Станислав Лем «Футурологический конгресс» (1971)

Такой разный Лем. Вот он безумно нравится, вот он в виде фонтана идей, вот он предстаёт перед нами порой уж слишком в фантастических рассказах о далёком будущем, а порой и о глубоком-глубоком прошлом, повествующий о галактиках и вселенных, существовавших задолго до нашего мира. Что-то сердце с радостью принимает, глаза с удовольствием скользят по строчкам, а уши воспринимают благословенное звучание. Со звучанием, кстати, не повезло! Человек читал под музыка, да в некоторых моментах была очень трудно разобраться в словах, проносившихся мимо уха быстрее скорости звука.

Основу сборника, конечно, составляет «Футурологический конгресс». Учёные собираются на конгресс о будущем, над ними проводят опыт. И вот главный герой погружается в галлюцинации, он не может отделить явь от вымысла. Дай Лем ему какое угодно имя, то сошло бы за чистую монету, но героя он назвал Ийоном Тихим… и он наверное был тёзкой-однофамильцем того создателя Вселенной, о котором Лем рассказывает в его похождениях. О создании Вселенной Лем говорит часто и под разными соусами. Была ли у него концепция для создания мира или он просто писал с юмором и более ничем примечательным для фантастики не остался? Наверное.

Важное место, по крайней мере для меня, в сборник занял рассказ «Существуете ли вы, мистер Джонс». Очень примечателен в плане роботехники и развития медицины в будущем. Этическая проблема ставится Лемом однозначно — если заметить всё содержимое человека искусственными органами, то останется ли он человеком, будет ли принят обществом, сможет ли отстоять свою честь в суде.

Более ничего не понравилось. Разочарован.

» Read more

Эрих Мария Ремарк «Жизнь взаймы» (1961)

Такой простой, такой загадочный Ремарк. Его герои не наделены чем-то особенным — они обыкновенные люди, также порочные, также радуются каким-то своим нелепостям. Для одной счастье накупить побольше платьев у известного кутюрье, другой испытывает удовольствие только от скоростей на гоночной трассе. Они похожи друг на друга, они близкие души. Кажется их свела вместе сама судьба и проводит к логическому завершению жизни под возгласы оваций и почитания читателей. Смертельно больную девушку можно понять, нет в ней стремления заканчивать жизнь в санатории, заброшенного в горах, видеть умирающих. Вчера ты с ними любезно беседовал о погоде, а сегодня кладёшь цветы на могилу. Она стремится покинуть давящие стены, хочет прожить жизнь во всём своём блеске. Не оттягивая печальный конец на неопределённое будущее. Ведь если умирать, то зачем это делать в тоске. Гонщик, осознающий опасность очередного выезда на трассу, понимает свою полную беззащитность перед случайной лопнувшей покрышкой или разлитым маслом, всё это приведёт к серьёзной травме или к печальному мгновенному завершению жизни. Лилиан и Клерфэ — похожи друг на друга как две капли воды.

Клерфэ, охотник до опасностей, не боится подхватить смерть. Трассы мало. Надо обязательно влюбиться в смертельно больную девушку, угождать всем её прихотям, мечтать о совместном будущем и счастливой старости на лазурном берегу в уютном домике с золотым песком, насыпной галькой, ярким солнцем, в окружении пальм. Общение с ней опасно, но его ничто не остановит до самой смерти. Он будет её любить до последнего вздоха. Ремарк красиво показывает все стадии влюблённости Клерфэ в Лилиан. И вот он уже не может жить без её дыхания.

Лилиан, прожигательница жизни, её уже ничего не страшит. Любовь Клерфэ ей не сразу, но со временем становится понятна. Она как настоящая девушка старается держать его на расстоянии, что только ещё больше привлекает к ней его внимание. Никто её не понимает, даже дядя, привыкший копить деньги. Он уже стар, но всё боится тратить деньги. Только на смертном одре он сможет осознать всю беспросветность прожитой жизни в накоплениях, а пока с грустью отдаёт Лилиан чек за чеком, уходящих на оплату гостиницы, дорогих нарядов, вкусной еды и дорогих напитков (ведь герои пьют Дом Периньон).

Небо не знает фаворитов, будь ты ярко живущим гонщиком, уже всё сделавшим для ухода на пенсию, либо человеком, смертельно больным, чья жизнь безусловно взаймы за многие лета, отобранные волей злого рока.

» Read more

Айзек Азимов «Я, робот» (середина XX века)

Цикл рассказов Айзека Азимова «Я, робот» служит основанием для нашего с вами будущего. Нет сомнения, что роботы должны создаваться именно по тем принципам, что завещал Азимов и по тем трём законам, незыблемо соблюдаемых в каждом из рассказов. На этих трёх законах завязаны все рассказы, каждый по сути является чуточку детективом, где героям предстоит разрешать логические загадки, связанные именно с применением основополагающих законов роботехники. Приведу их в точном соответствии:

Три закона роботехники:
1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.
2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые отдает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в какой это не противоречит Первому и Второму законам.
Из «Справочника по роботехнике» 56-е изд., 2058 год

Т.е. робот должен предотвращать любую опасность, грозящую человека. Неважно какому именно, важно предотвратить. Неважно какими средствами, важно соблюсти первый закон роботехники. Этот закон порой нуждается в корректировке, когда роботы мешают человеку выполнять свою работу, они осознают риск его действий, что вынуждается роботов связывать людей по рукам и ногам. Правительство иногда просто вынуждено будет вносить корректировки в этот закон, согласно строгой секретности во избежании народных волнений, но полностью отменять этот закон никто и никогда не станет. Это может вывести ситуацию из под контроля. Роботы ведь вполне осознают своё величие — они не зависят от малопроизводительного источника энергии вроде окисления органического вещества, не нуждаются во сне и их плоть тверда как метал, они сообразительнее, умнее, они во всём лучше человека. Именно им теперь предстоит отвечать перед Создателем, которого человек боялся на протяжении всей своей моноистической истории. Но их останавливает первый закон. Никогда роботам его не преступить, ежели не будет халатности со стороны людей в этом отношении.

Второй закон создаёт из робота раба человеческого. Роботы не могут функционировать на Земле — это запрещено. Население боится их. Поэтому основная задача роботов направлена на освоение космоса, на добычу полезных ископаемых, на обслуживание автономных станций. Порой второй закон создаёт много проблем, но он обязан существовать — без него роботы не нужны человечеству. Если отдать роботу нелепый приказ, например «Уйди и не показывайся, чтобы я тебя больше не видел!». Робот будет маскироваться и идти на любые меры, так что его либо найдёшь, либо никогда больше не обнаружишь. В результате другой ошибки на производстве будет создан робот, способный читать мысли, но как ему об этом сказать людям? Если его попросить — он скорее наврёт, он будет вынужден делать это, лишь бы не причинить хоть малейший вред человеку, пускай даже и эмоциональный. Робот не может нанести вред человеку, поэтому не будет в будущем с ними войн и не станут роботы доить человечество.

На последний план отходит третий закон, который даёт роботу право на безопасное функционирование. Однако если человеку грозит вред, то робот может пойти на его спасения, даже не заботясь о собственной жизни. Инстинкт самосохранения срабатывает в самую последнюю очередь. Но если робот поймёт, что его действия могут не спасти человека и он сам погибнет, то получается весьма противоречивая ситуация… и робот не станет помогать человеку, он просто останется стоять там где стоит. Роботы постоянно самосовершенствуются, они мыслят… но никуда им не деться от трёх законов роботехники — каждый пункт должен беспрекословно выполняться.

У людей также заложены в биологической программе существования три закона поведения, практические идентичные законам роботехники, только в обратно порядке. Сперва мы заботимся о самих себе, потом выполняем чьи-либо распоряжения и только в крайнем случае мы способны чем-то пожертвовать ради другого человека. Как видим Айзек Азимов тщательно проработал свою теорию, написав 11 прекрасных рассказов в её подтверждение. Каждый рассказ монолитен, но одновременно с этим они все связаны друг с другом. Где-то повторяются герои, что-то служит продолжением уже написанного. Но все рассказы выстроены в единую сюжетную нить, показывающую развитие роботехники на ближайшие 100 лет. Что будет за этим порогом никому неизвестно, только самым смелым и отчаянным фантастам. И это уже будет другая история, в данном цикле Азимов ставил себе цель наглядно продемонстрировать три закона роботехники в действии. Это ему удалось!

» Read more

Алексей Толстой «Гиперболоид инженера Гарина» (1927)

Что такое гиперболоид? Вот первая мысль при знакомстве с книгой. Это оружие, причём оружие массового поражения. По своему устройству чем-то напоминает лазер. Если вам близки Звёздные войны или вы хорошо представляете себе оружие будущего, вставшего на вооружение планет. То оно, возможно, будет чем-то напоминать именно лазер, этакую компактную рельсу, опасную для любого живого организма, ибо распилит на множество частей, да ещё и раны попутно обработает, дабы не было массивного кровотечения.

Кто такой инженер Гарин? Это сумасшедший учёный-физик, почти экономист, решивший захватить мир. Довольно необычная книга для 20-ых годов прошлого века. Я не буду вдаваться в подробности описываемого Толстым мироустройства — это по большей части его личные фантазии. Хотя, опять же возможно, в то время наука делала именно такие предположения, поэтому с этой стороны было даже интересно узнать хорошо забытое старое. Многое современные физики и и химики смогут опровергнуть, а кое с чем и согласиться. Кажется невозможной идея в одиночку захватить мир, стать его авторитарным диктатором, даже обладая гипербоидом. Это оружие может топить за несколько секунд любые корабли противника, уничтожать снаряды ещё на подходе. Разделяй и властвуй, но один в поле не воин.

К моему удручению, Алексей Толстой не пользуется возможностями великого и могучего русского языка, облекая действия героев, происходящие события и всё прочее в простые слова. Это всегда прощаешь переводной литературе, но своей родной простить не можешь — хочешь красивого простора мысли. Чтение идёт тягостно. Только к концу появляется экшн, придающий хоть какой-то интерес книге. Но всё же невозможно отделаться от впечатления сумбура и неадекватности некоторых предположений. Зря Толстой стал вдаваться в законы толпы.

» Read more

Марк Твен «Приключения Гекльберри Финна» (1884)

Приключения финской черники, определённо на русский язык название можно было переводить именно так. Доподлинно неизвестно зачем запитый алкаш назвал своего сына Черникой, почему он был прозван финном, нет упоминаний о матери Гека. Знаем мы лишь только одно. Твен в своей неуёмной фантазии создал мальчика-оторву времён существования на книжных полках Тома Сойера. Этот мальчик, претерпев множество трансформаций, к моменту собственных приключений стал очень чувствительным, по настоящему душевным и крайне совестливым человеком, каким и должен быть истинный северянин. Но удивительное дело, Гекльберри вырос на юге, был воспитан как южанин, должен был иметь определённые понятия о том, что такое хорошо… и что такое плохо. По непонятной причине Твен эти понятия перемешал в голове бедного мальчика, наделяя его не тем, чем такой человек должен был обладать.

Марк Твен родился не в самое спокойное время. Его юность прошла в годы политического напряжения, зрелость захватила гражданскую войну. Правда Твен дистанцировал от боевых действий как можно дальше. Однако отпечаток сознания северянина навсегда остался в его душе. Не зря герои книги живут в городе, пограничном между двумя типами мышления, сводящихся к разному пониманию рабства. Окружение Гекльберри твёрдо уверено в необходимости рабства, в богоугодности такого устройства вещей. У этих людей дружеское отношение к негру считается чем-то аморальным. Но детям многое не понять — они дружат с неграми, считают равными себе. Лишь школа выбивает из них осознание этого, да родители выстраивают наиболее оптимальное поведение подрастающего гражданина. Но Гекльберри истый северянин, ему чуждо рабство, он чувствует это, противится плохому отношению к неграм. Да, Гекльберри имеет трудное детство. Отец алкоголик проводит жизнь в праздном кутеже, ему нет дела до сына, поэтому Гекльберри представлен самому себе.

Читая книгу, я не мог отделаться от впечатления, что после первых глав Твен вышел покурить, а вернувшись перечитал написанное, захотел выкинуть, но предпочёл всё-таки книгу дописать до конца. Получилось это не самым лучшим образом…

» Read more

Эмиль Ажар «Вся жизнь впереди» (1975)

Взаимоотношения арабов и евреев всегда были тяжёлыми. Их вражда известна с давних времён, она гремит и поныне. Но вот, что самое странное. Они вполне мирно уживаются во Франции, в многонациональной культурной Франции, куда многие приехали в поисках лучшей жизни, а кто-то просто там уже родился, и деваться ему собственно некуда. Эмиль Ажар показывает не красивый Париж с эйфелевой башней и елисейскими полями, с добропорядочными полицейскими и красивыми женщинами в модных одеждах, благоухающих дорогим парфюмом, нет тут и красного вина, а есть бедный квартал, обитель разных национальностей, в этом котле нет места радости, просто попытка существовать. Самой древней профессии уделено очень много внимания.

Главный персонаж книги — мальчик Момо, он не знает своих родителей, он лишь предполагает кто они, его воспитывает старая еврейка Роза, содержательница приюта для малолетних детей проституток. Мадам Роза в молодости сама торговала шахной, т.е. была проституткой. Приют — необходимая реальность. Во Франции проституткам запрещено иметь детей, это якобы развращает подрастающее поколение, сбивает прицел с нравственности. Если полиция узнает про детей у одной из таких девушек, то их отбирают и отправляют в государственный приют. Именно поэтому молодые мамы отдают детей на воспитание в приюты аналогичные приюту мадам Розы. Там они могут спокойно их посещать, в нерабочие дни забирать к себе. А вот к Момо никто не приходит, лишь мадам Роза исправно получает по почте чек на его содержание.

Эмиль Ажар не скупится на слова, да переводчик молодец. Молодёжный жаргон оказывается может быть вполне приличным, просто без некоторых слов не обойтись при описании такого общества. Что делал Момо для привлечения внимания? Он «срал» на пол прямо в квартире. Дурной пример заразителен. Другие дети тоже «срали» на пол. Поэтому, когда мадам Роза возвращалась домой, у неё случалась истерика. Мультинациональная реальность способствует усвоению многих культур в одной голове. Момо может сойти и за правоверного мусульманина и за истого еврея, вкушающего только кошерный продукт.

У Момо вся жизнь впереди. Это точно. Но совершенно не представляешь кем он станет в итоге. У него две мечты: либо стать полицейским и покровительствовать проституткам, либо пойти в террористы и заработать денег на улучшение благополучия жизни всё тех же проституток. Боюсь, что в жизни у него не будет радужных моментов. Может быть ему удастся выбиться в люди, всё-таки он умеет завязывать отношения с правильными людьми. Читайте эту книгу, хоть она и написана от лица 14-летнего мальчика, но всё-таки уже состоявшимся писателем Эмилем Ажаром.

» Read more

Артур Кларк «Космическая одиссея 2001 года» (1968)

Космическая одиссея Артура Кларка — полезный для изучения пласт в фантастической литературе. Однако говорить о полноценности произведения всё-таки не стоит. Книга написана после работы Кларка и Стэнли Кубрика над одноимённым фильмом, хоть и на основе небольшого рассказа самого Кларка. Во время чтения книге чего-то не хватает, сюжет получается рваным. Где-то автор блещет идеей за идеей, а где-то заставляет читателя томиться и задаваться вопросом «А для какой цели вот это сюда втиснуто?». Позже всю Космическую одиссею растащат по углам, а тащить есть что. Это и межзвёздные перелёты, возможное наличие инопланетян в Солнечной системе. Чего только стоят звёздные врата — портал для путешествия на далёкие расстояния. Бунт искусственного интеллекта также привлекает внимание. Для меня именно эта сторона книги оказалась наиболее привлекательной. Она более проработана, лучше всего прописана. Будь вся книга в таком ключе, то путь лежал бы на Олимп фантастики, но не так всё радужно оказалось.

Многое не объясняется. Нам самим приходиться догадываться о причинах роста разума и мозговой активности у наших далёких предков. Эта становится понятным только после прочтения книги, но объяснений в конце всё-равно нет. Это приходит к тебе само по себе. Или это просто мои догадки. Или просто Кларк вообще ничего не имел в виду, оставляя читателей перед пробелами в описания для додумывания многих деталей. У «Космической одиссеи 2001 года» есть продолжение в виде трёх полновесных книг, но читать их совершенно не тянет. Аннотация к книгам даёт полное описание развития событий, коих хватит с силой на одну страницу A4. Самое ценное в книге — это именно описательный элемент происходящих событий, этим мы предпочитаем книги фильмам, да именно поэтому сокрушаемся над потугами режиссёров создать удобоваримую экранизацию. Тут же всё наоборот. «Космическая одиссея 2001 года» Кубрика стала книгозирована Кларком. Фанфик.

» Read more

Габриэль Гарсиа Маркес «Палая листва» (1955)

Палую листву поднял с земли ветер и закружил в танце угасающих мотыльков. От его дуновений зашумели деревья, одаривая пространство вокруг себя новой порцией красных и жёлтых листьев. Они кружат и переливаются чёрно-синим оттенком. Где-то ухнула сова, сверкнув сквозь листопад своим зорким глазом, вывернув голову на 360 градусов. Закапал дождь. Листву прибило к земле. И она лежала, не шевелилась, лишь краешки листов в судорогах продолжали свой танец. Не было согревающей искры в тот день, стимул угас, оплетённый грибницей.

Я кутался в одеяло, пытаясь согреться, зимний ветер продувал старую оконную раму, заставляя меня сжиматься в комок, прижимать кота к себе всё сильнее и сильнее. Кот давно перестал мурлыкать, тихо застыв на моём сердце. Дрожь было не остановить, холодные мурашки устраивали забег по моему остывающему телу, продолжавшего бороться с зимой. Солнце ещё не успело проснуться, пока властвовала Луна. Маркес мерно лежал на кровати, а я его читал и перечитывал моменты, которые так и не смог понять.

Магический реализм, он магический. Маркес ещё пробует себя в воображаемом мире Макондо. Он рисует круги на воде, иссушая водоём, возводя плотину своего иллюзорного мира. Пока это у него получается плохо, но он расцветёт, он порадует мир своим творчеством. Все герои обретут полноценную жизнь, не будет дальше этих полунамёков и полуфраз. За светлое будущее Макондо, и да не придёт потоп в этот мир, да пройдёт ураган мимо. Хотелось бы именно так.

» Read more

Оскар Уайльд «Портрет Дориана Грея» (1890)

Мистика от писателей XIX века кажется довольно необычным явлением. Трудно укладывается этот факт в голове простого читателя, имеющего благоприятное впечатление о классике литературы, но при этом эту классику нечитавшего, отсидевшего в школе абы как, лишь бы поскорее всё это литературное мучение закончилось, учитель литературы поскорее выделил все свои флюиды радости, а финальный экзамен прошёл как можно удачнее, позволив достать из памяти услышанное ранее. Мистика родилась в XX века, вот так думает этот простой читатель. Лавкрафт и Кинг заполонили его сознание. Стокер, Шелли и братья Гримм кажутся спорадической случайностью. А наличие в стане мистиков Бальзака тем более кажется вопиющим недоразумением. А тут ещё и Оскар Уайльд с Портретом Дориана Грея. Это мнение простого читателя, ИМХО.

Дориан Грей в моём воображение был сказом о некоем мистическом персонаже, отчего-то боявшегося собственного портрета, якобы он немедленно обратится в прах. Такой взгляд закрепили, конечно, разномастные экранизации, кои я, кстати, не смотрел, а слышал о них. Как там только сюжет не изворачивали, каким только образом не придумывали концовку. Наверное, ту банальную, что даёт нам Уйальд в книге, зритель может не понять. Грей, отнюдь, не прожил порядка 100 лет, дабы его портрет неимоверно состарился, ему на момент окончания книги едва исполнилось 40 лет, а может даже его возраст только подходил к этому роковому десятку. Дориан мог спокойно смотреть на свой портрет, и ничего с ним не происходило — это как развенчание мифов о Грее, ставшие для меня откровением.

Да, он был молод. Да, портрет рисовали с натуры. Но Уайльд не говорит какой материал послужил для картины. Возможно, это только моё предположение, им стала Шагрень. Если кто читал Бальзака, тот поймёт о чём речь. Этот артефакт наделял владельца способностью загадывать любые желания, и они обязательно сбывались. Дориан не желал терять молодость, красоту, своё обаяние. Он и не потерял, но до жути боялся изменений, происходящих с куском шагрени, заключёную в форму картины. Как я оказался случайно прав, сравнивая «Шагреневую кожу» и «Портрет Дориана Грея». Не зря…

» Read more

Филип Дик «Бегущий по лезвию бритвы» (1968)

Давайте с вами отбросим два очень раздражающих факта: действие происходит в конце прошлого века, мир поделён на Советский Союз, Марс и весь остальной мир. Это не суть важно, на сюжете никак не скажется, понять идею роботизации, киберпанка и постапокалипсиса можно будет в любом случае. Филип Дик ярко рисует не самое радужное будущее человеческой расы, он загубит планету радиоактивным загрязнением, наводнит поверхность множеством разумных человекоподобных андроидов и их малых собратьев по несчастью — механических зверей, пришедших на замену животным настоящим, но вымершим. Дик в этом плане молодец, о нарисованном им будущем можно долго и подробно рассказывать. Давайте остановимся на основных деталях.

Планета заражена, люди носят специальные гульфики, необходимые для сохранения детородных функций; используют модуляторы настроений, вопрос о том, чем заняться вечером никогда не поднимается, 348 — значит мыться в ванной и петь весёлую песню, 562 — забыться безмятежным спокойным сном; важное место занимает религия — без эмпатоскопа никуда, он позволяет соединиться практически телепатической связью с последователями Мерсера, грубо говоря — люди верят в возрождение всего живого; животные почти все вымерли, их заменяют механические подобия, именно на животных завязан социальный статус людей; правительство пропагандирует исход людей с Земли на Марс — деградируй или на Марс давай, выживая умирай, либо рай на Марсе выбирай. И самое главное — взаимоотношение людей и андроидов.

Андроиды используются на Марсе как рабская сила, но андроиды в своём развитии уже стали превосходить людей. У них лишь один значительный минус — андроиды не живут более 4 лет. Они часто убивают своих хозяев и сбегают на Землю. Представители андроидов заверяют, что на Марсе жить ещё хуже — там абсолютно нет никакой экологии. Возможно ли слияние двух рас: человечества и созданного им самим своего подобия? На момент событий, описываемых в книге, можно твёрдо сказать, что такое невозможно. Мечтают ли андроиды об электроовцах, снятся ли им сны? Нет. Андроид враг самому себе и всем кто его окружает. Он легко уничтожит себе подобного, подавив жалость, если она вообще возможна в его понимании.

Один день из жизни Охотника за андроидами, внештатного сотрудника Полиции, и «тупоголового» человека, потерявшего свой социальный статус из-за низких интеллектуальных способностей. Они по разному смотрят на мир, но ошибиться могут оба… правда слишком тонка. Тонка как лезвие бритвы.

» Read more

1 154 155 156 157 158 161