Александр Островский — Письма 1842-52

Стоит оставить в стороне разговор о позволительности знакомиться с сохранившимися письмами, сколь бы значимым для внимания не являлся человек. Появляется возможность иначе посмотреть на личность их писавшего. Но не все письма сохраняются, и не каждое из них доводится до сведения остальных. Касательно же такового наследия у Александра Островского, иным образом посмотреть не получится. Чаще всего Островский писал по вопросам, связанным с театральной деятельностью. Редко письма имели большой размер. Но раз письма сохранились и теперь их включают в собрания сочинений, то с ними обязательно нужно ознакомиться.

Первое письмо написано восьмого мая 1842 года. Островский уведомлял Клименкова о невозможности явиться на экзамен по болезни. Следующее, интересующее читателя послание, отправлено в феврале или марте 1850. Адресовано оно было Погодину. Островский желал принять участие в работе над журналом «Москвитянин», считая: может принести пользу публикацией произведений собственного сочинения, быть сотрудником. В качестве оплаты просил ежемесячно пятьдесят рублей серебром. В апреле писал Назимову: «Когда я выслушал от Вашего превосходительства замечание г. министра народного просвещения по поводу моей комедии «Свои люди — сочтёмся», первым чувством моим была глубокая благодарность за советы, которыми его сиятельству угодно было почтить меня», «Главным основанием моего труда, главною мыслию, меня побудившею, было: добросовестное обличение порока, лежащее долгом на всяком члене благоустроенного христианского общества, тем более на человеке, чувствующем в себе прямое к тому призвание», «Лучшие купеческие фамилии единодушно, гласно изъявляли желание видеть мою комедию и в печати и на сцене. Я сам несколько раз читал эту комедию перед многочисленным обществом, состоящим исключительно из московских купцов, и, благодаря русской правдолюбивой натуре, они не только не оскорблялись этим произведением, но в самых обязательных выражениях изъявляли мне свою признательность за верное воспроизведение современных недостатков и пороков их сословия и горячо высказывали необходимость дельного и правдивого обличения этих пороков (в особенности превратного воспитания) на пользу своего круга».

Из июльского послания Погодину становилось известно — Островский был принят на работу в журнал «Москвитянин». Как в самом первом послании Клименкову, так и в дальнейших посланиях Островский часто жаловался на проблемы со здоровьем. В июле писал Погодину: «Я болен и телом и духом. Страшная зубная боль, у меня всегда сопровождаемая нервным расстройством, в продолжение двух недель совершенно одолела меня». Не имея достаточно средств, Островский в тех же письмах просил одолжить ему денег. Например, сто пятьдесят рублей серебром. В течение ряда следующих лет именно Погодин был основным адресатом, с которым велась внутренняя журнальная переписка. Вот так Островский писал Погодину в январе 1852: «Михайло Петрович, завтра, т. е. в четверг, я Вам сдам «Невесту»; не удивитесь, что я поступаю с ней не по-христиански, а по-азиатски, т. е. хочу взять с Вас калым за неё. До сих пор хоть денег у меня не было, так комедия лежала на столе; а теперь ни комедии не будет, ни денег, на что ж это похоже! Что ж я буду за человек!»

С мая 1852 отношения с Погодиным ухудшились: «Недоразумения у нас с Вами, я думаю, никогда не кончатся, благодаря неясности отношений, моей беспечности, посторонним людям и проч. На то, что Вы мне писали, т. е. получать от Вас 20 руб. в месяц, я не могу согласиться, по совершенной невозможности. Забывая оскорбления, которых довольно в Вашем письме, я могу согласиться только на следующее: Вы мне будете платить по 30 руб. сер. каждый месяц, взявши экземпляры за что Вам будет угодно». Из другого майского письма: «я не могу существовать без 30 целковых в месяц. К тому же, вследствие родительских распоряжений, мне, кажется, придётся покинуть отчий дом, в котором я жил почти 30 лет и который отдаётся внаймы (хотя можно бы ограничиться доходом с 5 и оставить несколько комнат детям). Тогда нам с братом придётся скитаться по квартирам. Прошу Вас, Михайло Петрович, сделайте так, чтобы я знал, что каждое первое число Я имею 30 руб. сер. Последняя моя просьба и последнее Ваше одолжение — это; дайте мне ещё 15 руб. за май, чтобы вышло ровно 30».

Из ноябрьского послания Погодину читатель мог узнать о неоднозначном отношении к Островскому в качестве автора пьес: «Отправлена в Театральную цензуру моя новая пьеса. Если можно, то замолвите о ней словечко кому следует. Против неё, как мне известно, уже начинаются интриги». Опасения подтвердились. В декабре Островский так писал Погодину: «Я получил ужасное известие. По именному повелению, запрещено играть новые пьесы в Москве, а только игранные в Питере». В другом декабрьском письме сообщил: «Дело чрезвычайной важности. По докладу Гедеонова, государь отменил прежнее приказание, т. е. чтобы пьесы прежде шли в Петербурге, а велел оставить по-старому».

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: островский письма погодину критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Alexander Ostrovsky, analysis, review, book, content

Это тоже может вас заинтересовать:
— Перечень критических статей на тему творчества Александра Островского