Tag Archives: литература россии

Дмитрий Быков “Квартал: прохождение” (2014)

Дмитрий Быков предлагает за один квАртал изучить каждому читателю свой собственный квартАл и получить за это большое количество денег. В качестве привлечения внимания с первых страниц на нас смотрит история о бешеной популярности данной книги, являвшейся едва ли не бестселлером в тех странах, где она выходила. Более того, одним из первых инструкции Быкова выполнял президент России Владимир Путин, чему служит доказательством эпизод, когда он неожиданно поцеловал ребёнка в живот. Правда автор умалчивает, почему СМИ не сообщали про другие поступки президента, которые он должен был выполнить. Думается, ударь глава государства случайного человека на улице по лицу, то это не могло остаться без внимания. Разумеется, Дмитрий Быков потешается. Это и есть главная характеристика “Квартала”. Ничего, кроме фана.

Выполнить задания Быкова может только человек свободный от обязательств. Если читатель ходит на работу или занимается хотя бы чем-то, то ему можно не мечтать о получении больших денег, так как они к нему никогда не придут. Поскольку, согласно Быкову, надо заниматься совершенно иными делами. Какими же? Вот краткое перечисление: искать деньги на улице, попрошайничать, покупать лотерейные билеты, ссориться с любимой, вычислять дельту финансового благополучия, сбрасывать вес и даже гадать на чипсах. То есть когда заняться будет совсем нечем, впереди ожидается три месяца ленивого внимания потолку, почему бы и не сделать своим гуру Быкова?

Дмитрий подаёт “Квартал” в качестве уникального явления. Его нужно не просто читать, а также рисовать на страницах, резать листы и совершать другие действия, в результате которых окажется, что, при желании перечитать, придётся покупать новый. Это сделано было автором специально – он пропагандирует бумажные книги, поскольку читать “Квартал” в электронном варианте или слушать аудио-версию бесполезно. Под видом интерактива Быков всё-таки даёт линейную схему прохождения, ведь кубик не прилагается и отсутствуют фишки. Быкову необходимо срочно исправлять эти недоработки, продумав выход новой книги, проходить которую можно будет вместе с другом или группой людей.

Под обложкой “Квартала” читателя ждёт не беллетристика и уж точно не прохождение, а скорее набор флешмобов, наводнивших нашу жизнь. Как иначе можно рассматривать предлагаемые рецепты счастья, если в одном из них советуется избавляться от ненужных вещей, в другом – навести дома порядок, а в третьем, опять же, скинуть два килограмма за день? Дмитрий мотивирует, обещая в итоге обретение богатства. Надо быть действительно сумасшедшим и свободным от всего человеком, чтобы не побояться переступить через привычки и начать новую жизнь, но не новую вообще, а сугубо по-быковски.

Всего один раз участники квартального флешмоба могут сойтись в одном месте, дабы разойтись и больше уже не встречаться – есть и такой пункт в программе быковского преображения. Очень интересно, вдруг случится так, что некоторое количество людей возьмутся за реализацию задуманного Быковым? Уж не станет ли это в итоге религиозным культом под названием Квартал? Подумаешь, длительность мероприятия три месяца, а не определённый день, когда призывают, допустим, не пользоваться автомобилем или не делать что-то ещё, и не на определённый час, вроде отключения света по всей планете, и не на мгновение, когда людям нужно однократно подпрыгнуть, чтобы сдвинуть планету с оси.

“Квартал” – ещё одно безумие сходящих с ума людей. Он же – проклятие глобализации. А также дань повседневности. И, конечно, наглядное пособие наблюдаемой повсеместно деградации Человека Разумного.

» Read more

Иван Бунин “Тёмные аллеи” (1937-53)

Сборник рассказов Ивана Бунина “Тёмные аллеи” преимущественно состоит из опубликованных в газетах и журналах произведений с 1937 по 1953 годы. Некоторые из них не нашли отклика в прессе, либо не имели цели попасть в периодику, поэтому были добавлены уже непосредственно в сам сборник.

Никаких возвышенных чувств читатель в представленных работах Ивана Бунина не найдёт. Наоборот, его ждёт наитемнейшая сторона человеческой души, куда лучше не заходить, если желаешь прослыть добропорядочным и непорочным человеком. Однако, при наличии желания прикоснуться к тайному, по “Тёмным аллеям” вполне можно прогуляться. Чем же Бунин на этот раз удивит читателя? Какие мысли он вывернет наизнанку, показывая себя настоящего?

Скорее Бунин топчет любовь, чем её превозносит. Отношения для действующих лиц – незначительный эпизод в череде других аналогичных. Женские сердца оказываются разбитыми, а мужской кураж продолжает витать, приводя к краху жизни следующих жертв.

Впору создать образ бунинского героя и бунинской же девушки. Когда мужчина предстаёт без всяких обязательств с желанием лишь потешить себя одной или парой встреч интимного характера, тогда женщина всегда идёт ему навстречу, немного переживая и давая лёгкий отпор, чтобы всё равно оказаться постели, отдав самое драгоценное, что у неё есть. Может и нет такой идиллии в жизни, но на страницах “Тёмных аллей” берётся оптимальная ситуация, предусматривающая ожидание радужных перспектив, без осознания скорого наступления горьких последствий.

Раз за разом повторяется одна ситуация. Где-то она сумбурна, а где-то противна до глубины естества. Бунин был обижен на мир? Были растоптаны его ожидания? Теперь он сам с удовольствием ломает судьбы другим. Пусть не реальных людей, но персонажей на страницах собственных рассказов. Редкое действующее лицо отдаёт отчёт в своих действиях, подчиняясь воле автора и осуществляя противное их же личности. Бунин настойчиво требует развратных поступков, пренебрегая разумностью людей, должных осознавать и восставать против подобного отношения к себе со стороны совершенно посторонних людей.

Впрочем, Бунин мог быть развращён влиянием Франции, где примерно одновременно с ним пребывал Генри Миллер. Читатель, знакомый с “Тропиком Рака”, легко поймёт о чём Бунин предпочёл умолчать, ограничиваясь намёками на половой акт. Но “Тропик Рака” и “Тёмные аллеи” – это суть единого мышления, только Бунин старался сохранять приличие в одном, допуская попустительство в другом.

Лёгкость отношений действующих лиц – основа каждого рассказа. Чувствуется желание автора показать геров, осознающих к чему приведут их поступки. Они, скрепя сердцем, это принимают и потворствуют страстям Ивана Бунина. Разве может горевать женщина, вынужденная с ребёнком ходить по деревням и побираться, или дитя порочной связи обивать пороги, будучи прогнан родителем, или ожидать уехавшего, некогда страстного, ухажёра, понимая бесплотность надежд? Конечно, мужчины в рассказах Бунина напыщенные и часто глупые, не придающие своим поступкам и крупицы разумности.

И вот минует десять рассказов, затем ещё десять, а разнообразия не случается. Некогда живой и яркий герой превращается в картонный шаблон, применяемый автором к точно такой же шаблонной ситуации с привлечением шаблонной героини. Меняются имена, место действия и обрамляющие текст слова, а остальное повторяется. Главное Бунину хватало средств на существование, а всё остальное не имеет весомого значения. Потомкам отчего-то сей разврат понравился. Почему бы и нет. Это бунинский вариант классики, давший дорогу похожим на “Тёмные аллеи” произведениям.

Натурализм? Весьма сомнительно.

» Read more

Анна Антоновская “Базалетский бой” (1957)

Цикл “Великий Моурави” | Книга №5

Анна Антоновская уделила много внимания жизни Саакадзе, продолжая описывать его жизнь. Она сказала ранее так много, что теперь главному герою практически не уделяется внимания. Антоновская больше обращает взор читателя в сторону врагов Великого Моурави: царя Картли-Кахетии Теймураза I и персидского шаха Аббаса. А также к другим историческим лицам, включая детей Саакадзе. Но сам Георгий толком не прописан. Пятая книга подводит читателя к Базалетскому бою, заставившему радетеля за объединение Грузии навсегда покинуть родную страну и переехать в земли Османов. Скоро Саакадзе погибнет, а пока продолжает думать о нуждах народа.

На самом деле в истории действительно мало уделяется внимания деятельности современников Саакадзе. Чем они занимались, о чём думали и какие совершали поступки? Если читатель плохо знаком с историей Грузии, то он также плохо осведомлён касательно Персии и прочих сопредельных государств. А ведь политическая борьба ведётся и в самых глухих местах, поэтому стоит ли удивляться, что подобное происходило в цивилизованных странах. Проблематика Грузии заключается больше в том, что она напрямую вела сражение с иноверцами за сохранение христианской религии и старалась отстоять независимость населяющих её людей.

Саакадзе, допустим, хотел добиться большего – объединить грузинские народности в одно государство. Он был бы рад дожить до сего светлого момента, но был слишком честным человеком, не желавшим замечать необходимость самостоятельно встать у власти и совершить задуманное непосредственно сверху. Вместо этого он раз за разом совершал одну ошибку, позволяя садиться на царский трон себялюбцам, ведущим борьбу за обретение личных благ, покуда до народа они не нисходили. И когда Саакадзе наконец-то согласился принять регалии правителя, то было уже поздно. Собственно, потому и случилось сражение у озера Базалети, на берегах которого сошлись интересы царских особ.

Непринуждённо и незаметно случился военный конфликт, будто и не должен он был произойти. Манера изложения Антоновской настолько размыта и отстранена от описываемых ей же событий, что читатель скорее утонет в потоке сторонних сюжетов, нежели будет подготовлен к основному эпизоду из жизни главного действующего лица. Долго приходится внимать распрям и перетягиванию одеяла… и вдруг неожиданно разгорается бой. Также мгновенно остывает пыл. И вновь следует размытое повествование. Антоновская чрезмерно сконцентрировалась на деталях того времени, оставив без внимания суть происходивших процессов.

В повествовании присутствует ещё одна сила, которой боялся Саакадзе. Его опасения были направлены в сторону церкви. Либо не думал Георгий воспользоваться помощью религиозных деятелей, способных объединить страну духовно, а может страшился чего-то другого. Трудно об этом говорить с полной уверенностью. Антоновская лишь даёт понимание читателю тлетворного влияния церкви, способной отвратить взоры грузин от Великого Моурави. Сказалось ли тут мировоззрение самой Антоновской, жившей в стране, порицавшей культ веры в бога? Вполне может быть и так.

Базалетский бой происходит под занавес повествования. Все устремления Саакадзе должны найти опору или рассыпаться во прах. У истории есть ответ на этот вопрос – с ним может ознакомиться и читатель. Сделает он это до чтения, во время или после – не имеет значения. Однако, сухие сведения об этой битве дадут читателю больше пищи для размышлений, нежели ещё одна книга из magnum opus Антоновской. Детали, разумеется, имеют большое значение. Только они не должны так преобладать над основной сутью, как это было сделано автором произведения.

» Read more

Сергей Довлатов “Чемодан” (1986)

Случилось так, что Сергей Довлатов обнаружил старый чемодан, о существовании которого он давным-давно забыл. Стоило его открыть, как на писателя нахлынули воспоминания. Когда-то он привёз с собой из Советского Союза в США только этот чемодан, куда уместилось всё самое ценное: креповые финские носки, номенклатурные полуботинки, приличный двубортный костюм, офицерский ремень, куртка Фернана Леже, поплиновая рубашка, зимняя шапка и шофёрские перчатки. Что-то из этих вещей ему подарили, а что-то он украл, либо получил в результате самых разных злоключений.

Короткий сборник из восьми рассказов – отражение советской действительности. Со стороны Довлатова всё воспринималось именно таким образом. Он не склонен был видеть позитивное, поскольку старался оставаться на плаву, вынужденно подчиняясь обстоятельствам. Его мысли подвергались цензуре, а сам он не мог себя никак выразить, оставаясь вне системы ценностей государства, в котором жил. Сомнительно, чтобы жизнь в другой стране значительно отличалась, родись Довлатов именно там. Его взгляд также бы оставался легковесным, понимающим действительность под толстым слоем сатиры.

Безусловно, больно осознавать никчёмность, когда ты пытаешься поступать на благо общества, и вместо этого служишь ковриком при входе, позволяя вытирать ноги. Если желаешь больше денег – начинаешь заниматься спекуляцией, а коли душит жажда – тыришь чужую обувь. Главное данные обстоятельства обставить так, чтобы читатель так и не понял, насколько дурными были поступки самого писателя. Конечно, рвать на себе волосы не выход, но и поливать грязью то, что сложилось в результате долгих лет существования нескольких поколений – неправильно.

Гнилой продукт рано или поздно всё равно будет выброшен, либо заменён на новый. Советский Союз скрипел, утратив первоначальные идеалы. Была извращена сама суть его возникновения. Не все это понимали, но Довлатов прочувствовал на себе полностью. Сергей не просто ведёт повествование, он чуть ли не рассказывает анекдоты. Понятен его сарказм, выставляющий дураками действующих лиц. В смешных историях адекватным выглядит только главный герой или рассказчик – так и у Довлатова: он умнее окружающих.

Опять же, созданный писателем образ отлично вписывается в обыденность Советского Союза. Этот человек является идеальным представителем данной страны. Он не передовик и не рвётся в бой, а просто созерцает действительность, смиренно принимая происходящее за должное. Ему хочется жить лучше и он старается. Только трудно выпрыгнуть из штанов, если у тебя их нет и ты не можешь их нигде раздобыть.

Всё складывалось закономерно. Довлатову было тесно в большой стране. Он желал перемен. И вот перед ним чемодан со старыми вещами. Многое ли изменилось в его жизни и насколько это сильно теперь заметно? Основное, что понимает читатель – Довлатов наконец-то почувствовал себя свободным человеком, который может идти куда хочется, поступать – как считает нужным, и жить – вдыхая полной грудью.

Своеобразная ностальгия вышла под пером Сергея Довлатова. Он точно не желал вернуться домой, но вспомнить ему всё-таки было приятно. Замечательно, если человек способен с улыбкой говорить о прошлом, каким бы неудачным оно лично для него не было. Для каждого из нас уготована своя судьба – мало кто о ней потом расскажет потомкам. Довлатов умел находить ладные слова. Остальное же – предания старины глубокой.

Сейчас популярно говорить, что у каждого на столе или в сумке. Постарайтесь рассказать об этом в духе Довлатова, с богатым сопутствующим текстом.

» Read more

Василий Аксёнов “Таинственная страсть” (2007)

О, дайте мне, пожалуйста, сил,
всё описать, покуда не забыл.

Жизнь – кладезь информации. Зачем читать выдуманные истории, когда всегда можно ознакомиться с воспоминаниями людей? Каждый выбирает на своё усмотрение. Писателям порой нечего о себе рассказать, тогда их фантазия изыскивает образы из неуловимых пределов собственного естества, либо обращается к человеческой культуре вообще, на новый лад позволяя пересказывать плоды чужих творческих мук. Василий Аксёнов был из тех, кто предпочитал говорить о собственной жизни, подвергнув прошлое соответствующим изменениям, чтобы читатель самостоятельно догадывался о моментах биографии автора. Роман “Таинственная страсть” стал чертой, которую Аксёнов подвёл под своей жизнью. На страницах книги его друзья, реалии действительности и уходящий в минус позитивный заряд настроения.

Нужно с юмором относится к прошлому. Каким бы оно не выглядело сейчас, нагружать себе депрессией всё равно не следует. Разве может молодость восприниматься негативно? Отчего, некогда лёгкому на подъём, ныне впадать в уныние? Аксёнова окружали замечательные люди, о которых будут помнить и без лишний напоминаний. Василию осталось оговорить игнорируемые обществом обстоятельства их жизни, наложив на советские годы при Хрущёве и Брежневе.

Аксёнов легко играет со словами, продолжая создавать произведения в излюбленной манере. Уже не первый раз этого удостаиваются фамилии действующих лиц, чтобы позже не один раз подвергнуться критическому разбору. Также легко Аксёнов обходится с речью, помещая в текст бранные выражения и не стесняясь выражать эмоции красным словцом, даря читателю возможность ещё раз улыбнуться. Впрочем, наблюдая в “Таинственной страсти” за экспрессией Хрущёва в отношении к современному искусству, получаешь дополнительный толчок к восприятию романа Аксёнова.

Именно на лёгкости строится роман. И когда слог автора становился легче воздуха, текст мгновенно нагружался серьёзным разбором происходящего вокруг. Поступь действующих лиц стремительно возносит их на Олимп всеобщего внимания, сталкивая в противоречиях с властью, не желающей видеть в числе граждан страны им подобных. Всё должно быть чётко и лаконично, а в творчестве преобладать соцреализм. До того ли крылатым талантам, жадно выискивающим рифмы для создания ещё одного нетленного стихотворения?

Аксёнов негативно относится к происходящему в Советском Союзе. Он это видит и открыто об этом говорит, раскладывая по пунктам, что его конкретно не устраивает. Только это совершенно не чувствуется в сюжете, покуда действующие лица переполняются от энергии и совершают безумства, не боясь пострадать. Их время было прекрасно той атмосферой, в которой они жили, какой бы она не была на самом деле. Человек может найти отрицательное и даже будет склонен с ним бороться, но смириться никогда не согласится. Главное не капать желчью и не делиться болью, ведь лучше быть не могло. Значит, нужно осознать прошлое и принять его. У будущих поколений будут другие проблемы.

“Наша цепь – коммунизм” гласит одна из страниц. Есть в таком понимании ощутимая доля сатиры. Ею пронизана вся книга. Грусть приходит лишь когда настаёт пора прощаться с действующими лицами: люди смертны и этого у них не отнять. Аксёнов оставался последним, кто обязан был рассказать о их совместном прошлом. Его сразила смерть “Вертикалова” в 42 года, также тяжело он перенёс смерть “Роберта Эра”. Былое минуло вместе со страной, настало время иной действительности, о которой теперь рассказывают следующие поколения писателей. Для шестидесятников мир казался не таким, каким его воспринимают люди, чья молодость пришлась на девяностые.

Светлое постоянно маячит где-то впереди. Нужно стремиться к стабильности. К сожалению, человека всегда всё не устраивает, включая стабильность.

» Read more

Алексей Брусилов “Мои воспоминания” (1929)

История всегда понимается с позиции конкретного времени. Если первые издатели воспоминаний Брусилова видели в них только возможность показать наглядный пример заблуждающегося и “политически неграмотного” человека, то спустя век читатель смотрит на прошлое иначе, в том числе и на предисловие безликой Редакции, проникнутое духом своих дней. Всё случившееся будет ещё не раз пересматриваться, но мемуары непосредственных участников навсегда останутся ценным источником ушедших событий. Алексей Брусилов прошёл долгий путь, до последних дней не покидая Родину. Он был участником турецкой компании, отличился в Первой Мировой войне и с тем же успехом влился в ряды Красной Армии.

Интересны размышления Брусилова. Читатель найдёт в них много нового. Самое удивительное, о чём не принято говорить, так это о немцах, чьи идеалы сформировались задолго до того, как их стали приписывать одному единственному человеку. Впрочем, почему именно с немцев стоит начинать рассмотрение воспоминаний Алексея Брусилова? Это очевидно. Немцы занимали высшие руководящие должности, поэтому агрессию Германии в отношении России никто не ждал, а если кто-то смел открыть глаза на действительность – того осмеивали. Брусилов замечает, что его имя нелепо смотрелось среди немецких фамилий.

И всё же, пусть руководящие слои были онемеченными, но интереснее другое. Брусилов характеризует данную нацию ровно теми же словами, которыми потомки характеризуют Третий Рейх с его идеей расового превосходства. Уже с 1871 года немцы задумались насчёт избранности своего племени, должного занять ведущие позиции на планете, смешав с грязью остальные народы, особенно славянские, нужные немецкой нации ради удобрения. И это говорит Алексей Брусилов, а на дворе двадцатые годы XX века.

Чем Брусилов знаменит? Разумеется Брусиловским, или Луцким, прорывом. Это событие ставит перед осознанием того факта, что русская армия оставалась боеспособной, несмотря на обстоятельства. В ходе операции было взято в плен порядка 380 тысяч человек, под контролем оказалась большая территория, а союзные страны смогли из обороны перейти в наступление. Всё это произошло вопреки здравому смыслу, поскольку сам Брусилов говорит об удручающем положении армии и ещё более удручающих людях, ею командовавших. У читателя воспоминаний складывается ощущение всеобщего упадка, коли таковой имел место быть. Алексей Брусилов не говорит, но рост напряжения внутри государства явился прямым следствием проводимой политики.

Не только при Сталине советские люди шли на войну без вооружения и снаряжения, точно такое же положение было и накануне Первой Мировой войны. Солдатам если и доставались сапоги, то основательно заношенные. А когда дело доходило до боевых действий, тогда командованию приходилось ломать голову из-за приказа экономить боеприпасы. Алексей Брусилов говорит, что Россия могла быть готовой к войне не раньше 1917 года. Только была бы она готова, случись конфронтация на три года позже?

О многих проблемах говорит Брусилов. Вполне доходчиво у него получается объяснить к чему привели годы мира после правления Александра III Царя-Миротворца, почему Россия проиграла войну с Японией в 1905 году и отчего никто не усвоил уроков из столь печального опыта. Страна катилась под откос и повинны в этом люди, ею руководившие. Брусилов категорично относился ко всем, начиная от солдат и вплоть до Николая II. Между строк сквозит боль за отсутствие возможности лично на что-то повлиять. В итоге Алексей Брусилов принял решение остаться среди своих, чем бы для него это не закончилось.

» Read more

Леонид Костюков “Пригодные для жизни слои” (2015)

Попробуй найти себя в мире будущего. Кто ты и что из себя представляешь? А может не стоит размышлять о том, что никогда не наступит? Завтра всё исчезнет – человек начнёт новое движение наверх. Ему суждено подниматься и опускаться, пока его не заменит другая форма жизни или пока хаос не поглотит планету, следуя за схлопывающейся Вселенной.

Всё началось с рая. Человек пребывал в идиллии с самим собой. Пока ему не захотелось разрушить идеальный порядок вещей. Последовали годы страданий, так и не закончившиеся до сих пор. Человека продолжает раздирать изнутри чувство противоречия и стремления противопоставлять себя обществу. Год за годом, поколение за поколением – совершаются одни и те же ошибки. Век за веком ничего не меняется.

Сможет ли человек добиться идеального устройства общества? Когда отступят болезни, забудется нищета и каждый сможет заниматься своим любимым делом. Нечто подобное уже случалось раньше, но мгновенно разрушалось или извращалось в угоду стремления человека заботиться, в первую очередь, о собственном благополучии.

Человека ждёт два пути развития – тотальная деградация или моральное преображение. События XX века показали невозможность достижения высоких идеалов, они же разрушили ещё один вариант предполагаемого рая – коммунизм.

Остаётся надеяться на науку. Человеку суждено стать творцом собственной судьбы. От его умения преображаться зависит будущее. Прогресс остановить нельзя: всё замерло в ожидании новых достижений.

Прекрасный пример идеального будущего создал Леонид Костюков. Повесть “Пригодные для жизни слои” воссоздаёт реалии рая, либо коммунизма – кому как больше нравится. Погружение в утопию происходит постепенно – автор неспешно раскрывает перед читателем детали своего мира.

Место действия – Москва, ограниченная кольцевой автомобильной дорогой. Читатель так и не узнает, что именно происходит вне Москвы, поскольку автор не ставил перед собой такой задачи. Ясно одно – нравы там дикие, кем бы те места не населялись. Для повествования это не имеет значения.

Самое главное – человек сумел побороть смерть, но поплатился за это невозможностью продолжать род. Теперь его окружает полностью интерактивный мир: взаимодействовать можно с любыми поверхностями. Достичь этого удалось благодаря повсеместной кибернетизации.

Жители города не ограничены в средствах – на их счетах неисчерпаемая сумма наличности. Однако её нельзя суммировать. Это позволило добиться уравнения всего населения. В городе множество мест для проведения досуга, где можно почувствовать себя полноценным членом общества.

“Идеальная среда для обитания!” – скажет читатель. – “Это действительно пригодные для жизни слои. Хочу дожить до наступления этого времени и проводить время в бесконечных развлечениях.” Но подумай, читатель, надолго ли тебя хватит? Ты будешь радоваться жизни первый год такого существования, может быть даже десять лет. А дальше? Неужели и через сто лет не наскучит так жить?

Можно обратиться к ветхозаветной истории о рае. Согласно которой человек просто обязан совершить нечто такое, вследствие чего понимание идеала будет навсегда разрушено. Так и в городе будущего найдутся люди, пожелавшие выйти за рамки допустимого.

Нет, пресытившиеся не станут образовывать секты самоубийц, пропагандируя новую религию, согласно которой только смерть сможет дать человеку возможность перейти к следующей форме существования. Скорее людей заест скука и они начнут совершать безумства.

Действующим лицам повести чужды идеи экстремалов, им нужно всего лишь пройтись по городу, чтобы набраться впечатлений. Их желание – проветрить головы от застоявшихся мыслей. Происходящие с ними события ставят их перед множеством вопросов, на часть из которых автор даёт честные ответы.

Наверное интересно спрашивать автобус о маршруте, извиняться перед столом за поставленные на него локти и мило беседовать с давно не виденной информационной стойкой перед входом в метро. Можно остановиться перед деревом, разузнав его мысли о сегодняшней погоде, состоянии его функций, а также о том, сколько раз оно было отформатировано. Встреченная собака-киборг может поведать увлекательную историю о прошлых жизнях, если её память не было очищена от подобных воспоминаний.

Безусловно, скука обязана одолеть людей. Останется забавляться стихотворными вечерами или наедаться до отвала в точках общепита. Почему бы и нет. Мир доступен для удовольствий.

Повесть “Пригодные для жизни слои” содержит в себя малую толику философии. Костюкова больше интересовало увидеть в Москве будущего Москву настоящего. Представленные в повести слои мало отличимы от нынешних. Такие же фастфуды, рестораны, метро, зона отдыха и тёмная сторона.

Единственный посторонний элемент в утопии Костюкова – это люди. Они кажутся лишними в царстве идиллии, неся в себе стремление разрушать и поступать согласно личным убеждениям. Не может человек подстроиться под правила и поступать сообразно им, какие бы общество не вводило ограничения. Обязательно найдутся те, кто собственные желания будет стремится применить ко всем сразу.

В переменах не было бы ничего плохого, не причиняй они страдания некоторой группе людей. Костюков балансирует на грани, стараясь продлить существование утопии. Неверный шаг легко разрушит шаткое равновесие и всколыхнёт массу противоречий, погрузив некогда идеальный мир во мрак.

С позиций XXI века можно предугадать технические особенности прогресса, но никогда не получится представить развитие общества. Это настолько тонкий инструмент, владеть которым человек никогда не научится. Каждое десятилетие кардинально отличается во взглядах от предыдущего, а значит никогда не наступит такого, чтобы человек смог в течение столетий сохранять свои взгляды в одном и том же состоянии.

Костюков смотрит иначе. Для него достижение человечеством утопии – реальность. Он не говорит о побудивших людей мотивах. Среди них могла быть мировая война или обособление Москвы от остальной планеты. Только в случае взятия для рассмотрения отдельного социума появляется возможность совершить невозможное. Перспектива расслоения человечества выглядит удручающей, но если это будет сделано во благо, то лучше уцелеть хоть кому-то, нежели никому.

Возможно именно по этой причине читателю не сообщается информация о ситуации вне Москвы. Может и не осталось от планеты ничего, кроме одного города. Как знать, не война ли с киборгами послужила тому причиной? Всё это останется домыслами, дабы не разрушать идеализированное представление.

Если отринуть посторонние мысли и принять свершившиеся за факт, то нужно понять насколько оправдано дарование Костюковым человеку бессмертия. По своей сути, бесконечная жизнь – это самое страшное проклятие, о чём люди не желают задумываться. Осознав новые возможности, человечество стремительно понесётся в пропасть, лишённое страхов и религиозных предрассудков. Понимание Творца утратит значение – сам человек будет решать свою судьбу.

Читатель подсознательно будет искать способы разрушить выстроенный автором идеальный мир. Ему ближе понимание антиутопий, где – парадокс – читатель наоборот надеется на благополучный исход. Пресыщение одним толкает на поиски новых впечатлений. И при этом человек не желает допускать перемены в устоявшейся жизни, укоряя себя за погружение в рутину и общий застой общества. Часть аналогичных противоречий использует и Костюков.

Действующие лица повести осознают нехватку свежих идей в обществе. Связано это с отсутствием новых поколений. Раз нет детей, значит некому высказывать неудовлетворение. Достигнутая однажды утопия превратилась в болото, откуда выбраться крайне затруднительно. Нужно приложить усилие – тогда настанет время для реформ.

Сами того не ведая, герои повествования тянутся к знаниям, обладание которыми обязательно приведёт к краху. Их желание обрести способность продолжать род — губительно. Однако, автор не придаёт этому значения.

Москва резиновая – так следует понимать неограниченное количество доступных её жителям ресурсов. Из ниоткуда в никуда – девиз повествования. Сорванный плод познания ранее привёл к изгнанию из рая. Что будет на этот раз?

Константин Трунин

Литературно-общественный журнал
«Новый Берег», март 2016

» Read more

Василий Ардаматский “Сатурн почти не виден” (1963)

Советские граждане всегда знали, что среди них есть предатели – те, кого надо изобличить и сурового наказать. Они появились ещё до революции и мешали идти к коммунизму все последующие годы. И вот грянула Вторая Мировая война – подозрения усилились. Выявить иностранных агентов стало самой простой задачей, особенно учитывая, что они действительно являлись шпионами. Пусть в их поведении нет ничего подозрительного – доблестные граждане проявляли чудеса бдительности. Мог ли рассчитывать на успех немецкий центр вербовки славян для проведения подрывной деятельности на территории противника “Сатурн”? Может и действовал он удачно, но Василий Ардаматский так не думает. Он не позволил нанести вред Советскому Союзу.

“Сатурн почти не виден” состоит из двух книг: “Путь в Сатурн” и “Конец Сатурна”. Уже из названий видно о чём они. Сперва будет заслан свой человек к немцам, а потом с его помощью вражеская организация подвергнется уничтожению. Между двумя этими событиями проходит цепочка событий. Надо сказать, Ардаматский стремится приковать внимание читателя красочным расписыванием сцен, которые не всегда находятся в дружбе с логикой, поскольку для автора важнее было показать красоту слога, нежели задуматься над мотивами поступков действующих лиц.

Действие только начинается, а читатель уже видит, что советские граждане занимаются не тем, чем им положено. Вместо тщательного продумывания мероприятий, они полны подозрительности, готовые до посинения лежать на границе в ожидании лазутчика, дабы преследовать его до места встречи с агентами на этой стороне, заранее зная данное место и тот временной промежуток, когда следует ожидать его прибытия. Взамен короткой и ёмкой странички читатель получает полноценную главу, прославляющую самоотверженность советских людей, готовых сделать невозможное, хотя могли поступить более адекватно и нейтрализовать засланный элемент непосредственно по заранее намеченному плану.

Говоря о книге Ардаматского стоит задуматься об остросюжетности произведения и о его детективной составляющей. Загадки действительно есть, но их нет необходимости отгадывать. Это скорее головная боль для самого “Сатурна”, нежели для советской стороны, необычно легко взявшей ситуацию под контроль. Теперь осталось совершить малое – выявить всех агентов и провести чистку, а потом можно будет ликвидировать и сам “Сатурн”.

Читателя ждут не только придуманные автором персонажи, но и реальные исторические личности, среди них Адольф Гитлер и начальник абвера Вильгельм Канарис. Интересно в очередной раз по новому раскрыть для себя известных людей. Так Гитлер у Ардаматского полон забот о восточном соседе, население которого в очередной раз может устоять за счёт суровых климатических условий, а оно само настолько трудно для понимания, что невозможно заслать подготовленного немецкого агента, так как ещё ни один немец не научился правильно говорить на русском языке, тогда как самих русских невозможно заставить быть хорошими разведчиками, поскольку никто из них так и не сумел выполнить поставленную задачу. В этаком сумбуре аналогично выглядит и Канарис, чья деятельность рассматривается Ардаматским сугубо в положительном ключе, хоть тот и руководил немецкой военной разведкой.

Раз нельзя понять врага, то никогда не получится его уничтожить, если не действовать прямой физической силой. Третьему Рейху помешали многие обстоятельства, в том числе и невозможность воздействовать на Советский Союз изнутри. Возможно об успехах “Сатурна” не принято было распространяться, поэтому Ардаматский так твёрдо уверен в непогрешимости собственной разведки: враг не пройдёт, не проползёт и не просочится, за ним следят и его обезвредят.

» Read more

Валерий Язвицкий «Иван III – государь всея Руси. Том 1» (1949)

Пенять на исторические процессы не стоит. Если что-то случается, значит есть для того необходимость. Иного просто не могло быть, как не пытайся рассматривать. Поэтому альтернативное восприятие реальности – бесполезная потеха. Но взглянуть свежим взглядом на прошлое всегда полезно, а переосмыслить – ещё лучше. Валерий Язвицкий поступил проще – он дал читателю возможность прикоснуться к жизни одного из самых дельных правителей Руси, коим был Иван III Великий.

Разрозненная Русь изнывала от княжеских распрей. На дворе конец XV века. Отец Ивана Василий II Тёмный пытается найти управу на своего главного соперника – Дмитрия Шемяку. Ситуацию усугубляет плетущий интриги Новгород. Нет покоя и на южных рубежах, откуда каждый год совершают набеги татары. Для пущей беды Василий терпит сокрушительное поражение от ордынцев и уступает великое княжение над Москвой Шемяке, после чего Дмитрий его лишил зрения, отомстив за ослеплённого брата.

Единственная надежда Василия на сыновей, особенно на старшего – Ивана. Выстоять в столь непростой обстановке трудно. Благо Иван с малых лет тянулся к знаниям. Ему нравилось учить языки и разбираться в заморских вещицах. Он стал верной опорой для отца, глазами Великого Князя, и был объявлен соправителем в одиннадцатилетнем возрасте. Язвицкий подробно уделяет внимание каждой детали, переливая повествование старорусскими выражениями.

Самое основное, что читатель понимает из текста – нужно добиться объединения Руси под рукой единого правителя. Только тогда можно усмирить ретивых татар и наконец-то озаботиться решением внутригосударственных проблем. Первой заботой Ивана становится Шемяка, постоянно шкодящий и после проступка падающий ниц, дабы вымолить прощение. Язвицким чересчур елейно описывается политическая борьба, разыгрываемая историческими лицами потехи ради. Василий же представлен чрезмерно мягким и податливым, что никак не соответствует его активной борьбе за власть.

За возмужанием Ивана читатель следит с удовольствием. Особенно волнует пылкость будущего Великого Князя. Для этого Язвицкий ввёл в повествование любовь юноши к обыкновенной девушке, вследствие чего страсти накаляются, стоило родителям задуматься об угодном для Москвы браке наследника с дочерью тверского Великого Князя. Иван молод, но на удивление всё правильно понимает. Уже с пяти лет он ставил государственные интересы выше своих.

Уделяет Язвицкий внимание и религии. Если Великий Князь может управлять поступками людей, то их думы вне его власти. Именно духовное объединение в первую очередь интересует Ивана. Коли может римский Папа влиять на паству, так и Патриарх всея Руси станет заниматься тем же. Именно при Иване III появляется Патриарх, выбранный на Руси, поскольку Византия отреклась от православия в пользу католичества, после чего пала под ударами турок. Отныне Москва – Третий Рим, а властителем дум избирается тот, кто угоден Москве.

Само понимание религии приобретает новый смысл. Ежели раньше она рассматривалась в качестве самостоятельной силы, то на Руси ей нашли более достойное применение – она должна объединить всех её исповедующих под рукой Москвы. Впрочем, римский Папа не уступит своего, предложив Ивану в жёны Софию Палеолог, представительницу последней царствовавшей византийской династии. К тому моменту Иван уже станет единоличным московским Великим Князем.

Язвицкий широко охватывает выбранный для повествования исторический отрезок. Читатель узнаёт факты того времени. Кажется удивительным, но Иван III был первым из Великих Князей, кто не ездил за ярлыком к татарам и кто не стал платить им дань. Это кажется странным именно по той причине, что Язвицкий не придаёт того значения Стоянию на реке Угре, какое оно имеет для историков. Валерий уделяет внимание татарской злобе и собиранию большого войска, дабы проучить московского правителя, однако это мероприятие имело опосредованное влияние, так как Москва уже твёрдо встала на ноги и начала умело обращать политические шаги оппонентов сугубо себе на пользу.

И вот когда иго было окончательно скинуто, тогда Иван III наконец-то усмирил Новгород, взял Казань и задумался над судьбой черни. Открылись глаза у Великого Князя на несправедливости, творимые в его краю. Надо понимать, это будет ведущей темой для второго тома.

» Read more

Дмитрий Рус “Комэск-13. Кадет” (2015)

В подавляющем большинстве случаев фантастика перестала быть филигранной. Чаще она теперь представляет из себя недалёкое понимание отдалённых событий. Не надо знать о чём-то, когда у тебя есть собственная фантазия. Пусть минует добрая сотня веков, а в сюжете так и останется приблизительное представление о развитии технологий лет на сто вперёд. Совершенно не учитывается аспект изменения взглядов общества, окружающее понимается согласно времени написания произведения. Золотой век фантастики миновал, приходится мириться с работами авторов, чей удел создавать чтиво для подростков.

Дмитрий Рус приступил к созданию нового цикла о XXVIII веке. Главный герой был выдернут из своего настоящего и зачислен в ряды тысячи себе подобных, чтобы пройти подготовку и стать частью правых сил Российской Империи, взращенной на представлениях белого движения образца гражданской войны начала XX века. Происходящее полагается понимать буквально, либо считать погружением в виртуальную среду или свести всё описываемое автором к его собственному сну.

Читатель сталкивается с внушительным потоком информации, что создаёт у него ощущение недосказанности. Зачем автор так упоённо что-то описывает, если для последующего сюжета это не имеет никакого значения? Может быть это будет раскрыто в следующих книгах цикла, но скорее всего будет забыто в угоду движения повествования вперёд.

Главный герой гуманный и аморфный. Он всегда думает о благе близких ему людей, но представлен автором в виде механизма, выполняющего заложенную программу. Происходящее его не волнует, ему нужно удовлетворять потребность в прохождении заданий. Он без возражений соглашается на модификацию тела, участвует в обучении и готовится к выполнению опасных поручений. Ни разу главный герой не задумается о своих поступках, чему Дмитрий Рус только потворствует.

Дмитрий Рус не вносит в мир будущего ничего оригинального. Всё используемое им для повествования где-то ранее уже было замечено или под пером автора слегка поменяло первоначальное значение. Для интереса читателя стоит ещё раз упомянуть основные детали из книги: регенерирующий ткани организма инопланетный артефакт, выкашивающий мужчин вирус, кибернетизация и модификация человеческого тела, ментальная связь ментальных же близнецов, полное погружение в виртуальность, некая раса техноразумных, человеческое общество больше напоминает муравейник.

Текст произведения изобилует молодёжным жаргоном. Сразу становится понятно, на кого Дмитрий Рус ориентировал своё произведение. Ненавязчиво и легко на страницах встречаются непритязательные слова человека из второго десятилетия XXI века, тогда как главный герой из неопределённого будущего переносится автором в другой вариант более отдалённого будущего. Можно только представить, как следующие поколения читателей будут внимать древним архаизмам, якобы им свойственным, тогда как, почему бы и нет, слово “жизнь”, будучи некогда “животом”, превратится в банальную “лажу”.

Приходится признать, темпоральная фантастика в глубоком кризисе. Для неё в России даже термин придумали с неблагозвучным названием – Попаданцы. Наблюдательный читатель сразу замечает весь юмор словообразования. Это уже не путешествия во времени, а лишь описание, как некто в очередной раз несёт свою попу кому-то в дань. Собственно, главный герой цикла «Комэск-13» соотносится с определением подобного попаданца; никак его не причислишь к вершителям исторических процессов.

Литература разная нужна и литература разная важна. Все произведения достойны своего читателя, поэтому всегда можно найти ту нишу, откуда её будут брать благодарные читатели. Если необходимо нечто незамысловатое с непритязательным сюжетом, то почему бы этому не оказаться “Кадетом” Дмитрия Руса. Любопытно же, чем всё-таки будет главный герой отдавать дань своим новым хозяевам.

» Read more

1 58 59 60 61 62 77