Джордж Мартин «Игра престолов» (пролог) (1996)
Джордж Мартин сделал шаг к эпосу. О чём бы не писал прежде, и к чему не подведёт своё творчество после, положенное им «Игрой престолов» станет восприниматься за магнум опус. А ведь, если убрать из повествования отсылки к фэнтези-составляющей, у Мартина могла получиться эпопея, ничуть не уступающая историческим хроникам. По крайней мере, вчитываясь в «Игру престолов», видишь твёрдое повествование, где в качестве антуража выбрано подобие средневековья. То есть идеи высокой чести и морали уже разработаны, королям служат вассалы, а прочий люд живёт сообразно соответствующим для него условиям. В нарисованном Мартином мире происходит всё то, к чему стремились во все времена — к желанию обладать властью. Так перед читателем должно развернуться полотно, где первый король новой династии оказывается слаб перед обстоятельствами, и как каждое влиятельное семейство начинает мыслить себя в ожидании очередной большой войны. Что до прочего, о том следует говорить когда-нибудь потом, потому как «Игра престолов» должна восприниматься за вводную книгу.
На ком Мартин хотел сделать акцент? Он измыслил два влиятельных Дома — Дом Старков и Дом Ланнистеров. Старки — честные. Ланнистеры — серые кардиналы. Прочие Дома дополняют описываемое действие. Но и в плане разделения действующих лиц на относящихся к Старкам и Ланнистерам, Мартин предпочёл в большей части повествовать именно о Старках. Другой важный к пониманию аспект — большинство действующих лиц являются детьми, либо подростками, кто-то уже может считаться взрослым. Отсюда и расстановка читательских приоритетов. Должно казаться, Мартин пишет о детях. Причём пишет не для детского внимания, всего лишь показывая, каким мир может являться в действительности, без утаивания важной к пониманию информации. Можно сказать, Мартин стоял на позициях нравственного воспитания детей. Правда и тут не всякий согласится, учитывая эпизоды безнравственного поведения действующих лиц. Впрочем, настоящая жизнь полнится от неоднозначности, никогда не подверженная прямолинейности.
Читатель может возмутиться белым пятнам на страницах. Наблюдая за деятельностью Старков, в остальном — догадки. Таково право Мартина. Он не обязывался выводить ко вниманию всех им упоминаемых действующих лиц. Достаточно и того, что кое-кого из них он упоминает через восприятие основных персонажей. Да и не имелось смысла писать более. Какая надобность читать художественное произведение, автор которого объясняет каждую деталь? Мартин и без того рассказывал читателю излишне много, без упоминания чего мог обойтись. Однако, описанного им вполне достаточно для привлечения интереса у читателя.
Начать же Мартин решил с вовлечения через сказание об умертвиях. Не представляя, к чему всё пойдёт дальше, читатель внимал разговорам дозорных, поставленных на стену для несения стражи. Они говорят об оживших мертвецах, и о людях, продолжающих жить севернее стены. А чем севернее, тем холоднее. Кто туда отправляется, хорошо, если не лишается пальцев и ушей. Повествуя об этом, Мартин описывал вхождение читателя через используемый в кинематографе приём — дать представление, тут же всех убив, словно представленное не имело значения для должной быть далее рассказанной истории. Так практически и будет — представленный ко вниманию мир лишился магии. Магия сохранилась в старых артефактах и в заклинаниях столь же старых колдунов. Нет в описываемом мире и драконов, которые незадолго до того сгинули.
Что же ожидало читателя впереди? Кому стало интересно, тот обязательно узнает. Прочие — пройдут мимо, высказав присущее их мировоззрению неудовольствие. Сам Мартин войдёт в плеяду писателей, с творчеством которых обязательно будут знакомиться все последующие поколения.
Автор: Константин Трунин
Дополнительные метки: мартин игра престолов критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, George Martin A Game of Thrones analysis, review, book, content, A Song of Ice and Fire, Песнь Льда и Пламени
Это тоже может вас заинтересовать:
— Игра престолов (линия Брана)