Author Archives: trounin

Цзян Жун “Волчий тотем” (2004)

И ведь не хватит двух слов для описания книги. Хорошая книга – мало сказано. Очень хорошая книга – уже три слова и сказано больше. Бестселлер из Китая. Вокруг писателя ходит много легенд – о нём ничего неизвестно, он не планирует писать книги дальше, просто человек поделился жизненным опытом. Итак, перед нами Внутренняя Монголия, Китай, бескрайняя степь, а самое главное – Китай времён Культурной революции, которая чем-то сходна с красным террором кхмеров, когда они уничтожили всю интеллигенцию Камбоджи, сослав её на сельскохозяйственные работы. Китай не настолько дикая страна, благо за плечами 5000-летняя история, богатое культурное наследие, определённая модель поведения.

В центре книги молодой пекинский парень Чень Чжень. С детства он увлекался дикой природой, Сибирью, Россией. Волей судьбы был сослан из комфортабельного города в степь Элунь. Здесь на первый взгляд немыслимые условия для существования. Да ещё и волки нападают каждую ночь, неся с собой гибель для домашнего скота. Чень Чжень весьма упорный, он добивается дружбы со всеми уважаемым Билигом, монгольским скотоводом. Теперь ему предстоит познать всю хитрость существования в степи, понять как жили кочевые скотоводческие племена, как они повлияли на Китай, чем они схожи, какие различия. Такое нехитрое описание.

О Китае известно много, о кочевниках мало. Их культура не стоит она месте, она вместе с ними в пути. Поэтому нет архитектурных памятников, следы их жизнедеятельности подъедают беркуты и волки, остальное развевает ветер. От их существования ничего не остаётся. Лишь Гумилёв пробовал делать робкие утверждения, однако его слова большинством историков не воспринимаются всерьёз, так как они ничем не подкреплены. Это неудивительно. Говоря о кочевниках, можно только предполагать. Вот и Билиг в одной из бесед с Чень Чженем предлагает тому написать книгу о монголах. Хотя бы одну. С этого момента, надо полагать, Цзян Жун и задумал написать эту книгу. И писал он её более 30 лет.

На наглядном примере Чень Чжень убеждается в уникальности волков. Он понимает и пытается донести до читателя, что многое из современных достижений цивилизации сделано благодаря наблюдениям за волками. А теперь человечество развилось настолько, что и волки больше не нужны. Их заслуги ушли в прошлое, как и сами волки. Жизнь идёт вперёд, оглядываться назад нет нужды.
Красиво сказал один из героев книги: “Волки понимают природные явления, разбираются в рельефе местности, умеют выбрать время, хорошо знают и себя, и противника, понимают стратегию и тактику, отлично ведут ночной бой, партизанскую, манёвренную войну, совершают стремительные броски, внезапные вылазки, блицкриги, умеют, использовать преимущества концентрации войск”.

Ещё один факт влияния монголов на Китай. В переводе с монгольского “Чина” означает волк.

И весьма хороший контекст в книге закладывается о деятельности человека в негативном влиянии на экологию. Когда-то богатая пастбищами степь Элунь ныне превращается в пустыню. И Пекин стал задыхаться от пылевых бурь. За какие-то 30 лет ситуация меняется на глазах. 5000-летняя история протекала постепенно, однако вторая половина XX века внесла такой разрушительный вклад, что все эти 5000 лет обратились в прах.

» Read more

Виктор Гюго “Собор Парижской Богоматери” (1831)

Нет ни фабрик, ни заводов,
Нет культурных мест давно,
Есть ТЦ, их очень много,
В плане архитектуры чистое… оно.

Довольно часто слышишь при появлении в городе действительно чего-то интересного в плане архитектуры, как поднимается хай о невписываемости данного строения в общий план города, погрязший в коробкоподобных, скроенных на быструю руку, зданий. Действительно! Сносят старый кинотеатр, во имя его реконструкции-новомодного воссоздания прежнего облика под видом невозможности капитального ремонта, а через пару лет вырастает не то же самое, а совсем другое многоэтажное, гордо именуемое как минимум ТЦ. Порой просто сносятся целые кварталы, вычищаются базары… и стоит там теперь жилая высотка. Война старого и нового, денег и ностальгии, наглости и бледного ропота.

Как из всего этого можно было написать “Собор Парижской Богоматери” я не понимаю. Но Гюго – удалось. В страшном здании где-то в Париже он поселяет такого же страшного персонажа, окружает его всеобщим презрением и чувством оторванности от мира. Почти погибшего от голода вручает в руки доброго человека, фанатичного и амбициозного, понявшего тщетность твердолобости, в нужное время смягчившего характер. Персонаж глух, но внутренне понимает желание людей относительно себя. Замутнённый рассудок толпы горяч, она поздно поймёт свою потерю, а если и поймёт, то только вздохнет где-нибудь в стороне. Перемоет кости самому королю Франции, устроит зрелище на открытии в виде чьей-то казни… и замолчат колокола на некоторое время, пока не появится в обществе новый звонарь.

Примечательно и то, что Гюго не скрывает дальнейшей жизни героев книги, и там нет ничего позитивного. А ведь я, наивный, думал про хэппи энд… коего не случилось.

» Read more

Корейские классические повести XVII-XIX веков (1990)

Корейские классические сказки ничем не отличаются от наших. Есть у них в сюжете испытания для людей, но неизменно всё заканчивается хорошо. Лучик надежды всё же остаётся. Корейцам свойственно широкое понимание мира – у них с рождения в подсознание заложены 3 противоположные друг другу образа жизни:
– Даосизм. Природа прекрасна, под неё надо подстраиваться, её не следует изменять. Человек сам по себе идеальное создание. Немного подрихтовать. Перестать заниматься самобичеванием. Уйти в себя и свои мысли. Жизнь закончится смертью. Ищи свой Путь, спрашивай постигших путь.
– Конфуцианство. Общество превыше всего. Это не религия – это именно образ жизни. Негласные правила поведения регламентируют всю жизнь от рождения. Три главных закона: государь и подчинённый, отец и сын, муж и жена. Отношение жены к мужу приравнивается отношению сына к отцу, а отца к государству. Почтительность. Об этом трудно говорить, трудно понять. В нашей стране такого даже близко нет.
– Буддизм. Кажется странным, но в Корее действительно буддизм пустил корни. Для тебя всегда существует просвещённый, к кому следует стремиться. Чья жизнь достойна восхищения.

И, конечно, о самой книге. 7 сказок. Они объединены идеями верности семье и обязательной каре для несправедливых. Много отсылок к Китаю, повлиявшему на корейскую литературу. Имена действующих лиц традиционно не запоминаются. Но чем больше подобной литературы имеется в активе, то тем легче всё воспринимается. И вот уже кажется, что 5000-летняя история Китая не такая уж и трудная.

» Read more

Карлос Кастанеда “Путешествие в Икстлан” (1972)

И вот Кастанеда перестал смущаться читателя. Он чисто и откровенно говорит, что порой чувствует себя полноценным идиотом. Таким же как Дон Хуан и Дон Хенаро. Либо крыша едет у него, либо у этих двух, либо у всех вместе взятых. Все они идут куда-то, сами не знают куда и ищут то, что знают только Дон Хуан и Дон Хенаро, но не знает Кастанеда. Он подозревает. И раз за разом его действия приводят к смеху благородных донов. Всё это напоминает фильм о безнадёжном больном, который уговаривает доктора увезти его из больницу в определённую местность, где ему будет даровано облегчение страданий, а то и полное выздоровление. Доктор не верит, однако соглашается помочь парню испытать последнее возможное средство.

Дон Хуан крайне мудр, таких мудрецов полно везде. Хоть в Монголии монгол из монгольской степи обладает невыразимо объёмным запасом знаний, что могут пригодится в охоте на волков. Хоть любой Бодхисатва задавит авторитетом и скажет как правильно выжить в этом суровом мире. Только Дон Хуан предпочитает раскрывать свои способности под воздействием галлюциногенных свойств любимого им кактуса и волшебной трубки, кою он раскуривает наедине с собой и никому её не показывают, так как это плохой знак.

Бодров младший говорил “Я вот думаю, что сила в правде. У кого правда, тот и сильней”. Но найти бы ту самую правду, что на самом деле правда.

» Read more

Айзек Азимов “Прелюдия к Академии” (1988)

Галактическая империя. Двадцать пять миллионов миров под властью одного императора, что живёт на одной из планет и никогда её не покидает. Академия располагается в центре планеты. Она неприкасаемая. Источник могущества. В этом мире многое могут вершить учёные. Но нет. Власть императора имеет верховенство. Но сам факт любопытен. Самое неприкосновенное место в галактике, куда не может спокойно распространяться влияние императора — это планета, где расположена его же резиденция. Где тут сохранять спокойствие. Ежели даже твой могущественный министр держит всю ситуацию в своих руках. И как ему это удаётся. Непонятно. На планете семьсот внутренних территорий. Каждая территория имеет своего правителя. Микровселенная в масштабе одной планеты. Идеальное место для изучения Галактики. Тут есть выходцы их всех миров. Даже с мифической Земли, затерянной где-то двенадцать тысяч лет назад. Были бы сведения более точными, но никто не может держать столько информации, она постоянно перезаписывается. Остаются только сомнения и изрядная доля сарказма о своём прошлом.

На конгрессе математиков выдвигается теория возможности предсказания будущего. Это интересно. Очень интересно.

В очередной раз удивляюсь Азимову. После каждой главы думаешь отложить книгу и отдохнуть от чтения. Да где уж там. Именно в конце главы Азимов вновь подогревает интерес. Приходится читать дальше. «Прелюдия к Академии» как горячий пирожок. Надо есть свежим. Так вкуснее. Пускай книга в цикле написана предпоследней. Я с «Миром будущего» Азимова знаком плохо. Начну с серии про Основание. Кажется я на верном пути. Фантастический детектив — самое верное определение.

» Read more

Эрнест Хемингуэй “По ком звонит колокол” (1940)

Читают ли женщины о войне? Наверное читают. Война – не сугубо мужское дело. Война касается всех. Касается и женщин в том числе. Ведь война не может никого оставить безучастным. Война страшит сама по себе. Без войны не может существовать человек. Война – призрак животных устоев. Борьба за выживание. Выживание политическое. Кем-то навязанное. Проникшее в подсознание. Жить хочется спокойно, но спокойно жить никогда не получится. Страдание – вот залог человеческого существования. А война как раз и есть страдание.

Почему я вспомнил женщин? Ведь «По ком звонит колокол» — типично женский роман. Сюжет есть, он вялотекущий. Развитие событий идёт столь медленно, да прерывается таким количеством мыслей героев, что душа улетают далеко от книги. Порой ловишь себя на своей мысли, далёкой от мыслей героев. Книга читается на подсознании, а сам ты уже давно думаешь о другом. И вот спустя два часа чтения вновь возникает вопрос о прочитанном. Как бы о чём-то же было написано на этих страницах. Но что? Мириады мыслей героев. Мужчинам такая литература никогда не была интересной. Поэтому-то её и называют женской. Женщине не важно развитие сюжета — ей важно взаимоотношение героев, понимание мотивов, что их движет. И вот тут как раз герои могут часами рассуждать обо всём. Концентрация внимания возвращается только в нескольких местах. К примеру — ужасы гражданской войны в повествовании Пилар, либо тупость французского революционера Мати.

О книге можно сказать только четыре слова — партизаны пытаются взорвать мост. Только это осядет в моей памяти. Всё остальное сотрётся. Жаль Роберта Джордана, но что может быть лучше для причины женских слёз. Бравый Роберт Джордан.

» Read more

Алексей Толстой “Аэлита” (1923)

Список прочитанного у Алексея Толстого мал. Гиперболоид, да вот Аэлита. Фантаст советского разлива – может быть один из лучших, наверное. Я так не буду утверждать, но размах его мысли поражает. В то время, когда он писал – поднимать революцию рабочих и крестьян на Марсе уже фантастично. Неважно как там живут… если живут. Но революцию устроить просто необходимо. Как же с пустыми руками обратно возвращаться. Мол, вот на Марсе побывали. Ставим галочку на фотокарточке. А это я у самой высокой горы в нашей солнечной системе. А вот я у искусственных каналов. А вот я на фоне Фобоса и Деймоса. Красивое небо на Марсе, правда? Жаль фотография цвет не передаёт. Но ведь всё понятно. Нет! Такое посещение иной планеты для советского человека не заслуживает даже права быть упомянутым. Уехал, значит устраивай революцию. Присоединяй угнетённый рабочий класс к числу Советских Социалистических республик. Что? У них вроде бы народ не волнуется. Вздор. Революции быть.

Вновь Толстой даёт героям возможность повлиять коренным образом на ситуацию в мире. Если в Гиперболоиде инженер Гарин решается взять в свои руки власть над всей планетой, то в Аэлите задумывается революция. Я, конечно, притягиваю всю ситуацию за уши. «Аэлита» — это книга о любви советского человека к простой марсианке, пускай и дочери жестокого суверена. Зовут её Аэлита. А’Элита. Элита. Этим всё сказано. По сути в книге действует не как дочь, не как любовница, а как историк. Рассказывает пришельцам их же собственную историю, да делится печальным исходом жителей Земли на Марс. За такую версию Толстому можно смело аплодировать. Мне понравилось. Американцам тоже понравится. Сперва правили чёрные люди, потом красные, их дети стали жителями Атлантиды. Внуки — поработителями Марса. Правнуки всё забыли. Праправнуки с чего-то неожиданно решили «вспомнить всё».

» Read more

Майкл Крайтон “Парк юрского периода” (1990)

Крайтон мо-ло-дец! После такой книги можно смело заносить в любимые. О как же мне было страшно читать, особенно читать по ночам. Я шёл на работу в темноте и тщательно озирался по сторонам. Опасался велоцерапторов, вдруг они притаились в мусорном баке, а может хищно скалятся за дверью или поджидают в углу. Реально страшно. Книга пробирала до самых костей, отсекая лишнее мясо, оставляя ровный след. Не резала душу, а именно отсекала. Одномоментно. Без запаха тухлятины и липких слюней. Просто, интересно, мощно. Эпохально.

Книга как предостережение. Не надо пытаться влиять на природу. Человечество для планеты – быстропроходящее бедствие. Оно изведёт само себя. Ему не надо заботиться о планете, надо заботиться только о себе. Планета всё переживёт, а вот человечеству возможно не получиться тягаться с динозаврами по долгожительству. Борьба с истончением озонового слоя должна беспокоить человечество. Радиоактивное заражение – тоже. Всё это грозит человечеству. Но ничем не угрожает планете. Если верить Крайтону, кислород – яд. Он стал побочным продуктом жизнедеятельности растений. Из-за него в прямом смысле случилась экологическая катастрофа. Людям в те временами было бы несладко, а сейчас очень даже ничего. Ведь уровень кислорода повысился.

Книга как эксперимент. Возродить вымерших существ очень интересно. Примерно как пытаться получить философский камень. Это как бы необходимо, но на самом деле не представляет ни для кого никакой необходимости. Разве только тем учёным, что хотят этого добиться. Получить нобелевскую премию. Заработать денег для себя или для новых изысканий в науке. Правильно говорит Крайтон — пещерные люди трудились 16-20 часов в неделю, остальное время отдыхали. Все усовершенствования, призванные облегчить жизнь, уже были давно изобретены.

Безумно умная книга. С сильной позицией. Оправданной позицией. Доходчиво изложенной.

Мир невозможно понять.
Его нужно принять.
И жить.
Жить!

» Read more

Уильям Гибсон “Нейромант” (1984)

Крошки хлеба на столе плавают по разлитой воде рядом с компьютером под мерцающим чёрным космосом скринсервером. Крышка от бутылки закручена. Бутерброд переварен. Крошки хлеба плавают по воде под монитором. Экран навис всей своей тяжестью, прилип к голове, вошёл в сознание. Оборвать бы все эти провода. Выйти из мира. Родиться в другой реальности. Зачем сокрушаться о потерянных чувствах, всё будет так как и должно быть.

Встать со стула трудно, отключить музыку невозможно, перемотать не хватает сил, играет. Стучит сосед, звонит звонок. Стучит ли… звонит ли? Разыгралась виртуальность. Не отпускает. Крошки хлеба на столе, стакан с водой в руке. На экране монитора содержимое корзины. Моргает планшет. Нейромант Гибсона требует себя дочитать. Трудная задача. Киберпанк прекрасен. Он реален как никогда. Уныло.

Загружаю в мозг пакеты базовых курсов математики, физики, кибернетики. Критическая ошибка на семидесяти трёх процентах. Один из файлов одного из трёх пакетов повреждён. Какого? Три шага назад. Включаю виртуальность, ищу. По старинке. Удаляю. Загружаю каждый пакет по отдельности. Крошки хлеба плавают в стакане с водой. Математика, Физика – 100%. Кибернетика… критическая ошибка. Скринсервер, космос. Буря эмоций. Примитив вырывается наружу. Нет спокойствия в душе.

Крошки хлеба на столе плавают по разлитой воде…

» Read more

Карлос Кастанеда “Отдельная реальность” (1971)

Книга действительно повествует только лишь об одном – как правильно собирать, сушить, да раскуривать галлюциногенные растения. Российский читатель после этих слов может не кидаться с книгой в лес на поиски чудесных средств – тщетная попытка. Нет у нас южно-американских чудесных веществ, открывших Кастанеде большой и завораживающих потусторонний мир. Они, конечно, есть… но другие. И Кастанеда о них по своему неведению не упоминает.

Как после такой аннотации относится к Кастанеде? Да как и раньше, т.е. никак. Вот если бы Кастанеда побывал в гостях у бабы Яги, да скурился до Кощея Бессмертного, вот было бы большей потехой. Заодно бы узнали новые завуалированные подробности наших старых добрых сказок. Огонь, вода и медные трубы – наш Кастанеда.

» Read more

1 244 245 246 247 248 253