Вячеслав Рыбаков «Гравилёт «Цесаревич» (1992)

Рыбаков Гравилёт Цесаревич

Рыбаков написал свой «рояль в кустах». Описывая альтернативную реальность, он решил её переформатировать в параллельно развивающиеся вселенные. Это когда время и пространство изначально взаимосвязано, в последующем расходящееся по разным направлениям. Логически это не выдерживает критики. Или, если говорить философскими материями, априорно допустимо, потому как — а почему бы и нет, поскольку иного ещё никто не доказал. Поступив так, Рыбаков выдал тот самый «рояль в кустах», подмешав мутную воду в чистоту эксперимента по иному представлению о возможном развитии событий, не случись быть всему тому, чем оказался славен конец девятнадцатого столетия. Просто Вячеслав допустил пацификацию человеческой мысли, будто стремление человека к лучшей жизни свелось к умиротворению со внутренними стремлениями, результатом чего, например, стало переосмысление коммунизма в качестве религиозного течения.

Но читатель может воспринимать показываемую действительность, либо опровергнуть её. Для Вячеслава — это занимательное ответвление сюжета. Да и хотел ли о чём-то подобном рассказывать Рыбаков? Показывая читателю любвеобильного князя Трубецкого, занимающегося амурными делами на стороне, отдыхая на периферии государства, погружая в беседы, должные быть интересными для женской аудитории, Вячеслав разбавил включение истории о падении летающего корабля, так называемого гравилёта, в результате чего погиб цесаревич Александр Петрович. То есть читатель внимал чему-то неестественному. Это не русская история, а продолжение описываемых технологий говорило за то, что это эпизод из будущего. Не так важно, насколько допустимо воспринимать за альтернативную реальность, проще это понять, будто из памяти стёрт значительный кусок исторических событий. Потому как описываемое автором умиротворение общественных процессов — крайне надуманная вещь, в принципе редко применимая к общественным установкам. Раз автор предложил именно это — читатель с тем должен считаться.

Пусть будущее иное, там есть технологии, отчасти доступные и недоступные, существует даже коммунизм в качестве религии. Сам князь Трубецкой — коммунист. И подозреваемые в организации крушения гравилёта — коммунисты. К тому же, устраивается покушение на патриарха коммунистов. Что автор выдаёт за удивительное. Нет более кроткой религии, нежели коммунизм. Коммунисты мухи не обидят, они за справедливое распределение человеческого права на счастье. Каким тогда образом? Тут разве только искать отсылки к мифу пражских евреев о големе — создании, способном защитить общину от нападок, склонном разрушать до той поры, пока его не остановят. Нечто в этом духе предлагал читателю Рыбаков, за тем исключением, что големы — это коммунисты, получившие своеобразное воздействие из иного пространства, где протокоммунисты взяли власть, монархия пала, а правителем оказался Сталин. Это и есть «рояль в кустах» от Рыбакова. Вячеслав не стал искать другой способ для объяснения им описываемого.

Другого способа и не могло быть. Пацификация человеческой мысли достигла апогея. Люди по всему миру живут в радости и счастье. Империи не потерпели крушения. Злого умысла у людей не могло быть. В описываемом мире семейные отношения строятся на аналогичном доверии. Именно потому князь Трубецкой спокойно забавляется с любовницами — это не возбраняется. Законная супруга всячески ему в этом содействует. Читатель всё это продолжает воспринимать за неизбежность необходимости согласия с авторской волей. Лишь «рояль в кустах» никак не даёт примириться, притянутый за уши. К чему задействована теория параллельных вселенных? Вполне можно было ограничиться пробуждением в людях прежних стремлений. В конце концов, Рыбаков вырубил пласт человеческой культуры, где речь даже не о событиях после 1870 года, скорее случившихся много раньше, где Великая Французская революция свелась не к торжеству гильотинирования всех и вся, а к бомбардированию Парижа семенами цветов, принесшее почёт и уважение скромному Наполеону — вестнику любви.

Всё это разговоры о домыслах. Читателю другого не остаётся.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее