Лев Толстой «Анна Каренина. Часть 7» (1873-78)

Как складывать повествование далее? Шестая часть измотала читателя. Но читатель знает, основное событие вскоре последует, за таковое обычно понимаемое, и о чём знает каждый, кто даже не читал «Анну Каренину». Но читатель этого не ожидал в предпоследней части, учитывая, что роман состоит из восьми частей. Уже с первой главы Толстой начал нагнетать обстановку, вновь воспользовавшись описанием родов. Если в случае Анны, как читатель помнит, складывалась непростая ситуация, когда Анна будто бы действительно должна была умереть. И тогда бы излагаемое в произведении подошло к концу. Читатель должен был остаться с ощущением свершившейся утраты. Надо лишь задуматься, погибни Анна в родах, на дальнейшее это никак бы не повлияло. Но кто бы говорил тогда о произведении? Поэтому, читатель должен признать решение Толстого за мудрое. Наполнив повествование рядом абсолютно неважных обстоятельств, он создал роман, о котором после будут судить только по единственной главе, когда Анна спонтанно, без каких-либо раздумий об этом, упадёт под колёса вагона. Тут если о чём и следовало рассуждать, то о точке зрения непосредственно писателя, обвинившего Анну в глупости, тогда как, быть может, её просто случайно толкнули.

До того события ещё тридцать глав, пока же читатель следил за Левиным, что был обеспокоен тяжело протекавшими родами жены. Какая надобность побудила Толстого описывать именно это? Может он делился собственными переживаниями по некогда с ним имевшими место быть схожими обстоятельствами? Тяжело должно быть на сердце, когда жена в первый раз рожает, особенно при её криках, будто она умирает. Читатель даже поверил Толстому. Неужели Кити обречена погибнуть? Или будет как с Анной — всё обойдётся. Либо это момент очередной глупости, каковой Толстой наделял героев произведения. Признание Кити в любви Вронскому — вовсе не глупость. Тогда как в родах посчитать, словно дни твои сочтены — видимо и есть проявление глупости, по мнению Толстого.

Тут не были упомянуты прочие эпизоды глупости. Так само произведение началось с глупости Облонского, изменившего жене с гувернанткой. За глупость Долли — его жены — сочтём, как она простила мужа, или как уговорила мужа упросить Каренина о разводе с Анной. Всё это лежит в рамках предположений. Основное, к чему вёл Толстой, к категоричности непосредственно Каренина, принявшем окончательное решение — развода не будет. Читатель становился волен провести линию до Анны, должной принять это известие с крайней степенью огорчения. Только Анна у Толстого стала последней, чья глупость привела к трагедии. Описывая ревность Анны к Вронскому, её подозрения и метания, Толстой сопроводил её на вокзал, где Анна и приняла роковое для себя решение. Насколько всё именно так? Пожалуй, верно за несколько лет до 1873 года сказал Николай Лесков, что женщины в России того времени недоучены и невоспитанные, отчего неразборчивы в средствах к достижению целей, нередко самых недостойных и вредных.

Так почему Толстой не остановил повествование на седьмой части? Изложив в требуемом количестве глав, подведя к моменту, когда изложение следовало оборвать, оставив читателя с ощущением недосказанности, Толстой словно намерился дополнить действие ещё, как минимум, в количестве пяти частей. Всё-таки, читателю хотелось узнать, как будет дальше складываться семейная жизнь Левина и Кити, каким образом продолжил жить Каренин, куда поведёт жизненный путь Вронского. Толстой был обязан об этом написать. Иначе становилось непонятным, к чему были показаны обстоятельства последних лет.

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: толстой анна каренина часть 7 критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Leo Tolstoy Anna Karenina Chapter 7 analysis, review, book, content

Это тоже может вас заинтересовать:
— Перечень критических статей на тему творчества Льва Толстого