смел.

Вот в том герой, что не стал своей природы скрывать, смирился с уготованной судьбой, согласный смерть от немца принять. Выстоявший в бою не так давно, павший снова ниц перед врагом, окажется убитым всё равно, пусть хоть со славным концом. Гореть парню на костре — его сожгут. Геройства вроде в том как нет. Люди иначе случившееся поймут, иначе воспримут исходивший от парня свет. За правое дело мучительную смерть принимал, уже то достойно славы в веках. Так почему он сразу в бою с немцами не пал? Или должна быть легенда о его смерти у нас на устах?

В смерти нет подвига, нужно избегать кончины, сражаться, падать и вставать в ряды. А если умирать, то из-за веской причины, чтобы не быть продолженью войны. Так просто, рассуждать особенно тому, кто не воевал, ведь не дано человеку знать, никто судьбы своей не выбирал. В поэме разное Малышко мог сложить, поведал он о подвиге героя, чью отвагу с памяти уже не смыть, самой памяти всех павших удостоя.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее