Category Archives: Фантастика/Фэнтези

Генри Каттнер «Мы — Хогбены» (1941-49)

Бэтмен, Супермен, Человек-паук, Хогбены — персонажи американской культуры. Если в Европе принято восхвалять силу человека, открытость, то творчество писателей из США всегда лелеяло мечты о безликих героях, чьи способности служат на благо государству. Где искать истоки такого видения мира я вам не скажу, но уж точно не у Ницше, чьи мысли о сверхчеловеке так будоражили умы людей XIX века. Но вот то, что на Каттнера повлияли комиксы о приключениях Сумермена, так это скорее всего. Его Хогбены — мутанты. Они получили свою силу давно, может даже на Атлантиде. Они бессметные, могут читать мысли, растворяться в воздухе, изменять реальность вокруг себя. Одним словом, Хогбены — супергерои, живущие тайно где-то в США. Всеми силами желающие остаться тайной для окружающего мира.

Книга — сборник рассказов. Читается легко, но не всегда с интересом. Интересна сама идея, возникшая у Каттнера на заре появления скрытных героев со сверхспособностями. Впрочем, Хогбены стараются сохранять холодную голову при трезвом расчете последствий своих способностей. Им это удаётся. Но всё-таки неограниченные возможности при отсутствии явных минусов не дают насладиться действиями героев — им не хватает той самой способности человека, обречённого всегда выбирать из двух вариантов. Для Хогбенов вторым вариантом является обязанность скрыть все свои действия, стараясь действовать как можно тише. При этом Хогбены не уходят далеко из своих мест, держась друг за друга.

Крепкая американская семья с повадками мутировавших жителей Атлантиды — вот кто такие Хогбены, а ещё, наверное, именно на них смотрело издательство Марвел, когда придумывало Людей Икс.

» Read more

Станислав Лем «Футурологический конгресс» (1971)

Такой разный Лем. Вот он безумно нравится, вот он в виде фонтана идей, вот он предстаёт перед нами порой уж слишком в фантастических рассказах о далёком будущем, а порой и о глубоком-глубоком прошлом, повествующий о галактиках и вселенных, существовавших задолго до нашего мира. Что-то сердце с радостью принимает, глаза с удовольствием скользят по строчкам, а уши воспринимают благословенное звучание. Со звучанием, кстати, не повезло! Человек читал под музыка, да в некоторых моментах была очень трудно разобраться в словах, проносившихся мимо уха быстрее скорости звука.

Основу сборника, конечно, составляет «Футурологический конгресс». Учёные собираются на конгресс о будущем, над ними проводят опыт. И вот главный герой погружается в галлюцинации, он не может отделить явь от вымысла. Дай Лем ему какое угодно имя, то сошло бы за чистую монету, но героя он назвал Ийоном Тихим… и он наверное был тёзкой-однофамильцем того создателя Вселенной, о котором Лем рассказывает в его похождениях. О создании Вселенной Лем говорит часто и под разными соусами. Была ли у него концепция для создания мира или он просто писал с юмором и более ничем примечательным для фантастики не остался? Наверное.

Важное место, по крайней мере для меня, в сборник занял рассказ «Существуете ли вы, мистер Джонс». Очень примечателен в плане роботехники и развития медицины в будущем. Этическая проблема ставится Лемом однозначно — если заметить всё содержимое человека искусственными органами, то останется ли он человеком, будет ли принят обществом, сможет ли отстоять свою честь в суде.

Более ничего не понравилось. Разочарован.

» Read more

Айзек Азимов «Я, робот» (середина XX века)

Цикл рассказов Айзека Азимова «Я, робот» служит основанием для нашего с вами будущего. Нет сомнения, что роботы должны создаваться именно по тем принципам, что завещал Азимов и по тем трём законам, незыблемо соблюдаемых в каждом из рассказов. На этих трёх законах завязаны все рассказы, каждый по сути является чуточку детективом, где героям предстоит разрешать логические загадки, связанные именно с применением основополагающих законов роботехники. Приведу их в точном соответствии:

Три закона роботехники:
1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.
2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые отдает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в какой это не противоречит Первому и Второму законам.
Из «Справочника по роботехнике» 56-е изд., 2058 год

Т.е. робот должен предотвращать любую опасность, грозящую человека. Неважно какому именно, важно предотвратить. Неважно какими средствами, важно соблюсти первый закон роботехники. Этот закон порой нуждается в корректировке, когда роботы мешают человеку выполнять свою работу, они осознают риск его действий, что вынуждается роботов связывать людей по рукам и ногам. Правительство иногда просто вынуждено будет вносить корректировки в этот закон, согласно строгой секретности во избежании народных волнений, но полностью отменять этот закон никто и никогда не станет. Это может вывести ситуацию из под контроля. Роботы ведь вполне осознают своё величие — они не зависят от малопроизводительного источника энергии вроде окисления органического вещества, не нуждаются во сне и их плоть тверда как метал, они сообразительнее, умнее, они во всём лучше человека. Именно им теперь предстоит отвечать перед Создателем, которого человек боялся на протяжении всей своей моноистической истории. Но их останавливает первый закон. Никогда роботам его не преступить, ежели не будет халатности со стороны людей в этом отношении.

Второй закон создаёт из робота раба человеческого. Роботы не могут функционировать на Земле — это запрещено. Население боится их. Поэтому основная задача роботов направлена на освоение космоса, на добычу полезных ископаемых, на обслуживание автономных станций. Порой второй закон создаёт много проблем, но он обязан существовать — без него роботы не нужны человечеству. Если отдать роботу нелепый приказ, например «Уйди и не показывайся, чтобы я тебя больше не видел!». Робот будет маскироваться и идти на любые меры, так что его либо найдёшь, либо никогда больше не обнаружишь. В результате другой ошибки на производстве будет создан робот, способный читать мысли, но как ему об этом сказать людям? Если его попросить — он скорее наврёт, он будет вынужден делать это, лишь бы не причинить хоть малейший вред человеку, пускай даже и эмоциональный. Робот не может нанести вред человеку, поэтому не будет в будущем с ними войн и не станут роботы доить человечество.

На последний план отходит третий закон, который даёт роботу право на безопасное функционирование. Однако если человеку грозит вред, то робот может пойти на его спасения, даже не заботясь о собственной жизни. Инстинкт самосохранения срабатывает в самую последнюю очередь. Но если робот поймёт, что его действия могут не спасти человека и он сам погибнет, то получается весьма противоречивая ситуация… и робот не станет помогать человеку, он просто останется стоять там где стоит. Роботы постоянно самосовершенствуются, они мыслят… но никуда им не деться от трёх законов роботехники — каждый пункт должен беспрекословно выполняться.

У людей также заложены в биологической программе существования три закона поведения, практические идентичные законам роботехники, только в обратно порядке. Сперва мы заботимся о самих себе, потом выполняем чьи-либо распоряжения и только в крайнем случае мы способны чем-то пожертвовать ради другого человека. Как видим Айзек Азимов тщательно проработал свою теорию, написав 11 прекрасных рассказов в её подтверждение. Каждый рассказ монолитен, но одновременно с этим они все связаны друг с другом. Где-то повторяются герои, что-то служит продолжением уже написанного. Но все рассказы выстроены в единую сюжетную нить, показывающую развитие роботехники на ближайшие 100 лет. Что будет за этим порогом никому неизвестно, только самым смелым и отчаянным фантастам. И это уже будет другая история, в данном цикле Азимов ставил себе цель наглядно продемонстрировать три закона роботехники в действии. Это ему удалось!

» Read more

Алексей Толстой «Гиперболоид инженера Гарина» (1927)

Что такое гиперболоид? Вот первая мысль при знакомстве с книгой. Это оружие, причём оружие массового поражения. По своему устройству чем-то напоминает лазер. Если вам близки Звёздные войны или вы хорошо представляете себе оружие будущего, вставшего на вооружение планет. То оно, возможно, будет чем-то напоминать именно лазер, этакую компактную рельсу, опасную для любого живого организма, ибо распилит на множество частей, да ещё и раны попутно обработает, дабы не было массивного кровотечения.

Кто такой инженер Гарин? Это сумасшедший учёный-физик, почти экономист, решивший захватить мир. Довольно необычная книга для 20-ых годов прошлого века. Я не буду вдаваться в подробности описываемого Толстым мироустройства — это по большей части его личные фантазии. Хотя, опять же возможно, в то время наука делала именно такие предположения, поэтому с этой стороны было даже интересно узнать хорошо забытое старое. Многое современные физики и и химики смогут опровергнуть, а кое с чем и согласиться. Кажется невозможной идея в одиночку захватить мир, стать его авторитарным диктатором, даже обладая гипербоидом. Это оружие может топить за несколько секунд любые корабли противника, уничтожать снаряды ещё на подходе. Разделяй и властвуй, но один в поле не воин.

К моему удручению, Алексей Толстой не пользуется возможностями великого и могучего русского языка, облекая действия героев, происходящие события и всё прочее в простые слова. Это всегда прощаешь переводной литературе, но своей родной простить не можешь — хочешь красивого простора мысли. Чтение идёт тягостно. Только к концу появляется экшн, придающий хоть какой-то интерес книге. Но всё же невозможно отделаться от впечатления сумбура и неадекватности некоторых предположений. Зря Толстой стал вдаваться в законы толпы.

» Read more

Артур Кларк «Космическая одиссея 2001 года» (1968)

Космическая одиссея Артура Кларка — полезный для изучения пласт в фантастической литературе. Однако говорить о полноценности произведения всё-таки не стоит. Книга написана после работы Кларка и Стэнли Кубрика над одноимённым фильмом, хоть и на основе небольшого рассказа самого Кларка. Во время чтения книге чего-то не хватает, сюжет получается рваным. Где-то автор блещет идеей за идеей, а где-то заставляет читателя томиться и задаваться вопросом «А для какой цели вот это сюда втиснуто?». Позже всю Космическую одиссею растащат по углам, а тащить есть что. Это и межзвёздные перелёты, возможное наличие инопланетян в Солнечной системе. Чего только стоят звёздные врата — портал для путешествия на далёкие расстояния. Бунт искусственного интеллекта также привлекает внимание. Для меня именно эта сторона книги оказалась наиболее привлекательной. Она более проработана, лучше всего прописана. Будь вся книга в таком ключе, то путь лежал бы на Олимп фантастики, но не так всё радужно оказалось.

Многое не объясняется. Нам самим приходиться догадываться о причинах роста разума и мозговой активности у наших далёких предков. Эта становится понятным только после прочтения книги, но объяснений в конце всё-равно нет. Это приходит к тебе само по себе. Или это просто мои догадки. Или просто Кларк вообще ничего не имел в виду, оставляя читателей перед пробелами в описания для додумывания многих деталей. У «Космической одиссеи 2001 года» есть продолжение в виде трёх полновесных книг, но читать их совершенно не тянет. Аннотация к книгам даёт полное описание развития событий, коих хватит с силой на одну страницу A4. Самое ценное в книге — это именно описательный элемент происходящих событий, этим мы предпочитаем книги фильмам, да именно поэтому сокрушаемся над потугами режиссёров создать удобоваримую экранизацию. Тут же всё наоборот. «Космическая одиссея 2001 года» Кубрика стала книгозирована Кларком. Фанфик.

» Read more

Оскар Уайльд «Портрет Дориана Грея» (1890)

Мистика от писателей XIX века кажется довольно необычным явлением. Трудно укладывается этот факт в голове простого читателя, имеющего благоприятное впечатление о классике литературы, но при этом эту классику нечитавшего, отсидевшего в школе абы как, лишь бы поскорее всё это литературное мучение закончилось, учитель литературы поскорее выделил все свои флюиды радости, а финальный экзамен прошёл как можно удачнее, позволив достать из памяти услышанное ранее. Мистика родилась в XX века, вот так думает этот простой читатель. Лавкрафт и Кинг заполонили его сознание. Стокер, Шелли и братья Гримм кажутся спорадической случайностью. А наличие в стане мистиков Бальзака тем более кажется вопиющим недоразумением. А тут ещё и Оскар Уайльд с Портретом Дориана Грея. Это мнение простого читателя, ИМХО.

Дориан Грей в моём воображение был сказом о некоем мистическом персонаже, отчего-то боявшегося собственного портрета, якобы он немедленно обратится в прах. Такой взгляд закрепили, конечно, разномастные экранизации, кои я, кстати, не смотрел, а слышал о них. Как там только сюжет не изворачивали, каким только образом не придумывали концовку. Наверное, ту банальную, что даёт нам Уйальд в книге, зритель может не понять. Грей, отнюдь, не прожил порядка 100 лет, дабы его портрет неимоверно состарился, ему на момент окончания книги едва исполнилось 40 лет, а может даже его возраст только подходил к этому роковому десятку. Дориан мог спокойно смотреть на свой портрет, и ничего с ним не происходило — это как развенчание мифов о Грее, ставшие для меня откровением.

Да, он был молод. Да, портрет рисовали с натуры. Но Уайльд не говорит какой материал послужил для картины. Возможно, это только моё предположение, им стала Шагрень. Если кто читал Бальзака, тот поймёт о чём речь. Этот артефакт наделял владельца способностью загадывать любые желания, и они обязательно сбывались. Дориан не желал терять молодость, красоту, своё обаяние. Он и не потерял, но до жути боялся изменений, происходящих с куском шагрени, заключёную в форму картины. Как я оказался случайно прав, сравнивая «Шагреневую кожу» и «Портрет Дориана Грея». Не зря…

» Read more

Филип Дик «Бегущий по лезвию бритвы» (1968)

Давайте с вами отбросим два очень раздражающих факта: действие происходит в конце прошлого века, мир поделён на Советский Союз, Марс и весь остальной мир. Это не суть важно, на сюжете никак не скажется, понять идею роботизации, киберпанка и постапокалипсиса можно будет в любом случае. Филип Дик ярко рисует не самое радужное будущее человеческой расы, он загубит планету радиоактивным загрязнением, наводнит поверхность множеством разумных человекоподобных андроидов и их малых собратьев по несчастью — механических зверей, пришедших на замену животным настоящим, но вымершим. Дик в этом плане молодец, о нарисованном им будущем можно долго и подробно рассказывать. Давайте остановимся на основных деталях.

Планета заражена, люди носят специальные гульфики, необходимые для сохранения детородных функций; используют модуляторы настроений, вопрос о том, чем заняться вечером никогда не поднимается, 348 — значит мыться в ванной и петь весёлую песню, 562 — забыться безмятежным спокойным сном; важное место занимает религия — без эмпатоскопа никуда, он позволяет соединиться практически телепатической связью с последователями Мерсера, грубо говоря — люди верят в возрождение всего живого; животные почти все вымерли, их заменяют механические подобия, именно на животных завязан социальный статус людей; правительство пропагандирует исход людей с Земли на Марс — деградируй или на Марс давай, выживая умирай, либо рай на Марсе выбирай. И самое главное — взаимоотношение людей и андроидов.

Андроиды используются на Марсе как рабская сила, но андроиды в своём развитии уже стали превосходить людей. У них лишь один значительный минус — андроиды не живут более 4 лет. Они часто убивают своих хозяев и сбегают на Землю. Представители андроидов заверяют, что на Марсе жить ещё хуже — там абсолютно нет никакой экологии. Возможно ли слияние двух рас: человечества и созданного им самим своего подобия? На момент событий, описываемых в книге, можно твёрдо сказать, что такое невозможно. Мечтают ли андроиды об электроовцах, снятся ли им сны? Нет. Андроид враг самому себе и всем кто его окружает. Он легко уничтожит себе подобного, подавив жалость, если она вообще возможна в его понимании.

Один день из жизни Охотника за андроидами, внештатного сотрудника Полиции, и «тупоголового» человека, потерявшего свой социальный статус из-за низких интеллектуальных способностей. Они по разному смотрят на мир, но ошибиться могут оба… правда слишком тонка. Тонка как лезвие бритвы.

» Read more

Терри Пратчетт «Ведьмы за границей» (1991)

Пратчетта нельзя любить одинаково. Над чем-то восхищаешься. Как, например, его бесподобная «Стража! Стража!», полная находок в мире фэнтези. Что-то становится откровенно провальным: «Пирамиды», «Движущиеся картинки», «Ведьмы за границей». Остальные книги имеют в себе огромный потенциал, но почему-то не могут дотянуть до идеального статуса первых двух книг в цикле о Страже. Стиль Пратчетта легко объяснить. Он берёт некий сюжет, перерабатывает внутри себя, и начинает быстро-быстро со скоростью мысли всё это записывать на бумагу, заполняя объёмом даже пространство между строк. Из-за этого читателю некогда задуматься, некогда возразить, остаётся либо восхититься, либо скривить недовольную мину.

Серия «Плоского мира» всегда прирастала на 2-3 книги в год, редко Пратчетт ограничивался одной. И та единственная книга стала гениальной, остальным не хватало тщательной прорисовки. Пратчетт просто издевается над окружающими его вещами, порой уже начинает подташнивать от такого рода подтрунивания. Нельзя же постоянно и на одной волне — это через n-ное количество книг начнёт раздражать. Ожидания становятся обманутыми. Такой Пратчетт мне не нравится.

Любители Пратчетта делятся на два лагеря — одним нравится Стража, другим Ведьмы. Есть и те кто любит обе серии. Мне нравится Стража, она продуманная, наполненная событиями, техническими находками. Про Ведьм я такого сказать не могу. Интересной мне показалась только первая книга из цикла «Творцы заклинаний», где действует восьмой сын восьмого сына ведьма Эскарина. Далее серия погружается в издевательства над сказками. «Ведьмы за границей» продолжают эту славную традицию. Тут вам будет даже Золушка и такое удивительное умение в мире фэнтези как магия вуду. Всю книгу я желал только её скорейшего завершения. Не нравится мне такой откровенный стёб на уровне плинтуса. Не нравится!

» Read more

Оноре де Бальзак «Шагреневая кожа» (1831)

Поток сознания — единственная мысль, грызущая мозг во время всего чтения, некоторые чинуши культурного быта могут начать утверждать, что данный термин может быть применим лишь к некоторым авторам XIX-XX века, таким как Лев Толстой, Джеймс Джойс, Керуак, Кортасар, Кундера, Марсель Пруст. Но я всё-таки буду непреклонен! Творчество Бальзака подходит к приведённому временному промежутку и отражает основные моменты потока сознания: метания души, изрядная доля переживаний, бесконечный внутренний монолог героя, реальность трудно отделить от фантазии.

Шагреневая кожа — роман о джине из бутылки, о мифическом куске кожи онагра, способной исполнять все ваши пожелания, но за это присваивая себе часть существа владельца. Вергилий сказал: «Timeo danaos et dona ferentes» (бойтесь Данайцев, дары приносящих). Газпром односторонне провозгласил: «Мечты сбываются». Но лишь Кинг пожурил в «Худеющем», что надо бояться своих желаний, они могут сбыться… и обернуться не в лучшую сторону для Желающего. Кто бы подумал, что Король ужасов черпал элемент мистики именно у Бальзака.

В центре книги Рафаэль де Валентен, молодой человек, сын богатых родителей, после их смерти банкрот. Он крайне беден, Бальзак подчёркивает как может этот факт. Делится многостраничными переживаниями героя, его попытками ухаживать за дамами из высшего света. Рафаэль в своей жизни имел только две мечты: вновь стать богатым, иметь как можно больше девушек. Случайно в его руках оказывается реликвия, исполняющая любые желания. И вот он уже сказочно богат, но… скажем привет Дориану Грею, их пути встали на одни рельсы. Рафаэль теперь тоже страшится своих желаний, превращаясь в… ну да не буду делиться спойлерами. Самое главное про книгу я уже сказал, остальное сплошной поток сознания.

Откуда у Бальзака появилась идея написания? Наверное он читал «1000 и одну ночь», а может просто сам втайне желал как-нибудь обогатиться подобным способом, но вовремя притормозил перед стоп-линией, понимая, что если где-то прибывает, значит где-то убудет. Людская зависть тоже выжимает все соки.

» Read more

Джон Уиндем «День триффидов» (1951)

Кто был первым, что предрёк конец света в виде тотальной слепоты всего населения планеты? Наверное им был Уиндэм, написавший в 1951 году бесподобный «День триффидов». Безусловно он опирался на рассказ Герберта Уэллса «Страна слепых», но там не было всеобщего охвата проблемы, там как и в «Путешествиях Гулливера» была локальная страна со своими проблемами в виде, допустим, наличия бессмертных, но только слепых. Про Сарамаго и его «Слепоту» от 1995 года лучше не вспоминать. Он хорошо прошёлся по следам Уиндэма, выкинув из своей книги плотоядные растения, умолчав о причинах бедствия, оставляя на воображение читателя причины неизвестного до сей поры недуга, поражающего постепенно всех людей как вирусное заболевание. У него был только один зрячий персонаж, опять же по загадочной причине.

Вы бы удивились, узнав о существовании живых растений, имеющих ноги и способных передвигаться по поверхности Земли не хуже любого другого сухопутного существа? Выжимка из этого растения очень полезна для человеческого организма, но разведение крайне опасно. Сей цветок может смертельно вас ужалить. Их, словно индейцев, сгоняют в резервации, где обрубают жало и дают цвести дальше. В один прекрасный день люди слепнут, может это русский спутник подвергся атаке астероидов из хвоста пролетавшей мимо кометы, может просто сама комета обладала вредным излучением для глаз, но факт остаётся фактом — к утру все, кто смотрел на очередной циклический пролёт подобия Леонид с небесного объекта 55P/Темпеля-Туттля, ослепли. Пропустившим сиё событие счастливчикам теперь предстоит ставить ход жизни на новый лад, пренебрегая моралью, религией и простыми человеческими ценностями. Спасать слепых или спасать себя? Пока никто не задумывается о триффидах, вышедших из резерваций за пропитанием… но скоро задумаются.

Лично я в восторге!

» Read more

1 18 19 20 21