Метка: литература сша

Никогда не знаешь, чему в жизни радоваться. А получается так, что если об этом задумался, то ты уже счастлив. И неважно насколько одарён способностями. Хотелось бы, чтобы всё происходило само по себе, не причиняя душевных терзаний. Правда, для этого надо совсем немного не дружить с головой. Примерно как описываемый Уистоном Грумом Форрест Гамп. Этот парень, кого все считали недалёким, и он это прекрасно осознавал, просто жил на страницах художественного произведения, всегда выходя сухим из всех случавшихся с ним событий. Даже более, он воплотил собой идеал американской мечты, став человеком, который всего добился сам. Дело уже читателя, с какой долей скепсиса ему пожелается воспринять рассказанную Грумом историю.

Представленный на страницах человек ростом под два метра, весом за сто килограмм. Такие габариты позволили получить школьное и частично университетское образование. В американской парадигме ценностей важное значение отводится спортивным достижениям, особенно в командных соревнованиях. И очень хорошо, если спортсмен будет выполнять указания тренера без возражений, работая на результат. Именно таким был Форрест. Получая мяч, он должен бежать вперёд, пока не донесёт до края поля. Успешен Форрест окажется и в качестве солдата во Вьетнаме, ничего толком не понимавший, и потому про него не скажешь, будто он отделался испугом. В дальнейшем, куда бы Грум не отправлял Форреста, везде ему сопутствовала удача, изредка разбавляемая крушением того, что обычно принято называть надеждами.

Однако, адекватность у повествования всегда в подвешенном состоянии. Не всему поверит читатель. Мог ли Форрест участвовать в космической миссии? А провести четыре года в джунглях Индонезии? Или спасти китайского политического лидера, едва не утонувшего? А вот увидеть Форреста в качестве бойца в импровизированных сражениях — вполне. Да даже в качестве основателя успешной компании. Грум мог продолжать рассказывать о Форресте и дальше. Ведь читатель понимал, остановиться у такого человека не получится. Можно предположить, как креветочный бизнес пойдёт крахом, чего Форрест не сможет понять, продолжающий оставаться участником происходящих с ним событий, которым он никогда не может быть рад, как и воспринимать с осознанием случившегося несчастья.

Гораздо правильнее видеть произведение в качестве картины американской жизни определённого периода. Уинстон Грум вместил в повествование самые важные моменты, помогающие понять происходившие в США процессы. На основе кого можно столь широко обхватить все слои? Идеально подошёл крупный парень, к тому же плохо соображающий в общем, но очень хорошо в очень узком сегменте знаний. Такой всегда и везде пригодится. Им только нужно научиться управлять, и он никому не позволит в чём-то ему помешать. Пускай и странным кажется со стороны многое из с ним происходившего, чего просто не могло быть. Тут разве только сослаться на благосклонность богов, существуй такие на самом деле. Только Грум ничего подобного не упоминал.

Нельзя обойти единственную тему — восприятие книжного Форреста Гампа и представленного в экранизации. Именно воплощение на экране сделало данную историю знаменитой. И так уж получилось, о чём говорят абсолютно все, книга вовсе о другом. Вернее, Уинстон Грум написал историю человека, идущего по жизни без попытки понять с ним происходящее, периодически попадая в неприятные ситуации, в некоторых случаях описанные с изрядной долей юмора. Так или иначе, без этого не могло появиться другого. Потому необходимо понять, книжный Форрест Гамп всё-таки добился успеха в жизни. О нём даже фильм сняли!

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Скотт Вестерфельд предложил историю для любознательного юного читателя, любезно предупредив — всё им выдумано. Но происходящее всё-таки опирается на ряд исторических деталей, переосмысленных автором. Насколько такое допустимо, даже в качестве фантастического предположения? Ведь предложенная Вестерфельдом точка зрения даже не является альтернативной версией истории, поскольку он выдумал абсолютно всех действующих лиц, оставив отсылки только к семейству покойного австрийского эрцгерцога, среди которого не оказалось настоящих наследников, помимо одного вымышленного. Да и представленный вниманию мир — смесь технологий прошлого и когда-нибудь должного наступить будущего. То есть Скотт желал показать противостояние эпохи пара веку генной инженерии. Что из этого вышло? По «Левиафану» того установить не получится, так как это первая часть повествования, выпущенная автором в качестве самостоятельного издания.

Если вникнуть глубже, Вестерфельд предложил смотреть в будущее взглядом из прошлого. Эпоха пара у него имеет разительное отличие от классического варианта, скорее склоняясь к мех-фантастике, основанной на применении боевых роботов. Тогда всю авантюрную составляющую с семейством покойного австрийского эрцгерцога следует считать похожей в общих чертах, потому как Скотт мог измыслить выдуманное для Европы государство, где это всё может когда-нибудь произойти. В любом случае, это всё детали, усложняющие способность понять излагаемое автором. Достаточно того, что читатель должен стать очевидцем столкновения между сторонниками двух путей развития, пусть и довольно тупиковых, потому как не допускающих симбиоза или какого-либо другого развития.

Так почему Вестерфельд писал для юного читателя? Это понятно по подаче материала. Скотт не спешит, подолгу останавливаясь на определённом, никак не развивая повествование. Именно такой способ изложения становится интересным для подрастающих поколений. Они готовы вникать в описываемое, сугубо из проявления внутреннего интереса. Взрослый читатель такую подачу не оценит. Но не оценит именно в качестве литературного произведения. Можно сказать с твёрдой уверенностью, Вестерфельд писал «Левиафана» под дальнейшее создание по нему анимации или публикации в виде комикса. Читателю постоянно кажется, как в очередной описываемой сцене используется взгляд с нестандартного для восприятия угла, либо всё сопровождается яркими звуковыми эффектами. Даже легко сказать, чей стиль в произведении более всего прослеживался, столь же трепетно относящегося к связанным с паром и генной инженерией технологиям.

Но всё это слова в общем. Всем этим привлекается именно юный читатель. Всё прочее — для юной читательницы. Такая будет сопереживать как сыну покойного эрцгерцога, так и девушке на живом летающем корабле. При всей неспешности Вестерфельд всё сделал для описания характерных особенностей. И в плане подобного лучше довериться тем, кто считает развитие отношений в художественной литературе за главное. К сожалению, в «Левиафане» читатель лишь знакомится с действующими лицами, кому суждено однажды сойтись при бедственных для друг друга обстоятельствах. Почему приходится сожалеть? Не всякий читатель решится продолжать знакомиться с произведением, учитывая уже усвоенную картину придуманного автором мира, тогда как пропадает желание следить за развитием его мысли дальше.

В заключении Скотт Вестерфельд решился сообщить, из каких побуждений он исходил, предлагая историю с выдуманными действующими лицами. Да и не сообщи он такого, мало какой читатель осведомлён о судьбе детей австрийского эрцгерцога. Всё равно описываемое выдумано. Однако, читатель обязательно должен задуматься, воспринимая ему сообщаемое за дополнительную возможность поразмыслить о судьбе человечества, каждый раз разделяющегося по какому-либо принципу. И может когда-нибудь действительно произойдёт столкновение роботов и продукта генной инженерии. Даже кажется, нечто подобное уже происходит.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Чем отличается американская фантастика пятидесятых и шестидесятых от, например, фантастики восьмидесятых? Там не жевали сопли. А если бы жевали, таким произведениям быть где-то в заднем ряду читательского к ним интереса. Но годы шли, менялся читатель. Фантастикой если кого и желали заинтересовать, то даже не подростка, а совсем юного школьника. А что такому читателю будет интересно? Неторопливое повествование, постоянно обещающее скорое развитие событий. Пиши Хайнлайн «Звёздный десант» в стиле Орсона Скотта Карда, никем бы не был воспринят всерьёз. Ведь у Хайнлайна повествование постоянно стремилось вперёд, без топтания вокруг да около: обрисовка ситуации, волевое решение, быстрое обучение, высадка, победа. А в книге у Карда — жевание соплей. Автор готов носить за главным героем слюнявчик и протягивать туалетную бумагу. И, на удивление, главный герой рисуется за подлинного героя, от которого зависит судьба Вселенной. Хотя единственное, чем он по сути занимался, играл в пиксельные компьютерные игры, взирая на виртуальный мир через толстенный монитор. Но «Игра Эндера» принесла Карду литературные премии. Следующая книга повторила успех. Далее Кард уже не останавливался, написав для цикла более пятнадцати книг на протяжении следующих тридцати пяти лет. То есть интерес оставался стабильным, несмотря на взросление читательской аудитории.

Что же происходит на страницах? Земле угрожают насекомоподобные инопланетяне, вся власть в руках Космофлота, из неких побуждений введено ограничение на количество детей в семьях — не более двух. Всё это ради того, чтобы в одной из семей родился третий ребёнок, который будет предельно жесток к его обижающим, особенно люто их избивая, когда они находятся в беспомощном состоянии. Именно такого желал видеть в своих рядах Космофлот, так как в парне видны задатки будущего уничтожителя инопланетян.

Ознакомив с данной ситуацией, Кард мог провести лёгкой походкой по дальнейшим детским годам, показав главного героя перед проблемами взросления и последующим успехом в борьбе. Вместо этого Кард стал останавливаться на каждом моменте. Вся подготовка — игра в компьютерные игры, которые он решает, ломая систему. Может в восьмидесятых каждая игра состояла из неисчислимого количества багов? Что уже само по себе смешно, поскольку «баг» — ошибка на компьютерном сленге, и «баг» — слово для обозначения жука на английском языке. Обыграв это, Кард позволил главному герою возвышаться за счёт находимых им ошибок, чтобы в конечном счёте справиться с жуками. При этом нужно не забывать, главному герою на момент начала обучения всего лишь шесть лет, тогда как спасать мир он будет возрастом на несколько лет старше.

Может и можно поверить, как главный герой, играя в компьютерные игры, однажды возглавит силы сопротивления, ворвётся на планету инопланетян, и всех их там уничтожит. Но нельзя поверить во влияние его старших брата и сестры, возрастом в десять и двенадцать лет ведших настолько умные философские беседы на страницах периодических изданий, отчего завладели умами читающей публики. Взрослый читатель этого просто не поймёт. Кард на него и не рассчитывал. Всё-таки «Игра Эндера» — это литература для детей, сказка… даже не фантастика. Потому, стоит юному читателю ознакомиться с «Игрой Эндера», как его уже никогда не переубедить, убивая время за компьютерными играми, можно стать полезным для общества человеком. Впрочем, игровая индустрия к выработке такого мнения будет всячески стремиться, позволяя редким счастливчикам срывать денежный куш.

Красит книгу мысль автора о стремлении человечества к разрушению всего его окружающего. Сперва люди всячески стремились уничтожать мирно соседствовавших с ними инопланетян, после затеяли междоусобные войны. Это становится необычным завершающим штрихом для повествования. Неужели и правда — землян никто не хотел убивать? Не имелось ли тут элемента введения в заблуждение? Оно и к лучшему, решил Орсон Скотт Кард, усвоив главный принцип — чем больше закладывать противоречий в происходящее, тем сильнее заинтригуешь читателя, получив возможность продолжать писать нескончаемые продолжения.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Первоначально Стейнбек задумал героическое полотно, в котором обиженный на общество человек силой докажет своё право на счастье. И даже реализовал это в виде ранее опубликованного рассказа. Но следовало расширить повествование, вместив в него больше элементов, чтобы получилось полноценное кино. Можно даже сказать, в авторских руках зародилось клишированное клеймо, привычное для синематографа. А может таковое явление существовало задолго до того. Сперва следовало показать тяжёлое положение, которое невозможно превозмочь, после случается всё усугубляющее происшествие, следом за чем появляется надежда, становящаяся возможностью превозмочь обстоятельства. Только вот на этот раз Стейнбек снова привносил собственное представление о полагающемся. Поэтому у него получилась повесть о последнем из тех, кто хотя бы к чему-то пытался стремиться, вынужденный в конце пути признаться в глупости абсолютно всех помыслов.

Читатель обязательно обратит внимание, кого в герои повествования выбрал Стейнбек. Это кроткое существо, согласное жить в навязанных ему условиях. Он каждый день ныряет на дно океана, желая найти немного жемчужин. Так в деревне поступали все, после сдавая найденное перекупщикам. Выйти из бедности ни у кого в деревне не получалось, поскольку на их труде богатели другие. Всё это Стейнбек показывает наглядно. Всякая ценность в глазах заинтересованных приобрести словно ничего не стоит, тогда как пытающиеся продать возлагают на это последние надежды. И пусть бы бродил главный герой с найденной им жемчужиной, нигде не имея возможности её сбыть за достойную плату, Стейнбек решил иначе, внеся в повествование человеческое стремление к наживе.

Обращает внимание читатель и на кинематографичность произведения. В действие привнесено желание главного героя справиться с обстоятельствами, возвысившись над ними за счёт применения силы. Откуда только в кротком существе появилось столько мужества? Отныне он бросается на всякого, готовый сжить со света каждого на пути. В его попытке обрести счастье гибнут не только повинные, но и люди без вины. Тогда главному герою следовало добиться ему требуемого любой ценой, не считаясь с потерями. Но Стейнбек этого не допустит. После первой же особо болезненной потери главный герой сразу прощается с иллюзиями, отказываясь от приобретения даже малой крохи воздаяния, хотя к тому моменту потерял практически всё, теперь оставшись без дома, лодки и ребёнка.

Читатель продолжал думать, находя для себя новые мысли. Но что в данной повести в действительности имелось? Сам Стейнбек сказал, предваряя повествование, насколько он не стремился обогатить рассказываемую историю событиями, всего лишь излагая в оттенках белого и чёрного. Потому главный герой у него бесконечно прост и благороден, как и часть его знакомых, тогда как прочие — черны душою и поступками. То есть вниманию представлен выдуманный автором мир, возможный к существованию в виде художественного произведения. Либо, вернее всего, нечто подобное могло где-нибудь случиться в отдалённом прошлом, теперь вспоминаемое в общих чертах, дабы не вдаваться в лишние рассуждения.

Конечно же, читатель не поверит Стейнбеку. В «Жемчужине» сокрыты иные мотивы, о которых даже нет необходимости задумываться. Автор лишь предложил считать, словно мир поделён на хорошее и плохое. Где хорошее — помыслы простых работяг, вынужденных влачить жалкое существование из-за наживающихся на их труде. Вникать подробнее в тему не требуется. Поскольку привидятся проблески отрицательного, вроде стремления к асоциальному образу жизни. Достаточно считать, как человек вынужден влачить жалкое существование из-за складывающихся против него обстоятельств. Тогда получится именно такой герой, которому посчастливится найти сокровище, от обладания которым он пожелает разжиться гораздо большим, нежели мог получить.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Чем примечательна Калифорния тридцатых? Тотальной бедностью. Этот американский край переполнен бродягами, постоянно находящимися в поисках работы. Их жизнь уныла до безобразия. Проработав месяц, получив крохи за сезонный труд, они отправлялись дальше, где им удастся заработать ещё. Практически не случалось такого, чтобы кто-нибудь надолго останавливался в одном месте. Вот и бродили по Калифорнии многочисленные хобо, как их было принято называть. Что им оставалось делать? Например, разогрев банку с бобами на костре, выпив воды из ближайшего водоёма, открыть сборник стихов Роберта Бёрнса, пробежав глазами по строчкам о судьбе мыши, постоянно находящейся в поисках пропитания, окружённой неисчислимым количеством опасностей. Бёрнс говорил, насколько опасно строить планы на будущее, обычно приводящие к горю и печали. Вдохновился этим стихотворением и Джон Стейнбек, написав простую историю, где каждый от чего-либо страдал, получая за все надежды на лучшее — горе и печаль.

Не нужно искать лишних аллегорий. Перед читателем сперва два странника. Один из них — сообразительный, но хилый парень. Другой — умственно отсталый, но обладающий непомерной силой. Они приходят на ферму, где встречают похожих на себя людей, в чём-то обязательно несчастных. Они видят старика, рядом с которым дряхлый пёс: каждый из них болен и тяготится жизнью. Видят негра, умного и способного, только из-за цвета кожи лишённого перспектив. Они встречают сына хозяина, наделённого комплексами, стремящегося все споры решать с помощью кулаков. Есть в повествовании и жена сына хозяина, желающая иметь общение, но оного лишённая, так как общественная мораль не позволяет ей разговаривать с мужчинами. Есть на страницах щенки и мыши, обречённые пасть жертвой обстоятельств. Какие тут могут быть надежды на светлое будущее?

Главный акцент в повествовании на умственно отсталом. Непомерная сила всегда становится причиной его бед. Он постоянно желает трогать мягкое и пушистое, не понимая, почему всякое животное оказывается раздавленным. Другое обстоятельство — частые мечты о собственной ферме. Всему этому потворствует его друг, взявший над ним опеку. Они побывали в достаточном количестве мест, о чём никогда не вспоминают. Причина объяснима, умственно отсталый придавил очередное животное, либо смертельно напугал особо впечатлительных девушек. Могло ли это продолжаться до бесконечности? Стейнбек предложил читателю особого рода случай, когда в руки умственно отсталого попадёт жена сына хозяина фермы. После такого случая требовалось принимать срочные меры, поскольку нельзя допустить повторения подобного.

Читатель думал о счастье для героев повествования. Они обязательно объединятся, купят ферму, после чего заживут счастливо. Все возможности для того казались достижимыми. Старик даст половину требуемой суммы, остальные подработают недостающее. Но читатель словно забыл, чьё произведение держит в руках. У Стейнбека счастье если и случается, то в очень редкие моменты. Его герои могут мечтать, стремиться к достижению желаний, сталкиваясь с жестокостью обыденности. Однако, читатель всё равно останется в уверенности, до счастья доживут все действующие лица повествования, кто сможет объединиться, справившись с обстоятельствами. Прочие погибают до окончания произведения — удушенные или застреленные.

Как Стейнбек мог поступить? Рассказанная история кажется читателю неполной. Показан эпизод жизни двух странников, причём самый трагический. Пусть Джон не желал её раскрывать в подробностях. Достаточно того, чтобы читатель пришёл в недоумение, будучи при этом сам полон надежд на благоприятное завершение. Всё ведь шло именно к этому, учитывая переполненность страниц от ожидания должного наступить счастья. Но неспроста Стейнбек вспомнил про стихотворение Бёрнса — мечты о будущем заставляют забыть об опасностях текущего дня. Потому поступь к лучшему чаще всего обрывается на мышеловке.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Ещё одна книга на полочку с писателями, описывающими торжество солипсизма. Перед читателем герой повествования, ничего не понимающий, которому ничего не рассказывают, всё словно развивается в его собственной голове, тогда как на деле в финале книги может оказаться — рассказ вёлся о пациенте психиатрической лечебницы. Такая манера изложения оправдана, если есть цель всё перевернуть с ног на голову, когда обыденная с виду ситуация оказывается парадоксальным тупиком непонимания происходящего. А что у Блейка Крауча? Есть подозрение, он открывал описываемый мир вместе с главным героем, сам не понимая, к чему в итоге подойдёт. Ежели так, следовало отредактировать содержание, представив излагаемую историю в её истинной сути. Получилось же так, будто главного героя довели до состояния шока и истерии, прежде чем ему решили рассказать правду. Читателю писатель сделал ещё хуже, практически плюнул в душу, так как ничего тревожащего разум на страницах не происходит.

Можно взять на себя смелость, вместо Блейка Крауча, чтобы читатель понимал, с чем ему предлагают знакомиться. Какой смысл внимать неоправданным недоговорённостям? Есть место, вроде экспериментальной площадки, считаемое за единственное сохранившееся после самой последней разрушительной войны, уничтожившей человечество в естественном его понимании. За пределами описываемого места если кто и остался, то подвергшиеся мутациям с потерей человеческих качеств. Другое дело, как такую площадку вообще смогли создать. Существует она с некоего момента двадцатого века, огороженная непроходимым забором, куда попадают люди из разных эпох и времён. При этом внутри царит эпизод застывших событий, словно на дворе американские восьмидесятые. Почему всего этого не рассказали главному герою при первом его пробуждении? Очень просто. О такой особенности мало кто знал из местных жителей. Но когда им это станет известно, последует нежелательная реакция. Аналогично это не понравится читателю, которому, как уже было сказано, тем самым практически плюнули в душу.

Причём плюнули не один раз, а дважды. «Сосны» — первая книга трилогии. Читателя провели по пустым страницам, ознакомив с содержанием следующих книг. Словно дали подержать рекламный буклетик, с приглашением продолжить чтение дальше. Вполне очевидна реакция ответить отказом, как принято поступать на всякое навязываемое действие. Да и зачем узнавать, когда не столь уж и важно, каким образом будет развиваться авторская фантазия, учитывая топтание на месте в первой книге.

Как всё-таки попадают люди в город последних выживших? Случайными путями. Но точно можно считать — кто-то умеет перемещаться во времени. А если это так, то проблема может быть решена гораздо проще. Например, переместиться во времени ещё дальше. Или ещё что-нибудь, о чём бы и полагалось писать Блейку Краучу. Вместо этого читатель внимает, каким образом в город попадают новые его обитатели, чаще в добровольно-принудительном порядке. Например, распыляется средство, приводящее к потере сознания. Далее твори угодное. Отныне это станет проблемой оказавшихся в городе.

Собственно, главный герой, узнав обстоятельства своего нового существования, решит наладить жизнь города, став его управителем. Об этом Блейк Крауч планировал рассказывать далее. И это очень плохое решение. Подлинную сущность обстоятельств не следовало раскрывать до самого конца. Интрига оказалась раскрыта слишком рано. Потому и в любой критической заметке о данной книге не возбраняется говорить об её содержании, потому как читателю полагается знать, насколько автор оказывался поспешен.

А может «Сосны» являются приквелом? Вся история города автором была рассказана прежде? Увы, это и правда первая книга цикла.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Когда умирает животное, которое было для тебя больше, чем просто животным, и ты видел в нём друга, принимаешь его смерть, будто из жизни ушёл самый близкий тебе человек. Так случилось и с Элвином. Глубоко переживая, он представил, как вообще это могло бы обстоять, ведь, по сути, животные умирают гораздо чаще, учитывая непродолжительность отпущенного им времени. Но Элвин переживал за смерть свиньи. А это уже совсем другая история, так как свиньи могут жить всего лишь год, после чего их убивают. И если вдуматься, то это всегда происходило и ещё не раз произойдёт. Значит, можно написать нечто, раскрыв для читателя сложности жизненных коллизий. Так появилось повествование, позволяющее рассказывать детям о том, что от них принято скрывать: о жестокости мира, где смерть становится частью жизни, а убийство — неизбежная природой данность.

«Паутина Шарлотты» с того и начинается — фермер решил зарезать слабого поросёнка. Всё дальнейшее повествование — осознание должного последовать конца. Всякий на ферме знал — поросёнка точно зарежут к Рождеству. Это обязательно должно произойти, поскольку иначе не бывает. Сам поросёнок об этом знал, сожалея об ему уготованном. Спасения для него не имелось вовсе. Разве только поможет чудо. Доходить до религиозных изысканий Элвин не стал, всё-таки он рассказывал про свинью, и без того рядом религий считаемую за нечистое животное. Вместо этого было придумано небывалое событие — грамотная паучиха. А такое бывает? — обязательно спрашивал маленький читатель. Конечно же, пауки на такое не имеют способностей. Впрочем, персонажи произведения умеют мыслить и общаться вполне человеческим языком. Так почему кому-нибудь не быть грамотным? Тогда почему поросёнок просто не заговорил с людьми? — должен последовать ещё один вопрос. А об этом писал Оруэлл, и создавать аналогичное сказание Элвин не собирался.

Давайте просто примем изложенное автором за плоды его фантазии. Скажем спасибо за возможность познакомить ребёнка с не самыми обычными для него явлениями. Хотя, как знать, насколько некогда росли дети, от которых скрывалось столь важное для их понимания. Думается, уже тогда закладывалось понимание о необходимости уберегать детей от жестокости мира. Но разве такое имело место быть на ферме? Какой ребёнок не понимал, как поступят с животными? Ничего в том особенного не было. Говорить им про смерть не требовалось. А вот городским жителям, пусть даже уже достаточно взрослым, приходилось объяснять, каким образом мясо оказывается на столе. Некоторые из них приходили в ужас и отказывались от продукции животного происхождения, тем самым выступая против неизбежной природой данности.

Жизнь всё-таки жестока. Поросёнка должны зарезать. А если он избежит такой участи сейчас, его зарежут через год-другой, о чём Элвин повествовать не стал. Кто-то всегда должен умирать для пропитания других. Для большего драматизма можно было рассказать читателю, как умерла паучиха, став пищей для своих детей. И об этом Элвин не рассказал. Достаточно и ранее сообщённой читателю информации, без лишних повествовательных деталей, способных ввергнуть юное читательское понимание в ступор. Это стало правильным решением — о таком дети после узнают на уроках по биологии.

Вот так, испытывая переживания от смерти свиньи, Элвин написал сказку о чудесном спасении поросёнка. Почему бы хоть кому-нибудь в этом мире не оказаться среди избежавших горькой участи быть убитым? О прочих моментах можно не думать. Разве только о том, что рядом с каждым из нас должен быть верный друг, способный своими умениями скрасить наше существование.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Дав эпиграфом цитату из Шекспира, дополнив цитатой из Мильтона, Кассандра Клэр принялась за стремительное написание очередного произведения. Мысли летели, словно пули из пулемёта, перебиваемые невозможностью за ними поспеть. Пальцы отбивали по клавиатуре ритм, стирая до конца и без того основательно потёртые кнопки. И вот готово произведение. Пусть будет «Городом костей». А почему? Из каких-то внутренних потайных смыслов. Скорее речь шла про город, наполненный мифологическими существами, коих на планете существует превеликое множество. Так почему бы именно об этом теперь не рассказывать много и с удовольствием? Поэтому Кассандра Клэр с ещё большим азартом принялась за написание предысторий и продолжений. Что же до читателя? Есть особого рода ценители фэнтези, готовые поглощать книги невероятной толщины, требуя всё новых продолжений. Если такой спрос существует, он обязательно будет удовлетворён. Ну а кому такого рода подход не нравится, есть другие прекрасные авторы, способные оставить гораздо более яркие впечатления от чтения.

Что происходит на страницах? Ничего. Вернее, раз за разом создаётся ситуация, требующая однотипного разрешения. Может Кассандра Клэр пропиталась просмотром «Зачарованных» или ей не давали покоя злодеи из «Сейлор Мун», потому и в собственном произведении она пользуется той же схемой. Насколько читателю будет интересно читать об ещё одном монстре, убиваемом каким-нибудь примитивным до простоты способом? И насколько такие монстры вообще требуются для содержания? Иного выбора у Кассандры Клэр всё равно не оставалось. С её подходом к творчеству можно взяться за любое время и пространство, но она предпочла самое близкое. Пусть герои произведения живут тут и сейчас, но в окружении мифических существ. Дабы было лучше, эти существа станут проявляться постепенно, причём только перед способными их за таковые видеть.

А кто за главного героя? Видимо, альтер эго писательницы, попавшее в мир присущих ей грёз. Вокруг бушует мир из злобствующих существ, выражающих к ней непочтение, отчего с ними нужно обязательно расквитаться. Задел чувства критик из интернета? Отныне он на страницах превращался в чёрта, подлежащего скорейшему уничтожению. Надо думать, использовалась именно такая мотивация. А так как у Кассандры Клэр хватает ненавистников, писать о расправах с ними она может хоть до бесконечности.

Что с окружающим миром? С исчадиями нужно бороться, прочие — чаще всего расположены к главной героине. Хорошим может быть и вампир, каковое явление стало просто повальным, и каковым Кассандра Клэр воспользовалась. Только вот почему главная героиня стала всему явлена свидетелем? Окажется, она к такому предрасположенность имела всегда, чего толком не понимала. В том-то и беда… Кассандра Клэр примется описывать прошлое главной героини, что и когда именно ей было непонятным, как она должна это понимать теперь. Быть может сюжет к чему-то подойдёт? Может быть, если у читателя хватит терпения пробираться через однотипные сцены с убийством ещё одного злобного существа.

Как тогда поступать читателю? Зависит от возраста. Ежели читатель юн, требует от действия лишь само действие, без вкладывания в ему представляемое смысла, тогда такого уровня чтение полностью удовлетворит его интерес. Если читатель понял мир чуть больше, хочет сюжетного наполнения, мыслей — «Город костей» лучше обойти стороной. Но как знать. Всему своё время и срок. Смотря на положение Кассандры Клэр с высоты прошедших лет, про её творчество узнаёшь случайно. Впрочем, это к вопросу о читательских интересах. Иногда нужно читать такого рода литературу, чтобы иметь пример её существования перед глазами.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Мало кто понял замысел ещё одного крупного произведения от Редьярда Киплинга. Вернее, никто не понял, из каких побуждений Киплинг взялся за написание произведения в духе приключений, где многое было выдумано. В книге не использовалось ни твёрдых представлений об американской географии, ни чего-то конкретно относимого к британским владениям в Индии. Вполне вероятно, Редьярда спросили, зачем он ступил на манеру изложения в духе Райдера Хаггарда. Но ведь то про Африку! У Киплинга местом действия объявлено им выдуманное территориальное образование на полуострове Индостан. В качестве соавтора выступил Уолкотт Балестье, умерший до окончания работы над произведением. Повлияло ли это хоть как-то на итоговый результат? Вовсе нет. Потому и поныне «Наулака» остаётся в тени прочих произведений Редьярда Киплинга.

Что есть «наулака»? Этим словом в Индии обозначают очень ценную вещь, чья стоимость практически неизмерима. Впрочем, есть дословный перевод — «стоит девять лакхов». Разное называли данным словом прежде. Чаще строения. Киплинг предпочёл так именовать некую драгоценность. Особого значения на происходящее это всё равно не окажет. Можно даже сказать, Балестье работал над началом книги, тогда как Киплинг завершал. Вполне допустимо предположить, Киплинг скорее именно дописывал, являясь помощником в наполнении произведения. Он мог давать ценные советы, которыми Балестье пользовался, особенно нужные в плане описания происходящего в Индии. Почему именно так? Трудно поверить, чтобы Редьярд взялся отражать на страницах мировоззрение американцев. Оно вовсе не схоже с английским.

Англичане — выспренняя нация, живущая по принципу «разделяй и властвуй». Американцы — не такие. Они хотят изменять окружающую действительность под себя, как некогда совершили при завоевании части Северной Америки. Они всегда идут напролом, не считаясь с чужими потерями. При этом, что удивительно, американцы считают всё ими делаемое за благо. Поэтому перед читателем два американца. Он — предприимчивый человек — идущий по головам ради задуманного мероприятия. И она — борец за права женщин. Порознь отправляются в Индию, где начинают претворять ими задуманное в жизнь. Ничего хорошего из этого получиться не могло. Хотя бы из тех побуждений, что жителям Индии нет дела до американских идеалов. Тут скорее вопрос к американцам, существующим от силы несколько веков, тогда как на Индостане живут народы, чьи корни уходят в глубь веков на тысячи, если не десятки тысяч лет.

Говоря о «Наулаке», обычно подводят понимание к невозможности совместить Запад и Восток. Допустимо ли под Западом понимать сугубо англичан и американцев? Ежели да, то суждения читателя окажутся верными. Но если понимать под Западом располагающееся западнее, в том числе и располагающееся севернее, вполне возможно совмещение представлений о жизненных приоритетах. Всё-таки не следует забывать, ибо то невозможно отрицать, влияние древней греческой цивилизации нашло своё отражение и на происходящем в древних индийских царствах. Быть может Индия — есть воплощение Запада, особенно учитывая её особое положение в азиатском регионе. Что до англичан и американцев — это приходящее, водрузившее на плечи излишне тяжёлый груз.

А что касательно содержания? Страсти уровня — человек из Америки способен добиться всего желаемого. И может показаться, оно в действительности так. Но на страницах происходит самое очевидное, вполне осознаваемое Киплингом. Правители Индии создадут ложное представление о подчинении, думая о единственном, каким образом поскорее перекрыть новоявленным врагам кислород. Отразить историю такого уровня в форме крупного произведения Киплинг не смог. Может и не стал бы стараться, если бы не ранняя смерть Уолкотта Балестье.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее

Как не относись к содержанию произведения от Лоис Лоури, там содержится полезная к размышлению информация. Она касается значительной части мыслей в современном обществе. Как ныне принято относиться к окружающим? С наибольшей степенью мягкости. Ещё лучше, если многое будет недоговариваться или утаиваться. В одних странах предлагают уравнять мужчин и женщин, стерев само понимание гендерных различий. В других — уберегают общество от проблем, считаемых за опасные. Например, не рассказывают детям о смерти, о существовании в мире насилия. И когда человеку открываются скрытые прежде от него истины, он может воспринять это неоднозначно. Выход из данного положения есть — нельзя ничего скрывать, необходимо рассказывать в требуемых для понимания оттенках. Что касается «Дающего» — построив повествование через утаивание важных обстоятельств, Лоис Лоури подвела «идеально выстроенный мир» под разрушение.

Перед читателем коммуна, живущая по определённым правилам. Жизнь каждого её члена строго регламентирована. Отчасти коммуну можно принять за муравейник. Есть женщины, рожающие детей. Есть детские сады, где малыши растут до трёхлетнего возраста. Потом распределяют по семьям. По достижению двенадцати лет определяется, в качестве кого им предстоит быть для общества. Человек в коммуне не подвергается стрессам, выполняет порученные ему обязанности. Климат всегда одинаковый. То есть жить можно без отягчающих обстоятельств, не думая о необходимости обеспечить собственное существование. При этом, зачем-то, члены коммуны лишены знания об ощущениях и об истории. То есть общество живёт практически одним днём. Если кто не соответствует требованиям, его удаляют. Но как происходит удаление? Это известно лишь тем, кому общество доверило такое знание. Как и представление об ощущениях и истории — об этом может знать лишь единственный, тот самый Дающий.

Но почему людям не рассказывают о том, каков солнечный свет, каким был снег, что прежде постоянно случались войны? Да и то, как каждый когда-нибудь умрёт? Лоис Лоури построит на данном обстоятельстве основное отторжение человека, который стал свидетелем скрываемого от членов коммуны. Почему процесс удаления не показали в нужном оттенке? Разве никто бы не принял позицию необходимости умерщвления стариков, детей и мыслящих иначе, продолжая поддерживать определённое количество проживающих в коммуне людей? Только общество у Лоис Лоури останется монолитным, тогда как прочие смогут отправиться на поиски другого места для жительства.

Основное непонимание читателя — в каком мире существует представленная вниманию коммуна? Почему она ограждена от внешнего воздействия? Пусть нет данных, где она располагается, кто находится рядом с нею, Лоис Лоури сообщит, будто в нескольких днях пути нет ни идеальной погоды, ни чего-то похожего по образу жизни. Да и представляла ли сама писательница, каким может быть придуманный ею мир? Она создала описание некоего общества, существующего в чётко заданных условиях, не продумав, каким человечество являлось на тот момент. Об этом она будет размышлять ещё семь лет, когда решится на написание продолжения.

Читателю нет смысла возражать представленным реалиям. Человек — существо, способное жить в окружающих его условиях. Ежели общество будет именно таким, и не будет известно об иной возможности осмысления, человек начнёт ему полностью соответствовать: будет ли его воспитывать семья из обезьян или волков, а может даже инопланетян. Человек станет похожим на своё окружение. Как тогда быть с моментом возможного отторжения от общих установок? Будем считать, человеку свойственна гуманность, вне зависимости о того, насколько ему полагается следовать установленным в обществе правилам. И не важно, коммунистическое это общество или капиталистическое.

Автор: Константин Трунин

» Читать далее