Category Archives: Классика

Джованни Боккаччо «Декамерон» (1350)

О том, что Декамерон как-то связан с эротикой, я чувствовал на подсознании. И вроде бы книга в свободном доступе, прочитать её считается признаком образованного человека. Поэтому сел за чтение. И знаете, она действительно из раздела 18+. Сам автор в начале книги рассказывает, а уже в конце подводит один однозначный итог — он человек своего времени, пишет всем общеизвестные вещи, и каждый поймёт книгу в меру собственной испорченности: благоверный монах возмутится, падкий монах возмутится ещё больше, остальные разделяться на три лагеря — одни против, другие за, третьим без разницы, о чём собственно писал вольнодумец Боккаччо, они может вообще книги не читают, а только утренние газеты пролистывают и пьют чай, либо не пьют чай, а пьют водку и читают о «слезе комсомолки» другого не менее крамольного автора. Так или иначе, но вступление автора именно такое.

Не знаю на чём может базироваться мнение человека о духовности эпохи Возрождения. Разного рода мысли проносились в головах как Леонардо, так и одного из череды Пап Римских. Всем им были свойственны собственные чувства. Кто-то укрощал плоть, а кто-то укрощал скромность. Эллины всё-равно всех заранее обошли в своём понимании мира. Это только сейчас Европа постепенно превращается в Элладу. Не знаю как там с наукой сейчас, но в плане взаимоотношений в виде однополой любви — полный порядок. Даже Боккаччо этой темы не касался — у него мужчина любит женщину, жена любит мужа, у всех обязательно есть любовники. И нет веры той жене и тому мужу, что сохраняют верность. Такого просто не может быть. Боккаччо не верит.

Его рассказы, даже сказки или вообще анекдоты. Они до крайности целомудреные и аскетичные. Имеют неповторимое начало и яркий конец. Какие-то наполнены мудростью, ей желательно следовать. А какие-то рассказы просто заставляют краснеть. Читать можно, но в принципе необязательно. Но если желаете посмотреть как люди выходят из затруднительных ситуаций, пользуются чужими слабостями и занимаются сластолюбием за спиной мужа, моющего бочку, то читайте. И да изгоните вы перед сном дьявола в ад. :Ъ

» Read more

Эрих Мария Ремарк «На Западном фронте без перемен» (1929)

И в середине книги я осознал, что рассказ ведётся не от лица американского солдата или канадского. А от лица немецкого! Почему-то в голове настолько зашорено, ведь о войне мы знаем по своим рассказам и рассказам Союзников, а тут даже под Союзниками понимаются совсем другие страны. Так трудно читать книгу о людях, которые были агрессорами. Но были ли они агрессорами, ведь книга именно о людях. Поэтому возникла эта коллизия, недоразумение. Во вражеской армии были такие же люди. Они тоже жили своей жизнью, выполняли приказы своего руководства. Ремарк прекрасно показал всю пагубность войн — они не нужны людям, они лишь средство продолжения политики.Вот и всё. А человек лишь расходный материал для достижения очередной цели.

Книга написана без цинизма, но и с особым цинизмом. Каким же надо быть человеком, когда вокруг тебя все погибают, когда ты сам ходишь на краю гибели, пулемётная очередь стелется прямо над твоим окопом, а соседний солдат после свиста снаряда над головой превращается в кровавые ошмётки, лишь его форма остаётся невредимой. Жутко.

Все этапы войны открыты для читателя. То была первая мировая. Танки только вошли на поля сражений, активно используется газ. Отпуск домой. Больница. Нет позитивного настроя, только война… грубая, суровая, неумолимая, безжалостная и жестокая. Выжить — счастье. Умереть — избавление от душевных мук, готовых терзать тебя до конца твоей жизни.

» Read more

Корейские классические повести XVII-XIX веков (1990)

Корейские классические сказки ничем не отличаются от наших. Есть у них в сюжете испытания для людей, но неизменно всё заканчивается хорошо. Лучик надежды всё же остаётся. Корейцам свойственно широкое понимание мира — у них с рождения в подсознание заложены 3 противоположные друг другу образа жизни:
— Даосизм. Природа прекрасна, под неё надо подстраиваться, её не следует изменять. Человек сам по себе идеальное создание. Немного подрихтовать. Перестать заниматься самобичеванием. Уйти в себя и свои мысли. Жизнь закончится смертью. Ищи свой Путь, спрашивай постигших путь.
— Конфуцианство. Общество превыше всего. Это не религия — это именно образ жизни. Негласные правила поведения регламентируют всю жизнь от рождения. Три главных закона: государь и подчинённый, отец и сын, муж и жена. Отношение жены к мужу приравнивается отношению сына к отцу, а отца к государству. Почтительность. Об этом трудно говорить, трудно понять. В нашей стране такого даже близко нет.
— Буддизм. Кажется странным, но в Корее действительно буддизм пустил корни. Для тебя всегда существует просвещённый, к кому следует стремиться. Чья жизнь достойна восхищения.

И, конечно, о самой книге. 7 сказок. Они объединены идеями верности семье и обязательной каре для несправедливых. Много отсылок к Китаю, повлиявшему на корейскую литературу. Имена действующих лиц традиционно не запоминаются. Но чем больше подобной литературы имеется в активе, то тем легче всё воспринимается. И вот уже кажется, что 5000-летняя история Китая не такая уж и трудная.

» Read more

Эрих Мария Ремарк «Жизнь взаймы» (1961)

Такой простой, такой загадочный Ремарк. Его герои не наделены чем-то особенным — они обыкновенные люди, также порочные, также радуются каким-то своим нелепостям. Для одной счастье накупить побольше платьев у известного кутюрье, другой испытывает удовольствие только от скоростей на гоночной трассе. Они похожи друг на друга, они близкие души. Кажется их свела вместе сама судьба и проводит к логическому завершению жизни под возгласы оваций и почитания читателей. Смертельно больную девушку можно понять, нет в ней стремления заканчивать жизнь в санатории, заброшенного в горах, видеть умирающих. Вчера ты с ними любезно беседовал о погоде, а сегодня кладёшь цветы на могилу. Она стремится покинуть давящие стены, хочет прожить жизнь во всём своём блеске. Не оттягивая печальный конец на неопределённое будущее. Ведь если умирать, то зачем это делать в тоске. Гонщик, осознающий опасность очередного выезда на трассу, понимает свою полную беззащитность перед случайной лопнувшей покрышкой или разлитым маслом, всё это приведёт к серьёзной травме или к печальному мгновенному завершению жизни. Лилиан и Клерфэ — похожи друг на друга как две капли воды.

Клерфэ, охотник до опасностей, не боится подхватить смерть. Трассы мало. Надо обязательно влюбиться в смертельно больную девушку, угождать всем её прихотям, мечтать о совместном будущем и счастливой старости на лазурном берегу в уютном домике с золотым песком, насыпной галькой, ярким солнцем, в окружении пальм. Общение с ней опасно, но его ничто не остановит до самой смерти. Он будет её любить до последнего вздоха. Ремарк красиво показывает все стадии влюблённости Клерфэ в Лилиан. И вот он уже не может жить без её дыхания.

Лилиан, прожигательница жизни, её уже ничего не страшит. Любовь Клерфэ ей не сразу, но со временем становится понятна. Она как настоящая девушка старается держать его на расстоянии, что только ещё больше привлекает к ней его внимание. Никто её не понимает, даже дядя, привыкший копить деньги. Он уже стар, но всё боится тратить деньги. Только на смертном одре он сможет осознать всю беспросветность прожитой жизни в накоплениях, а пока с грустью отдаёт Лилиан чек за чеком, уходящих на оплату гостиницы, дорогих нарядов, вкусной еды и дорогих напитков (ведь герои пьют Дом Периньон).

Небо не знает фаворитов, будь ты ярко живущим гонщиком, уже всё сделавшим для ухода на пенсию, либо человеком, смертельно больным, чья жизнь безусловно взаймы за многие лета, отобранные волей злого рока.

» Read more

Роберт Льюис Стивенсон «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» (1886)

Книгу портит одно — все знают о чём она, поэтому детектив не получается, ведь читающий уже знает кто именно убийца, т.е. мистер Хайд. Долгое вступление и быстрая развязка, которой в принципе и можно было ограничиться в виде рассказа. Но в угоду коммерции рассказ разросся до повести с левыми ответвлениями, сумбурными мыслями, ненужными диалогами и умозаключениями.
Стивенсон пытается рассказать нам всё с самого начала, подводя к ужасному концу, написанному в духе научной фантастики. Может оно и к лучшему, но книга не вызывает особой радости после прочтения.
Главный смысл книги — не надо совать нос в чужие дела, ибо чужое дело может из-за вас закончиться крайне трагически, а без вас всё как-нибудь само по себе утрясётся.

» Read more

1 25 26 27