Лев Толстой «Война и мир. Том 4. Часть 4» (1863-69, 1873)

Всё должно подходить к завершению. И всё подходит, если смотреть с определённой точки зрения. Наполеон покидал Россию, перед этим приняв сражение под Красным и на Березине. Против того выступал Кутузов, не считавший за нужное терять людей при свершившемся факте обретения победы над французами. Но Толстой оставался при том же мнении: Наполеон являлся великим полководцем, тогда как за Кутузовым стояла удача в виде череды свершившихся случайностей. Даже немудрено, отчего Толстой не стал размышлять, когда царь Александр пожелал продолжить карательный поход вплоть до Парижа, оставив за фельдмаршала всё того же Кутузова. Может оттого Кутузов ослаб здоровьем, не вынеся необходимости воевать при новых для него обстоятельствах, отчего вскоре умер. Не говоря об этом, Толстой решительно подвёл повествование под смерть Кутузова, обставив всё так, словно бы это случилось сразу после его беседы с царём.

В миру жизнь налаживалась. Семейство Ростовых впало в печаль от смерти Пети, Болконские скорбели об умершем Андрее. Горестные события давали повод к благостным свершениям. На несчастьях взрастали новые отношения, должные дать обязательные плоды. Устранялось мешавшее, что могло напоминать о прежней жизни. Эти смерти были необходимы для повествования. На их примере Толстой показывал последствия войн. Многие семьи оставались с ощущением утраты, должные находить силы для продолжения жизни при новых обстоятельствах. Если Андрей Болконский — ощутимая утрата, пусть и оставившая по себе память, то Петя Ростов — не успевший никак себя показать молодой человек, чьё существование останется только в памяти близких ему людей.

Можно быть уверенным, многое из уничтоженного французами никогда более не возродилось. Не отстроили сгоревших имений, оставив то уделом памяти. Возводили другое и в иных местах, ежели к тому имелось желание, да и если имелись те, кто остался в живых, готовый осесть в до того им населённых имениях. Крупные города восстанавливались быстрее и проще. Как Москва, для которой пожар, со слов того же Карамзина, имел определяющее значение, когда город отстраивался в соответствии с утверждённым планом, давшим возможность протянуть прямые улицы, сделав передвижение по ним более удобным. Это уже был новый город, имеющий малое сходство с тем, в каком виде его видели французы. Толстой посчитал за нужное рассказать об этом процессе своими словами, ограничившись упоминанием прибывающего населения, из-за чего в Москве стало даже больше жителей, нежели до того.

Толстому оставалось подвести читателя под понимание новых взаимных связей, о чём он мог не задумываться на протяжении всего повествования. К тому словно бы ничего не вело. Или на обломках старой жизни следовало скреплять разбитые души? Толстой уже проводил возможность взаимного переплетения между Николаем Ростовым и Марьей Болконской, теперь окрепшую после смерти Андрея. Показал Толстой и вспыхнувшее в Пьере Безухове любовное чувство к Наташе Ростовой. Испытавшие и натерпевшиеся за минувшие годы, они словно бы изменились, став другими людьми. Впрочем, Толстой легко и без принуждения менял пристрастия действующих лиц, уподобляя их тому состоянию, которое требовалось на определённый момент. Почему бы не свести Пьера и Наташу для семейной жизни? По воле автора это вполне легко осуществить, потому как искать и описывать новых персонажей Толстой уже явно не желал.

Теперь следовало поставить точку. Оную словно бы поставил и сам Толстой. Если бы не два эпилога, предложенные им в качестве составляющей части книги.

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: толстой война и мир том 4 часть 4 критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Leo Tolstoy War and Peace Part 4 Chapter 4 analysis, review, book, content

Это тоже может вас заинтересовать:
— Перечень критических статей на тему творчества Льва Толстого